Читать онлайн Прощение, автора - Спенсер Лавирль, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Прощение - Спенсер Лавирль бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.69 (Голосов: 49)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Прощение - Спенсер Лавирль - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Прощение - Спенсер Лавирль - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Спенсер Лавирль

Прощение

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

Бракосочетание Аделаиды Меррит и Роберта Бейсинджера было первым в новой церкви Дедвуда. С раннего утра день был облачным, но к девяти часам проглянуло голубое небо. Это напомнило Саре тост, произнесенный Ноа в тот роковой вечер: «Пусть день вашей свадьбы будет солнечным и ваша последующая жизнь такой же».
Она увидит его сегодня. Они будут сопровождать Адди и Роберта, в то время как весь город удивляется, почему была расторгнута их собственная помолвка. Она упаковала свою брошь в вату и спрятала в маленькую инкрустированную коробочку, стоявшую на ее столе. Церемония была назначена на десять часов утра.
Вскоре после девяти Адди вошла в комнату Сары в рубашке и нижней юбке, держа в руках щипцы для завивки.
— Я хочу сделать тебе прическу.
— Нет, это я должна заняться твоими волосами. Ведь свадьба-то твоя.
— Я лучше умею это делать. К тому же я уже причесана.
— Да, твои волосы смотрятся прекрасно.
— Я знаю. Садись.
— Но, Адди…
— Ладно, ладно, Я хочу, чтобы ты выглядела сногсшибательно.
— Даже Одиннадцатая заповедь не смогла бы мне в этом помочь.
— Садись, говорю.
Сара повиновалась.
— Я знаю, зачем ты это делаешь. Только ничто не поможет. Все кончено между Ноа и мной.
— Я тоже думала так о нас с Робертом, а посмотри, что происходит сегодня. Сиди спокойно, чтобы я не обожгла тебя. И наклоняй голову, когда я велю.
Она сняла стекло с лампы, зажгла ее и стала нагревать щипцы.
Через двадцать минут волосы Сары были собраны в элегантный узел на макушке, скреплены широкой перламутровой заколкой, а концы спущены вниз в виде упругих колечек.
— О-о-о, Адди, это уж слишком!
— Ничего. Сегодня — день свадьбы твоей сестры. Ты должна быть сверхэлегантной.
— Но что подумает Ноа?
— Он подумает то, что я хочу, чтобы он думал. И пусть подумает получше.
— Адди! — Сара повернулась и поймала ее руку. — Не надо стараться что-то исправить. Это было наше совместное решение расторгнуть помолвку. Ты не несешь никакой ответственности.
Адди нахмурилась.
— Я знаю. Но мы с Робертом очень, очень сожалеем об этом.
— Ну хватит. Сегодня твой праздничный день. Не хочу, чтобы ты его портила грустью. Идем, я помогу тебе надеть платье.
В платье Адди были изъяны. Управиться с вставками, клиньями и сборками оказалось труднее, чем делать простые занавески. Но то, чего недоставало в техническом исполнении, с лихвой перекрывалось внешними эффектами. Высокий ворот, подчеркнутая талия, рукава «бутылочкой», короткий плиссированный шлейф — все это делало Адди изящной, как фея. Цвет платья был нежно-ледовый, под стать волосам, в которые она воткнула цветок дикой сливы. В руках у нее будут шесть алых тюльпанов из сада Эммы.
Когда застегнули последнюю пуговицу, Сара застыла нa несколько секунд в молчаливом восторге, потом поцеловала Адди в щеку.
— Что бы ты ни думала, сегодня — один из счастливейших дней в моей жизни. Ноа был прав, когда говорил, что вы с Робертом созданы друг для друга. Это действительно так.
Ноа заехал за ними в наемной коляске. Когда он постучал, Сара, как подружка невесты, должна была открыть дверь. Она взяла себя в руки и подошла к двери с приклеенной улыбкой на лице.
— Привет, Ноа. — Она старалась не подавать виду, что его появление ранит ее сердце. На нем был черный костюм, который он купил к их свадьбе. Щеки блестели, усы аккуратно подстрижены. У нее пересохло во рту.
