Читать онлайн Проблеск небес, автора - Смит Барбара Доусон, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Проблеск небес - Смит Барбара Доусон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.88 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Проблеск небес - Смит Барбара Доусон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Проблеск небес - Смит Барбара Доусон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смит Барбара Доусон

Проблеск небес

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

Йоркшир, август 1816 г.
Кэтрин Сноу замышляла убийство.
Резкий холодный ветер раздувал на ее спине шерстяную шаль, закрывавшую плечи, и грозил сорвать с головы белый чепчик. Дрожа от холода, Кэтрин стояла на лесенке и, держась одной рукой за верхнюю ступеньку, тянулась к сводчатому окну гостиной, которое собиралась вымыть.
Она не помнила более холодного лета, хоть и прожила все свои двадцать три года среди болотистых пустошей Йоркшира. Вот и сегодня, после недели проливных дождей, солнце наконец нерешительно выглянуло из-за свинцовых облаков.
В этот неудачный день все было плохо, и стало еще хуже, когда Марта, горничная, убиравшая первый этаж, слегла с приступом лихорадки. Никогда не отличавшаяся трудолюбием, она не выбила ковры в библиотеке. В наказание Лорена приказала служанке вымыть все окна. Каждый ромбовидный кусок стекла должен был сиять к тому времени, когда Лорена и ее близнецы-дочери, завершив дневные визиты, вернутся домой.
Как только их карета исчезла из вида, Кэтрин отослала дрожавшую, шмыгавшую носом Марту в постель, снабдив чаем с медом. После чего сама забралась на деревянную лесенку. Через пару часов у нее заболели руки и засаднило пальцы.
Резкий запах уксуса из ведерка с водой обжигал нос. Но самое неприятное – у Кэтрин кружилась голова.
«Да, убийство было бы заслуженной карой», – мрачно подумала Кэтрин.
Она медленно спускалась, и тяжелое ведро методично ударяло ее по ноге. Может быть, подсыпать в чай свекрови крысиный яд? Или дождаться удобной минуты и столкнуть ее с парадной лестницы?
Даже когда Кэтрин оказалась на твердой земли, ее не покидала злость. Когда четыре года назад они с Альфредом вернулись из Гретна-Грин, Лорена была в ярости от неожиданного брака сына. Но тогда, даже зная, что скажет благородное общество, свекровь занялась Кэтрин и сделала ее настоящей леди. Свекровь открыла перед ней если не сердце, то двери своего дома. Это случилось как раз в тот момент, тогда Кэтрин очень хотелось иметь собственную семью.
Бесконечная грусть снова охватила ее. Поставив ведро, она прислонилась к сырой, увитой плющом стене и вдохнула запах помятых листьев. Так легко было обвинять свекровь. Но не Лорена была виновата в том, что в прошлом году Альфред погиб под Ватерлоо. И не ее вина, что Кэтрин не могла родить ребенка после того страшного выкидыша, случившегося вскоре после их женитьбы.
Потеря нерожденного ребенка – этот крест, который должна нести одна Кэтрин, ведь всему виной была ее несдержанность и импульсивность.
Она проглотила комок, застрявший в горле. Правда причиняла боль, как незаживающая рана. Своим безрассудством она довела Альфреда до пьянства. Своим несдержанным языком опустила себя до вульгарности. Когда Альфред велел ей вести себя как леди, она бросила в него чернильницу, едва не попав в голову.
За три года их семейной жизни он из обаятельного кавалера превратился в угрюмого незнакомца. Из-за ее отвращения к фараону и пикету он искал развлечения в игорных притонах Лондона. И из-за ее неспособности дать ему сына он все больше сближался с такими порочными людьми, как Берк Гришем, пресловутый граф Торнуолд.
Негодование заглушило боль старых ран. Как бы Кэтрин хотелось разделаться с этим негодяем, и к черту все эти хорошие манеры! Но она никогда не испытает этого удовольствия.
Кэтрин сорвала лист плюща и вертела черешок между пальцами. Жизнь была не такой, как в книгах, где добро всегда побеждало зло, где трагедия еще больше сближала мужа и жену. Теперь она была старше и мудрее той мечтательной деревенской девушки, которая потеряла голову, встретив блистательного джентльмена. Сейчас она знала, чего хочет в будущем, но на то, чтобы наскрести необходимые деньги, могло уйти еще лет десять…
В кустах хрустнула ветка. Выпрямившись, Кэтрин посмотрела на зеленую лужайку, засаженную по периметру вязами и дубами. Там в тени, у ствола клена, мелькнула чья-то фигура и исчезла.
