Читать онлайн Любовь на все времена, автора - Смолл Бертрис, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь на все времена - Смолл Бертрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.61 (Голосов: 127)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь на все времена - Смолл Бертрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь на все времена - Смолл Бертрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смолл Бертрис

Любовь на все времена

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Конн Сен-Мишель узнал об исчезновении жены от ее верной служанки. Когда Эйден в тот вечер не вернулась в Гринвуд, Мег, не теряя времени даром, поспешила назад в лондонский Тауэр и потребовала встречи со своим хозяином. Стража не хотела впускать ее в этот поздний час, однако Мег с дерзостью, которая изумила даже ее саму, заявила:
— Если вы не разрешаете мне повидаться с лордом Блиссом, я хочу увидеть начальника тюрьмы, и тебе лучше пошевелиться, приятель, потому что известие, которое я принесла, жизненно важно для безопасности ее величества!
Был вызван капитан стражи, и Мег спокойно повторила ему сказанное. Капитан наклонился и понюхал, чем от нее пахнет, но не почувствовал запаха вина или эля.
— Если ты даром отнимаешь у меня время, женщина, я позабочусь, чтобы тебя на месяц посадили в колодки! — пригрозил он. — Я не хочу выглядеть дураком перед сэром Джоном.
— Тогда отведи меня к лорду Блиссу, — сказала Мег, — и пусть он судит о важности моих сведений.
Поразмыслив, капитан стражи решил, что лучше всего последовать этому предложению. Если женщина лжет, ее должен наказать хозяин, и капитан не будет выглядеть глупцом перед своим начальником.
— Очень хорошо, — ворчливо разрешил он, — ты можешь встретиться со своим хозяином, — и приказал одному из своих людей отвести Мег в камеру Конна.
Конн играл в кости со стражниками, которые обрадовались, что игра прервалась, потому что, к своему большому неудовольствию, проигрывали.
— В чем дело, Мег? — сказал Конн, вставая с пола, где сидел.
— Ее светлость не вернулась домой, милорд. Она уехала в «Лебедь» и еще не вернулась.
— «Лебедь»! — Конн мгновенно встревожился. — Зачем она поехала в «Лебедь», Мег? Она поехала к господину Фитцджеральду? Почему ты позволила ей сделать такую глупость?
— Это не я, ваша светлость, это приказал человек королевы — лорд Берли! Это он послал миледи к господину Фитцджеральду, и она не вернулась домой! — Мег заплакала, закрыв лицо руками.
В ярости Конн скрипнул зубами. Ему следовало быть терпеливым. В том, что сейчас рассказала Мег, не было, на его взгляд, никакого смысла.
— Подай стул для Мег, Клуни, — приказал он слуге, и после того, как Клуни выполнил приказ, он заботливо усадил служанку. Голосом, который, как он надеялся, прозвучал спокойно, сказал:
— Послушай, Мег. Я хочу, чтобы ты в точности рассказала мне, что произошло после того, как вы ушли отсюда сегодня днем. Начинай сначала и ничего не пропускай.
Мег посопела, а потом медленно, старательно вспоминая, начала рассказ.
"Умная старая лиса», — подумал Конн, когда Мег закончила свой рассказ, В целом план был вполне здравым, но его жена попала в беду, чего, конечно, не учел Уильям Сесил. Главной заботой лорда Берли была безопасность королевы.
— Как Эйден добиралась до «Лебедя»? — спросил он Мег.
— Лорд Берли отправил ее в своей карете. Карета должна была ждать Эйден и привезти ее назад в Гринвуд, но домой она так и не вернулась. — Мег снова заревела. — Она так и не вернулась домой, — Принеси мне пергамент, чернил и перо, Клуни, — сказал Кони. — Я напишу письмо лорду Берли, а ты отнесешь его. Потом отвезешь Мег обратно в Гринвуд. — Он повернулся к Мег, чтобы немного утешить ее. — Мы найдем ее, Мег, не волнуйся. Господин Фитцджеральд не причинит ей вреда. Он жадный негодяй, но я не верю, что у него злой умысел.
Лорд Берли готовился лечь спать, когда ему принесли послание Конна. Со вздохом он кликнул, чтобы прислали его кучера, а леди Берли легла спать, сочувственно поглядывая на него.
— Я приказал тебе подождать леди Блисс, — без всяких предисловий начал Уильям Сесил, когда кучер вошел в его кабинет.
— Из гостиницы выходит какой-то джентльмен и говорит мне, что ее светлость останется на ужин со своим кузеном и что я свободен на весь вечер. Я подумал, что это смешно, ведь леди — не моя хозяйка, однако я благодарю джентльмена и возвращаюсь домой, милорд.
— Было ли похоже по выговору, что этот джентльмен — ирландец?
— Да, милорд.
— Черт побери! — выругался лорд Берли, повторив любимое ругательство королевы. «Что же наделал этот негодяй?» — Можешь идти, — он махнул рукой.
— Надеюсь, я не сделал ничего дурного, милорд? — сказал кучер.
— Нет, Джефферс, ты поступил так, как тебе приказали, что и должен делать прилежный слуга.
Кучер вышел, а лорд Берли крикнул своего секретаря, усталого маленького человечка, который торопливо вошел в комнату.
— Пошли нескольких вооруженных всадников в «Лебедь», что неподалеку от реки, и пусть они проверят, там ли еще господин Кевен Фитцджеральд. Если его там не окажется, выясни, кто с ним был и была ли с ними какая-нибудь леди. Торопись!
Люди, носящие эмблему лорда Берли, были почтительно встречены хозяином «Лебедя».
— Да, верно! Господин Фитцджеральд действительно является постояльцем этого заведения. Он и его приятель сняли несколько комнат на этом этаже, в задней части дома, потому что им хотелось тишины. Да, какая-то леди пришла к нему, и они все еще не выходили.
Хозяин провел людей лорда Берли по узкому коридору к комнатам, которые занимал Кевен, и постучал в дверь, но ответа не последовало. Спустя секунду-другую дверь открыли, но комнаты были пусты. Люди лорда Берли вернулись к своему хозяину и доложили, что Кевен Фитцджеральд и еще какой-то джентльмен, иностранец, который утверждал, что он француз, хотя, по мнению хозяина, он больше смахивал на испанца, исчезли из «Лебедя» вместе с леди Блисс.
Лорд Берли был поражен. Что случилось с леди Блисс? Всадников отправили назад, чтобы осмотреть «Лебедь» и местность по соседству. Никто не видел трех человек или по крайней мере не мог вспомнить о них. Задний двор выходил в проулок, ведущий к реке. Решили, что именно этой дорогой они сбежали из «Лебедя». Вероятно, они окликнули проплывавшего мимо лодочника. Но куда они отправились? Лорд Берли разослал агентов в разные концы города, и они расспрашивали каждого лодочника, которого могли найти на реке, но их было так много! Было бы чудом, если бы удалось найти того, кто подобрал трех пассажиров именно в этом месте и отвез их Бог знает куда.
Уильям Сесил, лорд Берли, сейчас был уверен в одном. Лорд Блисс не участвовал ни в каком заговоре против королевы. Не существовало вообще никакого заговора, не считая мясника и двух его сыновей. Шпионы Уолсингема
type="note" l:href="#FbAutId_4">4
не нашли никаких других участников, как не нашли и никаких намеков на испанский заговор против Елизаветы. Однако вскрылось одно интересное обстоятельство. Испанскому шпиону, ныне заключенному в Тауэре, была послана большая бочка вина. Поскольку он не получал ничего со дня своего заключения, бочку проверили и обнаружили записку, закатанную в маленький глиняный шарик.
Записка гласила:
"Ликуй, брат! Я скоро сниму позор, который ты навлек на нашу семью, и мы сможем не стыдясь смотреть в глаза нашему королю. Скоро будет еще одна записка. Будь осторожен! Твой брат Мигель».
