Читать онлайн Своенравная наследница, автора - Смолл Бертрис, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Своенравная наследница - Смолл Бертрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.93 (Голосов: 76)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Своенравная наследница - Смолл Бертрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Своенравная наследница - Смолл Бертрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смолл Бертрис

Своенравная наследница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

На следующий день Элизабет, проснулась поздно. Ей больше не хотелось появляться при дворе. Но мудрость Филиппы возобладала над всеми другими соображениями.
— Ты должна остаться до конца месяца. Нельзя уезжать, пока не уедет король, — объяснила она.
— Я не вынесу… я больше не увижу его… — снова всхлипнула Элизабет.
— Что это с тобой? — пожурила ее Филиппа. — Ваше знакомство было очень коротким. Он совершенно не подходит тебе и знает свое место. Этот человек — шотландец и, что еще хуже, незаконнорожденный сын Стюарта. Ты ведешь себя как влюбленная девчонка. Надеюсь, ты не настолько глупа, что позволила себя совратить?
— Флинн — настоящий джентльмен, — вознегодовала Элизабет. — И нет ничего плохого в том, чтобы быть шотландцем! И — да, но если первый человек, пробудивший во мне надежды, может считаться первой любовью, значит, так оно и есть. И — нет, я не из тех девиц, которые приезжают ко двору, сгорая от волнения и ожидая встречи с завидным женихом, только чтобы подарить свою добродетель какому-нибудь придворному распутнику. Если бы страсть терзала меня так, как когда-то нашу мать, я давно бы потеряла невинность, отдавшись какому-нибудь красавчику пастуху.
— Не говори так! — вскричала Филиппа.
Элизабет рассмеялась:
— О, сестрица, моя репутация чиста и не повредит твоей, так что если я сегодня не пойду во дворец, это не вызовет сплетен. Кто-то другой займет внимание придворных.
— Ты не можешь покинуть Гринвич, не попрощавшись с королем. Уверена, он захочет передать матери привет, — заявила Филиппа.
— Произнесет еще одну забавную тираду насчет ее мужа, — пробормотала Элизабет. — Как по-твоему, матушка была когда-то его любовницей?
— Такие слухи ходили. Но мать всегда это отрицала. Одна из испанок, фрейлина королевы, клялась, что видела их вместе, и по злобе все рассказала королеве, потому что завидовала ее дружбе с матерью. Мать уверяла, что это был Чарлз Брендон и что между ними не было ничего, кроме легкого флирта. Это было еще до того, как он женился на принцессе Марии. Испанку отослали на родину вместе с ее мужем, потому что королева поверила матери.
— А ты? — лукаво спросила Элизабет.
— Конечно. Так было лучше для всех. Какой бы я была дочерью, если бы усомнилась в собственной матери?
— А на самом деле ты считаешь иначе!
— Честно говоря, не знаю, — вздохнула Филиппа. — Есть несколько дам, к которым король питает самые теплые чувства, но явно их не вожделеет. По слухам у нее они в разное время делили с ним постель. Бесси Блаунт — мать его старшего сына. Графиня Лэнгфорд — его недолгая любовница. Ее прозвали мистрис Бескорыстие, поскольку она ничего не просила ни для себя, ни для семьи. Даже королева Екатерина ее любила. Но слухи о матери были мимолетными и легко забылись, тем более что она годами не бывала при дворе. Однако он едва не плачет от умиления при упоминании об этих леди. И добр к их семьям. Ты дочь Розамунды Болтон, подруги его детства. Он и королева были очень благосклонны к Бэнон, ко мне и моему семейству. Думаю, попроси ты, и он нашел бы тебе мужа. Поэтому ты не можешь покинуть двор, не попрощавшись с королем подобающим образом, не говоря уже о твоей подруге, мистрис Болейн.
Легкая улыбка коснулась губ Элизабет.
— Сама ты не захотела подружиться с ней. Но если это сделала сестра, значит, новая влиятельная связь не повредит твоим сыновьям при условии, что Анна в один прекрасный день станет королевой. Но разве мой племянник, Оуэн, уже не служит герцогу Норфолку?
— Да, благодаря королю Оуэн поступил на службу к кардиналу незадолго до того, как тот пал. И тогда король велел Норфолку взять его к себе, заявив, что лишний паж герцогу не помешает, Говарды — очень влиятельное семейство. Твои племянники служат двум самым могущественным в королевстве людям.
— Хорошо, я не уеду, не попрощавшись, — пообещала Элизабет. — Но сегодня хочу побыть наедине со своими мыслями.
— Прекрасно, — обронила Филиппа, поднимаясь и расправляя юбки. — Только не мечтай о том, что не может сбыться. Лучше подумай о необходимости найти мужа. Это тот редкий случай, когда матушка и я в чем-то согласны. Да и Бэнон нас поддерживает.
— Убирайся, — буркнула Элизабет и, улегшись, натянула одеяло на голову.
До нее донеслись шаги сестры. Дверь открылась и захлопнулась.
Элизабет выглянула из-под одеяла. В соседней комнате слышались голоса: это Филиппа, несомненно, дает Нэнси какие-то наставления. Элизабет устроилась поудобнее и стала размышлять, как лучше провести день. Утро было прекрасным. Слишком хорошим, чтобы оставаться в постели.
Она села и свесила ноги с кровати. Но и во дворец идти не хотелось. Может, покататься верхом?
— Нэнси! — позвала она.
На пороге появилась служанка:
— Да, леди?
— Дядюшка уже ушел?
— Еще нет и полудня, леди. Но думаю, он уже встал, потому что я видела, как мастер Уилл брал для него поднос.
— Пойди спроси, нельзя ли с ним поговорить, — распорядилась Элизабет.
