Читать онлайн , автора - , Раздел - 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

16

Утром Скай отправила Дейзи на розыски Роберта Смолла. Маленький капитан объявился после восхода сильно потрепанным, с красными глазами. Она ужаснулась:
— О, Робби, сколько же ты выпил? Он слабо улыбнулся:
— Не в выпивке дело! Близняшки шестнадцати лет… Эх, молодость!
— А твой приятель де Гренвилл остался жив?
— Едва-едва. Слава Богу, у нас была твоя карета. Я сдал его на руки его мажордому. Для девонского моряка у него слишком слабый желудок/
Скай подавила щекотавший горло смех.
— Я уезжаю на несколько дней, — сообщила она. — Хоть это и секрет, но тебе скажу: я буду на постоялом дворе под названием «Утка и селезень». Чтобы ты знал, в случае чего-либо неотложного, где меня искать.
— Ты будешь не одна, — голос капитана прозвучал утвердительно.
— Нет, не одна, Робби. Моряк вздохнул:
— Не хочу тебя расстраивать, девочка, но Саутвуд — такая холодная бестия.
— Но не со мной. Кроме того, хоть это и звучит ужасно, я его не люблю. Не знаю, полюблю ли я кого-нибудь опять. Память о Халиде слишком жива во мне. Но Саутвуд мне нравится. К тому же, Робби, ты ведь понимаешь, что мне понадобится покровитель. Весной ты уедешь на несколько месяцев. Я одинокая женщина, у меня нет семьи, только дочь. Жизнь моя началась с Халида. У меня нет прошлого. Получив королевскую хартию, мы станем преуспевать в делах, а покровительство графа позволит мне свободно заниматься делами, мне не будут докучать надоедливые приставания других мужчин.
— Но какую за это придется платить цену, Скай!
— Стать общепризнанной любовницей Саутвуда, — рассмеялась она. — А какой у меня выбор? Замужество? С кем? И ты прекрасно знаешь, чтобы обеспечить будущее Виллоу и свое тоже, мне необходимы деньги. Я любила Халида и уважала его. Но какое будущее ждет здесь Виллоу, если станет известно, что ее отец — Алжирский Сводник? Нет, Робби, цена не выше награды. У графа Саутвуда никогда не было такой любовницы, как я, и он не скоро меня сменит. Когда Виллоу подрастет, она окажется богатой наследницей с влиятельным «дядюшкой». И я смогу удачно выдать ее замуж. Робби пожал плечами:
— Я вижу, ты, как обычно, все продумала. Спорить с твоей логикой невозможно. Должен я желать тебе счастья?
— Он любит меня, Робби. Он сам это сказал. И, чувствую, это правда. Женщина всегда знает, когда ее обманывают. А меня, я надеюсь, не так просто обвести вокруг пальца.
— Хорошо, хорошо, девочка. Я только хочу, чтобы ты была счастлива.
— Знаю, Робби. Не беспокойся, у меня все в порядке. Капитан неуклюже похлопал ее по руке, Скай наклонилась и поцеловала его в огрубевшую щеку.
— Ах, Робби, что бы я без тебя делала. Ты мой самый лучший друг.
Около полудня Робби стоял в дверях и наблюдал, как Скай удалялась по дорожке от дома, пустив рыжую кобылу неспешной рысью. Ему было грустно. Скай выглядела элегантной в черном бархатном костюме для верховой езды с кружевами на вороте и рукавах, в плаще из полосок бархата, отороченного соболиным мехом с тяжелой витой золотой застежкой. Меховая оторочка капюшона оттеняла белизну ее лица. На ногах Скай красовались сапоги из тончайшей испанской кожи, на руках перчатки из Парижа.
Робби вздохнул. Утром он успел сходить на Темзу и договориться с лодочником, чтобы тот доставил ее чемодан в «Утку и селезня». Он хотел лишь одного, чтобы Скай была счастлива.
Она объяснила ему, что встречается с графом на дороге в миле от Стрэнда. Они не хотели, чтобы их видели вместе. День стоял ясный и прохладный, и Скай едва удерживалась, чтобы не пришпорить лошадь. В полдень — обеденное время — народу на улице было мало. Она проехала несколько минут, как вдруг услышала позади стук копыт. За ней на огромном черном жеребце скакал какой-то мужчина.
— Добрый день, сеньора Гойя дель Фуэнтес.
— Сэр?
— Найл, лорд Бурк. Прошлым вечером мы встречались на празднике у графа Линмутского.
Скай окинула взглядом темную фигуру мужчины с серебристыми глазами. Он показался ей весьма привлекательным, но смотрел он на нее как-то странно, и Скай почувствовала раздражение.
— Ах да, конечно, милорд. Прошла ли головная боль у вашей жены?
— Спасибо, с ней все в порядке, — он пустил своего жеребца рядом с лошадью Скай. — Вы всегда ездите одна, мадам? Должен предупредить — это опасная привычка.
— У меня назначена встреча, милорд. И я решила, что нет смысла брать с собой конюха, — раздраженно ответила она. Как смеет он ее поучать? Но от лорда Бурка не так-то просто было избавиться.
— Я слышал, вы выросли в Алжире? — глаза испытующе смотрели на нее.
— Да, милорд.
— А родители ваши были ирландцами?
— Так мне рассказывали.
— И вы их не знали? — недоверчиво спросил он.
— Я не помню их, милорд. Капитан корабля отвез меня в монастырь Святой Девы Марии и препоручил заботам монахинь.
— У вас необычное имя.
— Так я назвала себя, когда меня туда привезли. А монахини добавили еще имя Мария, потому что сочли мое не христианским. — Она сама не могла понять, зачем приукрасила свою историю. Какое кому дело до того, что ее зовут Скай? И почему этот человек сует нос в ее дела? Она была почти уверена, что за следующим поворотом дороги ее поджидает Джеффри, и улыбнулась Бурку. — А теперь я должна вас покинуть. Меня ожидает друг. — И, прежде чем он успел что-либо возразить, пришпорила лошадь.
Он не сделал попытки последовать за ней, продолжая ехать неспешной рысцой. За поворотом Найл заметил, как она удаляется в сопровождении мужчины на большом кауром жеребце. Скорее всего лорд Саутвуд, подумал Бурк с горечью, вспомнив дошедшие до него прошлым вечером слухи.
Теперь Найл был еще больше смущен. Она выглядела и говорила, как Скай О'Малли. Даже имя было то же. Конечно же, это его Скай. И все же… Он покачал головой. Она его не узнавала.
Потом ему в голову пришла мысль, что Скай все-таки выжила, но была обесчещена захватчиками, помещена в гарем и теперь этого стеснялась. Может, она и вела себя так ради него? Но здравый голос говорил другое — как сумела она сбежать из плена? К тому же у нее ребенок. И капитан Смолл — такой уважаемый человек, не только подтверждал ее рассказ, но и покровительствовал ей.
Затем в голову пришла сумасшедшая мысль — а не отвез ли ее в Алжир сам Дубхдара? Ведь говорили о капитане, который передал девочку монахиням в Алжире. А если она его незаконнорожденная дочь? Бог знает, сколько у него было таких детей. Старый сатир никогда не отказывал себе в удовольствиях. Но если это сделал он, возникает вопрос: зачем?
Вздохнув, Найл повернул коня обратно к Стрэнду. Он возвращался домой, когда заметил Скай и решил с ней поговорить. По-видимому, он обманулся — все это простое совпадение имен и поразительное сходство. Он любит свое жену, а Скай умерла. Нужно верить в это, иначе сойдешь с ума.
Граф Линмутский и Скай скакали бок о бок без всяких происшествий. Джеффри Саутвуд полюбил впервые в жизни, и ему предстояло провести три замечательных дня со своей любимой.
— Как ты красива! — крикнул он, и Скай откинула назад голову, чтобы сбросить капюшон и открыть для него лицо и белую шею. Он захотел остановиться и покрыть поцелуями возлюбленную. — Как тебе удается быть одинаково прекрасной и под солнцем, и под луной? Ты знаешь, что совсем околдовала меня, сеньора Гойя дель Фуэнтес?
Скай раскраснелась, черные ресницы трепетали на розоватых щеках:
— Милорд, ты меня смущаешь!
— Почему? Разве до сих пор тебе никто не говорил комплиментов?
— Муж, — ответ прозвучал очень просто.
— Извини, дорогая, извини! Хочешь, мы повернем назад?
— Нет, Джеффри, я назад не хочу.
