Читать онлайн Опасный флирт, автора - Смит Джоан, Раздел - Глава восемнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опасный флирт - Смит Джоан бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.2 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опасный флирт - Смит Джоан - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опасный флирт - Смит Джоан - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смит Джоан

Опасный флирт

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава восемнадцатая

Я уже кончала одеваться, когда тетушка влетела в мою спальню.
– Хедер! Это правда? – спросила она требовательно. – Сноуд – сын герцога Прескотт?
– А, так он вам рассказал. Да, это правда.
Из всех прошедших событий это было для нее самым важным. Неважно, что я попалась в сети предателя и чуть не поплатилась за это жизнью. Неважно, что Грейсфилд играл существенную роль в идущей рядом войне. Важно было одно – под самой крышей с нами находился пэр Англии, завидная партия, а мы об этом даже не подозревали. Небесный ангел не мог бы быть более желанным гостем для миссис Ловат.
– Я поняла по тому, как он играл в карты, что он непростой человек. Разве я не говорила тебе, что он ведет себя как настоящий джентльмен? Подумать только, что мы держали его на чердаке эти два года! Я распорядилась, чтобы для него приготовили Золотые Комнаты.
– В Золотых Комнатах сейчас Фарфилд, мы не можем выбросить его оттуда.
– Какая досада! Тогда переведем Сноуда в Зеленые Апартаменты.
Но, когда Фарфилд уедет, мы поселим Сноуда – то есть лорда Мейтланда – в Золотых Комнатах. Старший сын, маркиз? – добавила она. – Он унаследует титул и с полдюжины поместий. Не хочу задавать ему лишних вопросов, но Прескотты, самые сливки общества.
Я была взволнована не менее тетушки, хотя менее словоохотлива. Мне не с чего было слишком радоваться, я еще не получила официального предложения. Правда, он сказал, что женился бы на мне, если бы даже был королем Англии. Но можно ли было счесть это предложением?
– Дорогая моя! – воскликнула тетушка, закончив придирчивый осмотр моего туалета.
– Нельзя же появиться в розовом платье, мы ведь в трауре. К тому же приезжает лорд Каселри. Фарфилд поехал за ним. Связано с донесением, которое надо послать в Испанию. Как романтично! Как ты думаешь, что лучше подать к обеду – молодого гуся или жареных цыплят – на блюдо из птицы? Нет, лучше гуся. Наш повар готовит его неподражаемо.
– Мое черное платье, тетя, порвалось, – сказала я, не зная, что успел Сноуд ей рассказать. Я продолжала думать о нем, как о Сноуде.
– Я дам тебе надеть мою черную кашемировую шаль. Боюсь, что лорд Каселри не успеет познакомиться с тобой. Я велела убрать постель Сноуда из кабинета. Джентльмены проведут там совещание. Лорд Мейтланд уверяет, что Каселри не останется к обеду. Для тетушки не составляло труда переключиться на новое имя, оно ее устраивало больше. – Может быть, небольшой ленч, так он сказал. Нужно поспешить отдать распоряжения миссис Гиббонс. Что за день! Подумать только, я так переживала, что с Фарфилдом ничего не вышло.
Уже отчаялась найти для тебя хорошую партию.
При наличии другой кандидатуры Фарфилду разрешено было считаться простаком, каким он был все время.
Она направилась к двери, но снова вернулась.
– Знаешь, все это из-за голубей, – сказала она тоном заговорщицы, перейдя на шепот.
– Связано с пересылкой донесений, но это большой секрет. Никому ни слова, даже слугам. Представь, эти глупые птицы оказались просто благословением. Кто бы мог подумать?
Она засмеялась громким счастливым смехом, эхо которого оставалось в комнате и после ее ухода.
Я тоже вскоре тоже спустилась вниз. При мысли о встрече со Сноудом меня охватила робость, трудно было представить, как он себя поведет. Но волновалась я зря: в гостиной был один Банни. Миссис Гиббонс позаботилась, чтобы вернуть ему презентабельность. Он сообщил, что Сноуд отправился навстречу лорду Каселри.
– Я ему одолжил свою лошадь, – объяснил он.
– Хочу сказать, мы теперь зависим от него. Постарался умаслить его. Вел себя очень вежливо, если учесть случившееся.
– Думаю, мне удалось убедить его в нашей невиновности, Банни, – сказала я.
– Он может поверить вам, поскольку вы женщина. Немного подозревает, что я тоже был в заговоре с Депью. Я ему сказал о пуговицах на гвардейском камзоле. Он сказал, что Депью мог подделать их или снять с убитого. Я уточнил, что он надевал их только однажды – чтобы обмануть нас. Но что мы могли подумать? Пуговицы самого принца.
