Читать онлайн Хочу “Оскар”!, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Хочу “Оскар”! - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 4.52 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Хочу “Оскар”! - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Хочу “Оскар”! - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Хочу “Оскар”!

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Когда воскресным вечером Дуглас появился в бунгало номер два, он выглядел раскованным и счастливым. Он принес с собой несколько индийских блюд с карри, которые распространяли аппетитный аромат. Таня разложила блюда по тарелкам и, расположившись за столом, начала рассказывать Дугласу, как прошел уик-энд. Она рассказала о детях, о своем доме и о том, каким пустым выглядел дом, когда она вошла в него, – словно опавший лист прошедшего лета, ломкий, сухой и выцветший. Таня созналась Дугласу, что она не понимает, где она живет, какому месту принадлежит. Сейчас домом для нее стало ее бунгало – с ним не было связано никаких болезненных воспоминаний. Питер появился здесь всего однажды, и то только на два дня. Остальное время оно принадлежало ей целиком и полностью.
После ужина Дуглас сел на диван рядом с Таней и обнял ее, и они продолжали разговаривать, как старые друзья. И все же теперь они были в новом пространстве – их отношения постепенно переходили в другую стадию. Дуглас уже не был всего лишь добрым другом, его внимание, его нежность меняли все. Дуглас стал близок Тане, она уже не представляла свою жизнь без его присутствия.
Рука Дугласа лежала на плече Тани, а потом они начали целоваться. Его страстность быстро передалась Тане, и она обнаружила, к собственному удивлению, что отвечает на его поцелуи с не меньшим пылом. Таня думала, что эти чувства умерли в ней с уходом Питера, и вот теперь обнаружила, что они все еще живы. С каждой секундой она все яснее понимала, что ее влечет к Дугласу. В нем было нечто необыкновенно чувственное и мужественное, и теперь, когда он больше не сдерживал себя, он сумел и в Тане разбудить ответную реакцию.
Время остановилось. Когда они вошли в спальню, Дуглас выключил свет, а Таня сняла покрывало с кровати. Они медленно разделись, улыбаясь друг другу в свете ночника. У них не было ощущения новой любовной связи – ведь они уже давно и хорошо знали друг друга. Так все и должно было случиться между мужчиной и женщиной, которые уже давно находят радость и необходимость в общении, а сейчас открывают новую страницу своих отношений – желанных и близких. Таня была поражена тем, что ей так легко с Дугласом. Она изголодалась по любви и ласке. Дуглас дал ей все это. И до того, как он ушел в два часа ночи, они еще раз подарили друг другу всю полноту любви и близости. Вечер был невероятный, и их только что возникшая любовная связь освободила Таню от сомнений. Они любили друг друга сильно и не стыдясь. Дуглас был опытным, внимательным любовником, желающим одного – доставить удовольствие Тане. В их отношениях было, может быть, нечто рассудочное. Ведь Тане и раньше казалось, что Дуглас все заранее планирует в жизни. Но сейчас он думал лишь о том, как сделать ее счастливой.
– Если бы я знал, что все так будет, – нежно произнес Дуглас, целуя Таню перед уходом, – я бы давно уже это сделал. Прости, что я медлил.
Таня рассмеялась и поцеловала его в шею. Но они оба понимали, что любая спешка тут только повредила бы. Дуглас умно поступил, что дал ей время. Он верно угадал момент. Теперь Таня готова была принять его, готова была попытаться начать заново. Но даже теперь ей было странно находиться в постели с кем-то другим. Но с каждой минутой их близости связь между нею и Дугласом становилась все более прочной. Они перешли мост и очутились в новом мире.
Прежде чем уйти, Дуглас еще раз страстно поцеловал Таню, а когда добрался домой – позвонил, чтобы сказать, что любит ее и уже соскучился по ней. А Таня твердила себе снова и снова, как ей повезло. Но на краткий миг, когда она снова лежала одна в постели, она поймала себя на том, что ей не хватает Питера, – и на глаза ее навернулись слезы. Заниматься любовью с Дугласом – это было потрясающе. Он был заботливым и опытным партнером. Но внезапно Таню пронзило уже несбыточное желание – ей захотелось услышать голос Питера, почувствовать его прикосновения, уловить его родной запах. Как видно, невозможно выбросить из памяти двадцать лет жизни. И все-таки теперь в ее жизни началась новая глава. Тане казалось, что поток, хлынувший сегодня, уносит ее с собой.
