Читать онлайн Драгоценности, автора - Стил Даниэла, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Драгоценности - Стил Даниэла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 51)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Драгоценности - Стил Даниэла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Драгоценности - Стил Даниэла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Стил Даниэла

Драгоценности

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

На следующий день, как и было запланировано, они отправились в Вестминстерское аббатство, и старшие Томпсоны почувствовали, что между молодыми людьми что-то произошло. Сара казалась более покорной, чем прежде, и Вильям смотрел на нее иначе. Виктория Томпсон обеспокоено перешептывалась с мужем, когда они отошли в сторону.
— Ты полагаешь, что-то произошло? — спросила она с тревогой, понизив голос. — Кажется, Сара чем-то огорчена.
— Не имею представления, — сдержанно ответил Эдвард, в то время как Вильям принялся рассказывать им о некоторых деталях архитектуры. Как и в Тауэре, он потчевал их историями из личной жизни королей и интересными подробностями о разных монархах. Он коснулся коронации, состоявшейся в прошлом году, и сделал пару благожелательных замечаний о своем кузене Берти. Берти был теперь королем, несмотря на все его протесты. Никогда не готовившийся к этой роли, он пришел в ужас, когда его брат Дэвид отрекся от трона. Потом они бродили среди гробниц, и снова Виктория обратила внимание на необычайную задумчивость дочери. Старшие Томпсоны отстали, оставив молодых людей наедине, и увидели, что Сара и Вильям как будто погрузились в серьезный разговор.
Он выглядел встревоженным и испуганным.
— Мне не следовало говорить вам того, что я сказал, не так ли? — Прежде он никогда не испытывал такого чувства ни к кому. Он казался самому себе мальчишкой, по уши влюбленным в нее, и не мог удержаться от признания. — Простите, Сара… Я люблю вас… Я знаю, это выглядит как безумие, и вы, должно быть, считаете меня сумасшедшим. Но я полюбил вас с первого взгляда, ваши мысли, ваш ум и вашу красоту. И я не хочу потерять вас.
Она подняла на него печальные глаза, в них была мука, и по ее взгляду Вильям понял, что она тоже любит его, но борется со своим чувством.
— Как вы можете говорить, что не хотите меня потерять. Я никогда не принадлежала вам. Я разведенная женщина. А вы можете унаследовать трон. Все, что было между нами… дружба… или случайный флирт…
Вильям на мгновение отступил назад, и на его лице появился намек на улыбку:
— Моя дорогая девочка, если вы называете это случайным, мне было бы очень приятно, если бы вы объяснили мне, что вы считаете серьезным. Я никогда не был ни с кем так серьезен за всю свою жизнь, а мы только что встретились. Моя дорогая, для меня это не случайный флирт.
— Хорошо, хорошо. — Сара улыбнулась против своей воли и выглядела в этот момент еще красивее, чем всегда. — Вы знаете, что я имею в виду. Это ни к чему не приведет. Зачем нам понапрасну мучить друг друга? Давайте останемся просто друзьями. Я скоро вернусь домой, а у вас будет своя жизнь здесь, в Англии.
— А вы? К какой жизни вы вернетесь? — Его огорчили слова Сары. — Ваша жалкая ферма, где вы собираетесь доживать свои дни, как старуха? Не делайте глупостей!
— Вильям, я разведена! Вернее, скоро развожусь. Неразумно с вашей стороны продолжать это, даже если нас влечет друг к другу, — с трудом произнесла она.
— Я хочу, чтобы вы знали, что меня нисколько не волнует ваш развод, — горячился он. — Для меня этот развод ровным счетом ничего не значит. Ваш развод имеет для меня почти так же мало значения, как это право престолонаследия, о котором вы бесконечно тревожитесь. О чем здесь беспокоиться? Вас снова смущает та особа, на которой женился Дэвид. — Он, конечно, имел в виду герцога Виндзорского, они оба понимали это. И он был прав. Саре стало неловко за себя. Но она упорно отстаивала свое мнение.