– Где Депью?
– Арестован вчера в Алтертоне. Следил за Сноудом и Фарфилдом, поехал за ними. Поэтому отказался от провожатых. Потом спрятался за деревом и оттуда стрелял. Фарфилд его ранил. Они его скрутили и доставили, куда надо. По дороге трепался, что мы замешаны в истории убийства мистера Хьюма. Наверное, он придумал, что его убили гвардейцы. Боялся, что они узнают правду.
– Да, теперь, понятно, почему он запрещал подслушивать под дверью – боялся, что узнаем правду.
– Нельзя рассчитывать, что Депью нас не предаст. Мне нужно ехать домой упаковывать вещи. Единственный путь к спасению – Америка.
– Уверена, что все образуется.
– Я не уверен. Пропадем ни за что. Когда Сноуд вернет лошадь, я отчалю домой. Вы мне дадите знать, как все пройдет? Помните разбитую сосну? Забавное приключение, правда, Хедер? – он рассмеялся над тем, какими глупыми мы оказались. – Да, интересное приключение.
Мы еще поговорили о наших приключениях, но вскоре услышали шум подъезжавшего экипажа лорда Каселри. Банни побежал прятаться в погреб, на случай если его хотят арестовать. Я знала, что Кервуд поехал навстречу, чтобы ввести лорда Каселри в курс событий и смягчить его намерения по отношению ко мне и Банни. С этой задачей он справился прекрасно.
Лорд Каселри был сама любезность. Он улыбался и отпускал комплименты, в его действиях не было и тени угрозы или недовольства. Держал он себя с таким достоинством, а сюртук так великолепно сидел на нем, что тетушка Ловат совсем потеряла полову. А какими именами он жонглировал!
– Принц Регент говорил вчера вечером…
– Когда Ливерпул упомянул на заседании кабинета министров…
Но когда он упомянул Принцессу Кэрэлайн и леди Джерзи, мы с тетушкой чуть со стульев не свалились! Все, кого он упоминал, принадлежали либо к королевской семье, либо к высшей знати.
Перед тем, как они втроем удалились в кабинет папы, он взял меня за руку и крепко пожал ее.
– Мейтланд младший рассказал, что вы доставили донесение, оно попало к вам и вы его спрятали, чтобы не пропало, мисс Хьюм. Молодец! Вы оказали стране неоценимую услугу.
– Благодарю, милорд, – ответила я, чуть не задохнувшись от удивления.
Кервуд стоял позади Каселри и пожимая, улыбаясь, плечами, как бы говоря:
– Ничего особенного, обычное дело.
– Мистер Смайт тоже помог, – добавил он.
– Кстати, где мистер Смайт, Хедер?
– Он – э-э – он вышел. Сейчас вернется.
Я послала за ним слугу, чтобы он передал, что путь открыт, нужно подняться в гостиную. Он испытал огромное облегчение, что все так благоприятно складывается.
– Есть надежда на титул баронета? – спросил он, переходя от отчаяния к телячьему восторгу.
– Чтобы заслужить титул, Банни, вам придется продолжить работу в разведке.
– Думаю, меня возьмут. Хотя мне не улыбается, чтобы меня опять морили голодом и дубасили.
Лорд Каселри оказал нам честь, согласившись остаться к ленчу. Он расхваливал каждое до небес, хотя, должна признаться, что когда он объявил, очень огорчена. Его ждали срочные дела в Уайт-Холл. Он отвел меня в сторону и сказал:
– Не хотелось бы злоупотреблять вашей добротой, мисс Хьюм, но может быть, вы разрешите и дальше пользоваться вашим домом как пунктом доставки и отправления военных донесений, пока Мейтланд не подберет другое место.
До меня не сразу дошло, что он говорит о Сноуде, и что тот собирается покинуть Грейсфилд.
– Пожалуйста, милорд, вы можете располагать Грейсфилдом столько, сколько будет необходимо, – заверила я. В самом деле, не понимаю, зачем вам искать другое место, когда здесь все так хорошо налажено.
– Признаюсь, другого ответа я и не ожидал, – ответил он, бросив на Кервуда торжествующий взгляд.
– Думаю вашему отцу было бы приятно это слышать. Его смерть наша общая трагедия, в Уайт-Холл все очень переживают эту утрату. Он бы гордился вами, если бы был жив.
Он поклонился и пошел попрощаться с миссис Ловат и Банни. Фарфилду предстояло ехать с ним в Лондон. Кервуд проводил их до экипажей. Вернувшись, он сослался на дела на голубятне. Взглядом он пригласил меня подняться с ним.