С этого дня и с этой ночи они с Дугласом стали встречаться еще чаще. Он приходил почти каждый вечер. Они ласкали друг друга, читали примечания к сценарию, обсуждали отснятый материал, фильм, заказывали еду в номер или выбирались куда-то поужинать. Тане было легко и приятно с Дугласом, а на съемочной площадке они работали, не давая себе отдыха. Они пытались держать их роман в тайне, но, когда их взгляды встречались, нужно было быть слепым, чтобы не понять, что происходит. Постепенно поток входил в русло, и Таня все больше влюблялась в Дугласа. А он был счастлив этим. Единственной частью Таниной жизни, с которой Дуглас до сих пор был незнаком, оставались ее дети. Таня замечала, что, когда кто-нибудь из них звонил ей, Дуглас начинал нервничать. Ну что ж, по крайней мере, они проведут некоторое время вместе на яхте, а на все остальное потребуется время. Яхта станет великолепным началом. Самое главное, что между ними все было необыкновенно хорошо. Дуглас вернул Тане веру в жизнь и вылечил ее пострадавшее самоуважение.
На съемочной площадке начались горячие денечки. Таня сумела выбраться домой лишь двадцать третьего декабря, в один день с детьми. Потому у Тани даже не было времени, чтобы как следует убрать и проветрить дом. Наемная уборщица прибиралась в доме раз в неделю, но это было не то.
Дуглас улетел в Сент-Бартс в тот же день, когда Таня уехала в Росс. Первый вечер в доме выдался хлопотный: приехали дети и набежали их друзья. А назавтра дом словно вымер: дети ушли на канун Рождества к Питеру и Алисе. Тане тяжело было делить их с Питером. Она в одиночестве сходила на вечерню, а вернувшись домой, совсем загрустила. Было уже слишком поздно, чтобы звонить Дугласу на яхту. Таня долго сидела одна в гостиной, вспоминая те времена, когда дети были маленькими и они все были счастливы вместе. На мгновение ей захотелось позвонить Питеру и пожелать ему счастливого Рождества, но потом она поняла, что не может это сделать. Поздно. Или рано. Они еще не успели далеко уйти по новым дорогам, и боль еще не улеглась, и раны не успели затянуться.
На следующий день, когда дети вернулись, дом ожил. Они подарили друг другу подарки, пообедали, а вечером стали собирать вещи для поездки. Молли и Джейсон пребывали в радостном возбуждении. Мэган после ужина вернулась к отцу, поскольку остальные должны были уехать завтра рано утром.
– Ты точно не передумала? – спросила дочь Таня.
Мэган покачала головой. Раз взявшись действовать наперекор, Мэган решила идти до конца. Мэган вполне ладила с Алисой, но в душе до сих пор винила мать в разводе. Она тоже по-своему страдала.
Трое путешественников отправились в аэропорт в шесть утра. Они добрались туда к семи, а в восемь самолет Дугласа оторвался от земли. Они направились в Майами и приземлились там в час дня – по местному времени в четыре. Там они дозаправились и через час снова поднялись в небо после того, как Таня с детьми полчаса побродила по аэропорту, чтобы размяться. В Сент-Бартс они долетели в восемь по времени Майами и в девять по местному, после ужасной посадки, впрочем, вполне обычной для Сент-Бартса. В аэропорту их ждали три человека из экипажа Дугласа. Таня и дети провели в пути одиннадцать часов. Им никогда не удалось бы преодолеть этот путь за один день, если бы не самолет Дугласа. Форма членов экипажа произвела на детей впечатление. На форме было вышито название яхты – «Reve», по-французски – «мечта». А у Тани было такое чувство, словно она видит красивый фильм. Она даже не представляла себе, что такое яхта длиной в двести футов, хотя и видела ее на фотографии у Дугласа дома. В яхте было семьдесят метров, и вблизи она производила впечатление круизного лайнера. Никто из них никогда еще не видел такой большой яхты. «Reve» была самой крупной яхтой в оживленном и ярко освещенном порту. Вдоль набережной сияли огнями многочисленные магазинчики. Когда Таня и дети вышли из машины, они увидели на палубе яхты Дугласа, он помахал им рукой. Дуглас загорел, стоял босой, в белых джинсах и футболке. Увидев Таню, он просиял, а у нее сердце забилось быстрее. Дети уставились на яхту с благоговейным трепетом. Таня тоже последовала бы их примеру, если бы ее взгляд не был прикован к Дугласу. Они оба волновались, устремив взгляды друг на друга. Таня вдруг почувствовала, что отныне она принадлежит этому мужчине. И сейчас она здесь, потому что здесь он. И ни по какой другой причине.
