Читать онлайн Сердце на двоих, автора - Ли Стаффорд, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сердце на двоих - Ли Стаффорд бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.23 (Голосов: 182)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сердце на двоих - Ли Стаффорд - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сердце на двоих - Ли Стаффорд - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ли Стаффорд

Сердце на двоих

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Образ Гиля буквально преследовал Корделию в ту зиму. Местная пресса напечатала фотографии, запечатлевшие открытие фабрики новым лордом Морнингтоном, постоянно сообщалось и о речах, которые он произносил на званых обедах и ленчах. Журналы в глянцевых обложках в разделе светской хроники изображали его танцующим с различными титулованными особами, наследницами древних фамилий и больших состояний. Она узнавала, что он много времени и сил отдавал благотворительности. Между тем, в колонках светских сплетен начали появляться намеки на любовные связи и матримониальные планы этого обворожительного нового члена аристократического общества.
Он себя чувствует, как рыба в воде, подумала она. В конце концов, это у него в крови и прежде дремало в нем, а теперь пробудилось.
Однако некоторые заявления леди Морнингтон, сделанные ею в День бокса, да и оброненные невзначай реплики самого Гиля, а также странно-грустное выражение его сверкающих черных глаз навело Корделию на мысль, что, возможно, он порой чувствует себя аутсайдером, а прошлая жизнь мерцает перед ним, сжимая сердце болью.
Но если это и правда, то он умел надежно скрывать ее от окружающих.
Корделия и сама видела его несколько раз — почти всегда издали. Однажды в Херфорде, где одностороннее движение медленно обтекает исторический центр, он проехал мимо нее в сверкающем автомобиле. Рядом с ним сидела Алиса в пальто с белым меховым воротником, делавшим ее похожей на сказочную принцессу. Усмотрев Корделию, она усмехнулась, и в этой ухмылке сквозил триумф. Гиль же то ли не заметил ее, то ли не подал вида. Она мельком видела его на скачках: на шее у него висел бинокль, и он был увлечен разговором с Ранульфом. Потом на концерте духовной музыки в соборе, где он сидел с другими "отцами города", — в этот раз он одарил ее мимолетной улыбкой, и их взгляды на мгновение встретились поверх чужих голов, но он снова погрузился в музыку и больше не смотрел в ее сторону.
Сердце Корделии приостановилось, а в следующий момент ей не хватило воздуха. Прежде она не верила, что в подобных случаях настигает физическая боль, но тут поняла, что именно так и бывает. Как случилось, что она влюбилась в человека, чья жизнь протекала хоть и параллельно ее, но в совсем ином мире? Гиль никогда не признавался, что любит ее, никогда и не намекал, что смог бы полюбить. Все, что ему было нужно — лечь с ней в постель. Все, что он предлагал ей — это горькое наслаждение быть объектом его желания. Ему, конечно, не нужна ее любовь, он считает, что это — ненужное бремя. Она всегда подозревала, что у него нет способности дарить, которая сопутствует любви. И хотела быть той, что пробудила бы в нем эту способность. Как же ей было больно, что нет у нее возможности добиться этого.
Не бывает большего счастья, чем ощущение себя единственной и неповторимой для того, кого любишь, думала она, но это счастье, видимо, не для нее.
Она старалась с головой уйти в работу, не думать о Гиле, но — напрасно. За кисть она тоже не могла взяться.
Корделия не видела его уже несколько недель, как вдруг однажды в начале весны едва не столкнулась с ним у входа в собор. Он схватил ее плечи, удерживая от падения, и ее сразу же посетило знакомое чувство желания и тревоги, пока она смотрела в его улыбающееся, но бесстрастное лицо. Перед этим она делала покупки и, как это часто бывает, их набралось больше, чем она предполагала, и теперь ее руки ныли от пакетов с продуктами. Гиль сразу взял у нее тот, что потяжелее, и она не успела запротестовать.
— Какую тяжесть вы, женщины, носите, — сказал он мягко. — Господи, почему не взять машину?
— Так получилось. Не ожидала, что будет столько покупок, — оправдывалась она.
