Читать онлайн Укрощение леди Люсинды, автора - Смолл Бертрис, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.37 (Голосов: 70)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смолл Бертрис

Укрощение леди Люсинды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Позже Люсинда неизменно вспоминала об этих летних месяцах как о самых прекрасных в своей жизни. Впервые она была совершенно свободна, могла делать все; что вздумается, а не то, чего от нее хотели и требовали окружающие. У нее появился любовник — умный, очаровательный, искусный и невероятно страстный. Она влюбилась в него и поняла это едва ли не с первой встречи. И теперь стремилась узнать его настоящее имя, ибо только за него, человека, именовавшего себя Робертом или Повелителем, она выйдет замуж.
У него был чудесный дом, выстроенный, как она считала, еще в царствование Елизаветы, когда его семья сколотила состояние на торговле с Индией. Он пояснил, что титул был дарован семье задолго до появления этого недолгого богатства и восходил ко временам королей, сидевших на троне еще до Вильгельма Завоевателя. Люсинда поняла, что когда-то его предки были знатны и могущественны. Дом носил отпечаток былой роскоши. Стены были отделаны широкими панелями, как и пол, почерневшими от времени. В турецких, изумительной работы коврах зияли дыры. Зато библиотека и картинная галерея были увешаны портретами предков.
— Ты похож на своих предков? — спросила как-то Люсинда, и он рассмеялся.
— Нет. Скорее — на мать, а ее портрета нет. Не было денег заплатить художнику. — Он приподнял ее подбородок и тихо прошептал: — Для тебя важно, как я выгляжу, Люсинда?
— Нет, но все же меня разбирает любопытство. И это вполне естественно, Робби. Мы стали любовниками два месяца назад, и все это время ты не снимаешь маски в моем присутствии, даже когда мы мчимся верхом по полям. Я понимаю причины, по которым ты это делаешь, но поверь, никогда не выйду замуж за человека из общества. Вряд ли мы встретимся в столице.
— Но если это все же произойдет, тебе не будет стыдно за все, что было, при условии, конечно, если так и не узнаешь меня в лицо, — возразил Роберт.
Он никогда не проводил с ней ночь напролет, всегда исчезал в своей спальне, в которую не было хода ни ей, ни Полли.
— Я должна знать, кто он, — твердила Люсинда горничной. — Должна!
— Вот уж не думала, что вам до этого есть дело, учитывая, как ловко он управляется со своим гигантским отростком, — фыркнула Полли. — Я спрашивала Джона, как он выглядит, и тот сказал, что, мол, ничего особенного.
— Вижу, вы с Джоном на короткой ноге, — заметила Люсинда.
— Он хочет жениться на мне, миледи, — призналась горничная.
— Ты бы вышла за человека, занимающегося подобными делами? — удивилась Люсинда.
— Отец Джона хочет, чтобы тот вернулся в Херефорд, да взял на себя его кузницу, миледи. Он пошел на службу, чтобы выйти в люди, но теперь понял, что лучшего места, чем кузница, не сыскать.
— А ты хочешь выйти за него, Полли? — допытывалась Люсинда.
— О да, миледи, еще как! — вскрикнула Полли. — У меня будет свой дом. Отец Джона — вдовец.
— Похоже, вы уже обо всем договорились, — задумчиво протянула Люсинда. — Когда ты собираешься уйти от меня?
— Мы с Джоном решили подождать, пока все не кончится. Я объяснила ему, что иначе никак нельзя, и он считает вас ужасно храброй, потому что вы не боитесь отомстить за позор. Кроме того, он говорит, что Повелитель — человек благородный и не будет больше заниматься этим, когда вы уедете.
— Хочешь сказать, что Роберт уходит с должности Повелителя?
Значит, он говорил правду, и это невероятно волновало Люсинду.
— Да, миледи. Он говорит, что ему все это надоело.
— Тем более необходимо узнать, кто же он! Но как? Полли, может, Джон знает?
— Вполне вероятно, но не думаю, чтобы он предал хозяина, миледи, — покачала головой горничная. — Но почему это так важно для вас? Вы ведь вряд ли захотите встретиться с этим джентльменом после того, как выберетесь отсюда. Пусть вы не обвенчаетесь ни с лордом, ни с маркизом, ни с герцогом, но когда-нибудь наверняка захотите выйти замуж. Что, если окажется, что ваш супруг знаком с этим человеком? А вдруг вы столкнетесь с ним на балу или рауте? Уж лучше вам не знать, миледи.
— Повелитель, — объявила Люсинда потрясенной горничной, — единственный, чьей женой я стану. Он пообещал приехать на бал графини Уитли, где мой брат должен объявить о помолвке. Если я не узнаю имени Повелителя, кого же назовет епископ?!
Полли ошеломленно вытаращила глаза и, кое-как обретя голос, пролепетала:
— Но что, если Повелитель не джентльмен, миледи?!
— Дом принадлежит ему, в галерее висят портреты его предков. Он джентльмен, пусть и небогатый, но благородного происхождения. Должен быть способ узнать его фамилию и титул!
Полли покачала головой.
— Я передам Джону все, что вы сказали, миледи. Он желает Повелителю такого же счастья, как у нас с ним! И сохранит вашу тайну, если я попрошу.
К удивлению Люсинды, через несколько дней лакей подошел сам.
— Если ваша милость соизволит спуститься в библиотеку, — тихо посоветовал он, — она найдет на дубовой подставке большой том, в котором есть ответы на все вопросы.
— Когда? — коротко спросила Люсинда.
— Завтра он уедет на целый день, договариваться с турецким пашой, который хочет купить одного из не холощеных отпрысков Рамзеса для своей конюшни. Паша остановился неподалеку, в доме лорда Боуэна. Дик и Мартин обычно удирают в деревню, стоит хозяину отлучиться. Подавальщицы в «Лягушке и лебеде» — девицы сговорчивые, а поскольку Повелитель не позволяет им приблизиться к вам, парни изнемогают от похоти. Мне приходится оберегать от них Полли, а это дело нелегкое, доложу я вам. Когда все разойдутся, я пошлю ее за вами. А найдете вы что-то или нет — зависит от вас.
— Но ты? Неужели ничего не можешь рассказать о нем? — не отставала Люсинда.
Джон покачал головой.