Члены экипажа ждали Таню и детей на палубе, чтобы приветствовать их. Стюардесса повела Молли и Джейсона в их каюты на нижней палубе. Они последовали за ней, а Таня поднялась по трапу на верхнюю палубу, к Дугласу. Дуглас тут же обнял ее и поцеловал, и Таня прильнула к нему. Она успела соскучиться по его объятиям. Дуглас потрясающе смотрелся в этой романтической обстановке. Да, он был прав. Яхта – отличное место для знакомства. Даже в эти минуты их встречи Таня не могла не думать, как пройдет знакомство Дугласа и ее детей.
– Ты, должно быть, устала за время путешествия, – произнес Дуглас, а потом наполнил бокал и вручил Тане. В бокале оказалась «Маргарита», коктейль с текилой, идеально подходивший к здешней благоуханной ночи.
Погода стояла прекрасная. Для Молли и Джейсона был накрыт в гостиной стол с бутербродами, и они сидели, не веря своим глазам, настолько роскошная была яхта. В экипаже было пятнадцать человек, и они делали все, чтобы Таня и ее дети чувствовали себя как дома.
– Да нет, я, в общем, и не устала, – отозвалась Таня, пригубив коктейль и осторожно лизнув соль. – У тебя прекрасный самолет. Нас там так баловали, что мы уже решили, что умерли и попали в рай. А яхта просто великолепна, – польстила Дугласу Таня.
Дуглас расцвел. Он думал о Тане все эти дни и с нетерпением ждал ее приезда и откровенно радовался встрече. Но Таня чувствовала в нем внутреннее напряжение, как будто он хотел вести себя естественно и непринужденно, но что-то его беспокоило. Таня надеялась, что это не из-за присутствия детей, но потом она постаралась выкинуть тревожные мысли из головы.
– Правда, она настоящая красавица? – с гордостью спросил Дуглас. – Она у меня уже почти десять лет, и мне хочется построить другую, побольше, но не хватает духу расстаться с этой.
Для такого класса яхт десять лет было немалым возрастом. Тане яхта показалась новенькой, как с иголочки, – судно, как и все, что имело отношение к Дугласу, было в превосходном состоянии. Дуглас стремился к тому, чтобы ему принадлежало все самое лучшее, и «Reve» не была исключением.
Они сидели на палубе под напоенным экзотическими ароматами тропическим ветерком, и Дуглас вроде бы расслабился. Стюардесса принесла Тане шаль. Таня поела суши, приготовленное из местной рыбы. Тут на палубу поднялись Молли с Джейсоном. Вид у них был ошеломленный. Это была их первая встреча с Дугласом. Они вели себя очень вежливо и были преисполнены такого волнения, что их хватило только на то, чтобы поздороваться. Таня почувствовала, как при их появлении напрягся Дуглас. Он кивнул Молли и Джейсону и снова вернулся к разговору с Таней. Он, казалось, не был готов встретиться с ними и потому не знал, что ему делать дальше. Дуглас понятия не имел, о чем можно разговаривать с молодыми людьми этого возраста, и Таня видела в его глазах растерянность. Дети были слишком утомлены, чтобы заметить это, а Таня надеялась, что через несколько дней, когда они познакомятся поближе, станет лучше. И Джейсон, и Молли были легкими в общении людьми, они были хорошо воспитаны, и Таня ими гордилась. Дуглас же, похоже, был в панике.