— Как! Вы хотите сказать, что вам нужна вся эта снедь прямо сейчас, сегодня? У вас что, прием на двадцать персон?
— Если и так, у меня же нет услужливого Симпсона и его подручных, которые помогли бы мне, — заметила она.
Он высокомерно усмехнулся.
— Вы только скажите — и я вам его одолжу, — предложил он, и, когда Корделия представила достойного дворецкого из Морнингтон Холла, возглашающего: "Обед подан!" в ее небольшой квартире, в ее голубых глазах запрыгали смешинки, хоть сердце ее отчаянно колотилось, а пульс бешено скакал.
— Ладно уж, — сказала она грустно и добавила:
— Я… я не видела вас некоторое время. Гиль. Вы уезжали?
— В Лондон, — сказал он спокойно. — Заседал в палате.
Она язвительно засмеялась, и у него в лице проступило давнее выражение неуверенности.
— Да, эта дикость — непотопляемый атрибут нашего королевства, посерьезнел он. — Куда идет мир, скажите-ка мне?
Корделия уловила в его голосе опасно вызывающую нотку.
— Я ведь только подумала, насколько наша, знаменитая палата лордов готова к встрече с вами, — объяснила она свой смех.
Он шел рядом с ней по Черч-стрит.
— Почему нет? Я-то вел себя безупречно, — неясно было, говорит он всерьез или шутит. — Новички должны вести себя тихо поначалу, и я следовал этому правилу.
— Очень трудно это представить, — фыркнула она.
— Вам на самом деле даже не удастся вообразить все это, Корделия. — Теперь его голос звенел несомненной серьезностью. — Всю эту традиционную церемонность, известные лица, носителей знаменитых имен. Очень впечатляет. Порой хотелось ущипнуть себя — неужели все это реально.
Полгода назад он был бедным отщепенцем, жил в глухой горной деревушке, в испанском захолустье. Теперь он сидел среди избранных, как его предки. Перемены, которые с ним произошли и отразились на нем, стали, наконец, очевидны. Не удивительно, что в его новой жизни для нее не было места.
— О, я уверена, что вы скоро привыкнете к этому. Да, я читала в светской хронике о ваших матримониальных замыслах.
Гиль засмеялся:
— Я тоже это читал.
— И это вас не раздражает?
— А почему это должно раздражать? Борзописцам тоже надо зарабатывать на хлеб, — он пожал плечами. — И потом, как намекает Эвелин, когда-нибудь мне придется свершить это на благо семьи и государства.
Она ждала, что тут-то и прорвется в его голосе ироническая нотка, но не услышала ее и поняла, что он говорит абсолютно серьезно.
— Даже так, и неважно, что собой представляет избранница?
— Нет, конечно, это важно, дорогая Корделия, — спокойно сказал он и перескочил на другую тему. — Вы знаете, что Ран участвует в скачках? Я хочу увлечь его выращиванием лошадей, чтобы превратить хобби в доходное и приносящее удовлетворение дело. Нельзя полагаться на волю случая, если хочешь, чтобы победитель вышел из твоей конюшни.
— О, опять лошади. Гиль! — запротестовала она. — Но вы же человеческое существо, а не скаковой жеребец! Что, для любви в вашей жизни места нет?
— Я не уверен, что знаю, что такое любовь, Корделия, — сказал он задумчиво. — И не уверен, что хочу это знать. Моей матери это чувство не принесло ничего хорошего. Как я понимаю, существует естественное физиологическое желание. И есть брачный обычай, который соотносится с обществом и собственностью. И любовь не нужна в обоих случаях. Предпочитаю четко сказать женщине, чего я от нее хочу, чем забивать ей голову романтической ерундой.
Они дошли до ее дома, и Корделия сказала, пока непослушные пальцы орудовали ключом:
— Да, достаточно прямолинейно!
— Я же говорил вам, что в основе своей я все тот же, — ответил на это Гиль. — Обязанности, налагаемые парламентом или Морнингтон Холлом, не могут изменить моей сути, того, что я чувствую или не могу чувствовать.
На сердце Корделии навалилась свинцовая тяжесть отчаяния и безнадежности, и ничего нельзя было с этим поделать. Не того человека полюбила она, но что теперь исправишь? Она жаждала его обнимающих рук, его целующих губ, а он объяснял, что это для него — всего-навсего секс.
Он настоял на том, чтобы помочь ей отнести пакеты наверх в квартиру.
— Не носите вы больше такой тяжести, если не хотите, чтобы ваши руки стали, как у Кинг Конга, — посоветовал он, освобождаясь от ноши. — Будет жаль, ибо это разрушит гармоническое совершенство вашего тела.