— Честно говоря, мы знаем немногим больше вашего, миледи. По прибытии сюда нам было велено называть его Повелителем. Раньше все мы служили у лорда Боуэна. Уверен, что, когда все закончится, Дик и Мартин вернутся назад. Лорд Боуэн изволили объяснить только, что Повелитель — титулованный джентльмен и, поскольку род его занятий не совсем благопристоен, желает остаться неизвестным. Мы, разумеется, видели его лицо, но самого никогда раньше не встречали. Как сами понимаете, лорд Боуэн почти все время живет в Лондоне. Кроме того, никто из нас не умеет читать, так что все равно ничего не сумеем понять в той большой книге.
— Понимаю, Джон, — кивнула Люсинда, — и благодарю тебя за помощь и сочувствие. Обещаю, что на свадьбу ты и Полли получите хороший подарок.
— Сегодня утром мне нужно быть у друга, — сообщил Повелитель на следующий день. — Боюсь, это займет несколько часов. Не обидишься, если придется побыть одной?
— Разумеется, нет, — заверила Люсинда. — Все это пустяки по сравнению с теми испытаниями, что ожидают меня через несколько дней, дорогой Робби. Сегодня первое сентября, и полнолуния долго ждать не придется.
— Ах, если бы только был иной способ! — вздохнул он, нежно целуя ее.
— Я все понимаю, — откликнулась она, не кривя душой. Если бы Повелитель позволил ей сбежать, отвергнутые поклонники выместили бы на нем всю злобу, а потом принялись бы охотиться за жертвой, и кто-то из них непременно вынудил бы Люсинду пойти с ним к алтарю. Нет! Если уж она решилась отомстить, придется до конца притворяться перед ненавистным трио покорной и усмиренной.
Роберт оставил ее, а чуть позже, глядя в окно спальни, она заметила, как Дик и Мартин, оба в коричневых домотканых панталонах и полотняных рубашках, быстро шагают по дороге, ведущей в деревню. Очевидно, лакеи предпочли вставить ливреи дома.
Каким тихим казался сегодня утром чудесный старый дом!
Любопытствующая Люсинда долго бродила по комнатам, открывая одну дверь за другой. Оказалось, внизу располагался небольшой парадный зал с единственным громадным камином. Гобелены на стенах, хоть и пыльные, были искусной работы. Очевидно, дом никогда не перестраивался со времен постройки, в самом начале шестнадцатого века. По крайней мере над камином была высечена дата: тысяча пятьсот первый год.
Сквозь высокие, но грязные окна пробивался солнечный свет. Мебель вся была сделана из добротного дуба, и Люсинда подумала, что уборка, полировка и добавление кое-каких мелочей могут сделать чудеса.
Улыбнувшись собственным мыслям, она направилась в библиотеку и осторожно заглянула внутрь, словно ожидая найти там кого-то, но обшитая панелями комната была пуста.
У одного из створчатых окон стояла массивная подставка для книг. На ней покоился тот огромный том, о котором упоминал Джон. На обложке красовался простой герб: золотой полумесяц, окруженный пятиконечными золотыми звездами на лазурном поле. Безыскусный, но весьма необычный, как заметила Люсинда, с трудом открывая книгу. На титульной странице было выведено: «История графов Стэнтон».
Не тратя времени, Люсинда проворно добралась до последней страницы и там нашла то, что искала: «Люсьен Роберт Чарлз Филлипс, рожденный девятнадцатого августа тысяча семьсот двадцатого года».
Больше записей не было. Рядом с годами рождения и венчания матери, отца и бабки стояли соответствующие даты.
Наконец Люсинда узнала все, что хотела, но все же любознательность побудила ее обратиться к началу книги. Оказалось, что Филлипсы — в самом деле род древний и благородный. Зачастую смерть очередного главы семейства или старшего сына приходилась на даты кровавых сражений во имя родины и короля. Два графа Стэнтона участвовали в крестовых походах.
Не успела Люсинда опомниться, как пролетело утро, и Полли, беспокоясь, что Повелитель может вернуться, отправилась на поиски госпожи.
— Ну как, миледи, вы нашли что искали?
— Нашла, — кивнула Люсинда.
— В таком случае не грех бы и подкрепиться, — посоветовала горничная.
Люсинда последовала за ней в сад, где был накрыт стол. Джон, вызвавшийся прислуживать ей, выдвинул стул.
— Теперь мне все известно, — сообщила она, усаживаясь, — но пока я не раскрою подробностей. Расскажу, когда мы вернемся в Лондон. Джон, я хочу, чтобы до бала у графини Уитли ты пожил в моем доме. Потом я позабочусь о том, чтобы отправить вас с Полли в дом твоего отца. Однако думаю, будет лучше, если по приезде в Лондон вы немедленно поженитесь.
Полли явно была разочарована, но Джон кивнул:
— Я прекрасно понимаю, миледи. Свадьба в Лондоне! О таком можно только мечтать. Я безгранично ценю вашу доброту, особенно если учесть, с чего мы начали, — вымолвил он, залившись краской.
Живые голубые глаза Люсинды весело блеснули.
— Думаю, чем меньше распространяться на эту тему, тем лучше. Можешь подавать, Джон.
— Да, миледи, — деловито ответил лакей.
После, когда она и Полли грелись на солнышке, среди заросшего ромашками газона, горничная спросила:
— Теперь, когда Джон ушел, вы мне скажете, миледи?
— Нет, Полли, — покачала головой Люсинда. — Истинное имя Повелителя останется тайной, пока мы не будем в Лондоне. Но поверь, он действительно титулованный джентльмен. Но даже если бы это оказалось не так, мне все равно.
— Его действительно зовут Роберт? — допытывалась Полли.
— Это одно из имен, данных ему при крещении. Есть еще два, — с улыбкой ответила Люсинда.
— Тогда он в самом деле настоящий джентльмен, — почтительно прошептала Полли. — Все знают, что только у настоящего джентльмена бывает несколько имен.
После успешных переговоров Повелитель вернулся домой в превосходном настроении. Вечером он и Люсинда ужи-пали в парадном зале, сидя на противоположных концах длинного стола.
— По пути сюда, сокровище мое, — начал он, — меня осенило. Кажется, я придумал, как спасти тебя от публичного изнасилования в руках высокопоставленных негодяев, которым не терпится жениться. Не смею уверять, что мой план удастся, но, зная характеры вышеуказанных особ, могу сказать одно: я задену их гордость настолько, что они мигом см кажутся от всех дурных намерений.
— Объясни! — потребовала Люсинда.
— Пока не стоит, — возразил он. — Иначе есть опасность, что они разгадают наш заговор.
— Но как бы мне ни хотелось, чтобы эти трое воспользовались моим беспомощным положением и взяли меня против воли, все же жажда мести затмевает все. Я желаю, чтобы они навсегда запомнили меня, как лучшую женщину, которая у них была когда-либо. Пусть каждый раз, когда они совокупляются с женщиной, думают обо мне и горько жалеют о своей потере. Если же ты спасешь меня, как я достигну своей заветной цели?
