Читать онлайн Околдованная, автора - Смолл Бертрис, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Околдованная - Смолл Бертрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.49 (Голосов: 69)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Околдованная - Смолл Бертрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Околдованная - Смолл Бертрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смолл Бертрис

Околдованная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Как известно, при королевских дворах секретов не бывает. Уже через несколько дней весть о том, что прекрасная вдова д'Орвиль стала новой любовницей его величества, облетела всех. Честолюбивые и не слишком знатные придворные искали ее расположения. Отем была вежлива, но ловко уклонялась от чересчур назойливых знаков внимания. Некоторые бросали в ее сторону расчетливые взгляды, памятуя о том, что маркиза обладает огромным состоянием. Отем не замечала прозрачных намеков и выказывала полную преданность королю. Дамы, завидуя столь высокому положению, отпускали ядовитые реплики в ее присутствии, но Отем только смеялась над ними. Кому, как не ей, знать, что после возвращения Барбары Палмер ей придется удалиться с достоинством!
После отъезда Чарли ее неизменными поклонниками оставались герцог Бекингем и герцог Гарвуд. Бекингем отличался остроумием и тонким юмором. Гарвуд постоянно хмурился, чаще молчал, а если открывал рот, то лишь для того, чтобы сказать очередную дерзость. Такое отношение раздражало маркизу, но она понимала, что придется мириться с ним, пока она не добьется своего. Не получит дома и титула.
Поэтому Отем перешучивалась с Джорджем Вилльерсом и обменивалась колкостями с Габриелем Бейнбриджем, к немалой радости короля и придворных.
Она часто думала о Гарвуде. Он был смутно ей знаком, но Отем никак не могла припомнить, откуда она его знает. И все же они никогда не встречались раньше, хотя в мозгу словно заноза сидела. Где она могла его видеть? Он не бывал ни в Шотландии, ни в Гленкирке и, уж конечно, не был приглашен в Королевский Молверн. Все так, однако…
Отем пожала плечами, выбросив из головы тревожные мысли. Ей следует добиться цели, ведь время идет и скоро ей придется уступить дорогу герцогине Каслмейн, тем более что та уже носит королевское дитя.
В декабре к Генри Линдли, маркизу Уэстли, заехал возвращавшийся из Лондона сосед, которому просто не терпелось выложить последние сплетни касательно сестры маркиза.
Злые языки утверждали, что она ублажает короля, как ни одна другая любовница, поскольку научилась всяким французским штучкам и вывертам у короля Людовика, своего прежнего возлюбленного.
Поделившись скандальными слухами, сосед поспешил откланяться.
— Я немедленно еду в Лондон! — объявил Генри своей жене Розамунд.
Та согласно кивнула.
— Ты прав, дорогой, — встревоженно поддакнула она. — Как по-твоему, матушка знает, что говорят об Отем? И где же Чарли? Кому, как не ему, оберегать репутацию сестры?
— Боюсь, Чарли не может воспротивиться желанию кузена, но я не желаю, чтобы король воспользовался наивностью сестры. Мама утверждала, что Людовик силой уложил ее в постель. Теперь наш король последовал его примеру.
Возмутительно! Сомневаюсь, что мама слышала об этом, иначе давно уже прилетела бы в Кэдби. Я отправлюсь в Лондон, прежде чем мама проведает о безобразной выходке Отем и возьмется уладить дело по-своему.
На следующее утро маркиз Уэстли вместе с вооруженной охраной поскакал в столицу и прибыл туда несколько дней спустя. Даже не потрудившись найти жилье для себя и своих людей, он немедленно поехал в Уайтхолл, где и отыскал апартаменты своего брата Чарли. Однако тут его ждало разочарование.
— Хозяин уехал в Шотландию за детьми, милорд, — вежливо известил его младший камердинер. — Собирается привезти их домой в Королевский Молверн и просить вдовствующую герцогиню помочь их воспитывать.
— Вы не знаете, где остановилась моя сестра? — осведомился маркиз.
— Знаю, милорд. В Линмут-Хаусе, на Стрэнде. Ежедневно бывает при дворе, но немного позже, — испуганно пробормотал слуга, начиная понимать причину внезапного визита маркиза Уэстли.
Генри, поблагодарив его, поспешил в Линмут-Хаус, гадая, почему Отем не живет в Гринвуде. Линмут принадлежал кузену, которого он знавал много лет назад. Что ж, по крайней мере Отем не поселилась в Уайтхолле, как завзятая шлюха.
Стоило ему назвать себя, как ворота немедленно открылись. Генри спешился, бросил поводья груму и поднялся на крыльцо. Навстречу вышел важный слуга, едва наклонивший голову в знак приветствия.
— Я маркиз Уэстли. Хотел бы повидаться с сестрой, маркизой д'Орвиль. Где она?
— Ее светлость не принимают. Они еще не встали, — бросил слуга.
— Я не спрашивал, проснулась ли она, — не повышая голоса, ответил Генри. — Итак, маркиза дома? Больше повторять я не намерен.
Его лицо так потемнело от гнева, что Беттс поежился, но все же не отступил.
— Доложу ее светлости о вашем прибытии, — пробормотал он.
— Немедленно отведите меня к ней, — процедил маркиз, хватая дворецкого за руку и толкая к лестнице.
Окончательно усмиренный, Беттс подчинился. Постучав в дверь, он немедленно ретировался, не дождавшись ответа.
Открывшая дверь Лили поспешно отступила, верно рассудив по мрачному виду маркиза, что привело его сюда.
— Милорд, — пробормотала она.
— Где она? — рявкнул маркиз Уэстли.
— В спальне, милорд, — дрожащим голоском вымолвила Лили.