Хорошо, что в полутьме прихожей не видно, как она покраснела. Глупо чувствовать себя юной школьницей из-за случайного комплимента. И как ужасно, что она не хочет его отпускать, не узнав, когда и где увидит его снова и будет ли еще говорить с ним наедине.
— Хотите кофе… или чего-то другого? — спросила она, застеснявшись.
— Все зависит от того, что вы подразумеваете под чем-то другим, — сказал он мягко. — Лучшим угощением для меня в вашем доме Корделия, могут быть наши с вами любовные игры. Так что, если это не входит в ваши намерения…
— Вы что, не умеете иначе общаться с женщиной? — в отчаянии прокричала она. — Вы что-нибудь слыхали о дружбе?
— Да, — уверил он ее. — Может, мы и могли бы стать друзьями, но прежде нам нужно побывать любовниками. Это чувство… Эта нужда, она всегда с нами. Пока мы не решили этой проблемы, я, оказываюсь рядом с вами, поглощен желанием. Либо так, либо никак.
Он не прикасался к ней, но его глаза схватили ее всю: от рыжих кудрей и порозовевшего лица до ног во всю их длину. Взгляд был так откровенен, как ласка, которую они оба в этот миг воображали, и Корделия чувствовала, что каждый нерв в ней был напряжен в предчувствии сладостной развязки.
Ведь так легко открыть дверь спальни и впустить его. Дать ему тело, которого он жаждет сейчас, и надеяться, что потом он полюбит ее за ее душу. Она была не так уж наивна и знала жизнь и знала, что такое и вправду бывает.
Только не верила она, что так будет с Гилем. Нет в ней тех сексуальных талантов, которые удержали бы его надолго. А уж теперь, когда он четко объяснил, что любовь ему неведома и чужда, с этой надеждой надо расстаться. Он сломает ее, и ей уже никогда не оправиться от этого.
— Тогда, к сожалению, никак, — она старалась, чтобы голос ее звучал беззаботно. — Не хочу секса ради секса.
— Да? — произнес он грозно и притянул ее к себе не грубо, но настойчиво. Склонив голову, он нашел местечко между ухом и подбородком и прижался к нему, лаская, а его рука расстегнула пуговицы жакета и скользнула к ее груди. Корделия задрожала, ее тело потянулось к нему. Она хотела прильнуть к нему каждой точкой своего тела и коснуться его тела повсюду и знала, что для нее это наслаждение будет всегдашним и нескончаемым, стоит им только начать.
Но знала и то, что ей нужно многое помимо этого. Она хотела видеть его глаза и знать, что она для него единственная женщина, что к ней он придет в горе и в радости, со всеми своими переживаниями. Быть его любовницей восхитительно, чудесно, но еще она хотела быть его любимой.
— Скажи мне, чтобы я ушел, Корделия, — шептал он ей на ухо, — ну же, скажи сейчас, когда ты дрожишь от желания.
То, что ей предстояло, было самым трудным из всего когда-либо совершаемого ей. Каждый дюйм ее плоти влекся к нему, но ей все же удалось овладеть собой.
Отпрянув от него, она прошептала:
— Пожалуйста, уходи. Гиль. Уходи сейчас. Я не могу больше выносить это.
Он выпрямился, и на лице его проступило — не разочарование, не ярость полное презрение. И чтобы унизить ее, он старательно застегнул пуговицы ее жакета, как будто она была ребенком или куклой.
— Ты не женщина, ты робот! — сказал он с отвращением. — Миленький механический автомат, каждая деталь которого выглядит так красиво, так совершенно, но даже искры жизни в нем нет!
А потом он ушел.
Корделия ощупью пробралась в кухню. Она была нема, заморожена, не способна двигаться. Кое-как она разложила покупки по ящикам, уронив пакет с сахаром, который рассыпался по всему полу. Тогда и оборвалось что-то внутри нее. Сжавшись в комочек, она сидела среди рассыпанного сахара, опустив голову, утопив в ладонях лицо. Слез не было, но сухие яростные рыдания сотрясали ее.
Она прогнала Гиля, но гордости своим поступком не испытывала. Напротив, ее мучили сомнения. Были ли ее намерения так чисты, как она уверяла себя, или она просто струсила? Побоялась дать себе волю рискнуть своим сердцем, своей жизнью? Не посмела принести себя в дар, не требуя благодарности и взаимности?
Когда-то, еще недавно, она была жизнерадостной девушкой, уверенной, что придет день, когда она займет в мире свое место, подобающее ее таланту. Уверенной, что однажды она полюбит и будет любима, что так бывает со всеми, и она не исключение.
