Читать онлайн Проблеск небес, автора - Смит Барбара Доусон, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Проблеск небес - Смит Барбара Доусон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.88 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Проблеск небес - Смит Барбара Доусон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Проблеск небес - Смит Барбара Доусон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смит Барбара Доусон

Проблеск небес

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Теплое, тяжелое, возбужденное мужское тело. Она чувствовала его за своей спиной. Его дыхание касалось ее щеки. Он провел рукой по ее плечу, шее и ямочке на горле. Легко, как прикосновение ангельского крыла. По ее коже пробежала дрожь. Через мгновение эта божественная рука опустилась на грудь, скользнула по соскам и ложбинке между грудями.
Кэтрин погрузилась в туманное забытье между сном и явью. Это было чудом. Он все еще хотел ее; он все же пришел к ней. Его ласки обещали блаженство рая и удовлетворение плоти. Сладкое, настойчивое желание охватило тело.
«Ниже, – расслабленно думала она. – Ниже».
Берк как будто читал ее мысли. Медленно-медленно его рука опускалась вниз. И замерла на животе. Его пальцы шевелились как-то странно, как будто ища чего-то. Ей казалось, он стремится узнать ее самую сокровенную тайну.
«Ниже! – снова требовал неслышимый голос внутри ее. – Ниже».
Она на несколько секунд затаила дыхание, но его рука двинулась дальше, туда, где его так ждали. Она беспокойно зашевелилась, когда он сквозь ночную рубашку дотронулся; до нее. Блаженный вздох облегчения вырвался из горла, и Кэтрин отдала всю себя его нежным ласкам.
Божественное наслаждение возносило ее все выше и выше. Она чувствовала, как все ее естество готово взорваться от растущего, разгоравшегося желания. Наконец этот миг высшего наслаждения настал, и Кэтрин, рыдая от восторга, вновь опустилась в темноту полузабытья.
Постепенно она приходила в себя. Его рука все еще лежала на ее лобке. Его тело прижималось к ней. Грудь тяжело вздымалась. Ни в каком сне она не испытала бы такого блаженства.
Она открыла глаза и увидела бархатную темноту ночи. Берк лежал позади нее; она узнала его запах, его ласки. Бурный восторг охватил Кэтрин, и она задрожала. Она гладила его руки, любовно лаская жесткие волоски на его выпуклых мускулах.
Он потерся носом о ее шею. Провел языком по изгибу уха. Судорожно выдохнув, Кэтрин повернула голову, подставляя губы для поцелуя.
– Кэтрин, – прошептал Гришем. – Ты ведь знаешь, что это я?
Неуверенность, звучавшая в его голосе, тронула ее. Неужели Берк мог подумать, что она пустит в свою постель другого мужчину?
Она повернулась на спину, и слабый свет догоревшего камина осветил его темный силуэт. Она провела кончиками пальцев по его очертаниям. Крепкие челюсти. Скулы благородной формы. Чуть длинноватые волосы на шее. Широкие плечи. И возбужденное доказательство его желаний.
– Конечно, знаю, – прошептала она. – Даже во сне я знаю. – В темноте она нащупала его плечо и прижалась губами к шраму. – Можешь мне поверить, у тебя необыкновенный талант пробуждать и возбуждать женщину.
Он засмеялся.
– Я рад, что ты не подняла страшный крик. Признаюсь честно, не был уверен, что я желанный гость.
И снова это легкое беспокойство, так несвойственное его образу беспечного человека. Ее сердце забилось. Возможно, его приход сюда означал, что ему нужно нечто большее, чем удовлетворение требований плоти. Возможно, как и ей, ему нужна другая, глубокая близость. Накануне ночью после долгих и тяжелых размышлений Кэтрин приняла решение испытать с ним то недолгое счастье, какое он мог бы предложить ей. Только надо быть осторожнее, чтобы никто на свете не узнал об их тайне.
Она ласкала его лицо, и небритая кожа царапала руку.
– Я могла бы просто сказать, что ты желанный гость в моей постели, – тихо сказала Кэтрин. – Но лучше я покажу тебе это.