— Это связано с традицией и ответственностью. Вы не можете так просто отвернуться от всего этого. Вы не можете не замечать этого или притвориться, что ничего не существует, и я тоже не могу. Это все равно что ехать на полной скорости в автомобиле и притворяться, что не замечаешь кирпичной стены на твоем пути. Она там, Вильям, хотите вы ее видеть или нет, и рано или поздно эта стена ранит очень сильно нас обоих, если мы не остановимся, пока еще не слишком поздно. — Она не хотела никому причинять боль. Ни ему, ни себе. Она не хотела влюбиться в него и потом потерять навсегда, потому что они не смогут быть вместе. В этом не было смысла, и не имело значения, что они уже любят друг друга.
— Так что же вы предлагаете? — Вильям хмуро посмотрел на нее, ему не понравились ее доводы. — Чтобы мы остановились сейчас? Чтобы мы больше не виделись друг с другом? Ей-богу, я не сделаю этого, пока вы не посмотрите мне в глаза и не скажете, что ничего не произошло и вы не любите меня. — Он взял ее за руки, заглянул ей в глаза и смотрел до тех пор, пока она не отвела взгляд.
— Я не могу этого сказать, — тихо прошептала она и снова подняла на него глаза. — Но может быть, нам следует просто остаться друзьями? Это все, что может быть между нами. Я предпочла бы, чтобы вы остались моим другом, Вильям, чем совсем потерять вас. Но если мы очертя голову бросимся во что-то глупое и опасное, каждый, кого вы знаете и любите, отвернется от вас и от меня, и это будет катастрофа.
— Моя мать наполовину француженка и всегда относилась к этому праву престолонаследия как к невероятной глупости. Четырнадцатый в праве унаследовать трон, моя дорогая, это впечатляет. Я могу тотчас отказаться от этого и никогда не пожалею, и никто другой не пожалеет об этом.
— Я никогда вам не позволю.
— О, пожалуйста… Ради Бога, Сара. Я взрослый человек и понимаю, что делаю. Сейчас ваши тревоги преждевременны и абсурдны. — Он пытался не придавать этому значения, но оба знали, что она права. Он мгновенно отказался бы от права престолонаследия, если бы был уверен, что она выйдет за него замуж, но он боялся просить ее об этом. Слишком много поставлено на карту, чтобы всем этим рисковать. Вильям никогда никому не делал предложения и уже понял, как сильно любит Сару. — Боже мой, это на самом деле просто поразительно, — дразнил он ее, когда они возвращались в аббатство, чтобы отыскать ее родителей. — Половина девушек в Англии готовы совершить убийство, лишь бы стать герцогинями, а вы не хотите даже разговаривать со мной из страха подцепить эту болезнь. — Тут он рассмеялся, подумав о том, какую настойчивость проявил он и как упорна и добра была эта девушка. — Я действительно люблю вас, вы знаете. Я действительно люблю вас, Сара Томпсон. — Он привлек ее к себе и крепко обнял, чтобы весь мир мог видеть, как он целует ее посреди великолепия Вестминстерского аббатства.
— Вильям… — Она начала было протестовать, но затем уступила, совершенно ошеломленная его властностью и притягательной силой. Когда он наконец отпустил ее, она взглянула на него и на мгновение забыла обо всех своих предосторожностях. — Я тоже люблю вас, но думаю, что мы оба сошли с ума.
— Так и есть. — Он улыбнулся счастливой улыбкой, обнял ее за плечи, и они направились к главному входу в аббатство, чтобы найти ее родителей. — Возможно, нам никогда не удастся избавиться от этого сумасшествия, — прошептал он тихо, но Сара не ответила.
— Где вы пропадали? — притворился огорченным Эдвард. По их взглядам он понял, что все идет хорошо.
— Разговаривали… Бродили… Ваша дочь очень отвлекает внимание.