— Проснулась? — продолжал он.
Лили кивнула.
Маркиз протиснулся мимо и, распахнув двери спальни, переступил порог.
— Доброе утро или, вернее, добрый день, сестрица!
— Прошу, Генри, потише, — поморщилась Отем, закрыв глаза и прижимая ко лбу мокрую салфетку. — У меня голова раскалывается, и в висках кровь стучит.
Ее спокойный голос немного охладил его пыл, но сдаваться он все же не собирался.
— Это правда? Только не пытайся увильнуть!
— Если хочешь узнать, действительно ли я любовница короля, так и спроси. Да, и я еще раз вынуждена просить тебя умерить свой голос. Я должна скоро ехать ко двору, а головная боль еще никому не шла на пользу.
— Иисусе! — воскликнул он, ероша выцветшие золотистые волосы. — Неужели у тебя совсем нет стыда, Отем?
— При чем тут стыд? Кто-то должен был занять место Барбары Палмер, пока она носит королевского бастарда! Почему не я?
— Потому, что ты слишком благородна для такой жизни, сестрица, — с отчаянием выпалил Генри. — В отличие от тебя Барбара Палмер не дочь герцога!
— У Барбары Палмер — английский титул и собственный дом. У меня ни того ни другого. Я, если быть точной, вдовствующая маркиза д'Орвиль. Титул и замок во Франции принадлежат моей дочери. У меня же нет ничего. После возвращения Барбары ко двору король избавится от меня, но при расставании просто обязан проявить щедрость. И тогда у меня будет все, о чем мечтаю, — жестко пояснила Отем. — О, знаю, я достаточно богата, чтобы купить любой дом, но титул… титул могу получить только от жеребца королевской крови, взамен пожертвовав честью. Почему никто не возмущается, когда мужчины ежедневно проделывают то же самое ради денег и выгодных должностей? Но стоит женщине последовать их примеру, как на нее обрушивается всеобщее презрение! Ну так вот, я ничем не хуже любого мужчины.
— Откуда столько цинизма? — ошеломленно пробормотал брат.
— Чарли утверждает то же самое, — спокойно объяснила она, — но что еще прикажешь делать мне?
— Выйти замуж, — предложил Генри.
— Я выйду замуж только по любви, — вздохнула она, — но боюсь, что та любовь, та незабываемая любовь, которую я питала к Себастьяну, бывает только раз в жизни. Нет, Генри, я вполне удовлетворюсь английским титулом и собственным домом. Стану жить тихо, редко бывать в обществе, проводить большую часть года в Англии, а лето — во Франции. Я не имею права лишать Мадлен ее наследства. Марго же когда-нибудь сама выберет между Англией и Францией. Хотя Людовик пообещал найти ей мужа, не думаю, что теперь станет заботиться о своих бастардах. Но это меня мало волнует. Я сама сумею пристроить своих детей.
Генри сокрушенно покачал головой:
— Что с тобой стряслось, Отем? Где та милая девушка, которую я знавал когда-то?
— Ее давно нет. Так давно, что я сама почти ее не помню, — вздохнула она. — Думаю, я повзрослела в тот день, когда убили бедную Бесс. С тех пор все изменилось.
Она отняла мокрую салфетку от лба и протянула Оран.
— Неужели я не смогу убедить тебя бросить эту жизнь и вернуться домой? — выдохнул он.
Отем искренне расхохоталась, очевидно, забавляясь наивностью брата.
— Дражайший братец Генри, ты стал настоящим провинциалом! Любовница не может бросить короля. От нее избавятся, когда пожелает ее величество. И ни секундой раньше. — И, погладив руку Генри, прибавила:
— Я совершенно счастлива, дорогой. Меня ничто не способно ранить, потому что сердце мое молчит. И холодно как лед. Кстати, тебе известно, что у королей не бывает сердец? Их любить опасно.
Ее слова так жгли, что у Генри выступили слезы на глазах. Он поспешно отвернулся. Ах, как она, должно быть, несчастна и одинока! И в то же время храбра и отважна, и это вызывало невольное восхищение. Не такую жизнь готовили ей родители, но, как все женщины в семье, она умна и выживет при любых обстоятельствах. Генри не мог не гордиться сестрой.
— Мама не знает, — обронил он.
— Я не хочу, чтобы ей все стало известно именно сейчас, иначе она поднимет настоящую бурю. Я уже достаточно взрослая, чтобы не нуждаться в наставлениях. Поэтому и послала Чарли в Шотландию за детьми. Мама будет так занята этой троицей, что забудет обо мне. Одна Сабрина требует бесконечных забот. Нужно превратить деревенскую дикарку в воспитанную барышню, а это, согласись, нелегко. Предстоит достойно выдать ее замуж, а для этого она должна забыть о вольной жизни. Только мама способна заставить ее вести себя прилично, на что уйдет много времени. Кроме того, вместе с моими девицами в доме окажется пятеро детей. Какая радость для мамы! Она всегда любила слышать в доме детские голоса.
Отем улыбнулась, и Генри вдруг осознал, что она самая красивая из всех сестер.
— Тебе не отвели покои в Уайтхолле? — удивился он.
— Нет. Я не пожелала, — коротко ответила Отем. — Чарли долго донимал меня по этому поводу, но я предпочитаю общество кузена Джонни.
— Почему не Гринвуд и кто этот кузен Джонни?
— Гринвуд конфисковали во времена протектората, и король пообещал не отбирать у новых хозяев владения, розданные круглоголовыми. Джонни — это нынешний граф Линмут, очаровательный малый, копия третьего мужа мадам Скай, Джеффри Саутвуда. Я его обожаю! А где остановился ты? Надолго ли?
Брат пожал плечами.
— Я возвращаюсь в Кэдби, тем более что ничего не могу для тебя сделать. Не дай Бог, мама обнаружит мое отсутствие и начнет задавать вопросы. Ты ведь знаешь, Розамунд плохо умеет хранить тайны. Мама немедленно вытянет из нее правду, и тогда берегись! Немедленно окажется в Лондоне и устроит настоящий ад!
