Читать онлайн Небесная Роза, автора - Спайс Вирджиния, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Небесная Роза - Спайс Вирджиния бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.9 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Небесная Роза - Спайс Вирджиния - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Небесная Роза - Спайс Вирджиния - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Спайс Вирджиния

Небесная Роза

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

Джулиана проснулась оттого, что чья-то рука нежно гладила ее по лицу. Обрывки тревожных сновидений постепенно отступили, позволяя сознанию вернуться к реальности. Знакомое покачивание и мерный плеск волн за окошком каюты, легкая струйка прохладного утреннего воздуха… Вот только этот странный запах… Нельзя сказать, чтобы в нем было что-то неприятное или пугающее, но незнакомое – бесспорно. Похожее на аромат каких-то трав или цветов, название которых Джулиана никак не могла припомнить.
– Стивен, прекрати, пожалуйста, мне щекотно, – сонно пробормотала она, отталкивая настойчивую руку. И тут же окончательно проснулась и открыла глаза.
В следующий миг у девушки вырвался возглас изумления. Совсем близко, так, что можно было дотронуться рукой, она увидела лицо незнакомого мужчины. Голову незнакомца покрывал темно-зеленый тюрбан, на ярко-красных губах, выступающих из густой черной бороды, играла лукавая улыбка, а веселые карие глаза смотрели на Джулиану с нескрываемым вожделением. Заметив испуг в глазах девушки, мужчина что-то тихо проговорил на незнакомом языке и попытался снова коснуться смуглой рукой ее щеки. Метнувшись в сторону, словно от горячего огня, Джулиана отчаянно закричала, замахав на непрошеного гостя руками.
Из-за двери послышался громкий сердитый голос. С выражением крайнего сожаления смуглый незнакомец поспешно поднялся на ноги и покинул каюту. Отдышавшись и оправившись от испуга, Джулиана тоже встала, с удивлением отмечая, что лежала она не на кровати, а на каком-то темно-красном ковре, расстеленном на полу. Да и вообще, в помещении не было не только кровати, а и любой другой мебели. Только пушистые ковры на полу, на стенах да несколько больших подушек. И тут она все поняла и все вспомнила.
Они с Николасом Симпсоном покинули «Красавицу Востока», захватив с собой только деньги, чтобы не вызвать подозрений. За эти деньги Джулиана рассчитывала договориться с капитаном какого-нибудь судна, чтобы их переправили в Тунис, где можно было бы связаться с английским консулом и обсудить условия выкупа Изабель. Но в одной портовой таверне, где они надеялись переждать до темноты, на них неожиданно напали. Все произошло так стремительно, что Джулиана даже не была готова защищаться. Конечно, она пыталась закричать и оказать сопротивление, но ее быстро чем-то оглушили, и она не приходила в сознание до последних минут, пока этот проклятый смуглолицый араб не стал трогать ее своими грязными руками…
О Боже! Так, значит, это не кошмарный сон, она действительно находится на пиратском корабле, уносящем ее к незнакомым берегам? А бедный Симпсон? Что эти мерзавцы с ним сделали? Наверняка тяжело ранили или даже убили. И ради чего, Господи? Неужели только ради того, чтобы захватить ее в плен?
Из груди девушки вырвался стон отчаяния: ну нет, это просто немыслимо! Во второй раз угодить в руки подлых пиратов! Но если тогда это случилось потому, что их корабль захватило пиратское судно, то теперь она оказалась в таком ужасном положении лишь по собственной глупости. Да, только по собственной глупости! Где была ее голова, когда она решилась остаться без защиты виконта Девери и славного экипажа «Красавицы Востока»? Да, Господи, поистине – если ты хочешь наказать человека за его грехи, то отнимаешь у него разум!
В отчаянии оглядев каюту, Джулиана метнулась к узкому зарешеченному оконцу. Ничего, оставляющего надежду. Только бескрайнее море на сотни миль вокруг. И нигде не видно парусов какого-нибудь европейского судна, от которого можно было бы ждать спасения. Спасения? Да она просто наивная дурочка, если еще надеется, что кто-то бросится спасать ее! Виконт Девери наверняка даже не догадывается о том, что с ней случилось, а кому-то другому, кроме него, нет до нее никакого дела. Да и захочет ли Стивен опять искать ее после того, как прочитает ту дурацкую записку, что она ему оставила? И особенно после того, как обнаружит, что она украла его деньги!
