Читать онлайн Дурман любви, автора - Спир Флора, Раздел - ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дурман любви - Спир Флора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.27 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дурман любви - Спир Флора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дурман любви - Спир Флора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Спир Флора

Дурман любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Филли и Джастин еще не уехали, когда через три дня после Рождества на Эфон-Фарм появился нежданный посетитель. Бенджамину Уилмоту было далеко за пятьдесят. Это был седовласый полный человек, который с явной неохотой предпринял путешествие в такую холодную погоду. Клари раньше никогда его не видела, но знала, что он живет в Филадельфии – Джек часто обращался к нему по делам, связанным с каналом.
– Мистер Уилмот! Какими судьбами? – воскликнул Джек, впуская продрогшего путешественника. – А, вот и Мозес, наверное, он видел, как вы подъехали. Сейчас вашу лошадь отведут на конюшню. Не волнуйтесь, о ней позаботятся.
– Пожалуйста, проходите в гостиную, – приветливо сказала Клари и повела мистера Уилмота в комнату, где сидела Филли. – Вы предпочитаете виски или ром с горячей водой? Я только что принесла с кухни воду, чтобы сделать мужу горячее питье перед обедом. Надеюсь, вы к нам присоединитесь?
– Горячий ром – лучшее, что можно придумать в такую погоду. Что касается обеда, мадам, я с удовольствием принимаю ваше предложение.
Мистер Уилмот, встав у огня, стал растирать руки, а потом обратился к Джеку.
– Сэр, я надеялся увидеться с вами в Уилмингтоне, но ваш дворецкий сказал, что вы празднуете Рождество на ферме, поэтому я направился сюда.
– Прошу вас, – сказала Клари, протягивая кружку с ромом, разбавленным горячей водой и посыпанным тертым мускатным орехом. – Это вас согреет. Мистер Уилмот, у вас невероятно серьезный вид. Надеюсь, с «Клари-Розой» ничего не случилось? Сэм в порядке?
– Клари, если ты дашь мистеру Уилмоту возможность раскрыть рот, он объяснит, что привело его сюда, – сказал Джек.
– Сегодня утром, когда я сошел с трапа «Клари-Розы», мистер Маккензи намеревался провести остаток дня в харчевне в Богемия-вилидж, – сообщил мистер Уилмот. – Его шлюп стоит на якоре в Бэк-Крик.
Ответив на все вопросы Клари, он повернулся к Джеку.
– Сэр, ваша жена не ошиблась. Я должен известить вас о событии чрезвычайно серьезном и печальном. С прискорбием вынужден сообщить вам, что ваш отец, маркиз Хантсли, скончался.
При этих словах Филли вскрикнула и явно собралась что-то сказать, но Джек остановил ее взглядом.
– Это очень печальная новость, – сказал Джек мистеру Уилмоту. – Позвольте спросить, каким образом вам стало это известно?
– Я был агентом покойного маркиза в Соединенных Штатах и получил официальное известие из Лондона от поверенного вашей семьи. К письму был приложен вот этот сверток. Послание прибыло морем в Филадельфию на Рождество.
Мистер Уилмот протянул Джеку посылку. Клари обратила внимание, что это был пухлый пакет, запечатанный красной восковой печатью. А поверенный добавил:
– Я решил, что следует известить вас как можно скорее.
– Значит, титул перешел к Уильяму. – Джек взял пакет. – Я весьма благодарен вам за вашу заботу, мистер Уилмот, но зачем вы предприняли столь дальнее путешествие, да еще в праздники? Вы могли просто переслать мне пакет вместе с письмом.
– Нет, сэр, не мог. В письме сообщается, что титул унаследовали вы.
– О нет! – воскликнула Филли и закрыла лицо руками.
Казалось, что она вот-вот лишится чувств.
– Должно быть, произошла какая-то ошибка. – Джек был явно поражен и встревожен словами мистера Уилмота. – Уильям женат уже более семи лет. К настоящему моменту у него и леди Честити наверняка родились дети, которые и станут наследниками, разумеется, в свое время, поскольку Уильям молод и здоров. Как видите, я наследником быть никак не могу.
