Читать онлайн Прошлые обиды, автора - Спенсер Лавирль, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Прошлые обиды - Спенсер Лавирль бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.27 (Голосов: 99)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Прошлые обиды - Спенсер Лавирль - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Прошлые обиды - Спенсер Лавирль - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Спенсер Лавирль

Прошлые обиды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Выпал и растаял последний мартовский снег, бураны, засыпавшие Миннесоту, сменились слякотью раннего апреля. На деревьях набухли почки, ожидающие, чтобы солнце их распахнуло. Вода в озерах вернулась к своему обычному уровню, снизившемуся было за два последних засушливых года; возвратились утки; иногда залетали канадские гуси.
Майкл Куррен стоял у окна своего офиса на первом этаже и наблюдал, как они расправляют крылья, направляясь к Миссисипи. Порыв ветра сбил с курса вожака и нескольких следующих за ним птиц, но они быстро, хлопая крыльями, вернулись в строй, вся стая исчезла за одним из зданий.
Он, конечно, звонил Бесс дважды за прошедший месяц, предлагал пойти куда-нибудь, но она отказалась: «Этого не стоит делать». Вообще-то он был склонен согласиться с ней, и все же мысли о бывшей жене не оставляли его.
Его секретарша Нина заглянула в кабинет и сообщила:
– Я ухожу. Звонил мистер Стрингер, он не вернется до совещания и увидится с вами на месте.
Стрингер, архитектор фирмы.
Майкл повернулся:
– А, спасибо, Нина.
Ей было сорок семь, вес – больше семидесяти килограммов, нос приплюснут, очки настолько сильные, что он поддразнивал ее: если эти линзы оставить под солнцем на бумаге, то та загорится. Волосы Нина красила в черный-пречерный цвет, ногти – в ярко-красный, хотя артрит уже уподобил ее пальцы корням женьшеня. Она вошла, воткнула один из них в цветочную землю в горшке на его письменном столе, сочла ее достаточно влажной и сказала:
– Ну, тогда я пошла. Удачного совещания.
– Спасибо. Доброй ночи.
– Доброй.
Она ушла, и стало совсем тихо. Он сел за чертежный стол, просмотрел эскизы двухэтажного кирпичного дома, сделанные Джимом Стрингером, и задумался над тем, будет ли дом когда-либо построен. Четыре года назад он купил коммерческое здание на углу Виктории и Гранд. Неудобное, неуютное, окруженное неудобными, неуютными улицами с домами в викторианском стиле, вышедшими из моды десять лет назад. Виктория и Гранд, известные в городе как Перекресток Виктория, в семидесятых уже были просто свободными угловыми зданиями, пригодными для автобизнеса.
Прошло время – и Гранд открыли заново, перестроили, модернизировали. Дух старины сохранился лишь в викторианских фонарях, облицованных кирпичом фасадах, цветочных ящиках, да еще в трех милых прогулочных площадках и нескольких магазинах, растянувшихся вдоль улицы.
Перекресток Виктория имел репутацию одного из лучших торговых центров Сент-Пола. Женщины любили походить по здешним магазинам подарков и перекусить с приятельницами в уютных ресторанчиках. Студенты из близлежащей «Вильям Митчелл скул» обнаружили на Виктории прекрасные книжные лавки. Бизнесмены из центра города и политики столицы штата приезжали сюда на холмы подышать свежим воздухом. На это требовалось всего полчаса. Местные жители гуляли с детьми по холмистым улицам. Прошлым летом Майкл видел, как две молодые мамы тащили наверх старомодные коляски с младенцами. В рождественские дни в магазинах звучала духовная музыка, шумели веселые компании с Санта Клаусом во главе… И все это называлось «Виктория Уорт». В июне обычно проводился парад, на улицах играли оркестры, ларьки торговали традиционными американскими лакомствами, и все это называлось «Гранд оулд дэйз». В год сюда приезжало не меньше трехсот тысяч человек.
И всему этому требовались площадки для парковки. Одна из них принадлежала с недавних пор Майклу Куррену.
Он наклонился вперед и рассматривал кальки чертежей – в том числе и большой стоянки, из-за которой в прошлом месяце случился скандал на митинге «Обеспокоенных граждан».
– Наши улицы не принадлежат нам! – вопили владельцы домов, возле которых постоянно парковались машины.
– Люди не могут делать покупки, если им негде поставить машины, – жаловались бизнесмены.
Вопрос не был решен ни в чью пользу. Майкл нанял фирму «Паблик рилейшнз», чтобы составить дружеский протокол о намерениях, представил концепцию архитектора – каким он видит здание в его окружении; результаты экспертизы, утверждающие, что еще один бизнес здесь возможен; и еще одно обследование, доказывающее, что предполагаемая парковка вместит больше машин, чем та, которая была здесь прежде; а также гарантии, что Майкл останется владельцем дома и, таким образом, будет заинтересован в эстетической, деловой, демографической сохранности района не только сейчас, но и в будущем. Бизнесменам и владельцам домов по соседству с предполагаемым зданием были разосланы соответствующие письма.
Сегодня этот вопрос будет вновь обсуждаться, и он увидит, какие тут произошли сдвиги.
Встречу устроили в школьной столовой, сохранявшей запах венгерского гуляша. Джим Стрингер был уже на месте, с ним Питер Олсон, менеджер проекта из «Велти-Нортон контракшн компани», которой было поручено строительство.
Директор по планированию призвал присутствующих к порядку и предоставил Майклу первое слово. Майкл поднялся, выбрал среди присутствующих лицо, на котором сфокусировал внимание. – женщину средних лет во втором ряду, – и сказал:
– Письма с чертежами предполагаемого здания, которые вы получили в прошлом месяце, были направлены мной. Мой архитектор Джим Стрингер будет совладельцем здания. А это – Питер Олсон, менеджер проекта. Мы хотим, чтобы вы все задумались вот о чем. Мы уже провели пробное бурение почвы – земля отвечает требуемым стандартам, другими словами, она не загрязнена. Примите это во внимание и поймите: со временем здесь много чего построят – нравится вам это или нет. Если вам угодно, то вы можете сидеть и ждать, пока не появится какой-то темный делец, который что-то построит сегодня и исчезнет завтра. Но у вас есть альтернатива – вы можете иметь дело со мной и Джимом. Мы оба будем владельцами того, что построим. Выгодно ли нам с ним подкинуть вам что-то уродливое, несовместимое с эстетикой района? Вряд ли. Мы хотим сохранить ту атмосферу, которая так заботливо сохранялась, потому что в конце концов именно она помогает процветанию Перекрестка Виктории. Джим ответит на все вопросы, связанные с архитектурой здания. Питер Олсон пояснит чисто строительные аспекты. За время, прошедшее после нашей последней встречи, мы внесли в наши планы коррективы: уменьшили площадь под коммерческим зданием, увеличили территорию окружающего парка. Джим может показать вам новые чертежи. Такова наша доля компромисса. Мы ждем ответной от вас.
Посыпались вопросы и замечания.
– Я живу в соседнем доме. Не изменится ли мой вид из окна?
– Что за магазины там будут? Если мы позволим построить это здание, то мы позволим себе пригласить своих людей.
– Строительство помешает бизнесу.
– Конечно, будет больше места для парковки. Но расширение бизнеса – это новые люди, и машины опять будут стоять на наших улицах.
Дискуссия набирала силу. Большинство кипело негодованием. Так продолжалось минут сорок пять, пока со своего места не поднялась женщина, назвавшаяся Сильвией Рэдвей. Она сказала:
– Я владелица «Кукс оф крокус хилл», школы кулинарии и магазина кухонных принадлежностей прямо через дорогу. Я присутствовала на первой встрече, но тогда не выступала. Сейчас я получила письмо мистера Куррена и много над ним размышляла, а сегодня внимательно выслушала всех выступавших. Мне кажется, что некоторые из вас ведут себя неблагоразумно. Думаю, что мистер Куррен прав. Этот участок земли слишком уж лакомый кусочек, чтобы оставаться все время обычной стоянкой. Мне нравится вид здания, которое предполагается построить. И я думаю, что полдюжины разных специализированных магазинов пойдут всем на пользу. И еще. Вы предпочитаете скрывать сами от себя, что все вы знали: Гранд-авеню – улица деловая, не важно, живете вы здесь или у вас здесь бизнес. Если бы вам захотелось иметь здесь незастроенную территорию, то вы бы сюда приехали в 1977 году. Я призываю вас разрешить построить это здание, оно такое красивое, и вот увидите, земля с собственностью возрастет здесь в цене.
Сильвия Рэдвей села на свое место, а зал загудел, все обсуждали услышанное.
В конце встречи уже было ясно, что если кто-то еще и не проголосовал за строительство, то уж, во всяком случае, значительно меньше этому сопротивлялся.
Майкл поймал Сильвию Рэдвей в школьном вестибюле.
– Мисс Рэдвей, – он протянул руку, – хочу поблагодарить вас за то, что вы сказали.
Ей было лет пятьдесят пять. Мягко очерченное, круглое приятное лицо, красивые вьющиеся волосы, собранные в серебряно-белый пучок. Приветливая улыбка.
Ее рукопожатие было крепким.
– Сказала то, что думала.
– Все дело в том, что они знают вас и не знают меня.
– Некоторые противятся любым переменам, в чем бы они ни состояли.
– Бог мой, мне ли не знать этого. Я без конца с ними встречаюсь по работе. И тем не менее спасибо еще раз. Если я могу быть вам чем-то полезен…
Она улыбнулась:
– Будете покупать что-либо для кухни, не забудьте про «Кукс оф крокус хилл».
Майкл думал о ней по дороге домой. Ее поддержка удивила его. Никогда не знаешь, чего ждать от человека. Он улыбнулся, вспомнив ее замечание о кухонной посуде. В следующий раз, когда он будет в этом районе, непременно зайдет в ее магазин и что-нибудь купит в знак признательности.
Это случилось неделей позже. Майкл назначил встречу во время ленча в кафе «Лэтте», как раз неподалеку от «Куке оф крокус хилл», и, освободившись, подъехал к магазину. Это было приятное двухэтажное здание, с большими окнами, полом из твердой древесины, простой элегантной мебелью от «Формики». Все выдержано в белых и голубых тонах. Пахло хорошим кофе, травяным чаем, пряностями. На полках стояло все, что нужно для кухни гурмана: лопаточки, дуршлаги, сковородки различной величины и формы, фартуки, терки для орехов, кулинарные книги и еще полно всякой всячины. Он миновал висящие на крючках сковородки для омлетов и подошел к прилавку. Сильвия Рэдвей считывала компьютерную ленту, глядя сквозь спущенные на нос очки.
– Привет, – сказал Майкл.
Она подняла глаза и улыбнулась ему, как бабушка Боти Крокс:
– Смотрите, кто пришел! Решили записаться на кулинарные курсы, мистер Куррен?
Он почесал в затылке.
– В общем-то нет.
Она взяла с прилавка баночку и, прищурившись, прочла наименование:
– Ну, тогда – маринованный папоротник?
Он засмеялся:
– Шутите?
Она протянула ему банку.
– «Маринованные стебли папоротника», – прочел он. – Вы хотите сказать, что это съедобно? Действительно съедобно?
– Абсолютно.
Майкл внимательнее пригляделся к ассортименту.
– «Чатней» – приправа. Горчичная глазурь, пралине с орехом пекан. А что это такое?
– Божественно с печеной ветчиной. Намажьте и запекайте.
– Правда? – Он еще раз осмотрел баночку.
– Добавьте несколько свежих стручков спаржи на пару и несколько молодых картофелин в кожуре и можете угощать королевских особ.
В ее устах все было так просто.
– Проблема в том, что мне не в чем сварить их на пару.
Она обвела руками магазин:
– Выбирайте. От металла до бамбука.
Майкл осмотрелся. Горшки, кастрюли, щетки, выжималки, какие-то предметы, больше подходящие кабинету врача.
– Я не умею готовить, – признался он и впервые за все время почувствовал себя как-то глупо.
– Может быть, потому, что никто вас на это не настроил. У нас на курсах много мужчин. Почти никто из них вначале не знал даже, каким концом держать лопаточку. Но сейчас они прекрасно готовят омлеты, цыплят и хвастаются перед домашними.
– Неужели? – недоверчиво спросил он. – Вы хотите сказать, что научиться этому могут все? Даже такое ископаемое, как я, которое в жизни яичницу себе на приготовило?
– Наша первая тема называется «Как вскипятить воду до 101 градуса». Я ответила на ваш вопрос?
Они засмеялись, и она продолжила:
– Приготовление еды стало искусством для всех – у нас на курсах мужчин и женщин поровну… Люди сейчас женятся позже, дети рано уходят от родителей, но и им надоедает питаться по всяким закусочным. Кто-то разводится. У кого-то жены работают и не хотят готовить. Вуаля! – Сильвия подняла руки и хлопнула в ладоши. – «Кукс оф крокус хилл» поможет вам решить и эту проблему.
Майкл и оглянуться не успел, как она его завербовала.
– Хотите посмотреть нашу кухню? Это здесь, на втором этаже.
Мимо прилавка, на котором в чистых пластиковых сосудах был выставлен кофе в зернах, они прошли к лестнице из светлого полированного дуба. На втором этаже на аккуратных белых прилавках была тоже всякая всячина. Затем они вошли в сверкающую кухню, облицованную белым кафелем. Перед плитой стоял длинный стол и обитые голубой тканью стулья. Над плитой висело под углом огромное зеркало, чтобы можно было наблюдать все, что на ней происходило. Майкл колебался, но она пригласила:
– Входите, входите!
Он прошел в кухню и сел на один из голубых стульев.
– Мы учим вас всему – от того, как должна быть оборудована кухня, до того, как отмерять нужное количество жидкости или сухих ингредиентов. Сначала наши инструкторы все показывают, а потом вы под их руководством готовите сами. Насколько я понимаю, вы холостяк, мистер Куррен.
– Э-э… да.
– У нас много одиноких мужчин. Выпускники колледжей, вдовцы, разведенные. Большинство из них на первых занятиях чувствуют себя как рыба, выброшенная на берег. На некоторых просто грустно смотреть, особенно на вдовцов, иные и ведут себя так, словно их нужно еще и воспитывать. Но среди оканчивающих курсы я не видела ни одного несчастного.
Майкл осмотрелся вокруг и попытался представить, как орудует всякими лопаточками, а на него в это время смотрят другие люди.
– Ваша кухня оборудована? – поинтересовалась Сильвия Рэдвей.
– Нет, совсем пустая. Я только что переехал, и у меня еще даже посуды нет.
– Тогда давайте договоримся так, – предложила она. – Ведь мы будем соседями, и я предлагаю вам посещать первые уроки бесплатно. Но за это вы купите все для своей кухни в моем магазине. Не буду вам навязывать ничего лишнего, подберем самое необходимое. А если там уроки понравятся – а я в этом не сомневаюсь, – вы оплатите те, которые захотите еще посещать. Договорились?
– Сколько времени длятся эти ваши курсы?
– Три урока по три часа каждый, раз в неделю вечером. Если вам понравится, то потом еще три урока.
Это было заманчиво. Вид пустой кухни угнетал его, а обеды в кафе уже потеряли для него свою первоначальную привлекательность. Вечера он проводил в одиночестве, заполняя их работой.
– И еще одно, мистер Куррен… если говорить совершенно абстрактно. Сейчас женщинам нравятся мужчины, которые умеют готовить. Прежний стереотип определенно ушел в прошлое. Теперь мужчины часто завоевывают женщин своими кулинарными способностями.
Майкл подумал про Бесс, представил себе, как она будет удивлена, когда он накроет стол и приготовит на кухне обед для гурманов. Она встанет из-за стола и будет искать спрятавшуюся в кладовке кухарку!
– А всего-то и нужно – купить пару котелков?
– Ну… честно говоря, больше. Нужны еще деревянные ложки и несколько крючков. Ну как?
Он улыбнулся. Она улыбнулась. Соглашение было заключено.