— А бедные старички, Адали, Рохана и Торамалли, скрипя костями, будут вынуждены плестись за ней.
— Не забудь Рыжего Хью и его братца, — отозвался Генри.
— Переночуй здесь. Генри. Джонни не станет возражать.
Поедешь ко двору, увидишь короля. Этого требует простая учтивость. Мама одобрила бы.
— Так и быть, — неохотно согласился он. — Думаю, кузен Джонни разрешит приютить моих людей. Я не хотел путешествовать в одиночку. Их всего четверо.
— Конечно! — воскликнула Отем, дергая за сонетку.
Немедленно появились Лили и Оран. И госпожа принялась раздавать приказы. Уведомить Беттса, что маркиз Уэстли и его люди останутся на ночь. Призвать графа и познакомить с кузеном. Немедленно приготовить ей ванну.
— И достаньте фиолетовое бархатное платье, бриллианты и аметисты, — добавила она. — Генри, ступай в гостиную.
Я хочу встать с постели, а на мне нет ни единой нитки.
Она снова рассмеялась при виде побагровевшей физиономии брата, поспешно выбиравшегося из спальни.
Хотя Джон Саутвуд был младше сына Генри, мужчины немедленно подружились. Джонни был в полном восторге от Отем и признался Генри, что волнуется за нее как за собственную сестру. Генри облегченно вздохнул, поняв, что Отем в надежных руках. Через два часа, когда джентльмены успели переодеться, Отем вплыла в гостиную.
— Великолепна, не правда ли? — с ухмылкой спросил Джонни. — Уверен, что несчастная леди Барбара скрежещет зубами, выслушивая комплименты вашей красоте и гардеробу, рассыпаемые ее дражайшими подружками.
Туалет Отем, сшитый по последней моде, очень ей шел.
Лиф и рукава были отделаны светло-лиловыми лентами. Низкий полукруглый вырез обнажал груди, прикрытые узкой полоской кружева. С широких рукавов свисали серебристые кружевные манжеты. Шею обвивало ожерелье из бриллиантов и аметистов. Такие же серьги сверкали в ушах. Волосы Лили уложила в узел и выпустила два соблазнительных локона над левым плечом. Оран накинула ей на плечи плащ из фиолетового бархата и серебристой парчи, подбитый норкой, подала пурпурные надушенные перчатки и горностаевую муфту, в которую положила веер и тонкий батистовый платок.
Под юбками скрывались чулки, стянутые подвязками с крошечными серебряными розетками, в центре которых сверкали маленькие аметисты. Туфли из фиолетовой кожи были усыпаны жемчугом.
— Я не видел ничего подобного с тех пор, как был придворным пажом, — восхитился Генри Линдли. — Ты прелестна, Отем.
При виде того, сколько людей ищут благоволения сестры, Генри потрясение заморгал. Невероятно! Как они стелются перед ней!
Сама Отем была неизменно очаровательна, остроумна и добра. Каждого звала по имени. Интересно, как она ухитряется всех запомнить?
Наконец к ним приблизился герцог Бекингем.
— Я хорошо помню вашего отца! — обрадовался Генри. — Он был хорошим другом моих родителей.
— Счастлив это слышать, учитывая обстоятельства его смерти, — заметил Джордж Вилльерс.
— Ужасно! Ужасно! — согласился Генри, вспоминая убийство первого герцога.
— Вы решили пожить при дворе? — осведомился герцог Бекингем.
— Нет, приехал на денек навестить Отем.
— Вот как, — понимающе хмыкнул герцог. — Значит, и до провинции дошли слухи?
Генри кивнул.
— Но теперь, видя, что Отем вполне способна о себе позаботиться, я могу спокойно вернуться домой.
— Она тверда, как алмаз чистой воды, во всем, что касается короля, — пояснил герцог. — Уж такая не влюбится и не станет страдать!
— И тут я с вами согласен, — кивнул Генри, — но хотел убедиться собственными глазами. Но маме, разумеется, мы ничего не скажем, пока все не будет кончено.
— Ваша мать любила Генриха Стюарта, не так ли? — поинтересовался герцог.
— Да, — коротко бросил Генри, не вдаваясь в детали.
В зал вошел король, и все стали кланяться. Карл немедленно направился к Отем и поднес ее руку к губам, пожирая глазами ослепительную красавицу.
— Сегодня вы превзошли себя, мадам, — объявил он и, понизив голос, осведомился:
— Какие на тебе чулки и подвязки?
— Думаю, вашему величеству придется подождать и помучиться, чтобы потом все узнать самому, — лукаво улыбнулась Отем, — но обещаю, что ваше величество не разочаруется А может, и нет. Собственно говоря, я одеваюсь исключительно для своего удовольствия.
— Где Гарвуд? — поинтересовался король, ни к а кому не обращаясь.
— Вероятно, предается мрачным мыслям в каком-нибудь темном уголке, — тут же нашлась Отем. — Боюсь, он не слишком-то меня любит.
— Вот тут ты ошибаешься, дорогая, — ухмыльнулся король. — По моему мнению, он много отдал бы за то, чтобы оказаться на моем месте, но я опередил его и выхватил тебя у него из-под носа. Ты сожалеешь, Отем?
— Вы способны предложить больше, — дерзко ответила Отем, смеясь и глядя в его смуглое лицо.
— Пожалуй, я не посмею больше допытываться, — отмахнулся король. — Кстати, кто это приехал с тобой и Джонни?
— Мой старший брат, Генри Линдли, маркиз Уэстли, ваше величество. Он прибыл в Лондон, услышав некие злобные сплетни, с целью убедиться, что со мной все хорошо. Мило с его стороны, не правда ли?
— Еще бы, — согласился король. — У меня в Париже тоже есть младшая сестра, которую я очень люблю. И даю слово ради нее обращаться с леди Отем как можно бережнее, — Она уже заверила меня в этом, сир, — поспешно выпалил Генри.
— Неужели? — усмехнулся король, насмешливо подняв брови. — Кажется, ты немного смягчилась, дорогая?