Кто-то наблюдал за ней. И она догадывалась кто.
Кэтрин шагнула на мокрую траву.
– Выходите!
Никто не появился. В тишине заливалась трелями певчая птица. Солнце, поиграв тенями среди деревьев, снова скрылось за облаком.
– Покажитесь, пожалуйста, – попросила она. – Мне надо с вами поговорить.
Из-за толстого ствола дерева вышел мужчина.
– Все хорошо, – сказала Кэтрин, скрывая раздражение. – Да идите же сюда.
Нерешительно переставляя ноги, он направился к ней, за ним по пятам следовала небольшая собачка. Это был довольно крупный мужчина с покатыми плечами, одетый по-деревенски в твидовый костюм и грязные высокие сапоги. Шея его была замотана шейным платком, походившим на плохо завязанный бинт. Светлые мягкие волосы обрамляли лицо с крючковатым носом и покрасневшими от смущения щеками. В одной руке он держал ружье, в другой болтался покрытый красными пятнами мешок.
Кэтрин сделала почтительный реверанс, как будто кузен Альфреда вовсе не прятался и не шпионил за ней.
– Добрый день, мистер Сноу. Как приятно вас видеть.
Фабиан Сноу покраснел еще больше.
– П-привет, м-миссис Сноу.
– Слава Богу, наконец дождь кончился. Я вижу, вы воспользовались хорошей погодой.
Мужчина виновато заморгал светлыми глазами, словно был браконьером, а не хозяином поместья. Он открыл было рот, затем снова закрыл. Резким движением сунул ей в руку мешок.
– Д-для вас.
– Спасибо, но вам не следовало этого делать. – Скрывая гримасу, Кэтрин взяла окровавленный мешок и держала его в вытянутой руке. – Можно спросить, что это?
– К-кролики. На обед.
Он сразу же расправил плечи и был так трогательно горд собой, что у Кэтрин не хватило мужества отказаться от подарка. Неискушенный в светских занятиях, Фабиан Сноу был метким стрелком и ярым охотником. Уже третий раз за последние две недели он приносил Кэтрин добычу – однажды связку фазанов, затем пару диких уток. Его подарки смущали ее не потому, что она была брезглива, а потому, что он вел себя как собака, положившая к ногам обожаемого хозяина добычу и жаждавшая его похвалы.
Кэтрин не знала, как излечить Фабиана от его робкого обожания, не обидев.
– Вы так нам помогаете, – сказала она. – Может быть, повар сделает пирог и вы пообедаете с нами. Я отнесу это на кухню прямо сейчас.
– М-миссис Сноу! – остановил ее его тонкий голос.
– Да?
– В-вы не должны взбираться на эту лестницу. Или мыть окна к-как служанка.
– Это только сегодня. И я почти закончила.
– Но тетя Л-Лорена р-рассердится. – Он склонил к плечу голову, холодный ветер шевелил его длинные волосы. – Это ее к-карета?
Издалека доносился топот копыт. Но длинный ряд дубов скрывал поворот дороги.
– Я не слышу скрипа колес, – сказала Кэтрин. – Но благодарю вас за заботу. Вы очень внимательны.
Его щеки запылали. Он медленно попятился, кивая головой и сжимая ружье, ствол которого был повернут в ее сторону.
– Э… тогда до свидания.
Показался всадник. Прикрыв ладонью глаза, он смотрел на них. Неожиданно копыта застучали чаще, лошадь переходила в галоп. Всадник устремилась через лужайку. Он нагнулся, как будто участвовал в скачках.
Он хотел раздавить их!
Ахнув, Кэтрин отскочила назад. Фабиан Сноу обернулся и испуганно вскрикнул. Лошадь оказалась между ним и Кэтрин.
Всадник, спрыгнув с седла, бросился на Фабиана и выбил ружье из его руки. Мужчины покатились по лужайке. Лишившись всадника, лошадь отбежала к деревьям и, замедлив бег, гордо заходила по кругу. Собака Фабиана начала яростно лаять на незнакомца.
