Читать онлайн Дикарка Жасмин, автора - Смолл Бертрис, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дикарка Жасмин - Смолл Бертрис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.37 (Голосов: 157)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дикарка Жасмин - Смолл Бертрис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дикарка Жасмин - Смолл Бертрис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смолл Бертрис

Дикарка Жасмин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

В первые минуты Ясаман не могла сообразить, где находится. Потом память начала восстанавливаться, она повернулась и обнаружила, что лежит в кровати одна. Неужели он ушел к одной из своих женщин? Она с удивлением обнаружила, что ревнует. Но как она может ревновать человека, которого почти не знает? Она поднялась, завернулась в сари и с раздражением вспомнила, что воды нет и снова не удастся умыться. Порядка в доме не было. Выйдя на соседнюю с комнатой террасу, девушка с радостью вдохнула свежий утренний воздух. Ямал сидел и завтракал совсем один.
— Здравствуй, господин. — Ясаман подошла к мужу. — Рада, что тебя хоть накормили. Может быть, и мне кто-нибудь окажет такую же услугу? — Она взяла со стола банан.
— У тебя и в самом деле будет много работы, принцесса, — признал Ямал, глядя, как она чистит фрукт.
— За этим я послежу. — Она грациозно обвела все рукой. — Ты ведь не будешь вмешиваться в мои распоряжения? Ты об этом сам вечером сказал, — переспросила девушка мужа, желая увериться, что правильно его поняла.
— Ты здесь хозяйка, принцесса, — подтвердил он и улыбнулся. — Во сне ты такая красивая, Ясаман.
— Только во сне? — Что заставило ее это сказать? Она флиртовала с ним? Ясаман покраснела. Ямал-хан рассмеялся.
— Ты красива всегда, — дипломатично поправился он и шутливо добавил:
— Так я по крайней мере заметил во время нашего короткого знакомства, принцесса.
Это он флиртовал с ней! Сердце забилось сильнее, щеки вспыхнули ярче. Ей сделалось неудобно, и она снова захотела оказаться у себя во дворце по ту сторону озера Вулар, чтобы играть с кошками. Но она была здесь — замужняя женщина, нет, еще не женщина, только невеста. И перед ней стояла огромная задача: привести в порядок дом мужа. Она видела, что он считает ее забавным ребенком. Она завоюет его уважение и со временем, вероятно, любовь.
— У меня много дел, господин, — сухо сказала она мужу. — Пожалуйста, извини меня, — и, повернувшись, поспешила обратно в маленький дворец.
Прекрасно ориентируясь, из покоев мужа она направилась в женскую половину. При свете дня комнаты показались ей еще более неприглядными, чем вечером: тусклые, старомодные, невероятно грязные. Когда-то они были изысканными — изразцы красивы, стены выложены сердоликом, лазуритом, малахитом, перламутром, кораллом, вулканическим стеклом. По всему было видно, что комнаты принадлежали матери принца и со дня ее смерти в них ни разу не убирались. Про себя Ясаман отметила, что здесь не хватает ковриков.
— Госпожа! — Голоса двух служанок-близнецов слились в одном возгласе. Торамалли обшарила взглядом комнату. — Ведь это не твои покои, принцесса, — воскликнула она, пораженная, в то время как у ее ног взметнулся ком пыли.
— Боюсь, что мои, — ответила Ясаман. — Но не стоит судить принца: его слугами и женщинами никто не управлял — не было твердой руки. Нам предстоит много дел, если мы хотим превратить этот дом в жилой.
— Госпожа! Выйди на террасу и посмотри! — возмущенно позвала девушку Рохана. — Сундуки, которые мы отправили сюда два дня назад, так и стоят там, где их оставили наши люди. Счастье, что не было дождя! Роса тоже нехороша для них, но, кажется, не причинила вреда. С радостью докладываю тебе об этом. Но разве не возмутительно, что с тобой обращаются таким позорным образом!
— Беги скорее, Рохана, скажи нашему лодочнику, что я хочу его видеть, прежде чем он возвратится на ту сторону озера, — приказала служанке Ясаман.
Девушка окликнула лодочника, и тот выбрался из суденышка и, кланяясь принцессе, поспешил по ступеням на террасу.
— Передай послание моей матери, — распорядилась принцесса. — Скажи, что мне нужен здесь Адали и по крайней мере полдюжины лучших слуг сегодня же утром.
— Хорошо, госпожа, — ответил лодочник. Они наблюдали, как он отплыл и погнал суденышко через озеро быстрее обычного.
— А теперь, — сказала Ясаман, — нужно взять в руки гарем принца. В нем пять женщин, одна из которых особенно упрямая. Другие ее, похоже, боятся. Мы либо вырвем жало из пчелы-матки, либо ее раздавим. Ей предстоит самой решить свою судьбу.
Ясаман направилась в гарем. Рохана и Торамалли последовали за ней. Не было сказано ни слова, но глаза их расширились, когда они заметили, насколько здесь все было роскошнее, чем в покоях принцессы. Близнецы были неглупыми девушками и тотчас сообразили, какую намеренную обиду наносили Ясаман женщины гарема. Служанки понимающе переглянулись. Они знали то, чего не знали эти безмозглые существа: госпожа их хоть и молода, но упорна и не остановится на полдороге. Если Ясаман решила, что будет верховодить этим дворцом и самим принцем, она этого добьется.
— Доброе утро, дамы, — холодно поздоровалась Ясаман и, не ожидая ответа, продолжила:
— Тебя ведь зовут Самира? Не медли, представь мне остальных.
Застигнутая врасплох, прежде чем смогла сообразить, что делает, Самира повиновалась хозяйскому тону Ясаман. А потом было уже слишком поздно — она потеряла лицо перед своими компаньонками.
— Лайла, Нилак, Лалита и Тира, — коротко ответила она, всем сердцем желая вцепиться в лицо принцессе, чтобы согнать с него улыбку.
— Лалита, ты индианка? Ведь так? Теперь разговаривать со мной вы будете стоя. Этого требует обычная вежливость.
Женщина по имени Лалита вскочила на ноги и почтительно поклонилась Ясаман.
— Да, — ответила она, — я с юга Индии, из Голконды.
— Да, моя госпожа, — поправила ее Ясаман. — Запомните, что в этом доме хозяйка я и обращаться ко мне следует достойно.
— Да, моя госпожа, — повторила Лалита. Она была хрупкой темнокожей женщиной с добрым выражением круглого лица.
— Лайла, Нилак, я думаю, вы персиянки, — продолжала принцесса. — По-персидски Лайла означает темноту, ночь, а Нилак — голубоватый цвет сирени. Ваши имена так же красивы, как вы сами.
Обе светлокожие женщины с иссиня-черными волосами и темными глазами поднялись и поклонились.
— Да, моя госпожа. Спасибо, госпожа, — воскликнули они в один голос. Самира бросила на них злобный взгляд.
Ясаман повернулась и посмотрела на женщину с золотистыми волосами. Таких она никогда еще не видела.
— Тира? Что у тебя за имя? — спросила она.
— Я гречанка. — Женщина встала и надменно поклонилась, холодные глаза смотрели прямо на Ясаман. Но принцесса не отвернулась. И наконец поняв, что побеждена, и передернув плечами, женщина, улыбнувшись, опустила взгляд.
— А откуда я, ты не хочешь знать? — раздраженно спросила Самира, разозлившись от такого невнимания к ней.
— Откуда бы ты ни взялась, там тебя не научили хорошим манерам, — отрезала Ясаман.
— Я из Самарканда, — гордо заявила Самира. — Мой отец был великим военачальником!
— Твой отец был солдатом и прижил тебя с уличной шлюхой. — Тира рада была посмеяться над Самирой. — Ведь поэтому ты оказалась рабыней в гареме.
Самира схватила миниатюрный нож для фруктов.
— За такое оскорбление я вырежу тебе сердце, — завопила она. — Ты сама — чужеземная шлюха.
С быстротой молнии и к немалому изумлению женщины, Торамалли выбила нож из ее руки.
— В присутствии госпожи нечего хвататься за нож. Иначе я доставлю себе удовольствие и убью тебя, — пригрозила служанка.
Ярость Самиры перекинулась с Тиры на слуг Ясаман.
— Кто? Ты? — зло прошипела она.
