Читать онлайн Проблеск небес, автора - Смит Барбара Доусон, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Проблеск небес - Смит Барбара Доусон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.88 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Проблеск небес - Смит Барбара Доусон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Проблеск небес - Смит Барбара Доусон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смит Барбара Доусон

Проблеск небес

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

В музыкальной комнате раздавались тренькающие звуки фортепиано. Два голоса, надрываясь, пели нестройным дуэтом.
Присцилла пропустила высокую ноту, и Пруденс тихонько хихикнула. Присцилла толкнула сестру в бок, и та охнула. Они сидели рядышком. Обе в муслиновых платьях, одна в светло-зеленом, а другая в канареечно-желтом, а Лорена сияла, преисполненная материнской гордости.
Когда Пруденс ударила черную клавишу бемоль вместо белей диез, Кэтрин поморщилась. Сестры фальшивили, и это мешало ей слушать пение и не смотреть на Берка, который слушая с вежливым вниманием.
По крайней мере так она объясняла свое поведение.
Но почему она не может позволить себе воспользоваться редким случаем смотреть на него? После вчерашней встречи в кладовке она больше его не видела. Слышала, как слуги сплетничали о том, что он вернулся вчера поздно ночью, а сегодня целый день опять где-то пропадал. Появился только перед обедом.
Она сгорала от желания узнать, как он провел это время. Или, точнее, с кем. Негодяи всегда находят общество, себе подобных – или женщин легкого поведения.
Берк сидел, развалившись в кресле, почти напротив нее, рядом с Лореной. Его иссиня-черные волосы были зачесаны назад и опускались на высокий воротник. Бежевый сюртук отличался таким прекрасным покроем, что сидел на нем как влитой. Длинные ноги в блестящих черных сапогах вытянуты вперед и скрещены в лодыжках. Кэтрин прекрасно помнила его мускулистую грудь и неровный белый шрам, придававший очарование дерзкой мужественности. Шрам напоминал, однако, что он был всего лишь человеком… а значит, ранимым.
Сладкая истома охватила Кэтрин. Это приятное ощущение напомнило, как последние несколько ночей она просыпалась в темноте, возбужденная к дрожащая словно в лихорадке, со смутным воспоминанием о сне, в котором призрачный возлюбленный своими ласками возносил ее на вершину наслаждения и затем оставлял страдающей и неудовлетворенной.
Глядя на чеканный профиль Берка, она позволила себе вообразить, как он заключает ее в объятия и целует. Только на этот раз за поцелуем следуют нежные интимные ласки и тихие слова желаний…
– А вы играете, миссис Сноу? – спросил он.
Фортепиано умолкло.
Кэтрин покраснела под пристальным взглядом серых глаз Берка, жар из глубины тела поднялся к щекам. Конечно, он не мог догадаться, какие постыдные мысли затуманили ее разум.
Или мог?
– Нет, я не умею. А вы?
Прежде чем он успел ответить на ее ехидный вопрос, вмешалась Лорена:
– Бедняжка, она выросла в других условиях, не имея тех преимуществ, какими обладают мои девочки. Особенно Присцилла: она настоящая образованная молодая леди. Она с удовольствием сыграет соло.
– Ах, мама! – Сидевшая перед фортепиано Присцилла очаровательно надула губки. – Я должна?
– Мне бы не хотелось утомлять хрупкую девушку, – сказал Берк. – Она уже играла так долго и так прекрасно.
– Прошу вас, не уходите. Вечер еще только начался. – Лорена протянула унизанную бриллиантами руку, не позволяя Гришему встать. – Кэтрин, возьми свои очки и почитай нам для развлечения какой-нибудь красивый сонет из лорда Байрона.
– Прочитай мой любимый, – сказала Пруденс, поправляя белокурые локоны, – «Она идет во всей красе».
Кэтрин поднялась со стула. В голове мелькнула мысль, что Лорена, заставляя надеть уродующие ее очки, хочет показать племянницу с самой невыгодной стороны. И тут же упрекнула себя. В ней говорило тщеславие. Во время того неприятного эпизода в хижине Берк ясно дал понять, что ее слабое зрение вызывает у него отвращение.
Она расправила плечи. Он может убираться к черту со своими мелочными предрассудками.