– Сэр, я сообщил вам лишь то, что стало мне известно из письма. Без сомнения, вы пожелаете прочитать его без посторонних.
– Нет, прошу вас, останьтесь. И ты, Клари, тоже. Не покидай меня, дорогая.
Клари заметила в его взгляде какой-то непонятный страх. А он никогда ничего не боялся! Сердце ее бешено забилось, и она опустилась на диван рядом с Филли.
– О Джек! – рыдала Филли. – Что мы будем делать? Теперь наша новая жизнь, которую мы создали для себя и для Джастина, рухнет.
– Я так не считаю, Филли, поэтому и прошу мистера Уилмота остаться здесь. Но прежде всего надо прочитать письмо лондонского поверенного.
Клари заметила, как тряслись руки мужа, когда он взламывал печать и разворачивал письмо. Собственно, ничего удивительного в этом не было, поскольку он только что узнал о смерти отца, однако Джек не был похож на скорбящего. Клари видела, как он волнуется, и по взгляду, брошенному на Филли, взгляду, который умолял ее собрать все силы, она поняла, что тревожится он именно за сестру. Клари посмотрела на Филли: та подняла голову и слегка кивнула – и тогда он начал читать вслух.
«Милорд! С прискорбием сообщаю вам о трагических событиях, постигших вашу семью. Ваш отец, маркиз Хантсли, и ваш старший брат лорд Уильям Мартинсон, виконт Мартинсон, скончались в результате эпидемии дифтерии, которая свирепствовала в последнее время в окрестностях Хантсли и унесла в могилу более десятка селян и несколько слуг.
Ваша невестка, леди Честити, также заболела, что привело к преждевременным родам, но теперь она понемногу выздоравливает и за ней ухаживает ее мать. Вследствие всех этих тяжелых утрат к вам переходит титул маркиза Хантсли. Милорд, прошу вас при первой же возможности вернуться в Англию, так как поместье находится в плачевном состоянии и требует вашего присутствия».
Далее в письме подробно описывались финансовые трудности и говорилось о необходимости набрать новый штат прислуги.
– Бедная леди Честити, – прошептала Филли, по-прежнему не сводя глаз с Джека. – Я знала ее в Лондоне. Это очень милая женщина. Джек, так больше продолжаться не может.
– Конечно, не может, – сказал мистер Уилмот Джеку. – Сэр, вы должны немедленно вернуться в Англию. Я займусь приготовлениями к отъезду.
– Нет, – ответил Джек, взглянув на Клари. – В Англию я не вернусь. Ни сейчас, ни позже.
– Но вы обязаны это сделать! – с негодованием вскричал мистер Уилмот. – На вас, сэр, лежит ответственность.
– Это письмо положило конец моей ответственности, – ответил Джек.
– Это невероятно! – Мистер Уилмот едва сдерживался. – Я гражданин Соединенных Штатов, и иностранные титулы меня не волнуют. Но как может человек отказываться от обязанностей, возложенных на него после смерти отца и брата!
– Терпение, я все объясню. – Джек повернулся от разгневанного мистера Уилмота к Клари. – Обстоятельства, связанные с долгом благодарности, вынудили меня и сестру обманывать вас, мистер Уилмот, и тебя, Клари. Правда, ты догадалась об обмане, хоть и не знала его причин.
– Из писем покойного маркиза, – заявил мистер Уилмот, – я понял, что женщина, с которой вы прибыли в Соединенные Штаты, является не сестрой вашей, а любовницей. Должен признаться, я был изумлен, увидев ее здесь, в обществе вашей жены.
– Вы несправедливы к ней, мистер Уилмот. – Джек подошел к кушетке, на которой все еще сидела Филли, и положил ей руку на плечо. – Эта женщина, действительно, моя сестра, и она настоящая леди. А вот я не Джастин Мартинсон.