– Я, пожалуй, поскачу домой, – заявил Банни.
– Маме будет интересно знать о визите лорда Каселри. Могу я сказать, что он приезжал к вам? Все остальное, разумеется, строгий секрет. Кервуд проводил его до двери и что-то энергично ему внушал на ходу. Я поняла, что он предупреждал Банни, что он не должен передавать ни слова из того, о чем здесь говорилось и что он наблюдал. Другая проблема была, как заставить молчать слуг. Мы не пытались называть лорда Каселри вымышленным именем, или выдать его за проезжавшего мимо друга дома, либо родственника.
– Хедер, не заглянете ли со мной на голубятню? – спросил Кервуд, вернувшись в гостиную.
Тетушка даже бровью не повела, напротив, расплылась в довольной улыбке, что означало, что она абсолютно не против нашего уединения.
– Да, конечно, – согласилась я.
– Я решила более серьезно заняться птицами, чтобы продолжать дело папа. Может быть, даже смогу время от времени помогать вам.
Кервуд предложил мне руку, мы направились к лестнице. Пока тетя могла нас слышать, разговор не выходил за рамки данной темы.
– Будет очень великодушно с вашей стороны, мисс Хьюм. Иногда и мне не помешает небольшая передышка, – говорил Кервуд. Однако когда мы удалились несколько выше, он добавил:
– И небольшая компания. Мне бывает очень одиноко на этой галерее, совсем под облаками. Даже не знаю, чье еще общество доставило бы мне большее удовольствие.
– Мы вам пришлем еще помощников, сколько вы скажете, одним конюхом можно легко пожертвовать.
– Я имел в виду не конюха, плутовка, – засмеялся он, ущипнув меня за руку.
Мы, наконец, пришли, он пропустил меня вперед, галантно придерживая дверь.
– Наконец-то мы одни! – вздохнул он. Закрыв дверь, он заключил меня в объятия.
– Мне казалось, Каселри никогда не уедет. Его губы слились с моими, мы крепко обнялись там под облаками, а вокруг одобрительно ворковали голуби. Я боялась, что теперь, когда Сноуд стал Мейтландом и абсолютно респектабельной партией, и когда страх запретного греха больше не сковывал нас, может исчезнуть и острота переживаний. Действительно, тот особый ореол опасного приключения, который я испытала раньше, больше не появился, но сознание, что меня страстно целует мой будущий муж, было достаточной компенсацией. Опасности и волнения нам еще предстояли в изобилии.
– Давайте подойдем к южному карнизу, – предложила я. Это было более романтичное место.
Вдали черненным серебром поблескивал океан, легкий ветерок доносил рокот морских волн. Мы немного полюбовались морем и обнялись снова. То, что мы были вместе, казалось одновременно и естественным, и необычайным.
– Как все же вас зовут? – спросила я и засмеялась абсурдности вопроса.
– Кервуд. Я знал, что Фарфилд все равно проболтается, поэтому не скрыл своего настоящего имени, тем более что здесь по первому имени меня никогда не называли. Фарфилд бывал в Брэнксэмхолле несколько раз. Он знал, что я работаю здесь, но не знал, что у меня другое имя. Я не хотел, чтобы он знал правду.
– Вот почему вы придумали версию, что работали слугой в Брэнксэм Холл. Ваше имя Кервуд Сноуд?
– Милвертон, моя фамилия.
– Кервуд Милвертон. Зачем вы выбрали такое неприятное имя – Сноуд?
Он посмотрел на мои исцарапанные руки и поцеловал каждую царапину.
– Надо чем-нибудь смазать, – сказал он, прежде чем ответить на мой вопрос.
– Почему назвался Сноудом? Мне казалось, что имя подходит для той должности, которую я занимал. Когда я увидел вас, то пожалел, что выбрал такое незавидное положение. Я мог бы назваться ученым – исследователем, вполне джентльменское занятие, да, оно бы мне лучше соответствовало. Мне хотелось переписываться с матерью, положение ученого давало для этого беспрепятственную возможность, поэтому я сделал вид, что продолжаю оставаться у нее в услужении.
– Почему было не остаться самим собой.
– Власти боялись, что мое долгое присутствие в доме вызовет ненужное любопытство и сплетни. Многие знают, что мы с мамой выращиваем домашних голубей. Поэтому Брэнксэм Холл был отвергнут как передаточный пункт. Умелый стрелок мог перехватить голубя по пути домой. Ваш отец выращивал спортивную породу птиц, которых можно легко обратить в почтовых, никто бы об этом не догадался. Поэтому мы специально держали нескольких птиц для кроссов и выставляли их на соревнования. Если бы лорд Мейтланд внезапно поселился в доме, правда вскоре обнаружилась бы.
