Читать онлайн Изгнанная из рая, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Изгнанная из рая - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.23 (Голосов: 73)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Изгнанная из рая - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Изгнанная из рая - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Изгнанная из рая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

За два дня до Рождества Габриэла зашла в большой книжный магазин на Третьей авеню, чтобы подыскать подходящий подарок для профессора Томаса. Ей хотелось купить ему книгу, которой еще не было на переполненных полках в его крошечной квартирке.
С поисками нового места она решила подождать. После рождественских каникул будет больше шансов найти подходящую работу. Тем более деньги у нее были. Баумы полностью рассчитали ее и даже выдали небольшую премию, к тому же еще в прошлом месяце Габриэла сумела отложить некоторую сумму, чтобы заплатить за пансион. Но сейчас она решила, что имеет полное право ее потратить. Правда, чек из «Нью-йоркера» еще не пришел, но Габриэла ожидала его в самое ближайшее время. По ее расчетам, тысячи долларов должно было хватить ей месяца на два. Неужели за это время ей не удастся найти себе новое место?
Подарки соседям по пансиону Габриэла уже купила. Стараясь представить, кому что понравится, она приобрела очень удачные вещицы. Миссис Розенштейн получила полфунта красивой шерстяной пряжи, мадам Босличкова — набор ниток и иголок, остальным тоже достались премилые сувениры. А что касается Стива Портера, Габриэла сочла, что знает его недостаточно хорошо, и нечего дарить ему.
Ей очень хотелось послать какой-нибудь подарок матушке Григории, но она знала, что настоятельница его не примет. Габриэла была уверена, что настоятельница любит ее по-прежнему. Но монастырская этика запрещала настоятельнице как-либо общаться с изгнанной из обители послушницей. Габриэла решила, что, когда ее рассказ будет опубликован, это само по себе доставит радость матушке Григории. И возможно, удастся отправить настоятельнице номер «Нью-йоркера», не накликав на нее неприятностей.
По совести сказать, лучшего подарка настоятельнице Габриэла не могла и придумать. Она знала, матушка Григория будет счастлива узнать, что ее воспитанница пошла по верному Пути и добилась успеха. Габриэла любила и помнила старую монахиню, и ей было тяжело думать, что это Рождество они встретят врозь. Но с этим уже ничего нельзя было поделать.
На пороге магазина Габриэла огляделась. Все пространство вокруг занимали стеллажи с новыми книгами, однако в глубине торгового зала она отыскала букинистический отдел, где продавались старые, переплетенные в кожу фолианты и редкие первые издания. Многие из них выглядели весьма потрепанными, но было в них свое особое очарование, которое Габриэла тотчас же почувствовала. Но, увидев наконец цены, она чуть не повернула восвояси. Один средней толщины фолиант, переплетенный в потрескавшуюся телячью кожу с позеленевшими бронзовыми застежками, стоил несколько тысяч долларов. Габриэла, вздохнув, стала искать что-нибудь подешевле.
В конце концов ей повезло. На одной из полок она отыскала очень старый трехтомник одного автора, имя которого старый профессор часто приводил ей в пример. Этот подарок должен был ему понравиться. Габриэла едва совсем не разорилась, но была полна решимости купить именно это. Впрочем, книги были в хорошем состоянии, хотя даже Габриэле было совершенно ясно, что когда-то их читали и перечитывали не один раз.
— Вы сделали отличный выбор, — заметил ей молодой англичанин, который сидел за кассой. — Я купил этот трехтомник в Лондоне еще год назад и привез сюда в расчете, что он уйдет в первый же день, но американцы, видно, не так хорошо разбираются в книгах, как мне казалось. — Тут он слегка усмехнулся. — Это очень редкое и дорогое издание. Мне даже пришлось снизить цену, но все равно никто не хотел его покупать.
— Для меня это тоже дороговато, — призналась Габриэла, наконец-то отсчитавшая нужную сумму. Теперь она так гордилась собой, что решила немного поболтать с молодым человеком и поподробнее выяснить достоинства только что купленных книг.
— Вообще-то это подарок для одного профессора английской литературы, — призналась она. — Он очень любит именно этого автора, и я решила порадовать его.
— Значит, вы студентка? — отчего-то обрадовался молодой человек, но Габриэла смущенно покачала головой.
