Читать онлайн Филиппа, автора - Смолл Бертрис, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Филиппа - Смолл Бертрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.02 (Голосов: 60)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Филиппа - Смолл Бертрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Филиппа - Смолл Бертрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смолл Бертрис

Филиппа

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Лорд Кембридж умудрился поговорить с королевой еще до обеда, сообщив о предстоящей помолвке Филиппы.
— С благословения вашего величества, разумеется, — добавил он почтительно.
Просиявшая королева послала его к королю поделиться счастливыми вестями. Томас застал короля за столом и получил приказ стоять рядом с королевским виночерпием.
— А Розамунда согласится? — спросил король, выслушав лорда Кембриджа.
— У меня есть ее разрешение устроить брак Филиппы, милорд.
— Как это тебе удалось, Томас Болтон? Граф, неженатый и даже не помолвленный и достаточно молодой, чтобы иметь детей. Очевидно, ты куда умнее, чем я считал до сих пор, но, впрочем, Вулзи всегда это утверждал.
Король вонзил зубы в небольшой олений окорок.
— Я купил имение покойного лорда Мелвина. Оно граничит с землями Уиттона, — просто ответил Томас.
Король рассмеялся:
— Повезло тебе, что графу оно понадобилось!
— Он много лет пас на лугах Мелвила свой скот, так что я верно рассчитал, — усмехнулся лорд Кембридж.
Генрих Тюдор восхищенно покачал головой.
— Вулзи всегда прав, — объявил он, поднося к губам огромный кубок с вином. — А королева одобрила?
— Да, повелитель.
— В таком случае я с ней согласен, — объявил король. — Когда отпразднуем свадьбу?
— Я должен спросить Филиппу и вернусь с ответом, ваше величество, — ответил Томас.
— А я буду свидетелем, как в свое время на обручении ее матери с нашим верным слугой сэром Оуэном Мередитом. Тогда я еще был наследным принцем и помню, как отец пожурил меня, услышав, как я хвастаюсь, что когда-нибудь Розамунда расскажет своим детям о посещении этого события королем и королевой. И хотя моя сестра Маргарита уже была королевой Шотландии, в Англии все еще правил мой отец.
— Я счастлив, что Филиппе и графу Уиттону будет оказана такая честь! — воскликнул Томас и с поклоном удалился, решив поискать Филиппу и Криспина. Они в это время прогуливались по галерее вблизи королевской часовни.
— Мы обо всем договорились, дядюшка Томас! — приветствовала его Филиппа.
— О чем именно?
— О свадьбе, конечно. Мы решили пожениться в апреле. Тридцатого числа, после моего дня рождения. Нужно немедленно составить контракт.
— Значит, ты не хочешь ехать во Францию? — удивился Томас.
— О, конечно, поеду, ибо сама королева желает этого и наверняка позволит мужу меня сопровождать, поскольку по доброте своей не разлучит новобрачных. У нее слишком мягкое сердце. Лето обещает быть прекрасным, а вернувшись, мы отправимся в Оттерли, на свадьбу Бэнон и Невилла, — тараторила Филиппа.
Лорд Кембридж взглянул на графа:
— А вы согласны, милорд? Криспин широко улыбнулся:
— Я просто не смею не согласиться. Безупречный план Филиппы лишний раз свидетельствует о ее выдающихся талантах, которые как нельзя лучше пригодятся, когда она станет хозяйкой Брайарвуда.
— Вы будете рады узнать, что король одобрил этот брак и обещает быть свидетелем на вашей официальной помолвке.
— О, как чудесно! — захлопала в ладоши Филиппа. — Я знаю, что он и королева Маргарита были свидетелями на обручении моих родителей. Как обрадуется мама! Я должна немедленно написать ей обо всем!
И поспешила к себе. Мужчины остались вдвоем.
— Как же все так легко обошлось? — удивился Томас. Граф пожал плечами:
— Я озадачен не меньше вашего, Том, потому что всего-навсего попросил у королевы разрешения прогуляться с Филиппой. Вы, наверное, уже успели поговорить с ее величеством, потому что она знала о предстоящих помолвке и свадьбе. И великодушно разрешила нам пойти в сад. Однако Филиппа оказалась скорее рассудительной, чем романтичной особой и сказала, что в саду чересчур холодно. Поэтому мы пошли в часовню. Филиппа сообщила, что вчера ушла спать пораньше, чтобы все обдумать. Назвала дату нашей свадьбы и добавила, что после возвращения из Франции мы отправимся на венчание ее сестры. Она утверждает, что лучше пожениться в конце апреля, до визита императора в Англию. Он приезжает в мае, а в июне двор уже отправится во Францию. Она девушка практичная, так что мне не придется побывать этой зимой в Оксфорде.
— Практичная? Вы очень добры. Я сказал бы «властная», — ухмыльнулся лорд Кембридж. — Такова она, наша Филиппа. Стоит ей принять решение, и ее уже ничем не остановишь. Значит, вас все устраивает?
— Совершенно верно. Пожалуйста, составьте контракт и назначьте день подписания, — кивнул граф.
— Дорогой Криспин, все будет сделано еще до конца недели, — пообещал лорд Кембридж.
Мужчины попрощались, и Томас Болтон, поспешив к своей барке, велел как можно скорее грести к дому. В это время, между приливом и отливом, вода была гладкой, как стекло. Суденышко неслось по Темзе, и Томасу казалось, что в воздухе пахнет весной.