Мешок с кроликами выпал из онемевших пальцев Кэтрин. Она застыла на месте, глядя, как незнакомец толкнул Фабиана лицом в грязь и завел его руки за спину. Кто же был этот сумасшедший?
у Кэтрин собиралась непременно это выяснить. Она бросилась к ружью. Сжимая оружие и стараясь унять дрожь в руках, Кэтрин двинулась к мужчинам. Фабиан жалобно стонал.
– Отойдите, – приказала она.
Не поворачивая темноволосой головы, незнакомец присел на корточки возле своей жертвы и крепко сжал его руки, заведенные за спину.
– Нет, пока я не успокою этого ублюдка.
– Я-я… о-о-о! – попытался что-то сказать Фабиан.
Его жалобный крик привел Кэтрин в ярость. Никогда раньше она не держала в руках ружья, но сейчас направила ствол вниз и положила пальцы на курок.
– Сейчас же отпустите его, или я выстрелю.
Мужчина поднял голову. Он посмотрел на нее долгим пристальным взглядом, и она ответила ему тем же, не желая, чтобы он заметил охватившее ее волнение от того, что она узнала его.
Его черные волосы растрепались, резкие черты лица свидетельствовали о мужественности. Это лицо трудно было не узнать. Суровое выражение на нем сменилось удивлением. Его глаза широко раскрылись, и она увидела, что они были серыми, как пепел погасшего костра. Их нельзя было назвать безжизненными. В них пылала такая сила, что взгляд мужчины обжигал ее.
Несмотря на прохладу, Кэтрин становилось жарко. Ее ноги грозили расплавиться как разогретый воск свечи. Это не мог быть он! Но это дьявольски красивое лицо запечатлелось в ее памяти. Ибо ей никогда не забыть его или ту трагическую цепь событий, вызванных его безнравственным поступком.
Берк Гришем. Лорд Торнуолд.
– Это вы, – произнес он странным гортанным голосом. – Боже, это вы!
– Простите?
Граф продолжал смотреть на нее… Его смуглое лицо побледнело. Выражение его смягчилось, губы чуть приоткрылись. Он смотрел на нее так, как будто от этого зависела вся его жизнь.
Кэтрин отогнала эту абсурдную мысль. Они никогда не встречались. Она видела лорда Торнуолда один раз, издали, тогда он был слишком увлечен оргией, чтобы заметить ее.
Зачем он приехал сюда?
Раздался тихий стон Фабиана. Сноу.
– Уходите! – снова сказала она графу.
Он не ответил. Сосредоточенное выражение его лица изменилось, оно окаменело. Немного поколебавшись, он отпустил Фабиана, который сел, осторожно растирая руку.
Его одежда спереди была покрыта грязью. Волосы торчали в разные стороны. Он поспешно отодвинулся в сторону.
– П-почему вы ударили меня?
Берк Гришем выпрямился во весь рост. Его костюм для верховой езды, сюртук фиолетового оттенка и бежевые бриджи сохраняли безупречный вид, и только несколько грязных пятен портили блеск черных ботфортов. Поправляя галстук, он олицетворял вызывающую элегантность лондонского повесы.
– По-моему, это ясно. Вы ружьем угрожали ей.
– Вот уж чего он не делал! – запротестовала Кэтрин. – Почему у вас возникла такая нелепая мысль?
– Я видел, как он направил на вас оружие.
Она подавила в себе непонятное волнение – граф, как рыцарь в сияющих латах, прискакал ее спасать.
– Вы пришли к такому заключению, находясь так далеко, и даже не убедились в правильности своего подозрения? Вы набросились на невинного человека!
– Я подумал, вам грозит смертельная опасность…
– Сначала вы могли бы спросить об этом.
– И увидеть вас мертвой?
– Положение было абсолютно безобидным. Я не нуждалась в спасителе. И все это происходило не на поле битвы, сэр.
Слабый румянец вспыхнул на лице графа. Он потер щеку, и кривая усмешка сделала его обаятельным.
– Кажется, это так. Видимо, я совершил глупую ошибку. Пожалуйста, примите мои искренние извинения.
Кэтрин было приятно видеть его смущение. Он заслуживал худшего за то, что обидел Фабиана. И за то зло, что причинил Альфреду.