— Я поговорю с ней позже. — Эдвард улыбнулся им, и мужчины некоторое время шли рядом, разговаривая о банке Эдварда и о том, как Америка смотрит на возможность войны. И Вильям рассказал ему о своей недавней поездке в Мюнхен.
На ленч они отправились все вместе в «Старый Чеширский сыр» и ели пирожки с голубями. После ленча Вильям вынужден был оставить их.
— К сожалению, я обещал своим поверенным провести с ними день, время от времени утомительная необходимость. — Он извинился за то, что покидает их, и спросил Сару, сможет ли она сегодня вечером пообедать и потанцевать с ним. Она колебалась, вид у него был удрученный. — Просто как друзья… еще один раз… — Он лгал, и она рассмеялась. Она уже хорошо изучила его, чтобы поверить этому.
— Вы невыносимы.
— Возможно. Но вам необходимо серьезно поработать над танго. — Они оба рассмеялись, вспомнив, сколько раз она спотыкалась, танцуя с ним. — Мы займемся этим сегодня вечером, не правда ли?
— Договорились, — неохотно согласилась она, удивляясь тому, что совершенно не может противиться ему. Он был замечательный человек, и она никогда еще не была так увлечена и уж, во всяком случае, не Фредди ван Дерингом. Это казалось теперь настолько очевидным, но Сара была молода, неопытна и совершила ошибку. Тогда она еще никого не любила и не знала по-настоящему Фредди.
— Он очаровательный молодой человек, — заметила Виктория, когда Вильям отвез их в «Гард и Ами».
Сара не могла с ней не согласиться. Она просто не хотела разрушать его и свою жизнь, начиная роман, который ни к чему не приведет. Несмотря на заверения Вильяма без колебаний отбросить все предосторожности, Сара не хотела быть такой опрометчивой. Но вечером она забыла все свои страхи, когда надела купленное сказочное белое атласное платье, которое оттеняло ее темные волосы, смуглую кожу и зеленые глаза.
Когда Вильям увидел ее вечером, он не мог отвести от нее глаз, так прелестна она была.
— Боже мой, вы в этом платье подвергаете себя опасности. Я не совсем уверен, что вы поступаете разумно, позволяя мне уводить вас с собой. Должен сказать, что ваши родители весьма доверчивы.
— Я говорила им об этом, но вы, кажется, совершенно пленили их, — подтрунивала она над ним, когда они вышли из отеля. На этот раз он взял с собой водителя.
— Вы бесподобны, дорогая! Она выглядела словно принцесса.
— Благодарю вас. — Она улыбнулась счастливой улыбкой.
И они чудесно провели время. На этот раз Сара решила вести себя непринужденнее. С ним было весело, ей понравились его друзья, которых они встретили, и все они были милы с ней. Они танцевали весь вечер, и она наконец освоила и танго, и румбу и в своем платье великолепно смотрелась, танцуя с Вильямом.
Он снова привез ее домой в два часа, и вечер пролетел для них словно одно мгновение. Сегодня они ни разу не упомянули о ее огорчениях или его чувствах. Это был приятный, непринужденный вечер, и, когда они приехали в отель, Саре не хотелось расставаться с ним.
— А какую достопримечательность вы собираетесь посетить завтра, дорогая? Она улыбнулась:
— Никакой. Мы собирались остаться в отеле и отдохнуть. У папы какое-то дело и ленч со старым другом, а нам с мамой совершенно нечего делать.
— Это звучит заманчиво. — Он серьезно на нее посмотрел. — Могу я пригласить вас ничего не делать вместе со мной? Возможно, небольшая поездка за город, чтобы подышать свежим воздухом.
Сара поколебалась, но потом кивнула. Несмотря на все предостережения самой себе, она знала, что не может противиться ему. И она решила даже не пытаться, пока они не уедут из Лондона.