— Неизвестно, сумею ли я спасти тебя, — покачал головой Роберт. — Похоть можеет затмить и тщеславие, и надменность. Ты можешь отдаться им, но если я все же вырву тебя из их рук, отомстить будет легче легкого. Я скажу собравшимся, что твой брат объявит о помолвке в ночь бала Уитли. Бал знаменует окончание осеннего охотничьего сезона и возвращение в Лондон самых влиятельных лиц. Все, кто хоть что-то собой представляет, обязательно съедутся к графине, сокровище мое. Какое торжество для получившего твою руку слышать объявление о помолвке на этом балу! А тем временем ты будешь держать претендентов в напряжении. Пойми, Люсинда, я все готов отдать за то, чтобы спасти тебя от публичного унижения. А потом… какой меткий удар ты нанесешь этой троице, ибо можешь быть абсолютно уверена: каждый успеет похвастаться приятелям, что именно он выйдет победителем. Если же они вздумают потом явиться к тебе и устроить скандал, пригрози обличить «Учеников дьявола» и их гнусные ритуалы.
Люсинда была искренне тронута его заботой. Может, он прав и она в самом деле сумеет выполнить задуманное, не разыгрывая из себя шлюху на публике. Если члены общества запомнят это гнусное зрелище, это впоследствии отразится на ее детях. Кто захочет жениться на дочерях подобной женщины?
— Попробуй спасти меня, — тихо попросила она.
Роберт кивнул и добавил:
— На всякий случай, Люсинда, тебя нужно научить еще одному трюку. Мы начнем с утра, а сегодня я прошу тебя как следует выспаться и отдохнуть.
На следующий день ее, не дав позавтракать, привели в зал, одетую только в ночную сорочку и домашние туфельки. В центре стояло устройство непонятного вида и назначения. Повелитель объяснил, что это его собственное изобретение, названное «Укротителем девиц».
Крепкий столб был вмурован в мраморное основание. К столбу было приделано толстое бревно, образуя таким образом букву «Т». Бревно тщательно обернули набивкой из овечьей шерсти в чехле из черного бархата. Люсинда заметила свисавшие с обоих концов кандалы, захват которых можно было регулировать. В основании находились также зажимы, куда ей предстояло сунуть ступни. Все сооружение имело весьма пугающий вид, и при всей храбрости Люсинда с опаской посматривала на него.
— Пойдем, мое сокровище, не бойся, — попросил Роберт, помогая ей встать у столба. — Сними сорочку, чтобы мы смогли как следует отрегулировать нашего «Укротителя».
Люсинда молча подчинилась.
Он слегка опустил перекладину, велел Люсинде перегнуться через нее, остался недоволен и опустил бревно еще ниже.
— Попробуй перегнуться снова, — бросил он и на этот раз остался доволен. — Вытяни руки, Люсинда, посмотрим, на какую длину отпустить кандалы.
Вскоре запястья Люсинды сковали железные обручи, подбитые, правда, густой мягкой шерстью, так что кожу ничуть не терло.
— И последнее, — объявил он, поглаживая Люсинду по голой попке, — нужно вставить ноги в зажимы. Разведи бедра, Люсинда… шире… Шире… вот так!
Теперь ей не вырваться! Но поскольку на Люсинде оставались туфли, а зажимы тоже были подбиты шерстью, никакой боли она не ощутила. Правда, в такой позиции она была совершенно беспомощна и целиком открыта Повелителю.
— Смею я спросить, что ты намереваешься делать со мной? — нервно засмеялась она.
— Значит, ты встревожилась, — вздохнул он. — Поэтому я и решил, что нам нужно попрактиковаться, на случай если я не смогу тебя спасти. Не стоит страшиться, Люсинда. Это всего лишь предназначено для того, чтобы без помех поиметь тебя. Но сначала, разумеется, предстоит порка доброй шотландской плеткой. Одних шлепков будет недостаточно для скованной по рукам и ногам женщины. Сейчас я покажу тебе.
Он поднял со стула что-то вроде пояса, но при ближайшем рассмотрении Люсинда поняла, что полоса кожи слишком широка.
— Шесть дюймов ширины, — пояснил Роберт. — Четырехдюймовый конец разрезан на хвосты, завязанные маленькими узелками. Твою кожу они не рассекут, но при правильном использовании прекрасно разогреют зад и приготовят тебя к «закланию». И если ты среагируешь так, как я ожидаю, то, поверь мне, не дождешься, пока тебя возьмет мужчина. Начнем, сокровище мое?
— Погоди! — вскричала она. — Если я должна вынести это перед «Учениками дьявола», кто будет орудовать плетью?
— Только я, — заверил он. — Не позволю никому коснуться тебя. Мужчины, не привыкшие к таким инструментам, теряют разум и осторожность и зверски издеваются над своими жертвами. Но цель порки не наказать, а возбудить женщину, подготовить ее к вторжению мощного копья.
— Понятно, — вздохнула Люсинда, хотя посчитала столь тяжкое испытание совершенно ненужным. — В конце концов, если женщина любит мужчину, она всегда готова ему отдаться и ей не нужны никакие возбуждающие средства, кроме ее собственной страсти.
— Согласен, — кивнул он. — Но есть мужчины, которым необходимо видеть женщину униженную и беспомощную, а бывают также женщины, от природы холодные и не испытывающие плотских желаний. Именно для таких и предназначены столь грубые средства. «Ученики дьявола» давно пресытились обычными блюдами. Им подавай что-нибудь поострее, и подобные спектакли волнуют их. Но это лишь на тот случай, если они откажутся меня послушать. Ты готова, Люсинда?
Нервно сглотнув, она чуть слышно прошептала:
— Да, Робби.
И тут же услышала свист плетки, разрезавшей воздух. Кожаные хвосты обожгли ее ягодицы, и Люсинда слегка взвизгнула. Последовали второй и третий удары. Ей становилось все жарче, но узкие, завязанные узлом ремни все продолжали жалить ее несчастную плоть. Люсинда прикусила губу, чтобы не вскрикнуть.
— Не пытайся проявлять чудеса храбрости, — посоветовал он, — им понравится, если ты станешь выть, умоляя о пощаде.
И снова хлестнул ее.
Люсинда театрально зарыдала.
— Превосходно, сокровище мое, — одобрил Роберт, продолжая истязание. Наконец он сжал ее венерин холмик, проверяя, готова ли она к любовной схватке. Люсинда уже была влажной, но этого ему показалось недостаточно. Пришлось отвесить ей еще четыре полновесных удара под звук довольно убедительных всхлипываний. Вторая проверка показала, что ее лоно горит, как в огне, и истекает прозрачными каплями. Отбросив плетку, он выпустил на свободу свою истомившуюся плоть, стиснул ее бедра и воткнул меч в ее сочившиеся соками ножны. Ее покрасневшая попка, вдавившаяся в его чресла, казалась раскаленной.