Прибыв в Болтон-Хаус, он нашел ожидавшее его послание с севера и торопливо стал читать. По его лицу расплылась радостная улыбка. Оказалось, что в последний день февраля Розамунда родила близнецов, названных Томасом Эндрю и Эдмундом Ричардом. Оба малыша были здоровыми, крепкими и не могли пожаловаться на отсутствие аппетита. Томасу вместе с пасынком Розамунды Джоном Хепберном предстояло стать крестным отцом своего тезки. Крестными отцами второго мальчика будут дядюшки Розамунды. Она писала, что новорожденных уже окрестили, согласно обычаю, и будь он в Оттерли, вполне мог бы в этом участвовать. Когда он приедет домой? И как обстоят дела с ее дочерьми?
— Посланец еще тут? — спросил Томас у мажордома.
— Да, милорд, ужинает на кухне. Он и прибыл-то всего с час назад. Это один из людей лэрда.
— Прекрасно. Когда насытится, пришли его ко мне. Спешить не стоит, поскольку я еще должен написать ответ, — велел лорд Кембридж. — Да принеси шкатулку с письменными принадлежностями.
— Сейчас, милорд, — поклонился слуга и отправился выполнять приказ.
Когда он вернулся, Томас уселся за письмо кузине, в котором сообщил, что вернется вместе с Бэнон в начале июня. Его умная наследница остановила выбор на Невилле, потомке рода, из которого вышла бабка Розамунды, Филиппа Невилл. Сам Томас будет сопровождать жениха и невесту, а по пути они заедут в родовую усадьбу Невиллов, уже выразивших свою радость по поводу предстоящего брака. Служители церкви тоже дали свое разрешение. Жених — младший сын в семье, и для него это идеальная партия. Трудностей никаких не предвидится, учитывая приданое Бэнон и тот факт, что ей предстоит унаследовать Оттерли. Свадьбу отпразднуют осенью.
Тут Томас Болтон помедлил. Жаль, что он не может самолично объяснить причины, побуждающие Филиппу спешить со свадьбой, но тут уж ничего не поделаешь.
Он снова стал писать, объясняя, что нашел прекрасную партию для Филиппы, но граф Уиттон требует, чтобы свадьба состоялась при дворе тридцатого апреля. Сам король будет свидетелем на обручении, как когда-то на помолвке Розамунды, много лет назад. Кроме того, необходимость спешить объясняется еще и желанием королевы взять во Францию свою любимую фрейлину, а для того чтобы граф тоже поехал, нужно срочно обвенчаться. Когда двор вернется из Франции, Филиппа будет уволена со службы, и тогда новобрачные отправятся на север, чтобы присутствовать на свадьбе Бэнон. Далее лорд Кембридж пообещал подробно объяснить обстоятельства, приведшие к этому браку. Кроме того, он поражен и восхищен рождением близнецов. Но все же надеется, что теперь, когда у лэрда появилось столько законных наследников, Розамунде нет нужды иметь еще детей, будущее которых необходимо обеспечить, и ей следует принять все меры предосторожности, чтобы предотвратить зачатие. Сам он собирается привезти с собой Уильяма Смайта, секретаря, служившего ранее у его величества, которого ему удалось сманить. Томас объяснил, что, по его мнению, Смайт будет крайне полезен в их нелегком предприятии.
В завершение Томас признавался, что ему не терпится вернуться домой, поскольку двор потерял для него прежнюю привлекательность. А пока он слал свои привет и любовь всем родным.
Наконец Томас отложил перо и перечитал послание, желая убедиться, что ничего не упустил. Решив, что все в порядке, он сложил пергамент, накапал воска и запечатал своим перстнем. Пока что и этого достаточно. У него и без того много дел. Нужно составить контракт и справиться у их величеств, когда им угодно будет присутствовать на подписании. Кроме того, его дорогая девочка должна получить два новых платья: одно для церемонии обручения, а второе — свадебное.
Он начал обдумывать ткани и цвет, но тут дверь библиотеки открылась, и на пороге появился Уильям Смайт.
— Я только что узнал о вашем возвращении, милорд, — начал он и, заметив сложенный пергамент, покачал головой. — Я и сам бы мог составить это письмо для вас.
— Это для Розамунды, Уилл, и я предпочитаю писать ей сам.
— За дверью ждет посланец, милорд. Должно быть, задницы у этих шотландцев обтянуты дубленой кожей, ибо, пока он ел, я не заметил под его килтом ничего, кроме довольно больших яичек, — заметил секретарь.
— Хотя мне очень любопытно узнать, каким образом вы это подсмотрели, все же не буду смущать вас расспросами.
Просите шотландца сюда.
Лицо посланца был знакомо Томасу. Поклонившись, член клана Хепбернов вопросительно уставился на хозяина.
— Тэм, вам и вашей лошади нужно хорошенько отдохнуть. Поешьте и выспитесь. Моя кухарка даст вам с собой еды в дорогу. Отвезете письмо моей кузине леди Розамунде. Надеюсь, ваш господин здоров?
— Да, — кивнул шотландец. — И очень доволен крепкими парнями, которых принесла леди. Плодовитая она женщина, ничего не скажешь.
— Верно, но пятеро сыновей — вполне достаточно, не находите? — сухо осведомился Томас.
— Ох, милорд! По-моему, мужчина не может иметь достаточно сыновей, — покачал головой Тэм. — Но так или иначе, благодарю за гостеприимство и обещаю благополучно доставить весточку.
Он низко поклонился и вышел из комнаты.
— А теперь, Уилл, пошлите за торговцем тканями. Я желаю выбрать самую лучшую для подвенечного наряда моей дорогой девочки.
— Немедленно, милорд, — пообещал секретарь, направляясь к двери.
Томас закрыл глаза и откинулся на спинку стула. День почти закончен, и он неимоверно устал. Очевидно, что он не солгал Розамунде, утверждая, что слишком стар для придворной жизни. Двор создан для молодых, вроде Филиппы. Интересно, что она сейчас делает?