На следующий день он заехал за ней перед ленчем в изготовленном на заказ «багетти», которого она никогда не видела у него. Они направились к Глостерширу. По дороге он показывал ей достопримечательности и развлекал разговором.
— Куда мы едем?
— В одно из самых старых мест в Англии, — сказал он с серьезным видом. — Основное здание относят к четырнадцатому столетию, боюсь, оно покажется вам мрачным, но остальные дома в поместье более поздней постройки. Большая часть их была возведена при сэре Кристофере Репе в восемнадцатом столетии, и они просто прелестны. Там есть конюшни, ферма, дивный охотничий домик. Думаю, вам понравится.
— Вильям, а кто там живет?
Он поколебался, затем, усмехнувшись, сказал:
— Я. На самом деле я провожу там мало времени, но моя мама живет там постоянно. Она живет в основном здании. А я предпочитаю охотничий домик, он намного прочнее. Я подумал, вам, может быть, доставит удовольствие заехать к ней на ленч, поскольку у вас столько свободного времени.
— Вильям, вы не предупредили, что везете меня на ленч к вашей матери! — Сару охватила паника.
— Она очень мила, обещаю вам, — невинно заметил он. — Надеюсь, она вам понравится.
— Но что же она подумает обо мне? Почему мы приехали на ленч? — Она снова испугалась его, их взаимного притяжения и последствия их безрассудного поведения.
— Я скажу ей, что вы проголодались. На самом деле я звонил ей вчера и попросил ее принять вас до вашего отъезда из Лондона.
— Зачем? — Сара удивленно на него посмотрела.
— Зачем? — Казалось, вопрос удивил его. — Потому что вы мой друг, и вы мне нравитесь.
— Это все, что вы ей сказали? — проворчала она, ожидая ответа.
— Нет, конечно, я сообщил, что мы собираемся пожениться в субботу, и будет лучше, если она познакомится со следующей герцогиней Вайтфилд до свадьбы.
— Вильям, прекратите! Я серьезно! Я не хочу, чтобы она думала, что я охочусь за вами и собираюсь разрушить вашу жизнь.
— Она так не подумает. Я ей все объяснил. Сказал, что вы согласны приехать на ленч, но категорически отказываетесь принять титул.
— Вильям! — пронзительно закричала она и внезапно рассмеялась. — Что вы со мной делаете?
— Пока ничего, моя дорогая, но как бы мне хотелось!
— Вы невыносимы! Вы должны были предупредить меня. Я неподобающим образом одета! — На ней были брюки и шелковая блузка, в определенных кругах к такой одежде относились неодобрительно. Сара была уверена, что вдовствующей герцогине Вайтфилд не понравится ее вид.
— Я сказал ей, что вы — американка, это все объяснит. — Он дразнил ее, прикидываясь, что успокаивает; на самом деле он считал, что она восприняла это довольно спокойно. Вильям думал, что Сара будет огорчена сильнее, когда узнает, что он везет ее на ленч к своей матери, но она сочла поездку неплохим развлечением.
— Вы сообщили ей, что я развожусь?
— Проклятие, я забыл. — Он усмехнулся. — Но обязательно скажу ей за ленчем. Она захочет узнать об этом поподробнее. — Он влюбленно улыбнулся ей, совершенно равнодушный к ее страхам и возражениям.
— Вы отвратительны.
— Спасибо, моя любимая. Всегда к вашим услугам.
Вскоре они подъехали к главному входу в имение, и на Сару произвела впечатление его красота. Имение было окружено высокой каменной стеной, которая, похоже, была выстроена при норманнах. Постройки и деревья были очень старыми, но кругом царил безупречный порядок. Основное здание больше походило на крепость, чем на дом, но, когда они проехали мимо охотничьего домика, в котором Вильям останавливался со своими друзьями, Сара была совершенно очарована им. Он оказался больше их дома в Лонг-Айленде. Родовой дом Вайтфилдов, в котором жила его мать, поражал своим великолепием. Сара вздрогнула, увидев маленькую, хрупкую, но все еще красивую герцогиню Вайтфилд.