— Что вы, ваше величество, ни в коем случае! — ахнула она. — Я слишком умудрена жизнью, чтобы снова влюбиться!
— Что ж, мадам, в таком случае предлагаю прогуляться, — объявил он, предлагая ей руку.
— Он держит обещания, — шепнул Генри Джордж Вилльерс. — Я точно знаю. Мы росли вместе.
Назавтра Генри уехал в Кэдби и по приезде с облегчением узнал, что матери неизвестно о его визите в столицу. Прежде всего он подробно поведал жене о том, как нашел сестру, об их беседе и встрече с королем.
— Как одет король? — с любопытством спросила Розамунд.
— Дорогие ткани, ленты, кружева. На туфлях красные розетки, а в руках серебряная трость с набалдашником из слоновой кости. Я рядом с ним казался жалким провинциалом.
— Значит, Чарли везет детей домой! — обрадовалась Розамунд. — До чего же Отем умна! Сразу придумала, как отвлечь твою матушку. Внуки нуждаются в ее заботе, тем более что росли в Гленкирке! Никто не заботился об их воспитании! А бедняжка Сабрина! Как только они приедут, мы должны немедленно отправиться в Королевский Молверн навестить их! Как по-твоему, Генри, они нас помнят?
— Бри и Фредди — наверняка, но не малыш Уилли, — протянул Генри, странным образом радуясь тому, что избавился от тревог за Отем.
Пожалуй, не стоит больше об этом думать. Сестра не страдает, да и Чарли скоро вернется. Кроме того, и герцог Бекингем, и Джон Саутвуд клялись ее беречь.
Чарли с детьми появился в Королевском Молверне за неделю до Рождества. Жасмин была на седьмом небе. Девятнадцатилетняя леди Сабрина Стюарт оказалась несравненной красавицей, но, к сожалению, напрочь забыла английский и изъяснялась на сочном шотландском диалекте. Кроме того, она была вспыльчива и ругалась хуже старого морского волка. Мадлен и Марго боялись ее как огня, и стоило девушке взглянуть в их сторону, как обе девочки принимались плакать. Сабрина звала их плаксами и немилосердно издевалась.
К удивлению Жасмин, ее братья были куда более воспитанными и имели зачатки хороших манер.
— Да, Чарли, нелегкую работу ты мне задал, — пожаловалась мать. — С твоими сыновьями я справлюсь, но вот дочь…
— Мне придется вернуться ко двору, — извиняющимся тоном пробормотал Чарли.
— Разумеется, — согласилась она. — Хотя ты уверял, что молодой граф Линмут приглядывает за Отем, мне будет легче от сознания того, что ты рядом. Я редко получаю известия от нее, и ни в одном нет упоминания о женихе, хотя, должна сказать, скорбь ее немного поутихла.
— Я проведу с вами Рождество, но обязан провести Двенадцатую ночь во дворце, — ответил Чарли, стараясь избегать всякого упоминания о сестре, — Мне жаль Гринвуд, — вздохнула Жасмин. — Я предпочла бы, чтобы у Отем был свой дом.
— Нет, мама, лучше, если она будет жить под одной крышей с родственниками, — поспешно возразил он, — а как вы помните, у меня апартаменты в Уайтхолле.
— Может, ты и прав, Чарли. Нужно заботиться о репутации Отем, не так ли?
— Совершенно верно, мама, — кивнул он. — Совершенно верно.
Чарлз Фредерик Стюарт вернулся в Уайтхолл четвертого января и, к собственному ужасу, узнал, что король назначил Отем «королевой беспорядков»
type="note" l:href="#FbAutId_14">14
на все рождественские праздники.
Очевидно, она весьма преуспела в своих обязанностях, поскольку в Уайтхолле царило буйное веселье. Любимой мишенью ее шуток был лорд Гарвуд. Полное отсутствие чувства юмора, к сожалению, присущее герцогу, крайне забавляло придворных. Хуже всего бедняге пришлось, когда Отем в качестве наказания велела ему весь день ходить задом наперед, а это означало, что при каждом поклоне ягодицы гордого джентльмена выпячивались прямо в лицо тому, кого он приветствовал. Это вызывало бурный смех. В конце концов Габриел Бейнбридж потерял терпение и, вылетев из зала, два дня не появлялся при дворе.
Отем радостно бросилась брату на шею и расцеловала в щеки.
— Вернулся! Как дети и мама?
— Вероятно, я чересчур затянул с возвращением Сабрины, — сообщил он, — а мама удивляется, что ты редко пишешь.
— Я очень занята, — жизнерадостно объявила она.
— Все еще ублажаешь короля?
— Разумеется! — надменно ответствовала Отем.
— Леди Барбара родила?
— Нет, до февраля еще есть время. Кстати, коронация назначена на двадцать третье апреля. Думаю, к этому времени леди Палмер вернется, даже если это убьет ее, и тогда мне придется отступить.
— Ты уже просила у него титул? — поинтересовался Чарли.
— Пока нет. Случая не представилось, но думаю, уже пора, иди я пропала.
Впервые с начала ее смелой кампании в голосе Отем прозвучала тревога. о Н Этой ночью она, к восторгу короля, предпочла его постель своей. Молодая служанка помогла ей раздеться и почтительно удалилась. Король в темном халате с вожделением наблюдал, как Отем дефилирует по комнате в одних белых чулочках с рисунком в виде зеленого плюща. На подвязках из кремового шелка красовались большие розетки с сердцевинками из изумрудов. На белых шелковых туфлях сверкали зеленые эмалевые пряжки, каблуки переливались изумрудами и жемчугом.
— Мне никогда не надоест смотреть на тебя в таком наряде, — вздохнул король — Подойди ко мне, дорогая.
И едва она послушалась, как жадные руки сжали ее восхитительно округлые ягодицы, привлекли ближе и король зарылся лицом в темную поросль пухлого венерина холмика, вдыхая сладостный аромат. Невинное благоухание жимолости в сочетании с неукротимой чувственностью возбуждало его, как ни одно любовное зелье. Его язык проник через преграду сомкнутых лепестков и стал лизать нежную плоть.