Что же случилось, почему ее жизнерадостный, полный надежд мир превратился в серое безликое существование? Ее отец заболел, она страдала с ним вместе, потом он умер, и на год она превратилась в затворницу, ушла в одиночество, скользя по поверхности жизни, избегая всего, что может добавить боли. И, хотя со временем ей удалось справиться со своим горем, она не возобновила рисование и избегала серьезных отношений с кем бы то ни было. Пока Гиль не ворвался в ее жизнь, пробудив все ее чувства… Некоторое время она находилась на пороге нового, чудесного и возбуждающего мира. Но она отступила и теперь страшилась, что ей ничего не осталось, кроме постоянной скуки и пустоты. Изо дня в день одно и то же: вести магазин, жить на периферии чужих жизней без страстей, без цели.
Она любила Гиля, в этом она была совершенно уверена, но он был совершенно прав, когда говорил, что нет у нее той женской отваги, которая превращает любовь в действие.
"Ты просто робот… миленький автомат… нет искры жизни", — в ее сознании не стихали жалящие презрением слова. Она лихорадочно пожелала, чтобы то, о чем он говорил, окончательно стало правдой, чтобы она утратила все чувства, и тогда будет не так больно.
Она понимала, что больше он не вернется. Теперь — нет. Она имела единственный шанс и потеряла его навсегда.
На пустынном горизонте ее жизни Брюс появился как-то незаметно, словно так и было нужно. Он стал приходить на чашку кофе несколько раз в неделю, его визиты становились все продолжительнее. Корделия не поощряла его, но и не прогоняла, и он настолько осмелел, что как-то принес два билета в театр и пригласил ее пойти с ним.
Она согласилась, и совместные прогулки участились. Корделии это было приятно. Брюс вел себя безупречно, никогда не допускал фамильярности или властности. И только когда до нее дошло, что это становится важной частью и ее и его жизни, она почувствовала себя виноватой и решила сказать ему о том, что их отношения могут быть только дружескими и не более того.
И когда в следующее воскресенье он предложил пообедать в шикарной загородной гостинице, она засмеялась и легко сказала:
— Брюс, не следует так часто выводить меня, ты меня избалуешь.
— Мне нравится баловать тебя, Корделия, — сказал он серьезно. — Я думал, что наши прогулки тебе нравятся.
Она вздохнула. — Да, но… Брюс, ты интересный, очень достойный человек, но пока мы с тобой дружим, какая-нибудь женщина ждет не дождется, чтобы тебя заарканить.
— Оставь этот покровительственный тон, Корделия, — резко сказал он. — Быть может, я не хочу, чтобы меня хомутали, как ты выражаешься. Быть может, мне доставляет огромное удовольствие чисто по-дружески гулять с тобой.
Она взглянула на него удивленно, но слова его ее не успокоили.
— Конечно, если так, тогда проблемы нет, — сказала она.
Теперь вздохнул он. — Нет, так не пойдет. Надо быть честным. Я хочу большего, нежели дружба, но я готов ждать, пока ты не передумаешь.
— Боюсь, что это никогда не случится, — призналась она. — Все совсем не так просто.
— Ты имеешь в виду… есть кто-то другой? — в его голосе звучало удивление, и она почувствовала, как он пытается определить, в кого же из их окружения могла влюбиться Корделия.
— Не гадай. Этот человек не может быть со мной… и он равнодушен ко мне, — сказала она, а ее сжатые губы и упрямый подбородок дали ему понять, что больше ничего он об этом не узнает.
— Хорошо, я не буду настаивать, — пообещал он. — Может быть, это… иссякнет со временем? А пока тебе нужен друг, и я, если позволишь, займу это место.
Как ни смягчай отказ — он прозвучит грубо, да и одинокие домашние обеды надоели Корделии.
Наступила весна, и поездка за город, где все одевалось молодой листвой, будет приятна. Конечно, идеальнее было бы совершить ее с тем, кого она любила. Корделия подавила вздох, а заодно и пустые мечтания и приготовилась быть приятной попутчицей.
Гостиница была построена в XIV веке в центре старого селения, дремавшего среди яблоневых садов. Брюс и Корделия заняли стол у окна, смотрели на густое цветение, постепенно скрывающееся в сумерках, и он добро улыбнулся ей.
— Довольна?