— Рада познакомиться с вами, ваша светлость, — волнуясь, произнесла Сара, не уверенная, должна ли она пожать ей руку или сделать реверанс, но пожилая дама взяла ее руку и осторожно пожала ее.
— Я тоже рада познакомиться с вами, моя дорогая. Вильям сказал, что вы прелестная девушка, и я вижу, что он совершенно прав. Заходите. — Она повела их в дом, опираясь на трость. Трость принадлежала королеве Виктории и была маленьким подарком Берти, сделанным во время недавнего его визита.
Герцогиня показала Саре три гостиные внизу, потом они вышли в сад. Стоял теплый, солнечный день, необычный для английского лета.
— Вы долго пробудете в Англии, моя дорогая? — любезно спросила его мать, и Сара с сожалением покачала головой.
— На следующей неделе мы уезжаем в Италию. Вернемся в Лондон на несколько дней в конце августа. Моему отцу необходимо быть в Нью-Йорке в начале сентября.
— Вильям сообщил мне, что он банкир. Мой отец тоже был банкиром. А Вильям говорил вам, что его отец был главой палаты лордов? Он был чудесный человек… Вильям очень похож на него. — Она с нескрываемой гордостью посмотрела на своего сына.
Вильям улыбнулся и нежно обнял ее.
— Нехорошо хвастаться, мама, — подтрунивал он над ней, но было видно, что для нее весь мир заключался в сыне. Он был ее радостью и бесценным даром.
— Я не хвастаюсь, я просто подумала, что Саре интересно узнать что-то о твоем отце. Возможно, однажды ты пойдешь по его стопам.
— Вряд ли, мама. Слишком много головной боли. Не думаю, что когда-нибудь займусь этим.
— В один прекрасный день ты можешь удивить самого себя. — Она снова улыбнулась Саре, а немного погодя они пошли на ленч.
Это была очаровательная женщина, поразительно живая для своего возраста, и было видно, что она обожает Вильяма. Она не цеплялась за него, не жаловалась, что он был недостаточно внимателен к ней или что она редко видит его. Казалось, она совершенно довольна, позволяя ему вести самостоятельную жизнь, и получала большое удовольствие, когда он рассказывал о себе. Она вспомнила о его наиболее забавных юношеских проделках и как хорошо он учился в Итоне. После этого он поступил в Кембридж и занимался историей, политикой и экономикой.
— Зато теперь я посещаю обеды и танцую танго. Удивительно, как полезно образование.
Но Сара уже знала, что Вильям занимался не только этим. Он управлял имением, имел доходную ферму, заседал в палате лордов, путешествовал, был начитан и еще был увлечен политикой. Он был интересный человек, и Сара не хотела признаваться себе, что ей нравилось в нем все. Ей понравилась даже его мать. А герцогиня, кажется, была очарована Сарой.
Они втроем долго гуляли в саду, и Аннабель Вайтфилд рассказала Саре все о своем детстве в Корнуэлле, а также о поездках к родителям ее матери во Францию и о том, как она проводила лето в Довиле.
— Иногда мне не хватает этого, — призналась она с ностальгической улыбкой.
— Мы как раз были там в июле, там просто очаровательно, — улыбнулась в ответ Сара.
— Я рада слышать это. Я не была в Довиле уже пятьдесят лет. — Она улыбнулась сыну. — С тех пор как появился Вильям, я оставалась дома. Мне не хотелось разлучаться с ним, я получала удовольствие, проводя все свое время с сыном, восхищаясь каждым его словом и звуком. Меня едва не убило, когда бедный ребенок уехал в Итон. Я пыталась убедить Джорджа оставить его дома и нанять преподавателя, но он настоял, и я полагаю, был прав. Вильяму было бы слишком скучно дома, со своей старой матерью. — Она посмотрела на него с любовью, а он поцеловал ее в щеку.
