Читать онлайн Любовь-победительница, автора - Смит Барбара Доусон, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь-победительница - Смит Барбара Доусон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.88 (Голосов: 34)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь-победительница - Смит Барбара Доусон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь-победительница - Смит Барбара Доусон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Смит Барбара Доусон

Любовь-победительница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Вернувшись в гостиную, Адам задержался на пороге.
Мэри уже больше не сидела на диване, сжавшись в комочек. Она стояла перед столиком с хрустальными графинами, и водопад сияющих локонов струился по ее изящной спине. Свечи отбрасывали золотистый отблеск на ее точеный профиль, прозрачное платье подчеркивало ее аппетитную фигурку. Но не это застало Адама врасплох.
Одной рукой Мэри сжимала порванное на груди платье, другой – держала у губ бокал, полный вина.
Она пила вино большими глотками, и ее нежное горло судорожно двигалось. Адам не мог отвести от нее глаз. Он никогда не видел, чтобы женщина пила так быстро, как она. Хотя ни одной знакомой ему даме не пришлось вынести того, что вынесла сегодня Мэри. И если у нее возникла потребность утопить в вине свои печали, то в этом виноват только он.
Она вдруг сморщилась и закашлялась.
Он подошел и прикоснулся к ее теплому плечу.
– Такое редкое вино нужно пить смакуя.
Ахнув, она отпрянула и, прижимая бокал к груди, отошла к мраморному камину. Ее зеленые глаза смотрели на него с настороженной бравадой.
– Вам обязательно нужно подкрадываться ко мне?
Голос Мэри дрогнул, скрасив резкость ее слов. Несмотря на разорванное платье, она все равно менее всего напоминала легкомысленную кокотку, по-прежнему оставаясь непорочной девушкой.
Нет, не девушкой. Это была женщина, истинная женщина.
Адам сдержал свои первобытные инстинкты. Он и так уже причинил страдания Мэри своим стремлением к мести. Сейчас менее всего ей нужно было, чтобы еще один мужчина таращился на ее тело.
– Мне очень жаль, – прошептал он. – Больше, чем вы можете себе представить.
Стараясь не напугать ее, Адам снял сюртук и набросил ей на плечи. Она снова сжалась, но не отвергла его заботу и поплотнее запахнула полы. Белоснежная кожа сверкала на фоне темной ткани. Слишком большой сюртук доходил ей почти до колен, и она была похожа на маленькую заблудившуюся девочку.
Мэри подняла бокал и осушила его до дна.
– Мне нужно еще вина. – Обойдя его, она подошла к столу с напитками.
Когда она потянулась к графину, он обхватил пальцами его хрустальное горлышко.
– У меня такое подозрение, что вы еще никогда не пили ничего крепкого.
– Мой отец говорит, что вино – орудие сатаны. Впрочем, одним грехом больше, одним меньше, какая разница?
Адам нахмурился.
– Грехом?
– Я сегодня играла соблазнительницу. «Все грехи ничто по сравнению с греховностью женщины». – Икнув, она прикрыла рот рукой и опустила глаза. – Папа заставил меня заучить эти слова наизусть.
– Черт побери! – выругался Адам. – Да вы самая добродетельная из всех знакомых мне женщин.
– Не всегда, – прошептала она.
Прижав тонкие пальцы к полуоткрытым губам, Мэри посмотрела на него из-под опущенных ресниц. У любой другой женщины это можно было бы счесть кокетством, но у Мэри это была действительно застенчивость, словно она боялась, что он плохо подумает о ней.
Если бы только она знала! Он так хотел обнять ее, чтобы своей нежностью развеять все воспоминания о грубости Питерборна.
Адам поставил ее бокал на стол и жестом пригласил Мэри присесть.
Она села, кутаясь в его сюртук, нервно покусывая зубами нижнюю губу.
– Я правда хотела бы еще вина.
– Не сейчас. Нам нужно поговорить. – Он намеренно сел на другой конец дивана. – Прежде всего, женщины изначально не более грешны, чем мужчины.