— Я пока никто, — ответила она. — У меня даже нет работы. Но литературу я люблю.
Сначала она не хотела говорить о том, что собирается стать писательницей, но молодой человек каким-то непостижимым образом догадался об этом и пришел в необыкновенное волнение.
— Скажите, вы уже печатались? Где? — спросил он, и Габриэле пришлось снова покачать головой.
— Я еще только начинаю, — объяснила она. — Мой рассказ, возможно, появится в «Нью-йоркере» в марте месяце, и все это — благодаря тому человеку, для которого я купила эти книги. Он — мой самый большой друг.
— Понимаю, — кивнул молодой человек и тут же, слегка покраснев, признался Габриэле, что в свободное время тоже пописывает. Например, сейчас он работает над своим первым романом.
— Я пока пишу только рассказы, — улыбнулась Габриэла. — Даже не знаю, хватит ли у меня смелости замахнуться на что-то большее. Мне кажется, это так сложно…
— Вы непременно должны попробовать себя во всех областях, — убежденно сказал молодой человек. — У вас получится, вот увидите. Впрочем, конечно, вам самой решать, быть ли профессиональным литератором или нет. Я и сам часто сомневаюсь. Это такой труд! Я начинал с коротких рассказов и стихов, но на эти деньги не проживешь — приходится постоянно подрабатывать в других местах.
— Знаю, — снова улыбнулась Габриэла. — Я сама работала официанткой.
— А я — барменом в Ист-Вилледж, официантом у Элейна, ночным уборщиком в «Джанини-Ярд». Сейчас я устроился менеджером в этом магазине, и мне даже поручают делать закупки для букинистического отдела. Владельцы магазина живут на Бермудах и давно уже не ведут никаких дел сами, но зато очень любят книги. Они оба писатели… — Тут он упомянул два имени, которые произвели на Габриэлу самое сильное впечатление. Эти писатели были ей хорошо знакомы.
— Скажите, что вы планируете делать дальше? Ну, в смысле работы? — спросил ее молодой человек. Он знал, что официантка, особенно такая красивая, как Габриэла, должна получать неплохие чаевые, но такая работа почти не оставляла свободного времени. Многочасовые смены, проведенные на ногах, в постоянном движении, способны были вымотать и самого сильного мужчину. Тут много не напишешь — Пока ничего, — улыбнулась Габриэла. — Я планировала начать поиски нового места после рождественских каникул.
Услышав этот ответ, молодой человек, казалось, воодушевился еще больше.
— Знаете что? — сказал он. — Женщина, которая обычно работает со мной, собирается в отпуск по беременности. В следующую пятницу она выходит на работу в последний раз. Не хотите занять ее место? Зарплата у нас довольно высокая, к тому же и свободного времени будет достаточно. Когда покупателей мало — а в букинистическом отделе их всегда мало, — вы можете читать и даже работать над своими рассказами. Говорят, работать под моим началом довольно приятно, — добавил он с несколько застенчивой улыбкой. — Кстати, меня зовут Иан Джонс.
Габриэла, назвав себя, стала расспрашивать об условиях. Место показалось ей многообещающим. Иан рассказал, сколько дней в неделю и в какое время она должна находиться на рабочем месте, назвал, какую в точности зарплату она будет получать. Сумма произвела на Габриэлу впечатление — она была чуть не вдвое больше той, что ей удавалось заработать у Баума вместе с чаевыми. Да, именно о такой работе она и мечтала.
— Боюсь только, что не смогу представить вам рекомендательное письмо. В Нью-Йорке у меня почти нет знакомых, — сказала она Иану, пытаясь представить, как аттестовал бы свою официантку мистер Баум после того, как сам уволил ее. Иан попросту отмахнулся. Габриэла казалась ему достаточно воспитанной и порядочной девушкой, к тому же она была писательницей. Иан считал, что писатели должны помогать друг другу. Поэтому он только спросил, может ли она выйти на работу второго января, и Габриэла с радостью согласилась. Иан помог ей завернуть книги в красивую упаковочную бумагу.
В пансион Габриэла поехала на автобусе. Дорога занимала всего десять минут, однако она вся извелась — так ей не терпелось поделиться с кем-то своей неслыханной удачей. Увидев ее улыбку, мадам Босличкова даже предположила, что Габриэле удалось продать еще один рассказ, но Габриэла отрицательно покачала головой.
— Нет, нет! — воскликнула она в волнении. — Я нашла замечательное место в книжном магазине на Третьей авеню и второго января выхожу на работу.