— Привет, Сара. Как поживаешь? — Так пристойно, так равнодушно. Ни улыбки, ни взгляда украдкой.
— Отлично, все нормально. Кажется, Адди уже готова. Я приведу ее.
Они отправились в церковь в четырехместной коляске. Адди захотела сидеть одна на заднем сиденье. Однако близость сидящих на переднем сиденье Сары и Ноа не сгладила их отчужденность. Они держались так, будто между ними сидела двоюродная бабушка.
Роберт ждал у церкви, разодетый и улыбающийся. Он помог невесте выйти из коляски, принял поцелуй в щеку от будущей свояченицы, пожал руку другу.
Отведя его чуть в сторону, он проговорил:
— Запоминай, что будут говорить сегодня. Тебе это все понадобится, попомни мои слова.
Церемония была простой и краткой. Бертл Матесон провел ее так, что завоевал еще больше уважения своих прихожан, знавших, что он неравнодушен к невесте. Церковь заполнили горожане: среди них были три девушки из заведения Розы, наблюдавшие церемонию с тоской во взоре, несколько холостых деловых людей, упрекавших себя за то, что не увидели в женщине, известной им под именем Ив, таких достоинств, Патрик Брэдиган, совершенно трезвый по столь торжественному случаю, семья Докинсов и многие другие.
Когда Роберт произносил клятву, он сжал пальцы Адди так сильно, что на них остались белые полосы.
— Я, Роберт Бейсинджер, беру тебя, Аделаиду Меррит…
Сара стояла за ними, с тоской в сердце сознавая, что, хотя Ноа находился рядом, он был слишком далеко. Он стоял, сложив руки, неподвижно, как статуя, и следил за происходящим.
Настал черед Адди.
— Я, Аделаида Меррит, беру тебя, Роберта Бейсинджера, в мужья по закону…
Адди улыбалась, полная счастья, глядя в лицо Роберта. На глаза Сары навернулись слезы, она вынула платок, чтобы вытереть их, и в этот момент Ноа повернул голову, взгляд его задержался на ней лишь на какую-то долю секунды. Их глаза встретились, и она поняла, что для него их испытания не кончились, как и для нее.
Церемония подошла к концу. Адди направилась к выходу, опираясь на руку Роберта, Сара и Ноа пошли за ними. Это был их единственный контакт за день. Во время обеда, сервированного во дворе церкви, и последующих танцев под июньским небом они избегали друг друга. Сара видела, как он пил пиво, разговаривал, танцевал с Эммой и Адди, но, когда взгляды их случайно встречались, они тотчас же отводили глаза. Раз он протанцевал с Джинивой Докинс, зардевшейся от счастливого смущения, и даже с одной из девушек Розы, которую он, очевидно, находил весьма забавной. Он откидывал назад голову и смеялся, когда она что-то ему говорила. Саре больно было вспоминать, как он делил свое веселье с ней, и сознавать, что этого больше не будет. «Быть может, он опять начнет посещать заведение Розы… Кто знает?» Мысль об этом отозвалась физической болью.
Потом Ноа наблюдал, как ребята играют в ножички. Подняв глаза, он увидел, что Сара смотрит на него. Она тотчас же отвернулась.
Город вырос довольно заметно. В толпе постоянно встречались незнакомые лица. Сара использовала возможность познакомиться с вновь прибывшими, записать их имена, а потом опубликовать в колонке «С приездом». Женщин она приглашала вступить в Женское общество, а мужчин — присутствовать на собраниях горожан. Правда, в ней уже не было прежнего энтузиазма.
К концу дня Сара подошла к Эмме.
— У меня к тебе большая просьба.
— Говори.
— Мне сегодня необходимо где-то переночевать.
— Нет проблем.
— Соломенный тюфяк на полу вполне подойдет, знаю, у тебя и так полно народу.
— Считай, что ты его имеешь.
— Я предполагала оставить дом Адди и Роберту. Видишь ли, первоначальный план был…
— Я знаю этот план.
— Я сняла бы комнату в гостинице, но там все занято и…