Берк молча наблюдал, как она расстегивает на груди пуговки. Ему не верилось, что она так охотно приняла его, так быстро и страстно ответила на ласки. Ее исступленные крики все еще звучали в его ушах, разжигая страсть.
«У меня достаточно силы воли, чтобы не позволить мужчине дурно поступить со мной».
Он ожидал сопротивления. Берк предполагал, что ему придется уговаривать ее раздеться. Так, чтобы посмотреть на полукруглый шрам и раз и навсегда убедиться, безумен ли он или у него просто богатое воображение.
Но сейчас, как только она подняла руки и через голову сняла ночную рубашку, он забыл о своей цели. Сквозь темноту он увидел ее обнаженной. Ноги словно из алебастра. Округлые груди. Тонкая талия. Женственные бедра.
Все это принадлежит ему.
Кэтрин опустилась на колени, касаясь ими его тела. Берку безумно захотелось прижать ее к себе. Он начал приподниматься на локте, но она осторожно взяла его за плечи и заставила лечь.
Наклонившись, Кэтрин прошептала:
– Ты дал мне наслаждение. Теперь позволь мне сделать то же для тебя.
Даже в самых безумных мечтах он не представлял этого, и теперь замер и не шевелился, в то время как она изучала его тело, покрывая нежными и жгучими поцелуями плечи, шею, лицо. Аромат свежести и чистоты веял от нее. Дамы, которых он знал, требовали ухаживаний, оказывая милости в обмен на экстравагантные подарки и щедрые комплименты. То, что Кэтрин давала ему, ничего не требуя взамен, придавало его ощущениям особый эротизм и глубоко трогало душу.
Больше всего в эти мгновения хотелось верить, что Кэтрин любит его, что она может излечить от презрения к себе, терзавшего его душу. Она олицетворяла все, чего была лишена его бессмысленная жизнь. Слишком долго у него была близость без душевной близости, дружба без доверия, привязанности без преданности.
«Моя единственная любовь умерла».
Берк сдержался и не сказал того, что рвалось из его души и чего нельзя было говорить. Ее сердце принадлежало умершему. Ему следует не забывать об этом.
Груди Кэтрин были мучительно близко от него. И он снова понял, что мужчина из плоти и крови имеет явное преимущество перед призраком. Отбросив в сторону силу воли, он взял в ладони одну грудь и припал к ней губами. Она застонала от наслаждения, и он почувствовал прилив мужской гордости, примитивное удовлетворение от того, что пробуждает в ней такую страсть, хотя бы на короткое время.
Кэтрин гладила его щеку, а другой рукой скользила вниз по его телу, пока не добралась до источника всех радостей и наслаждений. Словно найдя сокровище, она благоговейно погладила его, и у Берка до боли сжалось горло.
– К черту терпение!
Берк перевернул Кэтрин на спину, накрыл своим телом и со всей силой, вырвавшейся на свободу, прижался к ее губам. Она опьяняла его, как будто он пил из источника самое прекрасное из вин. Он был на грани безумия. Не отрываясь от ее губ, чувствуя ее готовность принять его, он вошел в нее, и их тела слились.
Ее лицо слабо светилось, и ему казалось, что он вернулся домой после долгого отсутствия. Желание найти объяснение необъяснимому овладевало им.
– У меня такое чувство, что это уже было между нами… где-то… когда-то.
Ее ресницы затрепетали. Она открыла глаза. На губах промелькнула полусонная улыбка.
– Этого не могло быть, – прошептала она, поворачивая голову, чтобы поцеловать его ладонь. – Я не смогла бы забыть это, такое прекрасное.
Она пошевелила бедрами, и все мысли исчезли из его головы. Берк еще глубже погрузился в нее, повторяя вечный как мир ритм, на этот раз с восхитительным ощущением новизны. Долгие месяцы воздержания обострили его ощущения, он словно погружался в раскаленную реку, в водоворот, уносивший их обоих вверх, к чудному яркому свету. Его блеск неудержимо манил его, и он крепко держал Кэтрин, увлекая ее с собой в таинство этого путешествия.