– Ха! В этом виде я похожа на Еву, предлагающую запретный плод.
– Ради всего святого, не нужно заниматься самоуничижением. Питерборн – негодяй, сквернослов и развратник. Вы не напрашивались на его грубость. – Адам наклонился к ней: – В том, что произошло, нет вашей вины.
Мэри очень хотелось поверить ему. Отец часто говорил, что распущенная женщина всегда в конце концов навлечет на себя беду. И, почувствовав зловонное дыхание графа на своем лице, его костлявые пальцы, вцепившиеся в ее грудь, она вспомнила его пророческие слова.
Вздрогнув, она плотнее запахнула на себе сюртук. От него исходил слабый запах Адама, такой уютный и успокаивающий.
– Вы не презираете меня?
– Напротив, я восхищаюсь вами. Вы сегодня были великолепны, смелы и находчивы. И прекрасны.
Она затрепетала, услышав хриплые нотки в его голосе. Его взгляд был прикован к ее губам. Или, возможно, это просто казалось ей из-за выпитого вина? Она чувствовала приятное головокружение. Скованность исчезла, и стыд пропал, словно сброшенная кожа.
– Я вовсе не смелая, – прошептала она. – У меня внутри все дрожало от страха.
– Любая женщина в здравом уме чувствовала бы себя так же. Если вам хочется бросить камень, то бросьте его в меня. Я придумал весь этот спектакль. Это был мой план, моя глупость.
Его горячность даже порадовала ее.
– Теперь вы занимаетесь самоуничижением?
И вдруг он рассмеялся. Его лицо просветлело, словно приоткрывая завесу загадочности, за которой он так часто скрывал от нее свои истинные чувства.
Мэри понимала, что неприлично так в упор смотреть на мужчину, но ничего не могла с собой поделать. Он сейчас выглядел таким замечательно обыкновенным, в рубашке и жилете, и сидел опираясь рукой на спинку дивана и скрестив ноги.
Нет, не обыкновенным. Дружелюбным? Любезным? Не похожим на герцога?
– Человечным, – пробормотала она.
– Простите?
Она не подозревала, что можно так сильно покраснеть, но сейчас ее лицо запылало огнем.
– Ничего. Я просто думала вслух, вот и все.
– Ну ладно. – Он приподнял черную бровь. – Думаю, нам не стоит сидеть здесь всю ночь, обсуждая, кто виноват.
– Вы правы, – тут же ухватилась она за новую тему. – Мы должны решить, что делать дальше.
Он долго оценивающе смотрел на нее.
– Я уже позаботился об этом и отправил Рейберна следить за домом Питерборна.
– Дворецкого?
– Да. Если Питерборн попытается увезти Джозефин, мой человек помешает ему. – Герцог встал и зашагал по комнате. – Хотя, если быть честным, я сомневаюсь, что она в руках Питерборна.
Мэри тоже так думала. Однако откуда тогда это ощущение мрака? Возможно, она почувствовала его развращенность?
Загадочные слова Питерборна всплыли в ее памяти.
Смотри поосторожнее со мной! Мы не те, кем кажемся, не так ли?
– «Мы не те, кем кажемся», – произнес Адам. – Мог он знать, что у Джозефин есть сестра-близнец?
Как странно, подумала Мэри. Никто, кроме Джо, никогда не умел читать ее мысли. Она почувствовала приятную связь между собой и Адамом, не такую, конечно, как с Джо, но, однако же, связь.
И когда это она начала думать о герцоге как об Адаме?
Он вопросительно смотрел на нее, и она поняла, что снова поедает его глазами.
– Возможно, Джо рассказала ему обо мне. Она, наверное, сказала ему вот об этом. – И она прикоснулась к крошечной родинке. – Хотя не представляю зачем.
– Хм. Тут требуется дальнейшее расследование. Но без вашего участия. Я. не должен был вас и близко подпускать к Питерборну.