— Изумительно, — глухо пробормотал он, отыскав наконец ее сокровище и убыстряя движения.
— О, да ты дьявол! — вскричала Отем, стискивая его плечи, чтобы не упасть, и принимаясь самозабвенно извиваться.
— Распахни мой халат, — прорычал король.
Отем поспешила исполнить приказ, стараясь действовать осторожно, чтобы не помешать ласкам любовника. Ощутив под ладонями его гладкую кожу, она стала самозабвенно ласкать его, но случайно опустила глаза и узрела прямое, чуть вздрагивающее копье. Отем на мгновение отстранилась и, приподнявшись, медленно приняла его в свое пылающее лоно.
— Ну вот, дорогой, — промурлыкала она, — правда, приятно?
Его пальцы крепче впились в ее упругие ягодицы.
— Ваше величество не возражает против поцелуя? — шепнула Отем, касаясь его губ своими.
Король поднялся и, не выходя из нее, отнес к постели, положил на край и стал вонзаться медленными, глубокими выпадами, пока лицо Отем не исказилось сладострастной гримасой. Она громко застонала, но король не давал ей пощады. К тому времени как он исторг в нее белую струю, она уже кричала от наслаждения. Его соки оказались так обильны, что ее лоно не смогло их вместить. Немного опомнившись, Отем со вздохом впилась в губы короля.
— Ты, Карл Стюарт, — объявила она, — куда более пылкий любовник, чем твой кузен!
Они снова любили друг друга, а после Отем встала и оделась в ожидании мистера Чиффинча, которому предстояло провести ее через паутину коридоров к потайному выходу на улицу, где ожидала карета.
Король, не потрудившийся подняться, неожиданно воскликнул:
— Когда настанет время прощаться, я хочу сделать тебе подарок на память. Что бы ты хотела получить, дорогая? Ты была очаровательна, но Барбара скоро пожелает вернуться, и я приму ее.
Отем притворилась, что раздумывает, и наконец тихо вымолвила:
— Я очень богата, Карл, и меня любили необыкновенные люди. У меня две дочери, и я вполне счастлива, но все же кое-чего и мне не хватает. Я не желаю возвращаться во Францию, но, увы, не владею ни английским титулом, ни собственным домом. Ах, если бы ты мог дать мне все это! Я не требую слишком знатного титула или роскошного дома, но мечтаю иметь что-то свое. Я дочь герцога. Двое из моих братьев тоже герцоги, один — маркиз, еще двое — бароны.
Но что есть у меня? Ничего. Исполни мое желание. И я буду вечно тебе благодарна.
— У тебя будет и то и другое, обещаю, тем более что это такая малость! Я могу позволить себе проявить щедрость по отношению к женщине, которая была более чем щедра ко мне, — с улыбкой объявил король. — А теперь поцелуй меня на прощание. Я слышу шаги мистера Чиффинча.
Отем приблизилась к постели и от всей души поцеловала Карла.
— Спасибо, Карл Стюарт, — выдохнула она, сияя глазами.
Впервые со дня их встречи королю показалось, что он наконец узрел настоящую Отем. Не прелестную куртизанку, которая дала ему столько наслаждения, а истинную женщину. Дочь герцога. Вдову благородного человека. Мать двоих детей. Ему вдруг стало не по себе. Поежившись от неловкости, он тем не менее позвал в постель своих собак и, успокоенный их присутствием, заснул.
Отем, вне себя от радости, последовала за мистером Чиффинчем по извилистым коридорам и узким лестницам. Спустившись вниз, доверенный слуга осторожно открыл маленькую дверь, и они оказались в темном переулке, где стояла карета Отем. Чиффинч помог ей сесть и пожелал доброй ночи. Карета медленно покатилась по улочке и набрала скорость, только когда свернула на широкую дорогу. Отем сгорала от нетерпения поделиться новостями с братом, но приходилось ждать до завтра.
Наутро, ворвавшись в дворцовые покои брата, Отем торжествующе объявила:
— Король пообещал мне дом и титул, когда леди Барбара вернется ко двору. Ну не замечательно ли? — И, обратившись к Джорджу Вилльерсу, присутствовавшему при беседе, умоляюще воскликнула:
— Не мучьте меня, Джордж, скажите, он сдержит слово?
— Непременно, — кивнул гот. — Он высоко ценит преданность, а вы были неизменно верны и добры в отсутствие Барбары. Мало того, всегда давали понять, что готовы уступить без боя, когда кузина вернется. Если он обещал вам дом и титул, значит, так тому и быть.
— Я рада, — кивнула Отем, — потому что у меня тоже будет ребенок. Но я хотела, чтобы он сделал это ради меня.
Теперь я без страха признаюсь ему.
— Черт меня побери, — ухмыльнулся Бекингем, — да это просто мартовский кот какой-то. Лепит одного ребенка за другим! Сколько же у него бастардов? История повторяется, не так ли, Чарли?
Герцог Ланди побелел как простыня.
— Д-да, — выдавил он, но после ухода приятеля набросился на Отем с упреками:
— Ты сделала это намеренно, чтобы добиться своего! Не могу поверить, что ты настолько бессердечна и расчетлива!
— Да, я не хотела зря рисковать, — призналась она, — но детей люблю. Мне хотелось бы иметь еще одного, пока я не удалилась от двора и не поселилась в своем новом ломе уже титулованной леди. Может, король титулует и своего бастарда! На этот раз я чувствую себя совершенно иначе. У меня будет сын, я это знаю!
— Скажи ему сегодня ночью, иначе это сделаю я, — настаивал брат.
— Обязательно, — пообещала Отем, — Думаешь, он обрадуется?
— Почему бы и нет? — буркнул Чарли. — Он тоже любит детей, а твоя беременность только подтвердит его мужскую силу.
Король действительно пришел в восторг.
— Когда родится дитя? — допытывался он.
— В конце августа. Я покину двор, как только вы прикажете.
