Читать онлайн Как две капли воды, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 33 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Как две капли воды - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.44 (Голосов: 196)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Как две капли воды - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Как две капли воды - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Как две капли воды

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава 33

Оливия не помнила, как выбралась из госпитальной палатки. Ее пошатывало. Двадцать первого июня тысяча девятьсот шестнадцатого года сестра, половинка ее души, половинка существа, покинула этот мир. Как теперь жить одной? Пусть они долго были в разлуке, но Оливия всегда чувствовала, что Виктория рядом и когда-нибудь они обязательно увидятся. А теперь? Всему конец? Она потеряла Чарлза, лишится детей и навсегда рассталась с единственной сестрой. Как жестоко наказала ее судьба!
Оливии хотелось кричать, биться, просить Викторию забрать ее с собой. Она и дня не проживет без сестры.
И тут откуда-то словно послышался голос Виктории, напоминавшей о своем ребенке.
Оливия направилась к штабу и попросила довезти ее до замка. Выслушав ее объяснения, молодой француз улыбнулся и повел ее к машине. Оказалось, он знал Эдуара и «Оливию», хотя еще не слышал о смерти последней, а у настоящей Оливии не хватило духу ему сказать.
Оказалось, что до замка совсем недалеко, и Оливия сначала хотела разыскать Чарлза, но у нее не было сил ничего объяснять, тем более что она утратила на него все права. Недаром Чарлз заявил, что она больше ничего для него не значит.
Оливия была уже на пути к замку, когда Чарлз решил навестить Викторию. Но сестра милосердия печально покачала головой и показала на пустую койку. Как ни странно, Чарлз в эту минуту не испытывал скорби. Он с самого начала понимал, что Виктория с нетерпением ждет, когда сможет навечно освободиться, и теперь хотел одного: поскорее увидеть Оливию. Пусть они безбожно лгали ему, пусть он оскорблен до глубины души, но Оливия, должно быть, безутешна. Ее нужно немедленно найти.
– Вы видели мою жену… ее сестру? – осведомился он.
Женщина ответила, что она ушла, а ее сестра умерла около семи утра. Чарлз направился в столовую, но Оливию не нашел. К этому времени Оливия уже была в замке и, расспросив прислугу, узнала, что хозяйка сейчас в местечке Туль, в двух часах езды отсюда. Парнишка по имени Марсель, привезший Оливию, согласился доставить ее туда.
Почти всю дорогу она молчала. Марсель, украдкой поглядывая на нее, обнаружил, что она тихо плачет. Он предложил Оливии папиросы, но та отказалась и поблагодарила парнишку. Такой молодой, лет восемнадцать, а уже воюет!
Они поговорили немного о войне и благополучно прибыли в Туль. Оливию послали в маленький домик, где жила графиня. Оливия объяснила, кто она и что ее сюда привело, и графиня, выразив свои соболезнования, повела ее к малышу. Оливье оказался веселым, добродушным светловолосым толстячком, чем-то неуловимо напоминавшим Викторию. Дело было не во внешнем сходстве – ее собственные дети куда больше походили на сестру. Просто он был таким прелестным, милым ребенком и мирно заворковал, когда она взяла его на руки. Он словно знал, что за ним приехали, и Оливия ощутила невероятную тоску – не только по сестре, но и по девочкам.
Графиня попрощалась с ними. Она искренне радовалась, что ребенок будет в безопасности, и строго наказала Марселю быть поосторожнее. Линия фронта то и дело менялась, и в холмах засели снайперы.
На обратном пути Оливия не спускала Оливье с колен, и Марсель, внезапно увидевший что-то слева на краю дороги, резко свернул. Пули едва их не задели.
– Черт! – прошипел Марсель. – Ложитесь!
Оливия немедленно повиновалась, скорчившись на полу машины. Снайпер снова выстрелил, но Марселю удалось уйти. Недалеко началась перестрелка, слышались разрывы снарядов, и они решили переждать. Марсель свернул на проселочную дорогу к старой заброшенной ферме. Он спрятал машину в конюшне, а сами они полезли по приставной лестнице на чердак. Оливия старалась сохранять присутствие духа. Похоже, положение обострилось. Как отсюда выбраться в случае нападения?