— Мама, мне никогда не было скучно дома с тобой, и ты знаешь это. Я обожал тебя. И обожаю до сих пор.
— Глупый мальчик, — улыбнулась она, всегда чувствуя себя счастливой, слыша это.
Они уехали из имения вечером, герцогиня пригласила Сару заехать к ней перед отъездом из Англии.
— Может быть, после вашего путешествия по Италии, моя дорогая. Я буду рада, если вы поделитесь со мной своими впечатлениями.
— С удовольствием, — улыбнулась ей Сара. Она прелестно провела время, и всю дорогу до Лондона они с Вильямом болтали об этом.
— Она чудесная, не правда ли? Она не обращает внимания на свои болезни. Я никогда не видел, чтобы она сердилась на кого-нибудь, может быть, только на меня. — Он засмеялся при этом воспоминании. — Она никогда не отзывалась ни о ком плохо. Она просто обожала моего отца, а он ее. Я очень рад, что вы нашли время, чтобы встретиться с моей матерью. — Его глаза говорили больше слов, но Сара сделала вид, что ничего не заметила. Она боялась взаимного притяжения и той близости, которая возникла между ними.
— Я рада, что вы познакомили меня с ней, — тихо произнесла Сара.
— Она тоже была рада. Вы действительно понравились ей. — Он взглянул на нее, и его тронул ее напуганный вид.
— И она не изменила бы своего мнения обо мне, если бы узнала, что я разведена, не так ли? — с горечью сказала Сара, когда он умело повернул свой «багетти».
— Не думаю, что она возражала бы, если бы знала об этом, — честно признался он.
— Я рада, что вы решили не проверять это, — с облегчением улыбнулась она.
Но он не смог устоять перед возможностью поддразнить ее.
— Я думал, вы скажете ей за ленчем.
— Я забыла. Я сделаю это в следующий раз. Обещаю.
— Превосходно. Она будет взволнована вашим признанием. — Они рассмеялись и всю обратную дорогу болтали не умолкая. Он с сожалением расстался с ней у отеля. Вечером Сара вместе с родителями обедала у их друзей. Но Вильям договорился увидеться с Сарой на следующий день, причем утром.
— Вам больше нечем заняться? — подтрунивала она над ним, когда они стояли, как счастливые, легкомысленные влюбленные, перед отелем.
— Только на этой неделе. Я хочу провести с вами как можно больше времени, пока вы не уедете в Рим. Если вы, конечно, не возражаете.
Она подумала, что ей следует возразить ради него, но она не хотела этого делать. Он был слишком привлекателен, и соблазн был слишком велик.
— Тогда завтра утром Гайд-парк? А потом Национальная галерея, короткая поездка в Ричмонд и прогулка в Нью-Гард. И ленч в отеле Беркли.
Пока он планировал все это, она веселилась. Ей было все равно, куда они поедут, лишь бы быть с ним. Ему было трудно противиться, но скоро они уедут. И тогда она должна заставить себя забыть его. Но какой вред могут причинить несколько счастливых дней? Почему бы и нет, после стольких дней одиночества. И все оставшееся время в Лондоне Вильям почти повсюду сопровождал их. Иногда у него были деловые встречи, которые он не мог отменить, но большую часть времени он находился в их распоряжении. На следующий день они с Эдвардом перекусывали в клубе Вильяма.
— Было весело? — поинтересовалась Сара у отца, когда он вернулся.
— Вильям был очень мил. А клуб — просто чудесный. — Но больше всего на ленче ему понравилась не атмосфера и не еда, а сам Вильям и то, что он сказал. — Вечером он приглашает нас всех на обед, а потом тебя потанцевать. Мне кажется, Италия покажется тебе слишком скучной без него, — сказал он серьезно, с тревогой наблюдая за выражением ее лица.
