Читать онлайн Филиппа, автора - Смолл Бертрис, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Филиппа - Смолл Бертрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.02 (Голосов: 60)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Филиппа - Смолл Бертрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Филиппа - Смолл Бертрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смолл Бертрис

Филиппа

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

— Взгляните туда. Вон она, — тихо сообщил лорд Кембридж, — рядом с младшей сестрой, моей наследницей. Сидит у ног королевы. Ее величество очень любит Филиппу. Моя дорогая девочка похожа на мать и, как мне кажется, напоминает королеве об ушедшей юности. Конечно, эта юность не всегда была счастливой, но Розамунда Болтон, мать Филиппы, неизменно оставалась верной королеве.
— Девушка в зеленом? — уточнил граф.
— Да. Цвета Тюдоров, — хмыкнул Томас. — В неполных шестнадцать Филиппа умудрилась стать настоящей придворной дамой. Ну, что вы думаете? Я предлагаю вам богатство, землю и красивую девушку в жены, дорогой мой.
Как ни старался, но Криспин не мог отвести глаз от Филиппы. Да она прелестна! Черты лица при всем желании не назовешь грубыми, несмотря на невысокое происхождение девушки.
— Она довольно хороша, — признался он, — но от жены мне нужно нечто большее, чем просто красота.
— Насчет манер не беспокойтесь, и образование ей дали достойное.
— Но умна ли она, милорд?
Томас Болтон ощутил слабый укол раздражения.
— Бросьте, сэр! — воскликнул он резче, чем намеревался. — Происходи она из титулованной семьи, вы не были бы так разборчивы! Только эти девицы, как правило, умирают молодыми и не слишком плодовиты. Для того чтобы род, подобный вашему, выжил, необходим приток свежей крови! Нельзя бесконечно жениться и выходить замуж в одном и том же замкнутом кругу! Однако, если вы не желаете жениться на Филиппе, я никого не неволю. Скажите «нет», и расстанемся друзьями.
— Мне нужна жена, с которой можно вести интересную беседу, — оправдывался граф. — Уж лучше вообще не жениться и умереть без потомства, предоставив титулу исчезнуть, чем терпеть женщину, которая не может говорить ни о чем, кроме детей и хозяйства! И не утверждайте, что подобная особа может вас интересовать!
Лорд Кембридж невольно рассмеялся:
— Тут, сэр, вы совершенно правы. Но ваши опасения напрасны. У Филиппы на все есть собственное мнение. И хотя она способна довести вас до белого каления, скучно с ней никогда не будет, это я гарантирую. Итак, вы хотите быть представленным Филиппе Мередит, милорд, или отныне мы пойдем разными дорогами?
— Ваши слова — непреодолимое искушение, сэр, — признался граф. — И девушка в вашем описании выглядит крайне интригующей. Да, я хотел бы с ней встретиться.
— Превосходно! Я потолкую с ней, и мы обо всем договоримся. Думаю, нужно найти менее оживленное место, чем королевский двор, не так ли? — заметил Томас.
— Не сейчас? — удивился граф, похоже, чуточку разочарованный.
В столь деликатных делах, — пояснил Томас, — необходимо продвигаться вперед с крайней осторожностью и прежде всего подготовить почву. Филиппа была очень разгневана решением Джайлза Фицхью, поставившим ее в крайне неловкое положение. Обида, от которой она до сих пор не оправилась, оказалась слишком горькой. Она даже хотела постричься в монахини, но ее двоюродный дед, настоятель небольшого монастыря, не посчитал это мудрой мыслью и отговорил ее. Но, боюсь, она перестала доверять мужчинам.
— Значит, она так сильно любила Джайлза? — спросил граф.
— Совсем не любила, хотя была уверена в обратном. Она едва его знала. Видите ли, она встретилась с ним, когда была совсем ребенком, и с того момента вообразила, что влюблена в него. Он старший брат ее лучшей подруги, и юная Сесилия, сама того не подозревая, помогала Филиппе питать несбыточные мечты. Но тут Джайлз вернулся домой, объявил, что примет сан и уже получил хорошее место в папской канцелярии. Так что все девические грезы Филиппы мигом рассыпались в прах. Ее жизненные планы разом рухнули. По мне, так лучше бы негодник умер, чем бросил ее ради церкви.
— Она все еще сердита? — поинтересовался граф.
— Говорит, что нет, но я уверен в обратном. И хотя с того неприятного случая прошло восемь месяцев, ничто не забыто. Однако я думаю, что Филиппе давно пора начать жизнь сначала. Вы со мной согласны, милорд?
Граф медленно кивнул.
— Когда я могу с ней встретиться?
— Через несколько дней. Вы должны пожить у меня, дорогой мальчик. Клетушка во дворце кардинала… это звучит просто ужасно. Врасплох нас не застигнут. Филиппа с сестрой живут при дворе, как все фрейлины. Иногда она приезжает ко мне за новыми платьями, поскольку место, выделенное ей во дворце, чересчур мало.
— Согласен и благодарю вас, — улыбнулся граф. — Будь я по-прежнему на королевской службе, не сомневаюсь, что моя комната была бы намного приличнее, но даже эту каморку мне выделили неохотно и без всякого энтузиазма. И разумеется, к столу меня тоже не пригласили.
Лорд Кембридж брезгливо передернул плечами.
— Человек может считаться умным и возвыситься до кардинала, но кровь в конце концов всегда скажется. Ни хороших манер, ни здравого смысла. Его дворцы Йорк-Плейс и Хэмптон-Корт больше и роскошнее, чем у самого короля. И когда-нибудь Генрих Тюдор непременно об этом задумается. Ни один человек, пусть даже и кардинал, не должен ставить себя выше короля. Рано или поздно Вулзи обязательно сделает промах, и его враги немедленно укажут на это королю. Его не слишком любят, даже при всей той пользе, которую он приносит его величеству. Возвышение кардинала было блистательным. Падение будет ужасным.
— Но он чрезвычайно умен и хитер, — возразил граф. — Когда я служил королю, приказы всегда отдавал Вулзи. Некоторые считают, что именно он управляет страной, пока король предается забавам. Но, хорошо зная и того, и другого, я так не считаю. Король использует Вулзи, как хозяин хорошего слугу. За это король получает всю славу, а кардинал — всеобщее презрение.
— Ах, милорд граф, вы меня поразили, — покачал головой Томас. — Вы куда более проницательны, чем я считал, и это мне нравится. Однако теперь я собираюсь потолковать с друзьями. Если захотите уехать пораньше, просто отошлите барку назад во дворец, и я сделаю то же самое.
Лорд Кембридж поклонился и растворился в толпе, улыбаясь и приветствуя знакомых.
Интересный человек. Странный, но интересный…