Они просидели на ферме весь день, боясь двинуться с места. К счастью, немцы так и не появились. Но они рыскали неподалеку, и покидать конюшню было опасно. Вокруг сплошные поля и негде укрыться. В довершение всего у них не было ни капли воды, не говоря уже о еде.
– Что делать? – нервно прошептала Оливия. Малыш начал плакать, а она была далеко не так храбра, как покойная сестра, и в жизни не предполагала, что ее ждут такие испытания. Правда, ради Виктории и ее ребенка была готова на любой героический поступок.
– Подождем до темноты, – с обеспокоенным видом буркнул Марсель. Больше ничего не оставалось. Но к ночи начался массированный артиллерийский обстрел. Оливия молилась, чтобы немцы не вздумали применить газ.
– Нужно покормить его, – прошептала она. Оливье не ел целый день, и теперь надрывался, требуя мать, кого-то из знакомых или по крайней мере обеда. Но он, похоже, признавал Оливию. Правда, она ничем не могла ему помочь, поскольку давно перестала кормить грудью своих девочек, и кто знает, появится ли молоко.
Поздней ночью они наконец выбрались с чердака. Марсель велел ей подождать, а сам решил отправиться к лагерю пешком и привести помощь. Он посчитал, что Оливии идти слишком рискованно, и уверял, что через два часа будет у своих. Его план казался достаточно резонным, но Оливия страшно боялась, что, если немцы захватят Марселя, они вернутся и убьют ее, а если нет, они с Оливье попросту умрут с голоду. Но пусть даже германцы и расправятся с ней, наверное, у них не хватит духу убить малыша.
Так или иначе выбора у них не было. Марсель ушел, и Оливия долго глядела ему вслед. Он уже почти добрался до крошечной рощицы у конца поля, как раздались выстрелы и парнишка упал лицом вниз. Снайперы даже не позаботились проверить, жив ли он – на это не было ни малейших шансов. Оливия осталась одна с голодным ребенком, не имея представления, как быть дальше. Оставалось терпеть и ждать, пока кто-то из союзников не проедет мимо, или попытаться самой вести машину. Но Оливия даже не знала, как она заводится, и только раз или два садилась за руль!
– И что теперь? – спросила она у Оливье, который наплакался, ослабел и уснул.
Но в шесть утра малыш снова огласил округу требовательными воплями. Ей нечего было дать ему. Они не ели уже восемнадцать часов, и, если немедленно не дать мальчику молока или воды, он может погибнуть.
Она уже решила попробовать самостоятельно добраться до лагеря и, если остановят немцы, объяснить, что она американка. Но Оливия опасалась, что они сначала откроют огонь, а потом начнут допрос, и предпочла остаться. Оливье исходил криком, и она, отчаявшись, приложила его к груди. Малыш удовлетворенно зачмокал. Что ж, по крайней мере немцы не услышат детского плача!
Только к концу этого бесконечного дня она услышала шум моторов. Выглянув в крошечное окошко, она увидела два грузовика. Похоже, это союзники!
Оливия испустила торжествующий вопль и, просунув руку сквозь раму с выбитыми стеклами, лихорадочно замахала. Машины остановились и начали разворачиваться. Оливия, одной рукой прижимая к себе ребенка, спустилась вниз и едва не упала от неожиданности. В первой машине сидела сержант Моррисон, во второй оказались водитель и Чарлз. Когда вчера вечером Оливия не вернулась, Чарлз отправился на поиски.
– Слава Богу, – выдохнула она, благодарно оглядывая всех. Оливия была уверена, что о ней забыли и бросили умирать. Надежда почти оставила ее.
Но Чарлз, ни слова не говоря, уселся в машину. Очевидно, он все еще злился.
– Тебя могли убить, – ледяным голосом процедил он; руки его тряслись. Он провел бессонную ночь, воображая всяческие ужасы. Столько всего на него свалилось! Исповедь сестер, смерть Виктории, ужасы войны, вид несчастных жертв, и Оливия, едва не погибшая в грязной конюшне. Такому мирному человеку, как он, все это нелегко пережить, и теперь он едва ворочал языком от усталости и отупения.
– Прости, – тихо ответила Оливия, пытаясь вынести силу его ненависти. Но как ни странно, ему показалось, что это говорит Виктория. Чарлз даже не успел признаться, как он волновался за нее. Пенни Моррисон запихнула ее в грузовик вместе с ребенком, и они помчались по дороге, успев в лагерь еще до сумерек. Оливия рассказала о смерти Марселя, но оказалось, что его уже нашли. Ночью тело мальчика вместе с еще пятью трупами должны были принести в лагерь.