Нэнси убежала, а Элизабет встала, подошла к окну и, взглянув вниз, увидела сестру, шагавшую к калитке. Филиппа не теряет ни минуты из майских развлечений! Она хочет повеселиться напоследок, поскольку через несколько дней двор уедет из Гринвича. Вот и прекрасно! Сестра извинится за нее, и она свободна! Неужели здесь, в Гринвиче, никто не ездит верхом? Она не сидела на лошади с тех пор, как приехала сюда.
— Его милость просил вас зайти, — объявила вернувшаяся Нэнси.
Элизабет, как была, в длинной сорочке поспешила вниз в покои дядюшки. Тот сидел на широкой постели в ожидании завтрака.
— Доброе утро дорогая. Филиппа уже ушла?
— Да, после того как прочла мне нотацию, — хмыкнула Элизабет, садясь на край кровати. — Дядюшка, я не хочу идти сегодня во дворец! Хочу кататься верхом!
— Превосходная мысль, дорогая, — согласился он. — Это даст нам передышку от скуки, которая, как я вижу, царит при дворе. Я буду рад уехать отсюда.
— Филиппа говорит, мы не должны уезжать, пока не отбудет король. Это так?
— К сожалению.
— Но мы не должны бывать при дворе каждый день, верно?
— Не должны, — кивнул он. — Я знаю чудесную тропинку у реки, где можно покататься сегодня днем. А вот и Уилл! Умираю с голоду!
Элизабет видела, как Уилл с легкой ухмылкой поставил поднос на колени лорда Кембриджа и сунул ему салфетку в вырез рубашки.
— Повар хотел, чтобы я принес вам горячий хлеб. Каравай только что вынут из печи, милорд.
— Уилл так заботится обо мне, дорогая девочка! Верно? — счастливо вздохнул Томас.
— Так оно и есть дядюшка, — согласилась Элизабет, ловко стащив кусочек бекона с тарелки дядюшки. — Сегодня мы собираемся покататься верхом. Хотите с нами, Уилл? Вы так усердно трудились, несколько раз ездили в Лондон, пока мы с дядюшкой развлекались при дворе. Скоро мы возвращаемся домой. Поедем сегодня с нами?
— С удовольствием, — поклонился Уильям.
— Вы уже рассказали дядюшке о котенке? Совершенно очаровательное существо пряталось в нашей барке. Не знаю, как он туда забрался. Но мы увезем его на север и назовем Домино, потому что он черно-белый. Я пообещала ему, что, если Пуссумс он не понравится, мы возьмем его к себе.
— Пуссумс уже пожилая дама и скорее всего невзлюбит парнишку, — заметил лорд Кембридж. — Но я привык иметь котов, и теперь у меня будет сидеть по одному на каждом колене. А тебе, девочка, скажу так: если хочешь иметь кота, найди себе своего.
— Дядюшка, ты такой добрый! — воскликнула Элизабет. Томас довольно ухмыльнулся.
После завтрака они оделись и поехали кататься. Вскоре Элизабет обогнала спутников, и, когда она добралась до вершины холма, те еще плелись внизу.
— Мистрис Элизабет немного грустна сегодня, — отметил Уильям.
— Думаю, она готова влюбиться в королевского курьера, Флинна Стюарта, окажи он ей хоть малейшее поощрение. Конечно, он настоящий джентльмен, но ей не подходит.
— Потому что шотландец?
— И да и нет. Не будь он единокровным братом короля, тогда другое дело. Я хотел найти для Элизабет хорошего мужа-англичанина, но вряд ли это возможно. И что тогда остается? Либо заставить ее идти к алтарю с одним из северян, либо пусть она уж ищет шотландца, который ей понравится. Но вряд ли это может быть Флинн. Его преданность шотландскому королю слишком велика. Фрайарсгейту всегда везло. Он находится слишком далеко от воюющих сторон и мародеров. Если разразится война, а она рано или поздно разразится, Флинну придется принять чью-то сторону. А вот простой шотландец без влиятельных связей не станет рваться на войну.
— У вас кто-то есть на примете, милорд? — спросил Уилл, хотя уже знал ответ.
Томас Болтон наверняка заранее все обдумал и решил судьбу Элизабет.
— Возможно, дорогой мальчик, но я еще не готов рассказать об этом, — задумчиво проговорил лорд Кембридж.
— Полагаю, вы также ничего не сказали мистрис Элизабет.
— Нет. И ее матери, Розамунде, тоже ничего не скажу. Я хочу удостовериться, что Элизабет будет счастлива в этом браке, так что пока ты должен свято хранить тайну.
— Разве я не всегда храню ваши тайны, милорд? — несколько обиженно сказал Уилл.
Лорд Кембридж улыбнулся:
— Ты настоящее сокровище, мой мальчик. И прекрасно знаешь, что я не могу без тебя обходиться.
К ним подскакала Элизабет.
— До чего же вы ленивы! — воскликнула она.
— Мы просто позволяем тебе дать выход энергии, а сами спокойно наслаждаемся окружающим пейзажем.
Элизабет рассмеялась и, повернув коня, вновь умчалась вперед.
— Ах, молодость, молодость… — вздохнул Томас.
Хоть на время избавившись от скуки и сковывающего этикета, разъезжая по сельской местности, Элизабет почувствовала себя лучше. До чего же здорово вернуться в дом дядюшки и съесть хороший обед вместо того, чтобы наблюдать, как едят король и мистрис Болейн, а самой жевать что придется. И не нужно до полуночи оставаться на ногах — можно лечь спать в любое время.
На следующий день Элизабет явилась ко двору.
— Где вы были? — недовольно осведомилась Анна. — Ваша сестра сообщила, что вы отдыхаете, поскольку не привыкли к ритму придворной жизни.
— Вы говорили с Филиппой? — изумилась Элизабет и увидела знакомую кошачью усмешку.
— Да. Она подошла ко мне, сделала реверанс и объяснила, что вы остались дома и лежите в постели. Ей было нелегко говорить со мной, но ее манеры оставались абсолютно безупречными. Она по-прежнему поддерживает королеву?
— Вряд ли слово "поддерживает" тут уместно, — поспешила защитить сестру Элизабет. — Видите ли, королева Екатерина с юности была подругой нашей матери. Еще до того, как королева Екатерина вышла за короля. Их дружба оставалась неизменной все эти годы. Матушка привезла Филиппу ко двору, когда девочке было всего десять лет, и с того момента сестра больше всего на свете хотела служить королеве. И служила, с двенадцати лет и до замужества. Королева была добра к Филиппе, и потому моя сестра предана ей и не хочет оставлять ее в трудный час. Если бы она поступила иначе, я бы перестала ее уважать, но даже сестра теряет терпение, видя упрямство и непреклонность королевы в деле о разводе.