В день, когда должен был состояться первый урок, Майкл долго раздумывал, что нужно надеть, идя на кулинарные занятия. У него не было ни поварского колпака, ни клеенчатого фартука. Его мать на кухне была просто в домашнем платье, а через плечо у нее висело посудное полотенце. Он остановился на мятых голубых джинсах и бледно-голубом свитере.
В классе оказалось восемь человек – мужчин и женщин поровну. Он почувствовал некоторое облегчение, увидев, что он не единственный. Ему стало еще легче, когда один из них наклонился к нему и прошептал доверительно:
– Я даже суп из пакета приготовить не могу.
Учила их женщина лет сорока пяти с простым скандинавского типа лицом, ее звали Бетти Макдрас. Она вела уроки весело. Слегка, соблюдая меру, поддразнивала их за неуклюжесть, заставляла смеяться над собой и превозносила каждый их маленький успех. Им сразу дали список предметов, которые желательно иметь в кухне, и стали учить печь горячие булочки и готовить омлет.
Они узнали, как отмерять муку и молоко, как разбивать и взбивать яйца, смазывать маслом противень, наполнять булочки на три четверти мелко нарезанной ветчиной и луком, резать грибы, тереть сыр; как определить, достаточно ли нагрелась сковорода для омлета; как узнать, готовы ли булочки, и умудриться, чтобы они были готовы одновременно с пышным омлетом, завлекательно разложить их в корзиночке, устланной салфеткой, и поставить все вместе на стол.
Когда Майкл уселся за стол попробовать то, что сам приготовил, он гордился собой так же, как в день получения диплома.
Он накупил посуды от «Калфалон», развесил в кухне огромные ложки. У дверей положил резиновый ребристый коврик. Купил голубой с белым сервиз и комплект серебряных вилок и ложек. С восторгом обнаружил, что испытывает удовольствие, покупая в магазине Сильвии Рэдвей выжималку для лимона, чтобы готовить салат «Цезарь», большой французский нож для лука, нож для чистки овощей, металлический веничек для сбивания соусов.
Боже праведный, да ведь он научился готовить соусы!
Это произошло на втором занятии. Они жарили цыплят, делали картофельное пюре и салат. И ко всему этому – соус. Когда все уже было готово, мужчина, который сообщил Майклу, что он и суп из пакета не в состоянии сделать, его звали Бред Вилчевский, уселся за стол, довольно усмехаясь:
– Я не могу в это поверить, но я приготовил это чертовски здорово.
Здоровяк с вьющимися рыжими волосами и такой же бородой, Вилчевский носил очки в духе Джона Леннона. Пожалуй, он выглядел бы уместнее у костра, насаживающим куски индейки на шампур и вытирающим руки о бедра.
– Моя старуха уделалась бы, если бы видела, что я сотворил, – сообщил Вилчевский.
– Моя тоже, – подтвердил Майкл.
– Разведен?
– Да. А вы?
– Не-а. Она просто взяла ребенка и смылась. Я подумал: если такая дура набитая может готовить еду, то почему я не сумею?
– Моя жена всегда готовила сама, потом она стала учиться в колледже и хотела, чтобы я ей помогал, а я отказывался. Я всегда считал это женским делом. Но знаете? Теперь я думаю, что это даже по-своему интересно.
Он не заметил, что говорит о первой жене, как будто второй и не было никогда.
Майкл с удивлением обнаружил, как изменилась его жизнь. По вечерам он уходил с работы одновременно с остальными. Заскакивал в магазин купить свежего мяса и спешил домой приготовить его в своей новой кухонной посуде. Один раз он подлил вина в сковороду, на которой тушилось мясо с грибами, и пришел в восторг от результата. В другой раз он нарезал апельсин ломтиками и положил их на цыплячью грудку. Он открыл для себя чудо свежего чеснока; полюбил старинные блюда из мяса; научился следить за тем, чтобы ничего не подгорало. Его холостяцкое существование стало скорее покоем, чем одиночеством. А что может быть важнее? Он научился получать удовольствие от занятий, свойственных одинокому человеку: чтения, катания на лодке и даже от того, что стал стирать белье дома, а не отдавать в прачечную.
Вытащив его впервые из стиральной машины, подумал: черт, да ведь это совсем не трудно. Мысль эта позабавила его, ведь он многие месяцы не пользовался стиральной машиной и сушилкой только потому, что «не знал, как это делается».