— Ах, как хорошо, сокровище мое! — простонал он, окунаясь в нее.
— О да, — выдохнула Люсинда, — восхитительно!
— Хочешь, чтобы тебя вспахали на совесть? — лукаво прошептал он, щекоча языком ее ушко.
Да, скорее, Повелитель, скорее, хочу, чтобы ты взял меня!
— И твое желание исполнится, — пообещал Повелитель, делая резкий выпад. Его плоть пронзала ее раз за разом.
— Быстрее, дьявол ты этакий! Быстрее! — кричала Люсинда, изнемогая от сладострастия. Инстинктивно выгнув спину, она сжала потайные мускулы, пленив дерзкого завоевателя, но тут же расслабилась.
— Ах, Люсинда, — прохрипел он, — ты убиваешь меня своей невыразимой сладостью!
Выпустив ее бедра, он накрыл ладонями нежные груди и стал осыпать их отчаянными ласками. Это оказалось последней каплей. Порка привела Люсинду в невероятное возбуждение, а ощущение его рук на груди довело до безумия. Такого исступленного наслаждения он ни разу ей не дарил. Ее тело содрогнулось, и она потонула в море экстаза, которому, казалось, не будет конца. Окружающее исчезло. Осталась лишь одна связная мысль: он должен спасти ее!
Повелитель почувствовал, как пена ее страсти заливает его жадную плоть, и с криком дал себе волю, стискивая сначала ее груди, потом бедра, врезавшись в нее еще несколько раз, прежде чем отдаться волне блаженства. Он должен спасти ее!
Он обмяк на ней, тяжело дыша. Сама Люсинда едва не потеряла сознание и бессильно повисла на «Укротителе девиц» в позе абсолютной покорности, так что Повелитель испугался, уж не убил ли он ее. Он приподнялся и принялся поспешно освобождать ее из пут.
— Ты жива? — встревоженно осведомился он и, подняв Люсинду, понес к креслу. Усевшись, он положил на колени недвижную женщину и прижал к себе. — Люсинда! Скажи хоть слово, сокровище мое! Что с тобой?
Люсинда глубоко, удовлетворенно вздохнула и медленно открыла свои голубые глаза.
— Все хорошо, Робби, — спокойно заверила она. — Не волнуйся. О, дорогой мой, меня никогда еще так не вспахивали! Правда, перекладина немного неудобна и самая середина давит на живот, зато остальное! Но, дорогой, тебе ни к чему было пороть меня, чтобы возбудить, хотя, признаю, новизна ощущений свое дело сделала. — Она погладила его по щеке, озорно подергала за маску и шепнула: — Ты великолепный любовник, Робби. Почему же считаешь, что бедность не дает тебе права на женитьбу? Это поместье — чудесное тихое местечко. Я могла бы прожить здесь всю свою жизнь, никогда не видя Лондона, и все же быть счастливой. Наверняка есть женщина, которая ради любви к тебе пошла бы на все.
Сердце Роберта разрывалось от боли и тоски. Она могла быть здесь счастлива! Сама сказала об этом. Он любил ее, но гордость и честь не позволяли открыто признаться в своих чувствах.
— У меня никого нет, — глухо обронил он и почти нетерпеливо столкнул ее с коленей. — Надень сорочку, Люсинда. Больше я ничему не могу тебя научить. Позавтракай, и мы поедем кататься.
— Когда наступит полнолуние? — робко поинтересовалась она, накидывая рубашку. Должно быть, уже скоро, недаром она каждую ночь смотрела в окно, на темнеющее небо.
— Через три дня, сокровище мое, — сообщил он.
Три дня. Всего три дня осталось им быть вместе. Три дня из всего чудесного лета, прежде чем ей придется участвовать в гнусной церемонии, которую Люсинда заранее ненавидела. Не плотской любви она страшилась. Беда в том, что поклонники не любви от нее хотели, а мести за то, что она сделала их посмешищем всего общества. Люсинда пожалела бы о содеянном, если бы из-за всего случившегося судьба не свела ее с тем, кого она полюбила так отчаянно, что готова была открыть ему свое сердце. Но это невозможно! Если Роберт отвечает ей тем же, а это вполне возможно, иначе почему еще он решился спасти ее, какую боль ему придется пережить, если их план не удастся! Если ее вынудят отдаться герцогу, маркизу и лорду Бертраму на глазах у злобствующей толпы благородных джентльменов!
Люсинда едва сдерживалась, чтобы не заплакать.
Следующие три дня пролетели как на крыльях. Они все время проводили вместе, в скачках по уже желтеющим полям. Роберт показал ей годовалого жеребенка, которого отправлял в Турцию, чудесное молодое животное, со шкурой, того же цвета, что и ее каштановые волосы. Жеребенок взял яблоко с ее руки, щекоча ладонь мягкими губами.
По ночам они растворялись в страстных объятиях, но Роберт по-прежнему уходил к себе, опасаясь, что она поддастся искушению снять с него маску.
— Поклянись честью, что приедешь на бал Уитли, — потребовала она. — Ты ведь можешь раздобыть приглашение?
— Мой друг лорд Боуэн все устроит, — пообещал он, целуя ее в лоб. — Это так важно для тебя, Люсинда?
— Важнее этого нет ничего на свете.
— Но почему? — удивился он.
— Вот уже несколько лет, как ты играешь роль Повелителя для «Учеников дьявола», — начала она, — но теперь утверждаешь, что, несмотря ни на какие последствия, я стану твоей последней ученицей. Это говорит о том, что у тебя все же есть совесть. Ты сам знаешь, что занимался неправедным делом. Богатым и сильным мира сего никто не дал права унижать и оскорблять бедных и беспомощных. Правда, это не останавливало их ни раньше, ни теперь. Даже если ты не сможешь уберечь меня от похоти назойливых претендентов на мою руку, я устрою им публичную выволочку в Лондоне. Они долго не забудут урока, уж поверь мне. Неужели тебе не хочется присутствовать при этом, Роберт? Разве это не достойный конец твоей карьеры Повелителя?!
— Они найдут на мое место другого, — пожал плечами Роберт.
— Вероятно, да, а может, и нет. Я намереваюсь использовать моего милого братца-епископа, чтобы навсегда распустить нечестивое общество «Учеников дьявола». Если же он начнет сопротивляться, я донесу на него и его сообщников архиепископу Кентерберийскому, даже если при этом о моем позоре узнают. Но «Ученики дьявола» больше не посмеют обидеть ни одну молодую женщину! — твердо провозгласила она. Роберт разразился смехом и осыпал ее поцелуями.