Лорду Берли это послание показалось довольно бессмысленным, но Уолсингем сказал, что, очевидно, у Антонио де Гуараса есть брат, который сейчас находится в Англии. По-видимому, этот Мигель де Гуарас был связан с Кевеном Фитцджеральдом, но какова истинная цель их поступков, он не может знать, пока они оба не будут взяты под стражу. Ордер на арест Кевена Фитцджеральда был уже выписан. Сейчас подписан и второй ордер на розыск испанца.
Конна выпустили из Тауэра, он вернулся в Гринвуд и обнаружил, что Скай и Адам приехали из Королевского Молверна.
— Я знаю, что мне запрещено появляться в Лондоне и при дворе, — сказала Скай брату, когда он задал вопрос, почему она приехала, — но королева и двор отъехали в летнее путешествие, а Чезвик — это не Лондон. Я хочу поговорить с лордом Берли. Ты и Адам попросите его прийти ко мне.
— Чтобы к тебе пришел Уильям Сесил? — спросил Конн зло и недоверчиво. — Только и всего, Скай? Приведите ко мне Уильяма Сесила! Я не желаю видеть этого человека! Это из-за него я потерял жену! Мою дорогую Эйден, мою жизнь! Мою жену и моего будущего ребенка! Они оба исчезли!
Лицо Скай сморщилось от жалости к младшему брату. Она никогда не видела, чтобы он так страдал. «Бедный Конн, — думала она. — Самый красивый мужчина двора влюбился, а теперь эту любовь украли у него, и мир вокруг него рушится». Тонкими руками она накрыла его большие руки.
— Послушай меня, Конн! Никто в этой семье не сможет лучше управиться с лордом Берли, чем я. Я не могу поехать в Лондон, не могу я и догонять его, если он уедет, чтобы присоединиться к королеве, а он, несомненно, скоро последует за ней. Я не уверяю, что его приезд сюда вернет Эйден, и тебе известно, кому отдана его верность. Может быть, он даже не сказал тебе всей правды этого дела, но мне он ее расскажет!
Он смотрел на нее, на свою прекрасную, невероятно мудрую и знающую старшую сестру. В мире нет женщины, подобной Скай. Его красивое лицо сморщилось, и он заплакал, не стыдясь слез.
— Помоги мне, Скай! Помоги мне найти мою Эйден! Скай баюкала брата на груди, гладила его волосы, бормоча какие-то успокаивающие слова, как ребенку.
— Ну, Конн, мой милый братик! Хватит, любовь моя. Мы найдем Эйден, обещаю. Мы найдем ее.
Странно, но Уильям Сесил не удивился, узнав, что Скай находится так недалеко от Лондона. Услышав просьбу Конна и Адама, он с готовностью приехал, ворча при этом:
— Нет ничего, что я мог бы рассказать леди де Мариско, кроме того, что я уже рассказал вам, милорд Блисс. Однако я хорошо знаю вашу сестру, она будет терзать меня как терьер, если я не поговорю с ней.
Приехав в Гринвуд, он отметил, что жизнь в деревне явно пошла ей на пользу. Она чуточку прибавила в весе, но это чрезвычайно шло ей. Подобно своей повелительнице, королеве, леди де Мариско, по его мнению, всегда была излишне изящной. У женщины должно быть немного мяса на костях. С вежливым поклоном он взял ее руку и поцеловал. Так он поступал не со всеми женщинами, потому что подражание французским манерам не нравилось ему. Но ее руки, как и руки королевы, так прекрасны! На ней было темно-синее шелковое платье, отделанное изящным кружевом, а аромат дамасской розы, исходивший от нее, пробудил в нем воспоминание о былых свиданиях.
— Мадам, вы хорошо выглядите. Видимо, королева приняла правильное решение, отправив вас в Королевский Молверн.
— Я скучаю по морю, — сказала Скай, что являлось некоторым отклонением от истины, однако в этой ситуации ей нравилось быть капризной. — Садитесь, милорд. — Он сел. — Вина? День очень теплый.
Он отведал вина, а потом заговорил раньше, чем она могла наброситься на него с вопросами.
— Так что же вы хотите от меня, леди де Мариско? Вы почти нарушили запрет королевы, находясь в такой близости от Лондона.
— Я приехала бы прямо в Лондон, если бы считала, что это может помочь, сэр! Брат рассказал мне все, но сейчас я хотела бы услышать от вас, в какой заговор вы вовлекли мою невестку, после чего она исчезла.
— В этом нет никакой особой тайны, мадам. Я попросил леди Блисс отправиться к господину Фитцджеральду и сказать ему, что ее состояние якобы должно быть конфисковано в пользу короны из-за того, что ее муж обвиняется в измене. Мои предположения весьма просты. Я хотел выяснить, существовал ли действительно заговор, грозящий жизни королевы, или этот Кевен Фитцджеральд просто пытался избавиться от вашего брата, чтобы жениться на его вдове, завладев при этом ее состоянием. Опасности не было.
— Наверняка была, — резко бросила Скай, — потому что не исчезла же Эйден с лица земли, милорд? Где господин Фитцджеральд? Он объявился?
— Ни одного из троих не видели с того вечера, как исчезла леди Блисс, — сказал Уильям Сесил.
— Троих? Разве был кто-то третий? Кто он?
— Хозяин гостиницы «Лебедь» говорил, что человек выдавал себя за француза, но смуглый цвет его кожи делал его похожим на испанца. Наши шпионы установили, что у пойманного испанского шпиона, Антонио де Гуараса, есть брат Мигель, который сейчас находится в Англии. Мы считаем, что он и господин Фитцджеральд замешаны в этом деле, и уже выданы ордера на арест их обоих.
— Но к чему столь изощренная выдумка с заговором? — недоумевала Скай. — Испанцы не стали бы просто так, по доброте сердечной, помогать незаконнорожденному отпрыску какого-то ирландского попа. Интересно… — Она замолчала, размышляя, а лорд Берли улыбнулся про себя. Он почти видел, как работает ее гибкий ум. — Мои братья О'Малли, — заговорила Скай, — здорово надоели испанцам в Новом Свете. Они захватили больше галеонов богатых донов и привезли в Англию больше сокровищ, чем Дрейк и Хокинс вместе взятые. Может ли быть так, что этот заговор был придуман, чтобы остановить их? Если бы Англия казнила Конна, захотели бы его братья обогащать английскую королеву?
— Хорошее предположение, мадам, — ответил Уильям Сесил, — ив целом это возможно, однако я удовлетворен тем, что против королевы не было никакого заговора и что ваш брат не повинен ни в каких дурных поступках. Это единственное, что имеет для меня значение. Если у испанцев есть зуб на вас и ваших братьев, леди де Мариско, это ваши проблемы, и к королеве они не имеют никакого отношения.
— Хоть это и успокаивающее обстоятельство, милорд, — саркастически сказала Скай, — нам оно не подсказывает, что же именно произошло с леди Блисс. Не вылавливали ли вы из реки какие-нибудь тела, которые не могли опознать?
— Нет, леди де Мариско, — последовал ответ.
— Какие корабли вышли в тот вечер из лондонского Пула? — спросила Скай.
— Корабли? Ну, я не знаю, мадам. Вы думаете, что господин Фитцджеральд мог похитить леди Блисс? Зачем ему это делать, скажите на милость? Она сказала ему, что осталась без гроша.
— Не знаю зачем, милорд, но Эйден исчезла. Исчезла бесследно. Возможно, мы не можем ее найти, потому что ее здесь нет. Вы проверяли лодочников на реке?
— Невозможно опросить их всех, хотя мы пытаемся это сделать, мадам.
— Вы назначили вознаграждение, милорд?
— Вознаграждение? — Лорд Берли выглядел озадаченным.
— Это единственная разумная вещь, милорд. Вы не можете обойти всех лодочников, но предложите вознаграждение за сведения, и более чем вероятно, что лодочник, который вез этих троих, сам придет к нам.