Спрятавшись в уединенной нише, граф снова стал рассматривать Филиппу, танцевавшую оживленный контрданс с незнакомым молодым человеком. Когда партнер подхватил ее за талию и закружил, девушка, смеясь, откинула голову. Граф улыбнулся. Почему бы ей и не повеселиться? Она молода и красива.
Интерес его разгорелся еще сильнее, когда на следующий танец Филиппу пригласил сам король. Все знали, что его величество приглашает только тех, кого считает лучшими танцорами при дворе. Таковых было не слишком много, ибо почти все молодые девушки боялись танцевать с королем из страха не угодить столь блистательному партнеру. Но Филиппа Мередит была не из пугливых. Придерживая юбки, она гордо выступала рядом с монархом. Каждое движение было исполнено грации, а на губах играла улыбка. Когда танец был окончен, король поцеловал руку девушки. Та сделала реверанс и удалилась к своей госпоже. Она раскраснелась; непокорный локон рыжеватых волос выскользнул из-под французского чепца, и граф нашел это очаровательным.
Прежде чем уехать домой, Томас Болтон подошел к молодой родственнице и попросил королеву отпустить ее ненадолго. Та с готовностью кивнула, улыбаясь лорду Кембриджу. Он сжал маленькую руку Филиппы, положил на свой рукав, и они удалились из большого зала, где развлекались король и придворные. Проходя по галерее, увешанной великолепными гобеленами, лорд Кембридж объявил:
— Дорогая моя девочка, нам невероятно повезло.
— Ты смог приобрести имение, которого добивался? — обрадовалась Филиппа.
— Да, оно уже переведено на твое имя, но это еще не все. Есть еще один человек, пытавшийся купить эту усадьбу. Тот самый, чьи земли граничат с Мелвилом. Граф Уиттон. Человек он холостой и ищет невесту.
Филиппа насторожилась.
— Послушай, дядюшка, мне не слишком все это нравится, — нервно пробормотала она.
— Но ты можешь стать графиней Уиттон, дорогая! Подумай! Это старинный и славный род! — затараторил Томас.
— Значит, с ним что-то неладно, ибо граф никогда не возьмет в жены дочь простого рыцаря, — объявила Филиппа.
— Его зовут Криспин Сент-Клер. Он много лет провел на дипломатической службе. Его отец в прошлом году умер, и пришлось вернуться домой, чтобы принять титул и связанные с ним обязанности. Ничего тут неладного нет.
— В таком случае он стар. Хотите приковать меня к седобородому старику? — возмутилась девушка.
— Ему всего тридцать, Филиппа, и злейший враг не сможет назвать его стариком. Мужчина в самом расцвете сил, готовый завести семью. Неужели не понимаешь, какое счастье тебе привалило? Он хочет Мелвил, часть твоего приданого.
— Должно быть, настолько отчаялся его получить, что согласен даже сделать предложение, — отпарировала Филиппа.
— Вовсе нет, — покачал головой Томас, решив, что неплохо бы выплеснуть немного холодной воды на ее разгоряченное самолюбие. — Он пытался купить у меня Мелвил, но я заплатил за имение безумную цену, когда узнал, что графу давно пора жениться.
— Дядюшка! — Прелестное личико Филиппы побагровело. — Ты намеренно поймал этого человека в капкан?
— Я хотел приобрести усадьбу для тебя еще и потому, что она находится недалеко от Лондона и двора. Узнав, что граф тоже ее добивается, я просто воспользовался ситуацией. И твоя мать полностью одобрила бы мои действия.
— Вернее, твою дерзость?! Что подумает о тебе этот несчастный? А обо мне? О, поверить не могу, что ты способен на такое!
— Вздор, дорогая моя! — отмахнулся Томас, ничуть не смущенный ее нападками. — Повторяю, Уиттоны — старинный и благородный, но не слишком знатный род. Граф не беден, но и не богат. Твой отец был рыцарем, Филиппа. Мать — богатая землевладелица. Твои связи при этом дворе безупречны. Даже без этого имения ты считалась бы завидной невестой. Но брак с таким человеком даст тебе титул, и твой первый сын станет графом. Взамен Уиттон приобретет необходимые ему земли и жену с тугим кошельком. Идеальный брак, по моему мнению.
— А любовь, дядюшка? Где тут любовь? Что нас будет связывать, кроме собственности и денег?
Сейчас, рассерженная, она была хороша, как никогда. Зеленовато-карие глаза в раздумье смотрели на него.
— Сначала вы должны познакомиться, — объяснил лорд Кембридж. — Я не стану тебя неволить, дорогая. Посмотрим, сможете ли вы поладить, а если нет, тебе не быть его женой. Я хочу, чтобы ты была такой же счастливой, как твоя мать. Но подумай, девочка! Граф вместо какого-то младшего сына! Не то что твой Джайлз! Когда-то я считал это неплохой партией, но сейчас все изменилось! Кроме того, ты в милости у их величеств! Я видел, как король с тобой танцевал.
— О, это только потому, что не мог открыто пригласить Бесси и та попросила его потанцевать со мной, поскольку у меня это получается лучше всех придворных дам, — пояснила Филиппа.
— Но почему мистрис Блаунт не может танцевать с королем? — оживился лорд Кембридж, заинтригованный таким поворотом событий.
— Она неважно себя чувствует. Говорит, что-то с желудком, — наивно ответила Филиппа.
Томас, немного помявшись, спросил:
— До тебя не дошли слухи, дорогая моя? Филиппа, порозовев, прикусила нижнюю губку.
— Что она любовница короля? Да, я это слышала, но что прикажешь делать мне? Я люблю королеву, но и Бесси Блаунт мне тоже нравится.
— Продолжай вести себя как обычно, дорогая. Ты уважаешь и любишь госпожу и одновременно добра к мистрис Блаунт. Иначе и быть не может, ведь она, вне всякого сомнения, фаворитка короля. Но ты должна знать еще кое-что. Вполне вероятно, что мистрис Блаунт ожидает ребенка. Я уверен, что скоро она удалится в провинцию, ибо король не унизит королеву, позволив любовнице демонстрировать перед всем двором огромный живот, особенно теперь, когда убежден, что королева больше не может иметь детей.
— Я все это слышала, дядя, но не верила сплетням. Кто теперь женится на Бесси, когда она так себя опозорила?
Томас с усмешкой покачал головой. Наивность Филиппы просто очаровательна. Насколько же она еще невинна!
— Король будет щедр к мистрис Блаунт, дорогая, особенно если она родит сына. В награду она получит мужа и большую пенсию. А дитя короля обретет титул и земли.
— Я чувствую себя почти виноватой, сохраняя дружбу с Бесси, несмотря на все обиды королевы, — медленно выговорила Филиппа.
— Не делай ошибки, свойственной многим придворным, стремящимся непременно принять чью-то сторону, — предупредил Томас. — Монархи изменчивы, как ветер, а всегда лучше плыть по ветру, чем против. Король удостоил вниманием мистрис Блаунт, которая относится к королеве с неизменным почтением. Их величества ведут себя так, словно ничего не происходит. И ты поступай, как они. Королева ничем не показала, что сердится на мистрис Блаунт?