– Будьте добры, выскажите ваши сожаления непосредственно мистеру Сноу. Ему принадлежит это мирное имение.
Лорд Торнуолд повернулся к Фабиану и поклонился:
– Прошу простить меня.
Фабиан поднялся на ноги. Он попытался смахнуть с себя грязь, но только размазал ее по своему мешковатому твидовому костюму.
– Д-да, конечно.
– Вам надо почиститься, – спокойно сказала Кэтрин, подходя к нему. – Я разберусь с нашим посетителем.
Сноу грязными руками взял у нее ружье.
– Вы в этом у-уверены?
– Да. Идите домой.
Он сгорбился и, в сопровождении собаки, пошел через лужайку.
– Мне показалось, вы сказали, что он владелец этого имения.
Кэтрин повернулась и увидела, что граф смотрит на нее настороженным взглядом. Теплая волна пробежала по телу, и это ощущение испугало. Она коротко ответила:
– Да.
– Так куда же он пошел?
– Он живет в доме вдовы.
В прошлом году после смерти Альфреда его двоюродный брат унаследовал все имение. Фабиан добровольно отказался от большого дома, желая не выгонять из него Лорену, ее дочерей и Кэтрин. Но она не была обязана давать объяснения этому человеку.
– Теперь, когда все улажено, вы можете ехать своей дорогой.
– Но я приехал повидать вас, Кэтрин Сноу.
Берк Гришем произнес ее имя с такой уверенной фамильярностью, что Кэтрин подумала, не заметил ли он, как тогда, несколько лет назад, она разглядывала его. Воспоминание вызывало боль, к горлу подступила тошнота.
Она спрятала руку под шаль и дотронулась до изящного маленького овального предмета, теплого от соприкосновения с ее кожей. Медальон. Конечно, теперь понятно, почему он узнал ее. Должно быть, Альфред показывал ему ее портрет.
– Вы заявляете, что знаете меня, – холодно сказала она, – но мы с вами никогда не встречались.
– К сожалению, это правда. – Неожиданно граф шагнул к ней и сорвал чепчик с ее головы.
Черепаховые шпильки выпали из волос, и освободившиеся пряди рассыпались по плечам. Он дотронулся до одного блестящего темно-каштанового локона.
На мгновение Кэтрин растерялась от такого неожиданного и странного поступка. Неужели он со всеми женщинами обращался с такой же грубой фамильярностью? Да, она видела это собственными глазами. Она вырвала у него чепчик.
– Вы грубый, надменный и невыносимый человек. Я вынуждена попросить вас уехать.
– Я не уеду. По крайней мере пока не выясню, почему… – Таинственность придавала особую проникновенность его голосу.
– Вы шутите. Говорите, что вам нужно, и уезжайте.
– Сначала разрешите представиться.
Хмурые облака расступились. Солнечный луч скользнул с высоты и осветил графа золотистым светом. И тотчас же его темные, растрепанные ветром волосы засветились. Крохотные зеленые искорки заиграли в серых глазах. Резкие черты лица приобрели поразительную мужскую красоту, блеск бронзового героя.
– Меня зовут Гришем, – сказал он. – Берк Гришем.
Слабая надежда, что она, может быть, ошиблась, скоропостижно скончалась.
– Пресловутый граф Торнуолд.
– К вашим услугам, мадам.
Мужчина достал из нагрудного кармана золотую коробочку и, вынув визитную карточку, протянул ее Кэтрин. Гнев и отвращение закипали у нее в груди, она не могла отвести глаз от имени на карточке.
Господи! Сотню раз, лежа в одиночестве на своей постели и глядя на игру теней на потолке, она представляла себе эту сцену. Кэтрин предвкушала наслаждение, с которым выскажет свое презрение этому негодяю.
Но сейчас у нее пересохло в горле. Все слова, так часто повторяемые ею, вылетели из головы.
– Вы были при Ватерлоо, когда умер мой муж, – только и сказала она.
Луч солнца скрылся, лишив Берка Гришема героического блеска. Он опустил глаза, словно вглядывался в тайные мучительные воспоминания.
– Да.
Гнев душил ее Она швырнула его карточку на землю и каблуком втоптала в грязь. Затем подобрала мешок с убитыми кроликами и решительно направилась к дому.