— Мадам, я больше не могу заниматься этим делом. Я должен присоединиться к королеве в Лонг-Медфорде, где она встречается с французскими посланниками по поводу брака с герцогом де Аленконом. Однако в ваших поисках ваша семья получит полную поддержку ее величества, а вам, мадам, я разрешаю въезд в Лондон, если необходимо, при условии, что там не будет ее величества. Однако, когда это дело разрешится, вам по-прежнему нельзя появляться в городе до тех пор, пока королева не отменит свой запрет.
— Вы очень добры, милорд Берли, — сказала Скай со сладкой улыбкой, которая ни на секунду не обманула Уильяма Сесила. — Мы в самом деле расширим и усилим наши поиски. Так, значит, королева снова добивается брачного союза с Францией? Маленький герцог вдвое моложе ее, но он очаровательный мальчишка. — Скай опять улыбнулась.
— Мне кажется, что из всех, кто знает ее, мадам, исключая меня, вы знаете ее лучше всего, — сказал Уильям Сесил.
— Брак не состоится, — сказала Скай. — Она всего лишь ищет, чем бы ей развлечься. Она стареет, как и все мы, и иногда ей становится страшно. Она тоскует по своей молодости. Что хорошего принесет ей брак в ее возрасте, милорд? Она ведь, конечно, не может иметь детей?
— Врачи уверяют нас, что может, — ответил лорд Берли, — и на этот раз я не так уж не уверен в серьезности ее намерений относительно брака. Законный наследник положил бы конец всем этим тайным проискам.
— Похоже, мне предстоит удивиться, — сухо сказала Скай.
Едва уловимая улыбка скользнула по губам лорда Берли и исчезла так быстро, что ни Скай, ни Адам, ни Конн не были уверены, действительно ли они видели ее. Уильям Сесил больше не интересовался их делом, и они поняли, что теперь им самим придется искать Эйден, независимо от того, что с ней случилось. Им не станут мешать, но и помогать не будут.
Было нанято несколько глашатаев, и они стали разгуливать по берегу реки, предлагая вознаграждение любому лодочнику, которой мог бы сказать, на какой корабль в лондонском Пуле ночью в конце июня отвезли троих пассажиров. Адам уже говорил с начальником порта и узнал, что ночью двадцать четвертого июня из лондонского Пула вышли пять кораблей. Прошло несколько недель, но сведений не поступило. Конн от переживаний начал худеть. Каждый день глашатаи повторяли свое предложение, и каждый день за вознаграждением приходили несколько лодочников, но никто не назвал правильно ни состава пассажиров, ни настоящее их число, ни то, что вообще отвозил на корабль пассажиров, соответствующих данным описаниям. Скай начала сомневаться, что разыскиваемые ими люди вообще уехали из Лондона. Кроме того, они могли уехать по суше и покинуть Англию через другой порт.
Наконец месяц спустя к дверям Гринвуда подошел какой-то лодочник, и был впущен в дом, когда сказал, что обладает нужными сведениями. Держа шапку в руке, он преклонил колени перед Скай, но она заставила его подняться.
— Внимательно ли ты слушал глашатая, человек? Знаешь ли ты, кого мы ищем?
— Да, миледи. Я отвез леди и двух джентльменов на корабль в лондонский Пул в ночь на двадцать четвертое июня! Они показались мне странными, но такому человеку, как я, лучше не задавать вопросов. Один джентльмен был разговорчив, и, как мне кажется, он ирландец. Другой, хоть и не говорил достаточно громко, чтобы я мог сказать точно, но он был иностранцем, в этом я уверен.
— Что ты можешь сказать о женщине? — спросила Скай.
— Да я ее и не разглядел, но она была без сознания. Ее муж, этот ирландец, сказал, что она не привыкла к хорошему вину и опьянела. Когда они поднимали ее на корабль, капюшон свалился с ее головы, и я увидел, что у нее рыжие волосы.
— Это Эйден! — возбужденно воскликнул Конн.
— Как назывался корабль? — спросила Скай.
— «Газель», миледи.
— В списках он есть, — сказал Адам. — Это торговое судно из Алжира.
— Из Алжира? — разом воскликнули Скай и ее брат.
— Так я получу вознаграждение, миледи? — с надеждой в голосе спросил лодочник.
— Да, — ответила Скай, — получишь, потому что ты действительно заслужил его. — И, сунув руку в шкатулку, стоящую на столе в библиотеке, вынула кошелек и вручила его лодочнику. — У тебя есть семья? — спросила она.
— Да, миледи.
— Тогда отдай половину своей жене прежде, чем пойдешь и напьешься, — улыбаясь, приказала она.
Его глаза округлились, когда он ощутил тяжесть кошелька на своей ладони. Он ушел, неловко поклонившись в знак благодарности.
— Зачем Кевену было тащить Эйден на борт корабля, готового к отплытию в Алжир? — спросил Конн.
— Возможно, корабль должен был зайти в какой-нибудь порт, прежде чем плыть в Алжир, Конн, — сказал Адам. — Мы должны выяснить, заходила ли «Газель» куда-нибудь до того, как она доплыла до Алжира.
— Зачем вообще было похищать Эйден? — вслух размышляла Скай. — И кто был спутником Кевена Фитцджеральда? На все эти вопросы нужно найти ответы. Сначала надо выяснить, часто ли заходит «Газель» в Лондон, а если заходит, мы можем что-нибудь узнать о ее хозяине.
То, что они узнали, конечно, не порадовало их.
"Газель» обычно плавала между Алжиром и Лондоном, не заходя по дороге ни в какие промежуточные порты. Хотя она привозила в Англию фрукты, изделия из сафьяна и обычную кожу, а назад увозила шерсть и олово, ходили слухи, что ее капитан, испанский вероотступник по имени Рашид аль-Мансур, торговал также молодыми девушками. Доказать это было невозможно, однако косвенные свидетельства тому существовали. Дальнейшие розыски помогли установить имя содержательницы публичного дома, которая, когда к ней пришли, сначала отпиралась, но, получив золотую монету, призналась, что продала девственниц-блондинок Рашиду аль-Мансуру всего несколько недель назад, перед его отплытием из Лондона.
— Не понимаю, — сказал Конн, когда они вернулись в Гринвуд. — Эйден не блондинка и не девственница, она не очень молода и не красавица. Почему Кевен Фитцджеральд взял ее на борт корабля, направляющегося в Алжир?
Ответов они не могли найти. А потом однажды днем в Гринвуд приехал клерк из торгового дома, принадлежащего Скай и ее деловому партнеру, сэру Роберту Смоллу, и попросил разрешения повидать леди де Мариско. Его провели к ней и, получив разрешение говорить, он сказал:
— Один из голубей, которых вы используете в качестве почтовых, вернулся на голубятню совсем недавно. Это была не наша птица, миледи, однако, когда мы вынули письмо, которое она принесла, мы увидели, что оно адресовано вам. Меня немедленно послали к вам. Мне ждать ответа?
Волна возбуждения охватила Скай, и она сказала:
— Скажи мне, какого цвета этот голубь?
— Коричневый с белым, миледи.
— Это один из голубей, которых держали Робби и Халид эль-бей, когда были компаньонами, чтобы связь между ними никогда не прерывалась. Птицы жили на голубятне в нашем доме, который сейчас принадлежит Осману. Что хочет Осман сказать мне? Сейчас у меня нет никаких связей с Алжиром. — Она развернула записку и аккуратно разгладила ее, расправляя складки пергамента. Она медленно просмотрела написанное, а потом, оторвавшись, сказала ожидающему клерку:
— Сейчас ответа не будет, но держи птицу, принесшую послание, наготове. Ее надо хорошо кормить, поить и дать ей отдохнуть.
— Слушаюсь, миледи, — сказал клерк и, пятясь, вышел из комнаты.
— В чем дело? — спросил Адам де Мариско жену.
— Эйден в Алжире. Ее привез наш приятель Рашид аль-Мансур и продал дею. Тот послал ее в Стамбул в качестве подарка султану. Какой же я была дурой! Белокурые и светлокожие девственницы в самом деле высоко ценятся на Востоке, но это также касается и светлокожих женщин с рыжими волосами! Но какую роль в этом деле играет Кевен Фитцджеральд и его приятель? Нам нужно ехать в Алжир!