А Филиппа тем временем вместе с сестрой раскладывала по цветам нитки для вышивания из рабочей корзинки королевы.
— Ты уже целовалась с Невиллом? — расспрашивала она Бэнон.
— Еще бы! Как же иначе узнать, смогу ли я его выносить? Ничего не скажешь, по сравнению с другими он целуется на редкость хорошо!
— Ты целовалась с другими? — ужаснулась Филиппа.
— О, сестрица, какой ханжой ты иногда бываешь! — рассмеялась Бэнон. — Одно из главных развлечений в жизни девушки — целоваться с парнями. Я-то знаю, что ты не целовалась ни с кем, пока Фицхью тебя не бросил. А теперь, когда ты должна обвенчаться с графом Уиттоном, вообще не можешь ни с кем поцеловаться, чтобы не упустить своего шанса и не опозорить графа.
— Я свою долю поцелуев уже получила, — буркнула Филиппа. — Достаточно, чтобы знать, что граф прекрасно целуется.
— Вы уже целовались? — ахнула Бэнон. — Неужели? А ты всегда была такой скромницей!
— Целовались, и могу поклясться, что у меня сердце замирало.
Бэнон тихонько рассмеялась:
— Только подумай, Филиппа, в следующем году в это же время мы уже будем замужними женщинами с большими животами. А может, и успеем родить. Представь, у нас будут дети!
— Замужние женщины не всегда беременеют с первой ночи, — отмахнулась Филиппа.
— А мама говорит, что стоит Логану спустить штаны, как в ее чреве зарождается новая жизнь. Нужно признать, наш отчим — настоящий мужчина. Странно, почему мама так долго раздумывала, прежде чем выйти за него?
— Мама любила другого, — вздохнула Филиппа. — Вряд ли можно так скоро забыть ту любовь, какая была между ней и лордом Лесли!


Дни становились все длиннее, а погода — теплее. Сады уже зазеленели, и двор с нетерпением ждал майского переезда в Гринвич. Племянник королевы, император Священной Римской империи Карл V, был намерен посетить Англию перед встречей Генриха Тюдора с французским королем Франциском I и вернуться в Испанию после своей коронации в немецком городе Аахене. Королева хотела, чтобы между мужем и племянником сложились хорошие отношения, поскольку предпочитала крепкий союз с Испанией и империей дружбе с Францией. Но ее надежды были обречены на провал. К ее огромному раздражению, король отрастил бороду, услышав, что Франциск очень гордится своей. Екатерина считала, что мужу борода не идет.
— Я делаю это, чтобы почтить короля Франции, — твердил Генрих. — Помни, что его сын когда-нибудь женится на нашей дочери. И Мэри станет не только английской, но и французской королевой! Какая удача, Кейт! Представь нашу малышку правительницей двух великих наций!
— И в самом деле, — обронила королева без всякого, впрочем, энтузиазма. Она не хотела этого брака и была против встречи двух монархов. Ее дочери следовало бы породниться с Испанией, а Англия не может быть одновременно союзницей и Испании, и Франции.