Ее экстаз вызывал в нем неведомый раньше восторг.
Их тела сплелись, их дыхание смешалось. Как ошибался Альфред: Кэтрин ничего не таила в себе, она полностью, отдавалась чувству.
Но об Альфреде он знал из своего видения. Или это происходило в реальной жизни?
– Берк, – прошептала она. – Я была в раю.
– Да. – Страшная истина потрясла его, не оставляя сомнений. – Ты заглянула в рай.
Не выпуская ее из объятий, Гришем повернулся на спину и закрыл глаза, пытаясь сохранить эти ощущения. Они были настолько невероятны и прекрасны, что напомнили о забытье, в котором он находился, когда был ранен. Сквозь сжатые веки он видел тоннель, свет в нем; он чувствовал, как его переполняет любовь, безграничный покой. Было ли это лишь в его воображении? Или на самом деле? Не покинула ли тело на несколько мгновений его душа и устремилась на небеса?
«Абсурд, – издевательски усмехнулся в нем циник. – Рай существует только для религиозных проповедников и верующих прихожан, достаточно глупых, чтобы поверить в чудеса».
И конечно, в объятиях женщины.
Но сводящий с ума вопрос настойчиво вертелся в его голове: покидает ли душа тело человека в момент смерти? Если он умирал вместе с Альфредом, этим можно было бы объяснить невозможное…
– Берк? Тебе нельзя спать.
Открыв глаза, он повернулся к Кэтрин. Его удивило, что теперь он уже ясно видел ее – кремовую гладкость кожи, женственную линию груди и бедер, припухлость губ.
Приподнявшись на локте, он взглянул на окно и заметил розовую полоску над темными деревьями. На столике у кровати слабо поблескивали очки, лежавшие на стопке книг.
– Боже мой! Скоро рассвет.
Кэтрин натянула на себя простыню и шепотом ответила:
– Это я и хотела сказать. Скоро проснутся слуги. Тебе пора уходить.
Его словно ударили по лицу. Всего несколько минут назад он забыл обо всем на свете, предаваясь любви, какой он еще никогда не испытывал. А теперь она хочет, чтобы он ушел, как будто то, что произошло между ними, было не более чем совокуплением двух животных.
«Моя единственная любовь умерла».
Ему бы следовало об этом помнить. Он чувствовал себя обманутым и даже преданным. Судьба смеялась над ним. Первым всегда уходил он. Сейчас он впервые жаждал остаться в объятиях женщины, а его прогоняли, как жеребца, выполнившего свое предназначение.
«Но нет, – мрачно решил Берк. – Я не уйду, пока не достигну цели, ради которой пришел сюда. Цели, о которой почти забыл в своем желании обладать Кэтрин».
Встав на колени, он смотрел на ее грудь и ниже, на живот, скрытый под простыней. Потом протянул руку и неожиданно поймал себя на том, что нежно гладит ее бедро. Теплота женского тела вновь пробудила в нем неистовое желание.
Нежная улыбка осветила ее лицо, Кэтрин остановила его руку и тихо спросила:
– Ты придешь сегодня ночью?
От такого приглашения он не мог отказаться.
– Да.
Гришем собирался встать, но она удержала его:
– Берк, можно я… еще что-то спрошу?
– Спрашивай.
Она прикусила губу. С очаровательным смущением, светившимся в ее янтарных глазах, она заглянула ему в глаза.
– Ты не мог бы отложить свой отъезд?
Надежда вспыхнула в нем. Несмотря на свои глупые желания, он равнодушно сказал:
– Это зависит от того, что ты мне предложишь.
Кэтрин наклонила голову и смотрела на их соединенные руки, как будто ей было трудно это сказать.
– Только себя. Если ты останешься, мы можем так проводить каждую ночь.
– И как долго будет длиться этот маленький роман?
Она снова подняла голову.
– Я… не знаю. Сколько обычно это длится? Ты знаешь об этом лучше меня.