– Боюсь, что пойдут пересуды по поводу визита лорда Каселри, – сказала я.
Вести серьезный разговор было почти невозможно, так как Кервуд не переставал меня целовать, не выпуская из объятий.
– Это не секрет. Собираюсь даже дать информацию в местной газете.
Я подумала, что он подшучивает надо мной и шлепнула его легонько по руке.
– Но это уже слишком!
Он схватил мою руку и крепко прижал к себе.
– Совсем нет. Он приезжал, чтобы познакомиться с невестой лорда Мейтланда. А, я, кажется, забыл сделать предложение, мисс Хьюм? Вспоминаю ваши обидные слова, что вы выйдете замуж только за джентльмена. Это было единственное препятствие к нашей помолвке?
Мне не понравилась такая заносчивость.
– Разумеется, нет. Еще мне нужен был титул, но полагаю, что потенциальное звание герцога мне подойдет, – осадила я.
– Жаль, что не смогу предложить королевства. Но, по крайней мере, постараюсь завоевать ваше расположение и покорить сердце.
Герцог – сердцеед. Он отвесил игривый поклон.
– Но никто не знает вас как лорда Мейтланда.
– Теперь узнают. Если вы принимаете меня как официального претендента на вашу руку и сердце, это дает мне право находиться в доме под моим настоящим именем. Надеюсь, вы, не будете медлить со свадьбой. Вы должны знать, что тот, кто любит, вызывает всеобщую симпатию. Никто не заподозрит меня в чем-то незаконном.
– Как мы объясним наше знакомство?
– Ну, как же, год тому назад, когда вы сопровождали вашего отца на состязания голубей. Ваша красота поразила меня, я влюбился с первого взгляда и с тех пор сочиняю сонеты в вашу честь, о чем, подозреваю, вам хорошо известно.
– Сонеты? Я приняла их за шифровки.
– Неужели? – оскорбился он. – Я вам их почитаю, они просто великолепны.
– Они ужасны. У меня глаза не серые, а зеленые.
– Память подвела. У меня не было больших возможностей любоваться вашей красотой.
Он заглянул мне в глаза.
– Все же они немного серые – это небо в них отражается, наверное.
– Я думала, это вид кодирования. Даже не заметила рифмы. И еще – в тот раз я не ездила с папой на состязания голубей.
– Я тоже там не был. Неважно, никто не вспомнит. Думаю, что вне дома никто не признает во мне Сноуда, когда я подобающим образом оденусь. Я редко выходил и мало с кем встречался. В любом случае, потерпеть осталось немного, война скоро закончится. Веллингтон гонит французов через Альпы. Еще не больше года. Но, разумеется, лорд Мейтланд не может все это время провести на голубятне, Вам ведь захочется похвастаться трофеем перед друзьями. Узкому кругу, конечно, без лишнего шума, учитывая наш траур.
Мне было приятно, что он сказал «наш», это свидетельствовало, что он был искренне привязан к папе.
– Попрошу маму прислать несколько опытных слуг, они займутся повседневной работой, – добавил он.
– Мне останется корреспонденция. – Где вы скрываете шифр, Кервуд?
– Здесь, – он вынул крохотную книжечку из внутреннего кармана сюртука. Два на три дюйма, как и говорил Депью, достаточно тонкую, чтобы карман не оттягивался. – Депью, видимо, где-то прослышал, что ожидается важная информация. Все, кто внимательно читает газеты, понимают, что приближается переломный момент. Он намеревался убить меня и Фарфилда и встретить Цезаря вместо нас. Со времен службы в гвардии, он знал, что важные донесения кодируются. Без шифра эта депеша была для него бесполезна.
– Он, наверное, искал эту книжечку, когда шарил в кабинете папы.
– Видимо, вы правы. Пистолет я забрал до прихода Депью, еще в тот вечер, когда застал вас в кабинете. После убийства мистера Хьюма, я понял, что лучше иметь при себе оружие. После вашего ухода я вернулся и взял его. В тот вечер я хотел рассказать вам правду.
– Почему же вы этого не сделали?
– Мне было приказано держать мою миссию в секрете. Позднее я узнал, что в Брайтоне вы встретили Депью. Он и раньше обманывал патриотически настроенных людей и заставлял их работать на врага. Я боялся, что жажда мести может привести вас на ошибочную стезю, если кто-то постарается воспользоваться вашей неопытностью. Так и получилось. Но я всегда был убежден, что вас ввели в заблуждение, я верил в вас. Это, конечно, неосторожно с моей стороны, судьбу страны надо ставить выше личных симпатий.
