Читать онлайн Босоногая баронесса, автора - Смит Джоан, Раздел - ГЛАВА 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Босоногая баронесса - Смит Джоан бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.53 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Босоногая баронесса - Смит Джоан - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Босоногая баронесса - Смит Джоан - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смит Джоан

Босоногая баронесса

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 8

Наутро баронесса без особого труда поднялась в шесть часов, но Лаура чувствовала себя утомленной, и таковой и выглядела. Они легли спать не раньше часа.
С легкой досадой Лаура не заметила никаких следов поздних развлечений на лице лорда Хайятта. Он установил мольберт и с рассвета работал над фоном. Когда они подъехали, часть деревьев и небо были уже готовы.
– Похоже, вы здесь уже не один час! – воскликнула Лаура, взглянув на холст.
– Полагаю, вы помните, что не следует разглядывать картину, раз я начал наносить краски, – рассмеялся Хайятт.
– Такими темпами вы закончите в мгновение ока!
– Я спорый работник! – пронзил он Лауру озорным взглядом.
– Замечательно, – сказала она. – Честно говоря, столь раннее пробуждение – тяжкое испытание после поздней ночи.
– Ага! Значит, вы вчера отправились еще на один прием. Так я и думал.
– Да нет же, мы сразу поехали домой.
– Тогда почему вы говорите о поздней ночи?
– Мы легли спать около часа.
– Ох, как поздно! – смеясь, произнес Хайятт. – Часа три или четыре еще можно считать поздним временем, но не час.
Лаура взглянула на него как на сумасшедшего.
– Я спала только пять часов и чувствую себя совершенно разбитой.
– О, но выглядите совершенно иначе, если это хоть как-то вас утешит. Лично я ничего не имею против легкой усталости в моих моделях. Слегка поникшие веки, небольшие тени под глазами смотрятся романтично.
– Все это вы найдете в лице баронессы, но мои веки не просто слегка поникнут, они сомкнутся полностью, как только вы приступите к работе.
Хайятт смешал краски и выбрал чистую кисть.
– Насколько я понимаю, леди всю зиму спят, чтобы подготовиться к Сезону.
– Мы в Уитчерче не впадаем в зимнюю спячку.
– Приятное местечко, не так ли? Должно быть таким, раз именно оно удерживало вас вдали от Лондона все эти годы. В нем, наверное, есть очарование.
Так как ничего подобного в Уитчерче не было, Лаура переменила тему.
– Вы не взяли сегодня кофе? – спросила она, оглядываясь в поисках термоса.
– Вон в той корзине, – кивнул Хайятт.
– Вы не хотите немного?
Он отрицательно покачал головой и молча наблюдал, как Лаура наливает себе. Хайятт постоянно находился в поисках новых типов моделей. Он посчитал мисс Харвуд одной из тех опытных дам, которых рисовал довольно часто, но сейчас начал догадываться, что ошибся. Она, конечно, старше дебютанток и благоразумнее, но опытнее ли? Тонкий налет городского блеска временами пропадал, и под ним открывалась наивная девушка. Хайятту захотелось написать портрет мисс Харвуд, он размышлял, какую позу, какое выражение лица выбрать, чтобы передать это необыкновенное сочетание… – сочетание чего? – невинности и еще чего-то такого, что он мог назвать только здравым смыслом.
– Мне хочется нарисовать вас, – сказал он, ожидая, что ее лицо вспыхнет от восторга.
Хайятт редко говорил дамам такие слова. Чаще они умоляли его об этой чести. К его большому удивлению, мисс Харвуд его предложение не тронуло.
– У меня уже есть мой портрет, – сказала она.
– Лоуренса?
– Нет, некоего мистера Виггинса из Уитчерча. Он изобразил меня чопорной педанткой. Я зареклась позировать когда-либо еще, но я благодарна вам за предложение, лорд Хайятт. Насколько я понимаю, это большая честь, – в раздумье добавила она.
Хайятт стоял, от изумления лишившись дара речи. Она отказывается! Мисс Харвуд не хочет, чтобы он писал ее портрет! Он не соглашался рисовать Наследного Принца, пока ему не пригрозили государственной изменой, а какая-то мисс Харвуд из Уитчерча непринужденно отклоняет его предложение.