По гравию дорожки заскрипели шаги. Граф схватил Кэтрин за руку и мягко, но властно удержал ее.
– Кэтрин, подождите! Я проехал половину Англии, чтобы поговорить с вами. По крайней мере выслушайте меня…
Она со всей силой взмахнула мешком и ударила его в грудь, оставив кровавые пятна на фиолетовом сюртуке.
– Для вас я – миссис Сноу.
Берк осторожно поднял руки ладонями вверх.
– Как вам угодно, миссис Сноу. Я приехал выразить вам свои соболезнования…
– Вы не очень спешили. Все остальные друзья моего мужа успели это сделать в прошлом году.
– Я был… занят другими делами. Но надеюсь, вы пригласите меня в дом. Ваша свекровь хотела бы, чтобы вы это сделали.
Он смутил ее блеснувшей улыбкой, искренностью в глазах. Неудивительно, что лондонские дамы находили его таким очаровательным. Несмотря на свой гнев, она прислушалась к его словам. Лорена придет в ярость, если Кэтрин прогонит отпрыска одной из первых семей Англии. Даже если его сиятельство был негодяем, который развратил Альфреда. А затем довел до гибели.


– Какая неожиданная честь, милорд! Подумать только, вы проделали весь этот путь от Корнуолла, чтобы посетить нас. Могу сказать, чтобы по-прежнему блистательны, как и говорил дорогой Фредди, упокой Господь его бесценную душу. А он упоминал о своих сестрах? Они произведут фурор, когда весной появятся в лондонском свете. Они сейчас спустятся сюда…
Пока миссис Лорена Сноу болтала, Берк с трудом заставлял себя спокойно сидеть в бархатном кресле. От камина в парадной гостиной шли волны удушливого жара. Он и раньше встречал женщин, подобных Лорене Сноу, честолюбивых, настойчивых, рассыпавшихся в похвалах перед более знатными членами общества и восхваляющих собственные добродетели перед теми, кто из вежливости выслушивал их.
Она сидела на диване как наседка. На ней было шелковое платье цвета лаванды, а на плечах золотистая расшитая шаль. Голубые глаза и чистая кожа говорили о том, что когда-то она была красавицей. Но теперь черты ее лица расплылись. В этом было что-то грубое, отталкивающе. Возможно, вульгарность, оттого что слишком много бриллиантов сверкало в ее ушах и на шее, или от ее кокетливых ужимок, когда она наклонялась вперед, выпячивая груди. Невероятно, что такая себялюбивая, пролезшая в общество особа произвела на свет такого приятного сына, как Альфред.
При воспоминании о друге сердце Берка наполнилось печалью. Он проклинал себя за бесполезную сентиментальность. Весь год его терзали горькие сожаления, и он не мог избавиться от них.
Всем сердцем он желал хотя бы на мгновение вернуть ту страшную минуту на поле сражения. Но прошлого не изменить. Оставалось только надеяться, что когда-нибудь он искупит свои ошибки.
За этим он и приехал сюда. Гришем хотел нанести короткий визит, чтобы выразить сочувствие, избавить себя от странного наваждения, каким стала хорошенькая вдова Сноу, убедиться, что с ней все в порядке, и затем уехать свободным человеком.
Вместо этого он повел себя как последний идиот.
Берк уже не видел пламени камина. Перед его глазами была лужайка, ружье, нацеленное на Кэтрин Сноу. Он снова ощутил охвативший его ужас, сознание своего бессилия, страх.
Он снова опоздал!
Он снова переживал происшедшее. В панике мчался галопом, ощущал толчок, когда бросился на нападавшего на нее человека. И невыразимое потрясение, которое испытал, услышав за спиной ее голос.
Тот самый голос, который звал, когда его ранили под Ватерлоо. Звавший Берка обратно на землю, манивший назад от сияющего света.
«Не покидай меня! Пожалуйста, не покидай меня!»
А потом там, на грязной лужайке, он чуть не сошел с ума от другого потрясения. Он увидел перед собой лицо, которое весь год преследовало его во сне и наяву…
– …А вы как думаете, милорд?
Гришем пришел в себя. Сложив на коленях руки, Лорена Сноу смотрела на гостя, ожидая ответа. Он и понятия не имел, о чем она спросила. Но граф наградил хозяйку дома самой обаятельной улыбкой.
