Читать онлайн Неподходящее место для леди, автора - Смит Джоан, Раздел - ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неподходящее место для леди - Смит Джоан бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неподходящее место для леди - Смит Джоан - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неподходящее место для леди - Смит Джоан - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смит Джоан

Неподходящее место для леди

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Гостиная моего дома на Дикой улице несомненно видала виды, на то, чему я стала свидетельницей в тот вечер, ей переживать не приходилось. Мне удалось уговорить мистера Батлера подкрепиться остатками нашего обеда, чтобы запастись силами. Не успел он перейти в столовую, как пришел Алджернон, один, в крайнем возбуждении.
Он заглянул в гостиную и, увидев меня одну, воскликнул:
— Получил записку с требованием выкупа! — он поднял ее и повертел в воздухе. — Я заезжал к отцу, чтобы ввести его в курс дела. Записка только недавно получена.
— Что в ней говорится? — спросила я, вскочив с места и горя желанием прочитать послание.
Она была написана на клочке дешевой бумаги.
— Это почерк Вивальди, — сказал Алджернон. — Я видел его объявления в холле.
Записка была лаконичной и по существу.
«Пять тысяч фунтов золотом. Время — завтра до полудня. Подробности передачи следуют. Если хотите видеть миссис Кларк живой, не сообщайте в полицию».
— Как проверить, жива ли она еще? — спросила я. Он дал мне другую записку, написанную на куске, оторванном от газеты, чтобы видна была дата — это был светский вечерний выпуск. Я развернула записку, из нее выпал локон Анни. Этот маленький светлый завиток вызвал у меня комок в горле. Закружилась голова при мысли о прелестном беззащитном создании в руках у безжалостных мерзавцев. Зачем они отрезали ей волосы? Или это просто акт вандализма? Записка была написана ее почерком, но ее состояние на нем очень отразилось — буквы были неровными.
Записка гласила:
«Алджернон, я жива и здорова. Пожалуйста, сделайте, как они велят, и позаботьтесь о Джимми ради меня.»
— Вы уверены, что это ее почерк? — спросила я.
— Абсолютно уверен. Не думаю, что они ее убьют и добровольно лишатся пяти тысяч фунтов.
Я снова взглянула на локон.
— Не надо показывать его Батлеру. Зачем они отрезали волосы?
— Как доказательство, что она в их руках, так можно предположить. И чтобы вселить страх в наши сердца. Если они могли отрезать волосы, … они смогут перерезать горло, — сказал он мрачно.
— О, Алджернон! Надо освободить ее! Пять тысяч фунтов! Вы сможете достать деньги к полудню?
— Отец этим занимается сейчас. Конечно, я сделаю попытку освободить ее раньше, предпочитаю не добавлять пять тысяч фунтов в сундуки Бонапарта. Шарки не возвращался?
— Еще нет.
— Значит, он попал в беду. Он должен был придти раньше меня. Питейное заведение, куда ходят французы, недалеко отсюда.
У нас было мало времени. Мы обсудили только, как помочь Анни. Алджернон сообщил, что он и Шарки тщательно осмотрели комнаты под ателье, хотели найти какой-нибудь след, но не обнаружили ничего, что бы позволило понять, куда они скрылись.
— Мебель они оставили, значит, не было фургона, и никто не мог заметить адреса, — объяснил он. — Магазин Лалондов был просто временным пристанищем. Ящиков, отправленных Вивальди, там не оказалось. Они доставлялись в другой магазин, я полагаю. Мы с отцом уверены, что у французов не одно такое ателье в Лондоне. Лалонды — мелкая рыбешка. Делом руководит персона поважнее. Все предприятие спланировано заранее.
— Интересно, кто заправляет всем этим?
— Трудно сказать. Но одну вещь папа разузнал: в Оксфорде никогда не было профессора Вивальди. Он не тот, за кого себя выдавал. Человек образованный, несомненно. Мне приходилось дважды играть с ним в шахматы — очень умен. Я считаюсь неплохим игроком, выше среднего, но в сравнении с ним я чувствовал себя новичком. Он упомянул как-то, что посещает шахматный клуб в Лондоне и является его членом. Можно предположить, что там он встречался с предателем из английской разведки. На подозрении некий Кларенс Мейкпис. Пока его не удалось поймать с поличным, но теперь им займутся серьезнее.
— Вивальди не было весь день, — сказала я. — Нет сомнений, что он занимался разнюхиванием данных о наших войсках.
— Согласен. Это дает мне шанс поймать его. Парадная дверь хлопнула, появился Шарки.