— Нет, — покачала головой Филиппа, — однако другие фрейлины ее сторонятся. А кое-кто просто груб с Бесси.
— Не бери с них пример, девочка. Веди себя вежливо и с королевой, и с Бесси. Никто не знает, что ждет нас завтра.
Филиппа кивнула.
— А теперь, дорогая, вернемся к графу Уиттону. Он согласился немного пожить у меня. Попрошу у королевы для тебя отпуск на несколько дней, чтобы вы могли получше познакомиться. Ну что, довольна?
— Графиня… — протянула Филиппа. — Я буду графиней Уиттон. Миллисент Лэнгхолм позеленеет от зависти. Она только что вышла за сэра Уолтера Ламли. А Сесилия уж позаботится, чтобы Джайлз узнал. И родители Джайлза, запретившие мне приехать на свадьбу лучшей подруги, еще будут локти кусать, особенно если у Уиттона имение лучше, чем у Ренфру! Представляешь, Ренфру предложил помочь мне найти жениха! Да он для своей дочери не смог сговорить такого, как Уиттон!
Немного поразмыслив, Филиппа посчитала, что ситуация не так уж неприятна.
— Но ничего еще не решено, — напомнил лорд Кембридж. — Сначала вы должны друг другу понравиться.
— Ему нужны мои земли, — сухо обронила Филиппа. — Есть какие-то сомнения, что я не угожу графу Уиттону?
— Да, верно, граф хочет получить Мелвил, дорогая, но при этом он человек чести. И не женится ради приданого.
— Как и я не выйду замуж ради титула, — сообщила Филиппа.
Томас расплылся в улыбке.
— Дорогая, подозреваю, что ты очаруешь Криспина. И если сумеешь поймать его, это будет большой удачей. Граф. Дипломат. Человек, который будет так же рад жить при дворе, как и ты. Но разумеется, сначала ты должна выполнить свой долг, дав ему наследника.
Филиппа резко вскинула голову.
— Дети, — медленно произнесла она. — О них я не думала. Но ты прав. Я, как и мать, сознаю свои обязанности.
Лорд Кембридж, улыбаясь, закивал головой:
— О, граф будет восхищаться тобой, дорогая, в этом я совершенно уверен!
— Я приеду домой через два дня, дядюшка. Можно объяснить королеве, что ты устраиваешь мой брак?
— Только не упоминая имен. Королева все поймет.
— Разумеется, — согласилась она.
Они добрались до конца галереи, и девушка повернула назад.
— Мне нужно возвращаться. Королева — добрая госпожа, но я не должна этим пользоваться.
— Только расскажи сначала, как поживает Бэнон, — торопливо спросил Том.
— Она в милости у королевы, но, как и мама, тоскует по северу и горит желанием снова оказаться в Оттерли. Дедушка ее молодого человека был двоюродным братом нашей бабушки Болтон, урожденной Невилл. Так что, вполне возможно, их свадьба не за горами. Тебе следует поговорить с Бэнон.
— Обязательно, — пообещал Томас. Филиппа остановилась и поцеловала его в щеку.
— Я должна бежать, — прошептала она, прежде чем поспешить в зал.
Томас вдруг почувствовал, что очень устал, словно весь груз его сорока девяти лет тяжестью лег на его плечи. Он глубоко вздохнул. Странно, но придворная жизнь больше его не привлекает! Хотелось очутиться в Оттерли, перед теплым камином, в уюте и покое, когда за окнами бушует зима. И хотя он обязан устроить будущее Филиппы и Бэнон, куда больше его интересовало совместное с Розамундой предприятие. Как он сможет присматривать за торговлей, находясь в Лондоне? А Розамунда в Клевенз-Карне ожидает рождения ребенка, и скорее всего ей сейчас ни до чего нет дела.
— Лорд Кембридж! — приветствовал Уильям Смайт, появляясь из темных глубин галереи. Как и всегда, он был скромно одет в доходящую до середины бедер куртку из черного бархата, как заметил Томас, немного поношенную и довольно пыльную.
— Ах, это вы, мастер Смайт!
— Не хотел тревожить вас, пока вы беседовали с вашей родственницей, милорд, — улыбнулся Смайт.
«А он хорош собой», — внезапно подумал Томас Болтон, улыбаясь в ответ.
— Весьма учтиво с вашей стороны, — ответил он.
— Я все думал над нашим последним разговором, милорд. Возможно, я не так понял вашу милость, но вы намекнули, что я смогу немало выиграть от перемены места.
— Но вам придется жить на севере, — напомнил лорд Кембридж. — И время от времени я буду посылать вас в поездки. Наша торговля тканями с каждым годом все расширяется и становится более прибыльной. Мы с кузиной больше не можем обойтись без посторонней помощи, но для этого нам требуется человек, разбирающийся в торговле и финансах. Вы будете жить в Оттерли. Сначала в моем доме, а потом, если решите остаться на службе, я позабочусь о том, чтобы у вас был собственный коттедж в деревне. Каждый год в День святого Михаила будете получать пятьдесят золотых гиней, а на церковном кладбище вам отведут место.
Обычно бесстрастное лицо Уильяма сейчас светилось нескрываемым изумлением.
— Милорд! Это крайне щедрое предложение! На такое я и надеяться не смел.
— Но вы должны хорошенько поразмыслить, — посоветовал лорд Кембридж. — Служить королю — большая честь. А что скажут ваши родные?
— У меня никого не осталось, милорд. И здесь я один из многих, без всяких надежд на повышение. Я знаю, чего стою. Умный человек, без малейшего шанса показать свои таланты. Только вы сумели их разглядеть и предложили мне перспективное место.
Куда делось его былое высокомерие?! Перед Томасом стоял совершенно другой человек.
— Поверьте, я без всяких колебаний принимаю должность, если, разумеется, ваша милость готовы взять меня на службу. Заверяю, что буду трудиться усердно и честно.
Он вдруг опустился на колени и, схватив руку Томаса, поцеловал.
— Предупредите об уходе, Уильям. А потом приезжайте ко мне, в Болтон-Хаус. Не знаю, когда мы сможем вернуться домой, в Оттерли, но вы должны приступить к работе как можно скорее.
Томас достал кошель и, вынув монету, отдал ее королевскому секретарю.
— Заплатите свои долги. Вы должны быть свободным от всех обязательств.
Секретарь поднялся.
— Еще одно, милорд, — нервно пробормотал он. — У меня есть кошка. Все эти годы она была моей верной спутницей. Я должен взять ее с собой.
— Кошка? — рассмеялся лорд Кембридж. — Ну разумеется! Берите и ее. Думаю, вы прекрасно поладите с моей молодой родственницей Бесси Мередит! Я и сам люблю кошек. Она хороший мышелов?
— О да, милорд! Пуссумс прекрасно ловит мышей.
— Как только будете готовы, пошлю мою барку перевезти вас в Болтон-Хаус. Вместе с Пуссумс, — заверил лорд Кембридж и, весело хмыкнув, направился в зал. Он очень устал, но сегодняшний визит ко двору принес много приятных неожиданностей.