— А когда я стану королевой? Будет она верна мне так же, как Екатерине Арагонской? — вырвалось у Анны.
— Это невозможно, — честно ответила Элизабет. — Но она будет почитать вас, как свою королеву. В этом можете быть уверены. У нее самые честолюбивые планы в отношении своих сыновей!
Анна кивнула.
— Мне будет недоставать вас, Бесс, тем более что никто не говорит со мной так откровенно, как вы. Неужели вам так необходимо возвращаться в свои унылые северные поместья?
— Здесь я завяну, дорогая Анна. И я не считаю Фрайарсгейт унылым. Он прекрасен: зеленые холмы, сползающие в озеро, а по склонам щиплют травку овцы. Я жажду просыпаться под пение птиц и ощущать свежий камбрийский ветер, дующий в окна. Да, мне необходимо ехать домой.
Анна тяжело вздохнула.
— Какое счастье делать то, что хочется. Завидная доля… Я же должна поступать по чужой указке. Но когда я стану королевой, буду повиноваться только его величеству! — объявила она.
— Анна, я молю вас об одолжении, — прошептала Элизабет. — Не могли бы вы попросить короля разрешить нам покинуть Гринвич до того, как уедет весь двор? Я не вынесу ожидания.
— Хорошо, я его попрошу, — согласилась Анна.
— О чем вы хотите меня попросить? — осведомился король, входя в комнату мистрис Болейн. Приблизившись, он нагнулся и поцеловал ее в губы.
Анна мило покраснела.
— Бесс хотела бы немедленно уехать домой. И хотя я стану по ней скучать, все же понимаю ее желание быть там, где ей лучше всего, потому что сама я безумно счастлива, когда ты рядом. Мы пробудем в Гринвиче еще несколько дней, а обычай требует, чтобы она оставалась до отъезда короля. Умоляю, разреши ей уехать раньше!
Король протянул руку и приподнял подбородок Элизабет.
— Лицом ты похожа на отца, а силой воли — на мать. Фрайарсгейт — то место, где ты черпаешь эту силу. Я заметил, что последнее время ты что-то бледна. В отличие от графини Уиттон ты не создана для придворной жизни. Мы даем тебе позволение удалиться, когда ты сочтешь нужным. И заодно благословение и пожелание благополучного путешествия.
Он протянул ей большую руку, и Элизабет ее поцеловала. Анна наблюдала всю эту сцену с некоторым облегчением. Хотя она считала Элизабет своей подругой, но в глубине души была рада, что та отправляется в свой Фрайарсгейт. Ее присутствие здесь воскрешало в короле воспоминания. Воспоминания, которые ему лучше забыть. Она не хотела, чтобы Генрих Тюдор жил счастливым прошлым. Пусть он живет настоящим и пусть будет счастлив только с ней! Они поженятся. Она родит ему сыновей, один из которых в свое время унаследует трон.
— Спасибо, ваше величество, — тихо проговорила Элизабет и, повернувшись, расцеловала Анну в обе щеки. — Спасибо за дружбу, Анна. Я всегда буду ее ценить. И стану молиться за тебя и твои заветные желания.
С этими словами: Элизабет присела в реверансе перед королем и Анной и попятилась к выходу.
Оказавшись во дворе, она поспешила найти лорда Кембриджа и сообщила, что как только он попрощается с королем, они могут ехать.
— Дорогая! — воскликнул он. — Ты поистине дочь своей матери. Я немедленно иду к королю. До вечера еще далеко, и если мы поторопим слуг, то успеем собраться и завтра отправимся в путь. Я не стану закрывать свой дом, поскольку Филиппа пробудет здесь до отъезда короля. А может, останется при дворе до середины июня, пока все не уедут в Виндзор. Но мы втроем отправимся домой и, если повезет, доберемся до Фрайарсгейта в канун Иванова дня и увидим огни на холмах.
И он поспешил во дворец.
Элизабет вышла из дворца, почти пробежала через рощицу и, найдя Нэнси на кухне, объявила:
— Едем домой. Завтра. Если успеем собрать вещи.
— И мы тоже? — спросила Люси, служанка сестры.
— Нет. Ты знаешь свою хозяйку… — усмехнулась Элизабет.
— Да, она останется, пока ангел не затрубит в трубу, — покачала головой Люси. — Как она обожает придворную жизнь! Едва оправилась от родов и сразу поехала сюда, чтобы быть с вами, мистрис Элизабет. Жаль, что вы не нашли себе мужа!
— Не нашла. Но зато Фрайарсгейт — мой, и только мой. Я буду наверху, Нэнси. Не задерживайся.
Дождавшись, пока хозяйка вышла из комнаты, Люси сочувственно пробормотала:
— С ней нелегко. Верно?
— Наоборот. Просто она не думает ни о чем, кроме Фрайарсгейта. Он поглощает ее точно так же, как двор поглощает твою леди. По-моему, это неестественно. Но мне лучше идти, а то она в спешке сама начнет заталкивать платья в сундук и помнет все, что можно.
Пока женщины трудились не покладая рук, Томас Болтон нашел Филиппу, собиравшуюся играть в теннис с подругой:
— Твоя сестра сумела получить у короля разрешение на отъезд, — сообщил он, отведя ее в сторону. Дом — твой, пока двор не переберется в Ричмонд. И ты знаешь, лондонский дом тоже в твоем распоряжении. Поужинай с нами сегодня! Если я хоть немного знаю Элизабет, мы выедем из дома прямо на рассвете.
— Мне так жаль, дядя, — вздохнула Филиппа, — что я подвела семью.
— Никто из нас не подвел семью, — заверил ее Томас. — Мы всего лишь пытались совершить геркулесов подвиг, но у нас ничего не вышло. Элизабет не ты, с твоей утонченностью, и не Бэнон, которая довольствуется ролью жены и матери. Она — хозяйка Фрайарсгейта и очень серьезно относится к своим обязанностям. Для нее нужен совершенно особый мужчина.
Филиппа кивнула, признавая его правоту.