Вздохнув с облегчением, он обозвал себя глупцом. Это ее первое любовное приключение, и она, естественно, стесняется. Не говоря ни слова, он взял ее за руку, и они молча поскакали дальше. Вокруг расстилался милый английский пейзаж. В голубом январском безоблачном небе ярко сияло золотое солнце, свежий прохладный воздух бодрил. Дыхание легкими облачками вырывалось и у седоков, и у лошадей. Долина Темзы расстилалась перед ними, и, казалось, на всем свете они, как Адам и Ева, были одни.
Занятая своими мыслями, Скай молчала. Ей нравился этот человек, но она сомневалась, что сможет полюбить его или какого-нибудь другого мужчину. В любви заключалась и страсть, и страдание. И она считала, что перенесет еще одну потерю. А просто наслаждаясь обществом Джеффри, его любовью, будет избавлена от страданий.
Январское солнце стало клониться к закату, когда они подъехали к очаровательному постоялому двору, расположенному на берегу Темзы — . От дороги его отделяла низкая каменная стена, за которой раскинулся двор. С обеих сторон от входа висели вывески, на которых был изображен селезень в окружении нескольких уток. Дом был покрыт соломой и до половины обшит досками. В окнах с металлическими переплетами виднелся эспарцет и плющ. Из большой трубы вился голубовато-серый дымок. Они подъехали ко входу. Заслышав цокот копыт, навстречу выскочил конюх и принял у них лошадей. Рука графа задержалась на талии Скай, когда он снимал ее с кобылы, она почувствовала, как под шелковым бельем по коже побежали мурашки. Крепко взяв за руку, Джеффри повел Скай в дом.
— Милорд Саутвуд! — Им навстречу поднялся круглолицый человек. — Добро пожаловать, милорд и миледи! Утром меня известили о вашем приезде, и ваша комната готова. Во время вашего визита других гостей у нас не будет.
— Спасибо, мистер Паркер. Мы хотели бы перекусить, как только ужин будет готов.
— Слушаюсь, милорд. Роза! Куда подевалась эта девчонка? Роза!
— Я здесь, отец!
— Проводи милорда Саутвуда и леди в их комнату.
Роза, пышная молодая особа, чья грудь грозила вырваться за пределы блузки, игриво улыбнулась графу и присела в реверансе.
— Сюда, милорд, мадам, — показала она, провожая их не вверх по лестнице, а по коридору в боковое крыло. Дверь отворилась, открывая взгляду чудесную комнату с побеленными стенами и эркерным окном. В большом камине пылал огонь, резная дубовая кровать имела полог из ткани зеленого и белого цветов. Стены и потолок поддерживали темные дубовые балки. По одну сторону камина размещался круглый полированный столик с глиняной вазой с сосновыми ветками. Рядом с ними стояли два стула. В ногах кровати в сундуке хранились одеяла. В эркере устроена тахта с подушками, обитыми в те же белые и зеленые цвета, что и полог у кровати. Роза поправила в камине дрова, и они вспыхнули еще ярче.
— Ваши чемоданы поставили у кровати, милорд. Принести вам что-нибудь?
— Ты что-нибудь хочешь, дорогая? — посмотрел Джеффри на Скай.
Во вздохе юной служанки ясно чувствовалась зависть к красивой леди.
— Ванну, — попросила Скай. — Я вся пропахла лошадьми. Граф улыбнулся ей и повернулся к Розе:
— Ты присмотришь за этим, душка? — он взял девушку за подбородок и заглянул в ее карие, большие, как у коровы, глаза.
Служанка чуть не лишилась чувств:
— Х-хорошо, милорд. С-сию минуту, милорд. В-ванну. Джеффри отпустил ее, девушка повернулась и юркнула в комнаты. Граф тихонько рассмеялся.
— Какой ты негодник, — упрекнула его Скай.
— Что есть, то есть, — согласился Саутвуд. — И поэтому я буду мыться вместе с тобой. Я ведь тоже пропах лошадьми, — он притянул ее к себе, откинул с головы капюшон и освободил волосы. Они черной сверкающей массой упали ей на спину. Одной рукой он обнимал ее за талию, а другой гладил по волосам. Скай почувствовала, что слабеет от его прикосновений, и постаралась овладеть своими чувствами. В зеленоватых глазах отразилась борьба. На какой-то миг она разозлилась и попыталась высвободиться. Он тут же отпустил ее.
— Я никогда ни к чему не буду принуждать тебя, Скай, — произнес он, а про себя они оба подумали: потому что этого и не требуется.
В дверь тихонько постучали, и слуга внес в комнату небольшую круглую, выдолбленную из дуба ванну. Несколько мальчиков тащили за ним ведра с водой. Роза распорядилась поставить ванну у камина, а перед ней установить резную деревянную ширму. Наполнив ванну, мужчины покинули комнату, и она спросила:
— Мне остаться, чтобы помочь вам, мадам?
— Спасибо, Роза, буду тебе за это признательна. — Голубые глаза Скай озорно блеснули. — Извини, Джеффри. Видишь, ванна слишком мала, тебе придется мыться после меня. — Месть была маленькой, но приятной. Подавив смех, Скай скрылась за ширмой и там не спеша сняла с себя одежду.
Сидя на кровати, Джеффри наблюдал из-под полуприкрытых век, как она из-за ширмы передала услужливой Розе сначала дорожное бархатное платье, потом надушенное шелковое белье. Легкий всплеск свидетельствовал о том, что она погрузилась в ванну.
— Вам помочь, мадам?
— Нет, Роза, я вымоюсь сама.
— Я прикажу, чтобы ваше платье почистили, а белье постирали, мэм, а потом вернусь.
— Не надо, — произнес граф, — я сам позабочусь о миледи. — И вытолкнул за дверь служанку. А чтобы та не обиделась, сунул ей в карман передника золотой и, шлепнув по заду, отослал прочь. Дверь затворилась, щелкнул замок. — А теперь, мадам, поговорим! — Он кинулся через комнату и отшвырнул в сторону резную ширму.
Скай была вся покрыта пеной, темные волосы заколоты на затылке. Дразнящими глазами она посмотрела на него.
— Милорд?
Он сорвал с себя одежду, разбросав где попало, и решительно направился к ванне.
— Нет! — взвизгнула она. — Ты затопишь все вокруг!
— Тогда вылезай и дай вымыться мне, — насмешливо ответил он.
— Но я еще не кончила!
— Зато я уже готов!
— Подай мне полотенце, негодник! — Но граф нарочно убрал его подальше, чтобы, потянувшись за ним, она должна была встать. Пена капала с ее соблазнительного тела, и у Джеффри внезапно перехватило дыхание. Его проказник шевельнулся. Ухватившись за край полотенца, он притянул Скай к себе и поцеловал. Ее маленькие груди требовательно уперлись в него.
— Скай! — голос его дрогнул от вожделения. Но, внезапно поскользнувшись, граф рухнул в ванну. Скай расхохоталась.
— Ну вот, мистер Развратник, охладись немного и смой с тела дорожную пыль. Ты уж больно напорист с женщинами. Фи! Стыдись. Не успели мы приехать, как ты пристал к служанке, потом целовал меня, шлепнул по заднице Розу. Да-да, я это видела! А потом попытался влезть ко мне в ванну бог знает для чего. Ну нет, милорд. Если ты хочешь, чтобы я была твоя, я требую верности. Ты способен на нее, Джеффри Саутвуд?
На миг он разозлился. Разозлился на безродную женщину, жену Алжирского Сводника. Как она смеет ставить ему условия? Но, посмотрев на нее, почувствовал, как гнев тает. Она была не какая-нибудь шлюха, которую можно по настроению любить или не любить.
— Угодила прямо в цель, дорогая, — грустно признался он.
— Я научу тебя хорошим манерам, Саутвуд, — мстительно ответила Скай.
— Потри-ка мне спину, — продолжил он словесную перепалку и улыбнулся, когда она повиновалась.
Утром Скай решила, что если она станет любовницей графа, то только на своих условиях. Она не будет одной из многих, а станет единственной его любовью. Свою любовь и уважение она готова дарить в обмен на его. И сейчас она выиграла первое сражение.
Они поели в своей комнате у камина. Ужин оказался простым, но вкусным — вареный лангуст, артишоки в масле под уксусным соусом, только что выпеченный хлеб, масло, печеные яблоки с цветным сахаром и сбитыми сливками, острый сыр и графин белого вина.
Потом, взявшись за руки, они лежали на пухлых набитых гусиным пером подушках в постели, пахнущей лавандой, задремавшая Скай внезапно проснулась и, глядя на пляшущие в камине языки пламени, почувствовала, что он тоже не спит. Повернувшись, она положила голову ему на грудь, там, где билось сердце.