Филиппа тем временем вернулась к королеве.
— Все в порядке, дитя мое? — спросила Екатерина.
— Да, мадам. Мой дядюшка объявил, что нашел для меня жениха, но сначала хочет, чтобы мы с ним получше узнали друг друга. Он просил меня через два дня приехать в Болтон-Хаус, если, разумеется, ваше величество меня отпустит.
— Не могли бы вы назвать имя джентльмена? — тихо спросила королева.
— Дядюшка говорит, что, пока контракт не подписан, мне лучше молчать, мадам. Он надеется, что ваше величество поймет, — пролепетала Филиппа. До этой секунды она и представить не могла, что способна отказать королеве!
— Разумеется, — согласилась Екатерина, к величайшему ее удивлению. — Вы не хотите смущать этого джентльмена, дитя мое. — И, улыбнувшись заговорщической улыбкой. добавила: — Я даже королю не скажу.
Этой ночью Филиппа с сестрой, лежа в постели, взволнованно перешептывались. Бэнон, вне себя от возбуждения, сообщила, что отец ее поклонника собирается поговорить с лордом Кембриджем о помолвке между ней и своим сыном.
— Дядюшка Томас, разумеется, согласится. Пусть Роберт младший сын, но он Невилл.
— Как и наша бабушка. Так что дядюшка Томас вряд ли посчитает это большой честью, — процедила Филиппа, уязвленная тем, что младшая сестра обручится раньше ее.
— Знаешь то маленькое озеро на границе земель Оттерли? — щебетала Бэнон. — Оно принадлежит Невиллам. Его пообещали отдать Роберту вместе с тем клочком земли, что на противоположной стороне. Если мы поженимся, все отойдет к Оттерли.
— От такой щедрости лорд Невилл ничего не теряет, — отмахнулась Филиппа. — Тем более что после свадьбы Оттерли перейдет к Роберту.
— Оттерли перейдет к нашему старшему сыну, — возразила Бэнон.
— Который будет Невиллом. Не Болтоном и не Мередитом. Так что семья Невиллов только приумножит свои владения.
— Зато я буду счастлива! — воскликнула Бэнон. — Почему ты вечно все портишь? Ты просто завидуешь, потому что я почти помолвлена, а ты — нет!
Она отвернулась от сестры, натягивая на плечи одеяло.
— Дядя Томас нашел мне жениха! — выпалила Филиппа. — И я не оставлю двора, пока не выйду за него.
— Кто он? — без особого интереса спросила Бэнон.
— Пока не могу сказать. Даже королева ничего не знает. Но через два дня я приеду в Болтон-Хаус и познакомлюсь с ним.
— Но он не будет Невиллом, — заметила Бэнон.
— Не будет. Зато будет тем, кто любит двор не меньше меня, сестрица. Тебе стоит молиться о том, чтобы мы подошли друг другу, поскольку мама никогда не позволит тебе выйти замуж раньше меня. Я старшая и должна идти к алтарю первой.
Бэнон подскочила и яростно уставилась на сестру.
— Если ты разрушишь мое счастье, никогда тебе не прощу, Филиппа Мередит! — едва не заплакала она.
— Тебе нравится Роберт Невилл, Бэнон? Мне тоже должен понравиться жених! Не желаю выходить замуж только затем, чтобы тебе угодить! — отрезала Филиппа.
— О, ты иногда бываешь такой злой и нетерпимой! — бросила Бэнон.
— Говорю же, молись за меня, сестричка, — поддразнила Филиппа и, повернувшись на другой бок, немедленно заснула, не заботясь о том, что рядом лежит без сна кипящая от гнева Бэнон.
Два дня спустя Филиппа отправилась в путь на барке Томаса, которую тот за ней послал. Ради встречи с возможным женихом она нарядилась в коричневое бархатное платье с отделкой из золотистой парчи и низким квадратным вырезом, задрапированным телесного цвета полотном. На узких рукавах красовались манжеты из бобрового меха. Шелковый кушак, вышитый золотой и медной нитью, свисал с тонкой талии. На голове ловко сидел остроконечный чепец с золотистой газовой вуалью, а на плечи был накинут коричневый бархатный плащ, подбитый бобровым мехом.
— Ничего себе, — ухмыльнулась Люси. — Да вы сразу сразите его наповал, мистрис.
— Ты о ком? — нервно прошептала Филиппа.
— О том джентльмене, за которого вас хочет сговорить лорд Кембридж. Вы ведь поэтому отправляетесь в Болтон-Хаус? По крайней мере так сказала мистрис Бэнон.
— Дядюшка Томас действительно собирается представить меня некоему джентльмену. Но еще ничего не решено. Мы должны встретиться подальше от любопытных придворных.
— Правильно, — согласилась Люси. — Уж больно там много острых глаз и злых языков.
— Да и ты помалкивай, Люси, — велела девушка, и служанка усердно закивала.
Филиппа про себя радовалась, что догадалась надеть несколько теплых нижних юбок. День выдался холодным и хмурым. В воздухе пахло снегом. Баржа быстро продвигалась по течению, и Филиппе показалось, что дом Томаса вот-вот выплывет из тумана. Она совсем замерзла, несмотря на меховую полость и завернутые во фланель нагретые кирпичи под ногами. Мысли лихорадочно метались.