— Я должна принять его приглашение, не так ли? — твердо сказала она. — Будет весело, и он очень мил, но это не может продолжаться вечно. — Она крепко обняла отца и вышла из комнаты, а вечером они все отправились в «Савой» обедать.
Вильям, как всегда, был очарователен, и Сара тоже была в хорошем настроении. После обеда они отвезли родителей в отель, а сами пошли в клуб «Фор хандред» потанцевать.
Сегодня вечером она была тихой, несмотря на все ее старания казаться веселой. Они немного потанцевали, вернулись к столику и, держась за руки, долго проговорили в эту ночь.
— На следующей неделе вам будет так же трудно, как и мне? — спросил он ее, и она кивнула. — Не знаю, что я буду делать без вас, Сара. — Они стали так близки друг другу за эти несколько коротких недель. Их обоих по-прежнему изумляло, насколько быстро они сблизились. Вильям все еще пытался разобраться в этом. Никогда он еще так никого не любил.
— Вы найдете чем заняться. — Она храбро улыбнулась. — Может, вам стоит устроиться на работу гидом в лондонском Тауэре или Британском музее.
— Какая прекрасная идея! — отозвался он и обнял ее за плечи. — Я буду ужасно скучать без вас, пока вы будете в Италии, а потом вы возвратитесь в Лондон на такой короткий срок. Всего на неделю.
Эта мысль опечалила его, она молча кивнула. Ей хотелось многое изменить в своей жизни, чтобы они встретились раньше, чтобы она была англичанкой, чтобы никогда не было Фредди. Но желания бессильны, и она должна взять себя в руки и уехать. Это было так трудно сделать, так трудно представить себе, что она не сможет каждый день видеться с ним, не услышит его смех и подтрунивание и он не поведет ее в новые места или на встречу с его друзьями, или хотя бы посмотреть королевские сокровища в Тауэр, или навестить его мать в Вайтфилде, или просто посидеть где-нибудь и поговорить.
— Может быть, вы когда-нибудь приедете в Нью-Йорк, — сказала она задумчиво, зная, что это было маловероятно. Даже если бы он приехал, его визит был бы очень коротким.
— Может быть. — Он дал ей слабый луч надежды. — Если мы в Европе не ввергнем себя в беду. Нацистский главарь может вскоре сделать трансатлантическое путешествие рискованным, только неизвестно, как скоро. — Он был убежден, что в конце концов разразится война, и Эдвард Томпсон не мог не согласиться с ним. — Возможно, мне удастся приехать до этого.
Но Сара знала, что свидание с Вильямом в Нью-Йорке было далекой мечтой, мечтой, которая, может быть, никогда не сбудется. Пришло время прощаться, и она знала это. Даже если она увидит его снова, когда они вернутся из Италии, к тому времени у них будут совершенно иные отношения. Они теперь должны избегать дальнейшего сближения друг с другом и вернуться к прежней жизни. Они красиво протанцевали последнее танго, но даже это не заставило Сару улыбнуться. Потом они танцевали еще один «последний танец», щека к щеке, и каждый был погружен в свои мысли, а когда они вернулись к столику, он целовал ее много, много раз.
— Я люблю вас, милая девушка. Я действительно не могу перенести расставания с вами. Что мне делать без вас всю оставшуюся жизнь?
— Быть счастливым… жениться… иметь детей… — ответила она полушутя. — Вы напишете мне? — задумчиво спросила она.
— Через час. Обещаю. Может быть, вашим родителям не понравится Италия и вы вернетесь в Лондон скорее? — с надеждой сказал он.
— Я в этом сомневаюсь.
И он тоже сомневался в этом.
— Понимаете, судя по тому, что мне говорили, Муссолини не лучше Гитлера.
— Не думаю, что он нас ждет, — улыбнулась она. — В самом деле, я даже не уверена, что мы увидим его, пока там будем. — Она опять дразнила его, не зная, что еще сказать Вильяму. Все, что они должны сказать друг другу, было слишком болезненно.