— Я влюбился в тебя, девочка, — тихо произнес Джеффри. — Ты это поняла, Скай. Никогда прежде я не любил, но Бог свидетель, тебя я обожаю.
Он взял ее нежно, не спеша. Потом они заснули, просыпались и еще два раза предавались любви. Как и обещал граф, следующие два дня они провели вместе, наслаждаясь любовью, вкусной пищей и вином. Даже если бы они хотели заняться чем-нибудь другим, им бы это не удалось, потому что, выглянув утром в окно, обнаружили, что валит снег.
Радостные, как дети, они подбросили дров в камин и, обнаженные, нежились на одеялах, пока Роза не принесла им завтрак, яйца, толстые ломтики деревенской ветчины, хлеб, сыр, темное пиво. Снег шел целый день, и все время они валялись на кровати, поднимаясь для того, чтобы только подкормить себя или огонь в камине. Скай никогда бы не поверила, что ее можно так часто возбуждать. Каждый раз она думала, что больше уже не способна любить, но каждый раз загоралась снова.
На следующий день снег прекратился, на небе опять засверкало солнце. Они оделись и, к изумлению мистера Паркера и его жены, резвились на улице, как подростки. Но Роза была вне себя. Разве мог благородный человек, особенно такой романтический мужчина, как граф, вести себя подобным образом?
Щеки Скай раскраснелись от мороза, и она вскрикивала с притворным ужасом, когда Джеффри швырял в нее снежки. Отвечая ему, она загнала его под крышу. Один верный бросок — и на графа со ската обрушилась лавина снега, застав его врасплох.
Вечером они сидели у огня: Скай в белом платье, Джеффри в зеленом бархатном костюме. На углях в камине они жарили каштаны, а потом, обжигая пальцы, выковыривали сладкую сердцевину. В зале трактира Джеффри нашел лютню и принес ее в комнату. К удивлению Скай, оказалось, что он неплохо поет и играет. Он спел ей несколько весьма вольных куплетов, а когда Скай слабела от смеха, набрасывался на нее. Она яростно отбивалась, и они боролись до тех пор, пока и он не становился от хохота беспомощным.
Они лежали на кровати, как вдруг Джеффри неистово ее поцеловал.
— Скай! Скай! Люби меня хоть немного!
— Но я люблю тебя, Джеффри! — запротестовала она.
— Нет, дорогая, это лишь страсть! Тебе нравится то, что я делаю с тобой, но ко мне ты ничего не чувствуешь. Ты такая красивая, такая умная, такая очаровательная. Я думал, этого достаточно. Но этого мало! Я хочу, чтобы ты любила меня так же, как и я тебя.
— О, Джеффри! — в ее голосе почувствовалось искреннее сожаление. — Не знаю, полюблю ли я кого-нибудь снова. Любовь приносит такую боль. Ты мне нравишься, и я надеюсь, что мы останемся друзьями. Это больше, чем отношения большинства мужчин с их любовницами.
— Но ты не похожа на других, любовь моя. И я хочу от тебя большего, Скай, чем мужчины получают от своих любовниц.
— Ты не имеешь на это никакого права! — закричала она на него. — Я отдалась тебе только потому, что захотела отдаться. Только поэтому. — Она стояла на кровати на коленях, волосы рассыпались по изящным плечам. — Ни для кого я не буду игрушкой. Запомни это, милорд граф!
Ее голубые, как сапфиры, глаза сверкали пламенем, от возмущения она порозовела. В этот миг она была самой прекрасной из женщин. И все же он был зол на нее. Он — Джеффри Реджинальд Майкл Артур Генри Саутвуд, седьмой граф Линмутский, а она безвестная женщина без прошлого. Он Ангельский граф, по которому сохнут все женщины. И он ей первой подарил свою любовь. Она должна ее принять!
Его голос стал угрожающе низким и задрожал:
— Я ни о чем не прошу тебя, Скай. Но если ты не сможешь снова научиться любить, а просто будешь отдавать свое тело, в чем разница между тобой и обыкновенной шлюхой?
Потрясенная, она побелела, глаза расширились. Подавшись вперед, она дала ему пощечину, и пальцы оставили на коже красные отметины. Машинально он ответил ударом на удар, потом подмял ее под себя.
— Пойми, твой муж давно мертв!
Яростно сопротивляясь, она закричала:
— Не смей говорить о нем! Никогда не смей говорить о нем! Он был добр, благороден и мудр, и я любила его! Ты слышишь! Я его любила! И никого больше не полюблю!
— И остаешься верной этой любви, — рассвирепел граф, — поступая, как шлюха! Сердце твое закрыто, но тело ты тешишь. Хорошо, дорогая, если желаешь быть шлюхой, я покажу тебе, что это такое!
Несколькими быстрыми движениями он сорвал с нее платье, стиснул груди, коленом грубо раздвинул ее бедра.
— Нет, Джеффри!
Ее глаза мерцали в отсвете пламени, и он наклонился, чтобы поймать ее губы. Скай вывернулась. Потеряв равновесие, он упал на подушки, а она, нащупав ногами пол, бросилась в другой угол комнаты. Но, добежав до двери, поняла безнадежность своего положения. Голой она вряд ли могла улизнуть.
Граф не спеша шел через комнату.
— Ну пожалуйста, Джеффри!
Его глаза стали безжалостными. Защищаясь, она вытянула вперед руки. Но он прижался к ней, за ее спиной была стена.
— Шлюх часто берут в коридорах, прижав спиной к стене, — бесцветным голосом проговорил он, раздвигая ей бедра. — Ну-ка, обхвати меня за шею руками, а ноги положи на бедра. Учись вести себя, как твои сестры по профессии!
Скай яростно отбивалась, стараясь вывернуться и вцепиться ногтями в глаза. Он ударил ее, и она расплакалась. Это были слезы стыда и страха.
— Пожалуйста, не надо! Пожалуйста, не так! — Слезы Скай остановили его, и он отступил. Она сползла на пол. Граф взял ее на руки и отнес на кровать, прижимая к груди.
— Какое же ты бесчувственное голубоглазое существо, Скай! Я хочу лишь одного: чтобы ты меня любила!
— Любовь приносит боль, — всхлипнула она. — Я больше не хочу страдать.
— Жизнь заставляет страдать, дорогая. А любовь — это часть жизни, точно так же, как смерть. — Гнев прошел, как только он ощутил ее муку. — Скай, любимая, почувствуй ко мне то, что я чувствую к тебе.
Она рыдала все сильнее и сильнее, оплакивая женщину, которую не могла в себе вспомнить, благородного и нежного Халида эль Бея. Она так устала.
— Люби меня, родная, — шептал он. — Дай своему сердцу волю. Тогда ты будешь выше всех женщин, даже моей жены.
Когда-то она возвела в своем сердце преграду и теперь почувствовала, как она рушится камень за камнем.
— Ты ведь не шлюха, чтобы лгать ради моего удовольствия. Ты ведь что-то чувствуешь ко мне. хотя и не хочешь признаться в этом. Разве не так, дорогая?
Потоки слез лились из глаз Скай. Она посмотрела на него.
— Да, — прошептала она так тихо, что он наклонился, чтобы расслышать.
— Ты не предашь любовь к мужу, если полюбишь меня. Ты можешь и должна любить снова — это дань твоему чувству, которое ты испытывала к мужу. А теперь полюби меня, дорогая.
В комнате надолго воцарилось молчание, а потом она произнесла:
— Хорошо, Джеффри.
Безмерно осторожно он лег рядом с ней на кровать и принялся осушать губами слезы, струящиеся по щекам и шее на прекрасную грудь. Он боготворил ее совершенство и ткнулся ртом в каждый сосок. Как будто защищая, она обняла его и стала укачивать, и, утомленные, они уснули.
В сером свете январского утра она проснулась, почувствовав в себе его. Это показалось ей естественным и желанным, и она прошептала:
— Я люблю тебя, Джеффри.
Он начал ласкать ее, и его движения пробудили в них страсть. Скай ответила ему, чувствуя, как рушатся все барьеры. Она любила этого нежного и гордого лорда, который хотел обладать ею так безраздельно. Она его любила. Он этого никогда не поймет, как не могут понять другие мужчины. И пусть это останется ее секретом. Но она любила его и была теперь в этом уверена.
Ритм стал быстрее, и дневной свет померк, когда в мозгу любовников засверкали золотые молнии. Она называла его по имени, чувствовала его сильные руки, слышала успокаивающий голос, ощущала, как губами он осушает ее слезы.
— Я твоя, а ты мой, — наконец просто сказала она.