— Перестань извиняться. Мы твои друзья. Ты остановишься у нас, и довольно об этом.
Сара нашла Адди и сообщила ей о своем намерении.
— Я чувствую себя неловко, как будто выставляю тебя из твоего же дома, — ответила Адди.
— Это твоя первая брачная ночь. Если бы здесь была железная дорога, ты бы ехала куда-нибудь в путешествие на медовый месяц. А раз этого нет, я уйду к Эмме.
Дома у Эммы, после того как все легли спать, женщины сели в кухне, прихлебывая то, что хозяйка называла «чай из чайника», то есть слабозаваренный чай, да еще и сильно разбавленный горячим молоком.
— Хорошая была свадьба, — заметила Сара.
— Да.
— Адди была очень хороша собой.
— Да, ты права.
— Матесон даже глазом не моргнул.
— Нет, не моргнул.
— Я никогда не видела Роберта таким счастливым.
— Слушай, мы что, будем болтать о разной чепухе или ты все-таки выскажешь то, что у тебя на душе?
— Ты знаешь, что… Ноа.
— Я думала, между вами все кончено.
— Предполагается, что так, но я все еще люблю его.
— Я видела, как он смотрел на тебя пару раз, когда ты не замечала.
— Видела?
— Да, я и еще человек пятьсот. Так что же у вас произошло?
— О, Эмма, это так сложно.
— Я тоже не так проста, знаешь… И могла бы кое-что объяснить тебе, если ты дашь мне такую возможность.
Сара думала, прихлебывая чай. Она хотела поделиться с Эммой, но ее останавливала преданность сестре — ведь это была ее тайна.
— Хорошо, я расскажу тебе, не спросив у Адди разрешения, но ты должна дать мне слово, что это не уйдет никуда дальше.
— Даю.
Сара поведала ей все. Когда она дошла до отношений отца с Адди, Эмма прижала руку ко рту. Взгляд ее, казалось, совсем застыл.
— …И вот с тех пор каждый раз, когда Ноа прикасается ко мне, я не знаю… во мне что-то происходит, я вся сжимаюсь и не могу разжаться. Я знаю, он не как мой отец, но я чувствую какой-то страх, он меня сковывает, я… Это глупо, я виновата… О-о-о, Эмма, что же мне делать?!
Сара громко расплакалась.
Эмма была ошарашена тем, что услышала. Она подняла Сару со стула и крепко обняла, избегая глядеть ей в глаза. Господи! Отец с дочерью! За всю свою жизнь она не слышала ничего более ужасного. Бедная Адди и бедная Сара, все годы обожавшая эту старую свинью. Кто может ее осуждать за то, что она отталкивает любого носящего брюки после такого потрясения?! И что Эмма может ей сказать? Как утешить, когда она сама пришла в ужас, с которым не в состоянии справиться?
Сара рыдала и прижималась к ней, как к матери. Эмма гладила ее и растирала ей руки.
— О, моя дорогая, бедная девочка, какой кошмар пришлось тебе пережить.
— Я люблю Ноа, Эмма, хочу выйти за него замуж, но… Скажи, Эмма, как мне измениться?
Эмма не знала, что ей посоветовать. Такие сложные, изуродованные отношения не поддавались ее разумению. Сама она полюбила простого человека, вышла за него, родила ему детей, много работала и жила по Божьим заповедям. И думала, что так жило и живет большинство людей. Но эта отвратительная история…
— Надо чтобы прошло какое-то время. Ведь говорят, время лучший лекарь.
— Но я так обидела Ноа! Я отталкивала его, когда он хотел помочь мне. Он никогда не вернется.
— Ты не можешь это знать наверняка. Может быть, он тоже дает тебе время для исцеления.
— Но мне не нужно время. Я хочу выйти за него замуж сейчас и быть нормальной, как все.
Эмма продолжала гладить ее и растирать ей руки. Она сама чуть не плакала, но не могла придумать ничего, чтобы утешить бедную Сару.
— Боже мой, — вздохнула она. — Как я бы хотела помочь тебе!
Сара вытерла слезы, а Эмма опять наполнила чашки. Когда они сели, Сара заговорила, печально глядя на Эмму:
— Он танцевал сегодня с одной девушкой от Розы. Я видела, как они смеялись вместе.
Эмма только молча сжала ей руку.