— Конну надо ехать в Алжир, — спокойно сказал Адам. — Ты не можешь ехать, Скай, и ты знаешь это.
— Я, конечно, должна ехать, Адам. Я знаю Осман-бея и знаю Восток.
— Сейчас тебе запрещено уезжать из Англии, Скай, и я не позволю тебе снова сбежать и подвергнуть опасности всю нашу семью. Разве ты забыла о нашей дочери, Велвет, и об обещании, которое ты дала своей дочери Дейдре, — никогда не уезжать от нее снова? Конн должен ехать в Алжир, чтобы узнать об этом деле.
О" может поехать с Робби, который завтра возвращается из Девона. Робби знает Алжир так же хорошо, как и ты, и он тоже знаком с Османом. Твой брат мужчина, и это его проблема. Ты больше не О'Малли, малышка. Теперь твоей главной заботой является твоя собственная семья.
Она в досаде прикусила губу.
— Но, Адам, я хочу помочь Конну!
— Адам прав, — сказал Конн, заговорив в первый раз после того, как его сестра прочитала послание Османа. — Это не твоя схватка, Скай, а моя. Эйден моя жена, и я поеду в Алжир и узнаю, в чем дело, а потом, если ее там нет, поеду в Стамбул или еще куда-нибудь, но я найду свою жену и привезу ее домой. И нашего ребенка тоже.
Скай посмотрела на младшего брата.
— Сядь, — сказала она. — Мы должны поговорить о Востоке, и о том, как там обращаются с женщинами, и о том, что Эйден может быть силой взята другим мужчиной. Как ты будешь чувствовать себя, Конн, если обнаружишь, что твоя жена в гареме султана? Если обнаружишь, что Эйден — самая любимая новая игрушка султана? Будешь ли ты по-прежнему любить ее? Захочешь ли ты по-прежнему вернуть ее домой?
— Ради Бога, Скай, как ты можешь задавать мне такие вопросы?
— Я говорю тебе все честно, брат. К тому времени, как ты найдешь Эйден, она уже будет много месяцев оторвана от тебя. Она не девственница. Что, если Рашид аль-Мансур, капитан, воспользуется своим положением? Так могло случиться. Тот факт, что она недавно забеременела, не отпугнул бы его, если бы он возжелал ее. Что, если она понравится султану? Что ты будешь делать? Как ты будешь себя чувствовать?
— Я люблю Эйден, — ответил Конн. — Если другие мужчины обладали ею, то я знаю, что это было против ее воли. Как я могу обвинять ее, Скай? Я бы скорей предпочел, чтобы она подчинилась, чем убила бы себя от стыда. Я хочу вернуть свою жену! Я поеду хоть на край света! Я все сделаю, чтобы вернуть Эйден домой.
"Хватит, — подумала про себя Скай. — Что Конн знает о том, как чувствует себя женщина и как она сопротивляется, когда ее принуждают или когда она испытывает сильное душевное волнение?» Он не знал, какие мысли обуревали ее, но было достаточно, что он хотел вернуть Эйден независимо от того, что с ней случилось. По своему собственному опыту пребывания на Востоке она считала, что капитан, который вез Эйден, слишком хорошо знал, сколько она может стоить, чтобы изнасиловать ее, хотя брату она сказала другое. Дей не тронул бы ее, потому что отсылал ее в качестве подарка султану в Стамбул. Что касается султана, то в его гареме слишком много женщин. Существовала вероятность, что он не увидит ее в течение многих месяцев, хотя она и была подарена деем. Вполне возможно, что они смогут вернуть Эйден невредимой, если вообще это возможно.
Елизавета Тюдор могла держать Скай О'Малли далеко от моря, но сам характер ее деятельности требовал, чтобы она знала все о политике стран, с которыми торговали ее корабли. Флот О'Малли — Смолл многие годы торговал с Левантом
type="note" l:href="#FbAutId_5">5
и Стамбулом. В течение нескольких лет они благоразумно держали в столице Оттоманской империи своего посредника, а всего три года назад объединились еще с двумя посредниками, сэром Эдвардом Осборном и господином Ричардом Стейпером, крупными лондонскими торговцами, которые присматривались к товарам, ввозимым кораблями Скай и Робби в последние несколько лет. Они пришли к заключению, что оживление торговли с Левантом может оказаться выгодным делом. Присутствие посредников Осборна и Стейпера вместе с посредником О'Малли — Смоллом давало возможность представителю сэра Эдварда, Уильяму Харборну, свободно вести дела и обеспечивало ему беспрепятственный доступ во владения султана. Господин Харборн вскоре должен был отплыть в Стамбул.
Скай все это знала. Ее сведения были более свежими и поступали к ней раньше, чем к королеве. Она знала, что правящий султан Мюрад III — молодой человек, которым управляют два порока: неутолимая похоть и неистовая алчность. Вместе с надеждой, что он никогда не увидит Эйден и она никогда не привлечет его внимания, всегда существовала и вероятность обратного. Однако эти мысли она держала при себе. Доставить Конна в Стамбул просто, Совершенно немыслимой представлялась проблема освобождения Эйден из липкой паутины, в которой она запуталась.
Скай взглянула на брата.
— Я могу доставить тебя в Стамбул, и сделаю это быстро. Однако сначала ты должен попасть в Алжир и поговорить с моим старым другом Османом. Но до этого мы должны обсудить, как вернуть Эйден. Ты не можешь просто так явиться в Стамбул и сказать султану, что хочешь получить жену обратно. Согласно исламу, нельзя брать жену живого человека себе в жены или в наложницы, но только очень совестливые люди придерживаются этого правила. Хотя султан называет себя «защитником веры», он может справедливо возразить, что, поскольку ты не мусульманин, к тебе это правило не относится. И ты не сможешь решить, что делать, пока не установишь местонахождение Эйден.
— Я не понимаю, — сказал Конн.
— Осман пишет, что дей посылает ее султану в качестве подарка. По традиции его гарем огромен. Вполне возможно, что он даже не увидит ее. С другой стороны, султан Мюрад известен своим большим аппетитом на женщин. Про него говорят, что его похоть заставила поднять цены на красивых рабынь, а его евнухи опустошают невольничьи рынки Стамбула. Поэтому она может быть показана ему довольно быстро, особенно если учесть, что является подарком алжирского дея. Существует иная возможность. Султан может подарить ее кому-то, кто удостоится такой чести либо в Стамбуле, либо где-нибудь еще. И, наконец, последняя возможность, которая наиболее неприятна. Эйден может умереть.
— Умереть? — На его лице появилось выражение ужаса.
— Она может умереть при родах, Конн. Она может восстать против своей судьбы и быть казнена. Она могла просто не перенести путешествия до Стамбула. Мы должны думать обо всех этих вещах. У Осман-бея есть возможность связаться со Стамбулом, у него там много друзей, и он хорошо известен в империи султана. Через несколько дней я выпущу голубя, который прилетел от Османа, с сообщением для него. Я попрошу его, чтобы он узнал, добралась ли Эйден благополучно до Стамбула и жива ли она. Надо надеяться, что эти новости будут ждать тебя, когда ты доберешься до Алжира. Тогда, если все будет хорошо, ты должен плыть в Стамбул. Отправляйся немедленно, пока не начались осенние шторма.
— А ты помнишь, не правда ли, сестрица, что мой желудок не ладит с морем? — Он улыбнулся.
— Я помню, что он немного нежный, Конн.
— Нежный! — Он расхохотался. — Да, мягко сказано, нежный! Я хорошо помню, как Брайан поносил меня, когда я был мальчишкой. Он не мог понять, как это мне может быть плохо, когда так восхитительно воет северо-восточный ветер.