Через некоторое время, около полуночи, все разошлись по своим каютам. Молли с Джейсоном пробрались на камбуз, чтобы поболтать с членами экипажа. Они очень обрадовались, обнаружив на яхте молодежь. А в хозяйской каюте – именно так она называлась – Таня приняла душ. Когда Таня вышла из душа, Дуглас уже ждал ее с шампанским и клубникой. Они нырнули в кровать и занялись любовью. Так они и предавались страсти в его каюте до самого рассвета и лишь к утру наконец уснули. Таня так и не сходила посмотреть, как там дети, – она была уверена, что с ними все в порядке.
Когда Таня проснулась, Дугласа в каюте не было. Когда Таня отыскала его, он сидел на палубе в плавках, и вид у него был серьезный. Увидев Таню, Дуглас заулыбался. Таня проснулась оттого, что яхта вышла из порта, поискать место, где можно было бы встать на якорь, чтобы поплавать и покататься на водном мотоцикле. Молли и Джейсон тоже были на палубе. Все трое молчали и, судя по виду, чувствовали себя не в своей тарелке. Дети явно скучали. Стоило лишь Тане усесться рядом с детьми, как те начали кидать на нее многозначительные взгляды. Ей оставалось лишь одобряюще улыбаться им. Вскоре Таня отправилась в свою каюту, чтобы переодеться и надеть купальник. Несколько мгновений спустя там же объявились Молли с Джейсоном и хором заявили, что этот Дуглас Уэйн очень странный тип.
– Ма, я несколько раз пытался заговорить с ним, а он даже не ответил, – пожаловался Джейсон. – Просто продолжал читать газету.
– Думаю, он вас боится, – тихо отозвалась Таня. – Не судите его строго. Он никогда не общался с детьми и, мне кажется, нервничает в их присутствии.
Теперь и Таня забеспокоилась.
– Я ему задала вопрос насчет яхты, – добавила Молли, – а он сказал, что детей должно быть видно, но не слышно. А потом велел Энни, стюардессе, отвести нас на камбуз и накормить там, чтобы мы не сорили в кают-компании. Он что, считает, что нам по пять лет?!
– Глядя на тебя, солнышко, этого не скажешь, – сказала Таня дочери. В бикини Молли смотрелась просто потрясающе. – Дайте ему немного времени. Это было очень любезно с его стороны – пригласить нас сюда. Вы же видите его в первый раз. Так что не спешите с выводами.
Тане ужасно хотелось, чтобы все они нашли общий язык.
– По-моему, он хотел видеть здесь тебя, но не нас. Возможно, нам стоит вернуться обратно, – уязвленно сказала Молли. Она явно была расстроена.
– Не глупи! Мы все вместе приехали отдохнуть и приятно провести время. Мы и будем отдыхать. Вы можете после завтрака покататься на водном мотоцикле.
Но когда они собрались кататься, Дуглас забеспокоился. Он сказал, что не хочет, чтобы с детьми что-нибудь случилось, а потом еще сильнее все испортил, добавив, что не желает, чтобы они подали на него в суд, если что-нибудь все-таки случится, или чтобы они испортили технику. В конце концов он разрешил им покататься на водном мотоцикле, но при условии, что за рулем будет кто-нибудь из членов экипажа, хотя Таня заверила его, что летом в Тахо Джейсон уже катался на таком же. Но Дуглас все равно ужасно нервничал, глядя, как Джейсон резвится.
– Гости несколько раз подавали на меня в суд, – с озабоченным выражением лица объяснил он. – А кроме того, ты мне никогда не простишь, если кто-нибудь из твоих детей пострадает.
Дуглас метался между чрезмерной опекой и откровенной грубостью. Он никак не мог найти правильный тон и форму обращения к Молли и Джейсону. Он то ли боялся за них, то ли злился, что они тут ошиваются. Тане стало очевидно, что брать детей в это путешествие было ошибкой. Похоже, Дуглас не в силах был ни приспособиться к их присутствию, ни, по крайней мере, радушно встретить их.