Он ни разу не видел Бесс после Лизиной свадьбы. В середине мая она позвонила ему сообщить, что кое-что из мебели доставлено.
– Что именно?
– Диван для гостиной и стулья.
– Кожаный?
– Нет, тот для столовой, а этот, с обивкой, для официальной гостиной.
– А-а…
– Еще звонили с фирмы, которая оформляет окна. У них все готово – надо вешать шторы. Можем мы назначить для них день?
– Конечно. Когда?
– Я должна это уточнить с ними. Но лучше позвони мне, когда удобно для тебя, и я перезвоню.
– Я должен при этом присутствовать?
– Необязательно.
– Тогда в любой день. Я оставлю ключи у консьержки.
– Прекрасно…
После короткой паузы Бесс спросила:
– Как вообще дела, Майкл?
– Нормально. Очень занят.
– Я тоже.
Он хотел сказать: я учусь готовить еду, но к чему? Она дала понять достаточно ясно, что те поцелуи были ошибкой, она больше их не хочет, как не хочет даже просто общаться с ним.
Они немного поговорили о детях, когда кто последний раз был у Лизы, что делает Рэнди. Больше вроде бы говорить было не о чем.
Бесс попрощалась, прибавив:
– Я дам тебе знать, когда оставить ключи.
Майкл повесил трубку с чувством разочарования. Чего он хотел от нее? Снова увидеться? Получить ее одобрение тому, что он предпринимал в жизни? Нет. Ему просто хотелось быть в доме, когда она приедет вместе с рабочими, которые привезут мебель или будут вещать шторы. Он поймал себя на том, что бессознательно ждал этого все время. И, видимо, зря.