— Чудесное место, — согласилась она. — Какой глубокий покой!
Они принялись за главное блюдо обеда, когда в зал вошли четверо молодых людей, и в одно мгновение чувство покоя и безмятежности покинуло Корделию. Вновь прибывшими были Ранульф Морнингтон с милой черноволосой девушкой, Алиса и — Гиль.
Великолепный синий костюм делал его глаза еще темнее… а может, их оттеняли белокурые волосы прекрасной Алисы, опиравшейся на его руку… Корделия отвернулась, уткнулась в тарелку, но не смогла побороть искушения еще раз взглянуть на него. И взгляды их встретились, когда он шел за официантом к заказанному столу.
Ранульф приветливо улыбнулся, увидев их. Алиса же не соизволила узнать Корделию. Трое прошли дальше, а Гиль задержался.
— Корделия. И мистер Пенфолд, — сказал он легко. Его голос был естественен и беспечен, словно он говорил со случайными знакомыми. Но давно ли Корделия билась в его объятиях; она живо вспомнила прикосновения его рук и губ, и вновь волна беспощадного желания захлестнула ее, а с ней прихлынула и тоска.
— Хелло, Гиль, — она старалась, чтобы голос ее звучал спокойно и дружелюбно. — Какой сюрприз! Вы здесь частый посетитель?
— Я обедаю в ресторанах от случая к случаю, как и любой другой, беззаботно ответил он и повернулся к Брюсу. — Я хотел позвонить вам в офис и узнать, удалось ли найти в архиве какие-либо новые бумаги отца.
Едва заметная нерешительность возникла в выражении его лица, но Корделия уловила ее. А он еще и нахмурился, вернув себе прежнее, испанское обличие.
— Боюсь, что нет, — ответил Брюс. — Мы искали очень тщательно, и теперь все бумаги Морнингтон Холла, насколько мне известно, находятся у вас. Жаль, что мы более ничем не можем быть вам полезны.
Гиль задумался и выглядел озадаченным, будто что-то очень важное ускользнуло из его рук.
— Ничего, это не ваша вина, — сказал он, пожав плечами. — Пойду-ка я к своим, а то они скиснут от голода.
Корделия старалась не смотреть, как он шел через зал к своим спутникам, но ее глаза помимо воли украдкой следили за ним. Она отвела их, постаралась сконцентрироваться на десертном меню, но тщетно — все ее существо было с ним, она была, как несчастная прирученная голубка.
— Ты мне не говорил, что Гиль что-то разыскивает, — с напускным спокойствием сказала она. — Что ему нужно?
— Не в моих правилах обсуждать с кем-либо дела клиентов, Корделия, но раз он сам упомянул об этом, значит, здесь нет секрета, — ответил он. — Впрочем, я не знаю, какую информацию он ищет. Все, что касается титула, абсолютно законно и не вызывает никаких сомнений.
— Что-то его мучает… — промолвила она, нахмурившись. — Любопытно…
— Что бы это ни было, он не разглашает, а я пришел сюда не для того, чтобы говорить о Гиллане Морнингтоне, — рассердился Брюс. Но, взглянув на Корделию, на ее потемневшие от подавляемых чувств глаза, напряженную, гордую голову и маленькие руки, нервно сжимающие край скатерти, он тихо застонал. — Так вот в чем дело, вот он, тот человек, в которого ты влюблена.
Она ничего не ответила, но ее молчание было лучшим подтверждением его слов.
— Да-да, я всегда это чувствовал, еще в Испании ты не могла оторваться от него, — продолжал он. — Корделия, побереги себя! Он теперь чуть ли не национальная святыня, а такие люди даже в наши времена не женятся на первых встречных.
— Я знаю, Брюс, незачем мне это напоминать, — сказала она, крепко сжав губы.
— Кроме того, похоже, он очень увлечен хорошенькой кузиной, — сказал он, добавляя соли на рану, — их везде видят вместе.
— Брюс, нельзя ли поговорить о чем-нибудь другом? — попросила Корделия, чье отчаяние грозило выйти из-под контроля. — Может быть, нам уже можно уйти? Я не могу есть, я… я… — она схватила свою сумочку, упавшую под стол, чувствуя, что если не уйдет немедленно, то опозорит себя, разрыдавшись на людях.
Она понимала, что испортила вечер, и в машине извинилась. Но Брюс разошелся. Он еще мог смириться с тем, что Корделия влюбилась в некоего анонима, которого, авось, забудет со временем, но то, что Корделия была без ума от Гиля Морнингтона, очень известного и стоящего вне конкуренции красавца-аристократа, выбило его из седла.