— Да, родная, — ответил он. — Мы принадлежим друг другу, и мы будем вместе. Весной я попрошу у королевы отпуск и возьму тебя в свой дом в Девоне.
— Но твоя жена…
— Мари с дочерьми не живут в Линмуте, — объяснил он. — Там хозяйкой будешь ты.
После полудня они покинули свое тайное убежище в «Утке и селезне»и отправились в Лондон. День был холодным и ветреным. Из нависших облаков то и дело грозил пойти снег. Но им все же повезло.
— Я хочу, чтобы ты переехала в мой дом, — сказал он по дороге. — Комнаты, предназначенные для графини Линмутской, которые расположены рядом с моими, мы переделаем для тебя.
— Не знаю, Джеффри, — замялась она. — Ведь у меня есть свой дом и вскоре я собиралась забрать дочь из Девона. Я не видела ее уже несколько месяцев. Она должна жить в собственном доме, а не в твоем.
— Тогда живи в Гринвуде, но позволь переделать для тебя те комнаты. Ты сможешь легко переходить из дома в дом по подземному коридору под садом. Днем ты будешь с дочерью, а вечера станешь проводить со мной.
— Хорошо, Джеффри, но если при этом мне удастся управлять Гринвудом. А до тех пор, пока комнаты не будут переделаны, я поживу у себя. Ты поужинаешь со мной сегодня вечером?
— Поужинаю. Но прежде мне необходимо явиться ко двору и выразить свое уважение королеве. — Вскоре они свернули на дорожку к Гринвуду.
— С приездом, мэм, — поприветствовал ее привратник.
Скай помахала ему рукой и улыбнулась. Приближаясь к дому, она с удовлетворением отметила, с какой поспешностью выскочил ей навстречу конюх. Любовники остановили лошадей, натянув поводья, и граф помог ей спуститься на землю. Она уже стояла на ногах, но Джеффри никак не мог выпустить ее из объятий. Покраснев, она посмотрела на него снизу вверх.
— Ты меня любишь, Скай? — тихо спросил граф.
— Я люблю тебя, Джеффри, — ответила она, не отрывая от него глаз.
— И будешь дамой моего сердца, дорогая?
— Да! — Он наклонился, долго и нежно ее целовал.
— Я извещу тебя, когда смогу прийти. — И, вскочив на жеребца, понесся по дорожке прочь. Скай вошла в дом.
— Ну вот ты и вернулась. Глаза затуманены, точно у глупой девчонки.
— Здравствуй, Робби, — Скай приветливо улыбнулась капитану. — Пойдем выпьем по бокалу вина.
— Вина? А в честь чего? — проворчал он, следуя за ней наверх в маленький салон.
— Да, вина. Я хочу отметить свою любовь. Никогда бы не подумала, что после смерти Халида способна на это, но я люблю Джеффри!
«Помилуй нас Господь, — подумал про себя капитан, что-то бормоча себе под нос и щедро разливая в бокалы рубиновое вино. Он рухнул на стул, уставясь глазами в пол. — Как ей сказать, что сообщил де Гренвилл, — думал он, — тем вечером, за чашей вина? Как поведать ей, что Саутвуд сделал ее своей любовницей, чтобы выиграть пари? А теперь мерзавец завладел ее сердцем. Будь он проклят! Лучше бы уж мне оказаться посреди урагана в Южной Атлантике!» Он медленно поднял на Скай глаза.
— За милорда Саутвуда! — предложила тост Скай. — Пусть живет вечно!
Безжизненной рукой Робби взялся за бокал.
— Да, — произнес он безучастным голосом. «Боже, как она счастлива! После смерти Халида такой я ее еще не видел! Провались в преисподнюю этот милорд! Теперь уже Скай от него поздно спасать. Пусть выкручивается сама. Пусть хоть сегодня будет счастлива!»И он одним глотком осушил свой бокал и откинулся на бархатные подушки.
— И у меня для тебя есть новости, — проговорил он. — Королева принимает нас на следующий день после Сретения. К тому времени нам нужно спланировать наше первое плавание.
Она сразу же окунулась в дела:
— Ты уже решил, куда и зачем отправиться?
— За драгоценными камнями и пряностями. В случае кораблекрушения, — объяснил моряк, — половина груза останется целой. Мы пойдем на юг, обогнем мыс Горн и войдем в Индийский океан за грузом перца, гвоздики, мускатного ореха и имбиря. Потом направимся в Бирму за рубинами — лучшие из них поступают в Рангун из центральной части страны. В Индии погрузим кардамон из Голконды, на Цейлоне — корицу и сапфиры.
— Покупай только голубые кашмирские сапфиры, — посоветовала Скай, — Халид считал, что у них лучший цвет.
— Я знаю. Плавание будет долгим и, в зависимости от обстоятельств, продлится год или два.
Она любовно посмотрела на капитана.
— Но ты ведь почти два года сидел на берегу и ждал этого плавания. Признайся, ноги соскучились по палубе? За меня не беспокойся, спокойно отправляйся в путь. Я благодарна тебе за дружбу, но теперь я уже совсем оправилась и могу сама строить свою жизнь.
— Я это знаю, девочка. Но боюсь, что тебя могут обидеть, воспользоваться твоей доверчивостью. Меня беспокоят эти штучки с твоей памятью. Во многом ты еще очень наивна.
— Но у меня есть Джеффри, Робби.
— Полагайся только на себя, Скай! Люби Саутвуда, уж если так хочешь, но не доверяй ни одному мужчине!
— Робби! Какой же ты все-таки циник!
— Не циник, а реалист. В дверь постучали.
— Войдите! — разрешила Скай.
На серебряном подносе лакей подал ей свернутый пергамент. Скай развернула его и воскликнула:
— Черт возьми!
— В чем дело?
— Джеффри вызывают из Лондона, — она повернулась к лакею. — Кто это принес?
— Один из конюхов графа.
— Можешь идти.
Слуга повернулся и вышел из комнаты.
— Что он пишет, Скай?
— Очень немного, — нахмурилась она. — Что-то случилось в Девоне.
— Ну ты хоть выспишься сегодня, — криво усмехнулся моряк, и она рассмеялась его непристойности.
— Не тебе, с твоей репутацией дамского угодника, искать песчинку в чужом глазу, — подзадорила она капитана.
Робби от души расхохотался.
Дни бежали за днями. Скай не получала вестей от Джеффри. А потом наступил назначенный срок аудиенции с королевой и Сесилом. Скай оделась элегантно, но скромно. Главного советника ее величества, лорда Бургли Уильяма Сесила, нельзя было пронять обнаженной грудью. Строгость ее темно-синего бархатного платья нарушали лишь кружева на вороте и рукавах. В их разрезах виднелась белая нижняя блузка, а сами рукава украшала золотая вышивка. Скай надела золотую цепочку, на которой через равные промежутки были прикреплены розочки из белого коралла на золотых пластинках. Блестящие темные волосы разделял посередине пробор, а на затылке они были собраны в пучок.
Река надежно замерзла, и они отправились в Гринвич в карете Скай. Сесил ожидал их в уставленной книжными полками комнате. Не мешкая, он перешел прямо к делу:
— Если мы предоставим вам королевскую хартию, что получит ее величество?
— Четвертую часть всего груза, точную карту района — у нас по два картографа на каждом корабле — и, конечно, мы готовы будем выполнить любое поручение ее величества, — ответил Роберт Смолл.
— Сколько у вас кораблей?
— Восемь.
— А сколько вы надеетесь привести назад?
— По крайней мере шесть.
— Думаю, вы переоцениваете себя, капитан Смолл, — возразил Сесил.
— Нет, милорд. Если не наскочу на тайфун, я приду назад со всеми восемью кораблями. Но серьезный шторм, конечно, может погубить один или два.
— А что вы скажете о пиратах или о бунте в командах?
— Все капитаны на моих кораблях, милорд, плавают со мной уже несколько лет. Это относится и к командам. Люди сработались и привыкли действовать в любых условиях. В отличие от многих других команд они надежны и дисциплинированны. Если понадобится, они проведут корабли через ад, но доставят их в Англию.
Сесил слегка улыбнулся:
— Ваша самоуверенность похвальна, сэр. Если все будет так, как вы говорите, мне останется лишь удивляться. — Он повернулся к Скай. — А вы, мадам, как в этом участвуете?
— Я финансирую все предприятие, — спокойно ответила она.
— Вы, должно быть, очень уверены в капитане Смолле, — сухо заметил королевский советник.
— Да, сэр, уверена. Он был партнером моего мужа в течение нескольких лет и ни разу его не подводил.
— А ваш муж…