Кэтрин демонстративно достала из потайного кармана юбки очки в серебряной оправе и нацепила на нос. Затем села на табурет у камина, раскрыла тоненькую книжку и начала читать вслух.
Красивый ритм стихов очаровывал ее. Когда она дошла до последней мелодичной строки, ее бунтарский дух приутих.
Она в душе хранит покойИ если счастье подарит,То самой щедрою рукой.
type="note" l:href="#n_1">[1]
Стихи кончились. Только тихо потрескивал огонь в камине, Кэтрин не удержалась и поверх очков взглянула на Берка.
Их взгляды встретились. В его глазах она увидела мягкий серебристый свет, и демоническая сила этого взгляда, казалось, проникает в самую глубину ее души. Как будто он жаждал узнать мысли и чувства, принадлежавшие ей одной. Кэтрин переменила позу и опустила глаза. В какую-то минуту она почувствовала, что он видит ее насквозь, все ее мечты и желания. Но свою личную жизнь она больше никогда ни с кем не будет делить. Неразумно показывать слабость перед негодяем, целью которого было лишь развлечение.
– Осталось всего три дня до нашего бала, – нарушила наступившее молчание Пруденс. – Кто знает, может быть, я встречу красивого молодого человека, который посвятит оду мне.
– Ты должна оставить лучшие танцы для кузена Фабиана, – напомнила Лорена.
Пруденс надулась:
– Не хочу. Он болван. Слава Богу, он не обедал с нами сегодня.
– Прикуси свой язык. Будь хорошей девочкой, и я позволю тебе надеть на бал мое бриллиантовое ожерелье.
Недовольство моментально исчезло, и Пруденс бросилась к матери:
– О, дорогая, милая, добрая мамочка! Это правда?
Присцилла вскочила с табурета:
– Это несправедливо. А я?
– Ты можешь надеть мой жемчуг вместе с диадемой. Они так выгодно подчеркнут твою красоту. – Лорена покосилась на Берка. – Разве вы не находите, что она красавица, милорд?
Гришем по-прежнему смотрел на Кэтрин.
– Никакие драгоценные камни не могут сравниться с блеском ее глаз.
Очки, предназначенные для чтения, искажали его образ, превращая в таинственного незнакомца. Его комплимент невольно взволновал Кэтрин. Убедив себя, что Берк пошутил, она сняла и спрятала очки.
Присцилла кружилась по комнате, словно танцуя с невидимым партнером.
– О, между прочим, Кэтрин, раз ты все еще в трауре, если хочешь, можешь надеть мое черное атласное платье. Оно все же лучше любого из твоего гардероба.
Кэтрин прижала томик поэзии к груди и почувствовала огромное желание отказаться. Вполне разумно принять поношенное платье, чем потратить свои накопленные деньги на новое, которое, возможно, она больше никогда не наденет.
Однако она услышала собственный голос:
– Спасибо, но я решила отказаться от траура.
Лорена ахнула. Девицы уставились на нее. Берк удивленно приподнял бровь.
Кэтрин и сама была потрясена. Она не понимала, откуда возникло это решение, но была рада, страшно рада, что сказала это. Мрачный траур слишком долго тяжелым грузом лежал на ее плечах.
– Вдова обязана носить черное по крайней мере два года, – с оскорбленным видом заявила Лорена. – Так принято.
– Может быть, об этом поговорят немного и перестанут, найдя более интересную тему.
– Я запрещаю тебе, делать это, – рассердилась Лорена. – Ты опозоришь нашу семью. И оскорбишь память дорогого Фредди.
Кэтрин проглотила комок, вставший от волнения в ее горле.
– Мне жаль, что вызываю ваше недовольство, – спокойно сказала она, – но я приняла такое решение.
– И Альфред приветствовал бы ваше решение. – сказал Берк.
– Альфред? – повернулась к своему гостю Лорена. – Милорд, вы удивляете меня. Он бы не хотел, чтобы вдова забыла его.
– А она и не забудет. Ваш сын терпеть не мог женщин в черном. Говорил, что они похожи на стаю ворон. Он бы велел Кэтрин носить яркое золото. Вы ведь не пригласите на бал мелочных и недалеких людей, не правда ли?
Гришем умело втянул Лорену в обсуждение списка гостей, а Кэтрин сидела, изумленная тем, что он встал на ее защиту. Она представила себя в золотистом шелковом платье, кружащейся в танце в объятиях высокого незнакомца.
Платье, в котором она могла бы чувствовать себя прекрасной. Платье, в котором она снова стала бы девушкой с лучистыми глазами. Платье, которое никто не выбрасывал за ненадобностью. Было время, когда она одевалась как принцесса, в шелка и кружева, но все ее нарядные платья год назад убрали подальше, как и еще раньше у нее отняли надежду и мечты.