– Я не стану изображать вас педанткой, – сказал он, оправившись от шока.
Его неподдельное удивление вызвало непроизвольную улыбку на лице Лауры.
– Я это прекрасно знаю! Без сомненья, вы превратите меня в красавицу, но я, все-таки, должна отклонить ваше столь великодушное предложение.
Хайятт не мог ничего понять.
– Не потребуется оплаты, если это то, что… – он не мог предположить какой-либо иной причины отказа.
Возможно, она слышала, что Принц заплатил ему тысячу, но эти деньги пошли на благотворительные нужды.
– Нет, дело не в деньгах. Вы очень заняты и вам приходится работать над дополнительными заказами по утрам. Как бы я высоко ни ценила ваше предложение, я не могу представить, как выдержу пробуждение в шесть во все оставшиеся до конца Сезона дни.
Хайятт уже собрался предложить сеансы во второй половине дня, но опомнился. В конце концов, ему не пристало бегать за моделями.
Оливия возобновила свою позу, слегка приподняв край юбки, в то время как другая рука свободно парила в воздухе, и Хайятт приступил к работе.
Лаура сидела с Медоузом, размышляя о неожиданном предложении Хайятта. Почему он хочет рисовать ее? Он рисует только знаменитостей или своих любовниц. Леди Деверу не была известна, по крайней мере, до того, как Хайятт написал ее портрет. Что подумают люди о неожиданно появившемся на его выставке портрете мисс Харвуд? Оливия – совсем другое дело. Она звезда Сезона. А неизвестная мисс Харвуд из Уитчерча? Совершенно очевидно, что у Хайятта нет к ней серьезного интереса. Она для него мимолетное увлечение. Простой флирт. Нет, так не пойдет. Он мог флиртовать легко, вдохновенно, экспромтом, а она знала, что не сможет противостоять лорду Хайятту, если он устремит свои помыслы на романтические затеи.
Она видела, как люди шептались за спиной леди Деверу на балу леди Морган, а Хайятт едва удостоил ее парой слов, и если такова участь всех его увлечений, у нее нет желания присоединяться к ним.
Работа над портретом продолжалась до восьми часов. Чуть позже прибыл мистер Ярроу, наряженный в кричащий жилет канареечной желтизны, пестрый платок был небрежно завязан на шее, пуговицы на сюртуке по размерам не уступали блюдцам. Хайятт хмуро взглянул на него, но ничего не сказал. Ярроу кивнул Лауре и Медоузу и подошел к портрету.
– Вообще-то, восхитительно, лорд Хайятт, но вам не кажется, что волосы баронессы на портрете темноваты?
– Я еще не накладывал светлые тона.
– А ее платье?… Почему на ней это ветхое тряпье? Полагаю, она наследница, и немного бриллиантов…
– Убирайтесь, – процедил сквозь зубы Хайятт.
– Извините, не хотел вам мешать, – Ярроу легким шагом направился к Медоузу и Лауре. – Меня пригласила баронесса, – сказал он.
– Лорд Хайятт не любит больших скоплений людей, когда он работает, – холодно ответила Лаура.
– Баронесса говорила мне. Но вряд ли меня можно назвать большим скоплением, – Ярроу жадным взглядом окинул термос с кофе. – Хайятт ворчлив, не правда ли?
– Мне кажется, вам лучше уехать, Ярроу, – произнес Медоуз.
– Я подожду и переговорю с баронессой. Она разрешила мне приехать, – Ярроу отошел, но когда сеанс закончился, вернулся.
К их беспокойству, Оливия обрадовалась, увидев Ярроу. Она подошла к нему, а Медоуз тем временем направился к Хайятту, чтобы переговорить о приезде молодого наглеца.
– Я велел ему проваливать. Но его, кажется, пригласила баронесса, – доложил Медоуз.
– Ну и скажите ей, чтобы она отправила его. Он болтун, хуже не придумаешь, настоящая трещотка.
– Я ему намекну более категорично.
Лаура оставалась сидеть на прежнем месте, сосредоточив, однако, все свое внимание на Оливии и Ярроу. Она подумала, что Хайятт, возможно, присоединится к ней, когда Медоуз пойдет на переговоры с Ярроу, но ошиблась. Она решила, что раздражение и нелюбезность Хайятта вызваны вторжением Ярроу, и была счастлива, что не возникает снова вопрос о ее собственном портрете.