В обед он отослал детей на камбуз, есть вместе с членами экипажа. Он сказал, чтобы они принимали ванну только после того, как вымоются под душем, и не велел им пользоваться средством для загара. Он запретил Джейсону пользоваться его тренажерным залом, сказав, что тренажеры отлажены под него и требуют осторожного обращения. Им было позволено купаться в море вместе с членами экипажа, но запрещено лежать на шезлонгах, потому что Таня все-таки настояла, что при таком жгучем солнце им надо воспользоваться средством, чтобы не сгореть на солнце. Ужинали они в шесть, опять вместе с экипажем. Таню Дуглас пригласил поужинать в Сент-Бартс и был предельно любезен с ней, но, когда дети были рядом с ними, он по-прежнему напрягался.
– Дуглас, но они же хорошие, нормальные ребята. Перестань психовать, – урезонивала его Таня.
Но пока они не сошли с причала и не поднялись на яхту, вид у Дугласа бы разнесчастный. Он не позволял Молли и Джексону ничего, кроме как есть, спать и быть с экипажем. Когда они оказывались рядом, Дуглас становился другим человеком. Всем членам экипажа было вменено в обязанность заниматься ребятами и держать их как можно дальше от Дугласа и Тани. Он хотел, чтобы Таня принадлежала ему безраздельно. Очень быстро Таня поняла, что Дуглас ревнует ее к детям. На второй день Молли с Джейсоном не выдержали и заявили, что, если так будет продолжаться, они возвращаются домой. Тане не хотелось быть невежливой, и она попыталась уговорить Дугласа смягчиться. Она сказала ему, что ее дети уже взрослые и не привыкли, чтобы с ними обращались как с несмышленышами. Таня прилагала все усилия, чтобы навести мосты между ними, но безрезультатно. Дуглас хотел быть с ней наедине, а дети начинали потихоньку ненавидеть его.
Вечером после ужина двое членов экипажа повели Джейсона и Молли по местным барам и в диско-клуб, чтобы развлечь их. Они вернулись домой в четыре ночи, веселые и довольные, изрядно навеселе. Разойдясь не на шутку, они, осмелев, заявились прямиком в каюту к Дугласу, чтобы рассказать, как здорово они провели время. Когда они ввалились в каюту, Молли вырвало. Таня кинулась убирать за ней, а Дуглас в ужасе уставился на все это, лишившись дара речи.
– Привет, Даг, – проговорил Джейсон. – Пришли сказать вам спокойной ночи. Клевая яхта. Мы потрясно позажигали.
Дуглас онемел, а Таня тем временем лихорадочно пыталась почистить ковер. В каюте стоял мерзкий запах. Дуглас молча встал и вышел, а Таня повела своих подгулявших детей в их каюту. Дуглас провел ночь на палубе, а на следующий день вся команда отчищала ковер в его каюте.
– Неприятная вышла сцена прошлой ночью, – сказал Тане Дуглас во время завтрака. И спросил с явным раздражением: – Ты полагаешь, детям в их возрасте можно разрешать спиртное?
– Извини, Дуглас. Ты же знаешь, как это бывает с молодежью, – сказала Таня, решив, что хоть у Дугласа и не было своих детей, но ведь когда-то же и он был молодым.
– Нет, не знаю. И часто они так? В смысле – напиваются?!
– Случается, они же студенты. Молли не привыкла к спиртному, потому ее и стошнило. Джейсон покрепче и вообще-то знает свою меру.
– А ты не думала отправить их на лечение? – строго спросил Дуглас, и Таня с ужасом осознала, что он говорит совершенно серьезно. Теперь уже было очевидно, что Дуглас не понимал, что делает, когда приглашал ее и детей в эту поездку. Да, он руководствовался лучшими побуждениями, но дети и молодежь были для него существами из другого мира – чуждыми и непонятными.
– Конечно, нет, – спокойно ответила Таня. – С ними все в порядке. Они не нуждаются в лечении. С ними такое обычно не случается, разве что когда у них каникулы. И я думаю, им сейчас так же неловко, как и тебе.
Впервые кто-то из них вслух признался в том, как им всем не по себе, и в особенности хозяину яхты. Все хотели как лучше, но, увы, не получилось.