– Простите, – повторила Оливия сержанту, прося прощения за Марселя, за войну, за Викторию и за взгляд Чарлза. Теперь она знала: он никогда не простит.
При первой возможности она побежала в столовую кормить ребенка, а Чарлз отправился в штаб, чтобы попробовать заказать билеты на судно, отплывающее из Бордо. Назавтра были назначены похороны Виктории, но Оливия словно оцепенела и ничего не ощущала.
Похоронная церемония оказалась совсем скромной. Священник пробормотал несколько слов, тело лежало в простом сосновом гробу, а на могиле не поставили даже таблички, только маленький белый крест, как тысячи других. Оливия надеялась только, что сестра упокоилась рядом с Эдуаром. Но сама она была так потрясена, что даже не могла плакать. Сегодня хоронят ее, часть ее души, часть разума, часть сердца. Что она теперь без сестры? Так, пустая оболочка…
И вот теперь сестру опускают в землю, а она держит сына Виктории, который смотрит на происходящее круглыми непонимающими глазенками. Он наелся и всем доволен. И не знает, что видит мать в последний раз.
Чарлз неотрывно смотрел на Оливию. Он с ума сходил от беспокойства за нее, но та, из чистой гордости, не подпускала его к себе. Они держались словно чужие и почти не разговаривали.
Наконец Оливия положила на могилу маленький белый цветочек и, плача, отошла. Она задыхалась от горя и тоски. Все потеряно. Все на свете: сестра, любимый, дочери. Но страшнее всего гибель сестры, сводившая ее с ума, терзавшая, будто незаживающая рана. Вынести все это не было никаких сил.
Они медленно направились к центру лагеря, и, прежде чем Чарлз успел сказать что-то, Оливия исчезла в палатке, откуда не выходила до вечера. Чарлз спрашивал о ней, но усталые, измученные люди отмахивались от него. Последнее время в лагере был большой приток новых волонтеров, и многие действительно не знали ни Викторию, ни Оливию.
Сестры милосердия взяли ребенка у Оливии, и остаток дня она лежала и плакала. И не желала ни с кем разговаривать, даже с Чарлзом. В памяти еще были свежи его безжалостные слова и презрительный взгляд.
Наутро они выехали в Бордо. На прощание Оливия поблагодарила сержанта Моррисон и всех сестер милосердия. У Дидье в глазах стояли слезы. Он нежно поцеловал ребенка и сказал, что никогда не забудет ни его, ни Викторию. Люди махали им вслед, а ведь Оливии даже были неизвестны их имена. Беда в том, что даже это теперь не играло роли.
К вечеру они оказались в Бордо и до полуночи просидели в вестибюле маленького отеля, ожидая, когда можно будет подняться на борт корабля. Багажа у них почти не было, и Оливия только купила кое-что для малыша. Скорее бы добраться домой. Оливье заменит ей целый мир, семью, сестру. Она продолжала прикладывать его к груди, и неожиданно случилось чудо: у нее снова появилось молоко. Пусть Оливье всего лишь племянник, а не сын – он все равно прощальный подарок Виктории, и тем драгоценнее для нее.
– Что ты будешь с ним делать? – спросил Чарлз. Они отплыли из Нью-Йорка всего две Недели назад, а казалось, прошла вечность.
– Возьму с собой в Кротон.
– Ты собираешься там жить? – вежливо осведомился он, и Оливия кивнула.
– Наверное.
Больше он не сказал ни слова, и остальное время оба молчали.
На этот раз у них было две каюты. На этом настоял Чарлз, решив, что так будет приличнее. Они путешествовали как мистер Чарлз Доусон и мисс Оливия Хендерсон с племянником. Они почти не виделись. Он все еще зализывал раны, нанесенные самолюбию, и держался на расстоянии. Чувствуя это, Оливия не выходила из каюты, а если и выходила, то старалась не натыкаться на него.
Чарлз тем временем непрестанно думал о Виктории и о ее предсмертном разговоре с ним. Она права, права во всем. Каким ужасным ударом явилась для Оливии кончина сестры! Неизвестно, сумеет ли Оливия жить без нее. Истерзанные души, разбитое сердце…
Но как же они все-таки решились на обман? Заставить Оливию жить с ним как с мужем целый год! Может, он и в самом деле подсознательно чувствовал все, но не хотел видеть истину? Ведь были же моменты, когда он подозревал что-то, но вынуждал себя выбрасывать из головы тревожные мысли, потому что так легче.
Он понял также, что Виктория уговорила сестру согласиться, обещая, что Чарлз к ней не притронется. И так оно и случилось бы, если бы все не изменилось в один прекрасный день… потому что она была такой нежной… милой… И он страстно хотел ее.