Какой он, этот граф Уиттон? Она знала только, что он почти вдвое ее старше. Захочет ли он жить при дворе? И позволит ли ей приезжать ко двору? Или пожелает, чтобы она оставалась в Оксфордшире и производила на свет одного наследника за другим? Что ж, рано или поздно ей все равно придется выйти замуж. Скоро ей исполнится шестнадцать. И Сесилия не вернется в столицу. Она написала Филиппе, что ждет ребенка и останется в Эверли до самых родов, поскольку нуждается в помощи матери. Даже мерзкая Миллисент Лэнгхолм тоже беременна! Сэр Уильям, приехавший ко двору на Двенадцатую ночь, поспешил похвастаться своими подвигами всем окружающим. Бесси Блаунт носит дитя короля, хотя об этом вслух не говорится. Уже скоро, до Великого поста, она покинет двор. И Филиппа останется совсем одна, если не считать сестры, которой тоже не терпится выскочить замуж. Значит, пора и ей.
Филиппа вздохнула и очнулась от раздумий, только когда барка ударилась о причал Болтон-Хауса.
Появившийся тут же лакей помог ей выйти на берег.
— Милорд ожидает вас в зале, мистрис Филиппа, — сообщил он, провожая ее по саду. Следом шла Люси.
Они вошли в дом. Лакей взял у девушек плащи, и Филиппа поспешила в зал.
— Дядюшка! — позвала она, входя в просторное помещение. Здесь было тепло, уютно, и день уже казался не таким унылым. Она протянула Томасу руки.
— Дорогая моя! — приветствовал лорд Кембридж, целуя ее в обе щеки. — Заходи скорее. Я хочу тебя кое с кем познакомить.
Он подхватил ее под руку и повел к камину, у которого стоял высокий незнакомый джентльмен.
— Мистрис Филиппа Мередит, представляю Криспина Сент-Клера, графа Уиттона. Милорд, это моя молодая родственница Филиппа, о которой мы с вами говорили.
— Милорд, — прошептала Филиппа, опустив глаза и умирая от желания как следует рассмотреть его. У нее просто не было времени решить, красив ли он.
А вот граф уже все разглядел и посчитал, что девушка даже прелестнее, чем показалась вначале.
Он медленно поднес руку Филиппы к губам и поцеловал, едва прикоснувшись к нежной коже.
— Мистрис Мередит…
При звуках низкого, хрипловатого голоса по спине Филиппы пробежал легкий озноб. Чуть приподняв ресницы, она украдкой посмотрела на него и, поскольку он так и не выпустил ее руки, тихо попросила:
— Могу я получить назад свои пальцы?
— Не уверен, хочу ли я их возвращать, — возразил граф.
— Так-так, дорогие, вижу, вы прекрасно поладили без меня. Оставляю вас познакомиться поближе, — объявил лорд Кембридж и, повернувшись, направился к двери. Похоже, все получится! Он это носом чует!
Филиппа растерянно вскинула голову и натолкнулась на взгляд графа.
— Вот как! — воскликнул Криспин. — Значит, у вас зеленовато-карие глаза! А я все гадал, какого они цвета. Ваши волосы видны издали, и я сначала подумал, что глаза у вас карие, как у всех рыжих.
— И у моей матери, — кивнула Филиппа. — Но у меня глаза отцовские.
— И очень красивые, — заверил граф.
— Спасибо, — прошептала она, вспыхнув от смущения. И тут граф неожиданно сообразил, что, хотя Филиппа и собиралась выйти замуж за Джайлза, за ней по-настоящему не ухаживал ни один мужчина. Так и не выпустив ее руки, он повел девушку к широкому, служившему одновременно скамьей, подоконнику.
— Итак, мистрис Филиппа, — начал он, — ситуация довольно щекотливая. Почему те, кто хочет нам добра, не могут понять, что ставят нас в неловкое положение?
— Вам нужен Мелвил, — откровенно заметила она.
— Совершенно верно. Мои стада несколько последних лет паслись на тамошних пастбищах. Мне они необходимы. Но только ради этого я не стал бы жениться. Не стоит забывать о счастье, как моем, так и женщины, с которой придется пройти весь жизненный путь, — спокойно ответил он. — Но, ради Бога, мистрис Мередит, взгляните на меня, как хотели с той самой минуты, как вошли в комнату. Я же не король, который не выносит взглядов в упор! Знаете, сколько мне лет? Тридцать. Я здоров и крепок умом и телом. Он выпустил ее руку и встал.
— Хорошенько взгляните на графа Уиттона, мистрис.
Филиппа подняла голову. Перед ней стоял высокий худощавый человек. Красивым его не назовешь, впрочем, как и уродом. Нос слишком длинный и узкий, подбородок заостренный, а рот — чересчур велик. Зато глаза — большие, серые, опушенные густыми ресницами. И волосы хороши — густые, каштановые. Одет элегантно, но просто, в синюю бархатную куртку со спинкой в складку и широкими, опушенными мехом рукавами. На груди поверх колета из синей парчи лежала тонкая золотая цепь. Одежда настоящего джентльмена, причем не обязательно придворного. И все же его манеры были слишком уверенными, и по какой-то причине это ее раздражало.
— Почему вы нависли надо мной, милорд? — вырвалось у нее. Легкая улыбка коснулась его губ, но тут же улетучилась.
— Просто вы очень миниатюрны. Ваша матушка так же деликатно сложена, мистрис Мередит?
— Да. Родила семерых, шестеро из которых живы, и вот-вот даст жизнь восьмому. Я тоже вполне способна подарить мужу наследника, милорд.
— Некоторые женщины, предпочитающие двор усадьбе мужа, не очень хотят иметь детей, — заметил он.
— Я самая старшая у матери, милорд, и могу заверить вас, что люблю детей. И если брак между нами будет заключен, хочу, чтобы вы знали: я готова исполнить свой долг.
— А кто будет растить наших отпрысков, мистрис? — допытывался граф.
— Я служу королеве, милорд, и должна время от времени появляться при дворе. Иначе потеряю должность.