Герцог опять сморщился, словно ему была ненавистна сама мысль о том, что другой мужчина прикасается к ней. Но нет.
Он ведь джентльмен, и кодекс чести обязывает его защищать всех женщин.
Тем не менее, даже эта мысль согревала ее. Вино ударило ей в голову, но это было приятное состояние, все ее тревоги отошли на задний план, словно черные тучи. Исчезло и мерзкое ощущение грязи, оставшееся после встречи с Питерборном. Она чувствовала, что улыбается, хотя причин для этого не было – ведь их план не дал результатов.
– Неудивительно, что люди пьют вино, чтобы спрятаться от забот, – задумчиво произнесла она вслух.
Адам оторвался от созерцания камина.
– И не думайте.
– Нет?
– Больше никакого вина, или у вас завтра утром будет жутко болеть голова.
– Это моя голова, – запротестовала она, словно капризный ребенок, и уткнулась подбородком в сюртук.
В его сюртук. Всего несколько минут назад он был еще на Адаме. Мысль об этом доставляла ей греховное наслаждение, словно тайные объятия.
– Мэри? – Он встал перед ней на одно колено, словно собирался признаться ей в любви. Эта мысль на мгновение захватила ее… Всемогущий герцог Сент-Шелдон безумно, горячо влюбляется в простолюдинку. – Мэри, где вы? Вы что-то замечтались.
Да, замечталась. Но он не должен знать, что мечтала она о нем.
Он наклонился так близко, что она чувствовала жар его тела. Тепло разлилось у нее в груди. В отличие от Виктора красота Адама была мужественной. Его черные волосы и загорелая кожа создавали необычную ауру, от него веяло энергией и силой молодого дуба в самом расцвете лет.
Пораженная собственной смелостью, она прикоснулась к поблекшему следу на его щеке.
– Откуда у вас этот шрам?
Адам замер от ее прикосновения.
– Я гонялся за Сирилом и споткнулся о корень. Это было давно. – Он склонил голову набок и пристально посмотрел на нее. – Вы улыбаетесь. Могу я поинтересоваться почему?
– Ммм.
Она не должна признаваться, какое это наслаждение – прикасаться к его коже. Или что она могла бы любоваться им целую вечность. Он вновь посмотрел на нее тем взглядом. О, эти глаза. Эта яркая синева притягивала ее, словно свет в конце тоннеля, маня за собой, в другой мир…
Она чувствовала, что он не сводит с нее глаз, хотя и сидел в глубине своей персональной ложи. От блеска этих голубых глаз холодок пробежал по ее телу. Почему он всегда следит за ней? Он ведь теперь наверняка понимает, что она никогда не откажется от Сирила.
Если бы только Мэри была здесь, чтобы дать ей совет. Серьезная, уравновешенная, благоразумная Мэри…
Ахнув, Мэри пришла в себя. Ее руки стали нащупывать бархат театрального кресла, но оказалось, что это шелк дивана. Ее сердце колотилось, и холодные мурашки пробежали по коже. Она заморгала, чтобы комната перестала вращаться у нее перед глазами.
Пламя свечи образовывало золотистый островок света во мраке гостиной. Гостиной Адама. Она схватила его руку и крепко сжала. Он так нужен ей! Он стал ее спасательным кругом в штормовом море.
– Боже мой! Это снова произошло. Я была Джо.
Он нахмурился.
– Да, конечно, вы изображали свою сестру сегодня вечером. Но все уже закончилось, и мне давно пора проводить вас домой.
– Нет! Пожалуйста, вы должны выслушать. – Тревога на его лице внезапно вызвала у Мэри желание поделиться своим удивительным секретом. – Позвольте мне объяснить. Я могу читать мысли Джо. Я вижу то, что происходит с ней. Я слышу, как она зовет меня. И с тех пор, как я приехала в Лондон, меня стали посещать ее воспоминания.
Герцог удивленно приподнял бровь.
– Вино подействовало на вас сильнее, чем я предполагал.