— Брайан, — сказала Скай о своем старшем брате, который был на несколько лет старше Конна, — не понимает значения слова «нежный». Он последыш какого-то налетчика-викинга, оставившего след в семье. Он груб и прямолинеен и обладает тактом взбесившегося быка. Тем не менее он надежный человек, чтобы прикрывать тебе спину в драке. Я собираюсь послать за ним, а также за Шоном и Симусом, чтобы они поехали с тобой в Стамбул.
— Ему не понравится служить под командой Робина, — понимающе сказал Конн.
— Да, не понравится. Никому из них не понравится, но я заставлю их помочь тебе. Каперство привило им вкус к добыче, — мудро заметила она. — Наши братья не сентиментальны.
— Я сделаю так, чтобы это путешествие оказалось выгодным для них, Скай. Очень любезно, что ты предлагаешь такое, но я сам богатый человек, и Эйден моя жена.
Она была готова вступить с ним в спор, когда вспомнила слова Адама: «Ты больше не О'Малли». Проглотив свои возражения, она сказала:
— Ты прав, Конн, — и глаза Адама засветились одобрением.
Послали за старшими братьями Конна, и они приехали из Ирландии с брюзжанием и ворчанием. Они приплыли прямо в лондонский Пул, где их ждала барка Скай. На этой барке они и прибыли в Гринвуд. Она смотрела, как они легким шагом поднимались по лужайкам от причала.
Они были такими же большими, как и их отец. Огромные, неопрятные мужчины с косматыми черными бородами и гривами густых черных волос. Конн, конечно, значительно красивее, чем его братья, одетые в темные клетчатые штаны и коротенькие куртки из оленьей кожи без рукавов. Они были подпоясаны широкими кожаными ремнями с узорными серебряными пряжками. Брайан и Симус носили по золотой серьге в правом ухе, а у Шона на каждом пальце обеих рук было по кольцу. Влюбленные в море, они уважали и любили его даже больше женщин, на которых были женаты, славя или браня бешеные волны, по которым они плавали, на своем родном ирландском, кельтском языке, а иногда ругались на странной смеси кельтского и английского, которым все больше и больше в эти дни пользовались ирландцы.
— Боже милосердный, — тихо сказал Конн. — Неужели совсем недавно я походил на них?
— Прошло четыре года, — ответила Скай. — Ты сожалеешь о своем решении?
— Нет! — сказал он так искренне, что она рассмеялась.
Братья по очереди заключили Скай в медвежьи объятия, а потом повернулись и осмотрели своего младшего брата с выражением, похожим на восхищение. Потом старший, Брайан, сказал ехидно:
— Неужели этот надушенный английский щеголь действительно наш брат?
Шон и Симус стояли рядом с ним, глупо ухмыляясь. Конн вытянулся в полный рост, став на добрый дюйм выше остальных, и, глядя на них сверху вниз, с манерной медлительностью, принятой при дворе, произнес:
— Конн Сен-Мишель, лорд Блисс. Как ты считаешь, дражайшая сестрица, могут ли эти три лохматых зверя сопровождать меня в моем путешествии в Берберию? Лучше позволь мне взять их на травлю медведей, чтобы они могли подраться с псами. Они и впрямь походят на зверей, и я, вероятно, могу нажить состояние, показывая их.
— У тебя весьма ядовитый язык для человека, который попросил нас о помощи, братик, — сказал Брайан на довольно хорошем английском.
— Значит, ты понял меня, Брайан? А другие? Я рад, что ты наконец понимаешь настоящий английский. Интересно, с чего бы это после стольких лет вы не посчитали за труд поучиться ему?
— Нельзя сражаться вместе с англичанами на Испанском Мейне
type="note" l:href="#FbAutId_6">6
и не научиться говорить на их проклятом языке, — сказал Брайан. — Мы даже кое-как разбираемся во французском и испанском. Кроме того, воюя последние несколько лет вместе с англичанами, а не против них, я завоевал даже недоброжелательное восхищение этих ублюдков. — Он оглядел Конна. — Кажется, они хорошо обошлись с тобой, братец.
— Давайте войдем в дом, — пригласила Скай. — Нам нужно многое обговорить, и, кажется; собирается дождь.
Они прошли в дом, в библиотеку Гринвуда. Там их ждал Адам де Мариско. Брайан, Шон и Симус с восторгом приветствовали его — он был единственным англичанином, которого они любили и которым восхищались.
Он усадил их поудобнее, предложил взять кубки густого бургундского вина с виноградников, которыми владела во Франции его мать. В большом камине горел уютный огонь, выгоняя из комнаты сырость дождливого августовского дня. Скай оказалась права: по оконным рамам уже застучали капли дождя. Они одновременно выпили все до дна, а потом Брайан сказал:
— Сейчас мы должны были бы плыть через Атлантику.
— Сейчас неподходящее время года, чтобы плыть туда, куда вы собирались, — сухо ответила Скай. — Конну нужна ваша помощь, и вам придется отплыть в более спокойные воды.
Брайан выпил еще одну порцию вина и посмотрел на Конна.
— Ну? — спросил он.
— Как вы наверняка знаете, потому что я писал матери об этом прошлой зимой, я женился в день святого Валентина на Эйден Сен-Мишель. Ее мать звали Бевин Фитцджеральд, она была дочерью человека по имени Роган Фитцджеральд, родственника Элизабет Фитцджеральд, богатой наследницы из Килдэра. Мать Эйден умерла много лет назад, а ее отец умер в прошлом году. Он оставил ее заботам королевы, и она поженила нас и была на нашей свадьбе. В мае человек по имени Кевен Фитцджеральд, объявивший себя двоюродным братом Эйден, приехал в Англию. В конце июня моя жена была похищена этим человеком.
— Боже милостивый! — воскликнул Брайан О'Малли. Его брат оказался втянутым в такие трагические события. — Дай-ка мне подумать, — попросил он. — Он украл девушку, увез домой в Ирландию и держит ее там ради выкупа. Ты хочешь, чтобы мы освободили твою жену и повесили этого милого подлеца Кевена на нок-рее. Договорились, Конн! Сейчас ты можешь зваться Сен-Мишелем, но для нас ты по-прежнему О'Малли.
— Я благодарен тебе, брат, — спокойно сказал Конн, — но все случилось не совсем так. Кевен Фитцджеральд отвез мою жену в Алжир и продал в рабство.
Пока его братья молча таращились на него, раскрыв рты от удивления, он объяснил им, что случилось.
— Сначала я собираюсь побывать в Алжире, а потом в Стамбуле, чтобы спасти Эйден. Мне нужны в спутники надежные люди, а кто может быть лучше сыновей Дубдхара О'Малли? Я позабочусь, чтобы в деньгах вы не нуждались. А кроме того, братья, у вас будет много приключений, их хватит на всю вашу жизнь. Думаю, вам следует отдохнуть от испанцев.
Несколько минут Брайан О'Малли и его братья сидели молча, потом Брайан сказал:
— Мы не возьмем у тебя ни пенни, Конн, за это дело. Если мы немного заработаем по дороге, тем лучше, но твоя жена из нашего рода, и мы не можем брать от тебя вознаграждение за помощь нашей родной сестре.
— Лучше, если бы ты принял мое предложение о деньгах, — сказал Конн. — Тебе нельзя будет пиратствовать в турецких водах, Брайан. Это может повредить торговле Скай с султаном. Я не позволю этого.
— Ах, парень, не ломай себе голову, — сказал Брайан с ухмылкой. — Мы всего лишь захватим несколько богатых берберийских торговцев из Турции по дороге домой, после Гибралтара. Это окупит потраченное нами время и ничего больше.
Скай рассмеялась.
— Ну, Брайан, — сказала она, — вижу, что у тебя за последние годы появилось чувство юмора. Остался, однако, еще один вопрос, и я знаю, это немножко не понравится вам. Командовать в этом путешествии будет сэр Роберт Смолл. Не потому, что он лучший моряк, чем вы, это совсем не так, а потому, что он в течение многих лет торговал в Леванте и знает тамошние обычаи и порядки. Надеюсь, вы понимаете?