Он действительно это знал. Но не знал, как это бывает, когда женщина ранит сердце. Когда может выслушать самые страшные тайны, не осуждая. И которая настолько глубоко вошла в душу, что он видит ее даже во сне.
Кэтрин лежала на подушках, разметав волосы. Ее рука все еще лежала на его руке. Ему до боли хотелось верить в ту незащищенность, которую он видел в ее глазах.
Не в силах сдержаться, Берк наклонился и коснулся ее губ.
– Тогда пусть пока будет просто одна ночь за другой.
Не дожидаясь ответа, он откинул простыню. Заря освещала розовым светом перламутровое сияние ее кожи. У нее было совершенное тело, пышная грудь и талия, узкая, как у песочных часов, переходящая в роскошные женственные бедра.
Медленно, преодолевая странное нежелание заменить воображение явью, Берк смотрел на ее плоский живот… И увидел. Тонкий шрам в форме полумесяца на белой коже.
Он похолодел. Не веря своим глазам, провел по нему пальцем. Чуть бугристый, почти незаметный. Неудивительно, что он не различил его в темноте.
– Откуда у тебя это? – хрипло спросил он.
Как бы защищаясь, Кэтрин прикрыла шрам рукой.
– Я… это пустяки. Это случилось очень давно.
Стук в висках помешал Берку. Он хотел убедиться, что этот шрам – плод его фантазий.
Но он был реальностью. Берк видел его так же ясно, как и в своих видениях.
Темнота надвигалась на него. Он уже не мог сопротивляться и падал в черную бездну. Забрезжил свет. Сверкающий тоннель, в котором острота восприятия вернулась.
Шрам был ключом к загадке, мучившей его весь год, с того времени, когда он чуть не умер в Ватерлоо и вернулся домой, преследуемый образом женщины, которую он никогда не видел. ТВсе его размышления приводили только к одному логичному объяснению. Оно было невероятным. Непостижимым. И верным.
Гришем встал с постели и заходил взад и вперед по маленькой спальне.
– Передача памяти, – вслух размышлял он. – Вот почему я все это видел. Должно быть, это произошло так: Альфред умер как раз в тот момент, когда я был ранен…
– О чем ты говоришь? Что означает это «все»? Что произошло?
Он резко повернулся к Кэтрин, которая, нахмурившись, смотрела на него. Она сидела, опершись спиной на спинку кровати и поджав ноги, укрытые стеганым покрывалом. Она все еще прижимала руку к животу, пряча предательский шрам.
Его страх исчез от охватившего возбуждения. С найденным объяснением пришло ощущение легкости, свободы, освобождения от страха. Он не сумасшедший. Скорее всего он получил ужасающий дар. И ему захотелось поделиться этим поразительным открытием с единственной женщиной, которая была ему дорога.
Берк присел на край постели.
– Кэтрин, как ты думаешь, душа человека покидает его тело после смерти?
Она склонила голову набок.
– Думаю, да. Церковь учит, что мы все отправимся на небо… или в ад, в зависимости от того, как прожили свою жизнь на земле.
– Да, а теперь слушай внимательно. В то, что я скажу, невозможно поверить, но это правда, клянусь тебе. – Берку было необходимо дотронуться до нее, чтобы почувствовать реальность человеческого тепла, и он взял ее за руки. – Когда Альфред был ранен в сражении, я взял его на руки и пытался вынести на безопасное место. Он умер у меня на руках.
Глаза Кэтрин затуманились.
– Я об этом не знала.
Берк чувствовал, как сжимается его сердце, но собрался с силами.
– Он испустил дух всего лишь за мгновение до того, как меня самого ранило. Когда пуля ударила меня, боль как раскаленное железо пронзила тело.
Кэтрин тяжело вздохнула и посмотрела на плечо Берка, затем на его лицо.
– Никто не должен так страдать. Но какое отношение это имеет к душе?
– Я подхожу к этому. То, что произошло дальше, до сих пор кажется мне нереальным. Боль утихла и полностью исчезла. Я почувствовал, что поднимаюсь вверх, я взглянул вниз и увидел свое тело, лежащее на грязной земле возле кареты, в которой мы перевозили раненых.