— Дон Диего Индио дель Фуэнтес, испанский купец в Алжире.
— Испанский посол утверждает, что никогда о таком не слышал, мадам.
— Сомневаюсь, милорд, чтобы испанский посол при английском дворе был слишком хорошо осведомлен о своих согражданах в Алжире, — холодно парировала Скай.
— Вероятно, вы правы, мадам. Я заметил это так, к слову. Мой долг блюсти интересы королевы.
— Если вы, милорд Сесил, полагаете, что наше предприятие рискованно для королевы или может бросить тень на ее достоинство, я беру назад свою просьбу о хартии, и вы с ее величеством можете воспрепятствовать нам в нашем деле. Но это ставит под сомнение не только мою честь, но и честь сэра Роберта. И если я лишь недавно приехала из Алжира, капитан Смолл всегда верно служил Англии.
— Мадам, вы меня не правильно поняли. Я сказал лишь, что посланник короля Филиппа ничего не слышал о вашем покойном муже.
— А почему он должен был о нем слышать? Предки мужа уехали в Алжир несколько поколений назад. Думаю, что первый Гойя дель Фуэнтес был младшим сыном в семье, хотя другая ветвь рода проживает в Испании, где-то недалеко от Гранады или Севильи. Никогда не могла запомнить, где именно.
Сесил раздраженно вздохнул, и Робби спрятал улыбку. Скай умело запутывала канцлера. Капитана порадовало, что она была так сообразительна. Теперь, отправляясь в море, он не опасался оставлять ее на берегу.
— Не понимаю, милорд, — Скай позволила показать голосом, как она обижена. — Не понимаю, что вас так беспокоит. Я не прошу ничего, кроме поддержки ее величества, а взамен предлагаю четвертую часть прибыли и новые карты. К тому же мои корабли понесут на Восток весть о величии нашей королевы. Мне это все не представляется сомнительным предприятием.
— Проклятие! Мадам, вы нарочно переиначиваете мои слова! — взревел Сесил.
— Разве, сэр? Я буду молить Бога, чтобы он просветил меня об их истинном значении.
Переливы смеха прервали их беседу, и из укрытия в затененной части комнаты быстро вышла королева.
— Не обращайте внимания на Сесила, миссис Гойя дель Фуэнтес. Он слишком печется о нашем благополучии, и мы по достоинству оцениваем его усилия. Мы можем обойтись без любого из подданных, но только не без него. Ну-ну, друг мой, вам не обязательно знать родословную леди, чтобы вести с ней дела. Наша казна не так уж полна, чтобы отказываться от прибыли от этого плавания. А нам оно ничего не стоит, кроме нашего благорасположения. Репутация капитана Смолла говорит сама за себя.
— Хорошо, я присмотрю, чтобы хартия была выдана, если таково ваше желание.
— Именно так, милорд Сесил. Детали вы обсудите с капитаном Смоллом. А мы с миссис Гойей дель Фуэнтес выпьем по бокалу вина. — Елизавета направилась из комнаты, и Скай, сделав Сесилу реверанс, последовала за ней.
Когда дверь за женщинами закрылась, лорд-канцлер заметил:
— Красивая женщина, сэр Роберт, и очень умна. Ее величеству нравятся женщины с головой.
— Для меня она как дочь, — отозвался Робби.
— Тогда вы должны знать, что в середине января она несколько дней провела с лордом Саутвудом на постоялом дворе близ Темзы, именуемом «Утка и селезень».
— Знаю, — Робби начал закипать от гнева. — Вы очень уж внимательно следите за обыкновенной, никому не приносящей вреда женщиной.
— Ирландкой по происхождению, вышедшей замуж за испанца. И Ирландия, и Испания — исконные враги Англии, — сухо заметил Сесил.
— А лорд Саутвуд тоже под подозрением? — раздраженно спросил капитан.
— Лишь в той мере, в какой любого приближенного королевы могут использовать в дурных целях. Роберт Смолл вскочил:
— Сэр, я не желаю далее выслушивать ваши инсинуации против Скай! Она достаточно страдала, но по-прежнему остается мягкой добропорядочной леди. Уверяю вас, она вполне благонадежна.
— Садитесь, садитесь, капитан Смолл. Ваши собственные слова принудили нас к этому небольшому расследованию, хотя мне и по нраву ваше отношение к связи леди Скай и лорда Саутвуда. Однако имейте в виду, что королева его очень ценит.
— Он утверждает, что любит Скай, — ответил Робби, — и, храни ее Боже, она любит его.
— Странно, — пробормотал Сесил. — Не похоже на графа. Обычно он женщин всерьез не принимает. Может, он и в самом деле в нее влюбился?
А вдали от них обсуждаемый джентльмен яростно набрасывался на побледневшую, сжавшуюся от страха жену. Никогда Джеффри Саутвуд не был так зол.
— Сука! Сука! — кричал. — Ты убила моего единственного законного сына! Как ты могла дойти до такой глупости? Ты знала, что вокруг свирепствует оспа и все равно написала графине Шрусбери, чтобы она отправила его домой на Двенадцатую ночь. И все это без моего разрешения. Бог свидетель, Мари, я готов тебя убить!
— Так чего же ты медлишь, Джеффри? — закричала она в ответ. — Ты ненавидишь и меня, и дочерей. Так убей нас всех!
Ее горе немного успокоило графа. Он холодно посмотрел на жену:
— Я собираюсь развестись с тобой, Мари. Надо было давно это сделать.
— У тебя для этого нет оснований.
— Найдутся, Мари. Ты рожаешь одних дочерей. Единственного сына, которого ты сумела родить, ты же и убила. Ты отказываешься принимать моих друзей, а деньги, которые я посылаю на хозяйство, прячешь для приданого дочерям, хотя я и запретил им выходить замуж. У меня достаточно оснований. Но если потребуется, я приведу полдюжины мужчин, которые засвидетельствуют, что близко знались с тобой.
— Ты просто негодяй, Джеффри, — прошептала потрясенная жена.
Он ударил ее, и она упала на колени.
— Негодяй! — повторила женщина.
Граф повернулся и вышел. Это было последнее слово, которое она сказала мужу. Ночью она сама слегла в оспе и вместе с ней все их дочери. Через несколько дней она умерла. За ней последовали Мери, Элизабет, Катрин и Филиппа. Лишь три младшие девочки остались в живых. Сам граф не заразился, потому что еще в детстве в легкой форме переболел оспой.
Графиню с дочерьми похоронили без особых церемоний.
Колокол прозвонил их уход из жизни, когда повозки везли гробы на семейное кладбище. Джеффри рассказал оставшимся в живых дочерям о смерти матери и сестер, но они были так малы, что вряд ли поняли, о чем он им говорил. Впервые присмотревшись к девочкам, граф вдруг понял, что они миловидны. Оставив подробные инструкции по уходу за детьми, он уехал из Девона ко двору.
В Девоне он пробыл два месяца. В Англию пришла весна, и двор переехал из Гринвича в Нонсач. Его встретили очень тепло, особенно дамы, потому что весть о его потере намного опередила графа. Джеффри жаждал увидеться со Скай, ему не терпелось оказаться в Лондоне. Но без разрешения королевы он отлучиться не мог и ждал удобного случая, чтобы испросить разрешения.
В Лондоне Робби готовился расстаться со Скай. «Наяда»и ее побратимы-корабли со всем необходимым на борту ожидали отплытия в Пуле. Капитан откладывал его до последней возможности, потому что в последнее время Скай была постоянно расстроена и по малейшему поводу начинала плакать. Он послал в Девон за сестрой, Мари и детьми. Увидев Виллоу, которой вскоре исполнялось два года, Скай немного воспряла духом.
Капитан догадывался, что ее так расстраивало. Без сомнения, бегство Саутвуда. С тех пор как они вернулись из своего маленького путешествия в январе, Скай не получала от него ничего, кроме той записки, в которой он говорил, что ему срочно необходимо выехать в Девон. Роберт Смолл снова сказал себе, что граф оказался откровенным подлецом. Видя, какая она бледная и ко всему безразличная, он проклинал Саутвуда и переживал, что ничего не может поделать.
Но наступил момент, когда отплытие откладывать больше было нельзя. Накануне Скай устроила Робби небольшой ужин. Был приглашен де Гренвилл. За столом присутствовали госпожа Сесили, Жан и Мари. Де Гренвилл намеревался плыть с Робби до Ла-Манша. Еда была изысканной, но Скай лишь притронулась к ней. Чувствовалось, что ее веселье наигранно. По крайней мере, горько думала она, Саутвуд сделал доброе дело — представил ее королеве и помог получить хартию. Что же до любви… страсть всегда сопровождалась болью.