— Конечно, понимаю, Скай, — добродушно сказал Брайан. — Откуда, черт побери, нам знать Берберию или турок? Твой Робби будет очень нужен нам, и я обещаю, что мы будем слушаться его, даже если мы и лучше знаем море, чем этот маленький англичанин. Когда мы отплываем?
— Я хочу, чтобы ваши корабли перевернули, очистили дно, починили и снабдили продовольствием за счет Конна, — сказала Скай. — Если нам повезет, мы будем готовы отплыть через десять дней. Я поставлю своих людей на эту работу. Пусть ваши матросы лезут из кожи вон, но после отплытия ты должен навести жесткую дисциплину.
Брайан кивнул.
— Я не возражаю против всего этого, Скай.
— Вы все оставайтесь здесь, в Гринвуде, — сказала она. — В Лондоне чумы нет, несмотря на жаркое лето.
— Как ты думаешь, мы сможем увидеть королеву? — спросил Шон О'Малли. — Говорят, она самая прекрасная женщина в христианском мире.
— Королева никогда не бывает в Лондоне в это время года, — сказала Скай огорченному брату. — Она проводит летние месяцы в путешествии по стране. Народ ликует, когда видит ее.
У Шона был расстроенный вид.
— Я не ожидал, что моя нога когда-нибудь ступит на эту землю, но уж раз я здесь, то по крайней мере надеялся хоть мельком увидеть эту ведьмину дочку, — сказал он.
Скай взглянула на Адама, и они оба подавили смех.
Потом Скай сказала;
— Мать Елизаветы Тюдор не была ведьмой, Шон. Она была просто решительной женщиной, такой же, как и ее дочь.
— Ну тогда, — ответил он, — что же еще остается делать в этом вонючем городе?
— Думаю, вам придется по вкусу травля медведей, о которой уже говорил Конн. Летом и в городе, и за городом много увеселений на открытом воздухе. Можно посостязаться в стрельбе из лука, это, я думаю, вам понравится, есть ярмарки, а некоторые лондонские гостиницы — лучшие в мире. Конн и Адам могут показать вам город.
Трое братьев О'Малли закивали, а Брайан сказал:
— Есть ли здесь продажные девки, Скай? Мы слышали, что лондонские шлюхи полногрудые и красивые. Адам усмехнулся.
— Да, наши девушки славятся своим гостеприимством, Брайан. Конечно, прошло много лет с тех пор, как я испытывал потребность или даже желание воспользоваться такой компанией. — Он посмотрел на Конна. — Твой опыт гораздо новее по сравнению с моим.
Конн не мог удержаться и хохотнул.
— Да, — признался он с некоторой неохотой, — это так, и я буду рад помочь моим старшим братьям выбрать нужное направление. Однако есть одно обстоятельство, Брайан. Хорошая шлюха — дорогая шлюха. Ты должен понимать это. Не должно быть никакой торговли из-за цены, особенно после того, как ты попробовал товар.
— Иными словами, — сказал Брайан сухо, — ты не хочешь, чтобы мы вели себя как неотесанные мужланы, за которых нас принимаешь.
Конн и глазом не моргнул.
— Да, — ответил он, и Брайан рассмеялся. Братья О'Малли от всей души наслаждались пороками Лондона. Хотя Адам и Конн обещали сопровождать их, ни один из них не имел большой склонности к питью и разврату. Они подсказали троим братьям, куда пойти, а иногда помогали попасть в лучшие бордели города. Вымытые и подстриженные, Брайан, Шон и Симус О'Малли оказались красивыми, представительными мужчинами. Золото в их карманах делало их еще более желанными, поэтому Скай мало виделась с ними во время их пребывания в Лондоне.
Сэр Роберт Смолл, деловой партнер Скай, прибыл из своего дома Рен-Корт в Девоне. Он был в плавании прошлой зимой, когда Конн и Эйден поженились, но по возвращении приезжал в Королевский Молверн повидаться со своей сестрой и познакомился с женой Конна. Ему очень понравилась Эйден, и он заявил об этом совершенно недвусмысленно, к полному удовольствию четы де Мариско. Он был маленького роста, его рыжие волосы начали редеть, но ярко-синие глаза были такими же острыми, как и всегда.
Глядя на Конна, он сказал:
— Королева сделала тебе еще один подарок, Конн, приятель. Твоя милая женушка, на мой взгляд, слишком хороша для тебя, но я вижу, она тебя любит. Будь к ней добр, или я с тобой расправлюсь.
Эйден подобающе зарумянилась, а сестра Робби Сесили, сказала:
— Все, кто знаком с Эйден, любят ее, Робби. Робби был до глубины души потрясен, узнав о том, что произошло с Эйден. Кроме Скай, он единственный понимал истинную серьезность стоящей перед ними задачи. До Конна тоже начало кое-что доходить. Что же касается его старших братьев, для них это было еще одно веселое приключение.
— Как, черт возьми, мы можем вытащить ее из гарема султана, Скай? — спросил Робби вечером накануне отплытия. Они сидели за столом в семейной столовой Гринвуда. — Если женщина попала туда, вытащить ее невозможно. Оттоманский султан не отдает рабов за выкуп. Черт! Все женщины в его гареме — рабыни. Я никогда не слышал, чтобы какая-нибудь женщина из гарема султана вышла оттуда, не считая тех случаев, когда ее посылали в подарок кому-то, кому султан хотел показать свое уважение, или когда она умирала.
— Нужно найти способ, Робби, — сказал Конн. — Если Эйден не умерла по дороге в Стамбул, мы должны найти способ спасти ее и моего ребенка.
Роберт Смолл поджал губы и наморщил лоб в раздумье. Наконец он сказал:
— Ну, если и есть способ, паренек, я хоть убей не могу сейчас ничего придумать. Однако путь до Стамбула неблизкий, мы придумаем что-нибудь.
— Вам понадобится надежный источник кредита, — сказал Адам.
— Нашими банкирами здесь, в Лондоне, является еврейская семья по фамилии Кира. У них есть люди, обычно члены их семьи, почти в каждом большом городе Европы. Я уверена, что есть кто-то и в Стамбуле, кто сможет помочь нам, — сказала Скай. — Я приглашу их приехать в Гринвуд, и мы поговорим с ними.
Почти немедленно был отправлен лакей, и, ко всеобщему удивлению, господин Эли Кира приехал с ним в тот же вечер. Он был высоким, худощавым человеком с седыми волосами и серьезными темными глазами, в которых тем не менее иногда вспыхивали искорки смеха. Он был одет в длинную, подбитую мехом мантию из черного бархата. На голове — плоская бархатная шапка, которую носили почти все деловые мужчины в городе, а на шее висела тяжелая золотая цепь прекрасной работы.
— Увидев корабли, которые готовятся к плаванию и пришвартованы около ваших складов, — сказал он, — я предположил, что вам нужно повидаться со мной до отплытия. Я и сам на днях уезжаю во Францию. В Париже на прошлой неделе скончался мой брат, и я вынужден поехать туда, чтобы решить, кто из его сыновей-близнецов более способен к ведению дела. Чем могу помочь вам, мадам?
— Мой брат должен ехать в Стамбул, господин Кира, и мы должны знать, есть ли там кто-нибудь из членов вашей семьи, у кого мы могли бы получить кредит с учетом наших вкладов в вашем банке в Лондоне.
— Стамбул? Стамбул, мадам, это центр нашего семейного банковского дела. Наш двоюродный дед имел там небольшое дело много лет назад, но взлет деловой активности стал возможным благодаря моей тетке Эстер. Сейчас наш банкирский дом — один из самых надежных банкирских домов в мире. Эстер Кира, да благословенно будет ее имя, по-прежнему правит семьей в Стамбуле в свои восемьдесят восемь лет! Конечно, главой семьи считается ее сын, Соломон, но в действительности всем заправляет моя тетка. Если вы поедете в Стамбул, мы с большой готовностью поможем вам. Скай заинтересовалась.
— Как получилось, — спросила она Эли Кира, — что ваша тетка достигла такого богатства и власти?