– Извини, Таня. Я к подобному не готов. Я не рассчитал своих возможностей.
Вид у Дугласа был несчастный, он был смущен и подавлен, и Тане стало жаль его.
– Но ты по крайней мере попытался, – поддержала его она, и Дуглас кивнул. Он не знал, что еще сказать.
Когда дети встали, начались неприятности. У них было похмелье, и Молли снова вырвало, на этот раз в ее каюте, и пришлось, к смятению Тани и команды, отмывать еще один ковер. Правда, на этот раз им удалось скрыть происшествие от Дугласа. Молли чувствовала себя виноватой, потому что ощущала напряжение в отношениях между Дугласом и ее матерью и понимала, что причиной тому они. Понятно было, что Дугласу неприятно видеть их на борту яхты. Молли только не понимала, зачем он вообще их пригласил – ну разве что затем, чтобы сделать приятное их матери. А мать вся изнервничалась, пытаясь добиться, чтобы им хорошо отдыхалось и при этом они не путались у Дугласа под ногами. Было совершенно ясно, что он пригласил их, чтобы сделать любезный жест по отношению к Тане. Он и не намеревался знакомиться с ними поближе и понятия не имел, как вообще к ним относиться.
Тем вечером Дуглас повел Таню ужинать, а ее детей не пригласил. Он просто не знал, ни как с ними разговаривать, ни о чем. Он не чувствовал в себе сил искать с ними общий язык. После вчерашнего инцидента Таня даже не стала упоминать о них за ужином. Одно было хорошо, что ребята отлично поладили с командой и теперь постоянно ошивались там, так что Таня их почти не видела. Но сама она совершенно не отдыхала – растущая враждебность между Дугласом и ее детьми изводила ее и лишала всякого покоя.
Апофеоза напряжение достигло на Новый год, когда дети сошли на берег вместе с несколькими членами экипажа. Вся компания перепилась, и их привез обратно полицейский, который предпочел сдать их капитану, а не тащить в участок. Таня уложила детей спать и снова извинилась перед Дугласом.
– Ну, сейчас ведь Новый год, в конце концов.
Они с Дугласом пили на палубе шампанское и целовались, когда подъехала полицейская машина с громко распевающими пассажирами. Дуглас не увидел в этом ничего смешного, как и остальные члены экипажа.
– Твои дети портят мне команду, – пожаловался Дуглас, хотя как раз члены команды напились куда сильнее.
– Они пили все вместе, – возразила Таня.
Ей тоже не нравилось поведение ее детей, но поездка обернулась для них сплошными неприятностями, и она ничего не могла с этим поделать. Дуглас ни разу не пригласил детей за общий стол, почти не разговаривал с ними и откровенно сожалел, что пригласил их. Он обожал Таню, но не ее детей, и отдых был безнадежно испорчен. Таня хотела лишь одного: чтобы они поладили. Но она видела, что и ее дети, и Дуглас ненавидят каждую минуту этой поездки.
Даже их отъезд с яхты и тот прошел ужасно. Когда Джейсону и Молли пришло время уезжать, они оба были угрюмы и неразговорчивы. Дуглас совершенно неискренне выразил надежду, что в следующий раз все, возможно, будет лучше. Он пробормотал что-то насчет того, что не привык к детям, а они сухо поблагодарили его и ушли. Дуглас с облегчением вздохнул. Он обнял Таню и виновато посмотрел на нее. Таня сидела совершенно убитая.
– Прости, дорогая, – сказал Дуглас и поцеловал Таню. – Не знаю, что и сказать тебе. Думаю, я запаниковал. Мне оказалось не по силам выдержать их пребывание на борту. Я ведь надеялся, что сумею все это вынести, но, как видишь, ничего не получилось.
Это было очевидно, но Тане не верилось, что в будущем что-либо изменится. Дети приводили Дугласа в ужас. Он питал к ним сильнейшую антипатию – о чем и предупреждал Таню с самого начала. Таня была ужасно разочарована тем, как оно все обернулось, и не сомневалась, что Молли с Джейсоном разделяют ее чувства. Их пребывание на яхте Дугласа было настоящим кошмаром. Таня сожалела, что втянула детей в это. Теперь их почти невозможно будет убедить в том, что она и Дуглас составят прекрасную пару. Да она и сама серьезно усомнилась в этом. Ей было необходимо, чтобы Дуглас ладил с ее детьми, а для него это, судя по всему, было невозможно.