— Никаких следов, — объявил он. — Бар Милкинса почти пуст. Милкинс утверждает, что ни один француз не появлялся. Их, видимо, подмазали, чтобы не мозолили глаза.
Алджернон пробормотал какое-то ругательство и стукнул кулаком по столу.
Шарки сделал ему замечание.
— Тс-с, Алджи, здесь дама, — сказал он и улыбнулся мне своей крокодильей улыбкой. Затем снова обратился к Алджернону. — Не падайте духом. Я завербовал всю округу, все щипачи и шаромыжники вылезут из кожи вон, чтобы получить обещанную плату, — сказал он, косясь исподлобья, не последует ли возражений. — Надеюсь, вы не пожалеете десять гиней. У кого появится информация, будет здесь тотчас же.
— Дешево даешь за такую службу.
— А кто такие шаромыжники и щипачи? — спросила я, не понимая жаргона.
— Да так, всякий темный люд, — ответил Алджернон неопределенно.
— Щипачи — это воры, — объяснил Шарки более доходчиво. Он употребил еще несколько названий, но я уже не стала уточнять их значение, поняв, что в целом они имели не более привлекательный смысл.
— Но почему все эти… люди должны приходить в мой дом? — поинтересовалась я.
— Я приказал им не распускать язык и вести себя уважительно по отношению к хозяйке, — ответил Шарки.
— Естественно, я их не выгоню, раз они помогают Анни, но кто может поручиться, что кто-то из них не работает на французов?
— Здесь железно. Они все патриоты, не хуже Джона Булля*(* Джон Булль — типичный средний англичанин), но им известно гораздо больше из того, что происходит в Лондоне, чем всем журналистам и политикам, вместе взятым, — ответил Шарки. — Они проводят на улице дни и ночи, и держат ушки на макушке, а глаза нараспашку. Им приходится проявлять бдительность, чтобы выжить. Если кто-то выселяется из дома — уж они-то знают об этом наверняка, для них это убежище на ночь, а может и кое-какая добыча. Клянусь, что квартира и магазин Лалондов уже очищены от лишних тряпок, лент и пуговиц, забытых хозяевами второпях. Сегодня там будут ночевать с полдюжины бродяг, там они устроят лагерь, пока кто-нибудь не займет помещение.
— Вы тоже там побывали, — заметила я.
— Хотите сказать, что я подал пример? Пусть так. Но если несколько ребят соберутся вместе, они безошибочно определят, что из дома выехали, а главное — куда выехали. А это то, что нам нужно.
— Понятно.
— А еще есть конокрады, — добавил Шарки. — Им известна любая кляча в Лондоне вместе с кучером. У нас есть свой специалист по лошадям — Джокко. У Лалондов не было кареты, они нанимали экипаж, чтобы перевезти миссис Кларк, это уж точно. И Вивальди тоже. Не растворился же он в воздухе. Ставлю десять против одного, что он тоже нанимал кэб. Я уже дал команду срочно разыскать Джокко.
— Хорошо сработано, — сказал Алджернон. Вскоре раздался стук в дверь. Шарки выглянул из-за шторы и сказал:
— Это Спогги Мэг**(** Спогги Мэг — в переводе означает «конопатая грязнуля»), ласточка с Друри-Лейн.
Вошла женщина, на вид настоящая сводня или содержательница публичного дома. Имя Спогги Мэг ей очевидно было дано за ее изрытое оспой лицо и платье, которое уже несколько месяцев не видело воды и мыла. Это была полная жизнерадостная представительница прекрасного пола неопределенного возраста, где-то между тридцатью и сорока. Такого же неопределенного цвета были ее неопрятные волосы — не седые, но казавшиеся седыми от покрывавшего их густого слоя пыли.
— Шарки, любовь моя, — заявила она, подойдя к нему ближе и косясь на меня черным глазом, — до меня дошло, что тому, кто знает о парне по имени профессор Вивальди, есть чем поживиться.
— Точно, дорогуша. Но для этого нужно его застолбить. Он исчез, видишь ли.
— Позолоти ручку и кое-что узнаешь, — сказала Мэг с сальной ухмылкой.
Шарки дал ей двухпенсовик, который она быстро опустила за корсаж, и жадно уставилась на бутылку вина. Я налила ей стакан и предложила стул.