— Желаю тебе удачи, дорогой дядя, — хихикнула она, сразу напомнив ему юную Филиппу. — Немного похоже на поиски Святого Грааля

l:href="#_ftn7" type="note">[7]
, не согласен?
— Не говори так, дорогая! Помни, Грааль так и не нашли!
— Я буду скучать по тебе, — призналась Филиппа, обнимая его. — И приду домой пораньше, чтобы в последний раз поужинать вместе.
— Превосходно! А теперь пойду попрощаюсь с нашим благороднейшим монархом, — заявил лорд Кембридж, уходя с теннисного корта.
Он нашел короля в покоях мистрис Болейн. Тот готовился идти обедать.
Томас отвесил низкий поклон:
— Ваше величество!
— Клянусь Богом, никто не умеет кланяться так изысканно, как ты! Ты самый элегантный из моих придворных! Полагаю, ты пришел попрощаться с нами?
— Так и есть, ваше величество. Как бы я ни сожалел о стремлении моей племянницы так быстро вернуться на север, но должен сопровождать ее. Розамунда не одобрит ее путешествия в одиночку.
— Когда ты вернешься к нам? — спросил король.
— О, ваше величество, вряд ли можно сказать наверняка. Мне уже шестьдесят, и я нашел, что это путешествие потеряло былую привлекательность. Боюсь, ваше величество, что я стал похож на старого кота, предпочитающего свой собственный очаг, — сухо усмехнулся лорд Кембридж.
— Нам будет не хватать твоего безупречного вкуса и остроумия, но мы тебя понимаем. Поезжай, Том, и я надеюсь когда-нибудь снова увидеть тебя.
Лорд Кембридж поцеловал большую, украшенную кольцами руку, поднес к губам маленькую изящную ручку мистрис Болейн и, заметив шестой, крошечный, пальчик подался вперед и что-то прошептал ей на ухо.
Анна широко улыбнулась — поистине редкое зрелище! — и поцеловала его гладко выбритую щеку.
— Спасибо, милорд. Это идеальное решение. Не знаю, почему я сама об этом не подумала!
— Иногда, дорогая леди, мы не замечаем того, что лежит на поверхности. Желаю вам удачи, — произнес лорд Кембридж и, поклонившись в последний раз, удалился.
— Что он сказал тебе? — не выдержал король.
— Посоветовал носить рукава чуть длиннее, чтобы спрятать палец на левой руке. Он поразительно разбирается в модах.
Она была очень довольна, поскольку крошечный пальчик был для нее источником непрестанного стыда.
Томас поспешил к себе, испытывая невыразимое облегчение. Он чувствовал, что больше не увидит это место. Вернувшись домой, он проведет остаток жизни в Камбрии. Что ж, самое время. Он уже не молод и ощущает тяжесть лет. Особенно в коленках!
Войдя в дом, он отыскал Гарра, своего камердинера. Оказалось, что он и Уилл уже укладываются.
Том усмехнулся. Неужели и им так не понравилось здесь, что они спешат уехать?
Филиппа пришла к ужину и увидела, что дорожная повозка уже нагружена с верхом. Покачав головой, она рассмеялась. Между ней и сестрой всего четыре года разницы, но по взглядам на жизнь они далеки друг от друга, как небо и земля. Филиппа — современная женщина, которая думает о карьере сыновей. Элизабет готова оставаться в глуши и управлять поместьем. Ни одна из них не изменится, но Филиппа искренне хотела, чтобы младшая сестра удачно вышла замуж.
— Вы, конечно, рано ляжете спать? — поддразнила она Элизабет и Тома.
— А ты поешь и тут же поспешишь во дворец, на вечерние развлечения? — отшутилась Элизабет.
— Нет, — ответила Филиппа, немало удивив сестру. — Сегодня я останусь с вами. Если ляжете спать пораньше, я тоже лягу. Завтра на барке вы доберетесь до Лондона. Это очень приятная поездка, и вы ничуть не устанете. А уж дальше… Когда проведешь день в седле, забудешь, как держаться на ногах.
Лорд Кембридж мучительно поморщился:
— Когда-нибудь изобретут более удобный способ путешествовать. Жаль только, что я до этого не доживу.
— Ты мог бы ехать в одной из новых дорожных повозок, которые я видела, — предложила Филиппа. — У некоторых они уже есть.
— Ну уж спасибо! Они такие примитивные. Лучше я поеду верхом, а в будущем постараюсь вообще избегать всяческих поездок. Только в Оттерли и Фрайарсгейт, дорогие. Клянусь!
Сестры рассмеялись, и Элизабет заметила:
— Через несколько лет, дорогой дядюшка, тебе все наскучит и до невозможности захочется посетить двор. Ты не забыл: у Бэнон пять дочерей. Тебе придется снова искать мужей. Но думаю, это будет куда легче, чем в моем случае!
— Я еще не сдался, дорогая, — фыркнул Томас.
К ним присоединился Уильям, и они провели приятный вечер за вкусной едой. Потом сестры пели дуэтом, как в дни юности. Уилл и лорд Кембридж играли в шахматы, а сестры тихо беседовали, зная, что увидятся не скоро.
— Когда ты выйдешь замуж, тебе будет необходимо знать кое-что о мужчинах и женщинах. Вряд ли мать решится на такие разговоры, — вздохнула Филиппа.
— И не надо, — отмахнулась Элизабет. — Я знаю все, что необходимо знать.
— Овцы не люди, — отпарировала Филиппа.
— Знаю, — смеясь, повторила Элизабет.
— Бэнон! Значит, Бэнон уже говорила с тобой! Что ж, я очень рада, что она о тебе позаботилась! Невежество не всегда является благословением. Но будет мудро, если ты в брачную ночь притворишься невежественной.
Элизабет промолчала. Пусть она невежественна, но не станет обсуждать такие подробности со старшей сестрой.