Однажды вечером, вернувшись с работы, Майкл увидел в гостиной диван и стулья, они напоминали валуны на широкой реке и выглядели как-то неуютно перед камином в пустой комнате. Но окна преобразились: вертикальные жалюзи в гостиной, столовой, спальне; спокойные маленькие занавесочки, которые ему сразу понравились, в ванной и комнате для стирки.
На кухне лежала записка, написанная Бесс:


«Майкл. Я надеюсь, что тебе понравится мебель в гостиной и то, как оформлены окна. Я повесила покрывала для кроватей в шкаф, пока не прибудут кровати. Думаю, что они будут выглядеть шикарно. Обивщики, которые работают над стульями для спальни, обещают закончить на следующей неделе. На одной занавеске для гостиной оказалось пятно, я вернула ее в магазин и привезу, как только заменят. У меня уже есть квитанция о погрузке мебели в спальню для гостей. Это означает, что она прибудет на следующей неделе, поэтому мне, наверное, скоро снова потребуется попасть в дом. Ужасно интересно увидеть все вместе. Скоро позвоню. Бесс».


Майкл держал записку, положив большой палец на ее подпись, и был совершенно обескуражен тем впечатлением, которое она на него произвела.
Он нашел в шкафу толстые стеганые покрывала, перекинутые через огромные вешалки. Им овладело странное чувство при мысли, что Бесс была здесь, что она приводит его дом в порядок. Как здорово было бы, если бы она осталась здесь, в его доме, рядом с ним, где годами было ее место. И как печально оставаться для нее лишь клиентом.
В подобные моменты ему так не хватало ее, как не хватает возлюбленного после ссоры и расставания.
Майкл позвонил ей, стараясь говорить небрежно:
– Привет, Бесс. Это Майкл.
– Майкл, привет! Ну как тебе окна?
– Ужасно нравятся.
– А мебель?
– Выглядит здорово.
– Правда?
– Мне нравится.
– Мне тоже. Ну, теперь все пойдет потоком. Пришли документы об отгрузке от фирмы «Свейм». Все столы для гостиной отправлены. Как ты хочешь – чтобы доставили все вместе или по мере того, как мебель будет поступать?
«Во втором случае у меня больше шансов встретить тебя».
– Как тебе удобнее.
– Нет, я хочу, чтобы было удобно тебе. Ты заказчик.
– Меня это не будет беспокоить. Я могу сказать консьержке, чтобы она пускала тебя, когда нужно.
– Прекрасно. Мне как раз так удобнее, потому что у меня мало места. А сейчас, после рождественского бума, все приходит сразу.
– Ну, тогда привози сюда. Я только рад, что квартира будет приобретать жилой вид. Как там мой кожаный диван? Подает признаки жизни?
– К сожалению, пока нет. Боюсь, что он будет не раньше чем через месяц.
– Ну что ж… сообщи мне тогда.
– Хорошо. Да, вот еще что, Майкл. Как со всякими дополнительными мелочами? Будешь ли ты сам их выбирать? Некоторые клиенты делают это сами, другие предоставляют выбор мне, чтобы не беспокоиться.
– Я… черт. Я не знаю, Бесс.
– Ну, может быть, мы поступим так: когда я найду что-то подходящее, на мой вкус, я завезу это тебе. И если тебе что-то не понравится, я подберу другое. Пойдет?
– Прекрасно.