О, эти проклятые деньги! Воспоминание о них жгло ей сердце раскаленным железом. Как только она решилась притронуться к ним? Что подумает о ней Стивен, обнаружив пропажу? Посчитает ее воровкой? Ах, и зачем, зачем только она все это натворила! Нужно было сперва поговорить со Стивеном начистоту, ведь, в конце концов, те несколько ночей, что они провели вместе перед прибытием на Сардинию, давали ей моральное право требовать от него исполнения данного обещания. Но теперь уже ничего не вернешь, и это самое ужасное.
Опустившись на ковер и уронив голову на подушку, Джулиана горько заплакала. Проходили минуты или часы, а бесконечный поток слез все не иссякал. Наконец у нее не осталось сил даже для того, чтобы оплакивать свою несчастную судьбу. На смену слезам пришло какое-то тяжелое бездумное оцепенение.
Послышался скрип отпираемых засовов, и в приоткрывшуюся дверь заглянула противная бородатая морда. Схватив в приступе бессильной ярости тяжелую подушку, Джулиана с силой метнула ее в непрошеного гостя. Бородатая физиономия тотчас исчезла, а спустя несколько секунд дверь широко распахнулась и в каюту прошли трое мужчин в восточных одеждах.
Одного из вошедших Джулиана сразу узнала – это был ее утренний посетитель. Из двоих других взгляд девушки остановился на статном, богато одетом мужчине с властным, жестким взглядом черных проницательных глаз, угрожающе контрастирующих с его наполовину седой бородой и светлой одеждой. На голове араба красовался пышный белоснежный тюрбан, украшенный поразительной величины розовым рубином, а его голубой парчовый халат был расшит золотыми узорами, жемчугом и светлой бирюзой. На пальцах обеих рук сияли драгоценные камни многочисленных перстней. По дорогому наряду незнакомца, а еще по тому, как почтительно обращались к нему остальные, Джулиана догадалась, что это и есть хозяин корабля.
Цепкий взгляд пожилого араба долго скользил по лицу и фигуре пленницы, не выражая ровным счетом ничего. Приблизившись на несколько шагов, он обратился к девушке на незнакомом ей варварском языке, потом заговорил по-итальянски. Но Джулиана от волнения ничего не могла понять, хотя учила в детстве этот язык и даже частенько исполняла на нем популярные оперные арии в родительском доме. Нахмурившись, хозяин корабля перешел на испанский, и тогда испуганная его мрачным взглядом Джулиана робко проговорила:
– Простите, сэр, но я не понимаю вас, хотя и пытаюсь это сделать.
Пожилой араб прервал свою речь, и в его темных глазах появилось непонятное для девушки удовлетворение. Многозначительно взглянув на своих спутников, он довольно прищелкнул пальцами и что-то негромко сказал. Затем взгляд его снова вернулся к перепуганной пленнице.
– Англичанка, – сказал он с довольной улыбкой, и у девушки возникло ощущение, будто на ее шее затягивается петля.
– Да, я англичанка. Подданная британского короля. Богатая и знатная аристократка. – Голос Джулианы ужасно дрожал, но она изо всех сил старалась говорить связно, пока у нее была такая возможность. – Мой отец был знатным графом, его предки стали лордами много веков назад. В Лондоне у меня остались мать и брат. А еще у меня есть приданое – целых тридцать тысяч английских фунтов. Это большая сумма. Думаю, ее вполне хватило бы на выкуп… Ведь вы, конечно же, хотите получить за меня приличный выкуп, уважаемый господин? Для этого вы и… доставили меня сюда? Моя мать заплатит вам за меня деньги, как только вы свяжетесь с ней, уважаемый господин.
– Деньги? – на лице пожилого араба отразилось что-то вроде презрительного сожаления. – Нет, англичанка, я не стану требовать за тебя выкупа и не возьму, даже если мне предложат его. Если бы ты была стара или уродлива, тогда я взял бы за тебя деньги. Но ты молода и слишком красива. Твои глаза подобны прекрасным горным озерам, твоя кожа бела и нежна, как шелк, а волосы напоминают шелковистую гриву быстроногого арабского скакуна. Я получу за тебя на невольничьем рынке Туниса много золотых монет, а моя репутация работорговца возрастет втрое прежнего. Поэтому выбрось из головы всякую надежду вернуться к родным и поскорее примирись с твоим новым положением.