Когда он высадил ее у дома, он не сказал, что позвонит, как говорил обычно, и не пригласил на очередную прогулку. И Корделия почувствовала облегчение. Она давно испытывала неловкость от того, что нехорошо поступает, принимая его любовь и не собираясь отвечать взаимностью.
Кроме того, в последнее время на нее навалились серьезные деловые проблемы, и она боялась, как бы не потерпеть крушения в бизнесе. Неблагоприятная ситуация нарастала постепенно, но она никому об этом не говорила. Рождественское оживление слегка поправило дела, но все же не компенсировало предыдущих затрат и временного ослабления ее деловой активности, когда она ухаживала за умирающим отцом. Так что в целом год был неважным. Ее храбрая попытка открыть кофейню при нынешних обстоятельствах также не помогла покрыть расходы на аренду и на себя. Надвигалась реальная угроза банкротства.
Это и была последняя капля, переполнившая чашу, все разворачивалось как по сценарию, где все было замыслено против нее. Ее отец умер после долгой и тяжелой болезни. В живописи она не продвинулась ни на шаг. Она была глубоко и безнадежно влюблена в человека, который не чувствовал к ней ничего, кроме сильного, но мимолетного желания. И теперь и сама она, и ее дело были на грани краха.
Жалость к себе — бесполезное чувство, старалась она убедить себя и пыталась перебороть его, но не па кого было опереться и все труднее было не поддаться подавленности и беспомощности, угрожавшим ей.
Был вечер среды неделю спустя после неудачной встречи с Гилем в ресторане, и мысль о том, что ей предстоит провести его в пустой квартире, в мучительных мыслях о выходе из тупика, казалась ей ужасной. Захотелось выйти на свежий воздух и на час-два отбросить все проблемы, хотя последнее было маловероятно.
Прогулка вокруг Касл Грин убедит ее, что небо все еще синеет, птицы поют, жизнь продолжается, хотя ее собственный мир уже почти в руинах. Она выскользнула на улицу, захлопнув за собою дверь.
— Куда вы направляетесь, — произнес позади нее голос Гиля, и она повернулась к нему, сжав губы и сдерживая сердцебиение. Почему он всегда возникает, когда ей уже мнится, что она сможет прожить без него.
— В парк на прогулку, — сказала она. — Сожалею, но магазин закрыт.
— Я знаю, какой сегодня день. — Лорд Морнингтон был одет в джинсы и кашемировый свитер, и этот будничный наряд оживил в ней воспоминания о том человеке, которого она встретила в Испании. Душа ее болезненно сжалась. — Я провел утро на распродаже скота и вместе с Ра-ном и управляющим фермы изучал условия покупки стада.
— А Алиса? — спросила она невольно. Он улыбнулся.
— Для нее там дурно пахнет, — он смешно сморщил нос. — Гайнор, кстати, просила передать вам: она расстроена тем, что вы давно не встречались. Решила на будущий год идти в колледж и сейчас выбирает подходящий.
Лицо Корделии прояснилось.
— Я рада за нее — это как раз то, что ей нужно, — сказала она тепло. — Но почему она решила, что вы меня увидите?
— Потому, что я выразил такое желание, а я свои желания исполняю, — сказал он. — Ну, пойдемте в парк.
Его дерзкая уверенность в том, что он может появляться и уходить из ее жизни когда ему заблагорассудится, снова оскорбила ее.
— Разве я сказала, что мне нужны провожатые, тем более — вы? — вскипела она.
— Нет, но у вас такой вид, как будто вам нужно опереться на чье-нибудь плечо, — поделился он своим прозрением. — Что случилось, Корделия? И не говорите «ничего», я всегда чувствую, когда вы расстроены или опечалены.
Она пожала плечами и пошла вдоль улицы молча, а он следовал рядом, и от него было не избавиться. Да и, честно говоря, не так уж ей этого хотелось, хотя она понимала, что и эта встреча ей даром не пройдет.
— Мне не нужно ВАШЕ плечо. Гиль, — упрямо сказала она.
— Тогда чье же? Брюса Пенфолда? — они уже вошли в парк и шли вдоль игровой площадки. — Я вижу, вы часто встречаетесь.
Она остановилась и с вызовом взглянула ему в глаза.
— А если и так, разве это ваше дело?
— Это пустая трата времени, а я не люблю, когда с ним небрежно обращаются, — сказал он с улыбкой, которая дала ей понять, что он смыслит не только в своих заботах. — Вам нужен мужчина, который зажжет в вас огонь, а в вас есть внутренний огонь, Корделия, я знаю. Вы загораетесь от Брюса, когда он касается вас? Если нет, то вы дарите себя не тому, и, я думаю, вы и сами знаете это.