Кэтрин подняла бровь, но промолчала. Гришем искал подходящие слова для описания всего произошедшего.
– Вокруг меня была только темнота, непроницаемая, но мягкая. Я увидел сиявшую вдалеке звезду и бессознательно поплыл к ней. Чем больше я приближался к ней, тем ярче становился тоннель, образуемый лучами, они тянулись ко мне, обволакивали. Я чувствовал… – Его голос звучал странно даже для него самого, но он заставил себя продолжать. – Меня охватило ощущение всепоглощающей любви и покоя. Я понимаю, это звучит глупо, но так оно и было.
– Тебе, должно быть, это снилось.
– Я тоже так говорил себе. Но произошло нечто совершенно странное. Я почувствовал, что я не один. – Берк замолчал, заметив, как хмурится Кэтрин. – Теперь я верю, что это была душа твоего мужа.
– Ты пытаешься убедить меня, что твоя душа покинула тело и вознеслась на небеса? И ты это помнишь? – Кэтрин покачала головой. – Должно быть, ты бредил, вот и все.
– Я тоже не хотел в это верить. Но с тех пор меня посещали видения, которых я не могу объяснить. Я видел тебя, Кэтрин.
– Меня?
Он кивнул. Этого он боялся. Гришем боялся, что она не поверит ему.
– Наконец я пришел к заключению, что в этом сияющем тоннеле моя душа каким-то образом соприкоснулась с душой Альфреда. И его воспоминания о тебе вселились в мою душу. По крайней мере часть из них.
Кэтрин откинулась назад, потрясенная этим невероятным рассказом. Он казался ей неправдоподобным, даже бредом сумасшедшего. Берк сидел во всем великолепии своей наготы, его демонические глаза сверкали на невероятно прекрасном лице так, что, несмотря на свое недоверие, она чувствовала, как ее тянет к нему. Кэтрин снова подумала, не ужасы ли войны повредили его ум. Холодок пробежал по спине, и она почувствовала, что их удивительная близость потихоньку исчезает.
– Зачем ты выдумал все это? – тихо спросила она.
Его рука напряглась.
– Это не выдумки. Послушай. Помнишь, когда нас застала гроза в пастушьей хижине, я задал тебе несколько вопросов?
Кэтрин кивнула. Этот случай остался навсегда в ее памяти. Именно с той поры она по ночам обнимала подушку и снова переживала волнение от их первого поцелуя.
– Я спросил тебя о медальоне, который часто вижу на тебе, – сказал Берк. – Том самом, на котором ангел протягивает руки к бриллиантовой звезде.
Она отняла руки и прижала их к горлу. Медальон теперь лежал в ящике; когда она поняла, что ее влечет к Берку, она больше не хотела надевать его.
– Помню.
Он пристально посмотрел на нее:
– Хоть я и притворился удивленным, но знал, что существует пара таких медальонов. Потому что видел, как ты открывала шкатулку с драгоценностями, которые подарил тебе Альфред.
Она была поражена.
– Ты хочешь сказать, что видел меня?
– Видения… нет, воспоминания, возникали в моей голове так, как будто передо мною разыгрывалась пьеса. В эту минуту ты сидела в большом кресле в библиотеке. Я помню, как ты прижимала к груди медальон и повторяла: «Я буду носить свой у сердца всю жизнь».
По спине Кэтрин пробежали мурашки, как будто до нее дотронулись пальцы призрака, но она постаралась найти разумное объяснение.
– Тебе мог рассказать об этом Альфред. Не представляю, зачем он это сделал.
Пожав плечами, Берк протянул руку и взял очки Кэтрин. Он наклонился и с нежностью, от которой у нее сжалось сердце, надел их ей на нос и заправил дужки за уши.
– В хижине я также спрашивал, надеваешь ли ты очки, когда читаешь.
– Ты просто догадался.
– Нет. Я знал. Однажды видел, как ты сидела на постели и читала. – Он огляделся. – Хотя это была другая кровать. Там был зеленый бархатный полог и позолоченное дерево.