Искушала тайная мысль, что теперь она сможет позволить себе одеваться по последней моде. Осторожность же напоминала, что она еще не получила двух тысяч фунтов из доходов от имения.
Надо узнать, спрашивал ли Берк у Лорены о законном праве Кэтрин на свою долю. Нет, иначе бы ее свекровь не удержалась от какого-нибудь резкого замечания.
Вчера она не раздумывая согласилась с решением Берка разобраться в ситуации. Но сегодня, когда его присутствие не отвлекало, у нее было время подумать. И понять, что у независимой женщины есть свои обязательства.
Кэтрин встала и отложила в сторону книгу.
– Ваше сиятельство, могу я с вами поговорить?
– С удовольствием, – Берк отошел вслед за нею в дальний угол комнаты.
В белом галстуке и светлом сюртуке, оттенявшем его смуглую красоту, он выглядел великолепно. Наклонившись к ней, Гришем тихо сказал:
– Как бы мило вы ни смотрелись в черном, вам не мешает избавиться от этого сурового вида.
Кэтрин не подала вида, что ей приятны эти слова. Чувствуя на себе острый взгляд свекрови, она прошептала:
– Я только хотела сказать, что вам не стоит беспокоить Лорену из-за моей вдовьей доли. Я решила поговорить с ней сама.
Он нахмурился:
– Об этом не может быть и речи. Меня-то она выслушает.
– Она выслушает и меня, – убежденно сказала Кэтрин, хотя совсем не была в этом уверена. – Я надеюсь, она предпочитает честную игру.
– Честная игра, – усмехнулся он, – Она сыграет на вашем добром сердце и найдет предлог оставить деньга у себя.
– Я этого не допущу.
– А как вы ей помешаете?
Кэтрин раздраженно вздохнула:
– Этот спор ни к чему. Это никогда не произойдет.
– Вы правы. Потому что я не позволю ей обмануть вас.
– Берк, это моя проблема. Не ваша.
Суровое выражение его лица смягчилось. Улыбка промелькнула на его губах.
– Я рад, что вы решили называть меня по имени.
Сердце Кэтрин на мгновение замерло. Как ему всегда удается сбивать ее с толку?
– А Лорена…
– Лучше поговорим о бале, – перебил он. – Я полагаю, вы все танцы оставите для меня.
– Все до одного? – Абсурдность его предположения вызвала у нее улыбку. – Будучи вдовой, я очень сомневаюсь, что вообще буду танцевать.
– Что, будете сидеть у стены с подружками? Если потребуется, я вытащу вас оттуда.
– Тогда, вероятно, я решу проблему, оставшись в своей комнате.
– Оставайтесь, а я все равно буду танцевать с вами. – Он понизил голос до хрипловатого шепота. – Довольно привлекательная мысль. Мы вдвоем. Одни. В вашей спальне.
Он не таясь смотрел на ее губы. Подняв глаза на его потрясающее лицо, она содрогнулась от силы бурного желания, вспыхнувшего в ней, безумного порыва отдать ему всю себя. Ощутить его губы на своей груди так, как он целовал грудь той проститутки…
– О чем это вы шепчетесь? – спросила Лорена. Обтянутая черно-белым полосатым платьем, она надвигалась на них как женское воплощение Бонапарта. – Кэтрин, какая ты нехорошая. Ты не должна уводить его сиятельство от всех нас. – Тетушка говорила шутливым тоном, но ее рот искажала гневная гримаса.
Кэтрин почувствовала, как исчезает ее живость, и только старалась сохранить решимость. Сейчас или никогда.
– Я спросила его сиятельство, не составит ли он компанию Пруденс и Присцилле. Видите ли, мне надо с вами поговорить…
– Сначала я поговорил бы с вами, миссис Сноу, о деле чрезвычайной важности. – Берк взял Лорену под руку. – Могу я иметь честь поговорить с вами?
Ее лицо расплылось в жеманной улыбке.
– Конечно, милорд. Мы можем поговорить в библиотеке.
От досады Кэтрин сжала руки в кулаки. Какое высокомерное пренебрежение к ее решению, он сам будет говорить с Лореной. Ладно, завтра она все ему выскажет!
Как только Гришем вывел Лорену из комнаты, Присцилла прижала руки к сердцу и мечтательно откинулась на спинку кресла.
– О, разве это не чудесно?
– Это ужасно, – огрызнулась Пруденс. – Его сиятельство ушел, и я осталась с вами, двумя.
– Несчастная ревнивица, – ухмыльнулась Присцилла.
– Мне не к кому ревновать, мистрис Глупая Голова.
– Нет, есть, графиня Чокнутая. Ведь наверняка сейчас его сиятельство просит у мамы моей, руки!