– Подождите! – воскликнула Мэри, удерживая его за руки, чтобы он не встал. – Это правда. Это как-то связано с тем, что мы близнецы. Сколько я себя помню, я всегда чувствовала, если с Джо что-то случалось. Как и она по отношению ко мне. Однажды стая собак окружила меня в лесу. Джо была от меня в полумиле, но прибежала и отогнала их палкой. Потом, в другой раз…
– Позвольте уточнить, – перебил ее Адам. – Вы считаете, что можете видеть, что делает ваша сестра, даже когда она находится в другом месте?
– Да. Но у Джо это получается лучше, чем у меня. – Причина этого тяготила совесть Мэри, словно камень на шее. Даже отцу не все было известно. Она опустила глаза, прося Господа простить ее за эту полуправду. – Я закрыла для нее свои мысли, когда… когда она сбежала в Лондон. Папа сказал, что я должна забыть о ней, чтобы она не запятнала меня своей греховностью.
Комок в горле не давал Мэри дышать. Она ведь отвергла собственную сестру не только по приказу отца. Каждый раз, когда она чувствовала, что Джо пытается пробиться к ней, она нарочно не впускала ее в себя, сосредоточиваясь на отрывках из Священного Писания. И вскоре это уже вошло у нее в привычку, но ее всегда мучило чувство вины.
Мэри опустила голову, вспоминая долгие ночи, когда она лежала без сна в своем крошечном закутке. Черные тени на потолке кибитки напоминали ей о пятне на ее совести. Она молилась об избавлении от этого пятна не меньше, чем о благополучии Джо.
Адам отстранился от нее.
– Если вы действительно способны видеть свою сестру, то уже должны были привести меня к ней. Вы могли бы избавить себя от этого маскарада.
В голосе его звучала насмешка, и он смотрел на нее так, словно она сумасшедшая.
Почему она решила, что он поверит ей? Мало кто поверил бы. И все же вопреки всему она надеялась, что он окажется другим.
– Это не так просто. Я никогда не знаю, что увижу: образы сами приходят ко мне. Я только знаю, что Джо ужасно напугана.
Адам встал, возвышаясь над ней.
– Никто не может читать мысли другого человека. Вы принимаете меня за недоумка. – Он резко повернулся. – Я распоряжусь, чтобы подали карету.
– Нет! – Мэри вскочила и встала между ним и шнурком колокольчика. – Как вы думаете, почему я приехала в Лондон именно теперь? В ночь, когда стреляли в вашего брата, я видела Джо.
– В Суссексе?
– Нет, я не говорю, что она была там. Это был словно… сон наяву. Шла служба, и я пела псалмы, когда вдруг увидела ее позади толпы. Она бежала ко мне с вытянутыми руками. – Забыв о разорванном на груди платье, Мэри распростерла руки. – Она звала меня, умоляя спасти ее.
Сцепив руки за спиной, герцог расхаживал по гостиной, то выходя на свет, то исчезая в полутьме.
– Вы совершенно уверены, что не попробовали вина, предназначенного для причащения?
– О, вы… вы негодяй! – Мэри сердито запахнула на себе полы его сюртука. – Вы не желаете замечать ничего, что не вписывается в ваше ограниченное представление о мире.
– А ваш отец, конечно, одобряет ваши заблуждения?
Усилием воли Мэри подавила свое раздражение.
– Нет, не одобряет. Он называет это происками лукавого. Но по крайней мере он верит мне.
Адам несколько минут молчал, и она ощущала обжигающую силу его пристального взгляда.
– Хорошо, – сказал он, – убедите меня. Найдите Джозефин.
– Я не могу, – прошептала Мэри. – Я пробовала снова и снова, но получила всего одно слабое послание. Но мне удалось увидеть несколько ее воспоминаний, когда она была в Лондоне и звала меня. – «А я не ответила», – с тоской подумала она.
Адам вновь зашагал по комнате.
– Поясните.