— Думаю, пора спать, — пробормотала она вставая. — Мы выезжаем рано.
Она расцеловала Филиппу в обе щеки.
— Спасибо тебе. Давай попрощаемся сейчас — ты вряд ли проснешься в такую рань. Я с удовольствием провела с тобой время. Мы обе стали старше и, возможно, мудрее.
— Да, — кивнула Филиппа. — Передай маме мою горячую любовь. Хотелось бы, чтобы она повидала внуков.
— Повидает, если привезешь их на север. Она больше не ездит на юг, но ты хотя бы однажды могла бы нас навестить. Она тоскует по тебе, Филиппа. И знаешь, до сих пор не может простить тебе, что ты отказалась от поместья. Хотя я управляю им куда лучше. Умоляю, сестра, приезжай, когда твоя дочь немного подрастет.
Филиппа немного смутилась:
— Возможно, следующим летом. Тогда Мэри Роуз будет около двух лет.
— Мама очень обрадуется. Ты можешь остановиться во Фрайарсгейте, если не хочешь ехать в Шотландию. Мама сделала Клевенз-Карн немного более уютным, но он все же непригляден по сравнению с моим домом. Забудь хотя бы на одно лето о придворной жизни. Двор всегда останется двором, а мама не вечна. Прощай, сестра.
Не дожидаясь ответа, Элизабет вышла. Мужчины тоже встали.
— Еще даже не стемнело, — пожаловался Томас. — Но если Элизабет пошла спать, значит, я должен последовать се примеру. Твоя сестра поднимет меня еще до рассвета и не потерпит никаких проволочек. А ты возвращайся во дворец, там уже начались вечерние развлечения.
— Возможно, я так и сделаю, — кивнула Филиппа. — Раз вы идете спать, я с таким же успехом могу отправиться во дворец. Возьму с собой фонарь, чтобы на обратном пути освещать дорогу.
Она обняла его и тихо произнесла:
— До свидания. Я, как всегда, буду по тебе скучать.
— Я тоже, дорогая. Мой привет Криспину. — Томас помолчал, а потом продолжил: — Следующим летом ты непременно должна приехать на север. Ты первенец нашей матери, и она тебя любит. Но вы не виделись с тех пор, как ты отказалась от Фрайарсгейта. К следующему лету ваш наследник будет уже почти взрослым. Она не видела ни его, ни твоих остальных детей. Без нее у тебя не было бы всего того, что есть сегодня. Вспомни об этом, когда снова захочешь отложить свой визит во Фрайарсгейт. Король и герцог освободят твоих сыновей от службы, если узнают причину отлучки. Не подведи меня, дорогая. Не подведи свою мать. — Он поцеловал ее в лоб. — Прощай, дорогая.
— Благослови Господь вашу светлость, — добавил Уильям Смайт, целуя ее руку и низко кланяясь.
— Спасибо, Уилл. Я получила кучу наставлений, верно?
— Так оно и есть, миледи. Но его милость сказал все это из любви к вам и вашей семье. Думаю, вы это понимаете, — тихо ответил он.
— Счастливого путешествия, Уилл.
— Спасибо, ваша светлость. Прощайте. Оставшись одна, Филиппа долго не трогалась с места.
Неожиданно для себя она осознала, что хочет поскорее вернуться домой. Ее грызла тоска по Криспину, маленькому Хыо и крошке-дочери. И все же сегодня она пойдет на праздник, который устраивает король для Анны Болейн.
А перед своим отъездом она должна поговорить с Генри и Оуэном по очень важному делу. Последнее время манеры старших сыновей казались ей очень грубыми, и это необходимо немедленно исправить. Рано или поздно Анну Болейн постигнет судьба всех шлюх, но пока что власть у нее в руках, и нельзя, чтобы сыновей графа Уиттона обвинили в неприличном и дерзком поведении. До чего же трудно быть матерью!
Тяжко вздохнув, она поспешила во дворец.
Наутро она узнала, что родственники уехали с первыми лучами солнца.
С погодой им повезло — день выдался теплым и безветренным. Они плыли по реке и быстро добрались до дома лорда Кембриджа. Было решено не оставаться на ночь в Лондоне, а продолжить путешествие.
Они пообедали и собрали вооруженную охрану, которой предстояло сопровождать их в пути. Уилл поскакал вперед, чтобы снять комнаты в приличных гостиницах по пути их следования.
Всадники проехали Уорикшир, Стаффордшир, ужасные дороги которого, к счастью, оставались сухими. Элизабет извела всех, неутомимо подгоняя коня. Они, не останавливаясь, проскакали Чешир и немного задержание в Ланкастере, где дороги проходили через густые леса, поросшие высокими деревьями. Только безлюдные холмы Уэстморленда заставили ее сердце забиться сильнее, несмотря на сильные дожди и размытый тракт. Еще день — и наконец-то они в Камбрии.
Добравшись до Карлайла, они остановились на ночь в странноприимном доме аббатства Святого Катберта, где настоятелем был Ричард Болтон, двоюродный дедушка Элизабет.
Ричард уже приближался к семидесятилетию, но все еще был красив, со своими поразительно яркими синими глазами и снежно-белыми волосами.
— Кузен Томас, — приветствовал он лорда Кембриджа. — Вы вернулись с хорошими новостями? Элизабет, дитя мое, ты просто светишься! Наверное, какой-то славный молодой человек тому причиной?
— Нет, сэр, — задорно ответила Элизабет. — Боюсь, это станет огромным разочарованием для мамы, но я не нашла мужа. А вид у меня счастливый лишь потому, что мой дом уже близок.
Настоятель покачал головой:
— Возможно, твоя судьба здесь и всегда была здесь, дитя мое. Кузен Томас, ты выглядишь усталым. Похоже, долгие путешествия больше не для тебя.