В доме на Морайа-роуд молодые вошли в спальню. Роберт зажег лампу, задернул занавеси и подошел к Адди. Он улыбнулся, протянул руку к ее волосам.
— Твои цветы завяли, — Он вынул из ее волос цветок дикой сливы и положил рядом с лампой. Она подняла глаза и дотронулась до волос.
— Удивляюсь, как он не упал. Почти не на чем было держаться, так мало у меня волос,
— Достаточно. — Он взял ее за руки,
Они находились среди людей почти десять часов, веселые, улыбающиеся, торжествующие. Но ждали этого часа, как подснежники весны.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.
— Нервничаю.
Он засмеялся.
— Почему? Мы ведь ждали этого дня всего шесть лет, или семь…
— Скорее двенадцать, — ответила она. — С того времени, когда мы были детьми.
— Да, совсем еще детьми, я приходил к дверям вашего дома за остатками какого-нибудь жира и думал, что ты самое красивое существо, которое Бог создал на земле. — Он взял ее лицо в свои руки. — Я и сейчас так думаю.
— О Роберт! — Она опустила глаза. «Удивительно, — думал он, — она так робко держится со мной».
Он взял ее за плечи.
— Миссис Бейсинджер, — произнес он, и это прозвучало как какое-то экзотическое имя в его устах.
— Да, мистер Бейсинджер. — Адди взглянула на Роберта.
— Следует ли мне сначала поцеловать вас или расстегнуть эти пятнадцать крючков у вас на спине?
— А откуда ты знаешь, что их пятнадцать?
— Я их сосчитал сегодня.
Она удивилась.
— А как ты их мог сосчитать? Их же не видно.
— Я увидел, могу доказать. Повернись.
Она повернулась, улыбаясь, а он стал считать.
— Один, второй, третий…
— Роберт!
— Четвертый, пятый…
— Все-таки как ты ухитрился?
— Твои стежки показывают… Шестой, седьмой, восьмой…
— Ну хватит, Роберт.
— Десятый, одиннадцатый…
Она подождала, пока он умолк, потом призналась:
— Я думала, сегодняшний день никогда не подойдет к концу.
В комнате наступило молчание. Слышалось лишь их дыхание. Платье было расстегнуто. Он положил руки ей на талию, наклонился и нежно поцеловал ее спину между лопатками, вдыхая аромат ее тела. Сердце его стучало молотком где-то в горле.
— Думаю, я заслуживаю медаль, — прошептал он, — за мое долготерпение: все эти годы я так этого хотел. — Он еще крепче сжал ее талию и прижал к себе, шепча на ухо. — В той комнате в гостинице в канун Рождества и здесь, в этом доме, и тысячу раз после, сидя за столом напротив тебя, играя с тобой в шашки, или угощаясь яблочным пирогом, или слушая Сару… Иногда здесь, в кухне, когда мы мыли посуду или ты сидела за столом и шила занавеси, а я смотрел на тебя и видел, как твои волосы меняют цвет и опять становятся белокурыми, когда я думал, что люблю тебя с двенадцати лет и ни один мужчина в этом мире не имеет на тебя столько прав, сколько я…
— Ты так считаешь? — спросила она с придыханием.
— Я так хотел тебя, прямо как дикарь.
— А я думала, что у тебя все было наоборот. Что, с тех пор как ты вытащил меня от Розы, ты думал о моем прошлом и пытался пережить это.
Его руки опустились к ее бедрам, потом поднялись к груди.
— Как ты могла так думать? Я хотел тебя, хотел тебя все время. Когда мне исполнилось восемнадцать, я пошел к твоему отцу просить разрешения жениться на тебе. И с того дня накануне Рождества, когда я сделал самую чудовищную ошибку в моей жизни, предложив тебе деньги… Адди, ты можешь простить мне это?
Она повернулась, так что его руки скользнули к ее локтям. Глядя ему в лицо сияющими зелеными глазами, она прошептала:
— Я прощу тебя, Роберт, прекрати эти муки и сделай меня своей женой по-настоящему.
Настало время. Он стал целовать ее всю, тела их соприкасались, руки его блуждали по ее телу под рубашкой и нижними юбками. Когда он оторвался от ее рта, они тяжело дышали. Губы ее увлажнились, глаза были широко раскрыты и устремлены на него. Он схватил ее руку и крепко поцеловал кисть, не отрывая глаз от ее лица. Потом выпустил руку и сделал шаг назад.
— Не двигайся, — велел он, глаза его горели. Он стал раздеваться.
— Не трогай свою одежду. Я ждал все эти годы не для того, чтобы смотреть, как ты раздеваешься сама.
— Но мои туфли…
— Ну хорошо, туфли ты можешь… — Она села на край кровати, а он снял жилет, рубашку и бросил их на стул, но они упали на пол. Он тоже сел на кровать и расшнуровал ботинки. Потом встал, снял брюки, оставшись в хлопчатобумажном нижнем белье, и взял ее за руку.
— Иди сюда, — хрипло приказал он. Она встала.