– Простите. Я замечтался.
– Ах, это я виновата – утомляю вас своей болтовней, а вы, должно быть, устали от путешествия. Я только хотела узнать, как долго вы собираетесь пробыть в Йоркшире.
Один взгляд на Кэтрин Сноу, и его намерения в корне изменились.
– По крайней мере неделю, – сказал он, мгновенно отказавшись от своих планов. – Возможно, и дольше.
– Замечательно! Пожалуйста, позвольте мне пригласить вас пожить у нас в доме.
– Вы очень добры. Но мне не хотелось бы причинять вам беспокойство.
– Глупости! Никакого беспокойства, совсем никакого. Мой дорогой Фредди хотел бы, чтобы вы остались. Он был таким милым мальчиком, таким добрым к друзьям и своей семье. – Лорена приложила к глазам носовой платок с черной каемкой. – Посмотрите на меня. Разговор о сыне превратил меня в садовую лейку. Уж вы простите.
Ее горе тронуло Берка.
– Здесь нечего прощать, – серьезно ответил он. – Альфред был прекрасным человеком и героем Ватерлоо. Я бы отдал свою жизнь, чтобы вернуть его.
– Вы должны понять материнские чувства и уделить время для наших общих воспоминаний, – сказала Лорена, шмыгая носом: – Так вы говорите, что примете мое приглашение?
«Остаться под одной крышей с Кэтрин?»
– С удовольствием.
Лицо Лорены сморщилось от радостной улыбки. Взглянув на дверь, она поднялась с дивана.
– Вот и они наконец! Две мои дорогие дочурки.
Три женщины вошли в комнату, и Берк встал. Позади, около резных дубовых дверей, ведущих в холл, застыла Кэтрин Сноу, темный и хрупкий соловей позади яркого оперения двух золовок.
В отличие от них она не сменила платья. Черный бомбазин придавал бледность ее лицу, плоеный чепчик скрывал густые волосы. Но красота Кэтрин затмевала других дам. Она казалась ангелом, от изящного изгиба нижней губы до чистой линии профиля. Слишком большая шаль не могла скрыть восхитительную форму груди и женственность талии. Берк напомнил себе, что он здесь для того, чтобы выполнить свою клятву. Но его тело мыслило иначе, оно требовало другого.
И неудивительно, что Альфред никогда не привозил Кэтрин в Лондон. Замужем или нет, она бы вызвала настоящую бурю среди джентльменов, жаждущих добиться ее милостей.
Берка поразили ее потухшие янтарные глаза. Ни одной искорки. Пылкая женщина, угрожавшая застрелить его, исчезла. Сейчас она, опустив глаза, смотрела на персидский ковер, покрывавший пол.
Лорена Сноу подвела дочерей к Берку:
– Милорд, это мисс Присцилла и мисс Пруденс.
– Добрый день, милорд, – прощебетали они.
Лорена тайком сделала им знак, и обе девицы присели в глубоком реверансе. Не будучи красавицами, они были вполне презентабельны. В Лондоне они могли бы даже пользоваться большим успехом благодаря своему сходству и выражению невинности на свежих личиках. Приседая, они походили на пару ухоженных фазанов – Пруденс в красновато-оранжевом наряде, а Присцилла в зеленовато-золотом. Или наоборот?
Берка это не интересовало. Когда он должным образом целовал молочно-белую руку каждой из близнецов, его внимание было устремлено на Кэтрин, остававшуюся у дверей.
– Как редко встречаешь даже одну такую грацию и элегантность, – привычно говорил он. – А две сразу – это потрясающе.
Девицы переглянулись и хихикнули, тряхнув светлыми волосами, оттенявшими их безупречную кожу.
– Чай принести сейчас, мадам? – спросила Кэтрин.
Лорена кивнула:
– Спасибо.
Берк предвкушал возможность поговорить с Кэтрин, и теперь, не веря своим глазам, смотрел, как она собирается уйти. Ее отсылали как горничную. Это, в том числе, и непривлекательная одежда, создавало мрачную картину. Лорена с дочерьми смотрела на Кэтрин как на свою служанку.
– Прошу прощения, мадам, – с коротким поклоном сказал Гришем хозяйке.
– Но, милорд…
– Подождите.