— Я, Торамалли. Я охраняю Ясаман с самого ее рождения. И со мной, уличная девка, лучше не шутить.
— Довольно, — тихо проронила принцесса. — Самира, пожалуйста, пойди во дворец и разыщи слуг. Скажи, что я немедленно хочу их видеть на террасе у озера.
— Я тебе не посыльная, — грубо ответила Самира. — Разыщи-ка слуг сама, моя госпожа. — Она упрямо стояла перед Ясаман, расставив ноги и выпятив подбородок. — Я любимица принца, и ты не заставишь меня делать то, чего я не хочу.
— Я не повторяю распоряжений дважды, — едва слышно произнесла Ясаман. — Иди выполняй приказание немедленно, или еще до полудня тебя продадут на рыночной площади. Поверь мне, Самира, сделать это в моей власти. — Принцесса повернулась и в сопровождении верных служанок вышла из гарема.
— Сделай-ка лучше, что она велит, — рассмеялась Тира, когда дверь за госпожой закрылась. — Она молода, Самира, она невеста принца, но я вижу, она не отступит. Или сделай одолжение, продолжай упрямиться. Никто из нас не заплачет, если тебя здесь не будет.
— Самой тебя не будет, — буркнула Самира. — Я не рабыня этой девчонке. Я принадлежу принцу Ямалу. Ее обращение невыносимо. Неужели, Тира, ты думаешь, что принц позволит жене продать хоть одну из своих женщин? Она хорохорится, потому что впервые попробовала член мужчины.
Она считает, что он любит ее и позволит делать все, что угодно, но скоро узнает, что это не так. Я поговорю с господином, когда он придет ночью. А он придет — женщина лишь раз теряет невинность, а после этого становится, как все другие, выделяясь только своим умением. Сомневаюсь, что нежно взлелеянный королевский цветок обладает такими же способностями, как мы.
— Не дури, Самира! Девочка не только жена. Она — дочь Могола, — пыталась образумить компаньонку Тира. — Ее выдали замуж со смыслом. Уже ходят слухи, что Могол намеревается поручить нашему господину от своего имени править Кашмиром. Но это случится лишь в том случае, если дочь Могола окажется счастливой. А теперь иди и выполняй ее приказание, иначе ее гнев падет на всех нас.
— Ты глупа. Тира, — выкрикнула фаворитка. — Эта принцесса — несмышленая девчонка. Он часто будет с ней, пока она не забеременеет, а потом решит, что выполнил свой долг, и не будет больше обращать на нее никакого внимания. Ты считаешь, что, растолстев, она будет казаться ему привлекательной? Да ее раздует, как тыкву. Дочери Моголов предназначены лишь для того, чтобы вынашивать сыновей, и ни для чего больше. Мы — главные женщины в его жизни, а не эта бледнолицая сука!
— Пойду соберу слуг, — объявила Тире Лалита. — Они явятся, и принцесса не узнает, кто из нас выполнил ее приказание. Она будет удовлетворена и успокоится. — Женщина поспешила из гарема.
Самира самодовольно улыбнулась и принялась расчесывать свои длинные волосы гребнем из слоновой кости.
— Самира права, — вступила Лайла, пытаясь убедить Тиру и Нилак. — Она все знает о мужчинах.
— Может быть, и так, а может быть, и нет, — ответила Тира. — Она не сможет предсказать, не вскружит ли принцу голову жена. Гарем предназначен для молодых неженатых мужчин и для старых женатых. Но есть период, когда он вовсе не нужен. Господин взял себе жену и может взять еще трех. Какой ему толк теперь от нас? Мы сможем избежать гнева принцессы, если составим ей приятную компанию и не будем ее злить. Думаю, Самира, просить тебя об этом бесполезно. Так что, дамы, дни наши здесь сочтены. Приготовьтесь. Наша компаньонка из Самарканда рано или поздно нас подставит, и мы снова окажемся на улице.
Лайла и Нилак горестно переглянулись, а Самира лишь рассмеялась словам Тиры и продолжала расчесывать волосы, обмакивая гребень в терпкое мускусное масло. Тира покачала головой. Вот уж чему она будет рада, так это расставанию с Самирой, которая и в раю сумеет посеять рознь.
Слуги удивились, когда их стала собирать женщина из гарема. Этих дам слуги видели нечасто, кроме нескольких рабынь, носивших им еду и время от времени убиравших комнаты. Жизнь слуг была приятной — хозяин почти ничего не требовал от них. Еды было вдоволь, а спали они, где хотели. Большинство проводило время в праздности: рыбачили, грелись на солнце, выращивали в саду для себя фрукты. Дары земли Ямал-хана они продавали, чтобы заработать лишние рупии и купить на них немного красивых вещей и запретное вино.
Ясаман, нетерпеливо постукивая ногой, поджидала их на террасе со стороны озера. Рядом стояли Адали, Рохана и Торамалли. Слуги опустились на колени и коснулись лбами пола террасы, затем сели на пятки и выжидательно взглянули на новую госпожу.
— Кто здесь старший управитель? — раздались первые слова.
— Управитель умер год назад, милостивая принцесса, — ответил кто-то Ясаман.
— А ты кто? — спросила девушка.
— Хасан, повар, милостивая принцесса.
Ясаман заметила полупрозрачную маску, болтающуюся на шее Хасана. Конечно же, он повар. Она поняла бы это раньше, если бы так не разозлилась.
— Поскольку у вас нет старшего управителя, это место немедленно займет управитель из моего дворца. Вот он — Адали. Он всегда говорит от моего имени. Слушайтесь его беспрекословно и быстро. Работа предстоит большая. Вы забыли о своих обязанностях, но я вас в этом не виню, поскольку не было никого, кто бы распоряжался вами. Здесь дом моего господина, и отныне все в нем должно быть в порядке. — Она улыбнулась им и, повернувшись, пошла прочь. Рохана и Торамалли отправились следом.
Адали оглядел взволнованные лица:
— Я служил еще у матери принцессы и ухаживаю за Ясаман Камой Бегум со дня ее рождения. Подкупить меня нельзя. Что было, то было. Сегодня каждый из вас начинает жить заново — такова воля принцессы, хотя, откровенно говоря, я считаю, что госпожа слишком снисходительна к вам. Учтите, я суров и не обладаю ее мягкостью. А теперь за работу. До заката покои принцессы должны быть готовы. Повар Хасан!
— Слушаю, господин управитель, — быстро отозвался тот.
— На ужин госпожа пожелала жареной речной рыбы, цыпленка и, может быть, немного тушеного мяса, приправленного карри. По поводу того, что любит и не любит принц, она поговорит с тобой позже. Сама же она предпочитает простую пищу, фрукты и овощи.
— Понятно, господин управитель!
— Ты, с помощником свободен. А сейчас я опрошу всех остальных. — Адали принялся разбираться с каждым участком хозяйства, пока не остался на террасе один. Тогда с довольной улыбкой евнух поспешил в покои госпожи.
— Сколько ни три, эти комнаты не сделать красивыми, — пожаловалась Ясаман. — Слуги вовсю старались.
— Послать за вашими вещами к вам во дворец? — предложил Адали. — Мебель здесь состарилась и вышла из моды. А через озеро вещи несложно перевезти.
— Стены невыносимы, — сказала принцесса. — Узоры в грязи, камни выкрошились. Потребуются месяцы, чтобы их привести в порядок.
— Повесим ковры и гобелены, — успокоил ее Адали. — А когда здесь станет ваша мебель, госпожа, все вокруг сделается привычным. Где сундуки?
— На террасе, там, где два дня назад их оставили наши люди, — нахмурилась Рохана. — И еще, Адали, здесь нет отдельной ванной для госпожи!
— А где, в таком случае, женская ванная?
— В гареме, — ответила служанка. — Что же делать, Адали? Не может же госпожа мыться в одной ванной с теми существами!
Евнух согласно кивнул — все здесь было не так, как надо.
И все из-за того, что столь поспешно выдавали замуж Ясаман Каму Бегум. Дворец был совершенно не готов ее принять. Да никакую другую приличную женщину. Она не может здесь оставаться, решил Адали.
— Госпожа, — предложил он ей, — тебе следует вернуться к себе во дворец, пока мы не приведем в порядок этот. Позволь мне поговорить с принцем, я уверен, он согласится со мной. Потребуется время, чтобы сделать эти покои пригодными для тебя.