— Люсинда, сокровище мое, ты клялась, что я не сумею укротить тебя, и, клянусь Богом, настояла на своем! Не могу сказать, как я счастлив!
Он снова поцеловал ее, и со смешком опрокинул на спину.
— Я хочу замучить тебя до умопомрачения, моя очаровательная злючка! Согласна? Последняя партия перед тем, как мне придется отослать тебя в Лондон!
— Иди ко мне, мой великолепный Повелитель, — промурлыкала Люсинда, привлекая его к себе. — О да, да! Ужасно, ужасно мило! Еще, еще!
Его язык алчно лизал ее губы, выгнутую шею, груди, обводил соски. Роберт с наслаждением ощущал сладость затвердевших крошечных бугорков. Его губы скользнули по ее торсу, целуя, слегка прикусывая, лаская. Она бормотала нежные слова. Он уткнулся носом в роскошную поросль черных завитков и, спустившись вниз, устроился между ее молочно-белых бедер. Ее пухлые нижние губки уже повлажнели, крошечные жемчужинки серебристого любовного напитка сочились между ними. Он осторожно приоткрыл розовые складки и впервые взглянул на коралловую плоть. Роберт никогда не ласкал ее подобным образом, ибо считал это привилегией не господина, но любовника.
Крошечная горошинка поднялась, встала, почти пульсируя у него на глазах. Наклонив голову, он стал жадно лизать и посасывать ее.
Люсинда ахнула, сжигаемая головокружительным наслаждением, и вцепилась в его густые темные волосы.
— О Боже, что со мной? — всхлипывала она, ощущая, как он легонько теребит зубами крошечную пуговку, и вздрагивая от удовольствия.
Наконец он больше не смог вынести их любовной игры. Она впивалась ногтями в его плечи, торопя и понуждая двигаться быстрее, и его жажда равнялась ее исступлению. Роберт приподнялся, скользнул между ее раздвинутых ног и глубоко вошел в покорное тело, улыбнувшись, когда Люсинда громко вздохнула. Он стал двигаться, сначала медленно, потом быстрее, а она самозабвенно царапала его спину, кусала плечо.
Какой он твердый! Настоящее железо, пронзающее ее податливую мягкую плоть. Неужели это в последний раз?! Не может быть! Она не позволит!
Люсинда сжала его копье так, словно больше не собиралась отпускать. Роберт застонал, и она, всхлипнув, обняла его ногами. Пусть запомнит ее такой, и когда она отомстит, они пойдут к алтарю. Он будет хотеть ее, как ни одну женщину в мире!
Они слились в слепящей вспышке чувственного наслаждения, почти заставившей обоих лишиться чувств.
«Я люблю тебя», — прошептала Люсинда в своем сердце, не ведая, что он повторяет про себя те же слова. Его руки сжались в последнем объятии, и оба уснули.
Когда Люсинда пробудилась, его уже не было. На соседней, уже остывшей, подушке лежала изумительная белая роза. Она взяла цветок, вдохнула пьянящий аромат и улыбнулась при мысли о прошедшей ночи. Сегодня она должна встретить своих преследователей и, что бы ни случилось, все равно восторжествует над ними. Правда, Люсинда от души надеялась, что Роберт сможет защитить ее от их вожделения, но если все же ничего не выйдет… До чего же противно! Такое чувство, словно на тебя опрокинули полный ночной горшок! Ничего, Люсинда дала обет, что они еще горько пожалеют о своем преступлении!
— Повелитель просил вас принять ванну. Он сам выбрал наряд, который вы сегодня наденете, — сообщила Полли. — Подумать только, миледи, завтра мы отправимся в Лондон!
— Да, но ты не долго там останешься. К Рождеству уже будешь жить в своем новом доме.
— Притом с большой радостью, — отозвалась Полли, — но неплохо в последний раз увидеть наш старый Лондон. Правда, я привыкла к сельской жизни, миледи, и теперь у меня есть Джон. Вместе мы будем вести тихую, спокойную жизнь.
Люсинда долго нежилась в ванне, пока Полли мыла ей голову. Взглянув на выбранный Робертом туалет, она очень удивилась, но ничего не сказала. Горничная надела на нее тонкую батистовую сорочку с рукавами, отделанными кружевом, поверх которой затянула небольшой корсет из белого, затканного цветами шелка. За корсетом последовали шелковая нижняя юбка и кринолин из деревянных обручей, на который легла стеганая атласная юбка, затканная сиреневыми цветами по кремовому фону. Само же платье собиралось в драпировку по бокам и было из лилового шелка с вышивкой. Рукава, узкие до локтя, расходились пеной кремовых кружевных воланов, ниспадавших до самых запястий. Таким же кружевом был обшит глубокий соблазнительный вырез. Собранный защипами корсаж украшали три банта, и еще два сидели над воланами. Ножки Люсинды были затянуты в кремовые шелковые чулки с розовыми подвязками. Роберт позаботился выбрать туфли того же цвета. Волосы Полли убрала в высокую прическу и украсила цветами, выпустив несколько буклей, достигавших плеч Люсинды. В ушах переливались жемчужные сережки. На стройной шее поблескивала филигранная золотая цепочка с крестиком.
Люсинда взглянула на себя в высокое зеркало.
— Выгляжу вполне респектабельной дамой, каковая и есть на самом деле, — заметила она, обернувшись к вошедшему Повелителю. — Почему? Разве я не должна быть полуобнаженной или хотя бы в чем-то прозрачном, предназначенном, чтобы соблазнять?
— Ни в коем случае, если мы хотим, чтобы наш план удался, — покачал он головой. — Сегодня ты должна выглядеть и вести себя как настоящая леди. Только не забудь подчиняться любому моему приказу, чтобы со стороны казалось, будто ты покорена.
— Но если мы не сумеем убедить их? — спросила Люсинда в последний раз.
— В таком случае, сокровище мое, ты снова окажешься на «Укротителе девиц» и в полной власти своих поклонников, — резко бросил он. — Поэтому постарайся хорошо сыграть роль, Люсинда, чтобы одержать победу над врагами. — И, поцеловав ей руку, добавил: — Кое-чего не хватает, сокровище мое. Полли, мушки.
Горничная вручила ему небольшую коробочку, из которой Повелитель извлек два черных сердечка, заранее смазанных клеем. Первую он посадил на левую скулу Люсинды, вторую — на белоснежное полушарие правой груди.