– Один раз я видела Джо в зеленом платье и в ожерелье из изумрудов. Она поднималась по ступеням вашего особняка. Я думаю… это, наверное, было тогда, когда лорд Сирил привез ее познакомиться с вашей семьей.
– Обедайя мог рассказать вам, как она была одета в тот день.
– В другой раз я видела вашего брата, лежащего на полу. Из его головы текла кровь. И потом…
– Что «потом»?
– Мужчина бросился на нее из темноты. Она закричала, но он заткнул ей рот кляпом.
Адам резко повернулся к ней.
– Опишите его.
– Я… вернее, она не разглядела его. Но это доказывает, что ее похитили.
– Это доказывает, что вам снился сон.
От его бесконечного хождения по комнате у Мэри закружилась голова. Она судорожно вздохнула.
– Всего несколько мгновений назад я видела сестру в театре. Какой-то мужчина следил за ней.
– Что за мужчина?
Она бессильно пожала плечами:
– Не знаю. Того, кто хотел прекратить ее отношения с лордом Сирилом. Возможно, потому, что сам хотел за ней ухаживать. – Мэри сжала пальцы в кулаки. – Мне кажется, она боялась его.
Герцог обжег ее взглядом, и жаркая волна обдала ее. Она таяла от одного его взгляда, как тает снежинка на теплой коже.
Теплая кожа. А что, если бы она прикоснулась кончиками пальцев к его обнаженной груди, чтобы посмотреть какая она – мягкая или твердая, грубая или нежная? Ей хотелось, чтобы ее руки знакомились с его телом, скользя все ниже и ниже. Голова у нее закружилась от этих мыслей. Мэри не узнавала себя. Нет, должно быть, это все из-за вина.
– Вы его не разглядели?
– Кого?
– Мужчину в театре?
Мэри сосредоточилась.
– Там было темно. Он сидел в собственной ложе. Но у него были голубые глаза. Я уверена в этом. – Мэри щелкнула пальцами. – Ни один из мужчин, побывавших сегодня здесь, не был голубоглазым. Это означает, что мы не нашли настоящего похитителя.
– Мы это и так уже поняли.
Его холодный тон разозлил Мэри.
– Вы что, не понимаете? Это же важная зацепка.
– Ну тогда я должен посоветовать сыщикам арестовать всех голубоглазых джентльменов. Включая и меня.
– Вы шутите?
– Конечно, шучу. – Адам приблизился к ней. – Вы ведь и сами понимаете нелепость ситуации. Я ведь не могу сказать судье, что вы выудили эту зацепку из видения.
Нет, его невозможно убедить, разочарованно думала Мэри. Она обнажила перед ним душу, а он все равно насмехается над ней.
Он дернул за бархатный шнурок колокольчика, и тут же появился лакей. Отдав распоряжения, Адам повернулся к Мэри.
– Я отвезу вас в дом вашей сестры. Хороший сон поможет вам избавиться от этих фантазий.
Она скрестила руки на груди.
– Я не хочу спать.
Он снова приподнял бровь, что ужасно раздражало Мэри.
– Госпожа Мэри, сама горячность и своенравность, что вывело вас из себя на этот раз?
Он думает, что только он такой умный. Ну да ладно. И Мэри тут же парировала:
– Светские щеголи, стареющие распутники и сомневающиеся герцоги.
Тут и вторая его бровь взлетела, и Мэри почувствовала непозволительное ей удовлетворение при виде его удивления. Потом он откинул голову и второй раз за этот вечер рассмеялся.
– Да, я, несомненно, недооценил вас в первую нашу встречу. Я-то полагал, что вы всего лишь ханжа-моралистка.
– Ну а я решила, что вы – заносчивый и высокомерный человек. И до сих пор так считаю.
– Квиты. – Взяв Мэри за руку, Адам вывел ее в прихожую. – Однако же острый ум – слабая защита от таких мужчин, как Питерборн. Я был не прав, когда вовлек вас в опасное дело.