— Увы, кузен, я вынужден согласиться, — вздохнул лорд Кембридж.
Они съели незатейливый ужин, и Элизабет ушла на женскую половину, а мужчины остались беседовать за кувшином вина.
— Помню, как Филиппа, вернувшись домой после первого пребывания при дворе, сразу объявила, что непременно снова возвратится ко двору, потому что ни за что не позволит приковать себя к деревенскому олуху, — с улыбкой вспоминал настоятель. — А вот у Элизабет все наоборот. Меня всегда поражала разница между дочерьми Розамунды. Значит, ничего не вышло?
— Ничего, — покачал головой лорд Кембридж. — Впрочем, я не особенно и надеялся. Возможно, я знаю, как решить эту проблему, но пока я не готов это обсуждать. Однако надеюсь, что ты меня поддержишь. Ты ведь знаешь, я желаю Розамунде и ее дочерям только добра. И никогда их не подводил.
— Никогда, — согласился настоятель и хитро прищурился. — И ни малейшего намека на твои планы?
— Шотландец, и это все, что я сейчас скажу, — отозвался Томас.
— Вот как? — удивленно пробормотал Ричард. — Еще вина, кузен?
— Последний кубок, — объявил Томас и, допив вино, встал. — Доброй ночи, Ричард.
— Доброй ночи, Томас. Я буду молиться за тебя. Ты явно в этом нуждаешься, — хмыкнул святой отец. — Тем более что пытаешься сотворить чудо.
Наутро после ранней мессы и завтрака из овсяной каши, хлеба, сыра и эля они направились во Фрайарсгейт. День снова был ясным, как почти все время после их отъезда из Гринвича. Элизабет попыталась пришпорить коня, но сэр Томас не позволил.
— Не старайся зря, дорогая. Мы скорее всего приедем во Фрайарсгейт не раньше завтрашнего утра. Остановимся в монастыре Святой Марии, как в прошлый раз. Там нас ждут. Я не хочу спешить, боюсь, как бы на полпути во Фрайарсгейт нас не застигла темнота. В этих местах легко стать жертвами набега шотландцев. — Он вздрогнул. — Бог знает, что они могут с нами сделать!
— Клянись, что мы покинем монастырь еще до мессы, — велела Элизабет.
— Клянусь, — улыбнулся он.
Томас сдержал обещание. Они покинули монастырь еще до рассвета. Спящая привратница была очень удивлена и ранним отъездом, и даром, который ей вручили.
Элизабет, едва сдерживая радостное волнение, поскакала вперед в сопровождении двух стражников. Она сразу поняла, что они пересекли границы ее земель, и остановилась на несколько минут, чтобы дать отдых коню.
Потом поднялась на вершину холма и увидела озеро, сверкающее на солнце. Слезы радости выступили у нее на глазах. Фрайарсгейт! Ее любимый Фрайарсгейт! Больше она никогда его не покинет!
Элизабет оглядела свои, владения. На полях зеленели дружные всходы. Отары овец и стада коров выглядели здоровыми и крепкими. Люди усердно трудились. Более чем двухмесячное отсутствие хозяйки никак не сказалось на состоянии поместья. Значит, она зря боялась!
Элизабет пустила коня по дороге, весело взмахивая рукой при виде знакомых лиц. Да здесь в сто… нет, в тысячу раз лучше, чем при дворе короля Генриха!
Она остановила коня у крыльца. Навстречу выбежала Мейбл, которую Уилл предупредил о приезде хозяйки.
— Дитя мое, как хорошо, что ты дома!
— Никуда я больше не уеду, — объявила Элизабет, входя в дом. — При дворе для меня нет ничего интересного.
— Но ты нашла себе мужчину? — допытывалась Мейбл.
— Нет. Был один, но не подошел мне.
— И почему, интересно, не подошел? — не унималась старушка.
— Его преданность будет принадлежать не мне и не Фрайарегейту, — вздохнула Элизабет.
— Как?! Никто меня не приветствует?! — воскликнул лорд Кембридж, сердечно целуя Мейбл.
Та хихикнула, но, тут же став серьезной, призналась:
— Вы были нашей последней надеждой, Том Болтон, а девочка говорит, что единственный парень, которого она нашла, оказался неподходящим. Значит, леди Филиппа была права?
— К сожалению, — кивнул Томас. — Но не все потеряно, дорогая Мейбл. У меня возникла весьма интересная мысль. Подумаю, как можно ее осуществить.
— Вы хитрец, Том Болтон! Но поскольку всегда стараетесь для семьи, подожду, что из этого выйдет.
— Он даже мне не сказал, — пожаловалась Элизабет. — Где Эдмунд? Я хочу услышать все новости о Фрайарсгейте!
— Ты только приехала домой, дитя мое, — попеняла Мейбл, — а у моего Эдмунда был тяжелый день. Пусть он хотя бы поужинает спокойно! Поговорите завтра. Клянусь, у нас все хорошо.
В этот момент в зал вошел Эдмунд Болтон, управитель Фрайарсгейта, и, приблизившись, поцеловал Элизабет в лоб:
— Добро пожаловать, дитя мое.
— Мейбл утверждает, что у вас все в порядке, поэтому мы можем потолковать утром. А пока я расскажу вам о своих приключениях и о празднике, который устроила мистрис Болейн в честь моего дня рождения. У всех нас были костюмы, а дядя Томас, как всегда, превзошел самого себя. Все нами восхищались.
Слуги принялись вносить блюда с едой. Элизабет, ее родственники и Уилл уселись за высокий стол. Ужин был простым: жареный петух, начиненный хлебными крошками и сушеными фруктами, две крупных вареных форели на ложе из кресс-салата, блюдо бараньих отбивных, зеленый горошек, крошечные молодые морковки в сливочно-укропном соусе, свежеиспеченный хлеб, только что сбитое масло и половина головки острого чеддера. Еду запивали элем. На десерт подали свежие персики.