Во рту у Кэтрин пересохло, и она прошептала:
– Моя комната в хозяйских покоях. Лорена заперла ее после смерти Альфреда.
– Значит, я прав.
Он смотрел на нее с какой-то непонятной настойчивостью. Кэтрин дрожащими руками сняла очки.
– Я видел еще многое, – сказал Берк. – Поэтому прежде всего приехал сюда из-за этого. Мне казалось, что я схожу с ума. Я постоянно видел тебя то сидящей в розовой беседке, то читающей книгу детям Гаппи или вспоминал твой восхитительный йоркширский акцент. Однажды ты шла по портретной галерее и заметила, что ни один из портретов не принадлежал предкам Сноу.
Кэтрин отодвинулась от Гришема. Ее беспокоили его странные намеки на события, о которых он просто не мог знать, как о том случае, когда она сожгла в камине карты Альфреда. Но скептицизм отвергал убедительные доказательства, приводимые Берком.
– Ты говоришь о том, что мог узнать, уже приехав сюда. Но зачем обманываешь меня? Это выше моего понимания…
– Это действительно звучит, неубедительно, – сказал он, придвигаясь к ней. – Я сам терзался такими же сомнениями. Но есть что-то, чего я не могу объяснить. Вчера ночью, перед тем как прийти к тебе, мне снилось; что мы занимались любовью. Вот тогда я и увидел шрам на твоем животе. Увидев его несколько минут назад, я убедился, что во мне живут воспоминания Альфреда.
Берк дотронулся до ее живота. В это мгновение в голове Кэтрин пронеслись страшные воспоминания об ударе лошадиного копыта, боли, которую испытала она, очнувшись и узнав, что потеряла свое драгоценное дитя. И неожиданно в ней пробудилось невероятное желание иметь ребенка от Берка. Она боялась, что ему пришла в голову та же мысль. Он спросит ее и узнает о беде – о том, что она неполноценная женщина.
Стыд охватил Кэтрин. А может быть, он уже знает? Может быть, он даже доволен, что она бесплодна.
«У меня такое чувство, что это уже было между нами раньше… где-то… когда-то».
Кровь застыла у нее в жилах. Его рассказы, должно быть, отвратительный обман, жестокая шутка… или бред сумасшедшего. Признать, что он может заглянуть в самые потайные уголки ее памяти, было невыносимо.
Прикрыв трясущимися руками грудь, она гневно обрушилась на Гришема:
– Значит, ты признаешься в истинной причине, которая привела тебя в мою постель. Проверить плоды своего безумного воображения.
– Поверь мне, Кэтрин, у меня не было другого выхода. Нельзя же подойти к леди и спросить: «У вас, случайно, нет шрама на животе?» Ты бы ответила пощечиной.
Она вскочила с постели и набросила старый серый халат. Даже мягкие родные складки халата не успокоили ее душевную боль.
– Мне следует дать тебе пощечину сейчас – за то, что своей ложью и притворством соблазнил меня.
– Ради Бога, это не было притворством. Уж конечно, мне не надо было притворяться, что я хотел тебя, – с жаром произнес Берк, но она больше не верила ему. Он обошел кровать и остановился перед ней. – Или что я все еще хочу тебя.
Ее тело предательски откликнулось, требуя близости.
– Ты только использовал меня. Мне следовало догадаться об этом с самого начала. – Кэтрин лихорадочно искала доказательства. – Ты пытаешься завладеть вдовой, оплакивающей мужа, убеждая меня, что в тебе живет его душа. Только негодяй может быть таким подлецом.
Берк был неподвижен. В чистом свете утренней зари его великолепная фигура казалась произведением скульптора.
– Если тебе нужны другие доказательства, то я расскажу, что еще видел вчера во сне. Среди любовных ласк Альфред неожиданно встал с постели и ушел. – Берк сделал шаг к ней. – Такое когда-нибудь случалось, Кэтрин? Когда-нибудь твоему мужу вино было нужнее ласк жены?