Пусть они не были женаты, но таких чувств он не испытывал ни к одной женщине. И ни с одной женщиной.
Чарлз вспомнил утро, когда родились близнецы. Странно, что дети Оливии и Виктории появились на свет в один день, если учесть разницу во времени. Все это было настолько странно и запутанно, так трудно понять, где начинается одно и кончается другое, где правда, а где ложь, где любовь, а где желание… Он в самом деле опасался дать волю своим чувствам к Виктории и не подпускал ее близко. Отказывался открыть душу. Но с Оливией все оказалось по-другому. Он прожил по году с каждой сестрой, и если первый был сплошным безумием, второй – истинным раем, и теперь стало ясно, какую из женщин он любил и хотел видеть своей женой.
На третий день плавания он не смог больше вынести неизвестности и постучал э дверь ее каюты. Каюта Оливии была меньше, чем у него, но она настояла именно на такой и пообещала отдать деньги по прибытии в Нью-Йорк, что Чарлз нашел особенно оскорбительным. Не хватало еще, чтобы ему платили за проезд!
Оливия неохотно приоткрыла дверь. Выглядела она ужасно – исхудавшая, бледная, измученная, глаза красные от слез.
– Можно войти? – вежливо осведомился Чарлз.
Оливия поколебалась и отступила на несколько шагов.
– Малыш спит, – неприветливо бросила она, как бы предупреждая, что сейчас не время для визитов, но Чарлз улыбнулся.
– Обещаю не кричать. Знаешь, я все эти дни хотел потолковать с тобой, но не отважился подойти. Я приходил к Виктории за день до смерти. Мы помирились… и обо всем поговорили.
– Она сказала мне, что ты больше на нее не сердишься.
– Так и есть. И думаю, она во многом была права, а я по глупости этого не понимал. Она куда умнее и отважнее меня. Будь я на ее месте, наверняка пошел бы ко дну вместе с кораблем. Она выбралась.
– Это не всегда легко дается, – вздохнула Оливия.
Она сама слишком много испытала и имела все основания судить по собственному опыту. Но в ее случае надежды бесполезны. Они ведь не женаты. И теперь каждый пойдет своей дорогой.
– Я прошу у тебя прощения, – сухо объявила она. – Все, что ты сказал мне, – чистая правда. Мы не должны были тебя обманывать. Это подлость. Не знаю, что заставило нас думать, будто мы вправе пойти на обман. Я просто думала… не знаю… но это казалось единственным шансом получить тебя, хотя бы ненадолго. Чистое безумие!
– Не совсем, – усмехнулся Чарлз. Он все еще не мог прийти в себя, хотя отчасти понимал ход их мыслей. – Если бы не ваш обман, мы не были бы вместе. И Виктория верно сказала: нам с тобой было хорошо.
– Разве? – грустно проронила Оливия.
– Конечно. Очень хорошо. Лучше не бывает. И было бы ужасно забыть об этом, – едва слышно вымолвил Чарлз, боясь приблизиться к ней. Она казалась такой уставшей и испуганной…
– А чего хочешь ты? – внезапно спросила Оливия, вспоминая полный ненависти взгляд и их объяснение после исповеди Виктории. Тогда у него был такой вид, словно он сейчас прикончит ее. А когда они нашли ее на заброшенной ферме, он буквально трясся от бешенства.
Оливия не знала, что той страшной ночью Чарлз был напуган, как никогда в жизни. К тому времени он был совершенно уверен, что Оливия убита, а вместе с ней, возможно, и ребенок. Все, что ему тогда хотелось, – вернуть ее к жизни и задать трепку.
– Я хочу тебя, – тихо признался Чарлз, – хочу, чтобы все стало по-прежнему, чтобы последний год длился всегда, до конца наших дней. И так было бы с самого начала, посоветуй я твоему отцу оставить свою буйную младшую дочь себе и набрался бы мужества добиваться тебя. Тогда я мог бы влюбиться в тебя, хотя, как заметила Виктория, боялся вас обеих. Я так чертовски трусил, что предпочел жениться на ней, потому что она казалась экзотическим цветком, изящная, безумно возбуждающая и соблазнительная. И с ней мое сердце оставалось в безопасности, потому что я знал, что ни за что на свете не полюблю ее.
– Значит, ты такой же сумасброд, как и мы, – заключила Оливия, прислушиваясь к сонному дыханию малыша. – Слишком идиотская причина для женитьбы.
– В таком случае мы друг друга достойны, – застенчиво признался Чарлз, но последующие робкие объяснения Оливии заставили его расплыться в широкой улыбке.
– Понимаешь… я никогда не думала… Виктория сказала, что вы… – Она густо покраснела.