Несколько позднее она рассказала об этом и профессору Томасу. Ему было приятно видеть Габриэлу такой счастливой и оживленной. Сам он в последнее время чувствовал себя не очень хорошо — простуда, которую он перенес на ногах, неожиданно осложнилась бронхитом, поэтому большую часть времени профессор полеживал. Вечером Габриэла принесла ему чай. Профессор встретил ее в теплом домашнем халате. Горло его было закутано стареньким кашне, чувствовалось, что он нездоров. Но с приходом Габриэлы он очень оживился, расспрашивая о новой работе, о творческих планах.
Когда Габриэла поднималась к себе, она неожиданно столкнулась на лестнице со Стивом Портером. Молодой постоялец мадам Босличковой выглядел озабоченным, однако он не мог не заметить счастливого лица Габриэлы. Она не сумела удержаться и поделилась с ним своей удачей. Стив поздравил ее, казалось, совершенно искренне и тут же посетовал, что вот ему, к сожалению, не везет. Он прожил в Нью-Йорке уже почти месяц, но так и не сумел найти себе места. Деньги между тем тают на глазах.
— Я слышал, «Нью-йоркер» будет печатать ваш рассказ, — добавил он. — Очень рад за вас, Габриэла. Так держать! Если уж вы поймали удачу за хвост, так не выпускайте ее. Признаться, я даже немного завидую вам. Надеюсь, мне тоже когда-нибудь повезет.
Он, разумеется, не знал, какими несчастьями была полна ее жизнь, прежде чем удача наконец-то улыбнулась ей, но Габриэла и не собиралась рассказывать ему об этом. Ей даже стало жаль Стива — он выглядел таким удрученным. Она-то чуть не летала от счастья и чувствовала себя превосходно. Внезапно Габриэла вспомнила все те нелицеприятные вещи, которые она когда-то говорила и думала о нем. Ей неожиданно стало неловко.
— Кстати, я давно хотела поблагодарить вас за рождественский венок, — сказала она поспешно. — Я повесила его у себя, он очень украшает комнату.
На самом деле Габриэла давно запихала его в пустующий ящик шифоньера. Просто ей вдруг очень захотелось сказать Стиву что-то хорошее — такое, что могло бы его подбодрить. Он старался по возможности украсить жизнь обитателям пансиона. Габриэла пожалела, что держалась с ним так холодно.
— Когда вы в следующий раз пойдете на собеседование, — сказала она, — я буду держать за вас скрещенные пальцы.
— Спасибо, — поблагодарил Стив. — Сейчас я нуждаюсь в любой поддержке.
С этими словами он пошел дальше, но прежде, чем спуститься по лестнице, нерешительно оглянулся и посмотрел на нее. Габриэла увидела это и тоже остановилась.
— Знаете, я все время хотел вас спросить, но боялся, не покажется ли вам это странным, — промолвил он нерешительно. — Не хотите ли сходить со мной в сочельник на рождественскую мессу?
Эта неожиданная просьба смутила Габриэлу, но вместе с тем она была тронута ею. Она хорошо понимала, что Рождество — Рождество без Джо и без сестер из монастыря — станет для нее тяжким испытанием. Да и к мессе она не ходила ни разу с тех пор, как покинула обитель Святого Матфея.
— Я пока не знаю, — ответила она честно. — Но если я решу пойти на рождественскую службу, то скажу вам. Спасибо за предложение, Стив.
— Что вы, не за что! — отозвался он и, взявшись рукой за перила лестницы, быстро сбежал вниз, словно охваченный внезапным смущением, а Габриэла осталась стоять на площадке третьего этажа. Этот короткий разговор каким-то образом убедил ее в том, что она ошибалась, считая Стива наглым, самоуверенным, развязным типом. Прав был профессор Томас, когда убеждал ее в том, что Стив — совершенно нормальный парень. Габриэла снова укорила себя за излишнюю холодность, с которой она к нему отнеслась.
Потом Габриэла с удовольствием вспомнила Иана Джонса. Вот кто и впрямь был отличным парнем, с которым наверняка будет приятно и интересно работать. В разговоре с ней он обмолвился, что встречается с девушкой, на которой собирается жениться. Габриэла сразу подумала, что это ей очень подходит. Сама она пока ни с кем не собиралась «встречаться», поэтому ее весьма устраивало, что интерес, проявленный к ней Ианом, был чисто профессиональным. Габриэла все еще сильно тосковала. Она вообще сомневалась, сможет ли она когда-нибудь встретить человека, который хотя бы отдаленно будет похож на Джо. Возможно, думала она, они с Ианом когда-то станут друзьями, но любовниками — никогда.
И точно так же думала она о Стиве, с которым ей теперь захотелось познакомиться поближе.