Решено было, что брачный контракт обе стороны подпишут накануне дня рождения Филиппы, а тридцатого апреля состоится свадьба. Теперь королева все чаще отпускала ее, позволяя готовиться к двум столь важным событиям. Кроме того, ей позволяли встречаться с графом. Филиппа по-прежнему находила его высокомерным. Но лорд Кембридж только смеялся.
— Беда в том, что вы слишком похожи, — твердил он.
— Неправда! — яростно протестовала Филиппа.
— Лучше пойдем, дорогая, посмотришь ткани на свои наряды, — уговаривал он.
— Фиолетовая шелковая парча для помолвки, — объявила она. — Этот оттенок идет к моим волосам. И шелковая парча цвета слоновой кости, с нижней юбкой из бархата цвета слоновой кости с золотом на свадьбу. Плюс французские чепцы и вуали в тон. Я не слишком жадна?
— Нисколько, дорогая девочка, но хотя я велю сшить чепцы, они тебе пока не понадобятся, поскольку и в первый, и во второй день волосы должны быть распущены, как подобает девушке.
— Но у Бэнон тоже должно быть новое платье, — заметила Филиппа.
— Разумеется. Думаю, этот густо-розовый бархат очень подойдет твоей сестре. Она, как невеста, должна иметь новый гардероб, когда мы вернемся на север. — Томас встал. — Надеюсь, мы обсудили самые важные детали, и ты вместе с графом можешь вернуться во дворец. Он очень расстроился, узнав, что мы не допускаем его к столь интересному разговору?
— Он считает, что ты куда более подходишь для выбора нарядов, чем он, и, кроме того, жениху не полагается видеть подвенечное платье невесты до свадьбы, — пояснила Филиппа, тоже поднимаясь. — Спасибо, дядюшка Томас. Благодаря тебе я буду самой красивой при дворе невестой.
Поцеловав его в щеку, она сделала реверанс и отправилась в зал к графу. Они вышли из дома и спустились к причалу, где уже ожидала барка. Граф постепенно привыкал к украшавшим сад мраморным статуям юношей, щедро наделенных природой, а Филиппа, казалось, и вовсе их не замечала.
Они уселись в барку и велели гребцам возвращаться в Ричмонд. Граф обнял Филиппу, и она склонила голову ему на плечо.
— Смотрю, ты начинаешь ко мне привыкать, — поддразнил он.
— Приходится, тем более что мы должны вскоре пожениться, — отпарировала она.
Он приподнял ее подбородок и припал к губам долгим медленным поцелуем. Ее губы, подобные розовым лепесткам, мягким и душистым, покорно раскрылись. Его рука впервые легла на ее грудь, и Филиппа, мгновенно насторожившись, поспешила отстраниться.
— Что ты делаешь? — нервно прошептала она.
— То, что вправе делать, — спокойно ответил он.
— Но ты обещал подождать! — напомнила девушка. — Повременить, пока мы лучше не узнаем друг друга.
— Воображаешь, что в один прекрасный день мы проснемся и обнаружим, что узнали друг друга лучше?
Через несколько недель нам предстоит стать мужем и женой, Филиппа. Конечно, невинные поцелуи — это прекрасно, но важны также и прикосновения. Поверь, это самый верный способ познакомиться поближе. — Его пальцы чуть крепче сжали ее подбородок. — Ты прелестна, и я с нетерпением жду минуты полного обладания тобой.
— А ты спал с другими женщинами?
— Конечно. Ни один здоровый мужчина не остается девственником до тридцати лет.
— Они были шлюхами? Или благородными женщинами? — допытывалась она.
Вопрос удивил графа, но он тем не менее ответил искренне:
— Были и шлюхи. Но благородные дамы тоже обращали на меня внимание. Во времена моей юности девушки из усадьбы также были не прочь полежать на сене с молодым господином. Но я никогда в жизни не принуждал женщин.
— А как насчет бастардов, милорд? — не успокаивалась Филиппа.
— Две девочки, — ответил он, к ее удивлению. — Раз в год я выдаю их матерям деньги на содержание детей и не изменю своим правилам, даже если женюсь.
— Значит, милорд, вы опытны в искусстве любви?
— Можно сказать и так. А теперь, мистрис, довольно вопросов.
— Гребцы… — прошептала она, показывая на четырех крепких мужчин, орудовавших веслами.
— …у которых нет глаз на затылках и которые не могут видеть сквозь закрытые занавески, — усмехнулся он, крепче сжимая ее талию.
Глаза Филиппы раскрывались все шире по мере того, как его рука скользила все выше по корсажу ее платья. Ее одежда стала весьма ощутимым препятствием для его нарастающей страсти, но он понимал, что барка — не то место, где можно расшнуровать ее корсаж. Вместо этого он наклонил голову и поцеловал мягкий холмик ее груди, поднимавшейся над вырезом платья. Исходивший от нее аромат ландыша кружил голову, и мысли Криспина мешались. Ему хотелось одного — ласкать ее все откровеннее.
В тот момент, когда его губы коснулись мягкой плоти, Филиппа задохнулась. Сердце билось, как у пойманной птички, а перед глазами все плыло. Она смутно ощутила, как затвердели соски. Только бы он не останавливался… хотя… хотя и не должен ласкать ее так откровенно. Или в самом деле он имеет на это право? Она однажды подсмотрела, как отчим столь же необузданно ласкал ее мать, когда думал, что их никто не видит. Но они были женаты. А ей… ей даже не с кем посоветоваться! Мать далеко, а подруги давно уехали из столицы.
— Что с тобой, Филиппа? — спросил граф, сжимая ее лицо широкими ладонями.