Теперь, придя домой, Майкл всякий раз обнаруживал в доме какую-то новую вещь, а то и две – консоль для входной двери, столы для гостиной, гигантскую керамическую рыбу на камине, а над ней окантованные эстампы (ему очень нравилось, как они дополняли друг друга), настольную лампу. Три огромных цветка в горшках в форме морской раковины неожиданно придали всей гостиной завершенность.
Формальности по разводу с Дарлой в конце мая завершились, и Майкл получил соответствующие документы. Он не испытал никаких эмоций, словно просто окончена какая-то очередная сделка. Он спрятал их в ящик стола и подумал: «Бог мой, все это кончилось».
Майкл учился уже на третьем семестре кулинарных курсов. Он научился составлять меню, печь сдобные булочки с шоколадом и изобретать к ним все новые соусы. На занятиях он познакомился с Дженнифер Эйлес. Ей было сорок с небольшим, с мужем разведена, довольно привлекательная особа. Спасаясь от вечернего одиночества, она стала ходить на эти курсы. Как-то Майкл пригласил ее на концерт Барри Манилова, а она уговорила его записаться в гольф-клуб, который посещал ее сын.
Однажды после занятий он попытался поцеловать ее, она расплакалась и сказала, что по-прежнему любит своего мужа, который ушел к другой женщине. Вечер этот закончился тем, что они оба вспоминали своих бывших: она – мужа, он – жену. Он признался, что его чувство к Бесс не ушло, но она не отвечает на него или, может быть, точнее, не позволяет себе отвечать и просила его не беспокоить ее.
Майкл купил себе переносной столик и ужинал теперь на веранде, наслаждаясь видом на озеро.
В спальне у него появился торшер, к пьедесталу в галерее была прикреплена записка.


«Ты уверен, что хочешь, чтобы я выбрала сюда скульптуру? Мне кажется, что это ты должен сделать сам. Дай мне знать».


Он позвонил в «Синий ирис» и передал Хидер:
– Скажите Бесс, что скульптуру я выберу сам.
Еще как-то раз на автоответчике было оставлено сообщение: «Купи себе новые простыни, Майкл. Твою кровать доставили! Мы привезем ее завтра».
Он купил простыни авторской работы: брызги сине-лавандового дождя на полотне, и впервые после развода с Дарлой спал в нормальной спальне.
И наконец в конце июня было оставлено сообщение, которого он ждал так долго:


«Майкл, это Бесс. Понедельник, утро, восемь сорок пять. Прибыл твой обеденный стол, а твой кожаный диван едет на грузовике от порта доставки на Восточном побережье. Вот-вот прибудет. Скоро позвоню».