— Может быть, это для вас новость, Гиль, — поддела она его, — но между мужчиной и женщиной могут быть отношения, не зависящие от… от…
— Обоюдного влечения? — подсказал он.
— Я хотела сказать — от секса, — ее потянуло на грубую прямоту.
— Вы не знаете, о чем говорите, моя девочка, — возразил он. — Существует гамма отношений, но без физиологии в ней нет главного. Не отдавайте себя дешево, Корделия.
Напряжение и тревоги последнего времени достигли, наконец, кульминации, и ее нервная система дала трещину.
— О, прекрасно! — взорвалась она, — физиология принесла много счастья Мерче Рамирес и другим, так? Я не рвусь испытать такое, Гиль.
И что у вас за право указывать, как мне жить? И… О, уходите!
Она бросилась бежать, споткнулась о клумбу, но он ее подхватил, удержав за плечи сильными руками, и не выпустил. Две слезинки катились по ее щекам, голубые глаза потемнели, лицо увяло, а тело было безвольным, как у тряпичной куклы.
Гиль посмотрел на нее сурово и нежно и затем усадил на деревянную скамью, не снимая руки с плеч.
— Теперь скажите мне, — произнес он твердо, — в чем дело?
Странно, нелогично. Она ссорилась с ним, избегала его, пыталась ненавидеть. А теперь обессиленная, полностью в его воле, она точно знала, что нет ничего естественнее, чем раскрыться перед ним.
— Не ладится дело, — удрученно сказала она. — Нечем платить за аренду, а цены так выросли. Банк больше не дает кредита, и ничего не остается, как все продать. Но и найти покупателя совсем не просто.
— Неужели так плохо? — спросил он.
— Именно. Особенная обида в том, что будь у меня несколько месяцев отсрочки, я смогла бы все наладить, — она печально вздохнула. — Ничего не поделаешь.
— Я бы этого не сказал, — его голос звучал так отстранение, что она подозрительно взглянула на него.
— Если вы собираетесь дать в долг — не надо, я не возьму, — быстро проговорила она.
— О Боже, вы просто кактус, — скривился он. — Не беспокойтесь, ничего такого я делать не собирался. Не хочу, чтобы вас обременяла благодарность ко мне.
Смятение не помешало ей понять, что она превратно истолковала его слова.
— Извините, — пробормотала она, покраснев, — я подумала…
— Вы вечно не правильно меня понимаете, но это вас ничему не учит. Все время делаете одну и ту же ошибку, — едко сказал Гиль. — Однако, — голос его потеплел, — вернемся-ка к вашей проблеме. Есть возможность сделать крупные деньги, гораздо больше, чем нужно вам для передышки.
Корделия в изумлении уставилась на него. — Я не понимаю.
— Поймете, если будете слушать и перестанете прерывать, — и она прикусила губу, все еще думая, не смеется ли он над ней.
— Эти ваши этюды, ну, те, что вы делали в Ла Веге, если вы мне позволите взять их как иллюстрации к моей книге, сделают вас моим соавтором, и издатель будет обязан дать вам приличный аванс. Вот так.
Как показалось Корделии, вокруг наступило безмолвие. Она не слышала птичьего щебета, шума на игровой площадке, детских голосов в отдалении. Гиль предлагает ей выход из положения. Но почему же у нее такое ощущение неотвратимости чего-то, как будто впереди…
— Вы еще не нашли иллюстратора? — слабым голосом спросила она.
— Я не нашел ни одного, кто был бы так хорош, — сказал он. — Я хочу те наброски, Корделия. И всегда хотел их. Дайте мне их, и я их опубликую. Все наилучшим образом разрешится: вы получите деньги за то, что вами давно сделано, и они спасут вас от краха.
О чем она думала только что? Ах да, о неотвратимости. Что-то внутри нее оборвалось. Она знала — о да, она знала! Она прочла это в его глазах. Но у нее нет выбора, нет другого пути заработать так много денег и так быстро!
Гиль Монтеро ждал ее ответа, молча заманивая ее к себе терпеливо и безжалостно. Неумолимая атака прекрасного шахматного игрока. Вот теперь он победил ее, шах и мат! И уже не было неожиданным то, что она услышала дальше:
— Корделия, вы ведь всегда знали, что только этого будет недостаточно, что я нуждаюсь в большем. Время вынуть ваши карандаши и краски, дорогая. Время вернуться в Испанию и закончить то, что вы начали…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сердце на двоих - Ли Стаффорд