Он торопливо вышел из комнаты и догнал Кэтрин в дальнем коридоре. Несмотря на хрупкость ее фигуры, он почувствовал твердые мускулы ее предплечья. И впервые заметил ее огрубевшие и покрасневшие руки.
Невольно в нем вспыхнуло желание защитить Кэтрин.
– Я не допущу, чтобы с вами так обращались, – со скрытой суровостью сказал он.
Ее глаза удивленно осветились янтарным блеском.
– Обращались как?
– Как с рабыней, черт побери. – Берк порывисто схватил ее руку и поцеловал огрубевшую кожу.
Казалось, между ними пробежала искра, словно соединившая их, и проникла в его душу.
– Вы должны носить шелковые платья и рисовать акварели.
Кэтрин отдернула руку и потерла то место, к которому прикоснулись его губы.
– Кроме этого, милорд, мои художественные таланты включают умение делать прически и готовить десерты. К тому же моя жизнь вас не касается.
Если бы она только знала! Он глубоко вздохнул, стараясь успокоиться.
– Мне бы хотелось, что вы присоединись к нам за чайным столом.
– Сожалею, но есть домашние дела, требующие моего внимания…
– Я требую вашего внимания.
– О, в самом деле? – Ее глаза снова блеснули, излучая чарующую прелесть. – Не сомневаюсь, трех прелестных дам вполне достаточно, чтобы развлечь даже такого ловеласа, как вы.
– Вы ничего не знаете о том, какие именно женщины в моем вкусе.
– Я знаю достаточно, чтобы отказаться от любых отношений с вами.
Гневно взглянув, на Берка, она сжала в руке какую-то вещь на тонкой золотой цепочке, спрятанную под шалью. Медальон.
Неожиданно граф заметил белую резную камею с изображением ангела, протягивающего руки к бриллиантовой звезде… и узнал ее. Это был тот самый медальон, который Берку во время сражения показывал Альфред.
Вид медальона взволновал Берка. Ведь он уже где-то видел его.
От охватившего душу суеверного страха дрожь пробежала по спине Гришема. Стены, казалось, надвинулись на него, сжимая виски. И, как неотвратимая волна морского прилива, перед глазами возникло видение…


Кэтрин сидела в глубоком кресле в библиотеке, наклонив голову так, что сзади на шее была видна маленькая родинка. С грустью в глазах она смотрела на лежавший на коленях кожаный футляр для драгоценностей и водила кончиком пальца по вытесненным на крышке золотым буквам.
«Ты вовсе не обязан был привозить мне подарок из Лондона», – говорила она, открывая футляр.
Потом ахнула и с благоговением вынула из белого бархата два медальона с камеями, расстегнула крошечные замочки на каждом из них и стала разглядывать миниатюры.
Нежная улыбка осветила ее лицо.
«Само совершенство. Мой портрет для тебя, а твой для меня. – Она приложила медальон с его изображением к муслиновому платью. Глаза Кэтрин затуманились, и она поклялась: – Он всегда будет рядом с моим сердцем»…


Видение исчезло. Берк пришел в себя. Он по-прежнему стоял в коридоре, резьба на стене врезалась в его спину, а по лбу струился пот.
Это произошло опять. Сцена представала перед его мысленным взором подобно пьесе. Нет, не пьесе! А словно реальность. Как будто он в самом деле подарил Кэтрин футляр с двумя одинаковыми медальонами.
Невероятно!
Весь прошедший год его безжалостно преследовали подобные фантазии. Они доводили его до такого состояния, что он чувствовал, как сходит с ума. Наконец Берк понял, что должен приехать в этот дом в надежде изгнать демонов, овладевших его разумом.
Вместо этого видение оказалось еще более ясным, чем ранее. До сегодняшнего дня он только однажды мельком видел ее изображение, на медальоне. Однако Кэтрин выглядела и вела себя в жизни совершенно так же, как и в воображении Берка.
Он жаждал разумного объяснения. Парного медальона не существовало. Личные вещи Альфреда были присланы его вдове. Естественно, она носила его медальон из сентиментальных побуждений.
– Милорд? Вы побледнели. Вы здоровы?
Берк увидел перед собой лицо Кэтрин. Ее темная бровь была вопросительно поднята, и это выражение ее лица почему-то показалось ему знакомым. Он видел его раньше.