Мэри остро ощущала его близость, отчего вопреки ее желанию в ней вспыхнула жажда еще большей близости.
– Это не ваша вина. Я сделала это по собственной воле.
– Действительно. – Открыв дверь в небольшую гардеробную, искусно скрытую за панелью в стене, он снял с крючка ее сиреневую накидку. – Однако вскоре все изменится.
Мэри непонимающе смотрела на него, когда он направился к ней с накидкой в руках. Сняв его сюртук, она увидела, как его взгляд задержался на ее груди, и щеки ее порозовели. Прижав сюртук к разорванному платью, она спросила:
– Изменится каким образом?
Не ответив, он помог ей надеть накидку, которая, облегая фигуру, доходила ей до бедер, но по крайней мере можно было вверху застегнуть пуговицы. Она уже наполовину застегнула их, когда Адам неожиданно положил ладони ей на плечи и стал разминать их. Это внезапное прикосновение потрясло Мэри, и она напряглась, словно натянутая тетива.
Но постепенно божественное прикосновение его пальцев прогнало напряжение, сковавшее ее мышцы. Медленный огонь разгорался где-то внизу живота. Она должна помнить, что помолвлена с другим, что нельзя так желать герцога. Это неправильно, потому что… Через мгновение Мэри уже не могла вспомнить причину. Как-то незаметно она прижалась спиной к его груди, крепкой, широкой груди, отдаваясь во власть тепла и спокойной уверенности мужского тела.
Его дыхание шевелило ее волосы. Сюртук выскользнул из ее пальцев и упал на мраморный пол. Безудержное желание вспыхнуло в ней. Она хотела, чтобы он творил с ней такие вещи, которым она не знала названия. Если именно это состояние называлось желанием, то совсем неудивительно, что так много женщин встают на путь греха.
Как-то совершенно естественно она повернулась в его руках и подняла к нему лицо. Она почувствовала, как он колеблется, потом его губы прижались к ее губам с такой нежностью, что она едва не лишилась чувств. Он целовал ее долго и горячо, прижимая к себе так, что их тела словно слились воедино. И эта близость вовсе не пугала ее, напротив, ей хотелось вечно оставаться в его объятиях.
Его рука скользнула под незастегнутую накидку. У нее закружилась голова, когда его ладонь замерла чуть выше груди. Она жаждала его прикосновений, с поразительной страстью желая, чтобы его руки сняли страшные воспоминания об осквернении и наполнили ее восторгом новых ощущений.
Внезапно он убрал руку с ее груди и обнял за талию. Его губы прикоснулись к ее виску, согревая жарким дыханием.
– Я не собирался делать этого.
Мэри прижалась щекой к его груди.
– Нет, собирались, и я хотела этого. Ах, Адам, я никогда не испытывала ничего подобного!
В наступившей тишине она слышала лишь громкий стук его сердца. И вновь она почувствовала необъяснимую связь с ним, словно могла проникать в водоворот его мыслей. Он тоже должен понимать, что их отношения никогда не могут пойти дальше поцелуя. И однако же она прижималась к нему, не желая, чтобы это мгновение закончилось.
Адам приподнял ее подбородок.
– Вы мне доверяете, Мэри?
Она могла бы часами смотреть в эту бездонную синеву его глаз. Как странно, что ей было так покойно в обществе беспутного вельможи в его доме для плотских утех.
– Да.
– Тогда я хочу, чтобы вы кое-что сделали для меня. Что-то очень важное.
Господи, спаси и помилуй, неужели он хочет, чтобы она разделась? Может, он вовсе и не отличается от других лордов, этих грешников. И наверное, она сама вовсе не добродетельна, потому что у нее было безумное желание сделать именно это.
– Мне нужна ваша помощь, – продолжил он. – Я распоряжусь, чтобы утром за вами приехала карета. Соберите вещи и будьте готовы к рассвету.
Она заморгала, решив, что ослышалась.
– Но куда я поеду?