— Спасибо, дорогуша, — расплылась она и продолжила: — Этот ваш профессор был странная птица. Я знала, что он что-то замышляет, сразу было видно. Все время что-то высматривал и вынюхивал. Каждое утро выходил рано и направлялся по Кин-Стрит в Олдвич. Я думала сначала, что он юрист, работает в суде. Но было странно, как такой достойный деловой человек живет в трущобе. Раз, от нечего делать, я пошла за ним, думала, может узнаю что интересное, смогу заработать. Он шел как-то крадучись. Я подумала, что, может быть, он скрывается от жены или кредиторов. — Она залпом выпила почти все вино и вытерла губы тыльной стороной ладони. — Что же вы думаете? Вдруг он вскакивает в экипаж и гонит в противоположную сторону, на запад вдоль Стренда. Меня это заинтриговало — как это? — идет в одну сторону, а едет в другую? Я начала за ним следить. И каждый день он проделывал тот же трюк. «Этот тип что-то замышляет», — сказала я себе.
— Он встречался с кем-нибудь? — спросил Алджернон.
— Ни с кем. Сам по себе. Он не из тех, кто может опрокинуть бабенку. Вечером я его иногда видела, когда он возвращался. Я приходила на то место, где он садился в кэб, и ждала. И он приезжал точно в шесть часов, а домой шел пешком, петляя, как лиса. Что вы на это скажете, а?
— Можешь ты описать экипаж?
— Хорошая коляска, без шику правда. Гладко черная. Кучер, не лакей. Упряжка гнедых.
Шарки сказал:
— Пришли сюда Джокко, если встретишь.
— Джокко лучше опишет лошадей, у него глаз наметан, — бросила она, допивая вино.
Алджернон снабдил ее еще монетой.
— Премного благодарна, не ожидала, — сказала она, опустила монету туда же, где уже пребывала первая, и ушла. — Снова пойду патрулировать улицы, — бросила она, довольно похлопывая себя по груди.
— Что вы думаете по этому поводу? — спросил Алджернон, когда дверь за ней закрылась.
— Джокко наверняка знает что-то о кэбе и о кучере, — сказал Шарки.
— Эта женщина, … она работает днем и ночью? — спросила я, не подумав. — Сначала я подумала, что она занимается… то есть, работает ночью, но оказывается, она и днем бывает на улице.
— Спогги Мэг ко всему прикладывается, — объяснил Шарки. — Она не специалист, так, всего понемножку — где-то слямзит по мелочи в магазинах, даже порошочком приторговывает, когда дела плохо идут, может стибрить белье с веревки во дворе, — продолжал он, получая явное удовольствие от моего замешательства.
— Да, она… очень разносторонний человек, — сказала я, стараясь, чтобы в моих словах не прозвучало осуждение.
— Да уж, что верно, то верно, — улыбнулся Алджернон. — Надеюсь, что вы не очень были привязаны к синей китайской вазочке, которая стояла вот на этом столике.
Я посмотрела на столик и увидела, что вазочка, в которой мисс Теккерей хранила мятные таблетки, исчезла.
— Она даже таблетки прихватила!
— Лучше посчитайте свои пальцы, Алджи, — сострил Шарки и захохотал над проделкой Мэг. — Я говорил ей, чтобы вела себя, как полагается. Вазочку обещаю вернуть, мисс Ирвинг.
— Не беспокойтесь, ей она нужна больше, чем мне. Следующими посетителями были два домушника по кличке Тихий Сэм и Шумный Нэд. Они работали вместе — занимались кражами со взломом. Шумный Нэд устраивал сцену перед домом, имитируя нервный припадок. Он падал на землю и дергался в конвульсиях. Тихий Сэм подходил, выдавал себя за доктора и просил перенести больного в дом, намеченный для ограбления. Он посылал слуг за вином и всякими лекарствами, а пока они оставались одни в доме, похищали разные ценности. Обычно выбирался момент, когда хозяев не было дома — слуг легче обвести вокруг пальца.
На вид оба производили впечатление порядочных людей — были чисто и прилично одеты и прочее. Обоих выдавали бегающие глаза и улыбки мошенников. С Шарки они были на короткой ноге.
— Слышал, что ты интересуешься делом Лалондов, — сказал Нэд. Сэм молчал. Мы не услышали от него ни единого слова. — Мы с Сэмом наведались туда около двух — там уже час никого не было. Честный Эдди будет там ночью, затеял игру в карты с парой простаков из деревни.
— Что вы там обнаружили? — спросил Шарки. Сэм, хоть и молчал, нашел способ передать мысль, подняв правую руку и потерев большим пальцем об остальные. Это означало, что он хочет получить деньги за информацию.
— Сначала послушаем, что ты имеешь сообщить, — возразил Шарки.