— Кажется, вы были совершенно правы насчет мистера Портера, — сказала она профессору Томасу, когда тем же вечером принесла ему ужин, купленный в кафе напротив. — Сегодня я разговаривала с ним, и он действительно показался мне совершенно нормальным. Он никак не может найти себе работу и оттого выглядит немного подавленным.
— Странно, что такой блестящий молодой человек не может нигде устроиться, — отозвался профессор. — С тех пор, как он поселился в пансионе, я несколько раз разговаривал с ним, и, на мой взгляд, у него много достоинств. Стив учился в Йельском университете и закончил его с отличием; кроме того, успел получить квалификацию специалиста по деловому администрированию в Стэнфордской школе бизнеса. Одного этого более чем достаточно, чтобы получить отличное место в любой из крупных корпораций…
Профессор вздохнул. Ему очень хотелось, чтобы Габриэла и Стив в конце концов поладили и, может быть, даже начали встречаться. Новый постоялец мадам Босличковой был целеустремленным, прекрасно подготовленным, талантливым и не лишенным здорового честолюбия молодым человеком. Профессор не сомневался, что, как только ему удастся получить работу, он сразу же пойдет в гору.
Слушая его, Габриэла снова подумала, как же ей повезло — новая работа всего через несколько дней после скандального увольнения. Но она твердо знала, что, даже если бы ей пришлось голодать, она никогда бы не стала жалеть о своем заступничестве. Быть может, рассуждала она, когда-нибудь, вспоминая этот случай, Эдисон поймет, что в мире все же есть люди, которым она не безразлична.
Они с профессором еще немного поговорили, но кашель его изрядно мучил. В конце концов Габриэла поднялась и сказала, что пойдет к себе в комнату, попробует немного поработать над новым рассказом. На самом деле ей просто хотелось, чтобы старый профессор немного отдохнул, да и ей тоже не помешало бы прилечь после всех треволнений сегодняшнего дня.
Но судьба приготовила ей еще один сюрприз. Когда Габриэла поднялась на четвертый этаж, она увидела, что в щели ее двери торчит записка. Она была от Стива, и Габриэла, развернув листок бумаги, поднесла его к свету.
"Дорогая мисс Габи, — писал Стив аккуратным, почти каллиграфическим почерком. — Я осмелился оставить Вам это послание только потому, что мне очень хотелось еще раз поблагодарить за слова сочувствия и поддержки, которые я услышал от Вас сегодня. Обстоятельства таковы, что сейчас я больше, чем когда-либо, нуждаюсь в простом человеческом участии. Мой отец умер прошлой зимой; через месяц после этого мама слегла, и врачи говорят, что она скорее всего уже никогда не поднимется. Она живет далеко, и я не смогу навестить ее в это Рождество, хотя мне очень хотелось бы повидаться с ней.
Теперь, надеюсь. Вы понимаете, чем была вызвана моя странная просьба сходить со мной на рождественскую мессу. Для меня это значило бы очень много, хотя вообще-то я никогда не был особенно религиозным (если, конечно, так можно сказать о католике). Если Вы почему-либо заняты именно в сочельник, мы могли бы перенести наш поход на любой другой удобный для Вас день. А может, просто поужинаем вместе? Я неплохо готовлю, и, если только мадам Босличкова позволит мне воспользоваться ее кухней, я угощу Вас такими отбивными по-техасски, каких вы еще никогда не пробовали (не говоря уже о пицце, спагетти, блинчиках с креветками и свиных эскалопах!).
Впрочем, даже если из этого ничего не выйдет, я хотел бы еще раз поблагодарить Вас и пожелать счастливого Рождества. Пусть Вам и дальше сопутствует удача; по-моему. Вы этого заслуживаете, честное слово — заслуживаете!"
Письмо заканчивалось словами: «С наилучшими пожеланиями, преданный Вам Стив Портер. Писано в Замке баронессы Босличковой в канун Рождества 19** года», и Габриэла не сдержала улыбки.
«Все-таки он милый человек», — подумала она и, сев на кровать, перечитала его записку заново. Строки, в которых Стив упоминал о своих родителях, тронули ее до глубины души. Теперь Габриэла совершено искренне недоумевала, что заставило ее относиться к Стиву с таким подозрением. Да, сначала он казался ей каким-то скользким, чрезмерно напористым и навязчиво дружелюбным, но теперь Габриэла видела, как она в нем ошибалась. Ей было стыдно, и она решила, что должна пойти со Стивом на рождественскую службу хотя бы для того, чтобы загладить свою вину. Ей вообще давно следовало побывать в соборе, чтобы помолиться за Джо и за матушку Григорию. Она должна была это сделать для тех, кто когда-то был ей ближе всего.