– Новым положением? И какое же положение вы отводите мне в вашем проклятом варварском мире, уважаемый торговец живым товаром? – дрожащим от гнева и волнения голосом спросила Джулиана, отступая от хозяина корабля на шаг.
– Пока тебя кто-нибудь не купит, – невозмутимо продолжал работорговец, – ты – моя рабыня, невольница купца Абу-Саида Ахмеда аль-Беккара. Ты должна быть во всем послушной и относиться ко мне, твоему хозяину, с глубоким почтением. Для тебя я – Ахмед-эфенди, твой господин. Обращайся ко мне именно так и, прежде чем заговорить со мной, исполняй этот простой ритуал.
Аль-Беккар склонил голову в почтительном поклоне, а затем приложил правую руку сначала ко лбу, а потом – к сердцу.
– Повтори, девушка, – приказал он Джулиане.
Джулиана даже не шевельнулась, а ее горящие неприкрытой ненавистью глаза объяснили работорговцу чувства пленницы лучше всяких слов.
– Я жду, – слегка нахмурившись, проговорил аль-Беккар, и его правая рука угрожающе поднялась вверх.
Испугавшись, что он сейчас ударит ее, Джулиана вскрикнула и бросилась в дальний угол каюты. Она ожидала услышать издевательский смех, но лица всех свидетелей этой сцены почему-то оставались серьезными, а в карих глазах утреннего гостя Джулианы светилась неподдельная жалость. И это испугало девушку больше мрачных взглядов аль-Беккара или каких бы то ни было угроз. Сердце ее внезапно пронзила острая тоска, на глаза сами собой навернулись слезы.
– Поплачь немного, девушка, а когда ты успокоишься, я снова поговорю с тобой, – спокойно сказал аль-Беккар, делая своим спутникам знак удалиться из помещения. – Я давно занимаюсь торговлей красивыми невольницами и знаю, что море слез неизбежно должно пролиться, прежде чем пленница смирится с переменами в своей судьбе. И чем скорее прольется это море слез, тем лучше.
– Нет, никогда, пока, бьется сердце в моей груди, я не смирюсь со своей жестокой судьбой, никогда! – успела крикнуть Джулиана, пока работорговец закрывал за собой дверь.
Она рыдала до тех пор, рока глаза совершенно не опухли от слез, а голова не заболела так сильно, будто ее сдавили железным обручем. Принесли еду, но девушка не притронулась ни к чему, кроме воды. Она мучительно думала лишь о том, как убедить аль-Беккара не продавать ее на невольничьем рынке, а вернуть ей свободу за выкуп. Но как добиться этого? Какие доводы привести, чтобы этот непробиваемый, как скала, человек ее послушался? Ах, до чего же она жалела теперь, что не хотела слушать Стивена, когда он пытался рассказать ей о восточных нравах и хоть немного научить арабскому языку! Почему она была так легкомысленна? Первые две недели плавания ее голова была целиком забита мыслями об Эшли Баррете, а потом, когда они со Стивеном стали близки, ей не хватало дня, чтобы отоспаться и набраться сил к следующей ночи любви. Но ведь она не думала, что, когда окажется среди арабов, рядом с ней не будет ее мудрого и преданного друга!
Вечером аль-Беккар снова появился на пороге каюты. Но вместо того, чтобы продолжить прерванный разговор, он приказал Джулиане, к ее непередаваемому ужасу, раздеться и лечь на ковер.
– Это немного неприятно, но неизбежно, девушка, – сказал работорговец тоном, не допускающим возражений. – Я должен определить, девственница ты или нет. Только тогда я смогу решить, как поступить с тобой дальше.
– В этом нет никакой необходимости, почтенный аль-Беккар, я и так могу вам сказать, что я уже не девственница! – задыхаясь от нахлынувшего ужаса и отвращения, крикнула Джулиана, отступая в дальний угол каюты. Немыслимо: эти отвратительные мужчины будут созерцать ее обнаженное тело, касаться своими грязными руками ее самых сокровенных мест! Нет, этого она допустить не может, лучше умереть. Внезапно в воспаленном мозгу девушки промелькнула спасительная мысль.