Ясаман огляделась. Возвращение к себе, к Ругайе Бегум не ускорит работ, но она реалистически смотрела на вещи. У нее не было выбора: мебель оказалась разорванной и гнилой, попытки вычистить помещение лишь подняли клубы пыли. Она несколько раз чихнула и рассмеялась.
— Я буду спать в своем дворце, — объявила она, — но на день останусь здесь, чтобы присматривать, как продвигаются дела. Салон в гареме довольно большой, и в нем есть фонтан. Адали, вызови строителей, пусть отгородят мне там отдельную ванную. Трубы для воды можно проложить под полом. — Она опять дважды чихнула. — Адали, сходи к господину и скажи, что мы решили. Он не будет возражать.
Ямал-хан и в самом деле не возражал. Он вернулся в покои принцессы вместе с Адали, осмотрел все вокруг и сморщился.
— Ты права, — согласился он. — Не скоро удастся сделать эти комнаты жилыми. Делай, что считаешь нужным, я не буду спорить.
— Ты поедешь со мной, господин? В моем дворце вполне хватит для тебя места.
— Думаю, принцесса, мне лучше остаться здесь и проследить, чтобы слуги снова не впали в леность.
— Чепуха, господин, — возразил принцу Адали. — Поезжай с невестой. Извини, что говорю тебе это, но ты ведь не привык к таким вещам, как управление хозяйством. Это мое дело.
— Ты прав, Адали, — благодарно ответил евнуху Ямал-хан. Управитель, судя по всему, был умным человеком, способным сделать жизнь приятной. — Время, проведенное наедине с невестой, поможет мне ее лучше узнать. — Он тепло посмотрел на Ясаман, и она застенчиво улыбнулась ему в ответ.
— Поезжайте немедля, — посоветовал им Адали. — В такой тихий летний день приятно плыть по озеру. А позже приедут Рохана и Торамалли.
— Я научу тебя удить рыбу, — пообещал невесте Ямал-хан.
— Мне самой придется насаживать наживку? — заволновалась девушка, и принц снисходительно рассмеялся. «Какая она очаровательная», — думал он и, взяв за руку, проводил к лодке.
Вслед им искоса поглядывал Адали, а Рохана и Торамалли за его спиной не удержались и прыснули: с пяти лет Ясаман стала опытной рыбачкой. Она скакала на лошади, как воин, и много раз охотилась с отцом на тигров и газелей и, к тревоге Ругайи Бегум, была бесстрашна до безрассудства. Девушка великолепно владела оружием — луком и ружьем. Акбар и Салим дружно восхищались ее способностями, что все-таки не уменьшало страхов Ругайи.
— Посмотрим, кто будет верховодить в этом браке, — усмехнулся служанкам Адали.
— Тот, кому и положено, — весело ответили девушки. — Мужчины должны заниматься любовью и быть в состоянии оплачивать счета торговцев.
— Ах вы, распутницы, — фыркнул евнух. — Откуда вы набрались знаний о мужчинах? — Потом вздохнул и драматически возвел руки. — Нет! Я не желаю знать, где вы взяли эту мудрость. Лучше буду считать вас нежными послушными девочками.
— Мы и вправду нежные, но не такие послушные, как ты хотел бы, дорогой Адали, — парировала Рохана. — Но вместе мы исправно служим госпоже. Разве не так?
— Мы служим ей хорошо, — вновь усмехнулся Адали. — Кандру мы в этом не подвели.
— А ты думаешь, она когда-нибудь вспоминает о нас, Адали? — спросила Торамалли.
— А я гадаю, какая она сейчас? Все такая же красивая, как тогда, много лет назад? — поддакнула ей Рохана. — Как ты считаешь, нашла она счастье с другим своим господином? И скучает ли она о нашей маленькой принцессе?
— Вопросы! Вопросы! — замахал на них руками евнух, как будто если бы он знал ответы, то перестал бы думать о Кандре. Он вспомнил, как глядел на нее в последний раз. Изможденно-бледная, опоенная снадобьем, бодрствующей частью сознания она думала только о ребенке, которого вынуждена была оставить. Да, он часто думал о ней. — На эти вопросы у нас нет ответов, — проворчал он служанкам, когда видение исчезло. — Что же мы попусту болтаем, когда нас ждет работа?
Ясаман скромно сидела в маленькой лодочке.
— Это очень просто, — объяснял невесте Ямал-хан, восхищаясь ее красотой: девушке шли светло-зеленые шаровары и подобранная к ним в тон блузка. Он стоял в суденышке, осторожно держа равновесие, с длинным бамбуковым удилищем в руке. — Насаживаешь на крючок наживку, и удочка готова. — Показывая, он аккуратно забросил леску в воду.
— И все? — Глаза девушки были широко раскрыты. Она быстро наживила свой крючок и молниеносным движением запястья забросила удочку.
— Ты, наверное, занималась этим и раньше? — спросил удивленный Ямал-хан.
— Может быть, — застенчиво улыбнулась она, изо всех сил стараясь не рассмеяться.
— Так да или нет? — настаивал принц, понимая, как мало он знает жену.
— О-о-о! — вместо ответа закричала девушка, вскакивая на ноги. — Клюет, господин!
— Осторожнее! — Лодка опасно раскачивалась.
— О! — захлебывалась она смехом, сама качаясь взад и вперед.
Ямал-хан слишком поздно понял, что она делала это нарочно. Потеряв равновесие, он, падая в озеро, успел крикнуть ей;
— Ведьма!
Вода сомкнулась над ним, и прошла секунда, прежде чем он вынырнул на поверхность. Поднимая брызги, принц изо всех сил поплыл к лодке, но, к его ужасу, жены в суденышке не было. Сердце сильно забилось. Что могло с ней случиться?
— Ясаман! — отчаянно завопил он. — Ясаман! — Ты меня звал, господин?
Принц обернулся и обнаружил в воде рядом с собой Ясаман. — Ты умеешь плавать? — В его тоне сквозил упрек.
— Конечно, умею, — рассмеялась она. — Как можно вырасти на озере и не научиться плавать? Ты же плаваешь. У тебя есть сестры? Разве они не умеют плавать? Девушки плавают так же, как и мужчины, господин.
— И ты умеешь ловить рыбу? Ведь так? Она снова рассмеялась:
— Умею. Но ты был так любезен, когда принялся учить меня, что я не устояла и чуть-чуть подшутила над тобой. А теперь ты знаешь: я плаваю, ловлю рыбу, и у меня, как у отца, шаловливый юмор. Лучше уж сразу предупредить, я езжу на лошади и охочусь и, говорят, неплохо владею луком, копьем и мушкетом.
— Теперь я о тебе еще кое-что знаю. — Его карие глаза насмешливо блеснули.
— Что же?
— У тебя очень красивое тело. — И он рассмеялся, видя, как она краснеет.
— Грубиян! — Крича, она схватила его за темные волосы и тянула вниз, пока он не погрузился под воду.
— Я же говорил, — объявил он, выплыв, отплевываясь и смеясь. — Ты ведьма! — Ему никогда не приходило в голову, что жена может так забавлять.
— Может быть, ты еще что-нибудь узнал обо мне сегодня? — Девушка повернулась и поплыла к мраморным ступеням, ведущим во дворец.
Давясь от смеха, Ямал-хан подобрал плавающую неподалеку удочку, бросил ее на дно лодки, вслед влез сам и принялся грести к берегу.
Ясаман уже выбралась из воды и теперь выжимала длинные черные волосы. Ее светло-зеленые шаровары и зеленая с золотом блузка с короткими рукавами, намокнув, не оставляли места воображению. Посмотрев вниз на мужа, Ясаман почувствовала, как загораются ее щеки от его обожающего взгляда. На нем было только похоти, и девушка решила, что его мускулистые ноги и гладкая грудь весьма впечатляющи. Привязав лодку, принц взбежал вверх по ступеням к ней.
— Хорошо, что нам не придется ловить рыбу на ужин, принцесса, — ехидно заметил он.
Ясаман кивнула:
— Я больше люблю тушеное мясо. Попрошу маму Бегум распорядиться приготовить на ужин барашка под соусом карри.
— А где же мы будем спать? В твоих покоях ничего не осталось. Все перевезли по озеру в наш дворец.
— Там есть гостевые комнаты, господин.
— Нам потребуется лишь одна, — ответил Ямал-хан, — ты ведь не хотела, чтобы о нашем небольшом договоре знали женщины из гарема, а я не хочу, чтобы о нем узнали слуги. Слуги распускают слухи — по Кашмиру вмиг разнесется, что жена Ямал-хана до сих пор девственница. Положение это сохранится недолго: я вижу, мы быстро становимся друзьями.