И, приняв это решение, Габриэла отложила записку, пересела за стол и придвинула к себе тетрадь. Погрузившись в работу, она очень скоро забыла и о Стиве, и обо всем остальном.
Стива Портера Габриэла не видела до вечера. Встретив молодого человека в вестибюле, она сказала ему, что была бы рада пойти с ним к мессе, если он не передумал. Но Стив не передумал. Он был в восторге и так долго благодарил Габриэлу, что ей снова стало неловко от того, что когда-то она так плохо о нем думала. Ее раскаяние было так велико, что Габриэла рассказала о своих чувствах профессору Томасу, которому она принесла очередной ужин.
— Теперь я вижу, что ошибалась, и мне очень, очень стыдно, — закончила она свою исповедь, и профессор укоризненно покачал головой.
— Лучше поздно, чем никогда, — сказал он с упреком. — Что ж, у тебя еще есть шанс исправить свою ошибку. Стив — хороший парень, к тому же сейчас он переживает не самые легкие времена. Думаю, до конца рождественских каникул он ничего себе не найдет.
В самом деле, Стив ежедневно получал целую кучу официального вида конвертов, а мадам Босличкова, казалось, только и делала, что отвечала на телефонные звонки и записывала сообщения, которые оставляли для него какие-то люди, однако работы пока не было. Иногда профессору даже казалось, что парень чересчур высоко себя ценит и согласится только тогда, когда ему предложат пост генерального директора «Дженерал моторе» или AT&T, однако, несмотря ни на что, он вовсе не казался профессору наглым или излишне самоуверенным. Целеустремленным — да, раскованным — пожалуй, современным — возможно, но никак не развязным, высокомерным или заносчивым, и Габриэла, конечно, ошибалась.
Они встретились в вестибюле в половине одиннадцатого вечера. Стив галантно придержал дверь, пропуская Габриэлу наружу. Ночь была морозной, под ногами похрустывал ледок, а пар от дыхания был таким густым, что просвечивающие сквозь него уличные фонари расплывались и дрожали, словно Габриэла смотрела на них из-под воды. Холодный воздух, врываясь в легкие, обжигал их словно огнем, поэтому по дороге к церкви они почти не разговаривали.
Церковь Святого Андрея очень маленькая, и сегодня она была наполнена до отказа. Казалось, все прихожане собрались здесь в этот предрождественский вечер, да еще привели с собой родственников и друзей. Но Габриэле и Стиву повезло — им удалось занять два последних свободных места на скамье в одном из передних рядов. Всем, кто пришел после них, пришлось стоять в проходе.
Глядя на золоченые решетки хоров, на распятия и статуи Девы Марии и святых, Габриэла почувствовала, как ею овладевает что-то вроде ностальгии. Между колоннами витал запах воска от множества зажженных свечей, а из алтаря доносился аромат ладана и смолы — кафедра была вся в еловых ветках. Для Габриэлы это был залах дома, и она не стала сдерживать подступившие к глазам слезы.
Стив сразу заметил, что она плачет, но ничего не сказал. Вместо этого он только дотронулся до плеча Габриэлы, как бы напоминая ей, что он здесь, рядом, и готов помочь, но тут же снова убрал руку, оставляя Габриэлу наедине со своими мыслями.
Рождественские гимны, которые Габриэла любила и знала наизусть, помогли ей несколько приободриться. Она настолько взяла себя в руки, что спела вместе со всей паствой «Вифлеемскую звезду» и «Тихую ночь». Когда же хор запел «Ave Maria», Стив и Габриэла прослезились уже оба, но на этот раз — от умиления и ощущения неземной благодати, которая переполняла их души. У них обоих были свои дорогие сердцу воспоминания и свои сокровенные надежды.
Когда служба подошла к концу, Габриэла поставила у боковых алтарей три свечи — одну за матушку Григорию и две за Джо и за их ребенка. Потом она долго молилась за их души и на обратном пути из церкви снова была очень молчалива. Стив, очевидно, ожидавший, что Габриэла что-нибудь скажет, первым прервал затянувшееся молчание. Он сказал что-то насчет того, как тяжело людям приходится вдалеке от дома и как нелегко бывает терять своих близких и людей, которых ты когда-то любил. Габриэла снова долго не отвечала, потом , кивнула с тяжелым вздохом.
— Мне показалось, — продолжал Стив, несколько воодушевленный ее реакцией, — что для тебя этот год тоже был нелегким.
— Это так, — подтвердила Габриэла, удивляясь про себя, когда это они успели перейти на «ты». Впрочем, стоила ли такая мелочь внимания? В монастыре на «вы» полагалось называть только старших монахинь и настоятельницу, но это правило часто нарушалось. Даже профессору она несколько раз по ошибке сказала «ты», тут же, впрочем, извинившись.