В молчании они подъехали к ее отелю, сегодня вечером Вильям сам вел автомобиль. Он не хотел, чтобы присутствие шофера мешало им. Они долго сидели в автомобиле, спокойно разговаривая о том, что они делали, что им хотелось бы сделать, что они должны сделать и что они сделают, когда Сара вернется в Лондон.
— Обещаю, я буду с вами неотлучно до вашего отплытия.
Она улыбнулась и посмотрела на него, он был так аристократичен и так красив. Герцог Вайтфилд. Возможно, однажды она расскажет своим внукам, как любила его много лет назад. Сейчас она больше, чем когда-либо, была уверена, что не должна стоить ему права престолонаследия.
— Я напишу вам из Италии, — пообещала она, не уверенная в том, что это следовало говорить. Она должна быть сдержанной. Она не могла позволить себе рассказать ему о своих чувствах. Сара твердо решила не допустить, чтобы он предпринял что-то безумное.
— Если мне удастся, я позвоню вам. — Вильям обнял ее. — Дорогая… как я люблю вас. — Она закрыла глаза, и слезы медленно покатились по ее щекам, а он осушал их поцелуями.
— Я тоже люблю вас… — проговорила она, на мгновение прервав поцелуй. Она увидела слезы в его глазах и нежно коснулась его щеки кончиками пальцев. — Мы должны быть разумны, вы понимаете. У нас нет выбора. У вас есть обязанности, Вильям. Вы не можете отказаться от них.
— Могу, — сказал он тихо. — А если бы у нас был выбор? — Это было обещание будущего.
— У нас нет выбора. — Сара приложила палец к его губам, а он поцеловал его. — Не делайте этого, Вильям. Я вам не позволю.
— Почему?
— Потому что я люблю вас, — твердо произнесла она.
— Тогда почему вы отказываете нам обоим в том, чего мы хотим, и говорите о будущем?
— У нас не может быть будущего, Вильям, — с грустью ответила Сара.
Когда он помог ей выйти из автомобиля, они, держась за руки, медленно побрели в отель. Она снова была в белом атласном платье и выглядела прелестно. Его глаза пристально изучали ее, впитывая каждую деталь, чтобы никогда не забыть.
— До скорой встречи. — Он поцеловал ее на виду у портье. — Не забудь, как сильно я люблю тебя, — прошептал он и поцеловал ее еще раз. Было мучительно входить без него в лифт. Двери тяжело закрылись, и, пока она поднималась, сердце рвалось у нее из груди.
Он долго стоял в холле, глядя на двери лифта, потом повернулся и решительно пошел к автомобилю. Она была упряма, но Вильям Вайтфилд был еще упрямее.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Драгоценности - Стил Даниэла



отличная книга
Драгоценности - Стил ДаниэлаБалаева Саадат
10.12.2012, 17.35





Замечательная книга. История жизни целой семьи.Красиво написано и интересный сюжет.Советую всем почитать.Таких книг мало.
Драгоценности - Стил ДаниэлаИра
25.09.2013, 10.57





Обожаю это произведение! Драматично и при этом жизненно...Местами печально, но вдохновляюще! Я перечитывала ее уже три раза, и каждый- как впервые. Эта книга учит верить в настоящую любовь и преданность!
Драгоценности - Стил ДаниэлаКсения
15.10.2013, 20.45





Да,девочки,согласна с вами полностью!10.баллов.
Драгоценности - Стил ДаниэлаНаталья 66
26.02.2014, 14.01





ну если по-вашему скупить драгоценности по-дешевке,пользуясь бедностью людей после войны и начать на этом бизнес-честно и порядочно,то да.....куда катится мир.(((чисто американская логика.они наживаются на всех войнах.показано на примере одной семьи.грустно,господа.
Драгоценности - Стил ДаниэлаNata
26.06.2014, 12.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100