— А теперь я хочу видеть тебя всю, — сказал Роберт.
Он расстегнул ее нижнюю юбку, крючки корсета и спустил их к ее ногам, за ними последовали подвязки и чулки. И вот она предстала перед ним совершенно обнаженная.
Он оглядел ее и улыбнулся:
— Разве ты не самая красивая женщина, которую я когда-либо видел? — Он посмотрел в ее лицо. — Адди, да ты никак покраснела?!
— Ты тоже.
Глаза его смеялись.
— Это же прекрасно!
Он прикоснулся к ней кончинами пальцев сначала у шеи, потом спустился ниже, к груди. Его касание было легко и нежно, как прикосновение упавшего листа. Она едва чувствовала его руки и закрыла глаза. Он нежно поцеловал ее в губы и тихо проговорил:
— Ты так прекрасна. — Потом поднял ее и положил на кровать.
На лицо ее упал свет лампы, позолотив кожу и оттенив черноту ресниц. Он приподнялся на локте и любовался ею, и рука его гладила ее грудь.
— Я люблю тебя, Адди, — прошептал он.
— О-о-о, Роберт, я тоже очень, очень люблю тебя.
Он положил руку ей на живот. Казалось, ее никто не трогал подобным образом, так горячо она откликнулась на это прикосновение, вздрогнув, слегка застонав и впившись в его губы.
Он продолжал ласкать ее тело, опуская руку все ниже и ниже, дыхание ее становилось более прерывистым.
Она опустила свою руку, нежно лаская его. Глаза его крылись, и сердце, казалось, куда-то провалилось. Потом они открыли глаза, вздохнули и унеслись в самое начало, когда они были детьми, потом подростками и глядели друг на друга другими глазами, думая об этом дне. А теперь Роберт и Адди — муж и жена, чистые в своих помыслах, единые в своих чувствах, возвышенных прощением.
Для Адди это было все, что она потеряла, а теперь вновь обрела, а для Роберта все, о чем он мечтал.
И когда их тела слились, настал момент торжества. Он стоял на коленях, а она обвила его ногами, руки ее лежали на его плечах, его руки на ее бедрах. Они соединились, как лист со стеблем.
Он поднял лицо и увидел ее искрящийся взор. Невероятно, что они не знали друг друга так, как теперь. Как прекрасно, что природа распорядилась о посвящении двух любящих существ друг другу таким образом.
Они целовались и двигались вместе, гибко и грациозно.
Голова ее откинулась, она содрогалась, повторяя его имя.
Теперь он лег на нее сверху, ритмично двигаясь, глядя ей в глаза. Она отвечала ему любящим взором, улыбалась, его же лицо напряглось и раскраснелось, когда он достиг высшей точки.
Потом он застыл, придавив ее всей тяжестью. Волосы его взмокли на затылке, тело обмякло. Он лег на бок, прижимаясь к ней, потом прикоснулся пальцем к кончику ее носа, спустившись к губам и подбородку.
— Как вы себя чувствуете, миссис Бейсинджер?
Она улыбнулась и закрыла глаза.
— Не заставляй меня отвечать на этот вопрос.
— Нет, ответь.
Она открыла глаза, полные благодарности.
— Как будто это было впервые.
Он помолчал, как бы собираясь с мыслями, лаская пальцем ее шею.
— Это действительно так, — проговорил он, рисуя пальцем вензель вокруг ее левой груди.
Они молча глядели друг на друга, потом она произнесла:
— Роберт. Я должна кое-что сказать… О своей другой жизни.
— Ну, говори.
— Скажу сейчас, один-единственный раз, и больше никогда не буду возвращаться к этому.
— Хорошо, хорошо. Говори же.
— Когда я бывала с другими, — она глядела ему в глаза, — я была Ив, я была другой, и только это помогло мне выжить. Но сегодня, с тобой, я снова Адди. Впервые в жизни при этом я была Адди.
Он обнял ее, прижал к себе, положив подбородок ей на плечо.
— Шш-ш…
— Ты должен знать это, Роберт, знать, что я так тебя люблю и за то, что ты помог мне обрести себя.
— Я знаю, — прошептал он, откинув голову, чтобы взглянуть ей в глаза. — Я знаю.
— Я люблю тебя, — повторила она. Он промолчал. Не надо слов. Она знает. Он удивился, когда услышал:
— Я хочу иметь от тебя детей.
— Ты можешь?
— Да, могу.
— Я не знал. Думал, что ты, наверное, предохранялась все эти годы. Но не знал, навсегда это или нет.
— Нет, не навсегда.
Он поцеловал ее, погладил шею и волосы нежно поправив их, как будто они были растрепаны ветром — Роберт…
— Угу… — Он продолжал гладить ее волосы.
— Я хочу иметь много детей, больше, чем может вместить этот дом.
Он улыбнулся и склонился над ней. Прежде чем их губы встретились, он сказал:
— Что ж, давай займемся их производством.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Прощение - Спенсер Лавирль