– Но кто же вы тогда?
Мистер Уилмот отхлебнул из кружки, как будто ром мог помочь ему пережить эту новость. А Клари пожалела, что не приготовила выпить себе.
– При крещении я получил имя Персиваль Гордон Генри Кэделл, – сказал Джек. – Сестру мою, которая известна в Уилмингтоне как вдова Филиппа Гордона, на самом деле зовут леди Филиппа Огаста Генриетта Кэделл. Наш старший брат, насколько мы знаем, находится в добром здравии и владеет графским титулом и поместьем. У него, мистер Уилмот, три сына, один из которых и унаследует титул. Я не могу унаследовать ничего, о чем и расскажу вам, если Филли позволит, а вы согласитесь выслушать.
– Значит, твое настоящее имя Персиваль? – спросила Клари.
– Расскажи им все, Джек, – одновременно с Клари воскликнула Филли. – Я так устала притворяться! Ты же знаешь, у меня это плохо получается. Все эти дни я просто места себе не находила. Клари должна узнать все, а на скромность мистера Уилмота, я уверена, мы можем положиться. Он никогда нас не подводил, хотя и был невысокого мнения обо мне, считая, что я твоя любовница… невзирая на то, что мы называли себя братом и сестрой.
– Действительно, сэр, мне хотелось бы получить от вас более подробное объяснение! – заявил мистер Уилмот, нахмурившись.
Затем он добавил более спокойным тоном:
– Должен признаться, меня разбирает любопытство. Вам удалось так долго водить всех за нос, что одно это уже удивительно. Я не понимаю, как вы ухитрились добиться этого?!
– Все было сделано ради меня, – сказала Филли. Одну руку она положила Джеку на плечо, другой сжала пальцы Клари. – Джек, сколько ты для меня сделал! Не надо из-за меня придумывать новую ложь, я же знаю, как противен тебе любой обман! Милый брат, я освобождаю тебя от обязанности хранить тайну. Ради сохранения своей чести и своего брака ты должен рассказать все.
– Ради Бога! – воскликнула потерявшая терпение Клари. – Хватит вам ходить вокруг да около! Раскройте же, наконец, свою тайну!
– В самом деле, – подхватил мистер Уилмот, который, пока Филли говорила, окончательно пришел в себя. – Не томите нас!
– Ты решилась?
Джек строго взглянул на Филли, и та молча кивнула. Джек чуть сильнее сжал ее руку.
– Спасибо, Филли. Мне так хочется рассказать правду, особенно Клари.
Встав с кушетки, где сидели Клари и Филли, Джек подошел к огню и облокотился о каминную полку. Он долго смотрел на пламя, словно приводя мысли в порядок и решая с чего начать, но Клари знала его достаточно хорошо и понимала, что он просто пытается справиться с охватившим его волнением.
– Почти семь лет назад, – начал Джек, посмотрев прямо в лицо мистеру Уилмоту, – леди Филиппа Кэделл впервые выехала в свет. В лондонских гостиных она произвела настоящий фурор своей юностью и очарованием, хотя все знали, что большого приданого за ней не дадут. Несмотря на это, несколько молодых людей стали ухаживать за ней. Среди них был один богатый повеса, сын состоятельного и влиятельного лорда. Наш старший брат Ричард решил, что Филли может составить блистательную партию, а потому поощрял это знакомство.
Однажды на балу в знатном доме этот повеса танцевал с Филли, после чего увлек ее в сад. Там он, невзирая на сопротивление и мольбы, набросился на нее. Он обошелся с ней совершенно зверским образом – у нее были синяки и кровоподтеки не только на лице, но и по всему телу.
Мой друг, Джастин Мартинсон, присутствовал на этом балу. Именно он и заметил Филли, которая бродила по саду как тень, в разорванном и окровавленном платье. Джастин вывел ее через калитку и отвез к себе домой, а потом послал за мной и Ричардом.