– Не верю ни единому слову. Ты задумала совратить меня. И даже не отрицай.
Он обнял ее, втайне мечтая, чтобы она снова соблазнила его, но отнюдь не уверенный в том, что Оливия решится на такое. Он невероятно жестоко обошелся с ней.
Найдет ли она в себе доброту простить его? Но тут он кое-что вспомнил.
– Джефф знал или подозревал? Он всегда хвастался, что может вас различить.
– Некоторое время мне удавалось его дурачить. Иногда он сомневался в том, что я Виктория, но я старалась ей подражать и время от времени бывала с вами невыносимо груба. Но прошлым летом я поранила руку, и он увидел родинку. Я просила его молчать.
– И за все это время он мне ни словом не намекнул! Поразительно!
Он взял ее руку и повернул ладонью вверх. При виде родинки глаза Оливии снова защипало. Теперь это уже не имеет значения. Больше не будет ни шуток, ни подмен, ни обманов.
Оливия отвернулась и низко наклонила голову, морщась словно от боли.
– Мне так ее не хватает…
– Мне тоже, – согласился Чарлз. – Ужасно сознавать, что она ушла. Я привык к тому, что вы всегда вместе и не можете жить друг без друга. А еще мне тяжело без тебя… без твоей улыбки… твоих поцелуев… Прости за все, что я наговорил тебе. Слишком тяжело мне было. Но мне жаль, что ты потеряла Викторию.
Оливия кивнула и заплакала. Он долго держал ее в объятиях, прижимая к груди, пока она не успокоилась. Наконец она посмотрела в глаза человеку, которого втайне считала своим мужем.
– Я любила тебя, Чарлз. И ты меня прости, если сумеешь.
– Любила? А сейчас?
Оливия снисходительно усмехнулась. Что за глупый вопрос? Она всегда будет его любить.
– Разумеется. Этого уже не изменишь.
– Значит, ты станешь моей женой? – едва дыша, спросил Чарлз.
– Не покажется ли это окружающим немного странным? И не поставит ли тебя в неловкое положение? Представляешь, какой скандал может разразиться, если правда выплывет наружу?
– Мне совершенно все равно. По-моему, гораздо неприличнее воспитывать троих незаконных детей! Пожалуй, стоит попросить капитана обвенчать нас прямо на корабле, прежде чем мы вернемся домой.
Они обменялись нерешительными улыбками. Неужели ее мечта сбудется и они с Чарлзом проживут вместе до конца дней?
Он опустился на колени, поднес ее пальцы к губам и предложил ей руку и сердце.
– Ты согласна? – торжественно вопросил Чарлз.
– Ну конечно!
– Спасибо, – облегченно вздохнул Чарлз, вставая и целуя невесту. – Немедленно иду к капитану.
Проснувшийся мальчик залился плачем, и Оливия взяла его из колыбели.
– Вместе с Оливье у нас теперь нечто вроде тройни.
– Возможно, он внесет некоторое равновесие в их существование, да и поведение, – многозначительно заметил Чарлз и, поскольку Оливия смущенно потупилась, не выдержал и снова ее поцеловал, прежде чем отправиться на поиски капитана.
Свадьба состоялась назавтра в полдень, в капитанской каюте. На невесте было ее единственное приличное платье, зеленого шелка, а в руке белые гвоздики – все, что Чарлз сумел найти. Война, ничего не поделаешь.
Капитан объявил их мужем и женой, и жених поцеловал новобрачную. Они отправили радиограмму Джеффу и Берти и сообщили, что прибудут в пятницу. Подпись гласила: «Папа и Олли».
Пока «Эспань» медленно входила в нью-йоркскую гавань, они стояли на палубе. Берти приехала на пристань с Джеффом и девочками. Два свертка мирно лежали на руках у мальчика и пожилой женщины, а лихорадочно махавший Джефф замер и недоуменно уставился на малыша в отцовских руках. Им придется многое объяснить мальчику и рассказать всю правду, когда он станет постарше.
Но при виде женщины рядом с отцом Джефф встрепенулся и приподнялся на цыпочки, пытаясь определить, которая из двух сестер решила вернуться. Наконец он кивнул и, что-то сказав Берти, восторженно завопил. Он узнал ее! Оливия вернулась к нему! Он не потерял свою любимую Олли!
Но одна потеря оставалась невосполнимой. Ее сестра, подруга, соучастница всех проделок, партнер, исповедница, самое дорогое в ее жизни существо, теперь на небесах. Как жить без нее? Она навсегда останется в сердце и душе Оливии и не будет забыта, хотя сама Оливия будет вечно ощущать, что какая-то часть ее ушла вместе с сестрой. С человеком, которого она любила больше всего на свете, пока не появились Чарлз и девочки. С той, которая была оборотной стороной ее жизни, сердца… другой стороной зеркала.