— А кому есть дело до того, были мы с тобой близки или нет, господин? Разве это не наша тайна? — Слова мужа обеспокоили девушку, но в душе она чувствовала, что он сдержит обещание.
— Ты права — это наше дело. Но слухи от этого не прекратятся. Найдутся такие, кто примет меня за дурака, потому что я позволяю девичьим страхам властвовать над моими желаниями. Они решат, что я слаб и мной можно помыкать. Если я намереваюсь от имени твоего отца править Кашмиром, мне нужно быть сильным, хотя у меня мягкое сердце. А поскольку я люблю и уважаю отца, с уважением отношусь к Моголу, то должен править этой провинцией хорошо.
Ясаман Кама Бегум по-новому взглянула на жениха: верность семье и долгу были ей понятны. Она едва знала этого человека, но он говорил такие знакомые слова.
— Я верю, господин, — задумчиво произнесла она, — что когда-нибудь смогу тебя полюбить.
Он нежно улыбнулся ей сверху вниз и тихонько погладил лицо:
— И я верю, что научусь тебя любить, принцесса. Женщина, умеющая рыбачить, — поистине бесценная жемчужина. Ясаман прыснула со смеху:
— У тебя тоже есть чувство юмора, господин. Верность, приверженность долгу и чувство юмора — ты совершенный мужчина. Большего требовать нельзя.
— Но есть кое-что и еще — мое сердце, — серьезно ответил он. — И я с радостью предлагаю его тебе.
— Не могу не принять столь драгоценный дар. — Сердце девушки забилось чуть сильнее: он поистине был самым романтичным мужчиной, какого она только встречала. Когда еще недавно она грезила 6 любовнике, то представляла именно такого человека, как Ямал. Ей не терпелось поделиться своим счастьем с братом Салимом. Завтра же она напишет ему. Салим, обожавший своих жен, ее поймет и будет за нее рад.
Наблюдая из окна дворца, как они идут рука об руку, Ругайя Бегум посылала хвалы Аллаху. В этом деле инстинкт ее не обманул. Красивый кашмирский принц оказался для дочери превосходным мужем, особенно если учесть, что до свадьбы они не были влюблены друг в друга. Ругайя Бегум знала, что ее девочка еще нетронута, — Ясаман сама с ней поделилась этим, но если бы дочь и не рассказала, уж Рохана и Торамалли не удержались бы. Утром они унесли простыни из спальни принца, чтобы сохранить тайну госпожи. Без нажима молодые люди вскоре влюбятся, и природа пойдет своим сладким путем. Пожилая женщина довольно улыбнулась.
Через несколько дней Адали поставил в известность Ясаман и ее мужа, что во дворце можно жить. Они переплыли озеро, и евнух поделился с госпожой своим открытием: когда-то комнаты гарема были частью ее покоев. Во времена матери Ямал-хана гарема не было, заключил он. Все комнаты, включая чудесную маленькую мраморную ванную, безусловно, принадлежали матери принца. Женщины из гарема захватили помещения Ясаман.
— Пусть ванная будет пока общей, — посоветовал Адали. — Я присмотрю за тем, чтобы ты, госпожа, могла ею пользоваться всегда, когда захочешь. А в будущем принцу, может быть, и не потребуется гарем.
Ясаман согласилась, полагаясь на мудрость евнуха. Акбар и его двор отправились из Кашмира в Лахор и дальше в Агру. Впервые в жизни принцесса не поехала с ними. Осень ощущалась все явственнее. Ясаман охватила радость существования. Никогда еще она не была такой счастливой. Ей нравилось ее горное королевство, и она замечала, как пробуждается чувство к Ямалу. Чем больше они были вместе и чем больше она его узнавала, тем больше он ей нравился. Он не был ленив, как многие южане, не имел пристрастия к интригам и политике, его взгляд на жизнь был честен и прям. В качестве неофициального губернатора Акбара ему приходилось много заниматься скучными делами управления. Но Ямал-хан не только трудился. Он любил охоту, несколько раз брал с собой Ясаман и был поражен той ловкостью, с какой она владела оружием.
Шли дни, и его очарование девушкой все росло. Со дня свадьбы он так ни разу и не был в гареме. Раздосадованная Самира, не зная об истинных отношениях мужа и жены, решила, что в этом виновата Ясаман, но никак не могла этого понять. Принцесса — неопытный ребенок. А она, Самира, и ее компаньонки — всезнающие куртизанки.
Адали наблюдал ситуацию, пока она почти не дошла до точки кипения. Женщины в гареме страдали от вынужденного благочестия. Принц становился все беспокойнее. А Ясаман от непонятных ей самой желаний — все раздражительнее: то в приподнятом настроении, то в унынии. Она окунулась в управление хозяйством.. И тут евнух решил, что пора приводить в действие план, который созрел в его хитроумной голове наутро после свадьбы госпожи, когда он узнал, что она пожелала лучше узнать принца, прежде чем стать с ним близкой.
Как-то прохладным осенним днем принц охотился в одиночку. Домой он вернулся в дурном настроении, потому что не встретил дичи и в нескольких милях от дворца был застигнут холодным ливнем.
— Господин, — обратился к нему Адали сладчайшим голосом, — сегодня тебе необходимо общество женщин твоего гарема. Я знаю, после свадьбы ты сторонился их. Но иногда после неудачного дня мужчине требуется разнообразие ощущений.
Яман-хан задумался над словами Адали. Желание сжигало его, а в гареме его так ласкали! К тому же у него уже два месяца не было женщины. Он был терпелив и хотел остаться терпеливым. Но где сказано, что мужчина должен сохранять верность одной лишь женщине? Он о таком не слышал. И никто не слышал. У отца был полон дом женщин, у тестя — сорок жен, не считая гарема, достаточно большого, чтобы населить целый город.
— Скажи женщинам в гареме, что я буду у них сегодня вечером, — вырвалось у принца, прежде чем он смог сообразить, что следует ответить своему новому управителю.
— Хорошо, господин принц, — пробормотал Адали почтительно. — Передать принцессе, что ты будешь ужинать один? Принц не стал размышлять: он чувствовал свою вину. Вот уж чего бы он не хотел, так это ужинать с доверчивой женой в то время, как сам собирался предаться вечером плотским наслаждениям.
— Да, — распорядился он. — Скажи, что я не в духе и не хочу портить ей настроения. Увидимся с ней утром.
— Хорошо, господин, — произнес Адали, скрывая восторг, и, поклонившись, удалился.
Ясаман расстроилась, но выслушала сообщение. Мама Бегум говорила, что мужчины так же, как и женщины, подвержены смене настроений. Рохана и Торамалли старались ублажить ее любимым цыпленком под соусом карри и плодами личи в медовом сиропе. Принцесса дотронулась до еды и решила, что не хочет играть с Роханой в шахматы. В этот вечер она рано ушла к себе.
Разбудили ее негромкие звуки музыки и смех из гарема. Сначала она не поняла. За два месяца ее замужества из-за стены ни разу не доносилось непристойных звуков. Заинтригованная, она встала и выскользнула на террасу, тянувшуюся вдоль ее комнат и гарема. Стоя за изогнутой мраморной ширмой, она заглянула внутрь. Шторы не были опущены, и она увидела Лайлу и Нилак, тихо перебирающих струны музыкальных инструментов. Обе они сидели на диване. Ясаман повела глазами, высматривая других женщин, но вдруг от неожиданности у нее перехватило дыхание: среди них она заметила Ямал-хана.
До принцессы дошло, что женщины обнажены. Муж ее стоял не двигаясь, а перед ним на колени опустилась Самира и, взяв в руки его член, тянулась к нему ртом. Ее золотистые ноги были раздвинуты, и между ними виднелась голова гречанки Тиры. На ней, раскинув руки, чтобы сохранить равновесие и уткнувшись лицом меж ее красивых ног, лежала Лалита. Секунду Ясаман не осознавала эротический смысл сцены, а потом у нее вновь перехватило дыхание.
Пальцы Ямал-хана с силой гладили голову Самиры, глаза его были полуприкрыты, на лице отражалось наслаждение. Ясаман застыла, не шевелясь, не чувствуя под ногами ледяного пола и пронизывающего ветра с озера. Увиденное заворожило ее. Это была живая Ночная книга. Тира начала тихонько постанывать.