Узнав о том, что случилось, Ричард повел себя крайне жестоко по отношению к Филли, хотя ее состояние – и душевное и физическое – заслуживало лишь сострадания. – В голосе Джека прозвучала горечь. – И брат мой Ричард решил, что Филли должна немедленно выйти замуж за обесчестившего ее человека. Ведь тот был сыном лорда и должен был со временем получить титул. Я был резко против этого плана, а Филли заявила, что не желает даже видеть этого человека и уж тем более – выходить за него замуж. Произошла ссора, мы расстались с нашим братом и никогда больше не видели его с той ночи.
– Силы небесные! – воскликнул мистер Уилмот. – Какая ужасная история!
– Ричард, лелея планы о женитьбе, не стал вызывать негодяя на дуэль, и тогда это сделал я, – продолжал Джек. – Джастин был моим секундантом. Мы встретились на рассвете через два дня после случая на балу. К тому времени история получила широкую огласку. Весь Лондон знал о ней.
– Ты дрался на дуэли? – вскричала Клари. – Боже мой, Джек!
– Я попал ему прямо в сердце, – сказал Джек, глядя Клари в глаза. – Но, зная о том, что он сделал с Филли и многими другими женщинами, ни на секунду не пожалел об этом. Останься этот негодяй жив, он продолжал бы свои мерзкие делишки.
– О Господи! – только и смогла выговорить Клари.
Она обняла Филли, которая прильнула к ней, словно ища поддержки.
– Как я понимаю, в Англии дуэли запрещены законом, – спокойно произнес мистер Уилмот.
Было видно, что пока вся эта история не вызывает у него осуждения. Более того, он явно восхищался мужеством Джека. Сделав многозначительную паузу, поверенный добавил:
– При столь печальных обстоятельствах ни один порядочный человек не смог бы вас ни в чем обвинить. Значит, вы покинули Англию из-за дуэли?
– Сначала я не собирался никуда уезжать. Джастин помог мне укрыться в одном безопасном месте под Лондоном, и я взял с собой Филли, потому что после ссоры с Ричардом ей некуда было деваться. Ни члены семьи, ни недавние друзья не соглашались ее принять, а лорд поклялся отомстить за смерть сына. Когда на следующий день после дуэли отец Джастина вызвал его в Хантсли и велел отправиться в Америку, чтобы вести там семейные дела, мы сочли это удивительной удачей. Джастин тотчас решил, что мы с Филли должны сопровождать его.
– И где же сейчас сэр Джастин? – спросил мистер Уилмот.
– Подождите, я все объясню. Я хочу, чтобы Клари поняла, в каком положении оказались мы с сестрой. После надругательства над Филли и после дуэли у сестры моей не было никакой надежды на приличную партию в Англии. После разыгравшегося скандала и нашей ссоры Ричард лишил нас содержания, так что мы остались без гроша. Но Джастин снова пришел к нам на помощь. Он оплатил наш проезд, и мы трое да еще Джилберт, преданный слуга Джастина, сели на корабль, отправлявшийся в Новый Свет.
– Однако в Филадельфии с корабля сошли лишь вы с сестрой и слуга, – сказал мистер Уилмот. – Я вынужден вновь спросить вас, сэр, что же произошло с Джастином Мартинсоном?
– Во время путешествия он заболел лихорадкой, от которой и скончался, – ответил Джек. – У меня есть свидетельство о смерти, подписанное капитаном корабля и судовым доктором. Если вы потребуете дальнейших доказательств, я назову вам корабль и имя капитана. В судовом журнале должна быть запись, поскольку лихорадкой заболело более десятка членов команды и пассажиров… и пятеро из них скончались. Я сам несколько дней болел, хотя и не так тяжело, как Джастин. Филли и Джилберт ухаживали за нами обоими.
– К тому времени Джастин был для меня как брат, – добавила Филли.
– И вы взяли себе имя Джастина Мартинсона, – сказал мистер Уилмот Джеку. – Скажите, сэр, не потому ли вы отказались получать доход с его личного имения в Англии и отсылали деньги назад маркизу под видом дохода от фермы?