Вскоре они распрощались.
– Завтра в это же время? – спросил Хайятт, когда они садились в карету. – Или дамы предпочтут восемь часов?
Он посмотрел на Лауру, а Лаура, в свою очередь, взглянула на Оливию, ожидая решения баронессы, хотя прекрасно поняла, что Хайятт принял во внимание именно ее жалобы.
– Теперь, когда Ярроу в курсе дела, нам лучше придти снова в семь, – высказался Медоуз. – Этот парень ничто не удержит в тайне. Если мы отложим начало сеанса на восемь, то увидим здесь завтра полгорода.
– Если так случится, мы перенесем сеансы ко мне в мастерскую, – заявил лорд Хайятт.
Две кареты выехали из парка, леди вернулись на Чарльз-Стрит принимать дневные визиты. Несколько джентльменов просили позволенья зайти, и все они пришли, некоторые с друзьями. Вторая половина дня представляла собой обычную сутолоку, а вечером леди отправлялись на премьеру в Друри-Лейн. Миссис Обри получила приглашение быть шестой в их компании: остальная пятерка состояла из четверых обитателей дома на Чарльз-Стрит и мистера Медоуза. Хетти Тремур чувствовала, что сможет отсидеть весь вечер, только если за ее спиной будет „душка-откидушка“.
Публика испытывала громадное удовольствие от великолепного исполнения „Укрощения строптивой“, но самое волнующее впечатление Лаура получила в антракте, когда в их ложу устремилось целое нашествие джентльменов, которых они встретили на балу леди Морган. Их ложа сразу стала самой переполненной в театре. Люди стояли в коридоре, ожидая очереди попасть к ним. Казалось, весь свет собрался здесь – кроме лорда Хайятта, его не было видно.
Мистер Ярроу со следами толчков, пинков и ударов протиснулся к ним в ложу и поговорил с Оливией.
– Черт побери, баронесса, я рад, что вы посоветовали мне эту пьесу. В жизни не видел ничего подобного. Знатное развлечение. Я собираюсь сбежать перед следующим актом. Знакомые разыскали меня, чтобы засадить за игру в карты. Сегодня утром Хайятт здорово разозлился, что я пришел посмотреть на его картину. Какое-то недоразумение этот ваш портрет, если вы хотите знать мое мнение. Вы похожи на туповатую сельскую девицу, так скажем. А в жизни вы очень хорошенькая. Я подумал, что он мог бы, по крайней мере, замазать веснушки.
– Напротив, он сказал, что нарисовал бы их, даже если 6 мне удалось осветлить кожу лимонным соком.
– Этот человек – сумасшедший. Куда вы собираетесь завтра вечером?
– На обед и два приема, – сказала Оливия и назвала, кто дает приемы.
– Сберегите для меня танец на первом приеме. Мои парни ни за что не оставят меня в покое. К полуночи, думаю, они отстанут от меня, выиграв все мои деньги.
– Вам не следует много играть, мистер Ярроу.
– По правде говоря, я ненавижу игру. Я хожу туда только потому, что на светских приемах скука смертная. А если вы согласитесь пойти со мной в Пантеон как-нибудь вечером, я откажусь от своего пристрастия к картам.
– Но торговый зал Пантеона, наверняка, закрыт ночью.
– Ха, ха! Блестяще, баронесса! Торговый зал! Как будто я приглашаю вас на благотворительный базар! Нет, я имею в виду танцевальный зал Пантеона, где проходят костюмированные вечера.
– Не помню, чтобы я получала туда приглашение, – неуверенно произнесла Оливия.
Ее слова у мистера Ярроу вызвали новый приступ веселья.
– Приглашение!… Блестяще, баронесса! Вы такая забавная, если присмотреться! Вам не понадобится приглашение. Любой, кто в состоянии оплатить вход, может попасть в Пантеон. Вы найдете там больше, чем кого-либо еще, женщин легкого поведения.
– Но это ужасно, мистер Ярроу! – воскликнула Оливия.
– Ничего подобного! Все туда ходят. Что вы! У вас не может быть полноценного Сезона, если вы ни разу не появитесь в Пантеоне. Очень весело! Я постоянно туда наведываюсь. К тому же, вы будете в маске и домино, так что никто вас не узнает.