— Две недели назад Барбара родила девочку. Энн еще совсем крошка, и Барбара передала, что вернется только к коронации. Она хорошая мать и не хочет бросать дочку. Когда я точно узнаю дату ее возвращения, накануне попрошу тебя уехать. Не стоит сталкивать соперниц и попусту их расстраивать.
— Я рожу вам сына, — уверенно бросила Отем.
— Правда? Но по чести говоря, мне все равно. Девочки или мальчики, они все мои дети.
Он припал к ее устам и принялся гладить груди.
— Я уже ощущаю, как наливаются эти ягодки! Какое блаженство ты мне даришь, несмотря на все свое своенравие и упрямство!
— Вряд ли вы хотели бы видеть меня покорной и бесхарактерной, — возразила она, и король согласно кивнул.
Сам он немедленно проболтался ближнему кругу придворных, что прелестная любовница маркиза д'Орвиль ожидает от него ребенка. Все немедленно бросились к нему с поздравлениями, будто он совершил некое чудо. Отем и злилась, и смеялась, но все же решила, что лучше всего не придавать значения сплетням, и это, вне всякого сомнения, было самым мудрым решением.
Прошел февраль, потом март. Леди Палмер известила, что вернется в Уайтхолл двадцатого апреля, за три дня до коронации. Отем готовилась уезжать восемнадцатого. Ко всему прочему ей нездоровилось, и она желала одного: поскорее вернуться в провинцию и дождаться родов.
Ее беспокоило также, что король словно забыл о своем обещании. Правда, герцог Бекингем уверял, что такого просто быть не может, но она все же волновалась.
За три дня до ее отъезда король играл с друзьями в кости.
Отем сидела рядом, но удачи королю не принесла. Он постоянно проигрывал и даже не мог никого обвинить в плутовстве: кости не такая игра, где можно легко смошенничать. В противоположность ему герцог Гарвуд то и дело придвигал к себе стопки монет.
Все остальные выбыли из игры, и теперь противники остались вдвоем. Король подбросил кости и лишился последних денег.
— Дьявол, — тихо выругался он, но его лицо тут же просветлело. — Сыграем в последний раз, Габриел? На все? Если я проиграю, попросишь все, что пожелаешь, в разумных пределах, конечно.
— Я знаю ваше величество как человека чести. Поэтому и согласен на ваши условия, — кивнул герцог, вручая кости королю.
Карл поднес кубики из слоновой кости к губам Отем.
— Поцелуй их на счастье, дорогая, — попросил он.
Отем с улыбкой повиновалась.
— Только я не уверена, что мой поцелуй обещает выигрыш, — предупредила она.
Король энергично потряс кости в кулаке и подбросил.
Комбинация казалась выигрышной.
— Вряд ли тебе удастся меня побить, Габриел! — воскликнул он.
Герцог пожал плечами и беспечно швырнул кубики на стол.
Окружающие дружно ахнули. Победителем вышел Гарвуд.
— Да будь я проклят! — тихо воскликнул король и поднял глаза на партнера. — Ты честно побил меня, Габриел.
Чего же ты хочешь?
— Вашу шлюху, — холодно бросил тот.
— Что?! — воскликнул король, решив, что ослышался.
Воцарилась мертвая тишина. Собравшиеся дружно разинули рты. Потрясенная, Отем побелела от оскорбления.
— Я не прочь взять вашу шлюху, сир, — надменно протянул герцог. — Насколько я понял, вы с ней уже покончили?
Король рассеянно кивнул, все еще ошеломленный столь странной просьбой. Но своим гибким умом уже взвешивая возможности.
Отем вскочила, опрокинув стул.
— Как вы смеете, милорд! Как смеете? Яне уличная девка, которую передают из рук в руки!
— Можешь ее получить, — изрек король, — но на определенных условиях. Тебе известно, что она беременна? Моим ребенком! Я признаю его и наделю титулом после рождения.
— Карл Стюарт! — взвизгнула Отем. — Вы не можете дарить меня, словно вещь какую-то! Вы обещали мне титул и дом! А я-то считала, что вы человек слова!
— Мадам, — одернул герцог, — ваш язык острее моей шпаги. Вспомните, с кем вы говорите!
«Ваш язык острее моей шпаги».
В мозгу Отем словно пушечное ядро взорвалось. Она пораженно ахнула. Это он! Несмотря на модные темные локоны и богатые одежды, она внезапно увидела перед собой сэра Саймона Бейтса в строгом черном костюме с остриженной толовой. Это он! Убийца Бесс!
— Этот человек не тот, за кого себя выдает! — воскликнула Отем. — Он убийца и предатель! И вы отдадите меня ему?
— Он Габриел Бейнбридж, герцог Гарвуд, и никто иной, — спокойно возразил король. Значит, она вспомнила!
— Он сэр Саймон Бейтс, убийца моей невестки! — отчаянно вскрикнула она.
— Он Габриел Бейнбридж, назвавшийся именем умершего кузена, чтобы служить мне в стане круглоголовых. Его репутация была сфабрикована для пущего правдоподобия, с тем чтобы круглоголовые принимали его за одного из своих фанатиков, — объяснил король несчастной молодой женщине, вцепившейся в его рукав. — Он никого не убивал. Во всем виноват солдат, ослушавшийся приказа. К сожалению, герцог опоздал, иначе трагедии не произошло бы. Ты сама знаешь, что это правда, дорогая. Многие из нас потеряли родных, павших жертвой стремления Кромвеля к власти. Они никогда не вернутся к нам, Отем Кроме того, я никогда не нарушаю обещаний, данных красивым женщинам.
Отем едва сдерживала слезы. Ах этот Карл Стюарт! Так же ловко умеет обращаться с дамами, как и ее любимый братец!
— Кажется, я возненавижу вас, сир! — прошипела она с легким оттенком прежнего высокомерия.
— Вы получите титул и дом, мадам, — с улыбкой объявил король. — Если Габриел возжелал вас, значит, должен жениться. Таким образом, вы станете герцогиней Гарвуд. Его дом хоть и находится на севере, по словам гостивших там, прекрасен.