— Говорят, когда мужчина хочет кое-чего добиться от девушки, всегда клянется, что не делает ничего дурного, — пробормотала она. — Мне также известно, что мужчина, получающий от коровы сливки даром, вряд ли склонен приобрести саму корову. Я сохранила свою репутацию в чистоте, милорд, не затем, чтобы позволять ласкать себя на барке.
— Счастлив это слышать! — серьезно кивнул он. — И мне было бы крайне неприятно узнать, что твоя репутация запачкана не слишком пристойным поведением. Значит, можно с уверенностью предположить, что в твоем девическом прошлом нет ничего такого, что могло бы меня расстроить.
— Ты смеешься надо мной! — возмутилась она.
— Нет, просто хочу узнать о тебе побольше. Ведь ты сама только сейчас меня расспрашивала, — серьезно уверил он, хотя глаза весело поблескивали.
— Меня не в чем упрекнуть! — надменно заявила она. Почему у него такой вид, словно он вот-вот рассмеется?
— Да, я слышал историю о Наклонной башне из твоих собственных уст, — коварно напомнил граф. — Позволь-позволь… как там было? Не кто иной, как сам король, застал нескольких молодых леди и джентльменов за весьма неприличной игрой…
— Я слишком много выпила в тот вечер! — запротестовала Филиппа. — Но не в моей натуре предаваться пьянству и разврату, милорд! И при дворе в то время никого не было, так что никакого скандала не случилось!
— Лорд Кембридж находит все это очень забавным, как, впрочем, и я.
— А вот я не вижу ничего забавного! Мое поведение было постыдным, и только своевременное появление короля спасло меня от ужасной участи! И зачем вспоминать мои грехи?! — оскорбилась она.
— Филиппа! Филиппа! Ты — невинная юная девушка, сердце которой было разбито. Мало того, за все свои страдания ты стала предметом шуток и издевательств. Нет ничего удивительного в том, что ты ответила на все это отчаянной выходкой. Но, поверь, совершила не столь уж страшный грех! Я дразню тебя только потому, что вскоре стану твоим мужем и хочу ласкать тебя, но ты противишься.
Широкая ладонь нежно легла на ее щеку.
— Не бойся, Филиппа. Я не причиню тебе зла. Девушка положила голову на его плечо и расплакалась.
— Я хочу целоваться с человеком, который меня любит, — всхлипнула она. — Ты же меня не любишь. Тебе только нужен Мелвил!
— Верно, и ты права, утверждая, что я не люблю тебя. Да и как это возможно? Я едва тебя знаю, Филиппа. А ты отталкиваешь меня своей холодностью. Мы скоро поженимся, и вряд ли благородно красть сливки, если я не намереваюсь купить корову.
Он прижал ее к себе и погладил по спине. Девушка тихо шмыгнула носом. Ей вдруг стало тепло и уютно. Даже если он не любит ее, все равно очень добр.
— Я только и умею, что целоваться, — пробормотала она.
— И очень хорошо умеешь, — заверил он.
— А в ласках я совсем ничего не понимаю. И до этой минуты не позволяла ни одному мужчине меня касаться. Та история в Наклонной башне была не слишком приятной. Но судьба уберегла меня от беды.
— В юности у каждого бывают случаи, которые не хочется вспоминать, — вздохнул он. — А теперь вытри глазки, мы поцелуемся и помиримся.
Девушка вытащила из рукава платья маленький, обшитый кружевом платочек и промокнула лицо.
— Мне что-то не слишком хочется целоваться, — пробормотала она. — Вы слишком долго издевались надо мной, милорд. Вам следует быть добрее ко мне.
Вместо ответа Криспин Сент-Клер одним быстрым движением схватил Филиппу в объятия, такие крепкие, что у нее перехватило дыхание.
— Ни на минуту не поверю, дорогая Филиппа, что наша беседа задела твои чувства. Почему же ведешь себя как маленькая и глупая придворная ханжа? Не такая нужна мне жена. Я хочу ту, прежнюю, естественную Филиппу, которую хорошо знаю. Остроумную, веселую умницу. Я дал тебе слово, что не поведу тебя силой по дороге страсти, но через несколько недель мы поженимся, и дольше я терпеть не намерен. Поэтому, если не хочешь испытать потрясение в брачную ночь, постарайся привыкнуть к моим объятиям.
Граф поцеловал ее. Жестко. Требовательно.
— Ты представить не можешь, насколько восхитительной, чудесной и сказочной могут быть необузданная страсть и вожделение! Я не позволю тебе следовать примеру королевы. Как все испанки, она боится дать волю чувствам!
Он снова поцеловал ее.
— Я хочу видеть тебя теплой и нагой в нашей постели, Филиппа. Буду ласкать тебя как и сколько захочу, и ты не станешь закрывать глаза и читать молитвы, а растаешь от наслаждения, которое я тебе подарю.
На этот раз поцелуй был таким долгим, что Филиппа задохнулась.
— Мы соединим наши тела, как велит наш Создатель. И ты будешь кричать от радости, вызванной нашим взаимным желанием, и молить о большем.
Его рука снова скользнула по ее корсажу, лаская крепкие грудки.
— А теперь скажи: «Да, Криспин», — тихо скомандовал он.
— Нет! Я буду сопротивляться! — объявила она.
— Зачем?
— Потому что… потому…
— У тебя нет причин, Филиппа. Ты будешь принадлежать мне, но и я буду принадлежать тебе.
— Я смогла бы возненавидеть тебя, — прошептала она.
— Но не возненавидишь, — заверил он и поцеловал ее, прежде чем отстраниться. — Ты такая хорошенькая, когда смущаешься, — улыбнулся он.
— А ты слишком высокомерен! — отпарировала она.