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10

Ваши комментарии
к роману Сердце на двоих - Ли Стаффорд



отличный роман,хороший перевод.читайте и наслаждайтесь.
Сердце на двоих - Ли Стаффордтигра
2.02.2012, 20.13





хочу любви
Сердце на двоих - Ли СтаффордТатьяна
27.07.2012, 14.54





Очень хорошо написан. Роман для чтения один раз.
Сердце на двоих - Ли СтаффордВероника
28.09.2012, 22.53





Замечательный роман! Читала его 4 раза и это еще не предел)
Сердце на двоих - Ли СтаффордКатя
11.01.2013, 16.11





ОЧЕНЬ ПРИЯТНЫЙ РОМАН. ЛЕГКО ВАМ.ЧИТАЕТСЯ.ХОРОШЕГО ОТДЫХА
Сердце на двоих - Ли СтаффордИРИНА
11.01.2013, 21.20





Перевод хромает, некоторые выражения коробят, но герои хороши: 7/10.
Сердце на двоих - Ли Стаффордязвочка
12.01.2013, 17.15





Милый роман,читайте
Сердце на двоих - Ли Стаффордводопад
3.03.2013, 9.21





Милый роман,читайте
Сердце на двоих - Ли Стаффордводопад
3.03.2013, 9.21





Роман на 10-ку .Супер :-)
Сердце на двоих - Ли СтаффордРакель
3.03.2013, 9.57





спочатку скучно ну а потім...одне слово ЛЮБОВ.
Сердце на двоих - Ли Стаффордтася.
30.03.2013, 20.43





Я впервые за долгое время прослезилась. Концовка классная!!!
Сердце на двоих - Ли Стаффордкаприз
7.08.2013, 21.30





Хороший роман,захватывающий как приятно такие романы читать.
Сердце на двоих - Ли СтаффордАнна
29.10.2013, 19.16





Роман очень понравился!Сюжет захватывает!Хочется продолжения...
Сердце на двоих - Ли СтаффордДжейн
17.03.2014, 16.20





Прекрасный роман!
Сердце на двоих - Ли СтаффордНаталья 66
14.10.2014, 0.20





Я читатель со стажем. Приятно когда попадается такой роман. Приятно читать, классный ггерой! Мне понравилось.
Сердце на двоих - Ли СтаффордЛика
20.11.2014, 6.47





Благодаря Лике, я прочла этот роман и не пожалела,отличный без пошлости,оставляет после себя приятное"послевкусия"
Сердце на двоих - Ли СтаффордЗара
20.11.2014, 16.02





Не могу сказать что все супер, но прочесть стоит. Все ровно, спокойно, понятно. Наверное мне все же не хватило поступков Гг, путь ошибочных,но все же показывающих, что она азартный игрок. Ну и перевод к сожалению подкачал. 7/10.
Сердце на двоих - Ли СтаффордДамочка
21.11.2014, 8.14





Замечательный роман! Легкий стиль написания, но с удивительной серьезностью затрагивающий очень серьезные проблемы современного общества- любовь, мораль и духовную зрелость. Только 10!
Сердце на двоих - Ли СтаффордБелла
21.02.2015, 3.16





скучный роман
Сердце на двоих - Ли СтаффордИРИНА
3.04.2015, 18.43





Ни о чем.Еле дочитала.
Сердце на двоих - Ли Стаффордтатиана
10.11.2015, 23.33





ну почему я не поверила последним двум коментариям? очень понравилось начало, но как приехали в англию ....хочу -нет, попросиш сама- никогда... в последней главе перевод кошмарный, рычит и тут же смеётся, а гг дерганная и не уравневешенная... акогда у них всё уже наконец произошло романтика била фонтаном: ты вскрыта я польщен.
Сердце на двоих - Ли Стаффордийлина
12.12.2015, 10.58





Оказывается очень давно я читала этот ЛР. Очень не плохой. Перечитала, и хочу сказать- перевод в книге был гораздо интереснее. Это не первый ЛР, в котором я с этим столкнулась. Думаю начинающим читателям лучше читать книжки. Ну а этот ЛР советую читать, не обращая внимание на перевод.
Сердце на двоих - Ли Стаффордиришка
18.02.2016, 21.34





читайте и наслаждайтесь.
Сердце на двоих - Ли СтаффордРая
19.02.2016, 17.26





Согласна,скучный роман.совершенно не захватил.забудется уже на след день
Сердце на двоих - Ли СтаффордКсюФ
19.02.2016, 22.37





Польстилась на хорошие комменты. Зря. Не понимаю, как это можно еще и перечитывать. Ждала чего-то большего.
Сердце на двоих - Ли СтаффордТАНЮШКА
19.02.2016, 23.59





Господи! Самый нужный роман за все время что я читаю!4 из 10! Еле почитала!
Сердце на двоих - Ли СтаффордЮлия
5.04.2016, 17.24





Не понравилось(( Совершенно бесцветная книга((
Сердце на двоих - Ли СтаффордОльга
27.05.2016, 16.06





не зацепил
Сердце на двоих - Ли СтаффордЕ
10.06.2016, 22.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100