– Ты когда-нибудь простишь меня за то, что я так плохо себя вел? – обеспокоенно спросил Дуглас.
– Я просто хотела, чтобы вы познакомились друг с другом и подружились, – ушла от прямого ответа Таня.
– Возможно, нам лучше это удастся, когда мы будем на твердой почве, – пошутил Дуглас. – Я просто очень боялся, что с ними что-нибудь случится на яхте или в море.
– Я понимаю, – отозвалась Таня. Ей хотелось побыстрее все забыть, но она знала, что дети еще долго будут припоминать ей эту поездку. Увы, она стала серьезным разочарованием для всех действующих лиц.
Когда дети уехали, Таня попыталась прийти в себя и насладиться отдыхом, но ее терзало беспокойство из-за пропасти, пролегшей между Дугласом и ее детьми. Таня понимала, что для восстановления отношений потребуется время – и, возможно, немалое.
В конце концов они провели на яхте четыре спокойных дня: плавали от острова к острову, купались, ели на палубе, занимались любовью. Для Дугласа это был превосходный отпуск, которого он и желал. Это были отношения двух взрослых людей, оставлявшие очень мало места для детей Тани, и Таня не представляла, как это можно изменить, если не изменится сам Дуглас. Во всяком случае, пока Молли и Джейсон были на яхте, он не выказывал ни малейшего внимания или интереса по отношению к ним. Таня еще несколько раз извинялась перед детьми во время телефонных разговоров, и они сказали, что все понимают. Но Таня в этом сомневалась. Вряд ли они могли оправдать подобное отношение к себе, а тем более понять.
По окончании отдыха Таня вернулась в Лос-Анджелес вместе с Дугласом на его самолете. В самолете Дуглас спал, а Таня работала над сценарием. Потом он отвез Таню в бунгало. Настроение у Тани было невеселое. Попытка познакомить Дугласа с ее детьми с треском провалилась. Ничего не могли изменить даже несколько чудесных дней наедине с Дугласом. Но этого было недостаточно, чтобы Таня решилась связать свою жизнь с Дугласом. Проблема оставалась. Ее дети были для нее всем, и теперь перспектива жизни с Дугласом внушала Тане серьезное беспокойство. Вероятность серьезных взаимоотношений между ними уменьшилась из-за того, как он относился к Молли и Джейсону во время их пребывания на яхте, и из-за его неспособности поладить с ними.
– Я буду скучать по тебе сегодня ночью, – сказал Дуглас, поцеловав Таню перед уходом. Похоже, он не понимал, насколько она встревожена. Он-то выбросил ее детей из головы сразу же, как только они сошли с яхты.
– И я, – шепнула Таня, а когда Дуглас ушел, опустилась на кровать и разрыдалась.
Таня хотела быть с Дугласом, но его неприятие Молли и Джейсона ставило под вопрос их отношения. Что бы ни было тому причиной, Дуглас не принял ее детей. И она не могла закрыть на это глаза. Дуглас не раз говорил Тане, что начисто лишен родительского инстинкта. Но тогда речь шла о детях вообще, а сейчас идет о ее детях. Дуглас хотел быть с Таней, а она шла в комплекте с детьми. Они были дополнением к союзу и подарком, который Дуглас не хотел и не мог принять. А для Тани это меняло все.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Хочу “Оскар”! - Стил Даниэла



Книга супер!!!!!Благодарю за доставленное удовольствие от прочтения!
Хочу “Оскар”! - Стил ДаниэлаЛариса
28.10.2014, 21.58





Неплохой роман, хотя читать его нелегко - очень затянут, язык тяжеловат, множество мелких лишних деталей, но зато жизненный и герои реальны: 5/10.
Хочу “Оскар”! - Стил Даниэлаязвочка
29.10.2014, 2.26








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100