– Я не могу быть девственницей, почтенный аль-Беккар, потому что я замужняя женщина, – торопливо заговорила она. – Мой муж – английский аристократ, его имя – виконт Девери, он долгое время был послом моей страны в Стамбуле и в вашем родном Тунисе. Вы могли слышать это имя, потому что Девери пользовался известностью на Востоке и уважением многих государей… Я и на Сардинии оказалась лишь потому, что мой муж направлялся в Стамбул ко двору великого султана, и когда ваши люди напали на меня…
– Замолчи, девушка, – резко оборвал ее работорговец, и его черные глаза угрожающе блеснули. – Ты лжешь, и мне следовало бы хорошенько наказать тебя за это. Но ты просто еще не до конца поняла свое новое положение… Да, я знаю англичанина по имени Девери, – на губах аль-Беккара появилась снисходительная усмешка. – Он действительно служил при английском консульстве в столице нашего великого государства, и наш покойный правитель Селим и нынешний государь Касим-бей оказывали ему редкое для европейца уважение. Но ты, девушка, солгала мне, назвав себя женой англичанина Девери. Мои люди нашли тебя в грязном портовом притоне. Как мог человек, подобный знаменитому посланнику Девери, допустить, чтобы его законная жена находилась в столь непотребном месте?
– Но я оказалась там лишь потому, что поссорилась с мужем и хотела вернуться в Англию!
– Поссорилась с мужем? И он предоставил тебя самой себе? Что за чушь ты несешь!
– Но я., я просто сбежала от него… – измученно пролепетала Джулиана, чувствуя, как силы постепенно покидают ее. Она сама понимала, что ее рассказ звучит слишком неубедительно для человека, воспитанного в мусульманской стране, тем более что ее слова действительно были лишь наполовину правдой!
Аль-Беккар разразился уничтожающим смехом, а уже через минуту в его глазах появились колючие льдинки.
– Что ж, в этом ты, возможно, права. Ты, должно быть, и в самом деле сбежала… сбежала из родительского дома с каким-нибудь словоохотливым прохвостом, а потом он бросил тебя, когда получил то, что бывает нужно мужчине от глупой женщины. Но это мы сейчас проверим. Немедленно снимай с себя всю одежду и ложись на спину! Мне надоело слушать твои лживые речи.
– Нет, нет и нет! – закричала Джулиана, снова отступая от работорговца и готовясь защищаться до последнего. – Никогда, никогда, проклятый изверг, я не подчинюсь тебе! Скорее ты убьешь меня, прежде чем я позволю тебе или твоим чертовым слугам прикоснуться к моему телу!
Сопротивление ее длилось недолго. Двое крепких арабов по приказу аль-Беккара схватили девушку, скрутили ей руки за спиной и поставили ее перед работорговцем. Глаза Джулианы, устремленные на ненавистного араба, метали молнии, но это не могло поколебать непроницаемого спокойствия работорговца.
– Глупая канарейка не может понять, что невозможно улететь из запертой клетки, – насмешливо произнес аль-Беккар. – Напрасно она бьется своими хрупкими крылышками о ее железные прутья. Только испортит свое нежное оперение.
В следующий миг Джулиана испуганно ахнула, потому что работорговец захватил пальцами вырез ее голубого наряда, давно утратившего свой парадный вид. Крепко сжав тонкую ткань, аль-Беккар хотел разорвать платье на две половины, но тут девушка, которой яростное негодование придало сил, резко оттолкнула державших ее рабов в разные стороны и ударила работорговца по руке. От неожиданности аль-Беккар разжал пальцы и отступил от своей пленницы на пару шагов. Но радоваться этой маленькой победе Джулиане не пришлось. Ее тут же снова схватили, а когда она взглянула в побелевшее от ярости лицо работорговца, кровь так и застыла у нее в жилах.
– Негодная дрянь, ты осмелилась поднять руку на своего господина, посмела бросить вызов мне, знаменитому Абу-Саиду Ахмеду аль-Беккару! Ты поплатишься за это, христианская сука! Я научу тебя покорности и почтительному отношению! – гневно прокричал аль-Беккар. Но уже в следующий момент на его лицо вернулась холодная маска устрашающей непроницаемости.
Приказав что-то державшим девушку арабам, он отступил в сторону и, сложив руки на груди, стал наблюдать за происходящим с видом равнодушного зрителя.