— Я видел, ты плакала, — сказал Стив, и Габриэла снова кивнула. Отрицать это было бы глупо. Впрочем, ей тоже показалось, что Стив пережил какую-то душевную травму, но, как и полагается мужчине, старается скрыть от нее свои переживания.
Потом они некоторое время шли молча. Стив очень внимательно следил за тем, чтобы не коснуться ее даже случайно, и Габриэла не могла не оценить его деликатности. Если не считать одного-единственного прикосновения в церкви, он вообще еще ни разу к ней не притронулся, и Габриэле даже захотелось попросить у него прощения за то, что она думала о нем плохо.
Но вместо этого она почему-то сказала:
— Ты прав, этот год был для меня очень тяжелым. Я потеряла двух человек, которых очень любила… И еще одну женщину, с которой мы, наверное, уже никогда больше не увидимся. Это случилось совсем недавно, незадолго до того, как я поселилась в пансионе у мадам Босличковой.
Этими словами она хотела дать своему спутнику понять, что на самом деле она очень хорошо понимает его чувства, но Стив вдруг заговорил о другом.
— Наша хозяйка — настоящее сокровище! — произнес он искренне. — Она очень добра ко мне. Бедняжка целыми днями только и делает, что отвечает на мои телефонные звонки!
— Думаю, мадам Босличкова не имеет ничего против, — возразила Габриэла. — У нее добрая душа, хотя она и хочет казаться строгой.
Они были примерно в одном квартале от пансиона, когда Стив неожиданно предложил Габриэле зайти в кафе на углу и выпить по чашечке кофе. Времени было далеко за полночь, но кафе еще работало. Габриэла, успевшая основательно замерзнуть, подумала, что чашечка горячего кофе с молоком или со сливками будет ей очень кстати. Кроме того, она знала, что стоит ей остаться одной, и она сразу начнет думать о Джо и в конце концов непременно расплачется. В рождественскую ночь просто невозможно было не чувствовать себя одинокой. Габриэла решила, что раз уж избежать этого все равно нельзя, то неплохо хотя 6Ы оттянуть наступление этого грустного момента. Возможно, и у Стива тоже были свои печали и заботы, о которых ему не хотелось думать. Так что общество друг друга было для обоих пусть и временным, но все-таки спасением.
— Конечно, почему бы нет? — ответила Габриэла.
За кофе Стив много рассказывал о своем детстве, о своей учебе в Йеле и в Стэнфорде. В Калифорнии ему очень нравилось, но Стив считал, что в Нью-Йорке у него будет больше возможностей найти хорошее место. Сейчас, однако, он начинал сомневаться в правильности своего решения.
— Мне кажется, волноваться еще рано, — сказала ему Габриэла. — Быть может, после Рождества все изменится и тебе повезет.
После этого Стив спросил, правда ли, что она была в монастыре, и Габриэла кивнула.
— Я больше двенадцати лет жила в монастыре Святого Матфея. Сначала я была просто воспитанницей и только в последний год — послушницей. Но в силу ряда обстоятельств мне пришлось оставить монастырь.
— Да, в жизни обстоятельства часто оказываются сильнее нас, не так ли? — заметил Стив, — Это очень печально, но это факт. Иногда мне даже кажется, что в мире не осталось простых, естественных вещей — одни только обстоятельства, которые правят нами по собственному произволу.
— Иногда мы сами себе все усложняем, — возразила Габриэла. — С некоторых пор я стараюсь придерживаться именно этой точки зрения, и хотя у меня это не всегда получается, я постепенно убеждаюсь, что большинство вещей на самом деле гораздо проще, чем кажется на первый взгляд.
— Хотелось бы и мне смотреть на жизнь так, как смотришь ты, — вздохнул Стив, когда официантка наливала им по третьей чашке. — Но сейчас мне это трудно. Быть может, со временем…
И, повинуясь какому-то внутреннему порыву, Стив рассказал Габриэле о девушке, с которой он познакомился во время учебы в Йеле. Они были помолвлены и собирались пожениться прошлым летом, в день Четвертого июля. Но за две недели до свадьбы невеста Стива погибла в автомобильной катастрофе, когда она ехала, чтобы встретиться с ним. Это происшествие, сказал Стив, круто и навсегда изменило его жизнь, и Габриэла сочувственно кивнула.
А на глазах у Стива уже блестели слезы. Словно догадываясь, что в ее лице он обрел благодарную слушательницу, Стив признался, что его невеста была беременна и что он никак не может смириться с потерей сына, рождения которого очень ждал.