– Мне надо задать вам, миссис Сноу, очень серьезный вопрос.
– Прошу вас, милорд, сначала устраивайтесь поудобнее. – Лорена подвела лорда к паре кожаных кресел у камина.
Следуя за ней, Берк заметил странную вещь: казалось, все стоявшие на полках книги были написаны на греческом языке или латыни. Не поэтому ли Кэтрин брала книги у викария?
– Позвольте предложить вам бренди? – спросила хозяйка.
Вино было искушением. Одурманенный алкоголем, он мог забыть, что единственная желанная женщина не хочет его. Он мог напомнить себе, что вдова лучшего друга – последняя из женщин, которую он захотел бы соблазнить.
Лорена терпеливо ждала. Несмотря на расплывшуюся фигуру, если судить по ее большим голубым глазам, гладкой коже и величественной осанке, она когда-то, вероятно, была красивой женщиной. Издалека она могла бы даже вызвать восхищение.
Кто же был тот парень? Ньютон? Ньюленд?
Нет. Ньюберри. Эзикиел Ньюберри.
Берк понимал, что ему следует рассказать Лорене, что он пригласил этого человека к ней на бал. Но в эту минуту он не был расположен к благотворительности.
Гришем сел, уперся локтями в колени и сложил ладони.
– Я бы предпочел перейти сразу к делу.
Сияя улыбкой, женщина разместила свой пышный зад в кресле напротив Берка.
– Это моя Присцилла, не так ли? Вы сочтете меня нескромной, но она будет вам прекрасной женой. Такая кроткая, образованная, утонченная. И наследница к тому же. Дедушка с отцовской стороны оставил ей весьма неплохое имение в Ланкашире.
– Я собирался говорить не о Присцилле.
– Так это, значит, Пруденс? – Лорена широко раскрыла глаза. – О, милорд, какой же вы хитрец! Я и не догадывалась, что она вас интересует. Я предполагала, что вы предпочтете другую мою дочь. Но Боже, Пруденс обещана другому. Впрочем, еще ничего не решено. Если вы дадите мне несколько дней, я, может быть, устрою все, как вы хотите…
– Я также не собирался просить руки Пруденс. Меня интересует Кэтрин.
– Кэтрин?
Берку доставляло удовольствие видеть растерянность на лице Лорены. Пусть женщина поверит, что вопреки ее усилиям сосватать его он намерен сделать предложение Кэтрин. Пусть пока думает, что он остановил свой выбор на ней.
Это было недалеко от истины. Если бы он захотел жениться, то предпочел бы умную зрелую женщину. Это открытие поразило Берка. Он привык к женщинам, которые обсуждают фривольные темы с такой же непринужденностью, как и моды и сплетни. Женщинам, которые тратят часы на переодевания и развлечения. Женщинам, которых он мог очаровать привычными комплиментами и тайными поцелуями.
Но он никогда не встречал упрямого синего чулка, который носит очки и ценит книги выше общения с ним.
Среди людей с сомнительной репутацией ходили легенды о его любовных похождениях. Его конюшня милых подружек состояла из замужних женщин и вдов, жаждавших поскакать в его постели. Амбициозные мамаши смотрели сквозь пальцы на его дурные наклонности и интересовались только его положением и состоянием. Он пал так низко, что спал с матерью, вместо того чтобы ухаживать за ее дочерью.
После того как Берк едва не погиб под Ватерлоо, он понял, что его жизнь состоит из бессмысленного удовлетворения прихотей. Он вел себя как избалованный юнец, непрерывно ищущий острых ощущений в новых победах. И все это в напрасной надежде заглушить терзавший его голос.