Джулиана и опомниться не успела, как оказалась совершенно обнаженной. Затем слуги аль-Беккара бросили ее на ковер, перевернули на спину и крепко прижали к полу ее руки и ноги. Неизвестно откуда рядом появился еще один араб, темный, словно обуглившаяся головешка, и в руках у него девушка с ужасом заметила длинную внушительную плеть. Улыбаясь отвратительной улыбкой, словно чудовище из ночных кошмаров, этот человек нетерпеливо посматривал на хозяина корабля, ожидая, когда тот подаст сигнал.
Джулиана тоже неотрывно смотрела на аль-Беккара округлившимися от смертельного ужаса глазами. О Господи, он собирается приказать своим слугам выпороть ее, но зачем ее уложили на спину?! Неужели аль-Беккар прикажет бить ее но животу, груди или лицу? Что же тогда будет с ней, ведь эти подонки просто-напросто искалечат ее! Во рту у Джулианы стало так сухо, что язык словно прирос к гортани. На лбу выступили капельки холодного пота, а сердце, казалось, навсегда остановилось в груди.
Работорговец едва заметно качнул головой, и плеть араба с силой опустилась на ноги девушки чуть выше колен. Джулиана на мгновение зажмурила глаза от обжигающей боли, а потом бросила умоляющий взгляд на аль-Беккара. На лице работорговца не дрогнул ни один мускул, хотя где-то в глубине его черных бездонных глаз промелькнуло нечто вроде садистского удовлетворения. Он что-то негромко проговорил, и тяжелая плеть снова опустилась на бедра Джулианы. А потом еще и еще, и вскоре уже девушка потеряла счет этим бесчисленным жестоким ударам.
От невыносимой, чудовищной боли Джулиана забыла и о своей аристократической гордости, и о том, что находится обнаженной в присутствии стольких мужчин. Она кричала, умоляла, из последних сил пыталась вырваться из железных тисков смуглых рук, прижимающих ее к полу. Наконец, когда сознание пленницы стало утрачивать свою ясность и перед ее помутневшими глазами поплыли темные круги, работорговец велел прекратить мучительную пытку и выпроводил из каюты всех своих дьявольских слуг.
Превозмогая боль, Джулиана приподнялась и посмотрела на свои ноги. К ее удивлению, на них совсем не было крови, только уродливые темно-красные рубцы покрывали всю поверхность ее ног от низа живота до ступней. Нежная белая кожа ни в одном месте не была рассечена, но вся ужасно, невыносимо горела, словно на нее вылили ведро горячей воды. Обхватив колени руками, девушка спрятала в них лицо и в который уже раз за этот день горько-горько заплакала надрывным, раздирающим душу плачем раненого животного. Но на этот раз аль-Беккар не дал ей возможности облегчить душу слезами.
– Встань, – коротко приказал он, и Джулиана, подавив испуганный крик, поспешила исполнить его приказание.
– Посмотри мне в глаза, – последовал новый приказ.
Собрав остатки мужества, девушка подняла глаза на своего мучителя. Зрачки ее снова расширились, но на этот раз от удивления. На лице аль-Беккара совершенно не отражалось тех чувств, которые Джулиана ожидала увидеть. Ни злобного торжества, ни радости, ни насмешки. Оно по-прежнему оставалось непроницаемым, словно каменная маска. О Господи! Да это не человек, а просто холодная гранитная скала! Сражаться с таким человеком – все равно, что биться головой о железную стену.
– Ну как, англичанка, ты получила хороший урок, или мне следует повторить его? Отвечай!
Джулиана приоткрыла рот, но от страха не смогла вымолвить ни слова, только испуганно смотрела на работорговца. Аль-Беккар снисходительно усмехнулся.
– Твой ответ я вижу в твоих глазах, Небесная Роза, но все же я хочу, чтобы ты это сказала. Ты будешь отныне послушна своему хозяину и не осмелишься перечить его воле?
– Да, – поспешно проговорила Джулиана, опустив глаза от такого позора. – Да, Ахмед-эфенди, – повторила она, уловив тень недовольства в глазах хозяина корабля.
Удовлетворенно кивнув, аль-Беккар легонько похлопал свою пленницу по плечу.