— И абсолютно неотразима в своем замешательстве, — добавил граф.
Барка ткнулась носом в причал дворца, и он помог Филиппе выйти.
— Я должна идти к королеве, — бросила она и поспешила прочь.
Граф с веселой улыбкой смотрел ей вслед. Пусть она ершится, как напуганный ежик, но он был с ней откровенен. Она похожа на необъезженную породистую кобылку, которую он покорит своей воле. И при этом ничуть не жалеет, что женится на ней. Из Филиппы выйдет прекрасная графиня Уиттон.
Граф вошел во дворец, пытаясь найти компанию для партии в карты, но, к своему удивлению, столкнулся в галерее со старшей сестрой.
— Марджори! — воскликнул он. — Что ты здесь делаешь?
— Мне сказали, что ты наконец решил жениться! Подумать только, мне пришлось узнать об этом от подруги! Я сразу приехала в Лондон. Кто она, и почему ты держал все в секрете от меня? А Сюзанна знает?
Он взял руки сестры и поцеловал.
— Прости, Марджори, у меня минуты свободной не было! Контракт будет подписан двадцать восьмого, а на тридцатое назначена свадьба!
— Кто она? — допытывалась сестра. — Мне говорили, что это одна из фрейлин.
— Ее зовут Филиппа Мередит.
— Мередит? Не помню. Кто ее родные?
— Пойдем присядем где-нибудь, — пригласил он, увлекая ее в нишу, где стояли два стула. — Ее отцом был сэр Оуэн Мередит. Он с самого детства служил Тюдорам, пока сама Достопочтенная Маргарет не устроила его браке наследницей Фрайарсгейта Розамундой Болтон.
— Болтон? Это имя северянки, Криспин. Но все северяне — абсолютные дикари. Неужели не мог найти кого-нибудь получше? — нахмурилась леди Марджори Брент, искоса поглядывая на брата. Криспин подумал, что сейчас сестра с ее светло-голубыми глазами и темно-каштановыми волосами особенно красива. — Надеюсь, ее приданое перевесит все недостатки?
— Ты очень удивишься, увидев Филиппу, — засмеялся он. — Ее мать в юности тоже служила при дворе, где приобрела дружбу королевы Екатерины и королевы Маргариты. Поэтому Филиппе и дали должность королевской фрейлины. Ее величество весьма к ней благоволит. Что же до приданого… оно почти непристойно велико и включает в себя Мелвил, дорогая сестра.
— Вот как? — кивнула та. — Теперь я понимаю причину такой спешки. Что же, нельзя осуждать тебя за желание получить Мелвил, но не могли ты просто приобрести его и найти невесту поприличнее?
— Я небогат, Марджори, — напомнил он, — а ее родственник не хотел продавать имение ни за какую цену.
— О, ты заплатил эту цену, младший братец, — рассмеялась сестра.
— Мне пора жениться, а Филиппа прелестна. Тебе она понравится. Хорошее воспитание, манеры, и она истинная придворная дама.
— Пока подожду выносить суждения, Криспин, — усмехнулась она. — Я послала в Уилтшир, за Сюзанной. Ты не женишься, пока мы обе не познакомимся с девушкой.
— Я уже объяснил, что свадьба назначена на тридцатое.
— Но к чему так торопиться? Или ты уже лег с девушкой и она носит в чреве твое дитя? Именно таким способом она сумела поймать тебя?
Криспин громко рассмеялся:
— Филиппа чрезмерно добродетельна. И свадьбу придется отпраздновать так скоро только потому, что летом она уезжает во Францию вместе с королевой. Как ты понимаешь, король пригласит с собой самых знатных, и единственный способ отправиться с ней — жениться. Королева пообещала, что я тоже поеду, ибо у нее мягкое сердце и она не разлучит новобрачных.
— Хм-м, — проворчала сестра.
— Если повезет, к моменту возвращения она уже будет беременна, и в это время на следующий год у меня появится наследник. Разве вы с Сюзанной не об этом мечтали?
— Во всяком случае, я, — кивнула Марджори.
Что же до Сюзанны… по-моему, она всегда хотела, чтобы ты, если не женишься, выбрал наследником ее второго сына. Мало того, она почти на это рассчитывала.
— А ты? Не хотела получить титул для своего сына? — поддел Криспин.
— У него есть свой собственный. Еще один ему ни к чему, — сухо заметила леди Марджори. — И можешь ли ты быть уверен, что девушка плодовита и способна выносить детей?
— У ее матери пять сыновей и три дочери от двух мужей. Только один из мальчиков умер.
— Неплохо, Криспин, — кивнула сестра. — У меня даже на душе легче стало.
— Сам король будет свидетелем подписания контракта, — добавил он, зная, какое впечатление произведет на сестру такая новость.
— Не может быть! Неужели девушка так знатна?!
— Нисколько, но и король, и королева знают ее мать едва ли не с раннего детства, и их дружбу ничто не омрачало. Дядя Филиппы просил их величества благословить наш брак. И они согласились.
— Что же, возможно, мне не стоило проделывать такой путь из Девона, — задумчиво заметила леди Брент, — но поскольку я уже тут, можно и остаться на твою свадьбу.
— А где ты остановилась?
— Подумывала найти место здесь, во дворце.
— Нет, это невозможно. Тут такое творится перед отъездом во Францию! Полным ходом идут сборы, и, кроме того, двор готовится к приезду племянника королевы, императора Священной Римской империи, в конце мая. Ты остановишься в Болтон-Хаусе, вместе со мной. Это дом дядюшки Филиппы, Томаса Болтона. Лорда Кембриджа. Вот увидишь, он очень гостеприимен. И наверняка примет и Сюзанну.
— А хватит ли места?