— Нет! — упрямо возразила она.
— Ты примешь мои условия, Габриел? Женишься на этой прелестной плутовке, сделаешь своей герцогиней и увезешь от двора? — допрашивал король.
— Клянусь, сир, — ответил герцог.
— В таком случае все улажено, — обрадовался король. — Значит, я уплатил свои долги вам обоим!
— Я не согласна! — запротестовала Отем. — Ничего не улажено! Я никогда не стану женой этого человека! Я любила покойного мужа и выйду замуж только по любви!
— Очаровательное, но совершенно детское убеждение.
Браки прежде всего заключаются ради денег и власти. Герцог Гарвуд равен тебе по положению. У него прекрасный дом, где ты будешь полной хозяйкой.
— Он не женится на мне, узнав, на каких условиях выходят замуж женщины нашего рода, а я не соглашусь, пока эти условия не будут удовлетворены.
— Он может все обсудить с вашими братьями, мадам. Я сдержал слово. Вы, Гарвуд, можете получить мою шлюху. А вы, госпожа маркиза, обретете титул и дом.
К удивлению окружающих, Отем вдруг залилась смехом.
Что ей еще оставалось делать? Любовник перехитрил ее, да как ловко! Теперь ей не к лицу жаловаться! Придется смириться с волей короля и оставить по себе добрые воспоминания.
— Вы, сир, несмотря на мать-француженку, истинный Стюарт. Недаром Лесли из Гленкирка не ожидали от вас ничего хорошего, — с упреком произнесла она.
— Что это означает? — спросил король.
— Моя мать часто рассказывает, как ваш дед, король Яков, возвысил моего отца, тогда еще графа, дав ему титул герцога, и прибавил при этом, что лучшего подарка не придумать, поскольку ему он не стоит ни гроша. Надо сказать, у Лесли уже были замок и поместья. Вы же даже на титул не расщедрились, — бросила она.
Король и его компаньоны дружно посмеялись анекдоту.
— Значит, ты возьмешь герцога в мужья? — настаивал он.
— Если он согласится с условиями моей семьи, ваше величество. Вероятно, иного выхода у меня нет, если хочу получить титул и дом.
Ее отнюдь не радовал такой поворот событий, но Отем была достаточно умна, чтобы не гневить короля. Пусть лучше он останется ее другом! Если Гарвуд не согласится, а он для этого достаточно горд, вина ляжет не на нее. В таком случае она сама купит дом, и пропади пропадом все английские титулы!
— И, сир, молю еще об одной милости. Я предпочла бы ни за кого не выходить замуж до рождения ребенка.
— Думаю, это разумно, — кивнул Габриел.
— Вот как, милорд? — фыркнула Отем.
Король ухмыльнулся. Ему всегда нравился независимый характер Отем, но иметь такую жену… Боже упаси! Вряд ли Гарвуду придется по вкусу жизнь с такой женщиной, но, в конце концов, никто его не заставлял просить Отем в жены.
Зато сам он одним махом расплатился с долгами!
— Можете проводить госпожу маркизу в Линмут-Хаус, — повелел король герцогу и, взяв Отем за руки, прошептал:
— Кажется, настала пора прощаться, дорогая. Ты была восхитительна, и я благодарю тебя за щедрость. Вы навсегда сохраните дружбу Карла Стюарта, мадам. Известите, когда родится младенец. И помните, что вы обещали мне сына.
Как вы назовете его?
— Луи, — ехидно сообщила Отем.
Король расхохотался до слез. Немного придя в себя, он расцеловал ей руки и прошептал:
— Согласен, мадам. А ты, Габриел, отвези ее домой, пока я не передумал. Признаюсь, ни одна из моих любовниц не была столь забавна и остроумна.
Герцог предложил Отем руку, и та нехотя приняла ее.
— У меня барка, — сообщил Габриел, уводя ее из игорной комнаты. — Так будет удобнее, мадам.
— В таком случае пошлите слугу предупредить моего кучера, чтобы возвращался в Линмут-Хаус, — сухо попросила она.
Герцог кивнул и что-то сказал лакею, поспешившему выполнять распоряжение. Они вместе подошли к королевскому причалу. Лодочник привел барку, и герцог повел свою даму по сходням, усадив в крошечной каюте со стеклянными окнами. Под обтянутой кожей скамьей лежали нагретые кирпичи. На колени Отем опустилась лисья полость.
— Барка уже принадлежала дому, когда вы его получили? — осведомилась она.
— Совершенно верно.
— В таком случае это собственность моей прабабки. Гринвуд был ее домом, а она подарила его моей матери. Протекторат не имел права конфисковать его.
— Что ж, мадам, когда вы станете моей женой, дом снова будет принадлежать вам, и это, пожалуй, разрешит все трудности, — заметил он.
Отем поджала губы и замолчала, отдавшись плавному скольжению барки. Наступило время между приливом и отливом, и течение было спокойным.
Наконец она все же выдавила:
— Вы все равно не согласитесь на условия моей семьи — Вы уверены?
— Да, — злорадно прошипела она.
— Напрасно, — заметил герцог. — Я хотел вас с нашей первой встречи, когда вы были совсем девочкой и требовали правосудия за гибель вашей невестки и слуги. С тех пор ничего не изменилось, и я по-прежнему желаю вас. А я всегда добиваюсь своего.
— Посмотрим, — не растерялась Отем, хотя признание ее немного испугало Такого она от него не ожидала. Он никогда ничем не дал понять, что питает к ней что-то, кроме презрения.
— Я не люблю вас! — бросила она.
— Это придет, когда мы поближе узнаем друг друга, — заверил он.
Отем снова смолкла. Странный человек. Не похож ни на одного из всех ее знакомых мужчин.
Жизнь внезапно приняла новый оборот, и на этот раз непонятно, куда это приведет ее. Отем не слишком любила сюрпризы, но что поделаешь? Кроме того, он не примет условия ее семьи.
Или все-таки примет?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Околдованная - Смолл Бертрис