Габриэла слушала его с удивлением и ужасом. Сердце ее от жалости обливалось кровью. Трагедия, постигшая Стива, очень напоминала ей ее собственное несчастье. Она тоже потеряла и Джо, и своего ребенка, но рассказать Стиву свою историю Габриэла не осмелилась. Слишком уж затертым и пошлым был сюжет, действующими лицами которого были священник и монашка. Большинство людей просто не способны были увидеть в нем ничего, кроме вульгарной любовной интрижки. О своей любви к Джо Габриэла не рассказывала даже профессору Томасу, которого бесконечно уважала.
— Я чувствовала себя точно так же, когда умер Джо, — все же сказала она. — Мы хотели пожениться, но нам нужно было сначала преодолеть множество проблем. Обстоятельств… — Она грустно улыбнулась, посмотрела на него своими огромными и печальными голубыми глазами и, неожиданно даже для самой себя, добавила:
— Он покончил с собой в октябре.
— О боже! — вырвалось у Стива. — О, Габи, как это ужасно!
С этими словами он порывисто потянулся через стол и взял ее пальцы в свои, а Габриэла в задумчивости не отняла у него руку.
— Теперь, когда я оглядываюсь назад, мне становится странно, как я сумела это пережить, — сказала она. — Все… окружающие считали, что это моя вина, и я тоже была в этом уверена. Даже сейчас я не могу твердо сказать себе, что я была ни при чем. И, наверное, никогда не смогу…
Несмотря на все перемены, происшедшие в ее жизни, Габриэла по-прежнему считала себя главной виновницей большинства собственных и чужих несчастий, но ответственность за самоубийство Джо была, безусловно, самой тяжелой.
— Ты не должна ни в чем винить себя! — с горячностью возразил Стив. — Когда люди… поступают подобным образом, это значит, у них были для этого самые серьезные причины. Нет, я не оправдываю самоубийства, просто когда человек оказывается под прессом множества неблагоприятных обстоятельств, он теряет ориентацию и перестает ясно видеть свои проблемы. В таких условиях легко можно ошибиться и…
Габриэла вздохнула.
— Ты совершенно прав, — согласилась она. — Именно так и произошло с нами… более или менее. Джо остался круглым сиротой в четырнадцать, когда его мать покончила с собой. И всю вину за это он взял на себя. Кроме того, у него был старший брат, который утонул на его глазах, когда Джо было семь, и в этом он тоже винил себя одного. Должно быть, этот груз в конце концов раздавил его, но я не могу считать, что я тут совершенно ни при чем. То, что Джо сделал, он сделал из-за меня. Ему казалось, что он не сможет дать мне все, чего я от него жду. Он казался себе никчемным, слабым, бессильным, недостойным ни меня, ни самой жизни… И это была последняя соломинка.
— Да, такое бремя не под силу нести одному человеку, — согласился Стив. Самообвинения Габриэлы казались ему несправедливыми, но он понимал, что сейчас ее трудно будет переубедить. Поэтому он ничего больше не сказал и, расплатившись за кофе и булочки, пошел вслед за Габриэлой к выходу из кафе. До пансиона было совсем близко, и Стив рискнул дружески обнять ее за плечи, и Габриэла не сбросила его руку. Сегодня, в ночь на Рождество, они обменялись такими признаниями, какие порой не позволяют себе и самые близкие люди, и обнаружили, что у них много общего. «Отныне мы будем друзьями», — подумала Габриэла.
Они расстались на площадке третьего этажа. Стив, прощально махнув рукой, пошел к себе, а Габриэла поднялась в свою комнату. Она быстро разделась и легла, но, как она и ожидала, сон не шел. Габриэла стала думать о Стиве. Он казался ей очень хорошим человеком, к тому же он, оказывается, пережил схожие несчастья, и это не могло не расположить ее к нему.
Потом Габриэла села на кровати и при свете ночника еще раз перечитала письмо Джо, которое, как это всегда бывало, вызвало на ее глаза обильные слезы. Если бы только она могла поговорить с ним. Если бы Джо не умер, сегодня Габриэла не страдала бы от одиночества. Тогда ей, конечно, и в голову бы не пришло делиться своими сокровенными тайнами с совершенно посторонним человеком. Она бы любила Джо, вместо того, чтобы рассказывать о нем в прошедшем времени.
«Нет, это несправедливо, несправедливо!» — подумала в отчаянии Габриэла, но на самом деле она больше не сердилась на Джо. Воспоминания о нем будили в ней только глубокую печаль, но и только.
Ни досады, ни боли она почему-то уже не испытывала.
Но когда под утро она наконец заснула, ей снова приснился Джо, ожидающий ее в монастырском саду.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Изгнанная из рая - Стил Даниэла

