Читать онлайн Обрученная с мечтой, автора - Скотт Тереза, Раздел - ГЛАВА 43 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обрученная с мечтой - Скотт Тереза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.93 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обрученная с мечтой - Скотт Тереза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обрученная с мечтой - Скотт Тереза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Скотт Тереза

Обрученная с мечтой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 43

Наступил день, когда Бренд должен был предстать перед Тингом. Как Уинсом боялась этого, с какой тоской ожидала! Бренд был спокоен, слишком спокоен, и большую часть времени проводил взаперти, вместе с Олафом и Торхоллом, совещаясь, как лучше поступить и что сказать судьям.
Уинсом только стискивала зубы. Она еще успеет поволноваться за мужа. Арни, Ольга и Освальд нехотя согласились остаться дома. Бренд не хотел подвергать их опасности, на случай если на Тинге начнется драка. Арни, надувшись, удалился в одну из комнат.
Уинсом должна была нарядиться ради такого события, но она все тянула, лениво слоняясь по дому, не желая вспоминать о том, что предстояло впереди им всем, особенно Бренду.
Она открывала один за другим сундуки, набитые теплыми одеялами, тончайшими тканями, подобных которым никогда не видела. Она поднесла отрез поближе к лампе, удивляясь, что рука просвечивает сквозь материю. Какое платье можно сшить из этого, и сколько слоев потребуется, чтобы не казаться голой?
Уинсом вспомнила все наряды, которые обычно носили норвежские женщины, но мысленно покачала головой. Да в такой одежде можно просто замерзнуть!
Уинсом отложила невесомую ткань и открыла другой сундук, но не смогла отыскать ничего подходящего к такому торжественному случаю. Может, стоит надеть платье из оленьей кожи… пусть поймут, что она чувствует – чужестранка в незнакомой стране, где нет ни друзей, ни знакомых. Да, лучше ничего не придумаешь!
Она пересекла большую, роскошно обставленную комнату, мельком замечая красивую резную кровать на возвышении, светильники тонкой работы, множество предметов, предназначенных для того, чтобы радовать глаз и тешить душу, отыскала индейский наряд под грудой норвежских туник, подаренных Брендом, – алых, желтых, фиолетовых, голубых. Замша платья потемнела, приобрела красивый коричневый оттенок, и Уинсом хорошенько встряхнула его, чтобы немного разгладить. Бахрома лежала на груди ровно, как любила Уинсом. Вынув из шкатулки большую брошь, усаженную гранатами, она приколола украшение на плече. Да, именно то, что нужно. Она, должно быть, неплохо выглядит. Брошь – единственная уступка норвежским обычаям. В остальном Уинсом будет следовать заветам беотаков, даже наденет мокасины.
Закончив одеваться, Уинсом провела по волосам деревянной расческой, тоже подаренной Брендом, и продолжала расчесываться до тех пор, пока густые длинные пряди не легли на плечи тяжелым водопадом, а отблески пламени из очага не заиграли на них черно-синими огнями.
Отложив гребень, Уинсом сделала шаг к двери, но тут же нерешительно остановилась. Так трудно покинуть эту уютную комнату! Конечно, она немного отвлеклась, пока готовилась предстать перед Тингом, но теперь тревожные мысли о Бренде не давали покоя.
Лгать себе Уинсом не могла: муж в беде, ужасная опасность грозит ему. Торхолл Храбрый не спасет Бренда, ведь мужчины твердо решили защищать Ингу. И ярл, уже не раз пытавшийся убить Бренда, не успокоится, пока не отомстит за смерть сына. Но каждый раз, когда Уинсом пыталась заговорить об этом, Бренд только улыбался, рассеянно гладил ее по плечу и уверял, будто знает, что делает.
Уинсом снова вздохнула, всем сердцем желая верить мужу и боясь, что он в самом деле знает, что делает, и пожертвует свободой и жизнью ради Инги.
Нет, она не ревновала к девушке, не опасалась соперничества. Ведь Бренд сказал, что только ее, Уинсом, любит и хочет видеть своей женой. Нет, самое страшное, если он решится пойти на все, чтобы девушке не грозила опасность, пожертвует собой, лишь бы спасти белокурую подругу детства.
Уинсом сжимала кулаки, пока не побелели костяшки пальцев. Если бы только она могла сказать всю правду перед Тингом, если бы только Бренда оправдали! Может, встать и объявить мужчинам, что не Бренд виновен в смерти Эйрика? Но тогда муж посчитает ее предательницей! О, что, что же ей делать?!
В эти последние ночи они любили друг друга с чувством, похожим на отчаяние, словно Бренд навсегда прощался с ней. И Уинсом с ужасом думала, что так и может быть, что настанет день, когда она больше не увидит его.
Наконец Уинсом услыхала, как Бренд окликнул ее, и, сгорбившись, неохотно встала, всей душой желая задержаться еще немного. Но нетерпение в голосе мужа подстегнуло ее. Значит, ему хочется поскорее покончить с этим? Уинсом понимала, что ярл тоже мечтает заполучить земли Бренда и убить его самого – недаром, не тратя времени, постарался собрать Тинг.