— Да. И зная, как ты любишь вкусно поесть, счастлив сообщить, что повар Тома Болтона — настоящее чудо. Он путешествует со своим хозяином из Камбрии в Лондон и Гринвич.
— Чем больше я узнаю о семье девушки, тем больше успокаиваюсь. А приедут ли ее родители на свадьбу? Очень хотелось бы встретиться с ними.
— К сожалению, сэр Оуэн умер, а мать Филиппы только что родила близнецов и еще не оправилась. Зато здесь одна из ее сестер, которая прибыла ко двору специально, чтобы служить королеве. Она наследница лорда Кембриджа и собирается обвенчаться с одним из Невиллов.
— Возможно, это не такой уж неудачный брак, как я поначалу посчитала, Криспин, — окончательно смягчилась сестра. — Род Сент-Клеров старинный, но ничем особенным себя не проявил. Мало того, мы достаточно серенькие люди, хотя всегда подчинялись законам страны и лишь один раз выступили против правящего монарха вместе с остальными баронами в эпоху царствования Иоанна Безземельного. Мы даже ухитрились остаться в стороне от свары Ланкастеров и Йорков и поддержали Тюдоров, когда они заняли трон.
— И все это позволило Нам выжить, — спокойно напомнил он. — Пусть мы не богаты. Но и не бедны.
— Мне следовало доверять твоему суждению, Криспин, — покаянно призналась леди Марджори. — Но раз уж я здесь, воспользуюсь ситуацией.
— Королева была великодушна к Филиппе, то и дело отпуская ее со службы. Сегодня, когда ты пойдешь представляться ее величеству, увидишь и Филиппу. А потом я отвезу тебя в Болтон-Хаус. Не знаю, приедет ли нынче лорд Кембридж во дворец.
Томас Болтон приехал. Но сначала он взял меньшую из барок, которую приобрел когда-то для Розамунды, и отправился в Лондон к своему ювелиру, а затем навестил портного и его жену, необыкновенно способную швею. Именно ей предстояло шить платья для помолвки и свадьбы Филиппы, так же как и новый наряд Бэнон.
Только потом он велел грести ко дворцу и по какой-то причине не отослал маленькую барку домой. В приемной королевы он нашел графа Уиттона в обществе дамы, которую тот представил как старшую сестру.
— Мадам, — с поклоном начал Том, — я когда-то знал вашего мужа и был в отчаянии, когда он женился, но теперь, увидев вас, вполне могу понять его стремление оставить двор.
И, поцеловав руку леди Марджори, он улыбнулся самой очаровательной улыбкой. Леди была мгновенно им покорена.
— Вы слишком добры, милорд, — откликнулась она. Томас снова улыбнулся.
— Вы уже познакомились с моей родственницей Филиппой Мередит, мадам? — осведомился он, все еще держа ее за руку.
— Нет, но скоро познакомлюсь, — пообещала она, улыбаясь в ответ и отчетливо сознавая, что ее рука до сих пор находится в плену. Что за милый человек и учтивый собеседник!
— Она чудесная девочка, мадам, и, если позволите быть откровенным, станет достойно нести имя Сент-Клеров.
— Все, что Криспин рассказывал о ней, подтверждает ваши слова, — кивнула леди Марджори.
Дверь кабинета королевы открылась. Оттуда вышла Филиппа и, завидев собравшихся, поспешила подойти.
— Все в порядке? — спросила она. — Один из пажей сказал, что вы хотели видеть меня, милорд граф.
— Это моя сестра, леди Марджори Брент, — представил он. — Она удивила меня, неожиданно приехав из Девона, где живет со своей семьей. Марджори услышала о нашей помолвке от подруги, только что вернувшейся из столицы.
— Разве вы не написали сестрам, милорд? Как нехорошо с вашей стороны, тем более что до свадьбы осталось совсем немного, — мягко упрекнула Филиппа.
— О, дорогая Филиппа, в этом весь мой брат! Но вижу, что по крайней мере вас хорошо воспитали! — воскликнула леди Марджори, обнимая девушку. — Добро пожаловать в нашу семью.
— Благодарю, мадам. Жаль, что у меня так мало времени, но, увы, долг прежде всего.
— О, я вполне вас понимаю, дорогая Филиппа, — кивнула леди Марджори.
— В таком случае прошу меня извинить, — вздохнула Филиппа и, сделав реверанс, направилась к двери.
— Погоди! — окликнул ее Том Болтон.
Девушка обернулась.
— Ты должна приехать домой завтра днем. Портниха специально прибудет, чтобы приняться за твои платья. И привези с собой Бэнон, дорогая.
Филиппа кивнула и исчезла.
— Вы, разумеется, остановитесь у меня, — заявил лорд Кембридж.
— Как вы добры, — пролепетала Марджори, не упомянув, что брат уже пригласил ее. Но в конце концов, это дом лорда Кембриджа, не так ли?
— О, с такой дамой, как вы, нетрудно быть добрым, — шепнул лорд Кембридж, и довольная леди Марджори покраснела, словно девушка на выданье. — Если у вас нет других дел, дорогая леди, может, согласитесь вернуться со мной в Болтон-Хаус в моей барке? Криспин, дорогой мальчик, вам остается вторая барка.
Он взял леди Марджори под руку и увел. Криспин провожал их взглядом, стараясь не рассмеяться. Он до сих пор не смог раскусить Томаса Болтона, хотя кое-какие подозрения на этот счету него были, но лорд Кембридж, очевидно, сумел верно распознать характер леди Марджори и понял, как с ней обращаться. Интересно, действительно ли Том знаком с его зятем?
Криспин решил не спрашивать. Ответ мог оказаться слишком неожиданным.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Филиппа - Смолл Бертрис