— Тетя Эстер и ее брат, мой отец Джозеф, да благословенна будет его память, рано осиротели. Их вырастил в Стамбуле дядя, но ее собственный отец был младшим братом в семье. У нее не было приданого, и поэтому в двенадцать лет она уже торговала в гаремах богатых людей. Она была настолько удачливой, что ее слава росла. В, шестнадцать лет ей разрешили доступ в гарем султана. В двадцать она познакомилась и стала лучшей подругой любимой жены султана Селима, чей сын, Сулейман, должен был стать султаном после смерти своего отца. Этой женщиной была знаменитая Кира Хафиз, и их дружба принесла моей семье невероятную удачу. В пределах Оттоманской империи мы освобождены от уплаты налогов благодаря какой-то таинственной услуге, оказанной моей теткой семье султана. Моя тетка назвала своего старшего сына, Соломона, в честь старшего сына Киры Хафиз, великого правителя Сулеймана Великолепного. В течение многих лет у моей тетки не было необходимости заниматься торговлей среди женщин султанского гарема, но тем не менее она продолжает делать это, потому что, я подозреваю, ей скучно сидеть во внутреннем дворе дома, рассказывая сказки правнукам. Поскольку она была подругой Киры Хафиз, она подружилась с фавориткой султана Сулеймана, госпожой Хуррем, с любимой женой султана Селима II, госпожой Hyp У Бану, и с Сафией, которая сейчас является любимой женой правящего султана Мюрада III.
Конн почувствовал, как от возбуждения по его телу побежали мурашки.
— Тогда, — сказал он, — вероятно, ваша тетка по-, может мне в одном довольно тонком деле, с которым я столкнусь, когда буду в Стамбуле.
— Конн, — нервно вмешалась Скай. — Я не знаю, мудро ли обременять господина Кира нашими проблемами.
— Если я хочу получить помощь его тетки, я должен довериться ему.
— Нет, милорд, — возразил Эли Кира, — ваша сестра права. Не доверяйтесь мне. Поскольку мне не суждено быть в Стамбуле, то нет необходимости знать ваши проблемы. Вместе с аккредитивом я дам вам письмо для моей тетки, в котором будет сказано, что вам можно доверять и что семья должна помочь вам, если при этом они не будут подвергать опасности себя. Мне лучше ничего не знать о ваших делах. Если это дело опасное, чем меньше людей будут знать о нем, тем лучше.
Уладив дело, Эли Кира уехал. Он проследит, чтобы утром необходимые сведения и бумаги были отправлены в первую очередь. На Восток послали трех гонцов. Первым должен был быть голубь, который долетит до Парижа, где с его лапки снимут послание и привяжут его к лапке другой птицы, которая полетит до следующего места назначения, где письмо будет передано следующей птице, и так далее, пока последний голубь не долетит до Стамбула. Два других гонца начнут свое путешествие морем, но только человек, следующий по южному маршруту, через Средиземное море, проделает весь путь на корабле. Другой человек доберется морем до Гамбурга, а оттуда поедет верхом, через немецкие государства до северных границ Оттоманской империи, и будет добираться до Стамбула.
Очень вероятно, что все три гонца Эли Кира благополучно доедут до Стамбула в положенные сроки, но подстраховаться всегда полезно. Когда Конн О'Малли доберется до столицы Оттоманской империи, там не будет никаких сомнений относительно того, кто он. На Кира можно было положиться.
Три старших брата О'Малли отсутствовали дома несколько последних дней, но когда корабли выходили из лондонского Пула, Брайан, Шон и Симус были на борту вместе с верными матросами. Правда, многие матросы в этот первый день выглядели усталыми. Учитывая свой небольшой опыт, Конн понимал, что предпочтет плыть с этими, обученными О'Малли и заслуживающими доверия матросами, чем с любыми другими.
Конн попрощался с сестрой и ее мужем в Гринвуде. В синих глазах Скай стояли слезы, когда она поцеловала его. Он смахнул рукой ее слезы и сказал с кривой ухмылкой:
— Единственная опасность, которая мне грозит, Скай, это морская болезнь.
Она ласково засмеялась.
— Ты был самым плохим мореходом из всех нас, а ты ведь сын Дубдхара О'Малли.
— Семя старика, вероятно, ослабло, когда я был зачат, Скай. Я получил все обаяние, которое Бог забыл дать моим братьям, но вместе с этим и слабый желудок.
— Не испытывай судьбу, Конн. Ты не поможешь Эйден, если погибнешь, а я знаю, что она жива. Я чувствую это! Обязательно передай мое письмо Осману. Скажи, что мне жаль, что я не смогла приехать сама, я стараюсь не противиться своей судьбе. Он поймет. — Она крепко обняла его, поцеловала в обе щеки и сказала:
— Да поможет, тебе Бог, братец, да поможет тебе пресвятая Богородица быстро возвратиться домой вместе с Эйден.
— Не беспокойся, Скай, — сказал он, — я вернусь с Эйден, обещаю. Со мной не случится того, что случилось с Найлом, если тебя беспокоит это. — Крепко обняв ее, он повернулся к зятю, и мужчины пожали друг другу руки.
— Она сказала все, — улыбнулся Адам, — но так она делает всегда. Удачи, парень! Вы оба скоро вернетесь к нам, я уверен в этом!
Гринвудская карета отвезла Конна в лондонский Пул, где его переправили на корабль Робби, совершенно новое « судно; на нем капитан из Девона предпринял свое первое плавание прошлой зимой. Корабль назывался „Счастливое путешествие“, и Робби раздувался от гордости; хваля его скорость и маневренность. Конн будет делить с Робби каюту капитана в этом путешествии.
Оглядывая просторную каюту, Клуни удовлетворенно улыбался.
— Да, нам будет удобно здесь, милорд, и я рад снова почувствовать палубу под ногами.
Конн ничего не сказал. До сих пор его желудок, казалось, справлялся с качкой, но не стоило искушать судьбу. Он чувствовал движение корабля, прокладывавшего путь среди пришвартованных судов и выходившего в Темзу.
— Думаю, мне надо выйти на палубу. Клуни, — сказал он. Он не заметил, что слуга ухмыльнулся. Тот знал про позор семьи О'Малли, поскольку желудок Конна всегда был предметом разговоров жителей Иннисфаны. На палубе он чувствовал себя хорошо, вдыхая запахи реки и в глубине души надеясь, что он и вправду перерос свою постыдную болезнь.
День выдался солнечным и теплым — ничто не предвещало наступающую осень. Легкий ветерок наполнял паруса, и корабль медленно и уверенно спускался по Темзе к открытому морю. Они миновали Стренд. Там, на покрытой пышной растительностью зеленой лужайке Гринвуда, стояли его сестра, ее муж и все слуги. Они махали руками, выкрикивая пожелания доброго пути и удачи ему и его флотилии из четырех кораблей. Он помахал им в ответ, глаза его увлажнились от душевного волнения. Он стоял, следя за ними, до тех пор, пока река не сделала поворот и они не исчезли.
Немного позже они прошли Гринвич, пустой и тихий в отсутствие двора. Это было любимое место королевы, и он понял, почему, когда рассматривал его с борта корабля, почувствовал, как сжалось его сердце, — именно там он впервые увидел Эйден. Там они поженились, и оттуда отправились в путешествие в столь любимый Эйден Перрок-Ройял. Он хотел, чтобы она невредимой вернулась домой. Он намерен найти ее, несмотря ни на какие препятствия. Разве не он говорил ей, что их любовь вечна? Он молился, чтобы она не забывала об этом, где бы она ни была.
Местность была ровной, и по левому борту ему был виден Саутенд. Конн знал, что за ним находится Маргейт, а потом та часть моря, которую называли Английским каналом. «Счастливое путешествие» вышло из Темзы с изяществом танцующей девушки, и, почувствовав знакомую качку несущегося по волнам корабля, сердце Конна застучало от четкой уверенности, что величайшее приключение, которое когда-либо предстояло ему пережить, наконец началось,