– Домой. Вы вернетесь к отцу, в Суссекс.
Эти слова подействовали на нее, словно ушат холодной воды.
– В Суссекс?
– Вам там будет безопаснее. Ваш сегодняшний прискорбный опыт не должен повториться. А я тем временем сделаю все, что в моей власти, чтобы найти преступника.
Его пальцы, словно бархатные оковы, держали ее за талию. Она схватила его за руки, чувствуя, как перекатываются мускулы под тонкой рубашкой. Даже сейчас, как это ни прискорбно, ее тянуло к нему. Тянуло даже тогда, когда он использовал свою привлекательность, чтобы командовать ею. Как же наивны оказались ее представления о мужчинах!
– Я остаюсь в Лондоне.
– Возможно, я недостаточно ясно выразился. Вы не вольны выбирать. Если хотите, я буду присылать вам ежедневные отчеты.
Мэри вырвалась из его объятий.
– Хочу? С каких это пор вас стали интересовать мои желания?
Он шагнул к ней, вытянув руки, – так скульптор приближается к куску глины, подчиняя его своей воле.
– Постарайтесь понять. Я руководствуюсь соображениями вашей безопасности.
– Нет, вы думаете только о себе, потому что вам так удобнее. – У нее перехватило дыхание. – Поскольку трюк с маскарадом не удался, значит, я вам больше не нужна.
– Мэри, – сказал он тихо и проникновенно, – вы сегодня проявили огромное мужество. Ни одна знакомая мне дама не сумела бы этого. Но я не могу больше подвергать вас опасности.
Этот мягкий укор стал последней каплей. Но она все-таки удержалась от слез.
– Я не стану отсиживаться в глуши, пока моя сестра в руках жестокого негодяя. Особенно когда я единственная могу установить с ней связь.
– А, опять эта загадочная связь.
– Насмехайтесь, если, хотите. Ваше мнение для меня не имеет значения. И если вы вдруг забыли, то напоминаю, что я – свободная женщина. Я не обязана подчиняться вам, как и любому другому напыщенному лорду.
В полутемной прихожей наступила тишина. Где-то в коридоре часы пробили полночь. Мэри поражалась собственной дерзости и в то же время гордилась своим упорством. Еще несколько дней назад она бы не осмелилась говорить с мужчиной в такой вызывающей манере. И это только что обретенное чувство непокорности ужасно нравилось ей, несмотря на всю его греховность.
Она высоко держала голову, не желая сдаваться. А лицо герцога было словно высечено из гранита. Не осталось и намека на сострадательного человека, который не позволял ей взять вину на себя, ничто не напоминало доброго лорда, помогавшего ей в поисках Джо.
Снаружи донесся стук копыт.
– Моя карета, – холодно произнес герцог.
Надев сюртук и открыв дверь, он встал, пропуская ее, как истинный джентльмен. Мэри шагнула в прохладную майскую ночь. Темные облака закрыли звезды. Дождь прекратился, превратившись в легкий туман.
Окруженное мраком, у ворот стояло что-то длинное и темное, в упряжке была всего одна лошадь. Оказалось, что это вовсе не карета герцога. Это скорее напоминало…
Мэри поскользнулась на каменной дорожке, и рука Адама обвилась вокруг нее, удерживая от падения. Но его тепло не могло согреть ее вмиг окаменевшее тело. Две темные фигуры спустились с места возницы. Тот, что был выше, почтительно отступил. Второй с силой распахнул калитку и решительно зашагал по дорожке.
Мэри отпрянула, прижавшись спиной к герцогу. Во рту у нее так пересохло, что она смогла прошептать только одно слово:
– Папа.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь-победительница - Смит Барбара Доусон



Сюжет неплох, но автора явно покинула муза, концовка не интересна
Любовь-победительница - Смит Барбара Доусонлена
3.06.2013, 21.08





Интересный роман!
Любовь-победительница - Смит Барбара ДоусонАлена
28.10.2013, 22.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100