чудесный роман на редкость красивый милый без жестокости грубости насилия
Филиппа - Смолл Бертриснаталия
9.02.2012, 16.30





замечательные книги читаю с большим интересом
Филиппа - Смолл Бертрисирина
23.03.2012, 23.56





Из всех книг Б.Смолл самая незапоминающаяся, прочитать можно, но книга на один раз.
Филиппа - Смолл БертрисЕкатерина
3.05.2012, 10.35





У Смолл вообще интересные книги, с удовольствием прочитала о Скай ОМалли
Филиппа - Смолл БертрисТатьяна
18.05.2012, 12.48





этот роман чудесный интересный главная героиня смелая решительная с юмором девочка понравился читайте в других романах автор более жесткая есть насилие а здесь - отдых и наслаждение от прочитанного
Филиппа - Смолл Бертриснаталия
7.08.2012, 9.41





Хорошая книга..все книги этого автора понравились,чмтала с удовольствмем.Самая интересная это сага о семье О.Малли
Филиппа - Смолл БертрисЮлия
20.05.2013, 20.38





Хорошая книга..все книги этого автора понравились,чмтала с удовольствмем.Самая интересная это сага о семье О.Малли
Филиппа - Смолл БертрисЮлия
20.05.2013, 20.38





Не из лучших книг автора. Нудноват и пролстоват.
Филиппа - Смолл БертрисВ.З.,65л.
31.05.2013, 7.41





Интересный роман! У Бертрис Смолл не может быть иначе)))))))))))))
Филиппа - Смолл БертрисГалина
31.05.2013, 15.42





очень интересный роман! мне понравилось, и 1 книга тоже( Розамунда).
Филиппа - Смолл БертрисЛЕНА
3.07.2013, 23.15





Один из самых отвратительных и скучнейших романов за всю мою жизнь. Не читайте, здесь нет ни интересного сюжета, ни увлекательного языка изложения. Очень разочарована. Пропускала главами - все предсказуемо, просто, нудно и уныло. Кошмар.
Филиппа - Смолл БертрисЕкатерина
15.01.2014, 14.28





Самый скучный роман из книг Смолл, так и не смогла его осилить, очень нудно.
Филиппа - Смолл БертрисАнютка
30.01.2014, 15.58





ОЧЕНЬ КРАСИВЫЙ РОМАН. Странно почему маленький рейтинг по оценкам....возможно спешат читать про третью дочь Розамунды, про Своенравную наследницу.
Филиппа - Смолл БертрисВладислава
23.03.2014, 18.18





До кінця читала з принципу, що ж там за страшна таємниця!! Не цікаво, прочитав і забув.
Филиппа - Смолл Бертрисyxtuwka
13.07.2014, 9.43





Очень разочарована.Не тратьте время на чтение этого романа !
Филиппа - Смолл БертрисСветлана
11.09.2014, 12.29





А мне героиня не очень понравилась...Никакого чувства юмора я в ней не заметила. Вроде и свободных нравов, при дворе вела себя достаточно вольно, как современные подростки практически, но, в тоже время с женихом ведёт себя, как ханжа. Сама дала согласие на брак, потом сообщает:"В первую брачную ночь я буду сопротивляться!" Мило... Зачем тогда замуж собралась? Ну, раздражала она меня...Впрочем, я ещё не до конца дочитала, может она потом поумнеет...Какая-то упёртая, вредная...
Филиппа - Смолл БертрисМарина
6.11.2014, 12.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100