Разделы:
* * *Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Ваши комментарии
к роману Изгнанная из рая - Стил Даниэла



Очень понравилась история.Ощущение будто сама пережила всё.под впечатлением.советую.
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаАиша
21.11.2011, 0.19





очень понравилась история.советую
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаАиша
20.11.2011, 23.13





Никогда не читала ничего подобного. Замечательный роман!
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаЕлена
30.01.2012, 11.53





Ужаснее романа в жизни не читала,больше похоже на криминальную хронику,после таких побоев 100% можно остаться инвалидом,вообщем ужас,кошмар,я в глубоком шоке!!!!!!!!!!
Изгнанная из рая - Стил Даниэланаташа
15.03.2012, 8.17





очень хорошая книга
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаАся
10.05.2012, 14.55





Чудесный роман,во всех бедах Габриэлы виноваты родители, эсли конечно их можно так называть... Габи будет счастьлива с Питером. 12.05.2012 г.Баку
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаХатира
12.05.2012, 21.05





отличная книга!!! любителям чтения советую прочитать поющие в терновнике(если кто то не читал еще)она провда по серьезней
Изгнанная из рая - Стил Даниэлакатя
25.09.2012, 0.11





все книги Даниэлы Стил читаю с большим удовольствием
Изгнанная из рая - Стил Даниэлавиоллета
19.12.2012, 13.22





Я тоже прочитала уже много книг этого автора и все они замечательные. еще и тем. что добро все-таки побеждает. как в сказках. и на душе становится как-то теплее и хочется самой еще успеть сделать что-то доброе.
Изгнанная из рая - Стил Даниэлагалина
4.01.2013, 4.22





Очень хорошая книга
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаЛюбовь
12.09.2013, 10.03





Читаю книги Даниэлы Стил с большим удовольствием и на одном дыхании . Все истории поражают своей верой в любовь, доброту, верность . Большое спасибо Даниэла за ее Книги!
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаНаталья
21.10.2013, 22.08





очень интересный роман. но если не читать первой книги вряд ли поймешь всю глубину
Изгнанная из рая - Стил Даниэлаанна
16.11.2013, 12.40





спасибо
Изгнанная из рая - Стил Даниэлалидия
15.06.2014, 16.20





Очень люблю книги этой писательницы. Читаю всегда на одном дыхании!!!!
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаОксана
17.09.2014, 9.55





много эмоций у меня после прочитанного.......... скажу одно очень реальный и сложный роман. это не мыло и сопли..........меня как будто всю развернуло на 380. но сначала прочтите 1 рассказ "не о чем не жалею" Д. Стил.
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаКетрин
12.11.2014, 11.28





Очень интересный роман, читаешь и не можешь оторваться, чем же всё закончиться.
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаАлёна
17.12.2014, 18.19





книга очень хорошая и глубокая.кто прочитает не пожалеет.
Изгнанная из рая - Стил Даниэлаирина
2.12.2015, 19.01





книга очень хорошая и глубокая.кто прочитает не пожалеет.
Изгнанная из рая - Стил Даниэлаирина
2.12.2015, 19.01





Книга очень хорошая. Читая её сам становишся сильнее.учит не сдаваться
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаЕлена
20.12.2015, 8.59





Книга очень хорошая. Но много страданий.
Изгнанная из рая - Стил ДаниэлаЕлена
21.12.2015, 22.00








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100