Разделы:
Пролог. 3 сентября 1650 года

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. АНГЛИЯ И ФРАНЦИЯ. 1650-1651 ГОДЫ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ОТЕМ. 1651-1655 ГОДЫ

Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ГОСПОЖА МАРКИЗА. 1656-1662 ГОДЫ

Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16Глава 17Глава 18Глава 19Глава 20Эпилог. королевский молверн. лето 1663 года

Ваши комментарии
к роману Околдованная - Смолл Бертрис



Невероятная история жизни, романтичная и в то же время трагичная. Книга просто завораживает, не дает ни единого шанса эмоциям остаться незатронутыми.
Околдованная - Смолл БертрисВиктория
19.01.2012, 17.48





Очень скучный роман,и ничего интригующего.
Околдованная - Смолл БертрисНИКА*
14.12.2012, 19.28





ПОТРЯСАЮЩЕ ВСЕГДА ВОСТОРГЕ ОТ РОМАНОВ Б. СМОЛЛ НИКОГДА ЕЕ НЕ ЗАБУДУ!!! СПАСИБО!!!
Околдованная - Смолл БертрисПОТРЯСАЮЩЕ
12.02.2013, 9.34





Я восхищаюсь ее книгами, но больше всего мне нравится Скай О'Малли, и ее история)) романы Бертрис Смолл можно читать не уставая
Околдованная - Смолл БертрисДи-
5.04.2013, 17.01





мдя...копия романа про Блейз Уиндхем...лишь с изменением имен гл.героев)
Околдованная - Смолл БертрисЛаНа
11.09.2013, 17.22





Прикольная, но немного не раскрыта тема последней любви ГГ-ни. Отличная книга на 10. Не знаю откуда такой рейтинг.
Околдованная - Смолл БертрисВеруся
7.11.2013, 22.59





Очень скучный роман, как будто писала не Смолл. Еле дочитала, самая неинтересная её книга.
Околдованная - Смолл БертрисВасяня
15.06.2015, 21.26





Tut Smoll peregnula uj sovsem s raznim zvetom zrachkov. Eto navernoe ujasno strashno. Eto je prosto urodstvo, ne ponimayu ya ee.
Околдованная - Смолл БертрисSasha
6.12.2015, 1.23





Это самая ужасная книга из всей саги. Она настолько нудная, скучная и неинтересная, что престо словами не предать. Много странных абсолютно неясных ментов. Во-первых вдруг отодвинувшееся рождением Отем (впрочем это было в этой и предыдущей книге). Очень конечно опечалила смерть Джеймса Лесли вначале. Я рыдала. И где вообще все время была Вельвет. Понятно что к тому времени она была стара, но она жила в той же Шотландии и они как бы до этого всегда общались С Жасмин. Куда делась клановая дружба? Очень порадовало воссоединение клана О'Малли в конце, потому что до этого огорчила мысль что все разбрелись и уже даже не помнят друг друга. Конечно поражает долгожительство главных героев, что было абсолютно не свойственно для того времени. И за весь роман Отем только вспомианет о тсарших сестрах, и ни разу они так и не появились. С Фортей все понятно- но Индия где была-то? То есть братцы тут активно во всем участвуют - а остальные где? Такое вуство, что это был глубоко вымученный роман.
Околдованная - Смолл БертрисЭнн
18.01.2016, 4.03





Очень порадовало в этом романе, что никого не отправили в гарем. Но поведение главной героини было конечно просто отвратительным.
Околдованная - Смолл БертрисЯ
18.01.2016, 4.24








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100