— Ни один обед при дворе не может сравниться с этим, — заявила Элизабет, вгрызаясь в спелый персик.
— Вижу, долгий путь и усталость не подействовали на твой аппетит, — хмыкнула Мейбл.
— Расскажи нам о дворе, — попросил Эдмунд.
Элизабет начала подробный рассказ о своем путешествии. Время от времени Томас Болтон вставлял пару слов. Все до слез смеялись над ее язвительным описанием придворных нравов, особенно когда она рассказывала, как они с дядей явились на праздник в костюмах овец.
— И что сказал король? — выдавила Мейбл.
— Он умен и понял смысл шутки.
— А как ко всему этому отнеслась твоя спесивая сестрица?
— Сначала немного растерялась и сказала, что не пойдет на праздник. Но дядя Томас знал, что она никогда не пропустит ничего подобного, и, кроме того, сплетни, которые поползли бы, не явись она на маскарад, погубили бы Филиппу.
— Да, ее светлость всегда умела позаботиться о себе, — съехидничала Мейбл.
— Нет, сейчас она думает не о себе, а о своих сыновьях, которые служат при дворе. Генри — паж короля, а Оуэн — герцога Норфолка.
— Я думал, что один ее сын у кардинала, — заметил Эдмунд.
— Кардинал впал в немилость, — пояснил Томас.
— Сын бедняка, поднявшийся слишком высоко. Рано или поздно так и должно было случиться. Он не остался там, где было его настоящее место, и вот что получилось.
— Это был блестящий ум, Эдмунд, — возразил лорд Кембридж, — и преданный слуга короля. Его преступление состояло в том, что он рискнул возразить королю.
— Расскажите о костюме леди Филиппы, — попросила Мейбл.
— Она была одета павлином, — пояснила Элизабет и стала рассказывать.
Когда она поднялась к себе, по деревенским меркам было уже довольно поздно.
После ее ухода лорд Кембридж приоткрыл завесу тайны:
— Я найду ей мужа, хотя знаю, что она не обрадуется, если это произойдет. Пусть ей уже двадцать два, но она еще не познала страсти. Давно пора это сделать.
— Ты пошлешь за Розамундой? — поинтересовался Эдмунд.
— Рано. Пусть Элизабет побудет дома, прежде чем ее мать и Логан начнут терзать бедняжку по поводу воображаемой неудачи. Еще есть время для мужа и детей.
— Молодой шотландец, который пробыл здесь всю зиму… — заговорил Эдмунд. — Его отец написал, что овцы, купленные для Грейхейвена, похоже, прижились, и он, с разрешения Элизабет, вновь хочет прислать сына, чтобы тот побольше узнал о ткачах и станках.
— Вот как, — пробормотал Томас.
Что ж, это верный знак того, что он сможет осуществить свой план.
— Что ты ответил? — с деланной небрежностью спросил он.
— Я не увидел в этом ничего дурного. Написал хозяину Грейхейвена — пусть присылает своего сына, но, чтобы узнать все, тому придется прожить здесь всю осень, а возможно, и зиму.
— Очень мудро с твоей стороны. Он кажется довольно приятным парнем… и к тому же умным.
— Когда вы возвращаетесь в Оттерли? — осведомилась Мейбл.
— Через несколько дней пошлю дорогого Уилла узнать, как идет стройка. Я не вернусь, пока новое крыло не будет отделано. Уилл должен убедиться, что на этот раз нам не станут мешать. Как бы я ни обожал свою милую Бэнон, ее выводок слишком шумен и энергичен для человека моих лет.
— А что будет, если Элизабет выйдет замуж и нарожает детей? — фыркнула Мейбл. — Тогда вы больше не сможете прятаться во Фрайарсгейте. Уверены, что хотите найти ей мужа?
— Да, ради нее самой, ради дорогой Розамунды и особенно ради Фрайарсгейта! А я буду жить спокойно и счастливо в своих уединенных покоях! Но иногда буду наезжать во Фрайарсгейт.
Томас зевнул, потянулся и встал.
— Я утомлен этой бесконечной поездкой и всеми треволнениями! Слишком много я перенес за последние два с половиной месяца! И теперь хочу спать. Доброй ночи, Эдмунд, Мейбл.
Он направился к себе, размышляя на ходу. Простой шотландец Бэн Маккол. До отъезда из Гринвича Томас о нем не вспоминал. Но теперь он не шел у Томаса из головы.
Элизабет нуждается в муже. В человеке, который бы так же усердно занимался Фрайарсгейтом, как она сама. В человеке, который добровольно согласится уйти в тень, чтобы девушка поверила; власть над Фрайарсгейтом по-прежнему в ее руках. В хорошем человеке, каким был ее покойный отец, сэр Оуэн Мередит.
Лорд Кембридж знал, что между молодыми людьми существовало взаимное влечение. Не может ли он позаботиться о том, чтобы это влечение загорелось вновь? Чтобы оно переросло в любовь? И будет ли шотландец любить Элизабет настолько, чтобы забыть о том, что разделяет их две страны? Бэн Маккол — не Флинн Стюарт. Он предан отцу, который взял его в свой дом, любил и заботился о нем. Но сам Бэн — незаконный сын, поэтому не может стать наследником. Однако захочет ли отец дать ему свободу в обмен на богатство и почет? Настоятель Ричард прав: ему понадобится чудо. Но как ни странно, это его не пугало. Он прожил хорошую жизнь, был щедр и великодушен с окружающими. Господь наверняка подарит ему чудо!
Томас Болтон молился истово, как никогда в жизни. Потому что он прав. И твердо это знает.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Своенравная наследница - Смолл Бертрис