– Я не мог брать эти деньги, – ответил Джек. – Я и так был обязан Джастину слишком многим.
– Одно это говорит о вашей порядочности, – заявил мистер Уилмот. – Но все же я не могу одобрить то, что вы воспользовались именем другого человека.
– Джастин сам предложил это, – перебил его Джек. – Он знал, что умирает, и в промежутке между двумя приступами изложил этот план. Я должен был стать Джастином, а Филли – моей сестрой. Ведь в Америке никто не знал Джастина лично, равно как и то, что у него нет сестры. Так мы с Филли могли начать новую жизнь. К концу путешествия мы поняли, что Филли беременна от обесчестившего ее человека, и решили, что можно будет выдавать ее за молодую вдову. Я же должен был заняться делами Джастина. Я обещал своему другу, что буду возделывать землю, которая принадлежала его дяде, Роджеру Мартинсону. Поэтому я поселился на этой ферме и стал отсылать маркизу большую часть доходов под видом диведендов с акций на канал, доставшиеся в наследство от Роджера. Маркиз, видимо, решил, что компания ранее скрывала свои прибыли, хотя она просто не выплачивала денег своим пайщикам. Вы должны признать, мистер Уилмот, что я сдержал данное Джастину слово.
– Да, это так, – промолвил мистер Уилмот с задумчивым видом. – Теперь я понимаю многое из того, что удивляло меня все эти годы. У вас были все основания принять эти имена сразу по приезде. И вы поступили очень разумно, попросив меня оформить их законным юридическим порядком.
– Так, значит, ты на самом деле Джек Мартин? – спросила Клари мужа.
– В этом я и пытался тебя уверить в течение все этих месяцев, – ответил он. – Мистер Уилмот, в нашем уговоре вопрос о наследовании даже не поднимался. Джастин знал, что титул перейдет к старшему брату и его детям. Кроме того, старый маркиз так сильно не любил младшего сына, что у моего друга не было сомнений – отец сделает все, чтобы он навсегда остался в Америке. Поэтому перед самым отъездом из Англии он уговорил отца записать ферму на него, а взамен дал письменное обязательство до конца жизни маркиза отчислять ему больший процент доходов. Мы с Джастином полагали, что старик согласился на это в надежде удержать сына вдали от Англии. Впрочем, тут их желания совпадали. Перед смертью Джастин решил завещать ферму мне. Свидетелями его последней воли были корабельный врач и Джилберт. По вполне понятным причинам я не хотел извещать ни маркиза, ни вас о том, что у фермы другой владелец, а просто посылал маркизу столько денег, сколько было возможно.
– Здесь к вам не может быть никаких претензий, – сказал мистер Уилмот. – Вы отлично вели хозяйство. Но какое удивительное соглашение! Вне всякого сомнения, вы исполнили все принятые на себя обязательства.
– Надеюсь, вы поняли, почему у меня нет ни малейшего желания возвращаться в Англию, – сказал Джек, глядя на Клари. – Теперь мой дом здесь.
– Не вижу оснований для того, чтобы кто-либо оспаривал ваши права на ферму, – заявил мистер Уилмот. – Господи, ведь до вашего приезда все здесь было в упадке. И именно благодаря вам дела пошли в гору.
Сделав паузу, он взглянул Джеку в глаза и протянул руку.
– Благодарю вас, – только и сказал Джек, крепко сжав его ладонь.
Это было молчаливое соглашение не предавать столь странную историю огласке.
Клари видела, как Джек силится скрыть обуревавшие его чувства, а потом вдруг подумала о том, как много значит для него Эфон-Фарм. Это был его новый дом, его земля, на которой он трудился и жил плодами рук своих. Из праздного аристократа, младшего брата без наследства он превратился в хозяина своей судьбы. Клари ощутила гордость за него – она всегда чувствовала, что он достоин ее любви.
– Осталась, правда, еще одна проблема, – сказал мистер Уилмот, вновь обращаясь к делам. – Мы должны ответить на письмо лондонского поверенного.