— Ну вот, теперь ты готова, — улыбнулся он и повел ее из дома через сады той же дорогой, что и в первую ночь ее появления здесь. Только на этот раз совсем стемнело: осенние дни стали куда короче. В небе сияла полная луна, серебря окружающий ландшафт. Небольшой амфитеатр был ярко освещен факелами и заполнен до отказа джентльменами в темных плащах с капюшонами. На Повелителе снова были обтягивающие панталоны, из разреза которых дерзко выглядывало внушительное мужское достоинство. Белая батистовая сорочка была распахнута на груди. Когда он вывел вперед Люсинду, из публики послышались удивленные возгласы.
Повелитель поклонился и объявил:
— Милорды, позвольте представить леди Люсинду Харрингтон, отныне усмиренную и укрощенную, как смирный котенок. Сделайте реверанс перед «Учениками дьявола», сокровище мое.
Люсинда низко присела, слегка наклонив голову, так, чтобы джентльменам открылся нестерпимо соблазнительный изгиб ее полных грудок. Она едва сдержала смешок, когда мужчины, все как один, поспешно подались вперед, чтобы вдоволь полюбоваться сливочно-белыми округлостями с затененной расселиной между ними. Горящие взгляды, казалось, прожигали крохотное черное сердечко.
— Мы начнем, милорды, когда вы откинете капюшоны, — объявил Повелитель.
Люсинда бесстрастно наблюдала, как один за другим откидываются капюшоны и открываются лица, большинство из которых были знакомыми. Среди них был и братец Джордж, благочестивый епископ, сидевший рядом с тремя ее поклонниками. «О, Джордж жестоко поплатится за свое вероломство, дайте только срок», — думала Люсинда, скромно опустив глаза.
— Почему она не голая? — вскинулся герцог Рексфорд.
— Да, и, кстати, где «Укротитель девиц»? — вторил лорд Бертрам.
— Выслушайте меня, милорды, — начал Повелитель. — Ранее вы привозили мне женщин низкого происхождения. Я усмирял их для вас, и вы развлекались, сколько душе угодно. Никогда еще я вас не подводил. Но эта женщина, однако, истинная леди. И хотя я укротил и ее, не думаю, что стоит позорить ее перед всем нашим клубом.
— Почему бы нет? — удивился маркиз Харгрейв.
— Все ли вы надеетесь, что леди Люсинда изберет вас в мужья, милорды?
— Да! — хором воскликнули все трое.
— Неужели тот, на кого падет жребий, станет спокойно жить с сознанием того, что двое остальных поимели ее при всех друзьях и сливках столичного общества? Или счастливец намеревается всю жизнь держать жену в деревне? А если ее первое дитя родится через девять месяцев после свадьбы? Сможет ли джентльмен с уверенностью сказать, что ребенок от него?!
— Но вы пользовались ею сколько хотели, — раздраженно заметил герцог Рексфорд.
— Это верно, милорд, но вы не знаете ни меня, ни моего имени, а кроме того, я принимал все необходимые предосторожности. Только одному из вас известно, кто я. Доведись вам встретить меня в «Уайтсе» или на балу, вы не узнаете Повелителя. Зато можете перечислить всех членов клубов «Ученики дьявола» или «Клуба адского пламени». Если вы все трое публично изнасилуете леди Люсинду, сплетен не остановить и злым языкам не помешать. Репутация леди, как, впрочем, и ее мужа, будет погублена. Вы, разумеется, этого не хотите.
Позвольте предложить вам иной выход. Вы уже сумели отомстить леди Люсинде. Пятнадцатого ноября графиня Уитли дает первый бал в честь окончания охотничьего сезона. Мы все там будем. Леди Люсинда обещала мне, что на этом балу ее брат, епископ Уэллингтонский, объявит о помолвке. А тем временем она согласилась принимать вас в своем лондонском доме на Трейли-сквер, номер три. Я готов поверить леди на слово и думаю, все последуют моему примеру. Никто, кроме «Учеников дьявола», не узнает, что последние три месяца она была здесь, а не в Ирландии, с сестрой. Что же до вас, джентльмены, вы, разумеется, будете молчать из страха перед женами, дочерьми, сестрами, матерями и любовницами, которые могут узнать о ваших сладострастных проказах, и уж тогда беды не миновать.
Итак, джентльмены, согласны вы пожертвовать немедленным наслаждением ради вас же самих?
— Я хочу слышать подтверждение из уст самой леди, — вмешался лорд Бертрам.
— Сокровище мое, — попросил Повелитель, — не дадите ли лордам слово, что объявите о помолвке на балу графини Уитли?
— Клянусь, милорды, и приглашаю всех в мой дом на Трейли-сквер. С радостью приму вас, — с чувственной хрипотцой промурлыкала она, приседая.
— Надеюсь, вы позаботились о надлежащих развлечениях для нас, раз уж леди Люсинда на сегодня потеряна? — проворчал герцог Рексфорд. — Я, так и быть, согласен на предложение Повелителя. Не желаю, чтобы в обществе шептались, будто Бертрам охаживал мою жену до свадьбы!
— Верно! — поддержал маркиз Харгрейв.
— Я присоединяюсь, — кивнул лорд Бертрам.
— Прекрасно, милорд, значит, все решено. Джон! Проводи леди Люсинду в дом. Что же до вас, милорды… когда же я кого отпускал, не ублажив?
Повелитель хлопнул в ладоши, и на арену немедленно выскочили босые цыганки и принялись кружиться, высоко поднимая юбки и обнажая коричневые округлые ягодицы и опушенные темной порослью треугольники внизу живота.
— Это для начала, милорды, — ухмыльнулся Повелитель. — Позже мы выставим на аукцион самую хорошенькую в деревне девственницу. Вы все знаете ее сестер. Будет объявлено о продаже обеих ее невинностей, как спереди, гак и сзади. И разумеется, в ваше полное распоряжение поступят как сельские мальчики, так и девицы. Винные болонки наполнены лучшими афродизиаками. Я присоединюсь к вам, как только удостоверюсь, что леди Люсинда в своей комнате, а мои похотливые лакеи не трахают напоследок ее несчастную горничную Полли.
С этими словами он поспешил прочь. За его спиной вакханалия разгоралась в полную силу. «Ученики дьявола» дали волю гнездившемуся в них пороку.
Роберт добрался до дома на несколько минут позже Люсинды и Джона. Она бросилась в его объятия и стала страстно целовать.
— Спасибо тебе. Спасибо за все! — восторженно повторяла она.
— Я должен идти к гостям, — пробормотал он. — Больше мы не увидимся, Люсинда. Завтра на рассвете ты отправляешься в Лондон. Все необходимые распоряжения уже отданы. Насколько я понял, Джон едет с тобой. Счастливого пути и прощай.
Он осторожно снял с шеи ее руки.
— Вы забыли, сэр, мы встречаемся на балу у графини Уитли. Вы обещали мне, и уверена, сдержите слово, — напомнила Люсинда.
С сожалением усмехнувшись, он поцеловал ее в ладонь.
— Сдержу.
— В таком случае я найду вас там, — твердо объявила она.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрис

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

Ваши комментарии
к роману Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрис



Ужас! Б.Смолл не могла написать такую глупость! Не верю!
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисПсихолог
26.09.2011, 0.14





Книга написана нормально но не в ее стиле! Жанр современный..........
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисАлекса
27.02.2012, 18.47





Жуть, вообще не похоже на её предыдущие романы(((
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрисната
18.04.2012, 23.55





порнография, которая не имеет ничего общего с любовным романом, не поклонница этого автора
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрисира
8.07.2012, 19.19





Порнографический капец.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисВалери
24.08.2012, 20.20





Как-будто порнушку посмотрела!!!Шок
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисАнастасия
21.09.2012, 14.06





Офигеть!!rnrnДаже и не думала что такое кто то пишет в разделИсторический роман. Порно чистой воды
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрисмарима
27.09.2012, 15.15





Ни фига не порно. И любовная история явно присутствует. Класс!!!!
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрисирина
24.02.2013, 18.06





Спасибо что всего 5 глав!!!!!По поводу порно.......Этот роман и рядом не лежал с "Рабыней страсти" Смолл.Она в своем репертуаре.
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрисритка
28.02.2013, 2.15





Еще какое порно. Все озабоченные. Жесть. Он взял ее на глазах у всех в первый раз. Потом ею успели попользоваться его лакеи, одному из них он ее предоставил, присутствуя при это сам. Затем она была со всеми тремя своими кондидатами. Правда в тексте это приподносилось будто было только с одним из них, но у нее с ними был ор. с. Это уже не считается чтоли?)) Чепуха. Похабщина. Это эротический рассказ. Не любовный роман. rnА самое противное-то было еще в самом начале. Когда жена его брата спросила было ли у него что-то с сестрами и он ответил. Фу! Он же отдал ее в это место, зная, что там и как. А к концу "рабства" он был там. На собрании. Они все ждали групповуху с участием этой Люсинды и трех кондидатов, а он пришел посмотреть?? 0_0 Мерзость какая. Плюс ко всему он священник. Столько мерзких моментов. Но этот момент самый мерзкий. Сделала бы его хотя бы не братом, а мужем сестры. Тогда его реплика, что "его сестре нужен петушек, который будет трудиться в ее ...." была бы не так омерзительна. rnКороче, не советую. О_O
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисKatrin
7.05.2013, 8.55





Еще какое порно. Все озабоченные. Жесть. Он взял ее на глазах у всех в первый раз. Потом ею успели попользоваться его лакеи, одному из них он ее предоставил, присутствуя при это сам. Затем она была со всеми тремя своими кондидатами. Правда в тексте это приподносилось будто было только с одним из них, но у нее с ними был ор. с. Это уже не считается чтоли?)) Чепуха. Похабщина. Это эротический рассказ. Не любовный роман. rnА самое противное-то было еще в самом начале. Когда жена его брата спросила было ли у него что-то с сестрами и он ответил. Фу! Он же отдал ее в это место, зная, что там и как. А к концу "рабства" он был там. На собрании. Они все ждали групповуху с участием этой Люсинды и трех кондидатов, а он пришел посмотреть?? 0_0 Мерзость какая. Плюс ко всему он священник. Столько мерзких моментов. Но этот момент самый мерзкий. Сделала бы его хотя бы не братом, а мужем сестры. Тогда его реплика, что "его сестре нужен петушек, который будет трудиться в ее ...." была бы не так омерзительна. rnКороче, не советую. О_O
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисKatrin
7.05.2013, 8.55





Я выскажу свое осторожное мнение. Бертрис Смолл- прекрасный психотерапевт. Многим женщинам не хватает слишком многого. Но когда им предлагают соприкоснуться( даже не самим, а в иллюзиях ) - с запретным сексом, с возбуждающими, но шокирующими темами, они ведут себя, как мерзкое моралите- а может лучше хотя бы помечтать? Ну, не понравилось, не читайте. Пусть жизнь сексуальная будет скучная и пресная, до отвращения. Может что- то попробовать? Пока не поздно?
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисЭлис
7.05.2013, 9.28





Порой мне кажется (вот как с этим романом), что под псевдонимом Б.Смолл скрывается мужик. Да они без виагры (милое название в романе - афродезиаки) и в постель практически не ложились. Но у Смолл все романы основаны на подобной теме: женщина через унижение и боль начинает получать удовольствие. Хотя конкретно в данном романе она явно этого хотела. Дядюшка Фрейд нервно курит в углу....
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисМазурка
7.05.2013, 11.53





Элис, хотите сказать, что групповуха и прелюдный секс - это тайная мечта каждой женщины? Секс с мужчинами, которые не симпатичны - это мечта женщин? Давайте разъясним ситуацию. Разнообразие это хорошо, а вот быть подстилкой под каждого, кто тебя захочет - это плохо, с какой бы стороны вы не смотрели и насколько бы вам не было неприятно "мерзкое моралите". И так, между прочим, мораль мерзкой не бывает. А вот извращения в этом тексте бывают. Особенно этот братец. И не говорите, что это воля фантазии. Это извращение чистой воды.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисKatrin
7.05.2013, 12.45