Было интересно прочитать как новинку. Аннотация практически не отражает суть романа, причем тут немилость короля? Сам роман дружбой главной героини с избранницей Генриха VIII наполнил другой роман 'Вспомни меня любовь' (Блейз Ундхем-2).
Своенравная наследница - Смолл БертрисЮлли
26.09.2011, 15.54





красивый роман о любви англичанки и шотландца о том как женщина совратила мужчину которого очень любила и как смогла доказать ему что она его женщина и любовь всей его жизни интересный роман учитесь женщины как нужно завоевывать мужчин как истинная любовь помогает в достижении своей цели
Своенравная наследница - Смолл Бертриснаталия
6.11.2011, 17.52





очень яркий роман.после того как прочитал всего много да они все связанны большинство между собой как сага омалли блейз уиндхем,но это же и интригует сравнения воспоминания о каждом хорошие романы много узнаем исторического и вобще расслабляют нашу повседневную жизнь. спасибо писательнице пишите больше советую всем почитать читаю все сама с улыбкой на лице
Своенравная наследница - Смолл Бертрисэля
21.11.2011, 0.20





Мені сподобався цей роман як майже всі романи Бертріс Смолл. З нетерпінням чекаю нових романів і надіюсь це буде продовженням цього роману. Шкода що ці романи не видаються українською мовою,хоча б онлайн.
Своенравная наследница - Смолл БертрисОлеся
9.05.2012, 22.40





очень хорошая книга читала на одном дыхании как и все книги моей любимой писательницы.
Своенравная наследница - Смолл Бертрисксюша
13.05.2012, 16.04





книга классная
Своенравная наследница - Смолл Бертрисольга
25.06.2012, 13.00





спасибо
Своенравная наследница - Смолл Бертрисольга
5.09.2012, 18.16





Спасибо писательнице.мне очень понравилась.класный роман.
Своенравная наследница - Смолл Бертрисberna
19.01.2013, 2.21





Неплохой роман, но исторические факты как-то слишком сухо изложены, а вот любовная линия мне понравилась: 6/10.
Своенравная наследница - Смолл БертрисЯзвочка
19.01.2013, 5.24





очень красивый и интересный роман. Красивая любовь. читается очень легко и с большим интересом. Советую не пожалеете.
Своенравная наследница - Смолл БертрисВладислава
25.03.2014, 23.19





1/10rnНаискучнейшая, наибанальнейшая книга с искусственным нагромождением сюжета. Крайне раздражают повторяющиеся отступления о том, что (по всей видимости) было в других книгах этой серии. Главный герой просто унылый, бесхребетный теленок. Главная героиня ограниченная до оскомины! Потраченного времени жаль.
Своенравная наследница - Смолл БертрисЛи
14.04.2014, 13.51





Скучный и неинтересный сюжет.
Своенравная наследница - Смолл Бертриселена
25.07.2014, 0.50





Сестра Филиппа- чопорная ханжа, такая противная... Особенно с младшей сестрой. И хотя считает себя искушённой в придворных делах- совершенно нет никакого чутья и ума. Младшая сестра-молодец, только приехала ко двору-сразу поняла откуда ветер дует: надо стать подругой Болейн!Героиня мне очень понравилась вообще.
Своенравная наследница - Смолл БертрисМарина
7.11.2014, 6.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100