– Вы правы, – согласился Джек. – Я в долгу перед теми кто живет на земле, которой владел бы сейчас Джастин, будь он жив. Я должен проследить за тем, чтобы наследство осталось в семье.
– Что же вы предлагаете? – спросил мистер Уилмот.
– У Джастина были какие-то двоюродные братья по отцовской линии. Он часто шутил, что если все Мартинсоны вдруг перемрут, останется достаточно претендентов на титул. Наверное, следует сообщить поверенному всю правду. Тогда по закону он обязан будет известить ближайшего из родственников, что тот наследует титул маркиза. Это будет гораздо честнее, ведь если мы не ответим на письмо, поверенный решит, что Джастину просто наплевать на наследство.
– Всю правду, сэр? Что вы имеете в виду? – с любопытством осведомился мистер Уилмот.
– Я напишу письмо поверенному до вашего отъезда, – сказал Джек. – И сообщу ему, что Джастин Мартинсон скончался от лихорадки, а ферму завещал мне, своему лучшему другу и деловому партнеру. Буду вам весьма благодарен, если в своем письме вы подтвердите эти факты. Не вижу причин, по которым мы должны были бы сообщать истинную дату смерти Джастина и мое настоящее имя.
– Вы, сэр, явно любите действовать решительно. – Бенджамин Уилмот задумчиво улыбнулся. – Однако предложенный вами план пойдет на пользу поместью Хантсли, а расстояние между Филадельфией и Лондоном столь велико, что вряд ли кто-то захочет детально вникать в суть дела.
– Заодно это поможет и вам, и Джеку развязаться с семейством Хантсли, – сказала Клари.
– Простите, мадам?
Мистер Уилмот с удивлением повернулся к ней.
– Вам не придется больше пересылать деньги с фермы в Англию, – объяснила Клари. – И у вас останется только одна обязанность – сноситься с поверенным по поводу акций, а так как дивиденды в ближайшие лет двадцать они выплачивать не будут, у вас останется немного дел с семейством Хантсли.
– Дорогая миссис Мартин, я сам владею некоторым количеством этих акций! – воскликнул мистер Уилмот. – Надеюсь, вы ошибаетесь в своих предположениях.
– Боюсь, она права, – со смехом отозвался Джек. – У моей жены удивительная интуиция во всем, что касается будущего. Клари, любовь моя, я успею написать письмо до обеда? Или мы сначала сядем за стол?
– Думаю, письмо подождет. Из столовой доносятся упоительные ароматы, а это значит, что Сара вот-вот позовет нас к столу.
После обеда мужчины уединились в гостиной, чтобы написать письма в Лондон. Маленький Джастин отправился на конюшню к своему пони, а Клари и Филли остались в столовой.
– Клари, я должна задать тебе один вопрос, – шепнула Филли. – Ты не презираешь меня?
– Из-за того, что какой-то негодяй тебя обесчестил? – Увидев, как золовка покраснела, Клари обняла ее за плечи. – Конечно, нет. Теперь, когда все открылось, я прекрасно понимаю, почему ты хотела держать все в тайне. Филли, ты ни в чем не виновата. Поверь мне.
– Когда это случилось, я считала, что вина лежит именно на мне. Ведь я приняла его приглашение танцевать, а после танца охотно согласилась прогуляться по саду, чтобы подышать свежим воздухом. Я даже не подозревала о его намерениях, а потом уже было поздно. До той ночи мужчины всегда были очень добры и внимательны ко мне, поэтому его поведение стало для меня полной неожиданностью.
Закрыв лицо руками, она произнесла еле слышно:
– Но все разом изменилось. И мне показалось, что отныне я буду видеть только презрительные взгляды.
– Ты жила в такой стране и в такое время, что отъезд был для тебя лучшим выходом, – сказала Клари. – Филли, я даже представить себе не могу, что ты почувствовала, когда поняла, что носишь под сердцем ребенка от этого ужасного человека. Ведь это он был отцом Джастина? Или кто-то другой?