— Тише, женщина, — приказал Самире принц. — Я пока еще не хочу быть кастрированным.
Куртизанка подняла на него тяжелые от страсти глаза, затем повернулась спиной и встала на колени, обратив к принцу миниатюрный круглый задик. Тира и Лалита откатились в сторону, обнявшись и яростно целуясь. Ямал-хан опустился на колени за Самирой.
— Войди в меня вратами Содома, господин, — упрашивала женщина. — Ты знаешь, какое удовольствие это принесет нам обоим.
Он раздвинул ее ягодицы. Заметив это затуманенными вожделением глазами. Тира бросила Лалиту и поползла к господину, чтобы направить его твердый орган прямо в цель. Принц стал пробовать проникнуть в щелевидное поначалу отверстие, все так же крепко держа Самиру руками. Сперва оно не поддавалось, но вдруг раскрылось, словно бутон, давая твердой плоти дорогу.
Женщина всхлипнула, но явно сознательно расслабилась и наклонилась ниже. Неподатливое внезапно стало уступчивым. Он все глубже погружался в ее упругость, а она, чтобы помочь ему, выгибала спину, вихляя телом от поднимающегося наслаждения. Наконец он не мог уже проникнуть глубже, и она удовлетворенно заурчала, почувствовав кожей мешочек с его семенем.
— О, господин! — выкрикнула Самира. — Как мне нравится быть кобылой твоего жеребца. Бери меня! Прошу! Не жалей!
Видя, как муж овладевает Самирой все с большей яростью, Ясаман почувствовала укол ревности. Ямал-хан сказал, что не ужинал с ней и не играл в шахматы из-за плохого расположения духа. Сейчас по нему не было заметно, что он в плохом настроении. Во взгляде сквозило удовлетворение, когда, захлебываясь, Самира завыла под ним. Потом сильно вздрогнув и выкрикнув что-то, он оставил женщину, и та от удовольствия распласталась на полу.
Тут же подскочили Лалита и Нилак с тазиком ароматизированной воды и одеянием для любви. Они нежно обмыли член господина, и Лалита поднесла ему чашу вина, сдобренного зельем Афродиты. Он залпом проглотил его и улыбнулся, когда сила вновь вернулась к нему от зелья и ласк куртизанок. Обняв Лайлу и Нилак, он повел их к шелковому матрасу, брошенному на пол.
— Лайла, цветочек мой, — женщина хихикнула, когда он опрокинул ее на себя, — погарцуй немножко на своем жеребце. — Но несчастная Лайла была так возбуждена, что, едва очутившись на принце, тут же достигла высшего наслаждения, которое быстро прошло.
— О-о-о! — жаловалась горько она, сотрясаемая восторгом страсти.
Ямал-хан рассмеялся:
— Кто будет следующей, красотки? Моему попрошайке сегодня нужно много внимания.
Нилак и Лалита одновременно откликнулись на призыв господина, но ссора между ними дала возможность овладеть ситуацией Тире. Тщательно и нежно она вновь омыла член Ямал-хана и погрузила его в свое алчущее тело.
Завороженно смотрела Ясаман, как Тира завела руки за спину, чтобы опереться на них и, изогнув спину, извивалась на своем господине, издавая в такт движениям негромкие стоны. Ямал-хан потянулся и принялся ласкать ее пышную грудь — пальцы оставляли на девичьей коже красноватые следы. Внезапно движения гречанки стали бешеными, она задыхалась и вскрикивала.
Ясаман даже не шелохнулась, когда мягкая шерстяная шаль легла ей на плечи.
— Он предал меня, — тихо сказала она.
— Нет, нет, — уверил ее Адали. — Он мужчина, а у мужчин есть потребности, которые могут удовлетворить только женщины. Не тебе это говорить, принцесса. Два месяца ты не подпускала мужа, и он это сносил.
— Я хотела его узнать, — возразила Ясаман.
— Понимаю. Но ты бы еще долго его узнавала, если не разубедить тебя каким-нибудь способом, принцесса!
— Иногда, — девушка отвернулась от сцены в гареме, — мне кажется, дорогой Адали, что я должна тебя бояться. Мне кажется, ты знаешь обо мне больше, чем я сама. Но тогда я вспоминаю, как ты любишь меня, и не боюсь.
— Иди в дом, госпожа, — сказал он ей. — Ночь холодная, ты простудишься.
— Завтра муж снова едет на охоту, — напомнила евнуху Ясаман. — Они встречаются в предгорьях со старшим братом Али-ханом и будут отсутствовать несколько дней. Забери женщин из гарема в город и сбудь их. Тиру, Нилак, Лайлу и Лалиту оставь у хорошего работорговца, а Самиру продай сам на рыночной площади. Безусловно, она придется по вкусу какому-нибудь дикарю или содержателю борделя. Ее ненасытная плоть больше не будет услаждать мужа. Эту ночь я еще выдержу ее присутствие, но не больше. Убила бы ее, если бы могла!
— А что делать с выручкой от сделки, госпожа, — спросил Адали, — с деньгами от продажи?
— Они поступят в казну хозяйства, Адали, — ответила принцесса. — И созови рабочих. Я собираюсь переделать все мои покои — так украсить их, чтобы, приходя, муж получал удовольствие. Как ты думаешь, хватит здесь места для детской?
Адали широко улыбнулся:
— Может быть, госпожа. Но будет лучше со временем пристроить к дворцу отдельное крыло. Так вы с принцем сохраните свое уединение, а мне говорили, госпожа, что любовникам необходимо уединение. — Он помог устроиться ей в постели и натянул на нее одеяло. — Вы будете любовниками, принцесса. Я уже вижу зарю любви и в твоих, и в его глазах. Время пришло.
— Да, — согласилась девушка. — Время пришло. Адали вышел, и Ясаман быстро заснула. Проснувшись, она узнала, что Ямал-хан уже уехал, но, уезжая, оставил ей подарок. Улыбаясь, она развязала шелковый расшитый драгоценными камнями платок и обнаружила в нем белую с голубым фарфоровую чашечку, которая привела ее в восторг. Рохана тут же убрала ее в сторону, и в дверях с подносом появилась Торамалли, принесшая позднюю свежую дыню, вареные яйца и хлеб.
— Где Адали? — спросила девушка служанок.
— Уехал в город, как ты и приказала ему, госпожа, — ответила мягко Торамалли.
— А они уехали?
— Они уехали. — Не сдержавшись, служанка улыбнулась госпоже.
— Хорошо, — объявила Ясаман и несколько секунд сидела подавленная. — Никогда я еще не делала таких ужасных вещей, — наконец призналась она.
— Они должны были исчезнуть отсюда, прежде чем ты вошла в этот дом, — возмутилась Торамалли. — Мужчина, женатый на красивой женщине, не должен иметь гарем, полный низких женщин, — подхватила Рохана. — Ты — дочь Могола, а не какого-нибудь благородного провинциала. Оскорбительно, что до сих пор принц не очистил дом от этих существ!
— Быть может, у него слишком доброе сердце, — предположила Ясаман. — Но теперь дело сделано. Надеюсь, он не рассердится на меня.
Ямал Дарья-хан вернулся домой через пять дней. Хотя охота была удачной, ему пришлось выносить общество не только старшего брата Якуба, но и среднего Хайдера. А он не любил обоих, успевших уже вырасти к тому времени, когда он родился. Все детство они не обращали на него внимания, постоянно напоминая о низком положении его матери. Принц терпел их только из-за отца, он никогда бы не принял приглашения Якуба, знай, что с ним будет и Хайдер. Якуб был хвастуном и нытиком, а Хайдер напоминал Ямалу ядовитую змею и был так же хитер.
Братья ожесточились к Моголам из-за потери Кашмира, забывая о той неблаговидной роли, которую сами сыграли в этой потере. Они завидовали младшему брату, ведь он женился на дочери Могола. До них доходили слухи, что Акбар намеревался поручить ему управлять от своего имени Кашмиром. Это были тупые недальновидные солдафоны, и всю охоту Ямал-хан объяснял им, почему Акбар отдал ему Ясаман.
Расставаясь, он был уверен, что они по-прежнему считают, что Могол хотел лишь уязвить их. В конце концов, старшим сыном Юзеф-хана был Якуб, а средним Хайдер, не уставали повторять они.