Да, ответило ее сердце. Все чаще и чаще в тот последний год.
Отвернувшись, чтобы Берк не заметил ее слез, она подошла к окну и ухватилась за подоконник.
– Он, должно быть, рассказал тебе, – прошептала она. – Он, должно быть, описывал тебе нашу семейную жизнь во всех подробностях. Господи! Как он мог?!
За ее спиной послышались шаги. Берк взял Кэтрин за плечи и повернул лицом к себе.
– Он не рассказывал, Кэтрин, клянусь. Мужчины не говорят о своих неудачах в постели.
Неожиданно она с яростью оттолкнула его. Захваченный врасплох, Берк отшатнулся.
– Но они хвастаются своими успехами, – с гневом сказала она. – Это ты собираешься делать?
Он вздрогнул, как будто она ударила его.
– Я не унижусь до ответа на такой вопрос. Мы говорили о воспоминаниях Альфреда.
– Ах да! Твоя душа покинула тело и полетела на небеса, а по пути задержалась, чтобы узнать кое-какие секреты. Вполне правдоподобная история.
Его усмешка была далеко не веселой.
– Понимаю. Ты считаешь меня настолько порочным человеком, что я должен был бы гореть в адском пламени.
Она уже не знала, что и думать.
– Ты дьявол! Уходи! Уходи отсюда. И не подходи ко мне.
Он поклонился:
– Как леди угодно. Упаси Бог, кто-нибудь рано проснется и увидит, как соблазнитель украдкой выходит из твоей спальни.
Уходя, Берк подобрал свой халат и с привычной небрежностью накинул. Затем, не оглянувшись, неторопливо вышел из комнаты.
Кэтрин услышала, как щелкнул замок, затем наступила тишина. От порыва ветра стукнули оконные рамы. На ее похолодевшие щеки повеяло теплом, и влага брызнула на ее руки. Кэтрин ощупью открыла ящик комода, достала носовой платок и вытерла хрустящим полотном слезы, жалея, что не может так же легко стереть боль в своей душе.
«О, Берк, я была в раю!»
С ней обошлись как с последней дурой. Вся ее личная жизнь была выставлена напоказ. Все время, лаская ее, он, должно быть, искал этот шрам, который видел во сне…
Нет. Это не сон и не воспоминание. Очевидно, Альфред напился и рассказал в подробностях об их интимной жизни. Очевидно, он описывал ее тело, вплоть до этой отметины на коже. Она не могла поверить, что ее муж так низко пал. Но иначе не могло быть.
Ибо более невероятным было утверждение Берка о переселении душ.
Волна боли и отчаяния бросила Кэтрин на постель, и она заколотила кулаками по простыням, еще хранившим его запах, все еще возбуждавший ее.
«Порочный негодяй. Обманщик. Мерзавец. С радостью увижу тебя в аду!»




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Проблеск небес - Смит Барбара Доусон



Неплохо ...читать можно
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВиктория
2.04.2013, 12.51





Особых чувств не вызвал.почитать можно,когда больше нечего:-) 5/10
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонТаТьяна
28.10.2014, 11.02





Да, роман один из многих, но вызывает очень приятные чувства, и вполне достоин прочтения.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонТаня Д
13.05.2015, 18.50





Хороший конец. Но сам роман не очень... какие-то видения, фантастика... 8/10
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВикки
15.05.2015, 9.06





Мне понравился роман. Конечно, видения больше подошли бы женщине, но отрывки из прошлой жизни героев помогли ГГерою понять и помочь Кэтрин.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонВ.А.
20.08.2015, 16.00





По аннотации ожидала большего, герои не впечатлили, их горести не задели... Ну это ладно, вот галлюцинации героя на протяжении всей книги - это мда! А главное, я так и не поняла, для чего они были вписаны. Если для скуки - то да, автору это удалось. Я скучала, читая этот роман.
Проблеск небес - Смит Барбара ДоусонНаталия
27.10.2016, 19.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100