Он пришел домой на следующий день в четыре часа и застал ее в столовой. Она распаковывала стулья. Новый, дымчатого стекла стол стоял под люстрой, которая горела, несмотря на то что летнее послеполуденное солнце ярко светило.
Майкл остановился в дверях:
– Привет…
Он не видел ее со дня Лизиной свадьбы.
Бесс стояла на коленях и сдирала наклейки с перевернутого стула. Она подняла голову, убрала локтем волосы с глаз.
– Майкл, я не думала, что ты приходишь с работы так рано.
Он бросил ключи на стеклянный стол, рядом с композицией из шелковых кремовых цветов в мраморной вазе. Еще утром ее не было.
– Обычно я прихожу позже, но сегодня был по соседству и решил не возвращаться в офис.
– Как они? – Он сел на один из стульев.
– Пока неплохо.
Она распаковала только два стула.
Майкл снял пальто, бросил на диван, подошел к стеклянной раздвижной двери:
– Здесь жарко. Почему ты не открыла окна?
– Я не думала, что мне следует это делать.
Он раздвинул занавески и широкие двери в обоих концах комнаты. Ворвался свежий ветер, смешанный с легким бризом, от которого зашелестели листья цветов и складки занавесок.
Майкл подошел к Бесс:
– Давай я помогу.
– Нет, нет. Это моя обязанность. Да ты и одет неподходяще, не для работы.
– Ты тоже.
На ней было красивое желтое платье, жакет тога же цвета она бросила на спинку дивана.
– Дай мне.
Он взял из ее рук инструменты, опустился на колени и стал снимать оставшиеся наклейки.
Бесс отряхнула руки:
– Ну ладно, спасибо.
– Это что-то новое. – Он кивнул на шелковый букет.
Она поднялась на ноги, обутые в черные лакированные туфельки.
– Мне хотелось, чтобы он был простым. Цветы одного типа и небольшие. Мне казалось, что это больше подходит для комнаты, где живет мужчина.
– Красиво. А если мне надоест на них здесь глядеть, я разложу их на ковре и буду играть. Знаешь, есть такая детская игра…
Бесс засмеялась и стала осматривать один из распакованных стульев. Он был с толстой матерчатой спинкой в форме ковбойской могильной плиты, обивка в розовато-лиловых и серых тонах, которые напоминали морское побережье после схлынувшей волны.
– Красивые, правда? Все так гармонирует друг с другом. Ты доволен или тебе что-то не нравится? Потому что ты должен все одобрить в конечном счете.
– Мне нравится! Ты прекрасно со всем справляешься.
– Приходится, иначе прогорю.
Майкл закончил распаковывать стул, поставил его на место, ослабил узел галстука и расстегнул пуговицу на воротнике.
Вновь принявшись за работу, он сказал:
– А ты загорела.
– Да вроде бы… немножко.
– Где?
Майкл посмотрел на нее и быстро отвел глаза. За все время их брака ей никогда не хватало времени, чтобы просто полежать на солнце.
– Хидер все ворчала на меня за то, что я не умею отдыхать. И я стала понемногу лежать на солнце на заднем дворе. Должна признать, это божественно. За все годы, когда мы… я никогда не пользовалась этим двориком. Оттуда великолепный вид, особенно когда плавают лодки.
– Я тоже стал загорать на веранде. – Он кивнул в сторону стеклянной двери. – Вот стол поставил на веранду, наслаждаюсь видом и водой. А иногда сам плаваю.
– На лодке?
– Да, немножко. Иногда рыбу ловлю.
– Мы что-то не спешим закончить работу.
Майкл поднял на нее глаза. Она улыбалась.
Он оставил стул в покое. Они смотрели друг на друга. Секунды тихо скользили одна за другой. В окно доносилось гудение сенокосилки, и запах свежескошенной травы мешался с ароматом бриза, шевелящего листы бумаги на диване. В парке по соседству смеялись дети.
Перед глазами Бесс проплывало прошлое, сливаясь с настоящим. Это не чьи-то дети играли на улице, а Лиза и Рэнди. И они с Майклом отчаянно торопились: скорее, пока дети заняты игрой. Иногда это случалось так: прекрасный жаркий летний день, прекрасный горячий порыв, сумасшедшая возня с одеждой, скорее, скорее заправить низ рубашки в брюки, они хихикают, а дети уже ломятся в дверь кухни.
Воспоминания пронзали – он был так привлекателен в рубашке с расстегнутым воротом, отбрасывающим тень на горло. Карманы прилипли к груди, брюки упруго натянуты на бедрах, а взгляд говорит о том, что им владеет то же желание.
Бесс опустила глаза первой.
– Я вчера говорила с Аизой, – сказала она, с усилием вырываясь из пелены вожделения.
Они сосредоточили свое внимание на стульях, что было, безусловно, благоразумнее. Майкл снял упаковку с последнего. Бесс собрала упаковочную бумагу. Наконец все вещи заняли свои места. Они стояли у противоположных концов стола и не могли не восхищаться тем, что получилось. На стеклянной поверхности стола остались пятна от пальцев.
– У тебя есть стеклоочиститель? – спросила она.
– Нет.
– Спрашивать, есть ли уксус, бесполезно?
– Уксус есть.
Ему было приятно, что Бесс так удивилась. Он пошел за уксусом на кухню. Там были еще новые приобретения – посудные полотенца в белую и голубую клетку и ролик бумажных.
Он принес уксус, и Бесс сказала:
– Его надо смешать с водой.
Майкл опять пошел на кухню и вернулся с голубой миской, наполненной водой с уксусом. Она протянула руку, но он сказал:
– Я сам.
Он протирал свой новый стеклянный стол, а она молча наблюдала, как он это делает. В стекле отражалось его лицо. Рубашка натягивалась у него на лопатках, а у нее сводило низ живота. Свет от люстры падал на его волосы, ее руки жаждали обнять его.
Майкл отнес миску на кухню. Бесс подошла к столику возле дивана, сняла с него вазу с шелковыми цветами и поставила ее в центре большого стола. Они опять обменялись взглядами, выражающими одобрение.
– Нужна циновка из рафии.
– Хм…
– Тебе они нравятся?
– А что такое рафия?
– Ну, это волокна сушеной пальмы. Восточная такая штука.
– Да, конечно.
– Я подберу в магазине и в следующий раз принесу.
– Прекрасно.
Стол был отполирован, стулья на местах, букет там, где надо, предлогов задерживаться больше не было.
– Ну, что же… – Бесс потянулась за жакетом. – Все в порядке. Я, пожалуй, пойду.
Майкл взял жакет раньше, чем она до него дотянулась, и подал ей. Бесс скользнула в рукава, высвободила попавшие под воротник волосы, взяла черную сумку и повесила ее через плечо. Он стоял очень близко, засунув руки в карманы.
– Как насчет того, чтобы пообедать со мной в субботу? – спросил он.
– Мне? – Она широко раскрыла глаза и приложила руку к груди.
– Да, тебе.
– Почему?
– А почему нет?
– Не думаю, что это следует делать, Майкл. Я уже тебе говорила это два раза, когда ты звонил.
– а о чем ты думала минуту назад?
– Когда?
– Ты знаешь когда.
– Ты выражаешься очень туманно.
– Ты врушка чертова.
– Мне нужно идти.
– Убегаешь?
– Не говори глупостей.
– Ну так как насчет субботы?
– Я уже ответила.
Он усмехнулся:
– Ты многое теряешь. Единственный шанс в жизни. Я готовлю сам.
– Ты?!
Майкл засиял, наслаждаясь ее удивлением.
Он пожал плечами:
– Беру это на себя.
Она от удивления потеряла дар речи, дав ему таким образом фору.
– Обедаем здесь. Обмоем мой новый стол. Ну так как?
Бесс сообразила, что стоит с открытым ртом, и закрыла его.
– Отдаю тебе должное, Майкл. Ты до сих пор способен вогнать меня в шок.
– Шесть тридцать. Пойдет?
– Хорошо, – ответила она. – Я не могу это пропустить.
– Приедешь на машине?
– Конечно. Если ты можешь готовить, то я могу водить машину.
– Хорошо. До встречи.
Он проводил ее до дверей, открыл и, прислонившись плечом к дверной раме, смотрел, как она нажимает кнопку лифта. Когда тот приехал, она хотела шагнуть в него, но передумала и, придержав рукой, повернулась к Майклу:
– Ты смеешься надо мной. Ты правда научился готовить?
Он засмеялся:
– Потерпи до субботы. Увидишь.
Ушел в квартиру и закрыл дверь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Прошлые обиды - Спенсер Лавирль