«Спроси ее, – прошептал внутренний голос. – Спроси ее, существует ли парный медальон».
Но пересохло во рту, горло словно одеревенело.
Кэтрин выглядела до боли знакомой, начиная с густых каштановых волос, выбивавшихся из-под чепчика, до янтарных глаз, таких больших и таинственных, вызывавших мысли о чувственности, которые мучили его в мечтах. Гришема сжигало желание прижать ее к стене и целовать, ласкать, ощущать. Сравнить действительность с фантазиями.
Боже, он действительно сходит с ума.
С усилием Берк изобразил улыбку.
– Не надо этого чая, – сказал он. – Пора нам поговорить наедине. Почему бы вам не показать мне мою комнату?
Ее бровь взлетела еще выше.
– Вы не останетесь здесь.
– Нет, останусь. Ваша свекровь пригласила меня.
Румянец на щеках сделал Кэтрин еще привлекательнее. Она чуть не задохнулась, под черной шалью от глубокого вздоха поднялась грудь.
Кэтрин была готова заговорить, но из гостиной послышалось угрожающее шуршание юбок. В дверях появилась Лорена.
– Что здесь за перешептывание? Кэтрин, ты не должна приставать к лорду Торнуолду. Отправляйся назад, в кухню.
– Я просил леди проводить меня в мою комнату, – вмешался Берк. – Признаюсь, я вдруг почувствовал усталость.
– О, но Присцилла или Пруденс были бы рады сопровождать вас…
– У ваших дочерей будет еще много времени познакомиться со мной за обедом.
Лорена поджала губы, с подозрением и неудовольствием взглянула на Кэтрин, затем взяла себя в руки и наградила Берка любезной улыбкой.
– Как вам будет угодно, милорд. Кэтрин, отведи его сиятельство в голубую бархатную комнату.
– Да, мадам, – опустила глаза Кэтрин.
Это неожиданное смирение возмутило Гришема. Кэтрин в присутствии свекрови превращалась в серую тень.
Граф предложил девушке руку, но она скользнула вперед и, стуча каблуками по мраморному полу, повела его по парадной лестнице. Берка преследовало странное ощущение. Он уже бывал здесь. Ему была знакома вся эта обстановка, позолоченная балюстрада, тройной канделябр, обои в золотую полоску.
Но так же быстро, как и возникло это фантастическое ощущение, он подавил его. Этот дом был отделан в том же витиеватом стиле времен Регентства, что и Карлтон-Хаус. Вот и все. Его галлюцинации были просто абсурдны. Но как бы то ни было, должно же существовать разумное объяснение того, что ему кажется и что он знал ее раньше. Берк решил, что пробудет в этом доме, пока не разрешит эту загадку.
Неожиданно с плеч Кэтрин соскользнула шаль. У нее была красивая спина, талия, подобная песочным часам, женственные плечи и изящная шея. Словно молния мозг Берка поразило воспоминание о видении, в котором он видел, как она открывала футляр с медальонами… И видел эту маленькую родинку на ее шее.
Глядя на нее сейчас, он чувствовал мистический холод.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Проблеск небес - Смит Барбара Доусон



Неплохо ...читать можно
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВиктория
2.04.2013, 12.51





Особых чувств не вызвал.почитать можно,когда больше нечего:-) 5/10
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонТаТьяна
28.10.2014, 11.02





Да, роман один из многих, но вызывает очень приятные чувства, и вполне достоин прочтения.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонТаня Д
13.05.2015, 18.50





Хороший конец. Но сам роман не очень... какие-то видения, фантастика... 8/10
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВикки
15.05.2015, 9.06





Мне понравился роман. Конечно, видения больше подошли бы женщине, но отрывки из прошлой жизни героев помогли ГГерою понять и помочь Кэтрин.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВ.А.
20.08.2015, 16.00





По аннотации ожидала большего, герои не впечатлили, их горести не задели... Ну это ладно, вот галлюцинации героя на протяжении всей книги - это мда! А главное, я так и не поняла, для чего они были вписаны. Если для скуки - то да, автору это удалось. Я скучала, читая этот роман.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонНаталия
27.10.2016, 19.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100