Я подумала, смогла ли бы я пожертвовать Кервудом во имя благополучия Англии, и поняла, какое это счастье, что мне не нужно делать выбор.
– Вы знаете, кто убил папу, Кервуд?
– Фарфилд рассказал, – после того, как вы напичкали меня небылицами о том, что мистер Хьюм был на рыбном рынке, без документов, где его и застрелили, – что ваш отец вернулся в отель переодеться к обеду и застал в номере Депью, Депью шарил в его вещах. Возможно, искал шифр, или еще что-нибудь, что можно было бы использовать для шантажа. У Депью было ружье. Ваш отец бросился к двери, чтобы позвать на помощь. Депью потерял голову от страха и выстрелил. Затем сбросил кувшин с водой, чтобы объяснить причину шума. Наверное, кто-то из слуг, проходя мимо, услыхал этот звук и заглянул. Может быть, он принял Депью за постояльца, снимавшего этот номер, и не придал инциденту значения. У нас в отеле был свой человек. Он зашел в номер и увидел, что мистер Хьюм убит. Поймать Депью ему не удалось, но клетки с птицами он забрал из конюшни и припрятал. В них были очень ценные почтовые голуби.
– Это ваш человек придумал версию о сердечном приступе?
– Да, чтобы не разглашать его секретную миссию. Об этом никто не должен был знать. Вскоре после трагедии приходила миссис Мобли. Ей сказали, что у него был сердечный приступ, и он умер. Местного доктора нельзя было вызвать, он мог передать дело огласке. Поэтому тело перевезли в Лондон. К несчастью, в спешке забыли захватить его чемодан.
– Зачем вам нужны были его ботинки? В них было что-то спрятано?
– Нет. По правде говоря, я их и не просил. Мне их предложил Уильямс. Я не мог найти причину, правдоподобно объяснившую бы мой отказ от столь ценного подарка, пришлось их взять. Кассиди говорит, что они хорошо подходят по размеру его отцу.
– Папа перевозил донесение, когда был убит?
– Нет. В тот раз он ничего не должен был передавать. Он просто должен был поставить голубей для отправки в следующий пункт, на юге Франции, и получить птиц для дальнейшей пересылки информации. Иногда он получал в Лондоне донесения для меня. Мы старались меняться и менять способы. На Лондонском пункте пересылки возникли какие-то осложнения, – они заподозрили утечку информации и искали виновника. Но потом все уладилось, и мы снова передавали донесения в Лондон. Вам и в голову не приходило, что мистер Хьюм подвергается смертельной опасности, иначе мы не оставляли бы его без присмотра. Он выполнял задания охотно, даже сам напрашивался в поездки. Вы ведь знаете, в Брайтоне, он встречался с миссис Мобли, так что его поездки устраивали.
– Эта женщина отравила нам жизнь. Она чуть не явилась причиной раздора между родителями, когда мама узнала, что он с ней встречается. Не понимаю, почему после смерти мама он снова стал с ней видеться.
– Человек не может быть одинок, одиночество мучительно. Рассказать вам, как я чувствовал себя ночами, один на верхотуре, думая о вас? А когда, наконец, вы начали навещать меня, я вынужден был вас подозревать.
– Вас это не очень пугало, – напомнила я.
– Глубоко ошибаетесь. Я понимал, чувствовал, что могу признаться и в своих чувствах, и в том, кто я на самом деле, но результатом могло быть – что? Что я пойму, что я имею дело с заклятым врагом. Поэтому я молчал.
– Надо было сказать мне. Никто мне ничего не говорит, словно я еще ребенок.
– За других не буду ручаться, но я ничего подобного не думаю. С ребенком я бы так не поступил, – сказал он и поцеловал меня очень взрослым поцелуем.
Есть и вправду что-то магическое в голубятне. Вы стоите у края карниза, ветерок с океана овевает вас, принося тишину и прохладу. Мягкие волны мерно плещутся внизу, омывая прибрежные камни и навевая мысли о вечности. А вокруг раздается нежное и призывное воркование. Для меня же это место всегда будет связано с моей первой любовью, с Кервудом. Оно вечно будет напоминать мне о том риске и счастье, которые мне довелось там пережить.




Предыдущая страница

Ваши комментарии
к роману Опасный флирт - Смит Джоан



Потрясающая писательница!!!
Опасный флирт - Смит ДжоанГость
23.01.2014, 6.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100