Нэд вынул из кармана список и прочитал:
— Кусок жатого муслина, желтого цвета, полметра того же материала розового цвета. Кусок зеленого шелка размером с шаль, шесть ярдов атласной ленты…
Шарки замахал рукой, чтобы тот остановился.
— Нам не нужен перечень инвентаря, Нэд. Было там что-нибудь вроде письма, карты, атласа…?
— Этого не было, чисто. Счета, деньги, — все увезли, в столах хоть шаром покати. Следы заметали. Полицию незачем вызывать, в тряпках мало толку.
— Эти сведения нам ничего не дают, — заявил Шарки. — Получите за доставленное беспокойство. Увидите Джокко, пусть бежит сюда, он очень нужен мне. — Он передал Нэду несколько мелких монет.
Так как Шарки заплатил им, я не постеснялась попросить Сэма поставить на место портрет покойного мужа тети Талассы в серебряной рамке, которую он взял со стола, пока Нэд занимал наше внимание. Он вынул рамку из кармана с хитрой улыбочкой.
— Не понимаю, как он оказался в кармане, — сказал он. Это была единственная фраза, произнесенная им за весь визит.
Только после их ухода я обнаружила, что пропала серебряная чернильница со стола.
— Как им удалось стащить ее! — воскликнула я. — В ней были чернила!
Шарки показал на наполовину наполненный бокал вина, который я оставила на столе. Вино стало темно-синего цвета.
— Эти парни зря тратят время. Им можно выступать с фокусами на сцене. К сожалению, не могу принести еще бутылку вина, — сказала я, многозначительно глядя на Шарки. — Все мое вино таинственным образом исчезло из погреба.
— Они умеют открывать пробки?
Наш словесный поединок был прерван следующим посетителем. Он специализировался на подделке документов, но ни Вивальди, ни другим интересующим нас людям он фальшивые документы не изготавливал. Мне он предложил изготовить свидетельство, подтверждающее, что я французская графиня, за две гинеи, или герцогиня — за три. Я отказалась.
— Итальянская графиня, — предложил он. Я снова отказалась.
— Оно и к лучшему. Вы не похожи на иностранку. Лицо у вас английское, как пудинг с почками. Если понадобится сбросить десяток лет, я в момент сделаю нужное свидетельство о рождении. Ни один судья во всем королевстве ничего не заподозрит.
— Но проведет ли оно потенциального жениха? — спросил Шарки и игриво засмеялся. — Шучу, мисс Ирвинг. Вы свежи, как весенний ягненочек.
— Благодарю за предложение. Может быть, придется им воспользоваться, когда стану барашком.
— У вас в запасе еще не меньше пяти лет, — заверил Шарки.
Я лелеяла надежду, что запас вещей в доме не уменьшился после посещения мастера подложных бумаг, но когда я вышла в прихожую, чтобы открыть следующему визитеру, обнаружила, что исчезли все зонты. В большой бело-голубой вазе в начале вечера стояли три зонта. Я забрала вазу, сняла со стены картину, решив, что, если кому-то понадобится потертый коврик с пола, пусть тащит его.
Я открыла дверь и впустила небольшого юркого человечка, которого вначале приняла за мальчика. При ближайшем рассмотрении он оказался старичком с морщинистым лицом, почти без зубов и с весьма лысым черепом. К полям шляпы был прикреплен клок темных волос, но он снимался вместе с головным убором.
— Слышал, что Шарки меня ищет, — сказал он, обнажая в улыбке беззубые десна.
— Как доложить?
— Джокко, мисс, просто Джокко, он знает.
— Джокко! Мы ждем вас, проходите, — воскликнула я, от радости схватив его за отвороты сюртука.
Он строго посмотрел на меня, отвел мои пальцы и пригладил сюртук. Я заметила, что пальцы его вылезали из рваных перчаток, но когда-то это были хорошие дорогие перчатки бежевого элегантного цвета, хоть и на два размера больше, чем нужно было Джокко.
— Пожалуйста, проходите сюда, — сказала я. Он обвел глазами прихожую, потом последовал за мной.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Неподходящее место для леди - Смит Джоан



Книга написана от первого лица повествует о неожиданном наследцтве мис Ирвинг в виде дома в не престижном районе Лондона. Именно в этом доме живут странные постояльцы, вокруг которых разворачивается интрига.Среди обитателей дома симпатичный молодой лорд, к которому и возникнут чувства у мис Ирвинг. В целом книга средненькая, ничего особенного
Неподходящее место для леди - Смит ДжоанItis
13.08.2014, 22.22








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100