прочитала и была удивлена, понравилось,попробую прочитать еще ее произведения 9/10
Прошлые обиды - Спенсер Лавирльаtevs17
1.10.2012, 8.20





Отличный роман!!! Очень поучительно! Читается легко и с удовольствием
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльАнна
7.10.2012, 1.05





Мне очень нравятся романы С. Лавирль! Здесь из современных только 4: сильно произвело впечатление "Трудное счастье". На 2-е место ставлю "Горькая сладость" (ищите его на других сайтах, не пожалеете). На 3 -е место можно поставить "Прошлые ошибки"... "Сила любви" не произвело особого впечатления. А сейчас буду читать "Раздельные постели". Побольше бы таких авторов на этом сайте. Жизненные истории не наигранные и "притарные". Проживаеш все вместе с героями,мечтаеш, переживаеш, плачеш. Читайте обязательно, именно таких историй не столь много!!!
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльН@т@лья
11.11.2012, 16.44





...а главное поставить Ь(учитесь писать!)
Прошлые обиды - Спенсер Лавирль@@
4.12.2012, 22.18





Глупый, упертый мужчина, который решил, что где- то лучше и проще. А там проще, потому что пустота, ничего нет и не может быть общего.
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльАлина
5.12.2012, 0.06





Да действительно роман хороший.
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльЛика
6.02.2013, 18.45





А мне не понравился. Мотивы героя, оставившего жену, детей, связаны только с себялюбием и эгоизмом - мало внимания бедненькому, плюс жена перестала следить за собой. Единственное решение-поменять на новую, молодую, красивую и беззаботную. Не знаю как такое можно простить, оправдать! Еще и претензии, плохо сына воспитала, 6 лет с ним не общался!!! В общем, муж (героем не поворачивается язык назвать ЭТО) -мерзавец, а героиня, вот мне хочется назвать ее дурой..Хотя, как говорится, чужую беду — руками разведу...
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльИрина
22.06.2013, 22.45





Это хорошая литература , а не любовный роман.10б
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльStefa
7.02.2014, 17.04





ОЧЕНЬ ХОРОШИЙ РОМАН!! ДАЖЕ ПРОСЛЕЗИЛАСЬ.ЛЮДИ, ЛЮБИТЕ ДРУГ ДРУГА, НЕ ПОЗВОЛЯЙТЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ЛЮБИМОГО ЧЕЛОВЕКА...
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльВАЛЕНТИНА
19.03.2014, 3.53





Потрясяна! Столько эмоций,ууу не для тех у кого слабое сердце, без слёз не могла прочесть. Молодец дочь, смогла лучше всех понять что надо её родителям и помогла им воссоединиться и хорошо что сын во врем одумался и всё у него тоже налаживается.До сих пор не отойду столько эмоций, чувств читать и читать.
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльАнна Г.
14.07.2014, 12.43





Очень понравился роман, советую прочитать.Автору спасибо за удовольствие полученное при чтении этого романа.
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльСветланка
26.11.2014, 23.36





Хороший роман. Развод всегда тяжело пережить.
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльЕлена
25.06.2015, 23.13





Интересный роман, легко читается.
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльКэт
21.07.2015, 10.00





Прочитав два романа о разводе "Я не кукла" и "Независимая жена", подумала, что можно "высосать из пальца", еще в одном романе? Оказалось можно, да еще как можно!!! Временами можно улыбнуться, временами прослезиться, а самое главное, извлечь урок, как сохранить любовь и брак! Это относится не только к женщинам, но и к мужчинам, только жаль, что они эти романы не читают. Все три романа очень хороши, даже многими не понятый и не принятый - "Независимая жена". А жаль, очень жаль.А в этом романе запали в душу мысли всех героев, когда их фотографировали у церкви, особенно мысленная мольба Майкла "Оставьте меня с ними навсегда"!!!!!! 10 баллов.
Прошлые обиды - Спенсер ЛавирльЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
11.06.2016, 21.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100