Домой Ямал-хан приехал усталым и раздраженным и жаждал приятной компании. Вечером перед отъездом женщины из гарема показались ему забавными. Он слишком долго не бывал у них, и впредь этой ошибки принц не собирался повторять. Он предвкушал ванну, ужин и потом вечер со своими дамами, улыбаясь при воспоминании об их шелковистых телах, изящных грудях и многочисленных талантах.
Греховные мысли заставляли его член шевелиться в ванне, к изумлению слуг. Рабы подшучивали над ним, восхваляя его известную всем доблесть. Они советовали поберечь силы. Он со смехом отвечал, что его хватит на всех в гареме, и не заметил, как они переглянулись.
Слуги, моющие и натирающие его сандаловым маслом, вдруг посерьезнели, обернули в белое дхоти, и принц направился ужинать в свои покои.
Поев и отдохнув, он пошел на женскую половину. До сих пор он еще не поздоровался с женой, но с этим можно подождать до утра. А пока принц думал только о том, как станет узником меж двух нежных, но крепких ног. Он прошел дверь в покои Ясаман и двинулся дальше, но там, где раньше находился вход в гарем, теперь была монолитная стена. Ямал-хан подумал, что слишком увлекся своими мыслями и зашел дальше, чем следовало, но, оглянувшись, разглядел лишь одну дверь в женскую половину — через комнаты Ясаман.
— Позови старшего управителя, — приказал он одному из охранников, стоящих у дверей Ясаман.
Воин убежал, а принц стоял, не проронив ни слова, пока через минуту не появился Адали. Одежды евнуха развевались, по всему было видно, что он всю дорогу бежал. Подметив это, Ямал-хан остался доволен.
— Господин звал меня?
— А где вход в гарем, Адали?
— Этот вопрос вам лучше обсудить с принцессой, господин, — вежливо ответил управляющий.
— Но я спрашиваю тебя, — процедил Ямал-хан.
— Не знаю, что и ответить господину. — Адали чувствовал себя явно неудобно. — Все же лучше поговорить об этом с принцессой.
— Сегодня вечером я не желаю встречаться с твоей госпожой. — Гнев все явственнее искажал лицо принца. — А рассчитываю позабавиться в гареме. Но двери в гарем нигде нет.
— Потому что нет самого гарема, — услышал он ответ Ясаман.
Ямал-хан обернулся. От неожиданности слова вряд ли дошли до него.
— Входи, господин. — Девушка потянула принца в покои и закрыла за ним дверь. Он тут же понял, что они одни и что выглядит она сегодня особенно привлекательной. Ткань черной шелковой юбки, испещренной золотыми звездочками, была настолько прозрачной, что сквозь нее просвечивали стройные ноги принцессы. Блузка с расшитым золотом воротником и рукавами так облегала груди, что из-под черного шелка проступали соски.
Ямал-хан огляделся. Что-то вокруг изменилось. Это была уже не спальня, а салон с удобными диванами, большими подушками, столами из черного дерева, выложенными перламутром, медными сервировочными столиками, красивыми светильниками из красного стекла с медью, висящими и установленными на медных основаниях. Яркий голубой с золотистыми перьями попугай Ясаман с любопытством смотрел из угла, а рядом сидела его миниатюрная хранительница Бална и вышивала будущую шелковую покрышку для клетки. На диване, как обычно, полулежа растянулась Фу-Фу, а рядом устроился подаренный им к свадьбе черный котенок. Даже обезьяна Баба находилась здесь и, чистя какой-то фрукт, подозрительно взирала на принца. Все выглядело уютным. Пожалуй, он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь здесь было так красиво. Сквозь дверь, ведущую в гарем, он разглядел спальню.
— А где мои женщины? — спросил принц, вспомнив, зачем он пришел.
— Я их продала, — спокойно ответила Ясаман. — Садись, господин, и расскажи, как поохотился? Много удалось добыть дичи? Надеюсь, ты привез оленя. Я так люблю его мясо.
— Ты продала женщин из гарема? Как ты посмела это сделать? — Ямал-хан был взбешен и сердито глядел на жену. Но как только она заговорила, муж начал остывать. Это была не защита. Это было нападение.
— А как ты, господин, посмел привезти меня во дворец, который не был должным образом подготовлен? — Она зло топнула ногой. — Во времена твоей матери — да благословит Аллах ее бесценную душу — гарема здесь не было. Все принадлежало ей, а ты отдал большую часть покоев этим низким существам, запихнув жену в единственную комнату. Неудивительно, что твои женщины меня совершенно не уважали! Мне даже пришлось делить с ними ванну! Для моих слуг и моих вещей места не нашлось, а ты этого не замечал. Думал только о себе. Но я — дочь Могола и не позволю себя оскорблять ни тебе, ни этим женщинам, которым ты отдаешь столь сомнительное предпочтение. Это мой дом. Ты сам дал мне право устраивать здесь все по моему усмотрению. Эти покои недостаточно велики, чтобы поселить в них и меня, и кого-нибудь еще. Если хочешь содержать гарем, господин, тебе придется пристроить ко дворцу крыло. А пока я продала женщин, а деньги использовала на отделку комнаты. — Она свирепо посмотрела на него, вызывая на спор.
Ямал-хан в изумлении глядел на нее, пока смысл слов жены доходил до него. Она продала женщин из его гарема, чтобы оплатить обустройство своих комнат? Внезапно комичность ситуации поразила его. Вот это женщина! Принц принялся хохотать и несколько минут не мог остановиться, пока она стояла перед ним, не опуская глаз. Слезы текли по его щекам, он смеялся до боли в боку. Поистине она — дочь Могола. У него родятся от нее Красивые сильные сыновья и прекрасные и страстные дочери.
Смех замер так же внезапно, как и начался. Обретение сыновей и дочерей предполагает определенную степень интимности, которой они еще не достигли, а теперь у него больше нет и гарема, где он мог бы удовлетворить свою страсть. Ясаман Кама Бегум была самой очаровательной женщиной, какую он только встречал. Принц чувствовал, как растет в нем желание. Он хотел ее. Теперь же. Этой же ночью.
— Продав моих женщин, — заметил он резонно, — ты даешь мне понять, что готова обслуживать меня, как обслуживали они. Нельзя, избавившись от них, продолжать игнорировать меня, Ясаман.
Она ничего не ответила, но бирюзово-голубые глаза чуть заметно расширились. Она замерла, как какое-то дикое существо, внезапно обнаруженное в своем укрытии. Руки принца скользнули по талии жены и привлекли к себе.
— Ты не ответила мне, Ясаман? — нежно переспросил он. — Готова ли ты удовлетворять все мои потребности, как должно доброй супруге? — Другой рукой он стал ласкать ее лицо, вспыхнувшее от его прикосновений.
Чувства бурлили в ней. Стук сердца отдавался в ушах. Мгновение она не могла даже вздохнуть, как будто ее душили. Инстинктивно оглянувшись в поисках помощи, она увидела, что слуги, секунду назад бывшие в комнате, куда-то исчезли. Они остались одни.
Муж наклонился и тихонько поцеловал ее в лоб.
— Ясаман, моя гордая принцесса, ответь мне. Поцелуй словно снял с нее заклинание.
— Я готова быть твоей женой, господин, — прошептала она. — Теперь тебе не потребуются другие. — Дай мне твои губы, — попросил он. — И скрепим наш договор. — Он едва коснулся ее рта. — Ты молода, Ясаман. И так красива. Ты не можешь знать, как велико сейчас мое желание.
Он расстегнул ей блузку и снял ее. Полные груди поразили гладкой округлостью. Он заключил их в ладони, большими пальцами легонько лаская соски. Тихий вздох дал ему знать, что и в ней растет желание. Потом, расстегнув юбку, он позволил ей упасть на пол у ног, оставляя девушку обнаженной. Отойдя на миг, принц полюбовался на жену, какой ее создал Всевышний, и почувствовал, как шевельнулись складки его дхоти: страсть разгорелась и в нем.
Она безмолвно стояла, загипнотизированная взглядом его теплых карих глаз, лишь изредка вздрагивая, когда прохладный вечерний воздух касался кожи. А может быть, это его руки трогали ее плечи? Ямал-хан вновь привлек ее к себе. Она ощутила, как его пальцы разглаживали кругами кожу — вдоль по спине, вниз и опять вверх, чтобы дотянуться до лица. Минуту он сжимал ее голову руками, потом их губы снова встретились.