— Но если вы будете замужем, — возразил он, — то уже не сможете быть фрейлиной. Неужели не думали об этом? И найдется ли для вас другое место в хозяйстве королевы?
Такое ей в голову не приходило. И граф прав: замужняя женщина теряет должность фрейлины. Ни одна из девушек, с которыми выросла Филиппа, выйдя замуж, не вернулась ко двору.
— Я не… — начала она, неожиданно для себя всхлипнув. Граф неуклюже погладил ее по плечу, пытаясь утешить.
— Стань вы моей женой, Филиппа Мередит, я не запретил бы вам жить при дворе, но вам придется бывать и в Брайарвуде, чтобы следить за воспитанием детей. Многие аристократы бросают своих отпрысков на попечение слуг, но я не из таких. Мы можем приезжать ко двору осенью, чтобы поохотиться, а потом — еще раз, на рождественские праздники. Остаток зимы будем проводить в Оксфорде, а весну — в столице, прежде чем уехать на лето домой. Находясь при дворе, вы будете служить королеве, но, возможно, впервые в жизни захотите насладиться придворными развлечениями.
— В ваших устах это звучит соблазнительно, милорд, — кивнула девушка.
— Наверное, — согласился он. Оба снова сели.
— Мое замужество было бы большой удачей для нашей семьи, — начала Филиппа. — И вы, наверное, сочтете меня очень глупой, но я должна получше узнать человека, прежде чем идти с ним к алтарю.
— Почему же? Я полностью с вами согласен, ибо сам считаю, что должен узнать женщину, до того как произнести священные обеты. Все же, думаю, мистрис Мередит, начало было хорошим.
— А я считаю, что при сложившихся обстоятельствах вы вполне можете называть меня Филиппой.
— В честь кого вас назвали? — полюбопытствовал граф. — Уверен, что это фамильное имя.
— В честь бабушки со стороны матери, Филиппы Невилл, хотя я ее и не знала. Она умерла вместе с моим дедушкой Болтоном и их сыном, когда маме было всего три года.
— Невилл — известный на севере род, — отметил граф.
— Да, но они происходили из менее выдающейся ветви семьи, — поспешно пояснила Филиппа, не желая, чтобы он подумал, будто она хочет казаться знатнее, чем есть на самом деле.
— Вы чистосердечный человек, Филиппа. И не пытаетесь приукрасить свое происхождение. Это качество я высоко ценю как в мужчинах, так и в женщинах.
— И женщины могут быть благородны, милорд, — сухо заметила она.
Ей приходилось нелегко. Оба они так официальны и вежливы, что оторопь берет. Интересно, он может быть другим? В конце концов, ему уже тридцать. И все же немало придворных его возраста и старше обладали чувством юмора. Взять хотя бы короля!
— О чем вы думаете, Филиппа? — спросил он.
— Что мы оба держимся натянуто, — призналась она.
— Вы всегда отвечаете так правдиво? — усмехнулся он, чувствуя холод ее маленькой ручки. — Впрочем, вы правы, все это очень сложно. Мы совершенно не знаем друг друга, а нам предлагают пожениться.
Он потер ее ладошку между своими, пытаясь согреть.
— Я очень давно не ухаживал за женщиной и, полагаю, потерял сноровку, хотя, честно говоря, никогда не владел этим искусством.
— Поэтому и не женились? — поинтересовалась она. Граф кивнул:
— У меня и времени не было, поскольку самым главным в жизни я считал службу королю. Надеюсь, вы понимаете меня, потому что сами преданы монарху так же свято, как ваш отец.
— Расскажите о вашей семье, — попросила она.
— Мои родители на небесах. Старшие сестры обе вышли замуж и уверены, будто до сих пор могут меня воспитывать и знают, что для меня лучше.
Теперь настала очередь Филиппы рассмеяться.
— Отношения в семье — дело странное, милорд. Вы любите родных, но временами больше всего хотите, чтобы они помолчали и куда-нибудь испарились, оставив вас в покое и одиночестве.
Граф снова усмехнулся:
— Для столь юной девушки вы мудры не по годам.
— Я не молода! В конце апреля мне исполнится шестнадцать!
— Неужели? В таком случае следует как можно быстрее принять решение, пока никто не сказал, что вы чересчур для меня стары, — поддразнил он.
— О, значит, у вас все-таки есть чувство юмора! — воскликнула Филиппа. — Я ужасно боялась, что вы окажетесь дряхлым занудой, милорд. Слава Богу, что это не так!
Граф Уиттон, не выдержав, расхохотался:
— Лорд Кембридж пообещал, что с вами никогда не будет скучно, и, судя по тому, что я сегодня услышал, он нисколько не преувеличил. Итак, мы встретились и поговорили. Продолжим ли мы наши встречи, или вы предпочитаете расстаться навсегда?
— Я должна выйти замуж. Вам нужно жениться, — резонно заметила девушка. — Если вы не против, милорд, поухаживать за мной, то я согласна. Но необходимо подождать официального обручения.
— Разумеется, — согласился он. — И я хочу попросить разрешения королевы показать вам свой дом в Оксфордшире и приглашаю лорда Кембриджа и вашу сестру. Кроме того, вы, наверное, пожелаете увидеть ваше новое имение.
Он снова поднес к губам ее руку и поцеловал.
— А теперь я возвращаю вам ваши хорошенькие пальчики. Филиппа зарделась.
— Вы надолго приехали в Лондон, сэр?