Часть 3. ЗАМОРСКИЙ ПОДАРОК



Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовь на все времена - Смолл Бертрис

Разделы:
Действующие лицаПролог. август, 1577 год

Часть 1. ПОДОПЕЧНАЯ КОРОЛЕВЫ. 1577 — 1578 годы

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4

Часть 2. ЖЕНА ЛОРДА БЛИССА

Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

Часть 3. ЗАМОРСКИЙ ПОДАРОК

Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15

Часть 4. ЛЮБОВЬ ПОТЕРЯННАЯ, ЛЮБОВЬ ОБРЕТЕННАЯ

Глава 16Глава 17Глава 18Глава 19Глава 20Эпилог. апрель, 1581 год

Ваши комментарии
к роману Любовь на все времена - Смолл Бертрис



шикарный роман
Любовь на все времена - Смолл Бертрисадель
8.02.2012, 13.37





этот роман самый лучший из всех
Любовь на все времена - Смолл БертрисВиктория
6.07.2012, 15.37





Прекрасный роман! Просто нет слов! Я читала его с таким рвением,он так захватывает:-)
Любовь на все времена - Смолл БертрисАсюня
6.02.2013, 20.58





у нее все романы похожие
Любовь на все времена - Смолл Бертрисмарина
25.03.2013, 9.08





ЧИТАЮ ВТОРОЙ РАЗ И ТАК ИНТЕРЕСНО,ЧТО У СМОЛЛ ПОЧТИ ВСЕ КНИГИ ПЕРЕПЛИТАЮТЬСЯ
Любовь на все времена - Смолл БертрисОЛЬГА
12.09.2013, 18.53





Эта книга, не самое лучшее, что Смолл могла предложить читателю, моё мнение такаво: "Скай О'малли", "Все радости завтра", "Дикарка Жасмин", "Дорогая Жасмин"- вот эти романы действительно самые лучшие из всех её романов. Уж больно мне симпатичны бабушка и внучка!!!!!))))))
Любовь на все времена - Смолл БертрисГейл
12.10.2013, 20.27





Эта книга, не самое лучшее, что Смолл могла предложить читателю, моё мнение такаво: "Скай О'малли", "Все радости завтра", "Дикарка Жасмин", "Дорогая Жасмин"- вот эти романы действительно самые лучшие из всех её романов. Уж больно мне симпатичны бабушка и внучка!!!!!))))))
Любовь на все времена - Смолл БертрисГейл
12.10.2013, 20.27





Ничо так
Любовь на все времена - Смолл Бертристаня
3.01.2014, 21.31





Невыносимо тяжко терять детей.rnБудет ли на земле мир когда-нибудь?rnСейчас Украине необходима защита от бен-rnдеровцев
Любовь на все времена - Смолл Бертрислюдмила
26.02.2014, 13.15





Людмила, извините, я, конечно же, согласна с первой частью вашего комментария, но при чем здесь защита Украины от "бендеровцев"? Какое она имеет отношение к роману? И если уже на то пошло, думаю, стоило бы вникнуть в политическую ситуацию в этой стране и внимательно ознакомиться со всеми фактами, а не безоглядно доверять какому-то одному тв каналу или газете,часто даже не местным, кричащим о "захвате бендеровцами", прежде чем громогласно разбрасываться такими заявлениями. Утомляет... Сейчас есть столько способом проверить информацию, но никто даже не пытаеться особо вникнуть... Но спасибо, конечно, что не остаетесь равнодушными к мое стране)) И надеюсь, не будем больше о политике, это ведь сайт для отдыха, а для дискуссии можно и на форумах посидеть;)
Любовь на все времена - Смолл БертрисXu
26.02.2014, 14.42





Людмила, извините, я, конечно же, согласна с первой частью вашего комментария, но при чем здесь защита Украины от "бендеровцев"? Какое она имеет отношение к роману? И если уже на то пошло, думаю, стоило бы вникнуть в политическую ситуацию в этой стране и внимательно ознакомиться со всеми фактами, а не безоглядно доверять какому-то одному тв каналу или газете,часто даже не местным, кричащим о "захвате бендеровцами", прежде чем громогласно разбрасываться такими заявлениями. Утомляет... Сейчас есть столько способом проверить информацию, но никто даже не пытаеться особо вникнуть... Но спасибо, конечно, что не остаетесь равнодушными к мое стране)) И надеюсь, не будем больше о политике, это ведь сайт для отдыха, а для дискуссии можно и на форумах посидеть;)
Любовь на все времена - Смолл БертрисXu
26.02.2014, 14.42





Первая серия книг называется Сага о семье О’Малли и включает в себя следующие 6 книг: 1. Скай О’Малли, 2. Все радости – завтра, 3. Любовь на все времена, 4. Моё сердце, 5. Обрести любимого, 6. Дикарка Жасмин. Следующая серия названа Наследие семьи О’Малли, в нее входят: 1. Дорогая Жасмин, 2. Невольница любви, 3. Нежная осада, 4. Околдованная, 5. Радуга завтрашнего дня, 6. Плутовки.
Любовь на все времена - Смолл БертрисОльга
17.05.2014, 3.28





Мне очень понравилось) сюжет захватывает и нет банальности, каждая книга с неожиданным поворотом когда уже думаешь что все хорошо
Любовь на все времена - Смолл БертрисАленочка
19.09.2014, 1.15





В романах этого автора все героини почему-то постоянно попадают в гарем. Эти главы я сразу читаю по диагонали... Не люблю я эту гаремную возню...
Любовь на все времена - Смолл БертрисМарина
9.11.2014, 19.35





Было бы очень мило, если бы не эта любовная история с принцем-татарином. Как-то быстро героиня забыла про свою любовь к мужу...любовь на все времена.
Любовь на все времена - Смолл БертрисМарина
10.11.2014, 0.37





Третий роман и также ОТЛИЧНЫЙ !
Любовь на все времена - Смолл БертрисНаталья 66
18.01.2015, 18.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Действующие лицаПролог. август, 1577 год

Часть 1. ПОДОПЕЧНАЯ КОРОЛЕВЫ. 1577 — 1578 годы

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4

Часть 2. ЖЕНА ЛОРДА БЛИССА

Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

Часть 3. ЗАМОРСКИЙ ПОДАРОК

Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15

Часть 4. ЛЮБОВЬ ПОТЕРЯННАЯ, ЛЮБОВЬ ОБРЕТЕННАЯ

Глава 16Глава 17Глава 18Глава 19Глава 20Эпилог. апрель, 1581 год

Rambler's Top100