«Жалкий трус!»
Это было правдой. Он не имел чести. Не имел моральных устоев. Почему он думал, что может перемениться?
– Милорд, – слабо прозвучал голос Лорены. – Вы ведь не хотели сказать то, о чем я подумала.
Берк перевел взгляд на собеседницу.
– Как вы можете знать, о чем я думаю? – холодно спросил он.
– Вы говорили о Кэтрин. И о… Браке.
Он пожал плечами:
– Ну и что, если говорил?
Натянутая улыбка обнажила зубы Лорены.
– Я бы посоветовала вам подумать. Она – простая девушка, была служанкой у викария. До сих пор не понимаю, как ей удалось околдовать дорогого Фредди.
– Значит, вы будете рады, что мой вопрос касается не брака, а финансовых дел.
Лорена расслабилась, хотя в ее глазах появилась настороженность.
– Мистер Радд упомянул, что вы просматривали хозяйственные книги. Ума не приложу, зачем?
– Ваш сын поручил мне заботиться о Кэтрин. В последнюю минуту перед смертью.
– Мой бедный мальчик, я потеряла его навсегда. – Лорена вытащила из рукава носовой платок и приложила к глазам. – Я так тоскую по нему. Если бы только можно было вернуть Альфреда.
Берк почувствовал, как в нем шевельнулось сочувствие. Вот еще одна вина, навеки поселившаяся в его темной душе.
С усилием он заставил себя вернуться к заботе о благополучии Кэтрин.
– Примите мои искреннее соболезнования о вашей утрате. Однако вы должны уважать волю сына в том, что касается его жены.
– Я делаю все, что в моих силах. И, если позволите, напомню, что Кэтрин – взрослая женщина. Она не нуждается в опекуне.
– Тогда считайте меня ее советником по финансовым делам. И в этом качестве я должен спросить вас, когда вы выплатите ее вдовью долю.
На побледневшем лице Лорены остались лишь два пятна от румян.
– Ее долю?
– Да. Половину дохода, который вы получили от имения за прошедший год. Две тысячи и двенадцать фунтов, если быть точным.
Теребя складки платья, Лорена разразилась нервным смехом.
– О, но эти деньги пошли на содержание Кэтрин, это ее доля в хозяйственных расходах. Расходы по имению огромны: жалованье слугам, замена сгнивших досок, новые обои в бальном зале. Конечно, вам известно, в какую огромную сумму обходится содержание такого имения.
– Заниматься хозяйственными делами входит в обязанности Фабиана Сноу независимо от того, живет он здесь или нет. Кроме того, Кэтрин более чем оплатила свое содержание, трудясь здесь как рабыня.
– Она жаловалась вам? После того как мы приняли ее в свою семью и столько для нее сделали? – Лорена обмахнула лицо платком. – О, какая она неблагодарная! Принимая во внимание ее низкое происхождение, честь носить имя Сноу ей никогда не оплатить.
Терпение Берка иссякло.
– Кэтрин слишком благородна, чтобы жаловаться. Поэтому от ее имени буду выступать я. Я вынужден просить вас положить деньги на ее банковский счет не позднее завтрашнего дня.
– Завтра? Это невозможно. Где я достану такую сумму за столь короткий срок? Вы должны предоставить мне больше времени…
Совершенно неожиданно знакомая дрожь пробежала по коже Берка. В висках застучало, и его мозг погружался в темноту.
Видение. Сейчас?
Борясь с приступом безумия, он впился в подлокотники кресла, но все равно уже был не в библиотеке, а совсем в другом месте.