Да и не очень-то осторожное ваше мнение, Элис, если учитывать, что вы называете всех, кто не согласен с такой постановкой "любви", мерзкое моралите. )) Просто есть женщины, которые предпочитают экспериментировать с возлюбленным, а кто-то не прочь с кем попадется.)
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисKatrin
7.05.2013, 12.57





Да и не очень-то осторожное ваше мнение, Элис, если учитывать, что вы называете всех, кто не согласен с такой постановкой "любви", мерзкое моралите. )) Просто есть женщины, которые предпочитают экспериментировать с возлюбленным, а кто-то не прочь с кем попадется.)
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисKatrin
7.05.2013, 12.57





Да это просто эротическая фантазия-пародия на тему БДСМ. Некоторые мотивы Смолл по-тихому слизнула из непереведенной на русский язык "The Claiming Of The Sleeping Beauty" - книга, которую признают сами бдсмщики. Канва романа напоминает "Историю О". Написано на мой взгляд не ахти, да и плюс эти устаревшие выраженя типа "уста" и фразы типа "о вы такой умный, Повелитель" Не знаю... Ну кто будет это серьезно читать, да еще всерьез возмущаться??? В мире БДСМ прилюдный секс, групповой секс и т.д. обычное дело. Если это не ваше, то конечно выскажете "извращение", "шлюха", "пошлятина". А на мой взгляд просто не самый захватывающий роман 18+, на который не стоит тратить время - есть и "погорячее".
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисSumisa
7.05.2013, 13.37





Знаете сейчас почти во всех книгах пресутствует секс просто у одного автора фантазия более богата при том как по фрейду о чем мечтаю то и описываю
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисМерик
7.05.2013, 13.33





Девочки,я немного не в тему....помогите найти книжку,только начала читать,и завис инет....ГГ помоему граф,но занимается пиратством..ГГня плывет на корабле с компаньенкой,и их захватывают в плен....совсем недавно прочитала в обсуждениях....Разворачиваются действия в 1802 году....ПЛИИИЗ
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисНатали
7.05.2013, 14.08





Девочки, не надо обобщений, пожалуйста. Мерзкое моралите- общественное мнение, когда шаг влево- побег, прыжок на месте- провокация.Я за то, чтобы люди не боялись следовать своим фантазиям, а они у каждого свои. Иногда даже себе боятся признаться в них. Доя меня тоже есть табу. И весьма жесткие. И, упаси Бог, я никого не пытаюсь обидеть. Просто жизнь у человека одна, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно, сознавая, что не реализовал свои мечты.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисЭлис
7.05.2013, 14.00





Натали- может, Остров страсти? Но там 1842год . Роман хороший.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисЭлис
7.05.2013, 14.28





Натали может: Хизер Грэм 'Услада пирата',там про 1718, но за то всё совпадает!
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрисtaniush
7.05.2013, 14.48





Мне понравилось. Несмотря на нестандартные некоторые моменты и описания, КПД у книги присутствует. Особенно понравился стойкий характер героини и ее умение находить выход из ситуации. rnЭто не ЖЕСТЬ (есть и похуже) и не ТУПОСТЬ (читать-то интересно было, хоть и кривилась по-ханжески и возмущалась, но ЧИТАЛА,правда?).И на свою шкурку даже примеряла мысленно"Ну со мной-то такого никогда не произойдет! Это невозможно" ))))))) ))))))))))))))))))))))))))))))rnНа то он и роман - вымысел, вольная фантазия на тему "о любви". Плотской. rnrnОсобо впечатлительным и ранимым просьба не беспокоиться. Вам это не грозит, ибо запредельно.Вперед за гламурными журналами и розовыми соплями.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисАнна
7.05.2013, 17.24





О а мне как раз эта книга и показалась розовыми соплями. )))
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисВафля
7.05.2013, 19.23





НАТАЛИ!!! Это ИСПАНСКАЯ РОЗА Ширли Басби!!!
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисЕлена
10.05.2013, 23.24





Я не скажу, что роман хороший. Тема... Необычная. Ну, для новых ощущений...
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисИрис
24.05.2013, 10.35





ОГОГО какое чтиво! Если бы не авторство Смолл, то место этому на другом сайте, среди порноисторий.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисВеруся
8.11.2013, 9.21





Да! Не совсем типично для Бертрис. Характер есть, секса хоть отбавляй. А почему роман то причислили к историческому? Потому что король был на свадьбе? Действительно пустоватая и незатейливая порноистория. Жаль!
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисГалина
10.11.2013, 0.38





Эротическое чтиво, настоящей любовью и не пахнет.
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертрисвввв
11.11.2013, 23.13





Бред.
Укрощение леди Люсинды - Смолл Бертриск.
9.10.2014, 15.45





Круто!!! Молодец старая берта!!! Кому не нравится, читайте "войну и мир". Нечего кончать по несколько раз за чтение, а потом свое целомудренное "фу" здесь писать.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисЛариче
4.12.2014, 15.32





После прочтения появляется навязчивые желание хорошенько отмыться от такой грязи. Постоянно эти сальные намеки и выражения: "иметь", "объезжать", "покрывать". Священник сожительствует со своими сестрами. Все друг друга вожделеют, постоянно текут и возбуждается от любого чиха, скрипа и даже легкого ветерка. А потом происходит грандиозная случка, которая длится до нескольких часов! Просто мерзость! И все комментарии типа:"Не смейте ругать роман, не нравится-не читайте!" я не воспринимаю. Роман заявлен как любовный, на деле же получаем чистое порно (даже не эротику!) с уклоном в БДМС. Ни о любви, ни о романтики речи вообще не идет.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисЛуна
7.05.2015, 10.44





После прочтения появляется навязчивые желание хорошенько отмыться от такой грязи. Постоянно эти сальные намеки и выражения: "иметь", "объезжать", "покрывать". Священник сожительствует со своими сестрами. Все друг друга вожделеют, постоянно текут и возбуждается от любого чиха, скрипа и даже легкого ветерка. А потом происходит грандиозная случка, которая длится до нескольких часов! Просто мерзость! И все комментарии типа:"Не смейте ругать роман, не нравится-не читайте!" я не воспринимаю. Роман заявлен как любовный, на деле же получаем чистое порно (даже не эротику!) с уклоном в БДМС. Ни о любви, ни о романтики речи вообще не идет.
Укрощение леди Люсинды - Смолл БертрисЛуна
7.05.2015, 10.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100