– Я чувствую, что ты будешь способной ученицей, Небесная Роза. Я преподал тебе сегодня жестокий урок, но лучше тебе было получить его сейчас, чем тогда, когда ты окажешься в гареме своего постоянного хозяина. Если бы ты так повела себя со своим господином, то могла бы навсегда лишиться возможности завоевать его благосклонность… Но об этом у нас еще будет время поговорить. А сейчас позволь моему врачу, почтенному Абу-Кадару, осмотреть тебя и определить твою ценность.
Джулиана снова легла на спину, закрыла глаза и попыталась чем-нибудь отвлечься, чтобы не чувствовать, как руки незнакомого человека ощупывают самые сокровенные уголки ее тела. Но это получалось плохо, девушка против своей воли с поразительной ясностью чувствовала каждое прикосновение неприятных рук и еле сдерживалась, чтобы не застонать от стыда и душевной муки. Какая грязь, какое немыслимое унижение! Еще вчера утром она и подумать не могла, что внутри нее может оказаться что-то, кроме нежно-упругой плоти Стивена Девери, а сейчас там беззастенчиво шарят чужие грубые пальцы. Она унижена, осквернена, навеки запачкана грязью! Эту грязь можно будет потом смыть с ее тела, но с души – никогда; и как бы в дальнейшем ни сложилась ее судьба, грязь этих кошмарных дней навсегда останется в ее сердце.
Между тем почтенный Абу-Кадар закончил осмотр пленницы и докладывал работорговцу о его результатах. Они оказались значительно хуже, чем надеялся, вопреки уверениям девушки, ее временный хозяин.
– Не девственница, – задумчиво проговорил аль-Беккар, выслушав врача. – Надо же, какая досада! Конечно, она, бесспорно, красива и хорошо сложена, да еще и благородных кровей, но все же – не девственница! Из-за этого мне не удастся выручить за нее на тунисских торгах большой прибыли. Даже если я смогу научить ее умению развлекать своего господина, ценность ее все равно будет значительно ниже, чем если бы ее тела еще не касался мужчина.
– Это не совсем так, уважаемый Ахмед-эфенди, – возразил Абу-Кадар. – Да, к сожалению, эта девушка уже утратила девственность, но нежные глубины ее тела остались почти нетронутыми. Я могу уверенно сказать, что она очень недавно стала женщиной и мужское орудие лишь несколько раз пронзало ее лоно. Оно совсем узкое там – будто никогда не знало мужчин. Если найти врача, который сможет восстановить ее девственность, то ты еще получишь за нее немалые деньги, Ахмед-эфенди.
Аль-Беккар неторопливо разгладил свою пышную бороду и еще раз очень внимательно оглядел пленницу, по-прежнему недвижно лежащую на ковре с закрытыми глазами.
– Найти такого врача… Это не так-то просто сделать в Тунисе. Но все же я попытаюсь последовать твоему совету, мудрый Кадар-ага. Возможно, что-то из этого и выйдет. По крайней мере, с завтрашнего дня я начну следить за тем, чтобы она хорошо питалась, и не позволю ни одному мужчине смотреть на нее и касаться ее хоть пальцем.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Небесная Роза - Спайс Вирджиния



Книга понравилась. Понравился главный герой , а вот героиня своими поступками раздражает .
Небесная Роза - Спайс ВирджинияМари
22.05.2012, 20.58





Отличненький роман. Порадовал, хотя поначалу я прочла его продолжение - "Строптивая наложница", где повествование идет уже о дочери гг. Первая часть ни в чем не уступала последующей. Героини автора как обычно отличаются особым упрямством и взбалмошным характером. Своими глупыми поступками себя же загоняют в тупик. гГерой как всегда, знает чего хочет и добивается цели любой ценой, это радует. Роман полон чувств и страсти, приятно, что автор уделяет внимание деталям - одежда, интерьер, еда, обычаи. Вобщем 9 из 10. Советую прочесть.
Небесная Роза - Спайс ВирджинияАлена
6.06.2012, 12.10





Бред какой-то!
Небесная Роза - Спайс ВирджинияМарина
26.06.2012, 7.31





Этому роману с натягом могу поставить 5 балов по 10 бальной шкале. Никогда не соглашалась с фразой "все беды из-за женщин", но тут соглашусь.
Небесная Роза - Спайс Вирджиниянаталья
29.01.2015, 9.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100