Ясаман с готовностью отвечала на поцелуи принца и руками в зовущем объятии обвила его шею. Этого она ждала всю жизнь. Рот стал горячим и нежным; его настойчивые, но мягкие прикосновения говорили о страстном чувстве. В дыхании мужа был привкус мяты, когда, повинуясь безмолвному сигналу, она разомкнула губы и их языки сплелись в эротическом балете, кружа и кружа в мире влажной чувственности. Ясаман глубоко вздохнула — желание поднялось в невинном восторге.
Довольная в его объятиях, она освободила мужа от дхоти, являя его естественный облик, и застенчиво, но все настойчивее стала ласкать его в ответ, похлопывая по спине и сжимая ладонями ягодицы. Дыхание перехватило, когда у бедра она почувствовала его уже напряженный член. Ее удивленные глаза горели рядом с его лицом.
— Я и не знала, что девственница может так возбудить мужа, господин, — произнесла она изумленно.
— Наверное, не каждая, но это безусловно, мой бутон жасмина, — ответил он. С улыбкой он взял ее на руки и понес в спальню.
— Ночная книга! Где моя Ночная книга? Без нее я не знаю, что делать, Ямал!
— Сегодня, — улыбнулся жене Ямал, — я научу тебя всему, что ты должна знать. Я научу, как наслаждаться страстью. А в последующие ночи покажу, как еще можно доставить мне удовольствие. Но сейчас к тебе придет радость, которую женщине может принести лишь любящий мужчина и которую, даруя, испытывает сам. Изречение из «Ананга Ранги» гласит:
"Какой тонкий инструмент женщина, когда на нем искусно играют; как способна к самой совершенной гармонии и разнообразнейшим способам любви, какое божественное эротическое наслаждение она дает». — Он опустил ее на кровать, лег рядом и принялся ласкать грудь.
Ясаман наблюдала, как он касается ее и как послушны его прикосновениям ее соски. В ней вновь закипел восторг, сердце переполнило грудь, которая горела в огне. Что это — любовь или желание, — она не знала. Но чем бы это ни было, оно казалось приятным.
— В Лахоре, в спальне женщины, которая дала мне жизнь, — прошептала Ясаман, — на стене выложена мозаика: в центре солнечных лучей круг из золота, красного и голубого, а в его середине стихи — первый из «Камасутры»:
"Когда придет в движение колесо любви, для него не существует законов». Кажется, я начинаю понимать, что это значит, Ямал.
Он снова — медленно и чувственно — провел пальцами по ее соскам, передавая ее телу ощущение удовольствия, потом спросил:
— Ты любишь меня, Ясаман?
— Я не уверена, что знаю, в чем состоит любовь между мужчиной и женщиной, — последовал искренний ответ. — В таких делах ты искусен, и потому я спрошу тебя: а ты меня любишь, Ямал?
— Должно быть, люблю, — отозвался принц после секундного молчания, — иначе побил бы за то, что ты продала женщин из моего гарема. — Его карие глаза блеснули.
— Может быть, и я тебя люблю, — проговорила девушка. — Ведь мысль об этой шлюхе Самире в твоих объятиях приводила меня в такое бешенство! — Она потянулась и страстно поцеловала его.
Сердце Ямал-хана подпрыгнуло в груди. Он полагал, что женился на красивой женщине, но, по воле Божьей, она еще и любила его. Ее безыскусное признание в своей яростной ревности подсказало принцу, что она его действительно любит, даже если сама не была уверена в своем чувстве.
Он, в свою очередь, поцеловал ее, стал покусывать губы, укрощая ее неистовство долгими глубокими поцелуями, которые заставили ее задохнуться от восторга.
Губы скользнули по чувственной коже, нашли ямку на шее, прошлись по натертой благовониями округлости плеча, спустились в ложбинку меж восхитительных грудей, ниже в долину плоского живота, который, казалось, затрепетал от жарких прикосновений.
Ясаман снова вздохнула. Ощущение его губ на коже было ни на что не похоже. Внутри росло до боли желание, которое могло убить, если его не удовлетворить. Чувство, возникшее между ними, отличалось от того, что она испытывала с Салимом, когда они воспроизводили картинки из Ночной книги. И вдруг она поняла, что они делали дурное. Что бы ни говорил Салим о страсти древних владык, это было дурно. Правильно — это. Она обхватила пальцами шею Ямала, ощутила его мягкую кожу: раньше она и не представляла, что у мужчин может быть такая мягкая кожа, прошлась рукой по черным шелковистым волосам.
Принц гладил ее мягкие бедра, совсем легонько нажимая меж ними. Сердце девушки бешено забилось. Она поняла, что хочет той сладостной близости, которая бывает между любовниками, и хочет отчаянно.
— Избавь меня от девственности, мой господин Ямал, — попросила она мужа. — Я вдруг испугалась неизвестности, а я не хочу тебя бояться. Возьми меня быстрее, чтобы рассеялись мои страхи и мы насладились друг другом!
Он понимал ее порыв, но в то же время знал, что первый опыт физической страсти не может ограничиваться болью, но должен принести радость:
— Верь мне, мой бутон, и я не сделаю тебе плохого, — прошептал он.
Повернув ее тело, Ямал-хан нашел ртом ее тайную драгоценность. Язык уверенными быстрыми движениями касался розовой плоти. Доводя жену почти до неистовства, он лег на нее, приготовившись войти в нее.
Обеими руками Ясаман взяла его член и стала его направлять, не сводя бирюзово-голубых глаз с его карих. Медленно, сдерживаясь, чтобы не вышло грубо, он проникал в нее, лишь на миг задержавшись, увидя в глазах боль.
— Нет! — выдохнула она, рванувшись вперед всем своим молодым телом, чтобы впитать его целиком, выражение боли уходило из глаз, сменяясь изумлением.
И тут он пришел в движение, словно стал скакать на искусно взращенной кобыле, временами замедляя свой бег, чтобы и она испытала удовольствие взрослых. В глазах Ясаман промелькнула радость, крик был полон только что родившегося экстаза. Он заметил это с восторгом и наконец дал выход собственной страсти.
Когда после первого свидания с Эросом они лежали умиротворенные, Ясаман сказала:
— На той стене, о которой я тебе рассказывала, господин, было и другое изречение. Второй стих гласил: «Твое тело поглощает мое, поистине теперь я — часть тебя, а вместе мы неразрывный круг любви». До сегодняшнего дня я никогда не могла его понять. Разве подобная сладость не рождает новое существо?
— О, Ясаман, — он был поражен ее девичьей мудростью, — ты понимаешь гораздо больше, чем предполагаешь сама. В «Махабхарате» сказано: «Женщина — половина мужа, его бесценный друг, постоянный источник его удовольствий, добродетели и благополучия. Помощь в течение всех лет земной жизни и бесконечное очарование». Я надеюсь, все это сказано о тебе. И поэтому я самый счастливый человек, мой цветок жасмина!
Ясаман отстранилась от мужа, поднялась на локти и заглянула в его красивое лицо. Ее собственное было бледным, по-видимому, от потрясения.
— Откуда ты знаешь этот стих из «Махабхараты»? Тебе его кто-нибудь, конечно, сказал?
— Сказал? — изумился он. — Я изучал «Махабхарату», и этот стих мне особенно нравится. Я всегда считал, что именно такие чувства должен испытывать мужчина к своей жене. Наверное, поэтому я раньше и не брал себе супругу. — Он нежно прикоснулся к ее лицу. — Ты вся побелела, любимая. Что с тобой? Наша первая общая страсть оказалась тебе не под силу?
— Стих, который ты мне только что прочитал, Ямал, был третьим и последним из начертанных на стене в спальне Кандры. Как будто она сама благословила наш союз! Как ты думаешь?
Слова принцессы поразили Ямал-хана, но он тут же улыбнулся.
— В каком-то смысле это так и есть, любовь моя, — согласился он и, поцеловав ее, добавил:
— И я верю, это принесет нам счастье. Большое счастье.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Дикарка Жасмин - Смолл Бертрис