Вскоре де Гренвилл был уже навеселе и, склонившись к Скай, доверительно говорил:
— Для такой скромной и образованной женщины вы мне слишком дорого обошлись, миссис Скай. Теперь, когда граф Линмутский вернулся ко двору, он, должно быть, истребует мою яхту.
Он вернулся! И не написал ей даже ни слова!
— А почему он должен требовать вашу яхту, Дикон? — спросила она с отсутствующим видом. Роберт Смолл встрепенулся:
— Эта история не для ушей Скай, Дикон, — и пнул ногой друга под столом. . Но де Гренвилл не обратил на него внимания. Терпкое вино затуманило его голову:
— А почему бы ей не сказать, Робби. Когда он заберет мою яхту, при дворе все об этом узнают. Не знаю, зачем я с ним поспорил, но мне так хотелось его жеребца.
Скай почувствовала, как от предвестия чего-то ужасного в ней все холодеет:
— О чем поспорили, Дикон?
— Довольно, де Гренвилл, — вскричал Робби, беспомощно взглянув на сестру и Мари.
— Нет, Робби, — возразила Скай, — я хочу послушать, что скажет Дикон. Пожалуйста, сэр, просветите меня, по поводу чего бился об заклад милорд граф.
— Я поставил свою яхту против его лучшего жеребца, что в течение шести месяцев он не сможет сделать вас своей любовницей. Выигрыш казался таким верным. Тогда в Дартмуре вы его так отшили. Я вообще считал, что он не в вашем вкусе. Зря я не прислушался к отцу: тот всегда говорил, что на женщин нельзя полагаться.
Госпожа Сесили и Мари разинули рты. Галл Жан философски пожал плечами. Но Робби, лучше всех знавший Скай, затаил дыхание в ожидании взрыва. И он не замедлил последовать.
— Подлец! — воскликнула она. — Какой подлец! Я убью его! Убью! Или нет. Я сделаю с ним то, что Мари сделала с капитаном Джамилем. — Слезы хлынули у нее из глаз, и, подобрав юбки, она бросилась из комнаты.
Мари и Сесили хотели последовать за ней, но Робби остановил их жестом и сам направился за Скай. Увидев, что она спустилась с террасы и бежит через сад, он кинулся за ней, перебирая короткими ногами и крича:
— Скай, девочка! Подожди меня, Скай! Она остановилась, но не обернулась. Подбежав, он заметил, что ее плечи трясутся. Робби повернул ее к себе и обнял. Скай горько плакала.
— Скай, девочка, не трать своих слез на него. Он их не стоит.
— Я л-люблю его, Робби. Л-люблю этого негодяя!
Моряк вздохнул. Ему не хотелось ее и дальше расстраивать, но ничего не оставалось делать. Пусть лучше узнает от него, чем от какого-нибудь пройдохи вроде де Гренвилла.
— Я хочу, чтобы ты узнала это от меня. Единственный сын Саутвуда, жена и четыре дочери умерли от оспы. Поэтому-то он и уехал в январе в Девон. Де Гренвилл намекнул, что при дворе поговаривают, что королева подыскала ему богатую невесту, а от выгодной партии граф Линмутский никогда не откажется. И теперь, когда он лишился сына, ему обязательно нужно жениться. И чем быстрее, тем лучше. А при молодой жене на тебя у него не останется времени.
Взглянув на Скай, Робби снова, как и тысячу раз до этого, подумал, что она самая красивая на свете женщина. Уйдя от нее сегодня, он направится к молодой привлекательной шлюхе, но долгими ночами в море будет думать о Скай, а не о малютке Сэлли. Будет представлять лицо Скай, а внешность подружки сгладится в его памяти через час после того, как они расстанутся.
— Ты поняла, что я сказал тебе, Скай? — он пытливо заглянул в ее влажные голубые глаза. — Ты поняла, что скорее всего твоя связь с Саутвудом окончена?
Она вздохнула:
— Я беременна от него, Робби. И примерно через шесть месяцев подарю ребенка седьмому графу Линмутскому. Дай Бог, чтобы это был сын! И еще я молю, чтобы его новая богатая жена поступала точно так, как покойная, — рожала ему дочерей!
— Выходи за меня замуж, Скай.
— В тебе так много предрассудков, Робби, — печально улыбнулась она. — Проводи меня домой, и я пожелаю де Гренвиллу спокойной ночи. В котором часу ты отплываешь завтра?
— Хочу воспользоваться полуденным приливом. Утром загляну попрощаться с тобой.
Они прошли через сад, поднялись на террасу и вошли в дом. Де Гренвилл храпел на стуле.
— Свинья, — процедила Мари.
— Нет, — отозвалась Скай.
— Он оскорбил вас, госпожа. Скай пожала плечами.
— Лучше уж узнать от него, Мари, чем от какого-нибудь незнакомца. Смотри-ка, наше доброе вино не пошло ему впрок.
Внезапно двери столовой широко распахнулись, и в сопровождении остолбеневшего лодочника на пороге появился мажордом.
— Мадам, королева прибывает, — едва смог выговорить Уолтерс.
— Что?!
— Королева, госпожа, — выдавил лодочник. — Совсем уже рядом. Она послала вперед себя гонца предупредить о своем прибытии.
— Боже! А я не одета, чтобы как следует ее принять. Мари, быстрее, — и она бросилась наверх в свои покои, приказывая Дейзи на бегу:
— Принеси бордовое платье и кремовую с золотом нижнюю юбку. Рубины! Золотые ленты! Мари, беги вниз, скажи Уолтерсу, пусть приберут в столовой. Принесут ветчину, сыр, фрукты, сладкие вафли, вина. Пусть поставят все на буфете в банкетной. А Робби пусть разбудит и приведет в чувство де Гренвилла!
Мари бросилась вниз, а горничные принялись хлопотать вокруг Скай. Она быстро переоделась и привела в порядок лицо.
— Ховиз, иди-ка к окну и кричи, как только заметишь королеву!
Через несколько минут, когда Скай расправляла складки на шелковом платье, послышался возглас:
— Королевская ладья показалась из-за поворота!
Скай кубарем слетела вниз по лестнице, взяла за руки Робби и де Гренвилла, и все трое побежали через сад к пристани и оказались на ней как раз в тот момент, когда королевская ладья к ней причаливала. Мужчины выступили вперед и помогли Елизавете сойти на берег, а Скай присела перед ее величеством в изящном реверансе: юбки грациозно легли на землю, темная голова склонилась в знак покорности.
Королева одобрительно посмотрела на хозяйку дома:
— Поднимитесь, миссис Гойя дель Фуэнтес. Клянусь, ваш реверанс — самый элегантный из всех, что я видела!
Скай благодарно улыбнулась королеве, и Елизавета добавила:
— Надеюсь, вы простите нам этот необычный визит, но мы узнали, что сэр Роберт завтра отплывает, и не могли позволить ему уехать так надолго, не пожелав счастливого пути.
Робби вспыхнул от удовольствия:
— Ваше величество, вы слишком ко мне добры.
— Вы перекусите, мадам? — предложила Скай.
— Спасибо, миссис. Сэр Роберт и де Гренвилл будут меня сопровождать. А вы, Саутвуд, возьмите на себя труд проводить госпожу Гойю дель Фуэнтес и миссис Кноллиз.
Королева двинулась прочь, оставив стоять на месте ошарашенную Скай. Из королевской ладьи на берег вышел граф Линмутский с очаровательной рыжеволосой девушкой.
— Скай, позвольте вам представить королевскую кузину Леттис. А это — миссис Гойя дель Фуэнтес.
Леттис Кноллиз дружески улыбнулась. Ее кожа была по-девичьи свежей.
— Можно мне называть вас Скай? А вы зовите меня Леттис.
— Конечно, — ответила Скай. «Неужто это и есть богатая невеста, приготовленная королевой для Джеффри?»
— Рад тебя видеть, Скай, — пробормотал граф Линмутский, пока вел женщин через сад к дому. Позади них из полудюжины лодок, сопровождавших королевскую ладью, высаживались пассажиры.
— Какой у вас очаровательный дом, — похвалила Леттис. — Мне всегда хотелось иметь маленький дом на Стрэнде. Вы не бываете при дворе, не так ли?
— В этом нет необходимости. К тому же я не знатная дама. Но если королева пригласит меня туда, я подчинюсь. Они вошли в дом, и Саутвуд тихо попросил:
— Леттис, мне нужно поговорить со Скай. Займи, пожалуйста, королеву. — И прежде чем Скай успела возразить, увел ее в библиотеку и плотно закрыл за собой дверь.