– Что ты! – воскликнула Филли. – Я испытывала такое отвращение к мужчинам, что скорее бы умерла, чем позволила кому-то из них дотронуться до меня хоть пальцем.
– Это не всегда больно и страшно, – сказала Клари. – Совсем наоборот. Особенно, когда мужчина и женщина любят друг друга. Надеюсь, у тебя еще будет возможность в этом убедиться.
– Когда я смотрю на вас с Джеком, то начинаю верить в то, что не все мужчины похожи на этого негодяя.
– Вот именно! – воскликнула Клари. – Какой-то мерзавец тебя изнасиловал. Но вспомни о других, о тех, кто потом заботился о тебе. Филли, что ты скажешь Джастину, когда он спросит об отце? А ведь он обязательно спросит. Дети ведь очень любопытны.
– Он не должен узнать о том, что со мной произошло, – сказала Филли. – Это может ему повредить, ранить его душу. Я люблю своего сына, несмотря ни на что, а потому не хочу, чтобы он думал, будто виновен во всех моих несчастьях. И если он спросит, кто его отец, я расскажу ему о человеке, в честь которого он был назван. Надеюсь, пример Джастина-старшего и помощь Джека сделают свое дело… мой сын не будет походить на негодяя, ставшего его отцом по злой прихоти судьбы.
И Филли задумчиво добавила:
– Джастин Мартинсон прожил недолго. Он не успел завести собственных детей. Надеюсь, мой сын станет в какой-то мере его духовным наследником. Ведь он так много сделал для меня и Джека, причем тогда, когда нам казалось, что будущего у нас нет.
– Это все очень мило, – сказала Клари, – но неужели ты собираешься обманывать его всю жизнь? Ты же сама говорила, что лгать не любишь, и я видела, как мучит тебя вынужденное притворство.
– Ради сына я это выдержу. – Филли говорила столь решительно, что Клари и сама поверила в это. – Я должна попросить тебя, Клари, никогда больше не затрагивать эту тему ни со мной, ни с Джеком. Брат уже давно поклялся мне, что не будет вспоминать о событиях, заставивших нас оставить Англию. Я не хочу, чтобы Джастин даже случайно услышал какой-то намек, который заставил бы его усомниться в своем происхождении.
– Хорошо. Это твой сын, и решать тебе, – ответила Клари. – Я не совсем согласна с тобой, потому что правда всегда выходит наружу… и чаще всего в самый неподходящий момент. Но я не буду тебе мешать. Должна признаться, мне тоже было бы неприятно сказать сыну, что его отец – насильник. Такая ноша слишком тяжела для ребенка, и только любящая мать способна переложить такое бремя на свои плечи. Знаешь, Филли, сразу этого не скажешь, но ты по-своему такой же сильный и замечательный человек, как твой брат.
– Спасибо, Клари. Я так счастлива, что Джек женился на тебе.
Филли кинулась Клари на шею и поцеловала ее. А мысли Клари уже унеслись к Джеку. Она пыталась представить себе, что он ответит на ее слова, когда они наконец останутся вдвоем.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дурман любви - Спир Флора



Очень достойно, не хуже, а может и лучше многих.
Дурман любви - Спир ФлораОлга
6.09.2014, 23.14





Банально, исторически недостоверно, но что-то наивное и доброе в этом есть.
Дурман любви - Спир Флораren
10.09.2014, 0.48





Стиль написания очень средненький. И очень раздражает подробное описание постельных сцен ( к сведению ). А так ничего можно почитать для разнообразия
Дурман любви - Спир ФлораНэтэли
4.01.2016, 21.14





Очень понравился роман.Местами даже хотелось всплакнуть.Не любила читать про перемещение во времени,а здесь не могла оторваться.Непременно перечитаю как-нибудь.10 баллов
Дурман любви - Спир ФлораНа-та-лья
6.01.2016, 20.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100