Лорена рыдала, сидя на табурете в своем будуаре. Ее грудь тяжело вздымалась под абрикосовым шелком платья. Она теребила в руках носовой платок, тонкое кружево которого было изодрано в клочья. Сегодня улыбка не появлялась на ее лице.
«Это опозорит нашу семью, – рыдала она. – Мы погибнем. Все, ради чего я трудилась, пропало! – Она подняла глаза, полные страха. – Мы должны откупиться от него. Я смогу найти деньги, если ты дашь мне больше времени…»


Кто-то тряс Берка за плечо. Дикая боль пронзала его рану. Возмущенно заворчав, он открыл глаза и увидел мать, склонившуюся над ним.
«Нет, – подумал он, преодолевая головокружение. – Это не мать, а Лорена…»
– Вы с таким странным выражением смотрели куда-то вдаль, – сказала она. – Я испугалась, уж не припадок ли у вас. Вы здоровы, милорд?
Берк с трудом унял дрожь в руках и отмахнулся от хозяйки дома:
– Пустяки. Внезапная головная боль.
– Я налью вам бренди. Мой сын, упокой Господи его душу, верил, что бренди прекрасное укрепляющее средство. – Лорена направилась к серванту и взяла графин.
Признаться, Берку хотелось выпить. Что угодно, только бы это помогло забыть угрожающую темноту. Голова отяжелела, мысли путались. Впервые в его темном царстве безумия появилась не Кэтрин, а кто-то другой.
От кого должна была откупиться Лорена?
И с кем она говорила?
С Альфредом.
По спине Берка кто-то пробежал холодными как лед пальцами. Этот ответ противоречил разуму. Он приводил к такому невероятному объяснению, что Берк мог бы считать, что находится во власти безумия.
Этот ответ означал, что в его голове хранятся воспоминания, принадлежавшие Альфреду.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Проблеск небес - Смит Барбара Доусон



Неплохо ...читать можно
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВиктория
2.04.2013, 12.51





Особых чувств не вызвал.почитать можно,когда больше нечего:-) 5/10
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонТаТьяна
28.10.2014, 11.02





Да, роман один из многих, но вызывает очень приятные чувства, и вполне достоин прочтения.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонТаня Д
13.05.2015, 18.50





Хороший конец. Но сам роман не очень... какие-то видения, фантастика... 8/10
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВикки
15.05.2015, 9.06





Мне понравился роман. Конечно, видения больше подошли бы женщине, но отрывки из прошлой жизни героев помогли ГГерою понять и помочь Кэтрин.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВ.А.
20.08.2015, 16.00





По аннотации ожидала большего, герои не впечатлили, их горести не задели... Ну это ладно, вот галлюцинации героя на протяжении всей книги - это мда! А главное, я так и не поняла, для чего они были вписаны. Если для скуки - то да, автору это удалось. Я скучала, читая этот роман.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонНаталия
27.10.2016, 19.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100