— Я не могу оставлять гостей одних. Королева заметит, — забеспокоилась Скай.
— Мадам, мы не виделись три месяца. Вы не могли поздороваться со мной потеплее?
— Вы слишком многого хотите, сэр! Тем не менее выражаю вам сочувствие по поводу вашей потери!
— Ты знаешь? Откуда?
— Де Гренвилл рассказал мне сегодня вечером, — Скай отошла от графа на шаг. — Полагаю, я могу вас поздравить со счастливым браком? Это милашка Кноллиз? Медовый месяц вы проведете на яхте?
— У меня нет яхты.
— Как же, сэр, — едко заметила она. — Разве вы не выиграли яхту у де Гренвилла? Яхта стояла против жеребца. Де Гренвилл очень опечален потерей.
— Черт бы побрал этого глупца де Гренвилла, — выругался граф. — Выслушай меня, дорогая. Мы заключили пари, когда в нашу первую встречу ты не обратила на меня внимания. Я не собирался брать эту яхту. Я ведь не знал, что полюблю тебя. Я хотел сказать об этом Дикону, но забыл, а потом меня вызвали в Девон. Эта безмозглая сука, на которой я был женат, вызвала сына домой, когда в деревне свирепствовала оспа. Он приехал под родную кровлю только для того, чтобы умереть. Суд Божий распорядился так, что вслед за ним умерла она и четверо дочерей. Трое других заболели, и я оставался с ними, пока они не поправились. Я ведь не вовсе бессердечен, Скай. А они такие еще маленькие.
— Ты мог мне хотя бы написать!
— Честно говоря, это не пришло мне в голову. Я вообще не люблю писать, а тогда оспа косила людей в моем имении, я был ужасно занят. Умер мой управляющий, и пока я его не заменил, должен был сам выполнять его работу.
— Но ты уже давно вернулся ко двору. Мог бы черкнуть мне записку, милорд! Послать цветы. Хоть что-нибудь! Но ты ведь был слишком занят, подыскивая замену умершей супруге! Я тебя ненавижу, Джеффри! И никогда не прощу! Ты использовал меня, как обыкновенную проститутку! Ты обманывал меня! — Она гневно отвернулась, чтобы он не заметил навернувшиеся на глаза слезы. — Меня предупреждали, что ты последний проходимец в Лондоне, но Бог свидетель, я в это не верила.
— Ты права, — признал он. — Я был занят в Лондоне, хлопоча о своей женитьбе.
Плечи Скай дернулись, и граф расслышал, что она подавила всхлипывание.
— Леди, которую я собираюсь сделать графиней Линмутской, — самая красивая женщина в Лондоне. Она богата, и мне не приходится опасаться, что она выходит замуж из-за денег. Ее манеры безукоризненны, она отличная хозяйка, прекрасно управляющаяся и с домом, и с поместьем. Превосходная пара для меня.
Его голос был проникнут такой любовью, что каждое слово впивалось в сердце Скай, точно нож.
— Лишь одно могло помешать браку, — продолжал граф. — Следовало убедить королеву, что никто, кроме этой женщины, не станет моей женой.
— М-меня все это не интересует, господин граф. — Повернувшись, она попыталась его обойти, но он схватил ее и притянул к себе. — Мне нужно идти к гостям, — упрашивала Скай.
Он не обратил внимания на ее слова.
— Леди, о которой я говорю, не англичанка. Она утверждает, что родилась в Ирландии и вышла замуж за испанского купца, а потом овдовела. Так я и представил ее королеве, хотя сам знаю, что это не правда. Эта женщина неизвестного происхождения была захвачена пиратами, но по счастью попала на глаза великому Алжирскому Своднику. Он принял над ней покровительство, а когда был убит, она ускользнула из Алжира со всем его состоянием. Но я ее люблю и хочу себе в жены. Я убедил королеву в правильности своего выбора, и она дала разрешение на нашу свадьбу.
Скай отпрянула от графа, а когда посмотрела на него, ее глаза светились теплым голубым огнем.
— Не знаю, где ты раздобыл эти сведения. Хотя все факты верны, ты все же ничего не знаешь. Да, меня привезли к Халиду эль Бею — так звали моего мужа, милорд граф. Я потеряла память: не могла сказать, кто я такая и откуда родом. Но это ему было не важно. Он мог сделать меня шлюхой в одном из своих домов или своей наложницей. Но он поступил по-другому. Он и в самом деле взял меня под свое покровительство, но, милорд, в качестве жены! Неужели ты мыслишь так узко, что считаешь брак действительным только тогда, когда его заключает христианский священник? Главный мулла Алжира соединил меня с господином Халидом. Я по-настоящему стала женой!
Теперь она ходила по комнате взад и вперед, бордовые шелка юбки рассерженно шелестели. Ее волосы распустились и, когда она резко повернулась, чтобы взглянуть Джеффри в лицо, взметнулись у нее за плечами.
— Моя дочь, сэр, носит христианское имя отца, потому что по рождению он испанец, хотя ему и пришлось бежать из этой жестокой страны от ужасов инквизиции. Полагаю, что даже ты способен эго понять! А в регистрационной книге крестин церкви Пресвятой Девы Марии в Бидфорде ты можешь найти имя Мэри Виллоу Гойи дель Фуэнтес!
Я не могу выйти за тебя замуж, милорд. Будет великой ошибкой мешать мою безвестную кровь с твоей и сводить мое испорченное тело с твоим. Понимаю, какую огромную честь ты мне оказываешь, но отвечаю «нет»! — И, оттолкнув его, Скай вышла из библиотеки.
Не веря своим ушам, Джеффри Саутвуд стоял пораженный, когда в библиотеку вошел Роберт Смолл и закрыл за собой дверь.
— Что, черт возьми, ты с ней сделал? — проревел маленький капитан.
— Попросил выйти за меня замуж.
— Зачем?
— Потому что я ее люблю, — выкрикнул граф. — Я сказал ей, что знаю правду о ее прошлом и что это не имеет для меня никакого значения. Я даже получил разрешение королевы.
— Эх, парень, какой же ты дурак. Она сказала тебе, что потеряла память и не знает, что с ней было до приезда в Алжир?
— Да.
— Послушай меня, милорд. Мне достаточно лет, чтобы быть твоим отцом, и я буду говорить с тобой, как отец. Ее муж был моим лучшим другом. Он был вторым сыном в древней и знатной семье, но судьба распорядилась так, что ему пришлось вести жизнь, далекую от той, для которой он считал себя предназначенным. Чем бы он ни занимался, он был истинным джентльменом.
Ты любишь Скай. И он всем сердцем любил ее. Она была его радостью, его гордостью, и он хотел лишь одного — прожить жизнь рядом с ней и детьми. Как раз перед смертью он узнал, что станет отцом, и его счастье чуть не заставило меня разрыдаться. — Робби вздохнул и опустился в кресло. Саутвуд уселся напротив. — Я придумал для Скай эту историю, чтобы оградить от злой молвы ее и ее ребенка. А теперь, Джеффри, я помогу тебе завладеть Скай, потому что бедняжка и так уж за эти месяцы навздыхалась и наплакалась по тебе и любит тебя. Полагаю, она тебе не сказала, что беременна?
— Боже! — прошептал граф.
— Нет? — сухо переспросил Робби. — Она злится на тебя. Тогда мы должны быть настойчивы. У меня есть способ все уладить, но ты должен безоговорочно меня слушаться. Договорились? — Саутвуд молча кивнул. — Пойдем, парень, я покажу тебе, как без шума заарканить девчонку.
Мужчины вернулись в большой салон, где королева и Скай, окруженные смеющимися придворными, вместе развлекали общество. Протолкавшись к ним, они оказались рядом с королевой. Молодая Елизавета выглядела особенно привлекательной — золотисто-рыжие волосы завитками ниспадали на плечи, дымчатые глаза лучились. На ней было бледно-зеленое шелковое платье, обильно расшитое золотом, жемчугом и топазами.
— Ну вот, наконец и почетный гость с нами, — рассмеялась королева. — Ради всего святого, где же ты был, милорд Саутвуд? И вы, сэр Роберт?
— Уточняли детали такого милого сердцу вашего величества брака. Поскольку у миссис Гойи дель Фуэнтес нет родителей, этот долг на себя пришлось взять мне. И теперь, мадам, с вашего великодушного позволения я отсрочу свой отъезд на одни сутки, чтобы выдать невесту замуж. Сможет ваше величество убедить архиепископа заключить брак без оглашения?
Ошарашенная Скай попыталась что-то сказать, но королева в восторге захлопала в ладоши:
— Великолепная мысль, сэр Роберт! Да! Да! Свадьба состоится завтра в Гринвиче! Вы будете посаженым отцом, а я хозяйкой на торжестве!
— Это большая честь для нас, ваше величество, — пришел в себя граф. — Не так ли, дорогая?
— Конечно, милорд, — вслух сладко проговорила Скай, а когда гости принялись громко переговариваться друг с другом, прошипела:
— Лучше мне подхватить сифилис, чем выйти за тебя замуж.
— Пойдемте! — воскликнула королева. — Если миссис Гойя дель Фуэнтес готова завтра в час дня выйти замуж, нам лучше ее оставить. Возвращаемся в Гринвич! — И она повернулась к Скай:
— Вы замечательная хозяйка, дорогая. Мы хорошо повеселились. Семье Саутвудов повезло. Линмут меня проводит, а вы ложитесь в постель и отдыхайте. Если молва о вашем суженом справедлива, завтра ночью вам спать не придется. — Королева усмехнулась и направилась из дома к ладье.
Скай яростно налетела на Робби:
— Я не выйду за него замуж! Слышишь, не выйду!
— Выйдешь, Скай, выйдешь, девочка, — ответил капитан с выводящим ее из себя спокойствием. — Будь благоразумна, дорогая. Он знает правду о твоем прошлом и все же хочет на тебе жениться. Подумай, Скай, ты будешь графиней Линмутской! И вспомни о ребенке, которого носишь под сердцем. Если откажешь Саутвуду, никто не поверит, что это его ребенок — ведь ни одна женщина в здравом уме не оттолкнет отца своего ребенка. Тогда возникнет вопрос: чей он? И поскольку твое имя ни с кем не связывают, решат, что ты спуталась с конюхом или лакеем, и будут считать ребенка низкорожденным. И что тогда случится с Виллоу? — С каждым его словом Скай все больше и больше понимала, что попала в ловушку. — Я только тогда спокойно уйду в море, если буду знать, что ты надежно устроена, любимая и обожаемая Скай, — закончил капитан.
— Черт тебя побери, Робби! Если бы Халид знал, что ты со мной сделал…
— Он бы полностью одобрил мои действия, и ты, Скай, это знаешь, — пробурчал грубоватый коротышка-капитан. — А теперь иди. Королева права — тебе надо поспать. Скажи Дейзи, какое платье собираешься завтра надеть, и служанки приведут его в порядок.
— Никакое! — упрямо ответила она.
— Тогда я сам выберу, дорогая. Пойдем. — Он взял Скай за руку и повел по лестнице в ее апартаменты. — Дейзи, иди ко мне, девчушка, — окликнул Робби, и крепкая служанка тут же появилась.
— Сэр?
— Завтра утром твоя госпожа выходит замуж за графа Линмутского. Что из ее гардероба подходит для свадьбы?
Карие глаза Дейзи округлились от почтительного восхищения:
— О, сэр! О, мэм! Как здорово!
Скай мрачно отвернулась и тяжело прошагала в спальню. Когда она рухнула на кровать, Дейзи вопросительно посмотрела на Роберта Смолла.
— Не беспокойся, девочка, — успокоил ее капитан. — Госпожа просто не в духе. Давай-ка посмотрим ее платья.
Дейзи провела его в гардеробную Скай. От удивления у Роберта Смолла отвисла челюсть.
— Боже милостивый! В жизни не видел столько ярких тряпок! — воскликнул он.
— Здесь только те, из которых можно что-то выбрать для свадьбы, — хихикнула Дейзи. — Платья попроще висят в другой комнате.
Робби покачал головой и принялся изучать платья. Белые он исключил сразу, потому что Скай была вдовой. Броские цвета показались ему тоже неподходящими. Наконец его взгляд остановился на богатом золотистого цвета платье из тяжелого атласа.
— Возьмем вот это.
Дейзи вытащила платье и принялась его изучать. Простой лиф имел глубокий вырез и был расшит жемчугом. Рукава с буффами украшали разрезы и прошивки из тонких кремовых кружев. На нижней юбке красовался узор в виде цветов из бриллиантов и жемчуга. Накрахмаленный воротник в форме сердца тоже украшали бриллианты, которые окаймляли шею. Юбка по покрою напоминала колокол.
— Хорошо, Дейзи! Это, девочка, даже лучше, чем я ожидал. Проследи, чтобы его отгладили и приготовили к десяти утра. Хозяйка будет, венчаться в личной часовне королевы в Гринвиче, а потом Елизавета выступит хозяйкой во время торжества. Там молодые и останутся на ночь.
— О… Пресвятая Дева Мария! Сэр, а мне разрешат поехать? Я понадоблюсь госпоже.
— Да, девочка, поедешь.
Маленькая служанка подпрыгнула от восторга:
— Подождите, сэр! Вот уж моя мать узнает, что я служу у графини Линмутской. Как она будет гордиться! Сэр, а миссис Скай не возьмет другую служанку? Я ведь простая девушка из Девона.
— Не бойся, Дейзи, ты нравишься хозяйке. А теперь присмотри за платьем и на рассвете приготовь ароматизированную ванну. Вымой хозяйке и волосы.
— Слушаюсь, сэр. — Служанка забрала платье и оставила Роберта одного.
Он не спеша направился обратно в спальню.
— Ты перестала капризничать? — спросил он.
— Я и не капризничала, — резко ответила она, поднимаясь на постели, — Просто не желаю, чтобы мою жизнь за меня устраивали другие. Что уж, у меня совсем нет выбора?
— На этот раз нет. Ты зла на Саутвуда и хочешь насолить ему, сделав его сына незаконнорожденным. Да, да, я полагаю, что ты носишь мальчика. Но граф уже достаточно наказан: он женился не по любви, и теперь его жена умерла. Умер и его наследник. И вот он предлагает тебе брак, еще не зная, что его семя взошло в твоей плодородной утробе. Разве это можно считать обидным, дорогая?
— А что будет с моим состоянием? Оно уплывет в сундуки Саутвудов к деньгам двух его первых жен? Ну нет! Я не желаю оставаться беззащитной и беспомощной, как бедная Мари!
Роберт Смолл улыбнулся:
— Так вот что тебя тревожит, девочка.
— И это тоже, — призналась она.
— Не беспокойся, Скай. Я не намерен бросать тебя на произвол судьбы. Граф просил меня вечером подготовить брачный контракт, который он собирается подписать завтра утром. Он получит за тобой значительное приданое, но большая часть состояния останется в твоих руках. Этот дом будет тоже твоим. К тому же я сделал тебя своей наследницей, чтобы, если со мной что-нибудь случится, ты позаботилась о Сесили. Так что Виллоу останется вполне достаточно.
— О, Робби! О, Робби, — расплакалась Скай. Моряк неуклюже обнял ее за плечи.
— Перестань, девочка, — проворчал он. — Ради всего святого, не плачь при мне. Уж лучше кричи. Кому еще мне оставить Рен-Корт, как не тебе. Ты мне дорога, как дочь.
— Спасибо, Робби. Ты мой самый лучший друг, — она вытерла глаза, а капитан постарался скрыть, как ему самому хотелось плакать.
— А теперь послушай меня внимательно, Скай. В качестве приданого мы дадим Саутвуду двадцать пять тысяч золотых крон. Кроме того, ты вступаешь к нему в дом со своей одеждой, посудой и драгоценностями. Остальное состояние: деньги, которые оставил тебе Халид, этот дом, доля в нашем предприятии и Рен-Корт — будут исключительно твоими. Всем этим он не сможет распоряжаться, и таким образом будет обеспечена твоя независимость.
— Робби, а он подпишет такой контракт?
— Подпишет, девочка. В противном случае Бесс оторвет ему голову. Ведь она такая же своенравная женщина, как и ты, — Капитан похлопал Скай по плечу. — Уже поздно, Скай, — далеко за полночь. Ложись, отдыхай, дорогая. Увидимся утром.
— А какое платье ты мне выбрал, Робби?
— Атласное кремовое с шитьем из жемчуга и бриллиантов, — ответил он.
— И я бы его выбрала, если бы хотела выйти замуж. Роберт Смолл усмехнулся.
— Спокойной ночи, миссис Гойя дель Фуэнтес. Завтра к вечеру ты уже будешь леди Саутвуд, графиней Линмутской. Не так уж плохо для такой замухрышки, как ты. — И, увернувшись от подушки, которой она в него запустила, моряк весело рассмеялся и вышел из спальни.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - -

Разделы:
Действующие лицаПролог

ЧАСТЬ 1. ИРЛАНДИЯ

1234567

ЧАСТЬ 2. АЛЖИР

89101112

ЧАСТЬ 3. АНГЛИЯ

131415161718192022232425

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Действующие лицаПролог

ЧАСТЬ 1. ИРЛАНДИЯ

1234567

ЧАСТЬ 2. АЛЖИР

89101112

ЧАСТЬ 3. АНГЛИЯ

131415161718192022232425

Rambler's Top100