45 мужчин за ночь ...да еще каждый раз щелочной водой подмываться) Да шлюхи бы умерли в публичных домах через месяц такой эксплуатации.
Прощение - Спенсер ЛавирльПупсик
23.12.2012, 17.03





Хороший роман! И не 45 за ночь,а 22 и вообще суть романа не в этом, а втом что и в неше время есть такие идиотские,ненормальные отцы из за которых ломается жизнь.Читать и вообще у этого автора всего 8 романов но за то какие....
Прощение - Спенсер ЛавирльАнна Г.
23.07.2014, 23.56





Девчонки роман просто прелесть,не проходите мимо.Но не для тех, кто любит много постельных сцен,их здесь нет. Жизненно,реалистично,да просто захватывает.10++++
Прощение - Спенсер Лавирльс
24.12.2014, 21.45





Тяжелый роман и, вроде понимаешь, что в жизни есть и насилие, и жестокость, а герои такие молодцы, что все это смогли преодолеть, все равно после прочтения остался неприятный осадок: 5/10.
Прощение - Спенсер Лавирльязвочка
25.12.2014, 11.29





Хороший роман. Да, он грустный, но всегда есть выход. Читайте.
Прощение - Спенсер Лавирльren
31.12.2014, 2.49





Замечательный роман ! Особенно для дам за 40 .
Прощение - Спенсер ЛавирльMarina
21.10.2015, 19.37





Хороший!!!
Прощение - Спенсер ЛавирльЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
4.06.2016, 23.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100