– Мне надо спросить тетю.
– На вашем месте я бы этого не делал. Старая гвардия всегда норовит подавить любой план повеселиться. И позаботьтесь сохранить все в тайне от этой шляпы, мистера Медоуза. Он был бы рад держать вас в холщовом мешке, лишив всяких увеселений. Не понимаю, как вы вообще умудрились попасть в лапы такого нудного джентльмена. Вам было бы гораздо интереснее в компании ваших сверстников. Балы и пьесы – для пожилых. Настоящее веселье не в них.
– Я думала, вам нравится пьеса.
– Мне нравится публика, – сказал Ярроу, одаривая Оливию своей нахальной улыбкой. – Если бы вы не сказали, что будете здесь, я бы и на милю не приблизился к театру. Унылое зрелище, скажу я вам. Что же касается Пантеона…
– Я подумаю, – пообещала Оливия.
Зная, что у нее только один этот Сезон, она хотела включить в него как можно больше развлечений. Оливию беспокоило, что увеселения ее ровесников проходят мимо. Она посмотрела на мистера Медоуза, потом на Лауру и поняла, что они старше нее на целую вечность. Что они могут понимать?
Когда антракт закончился, черные фраки вернулись в свои ложи, и пьеса продолжилась.
Оливию поразило до глубины души, сколь коварно обманывали Кэт! Вот как ведут себя люди, стремясь направлять жизнь девушки, чтобы заставить ее делать то, что им хочется! Ну ее-то они не укротят!
Петруччио был очень красив. У актера такие же широкие плечи, как у мистера Ярроу, и такие же курчавые каштановые волосы, и громкий смех.
Так как с утра их ждало раннее пробуждение, мистер Медоуз повез дам домой сразу же после пьесы.
– Многие говорили, что идут в ресторан после театра, – сказала Оливия. – Я хочу есть.
– Я тоже проголодалась, – поддержала Хетти Тремур.
– Мы можем выпить чаю с тостами дома, – предложила миссис Харвуд.
– Потребуется не меньше часа, чтобы пообедать в отеле. У дверей выстраиваются очереди по окончании представления, – просветил мистер Медоуз.
Оливия заподозрила одну из штучек Петруччио: он тоже отказывал Кэт, притворяясь, что делает это для ее же блага.
– Но все там будут! – воскликнула баронесса. Лаура опасалась, что „все“ – это мистер Ярроу, и принялась настаивать на возвращении домой. Численное превосходство было не на стороне Оливии, и ей пришлось подчиниться, но она окончательно убедилась, что старшие понятия не имеют, как наслаждаться удовольствиями Сезона.
– Знай я, что должна буду возвращаться домой к двенадцати, я ни за что не согласилась бы, чтобы лорд Хайятт писал мой портрет, – надулась Оливия.
– Но, Ливви, полночь – для нас довольно позднее время, – примирительно сказала ее тетя. – Дома мы никогда не засиживались до полуночи.
– Тем больше причин, почему мне не следует ложиться рано, пока мы в Лондоне.
– Когда ваш портрет будет готов, вы сможете не ложиться спать допоздна, – постарался успокоить ее мистер Медоуз.
– Единственная надежда, что это случится довольно скоро. И я не понимаю, почему мне нужно надевать это противное желтое платье Фанни.
– Она устала, – объяснила Медоузу миссис Тремур. – Хорошая чашечка какао и тост вернут ей обычное расположение духа.
Она была права, Оливия, действительно, устала, чтобы продолжать спорт, но и укладываясь спать, она по-прежнему тихонечко себе под нос ворчала. Ее утешало, что пройдет совсем немного времени, и она сможет ускользнуть от своих покровителей и тогда откроет для себя настоящий Лондон.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Босоногая баронесса - Смит Джоан



книга немного нудновата, но читать можно.
Босоногая баронесса - Смит Джоананна
29.07.2011, 22.57





На 8. Читать от нечего делать можно
Босоногая баронесса - Смит Джоанюля
7.01.2016, 18.03





На 8. Читать от нечего делать можно
Босоногая баронесса - Смит Джоанюля
7.01.2016, 18.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100