Предыдущая страница

Ваши комментарии
к роману Как две капли воды - Стил Даниэла



Этот роман оставил в моей душе неизгладимое впечатление!Любовь сестёр друг к другу такая огромная,что не сравнится ни с чем.Прочитайте обязательно- не пожалеете!
Как две капли воды - Стил ДаниэлаЮлия...
1.10.2011, 15.20





Неплохой романrnСначала довольно нудно, но потом захватываетrnНикаких розовых соплей
Как две капли воды - Стил ДаниэлаТаня
17.02.2012, 23.39





что за извращение,бред
Как две капли воды - Стил ДаниэлаМарго
9.09.2012, 21.55





Отличная книга,интересный интригующий жизненный сюжет,читала на одном дыхании,всем советую,просто супер.
Как две капли воды - Стил ДаниэлаАнна
28.06.2013, 13.12





Читайте и рыдайте. Прямо как я.
Как две капли воды - Стил ДаниэлаЛена
29.10.2013, 12.33





Хороший роман! Наплакалась, правда, в волю...
Как две капли воды - Стил ДаниэлаТатьяна
2.11.2013, 19.06





Очень глупый роман, ладно девушки молодые и не опытные, так взрослый мужчина далеко от них не ушел
Как две капли воды - Стил ДаниэлаВалентина
15.07.2014, 17.46





На мой взгнляд начало романа да и середина нудновые,конец скомкан. Идея замаенить друг друга идиотская. Да и в такую любовь сестер не верю: по идее в конце романа Оливия должна умереть ведь она не может жить без сестры
Как две капли воды - Стил ДаниэлаТатьяна
20.08.2014, 21.06





ОООчень нудно!
Как две капли воды - Стил ДаниэлаОльга
14.09.2014, 19.28





Очень надуманно и неправдоподобно
Как две капли воды - Стил ДаниэлаТатьяна
12.12.2015, 15.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100