— Ровно настолько, чтобы поговорить с королевой. А потом вернусь в Брайарвуд приготовить дом к вашему приезду. Я хочу, чтобы все было в наилучшем виде. Зима подходит к концу, и разумнее путешествовать сейчас, пока дороги не развезло. Брайарвуд прекрасен даже в это время.
— Если мы решим пожениться, милорд, хорошо бы справить свадьбу после визита их величеств во Францию, в начале лета. И хотя я уверена, что наши король и королева — самые яркие звезды на тверди небесной, все же неплохо бы когда-нибудь рассказать нашим детям о том, что я видела также французских монархов.
— Да, разумеется, если все пойдет, как мы ожидаем, вы можете служить госпоже во время визита во Францию, но я непременно поеду с вами, Филиппа. Вы молоды и, несмотря на приобретенный при дворе лоск, невинны. Не желаю, чтобы вас соблазнил какой-нибудь красавчик придворный. Они лукавы и коварны, эти французы. Я поеду с вами и уберегу от беды.
— Я не нуждаюсь в защите, милорд, поскольку вполне способна постоять за себя! — негодующе объявила Филиппа.
— Вы когда-нибудь встречались с французами? — осведомился граф.
— Н-нет, — пробормотала девушка. — Но думаю, они не изворотливее английских придворных.
— О, тут вы ошибаетесь. Они куда хитрее англичан, и не успеете оглянуться и сообразить, что происходит, как сумеют освободить вас от платья и уложить на спину. Французские придворные, как мужчины, так и женщины, — настоящие мастера обольщения. Я не могу допустить, чтобы будущая графиня Уиттон оказалась скомпрометированной каким бы то ни было образом. Вы должны доверять моему опыту в подобных вещах.
— Вы считаете меня дурочкой?! — рассердилась она.
— Значит, вам не терпится поддаться соблазну? Если так, буду счастлив услужить вам, — процедил граф, зловеще прищурясь.
Филиппа сжалась.
— О нет, милорд! Я просто не хочу казаться ребенком. Обещаю вам быть крайне осторожной.
— Да. Тем более что я всегда буду рядом, девочка моя, и если все узнают, что вы станете моей женой, никто не посмеет играть с вашей добродетелью, — объявил граф.
— Словно я допущу нечто подобное! — резко бросила Филиппа. — Полагаете, что, живя при дворе три года, я позволила себя скомпрометировать, милорд? Стыдитесь!
— Утверждаете, что не разрешили себя поцеловать ни одному придворному? — рассердился граф.
— Конечно, не…
Филиппа осеклась. Сэр Роджер Майлдмей. Но как объяснить это графу Уиттону?!
— До прошлой весны ни разу, — призналась она.
Я берегла себя для Джайлза, а он меня отверг. Сесилия заявила, что мне в моем возрасте полагается хотя бы научиться целоваться, вот и даровала другу эту привилегию.
— Значит, вы позволили гневу завладеть собой, — спокойно констатировал граф. — Чувства никогда не должны брать верх над разумом, Филиппа. Подобное поведение может привести к фатальной ошибке. Кто же был этот… друг?
— Сэр, я не люблю сплетен! И потом, это был всего лишь сэр Роджер! И вполне невинный поцелуй! Он не допускал других вольностей. Сэр Роджер действительно мой друг. Но Сесилия сказала, что именно ему подарила свой первый поцелуй и что из всех придворных он лучше всех целуется.
Граф не знал, то ли смеяться, то ли читать нотации. Очевидно, королева порядком распустила фрейлин, хотя, если вспомнить о состоянии здоровья бедняжки, чудо еще, что не разразились более громкие скандалы.
— Пока мы не обвенчаемся, если вообще обвенчаемся, вы прекратите свои опыты с поцелуями. Если вам так уж не терпится целоваться, готов предложить свои услуги.
— Почему это вдруг? — надулась Филиппа. — Какой вред от невинных поцелуев?
— Ваши колебания возбуждают мое любопытство, и я не могу не раздумывать, почему вы противитесь.
— Повторяю, вы делаете из меня дурочку. Нельзя же вызвать человека на дуэль из-за каких-то поцелуев, да еще в прошлом году, до того как мы познакомились.
— Вызвать на дуэль? — изумился граф. — Но зачем?!
— Разве вы не считаете, что мое поведение опозорило вас и следует смыть пятно с фамильной чести? — наивно спросила она.
— Нет, Филиппа, не хочу я убивать молодого человека за стремление утешить несчастную девушку несколькими поцелуями, да еще задолго до того, как я познакомился с ней. Простите, но вы меня не так поняли.
— Вот как? — пробормотала Филиппа, чувствуя себя ужасно глупо. — В таком случае почему же вы настаиваете на совместной поездке во Францию?
— Если вы собираетесь стать моей женой, Филиппа, я не могу оставить вас одну в таком длительном путешествии. Так попросту не делается. Я должен сопровождать вас как будущий муж.
— Мы можем обручиться и после возвращения из Франции!
— Если помолвка не состоится до поездки, думаю, ее вообще не будет. По вашим словам, в апреле вам будет шестнадцать. В начале августа мне исполнится тридцать один год. Нам некогда больше ждать. Мне как можно скорее необходим наследник. Я готов позволить вам ехать во Францию вместе с остальным двором, но я должен быть рядом. И сразу же по возвращении мы поженимся. Если вы не согласны на мои условия, думаю, ни к чему продолжать наше знакомство.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Филиппа - Смолл Бертрис