Разделы:
Действующие лицаПролог. индия. февраль 1591 года

Часть 1. ЯСАМАН. Индия. 1597 — 1605

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Часть 2. ЖАСМИН. Англия. 1606 — 1607

Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Часть 3. МАРКИЗА ВЕСТЛЕЙ. Ирландия. 1607 — 1610

Глава 15Глава 16Глава 17

Часть 4. ЖАСМИН. Англия. 1611 — 1613

Глава 18Глава 19Глава 20Глава 21Эпилог. королевский молверн. 1 апреля 1613 года

Ваши комментарии
к роману Дикарка Жасмин - Смолл Бертрис



Я в восторге от всех книг автора!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисКсения
14.09.2010, 6.52





Потрясающая книга!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисОксана
25.09.2011, 18.02





Я читала книгу на одном дыхании. Прочитайте и узнаете много интересного о культуре,и жизни востока, как относились правители востока к своим жёнам, детям.rnrnrnrn 28.03.2012
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисМарина
28.03.2012, 0.38





мне очень нравятся все произведения автора,советую всем прочитать,кто не читал сагу о скай о малли думаю это самая лучшая книга!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисЕвгения
30.08.2012, 15.33





В домашней библиотеке отсутствует из этой серии книг Бертрис Смолл отсутствует роман "Дикарка Жасмин". Решила рибегнуть у услугам этой библиотеки. Хотя, не скрою, люблю, когда книга сама в моих руках...
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисЛариса
13.04.2013, 13.03





Книга супер! Прочитайте:*Не пожалеете...
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисФан"атка)
13.07.2013, 17.26





Я наслаждаюсь книгами Бертрис Смолл!!!!!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисАгапова надежда
28.08.2013, 6.24





Блестящий роман!Прочитала все книги этой саги,читала с восхищением. Б.Смолл показала все сторона любви и плохие и хорошие, самые поучительные романы и такие захватывающие.
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисАлена
16.09.2013, 13.04





Я обожаю Бертрис Смолл и её произведения!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисФируза
23.10.2013, 13.56





Сага о семье О,Мали состоит из шести книг:1 Скай О,Мали. 2 Все радости завтра. 3 Любовь на все времена. 4 Моё сердце. 5 Обрести любимого. 6 Дикарка Жасмин. Читать в этой последовательности. Сага супер. Советую читать и наслаждаться.
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисТатьяна
18.12.2013, 22.35





Сага про ""Скай О`Мали"" просто потресающая! Читается легко, и сюжет захватывающий! Б. Смолл замечательная писательница!!!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисИляна
5.02.2014, 6.39





Сага про ""Скай О`Мали"" просто потресающая! Читается легко, и сюжет захватывающий! Б. Смолл замечательная писательница!!!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисИляна
5.02.2014, 6.39





Сага про ""Скай О`Мали"" просто потресающая! Читается легко, и сюжет захватывающий! Б. Смолл замечательная писательница!!!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисИляна
5.02.2014, 6.39





девочки я прочитала у смол бернис - дикарка жасмин - там есть сцена где жасмин дарят книгу - ночную книгу неужели такая книга существует?
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисMA RI OZ
19.05.2014, 14.21





Я просто обожаю романы Бертрис Смолл. А серии О Скай О малли просто звезда ее творчества.
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисМарина
7.07.2014, 17.30





СУпер!!!Пробовала читать других авторов....с госпожой Смолл не сравнишь, хоть и некоторые скулят, что пошлятина. Читая полностью окунаешься в этот мир, не оторваться!!!! Этот роман классный!!! Как и про Велвет:)
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисНатали
26.08.2014, 19.56





Прекрасная книга, мне очень понравилась. С удовольствием читаю романы Смолл.
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисЕлена
22.10.2014, 19.43





Классное продолжение саги, но "Скай о Мали " и "все радости завтра" Смолл не смогла превзойти, там было все гораздо динамичнее и волнующие на мой взгляд.
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисНата
22.10.2014, 23.22





Прекрасный роман!Приступаю к продолжению-НАСЛЕДИЕ СКАЙ О МАЛЛИ; 1.Дорогая Жасмин 2.Невольница любви 3.Нежная осада 4.Радуга завтрашнего дня 5.Околдованная 6.Плутовки. Приятного чтения!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисНаталья 66
22.01.2015, 10.24





потрясающий роман.
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисВАЛЕНТИНА
26.01.2015, 10.31





Великолепная книга,прочитала на одном дыхание,даже жаль что закончила.Интересно,захватывающее,узнала много нового. Беатрис Смолл - супер!!!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисТанзиля
19.02.2015, 20.56





Prosto seperrr!!!! Chitala ne otrivayas'. Ghal', ne znala posledovatel'not' sagi i chitala knigi vrazbros i prihodilos sobirat' vse sobitiya iz raznih knig vmeste. Sovetuyu nacjinat' chtitat' s samoi pervoi knigi. Small Bertris teper' moya oboghaemaya pisatel'nica. Vse romani chitayu s udovol'stviem!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисDi
26.02.2015, 0.36





Prosto seperrr!!!! Chitala ne otrivayas'. Ghal', ne znala posledovatel'not' sagi i chitala knigi vrazbros i prihodilos sobirat' vse sobitiya iz raznih knig vmeste. Sovetuyu nacjinat' chtitat' s samoi pervoi knigi. Small Bertris teper' moya oboghaemaya pisatel'nica. Vse romani chitayu s udovol'stviem!
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисDi
26.02.2015, 0.36





Вообще то порно-писательница –тупица- как всегда не правильно описала восточную культуру.
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисKamila
15.05.2015, 11.50





Обожаю книги Бертрис Смол. все произведения очень сильно понравились жалко что в Дорогой Жасмин со всеми героями саги придется попрощаться :(
Дикарка Жасмин - Смолл БертрисТаня
2.02.2016, 22.40





лллллллллллооооооооооооллллллллл
Дикарка Жасмин - Смолл Бертрисл
7.03.2016, 19.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100