чудесный роман на редкость красивый милый без жестокости грубости насилия
Филиппа - Смолл Бертриснаталия
9.02.2012, 16.30





замечательные книги читаю с большим интересом
Филиппа - Смолл Бертрисирина
23.03.2012, 23.56





Из всех книг Б.Смолл самая незапоминающаяся, прочитать можно, но книга на один раз.
Филиппа - Смолл БертрисЕкатерина
3.05.2012, 10.35





У Смолл вообще интересные книги, с удовольствием прочитала о Скай ОМалли
Филиппа - Смолл БертрисТатьяна
18.05.2012, 12.48





этот роман чудесный интересный главная героиня смелая решительная с юмором девочка понравился читайте в других романах автор более жесткая есть насилие а здесь - отдых и наслаждение от прочитанного
Филиппа - Смолл Бертриснаталия
7.08.2012, 9.41





Хорошая книга..все книги этого автора понравились,чмтала с удовольствмем.Самая интересная это сага о семье О.Малли
Филиппа - Смолл БертрисЮлия
20.05.2013, 20.38





Хорошая книга..все книги этого автора понравились,чмтала с удовольствмем.Самая интересная это сага о семье О.Малли
Филиппа - Смолл БертрисЮлия
20.05.2013, 20.38





Не из лучших книг автора. Нудноват и пролстоват.
Филиппа - Смолл БертрисВ.З.,65л.
31.05.2013, 7.41





Интересный роман! У Бертрис Смолл не может быть иначе)))))))))))))
Филиппа - Смолл БертрисГалина
31.05.2013, 15.42





очень интересный роман! мне понравилось, и 1 книга тоже( Розамунда).
Филиппа - Смолл БертрисЛЕНА
3.07.2013, 23.15





Один из самых отвратительных и скучнейших романов за всю мою жизнь. Не читайте, здесь нет ни интересного сюжета, ни увлекательного языка изложения. Очень разочарована. Пропускала главами - все предсказуемо, просто, нудно и уныло. Кошмар.
Филиппа - Смолл БертрисЕкатерина
15.01.2014, 14.28





Самый скучный роман из книг Смолл, так и не смогла его осилить, очень нудно.
Филиппа - Смолл БертрисАнютка
30.01.2014, 15.58





ОЧЕНЬ КРАСИВЫЙ РОМАН. Странно почему маленький рейтинг по оценкам....возможно спешат читать про третью дочь Розамунды, про Своенравную наследницу.
Филиппа - Смолл БертрисВладислава
23.03.2014, 18.18





До кінця читала з принципу, що ж там за страшна таємниця!! Не цікаво, прочитав і забув.
Филиппа - Смолл Бертрисyxtuwka
13.07.2014, 9.43





Очень разочарована.Не тратьте время на чтение этого романа !
Филиппа - Смолл БертрисСветлана
11.09.2014, 12.29





А мне героиня не очень понравилась...Никакого чувства юмора я в ней не заметила. Вроде и свободных нравов, при дворе вела себя достаточно вольно, как современные подростки практически, но, в тоже время с женихом ведёт себя, как ханжа. Сама дала согласие на брак, потом сообщает:"В первую брачную ночь я буду сопротивляться!" Мило... Зачем тогда замуж собралась? Ну, раздражала она меня...Впрочем, я ещё не до конца дочитала, может она потом поумнеет...Какая-то упёртая, вредная...
Филиппа - Смолл БертрисМарина
6.11.2014, 12.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100