Спустившись вниз, Уинсом подошла к Бренду, и тот вручил жене нарядный плащ из белого меха. Она попыталась заставить себя улыбнуться, выглядеть бодрой и веселой ради мужа, но губы уродливо растягивались, и Бренд, конечно, понимал, как плохо Уинсом. О, каким усталым он выглядит!
Темные волосы Уинсом красиво выделялись на белом меху.
Она прекрасна, подумал Бренд. Но главное – такая верная, добрая и искренняя! Он ощущал, как становится благороднее в ее присутствии, и, если только жена будет рядом, Бренд готов сразиться хоть с сотней Тингов!
Бренд улыбнулся в застенчивые глаза жены и, накинув на нее белый плащ, осторожно обернул хрупкие плечи и нагнулся, чтобы поцеловать розовые губки.
– Как ты прелестна, – пробормотал он, – как прелестна… Носи на…
Бренд замолчал, слова застревали в горле. Как он мог пожелать ей долго носить этот плащ, не зная, увидит ли жену завтра, или его уже не будет в живых. О моя красавица! Помоги мне, Тор… как выпутаться из этой ужасной ловушки?
Не обращая внимания на стоявших рядом Олафа и Торхолла, Бренд нежно поцеловал жену в губы.
– Я люблю тебя, – пробормотал он прерывающимся голосом. – И всегда буду любить, что бы ни случилось. Запомни это.
Уинсом резко отшатнулась.
– Бренд!
Она умоляюще глядела в серьезные синие глаза, словно искала ответа.
– Бренд? – спросила она снова, задыхаясь.
Он покачал головой.
– Все в порядке, Уинсом, мой Восторг, все в порядке!
Олаф, поддерживая Торхолла, пошел к двери. Бренд и Уинсом последовали за ними. Уинсом, наблюдая, как тяжело шаркает ногами Торхолл, припомнила слова Ольги, сказавшей только вчера, что живот Торхолла сжимается и уже не такой большой, а опухоль усохла. Уинсом удивилась, но Ольга заверила, что такое бывает.
Уинсом обернулась, помахала старухе и Освальду, стоявшим на пороге. Вскоре к Бренду присоединились Грольф и двадцать самых сильных и закаленных матросов с обоих кораблей, вооруженных мечами или дубинками.
Уинсом без улыбки поздоровалась с Грольфом. Матросы охраняли Большой Дом со времени переезда Бренда и его домашних. Именно Грольф настоял на мерах предосторожности, сказав, что не доверяет ярлу, который может попытаться поджечь и второй дом с тем, чтобы уж наверняка расправиться с Брендом. Уинсом и Олаф согласились с ним и убедили Бренда в необходимости остерегаться врага. Правда. Уинсом показалось, что Бренд немного уязвлен тем, что приходится быть обязанным молочному брату за спасение в ночь пожара и за заботу об охране дома, но он только поблагодарил Грольфа и сделал, как тот предлагал.
Уинсом, однако, очень радовалась присутствию Грольфа и его людей. Ни один житель Стевенджера – будь то сосед, друг или враг Бренда – не пришел навестить его, выразить одобрение, радость или недовольство возвращением хозяина Большого Дома. Уинсом находила такое равнодушие зловещим признаком, но старалась ничего не говорить мужу – у него и без этого было достаточно забот.
Они шагали не спеша, поскольку у Торхолла не было сил идти быстрее. Толстый слой снега глушил стук сапог. Белоснежные звездочки садились на лицо и волосы Уинсом. Дни были настолько коротки, что, хотя наступил всего лишь полдень, казалось, на землю спускаются сумерки.
Наконец они добрались до цели – большого деревянного здания на окраине города. Бренд объяснил Уинсом, что, когда Тинг собирался весной, мужчины располагались на Кейрн-Мидоу, холмистом участке, недалеко от города, главной достопримечательностью которого был высокий каменный курган, но сегодня из-за снега и холода было решено, что поспешно созванное собрание состоится в самом большом здании Стевенджера.
Здание было ярко освещено факелами. Когда Бренд и Уинсом подходили ближе, люди замолкали, отводя глаза, и сердце Уинсом сжалось от дурного предчувствия. Ничего хорошего это Бренду не сулит. Найдется ли у него хотя бы один сторонник?
Они уже хотели войти в зал, когда появился ярл со своими прихвостнями и направился к ним. Но у Бренда и Грольфа отряд был больше, и ярл, наверное, именно поэтому нахмурился и в последний момент отступил, пропуская вновь прибывших.
В зале горело множество светильников, толпились люди, но, как и на улице, все разговоры мгновенно прекращались при виде Бренда и его спутников.
Уинсом плотнее завернулась в великолепный белый мех и стиснула зубы. Пусть они обращаются с ней как с чужачкой, не все ли равно?! Ей, во всяком случае, это безразлично! Только тревога за Бренда не дает покоя! Он выглядит таким измученным, а щека подергивается – единственный признак того, что его задевает отношение соседей. Уинсом в который раз ощутила, как благодарна Грольфу за помощь и охрану. Он был настоящим братом Бренду, верным до конца, и доказал это, оставшись на стороне Бренда в трудную минуту, когда все остальные отвернулись.
Они уселись у стены, на специально отведенных местах. Уинсом гордо выпрямилась. Бренду не придется стыдиться за нее! Множество голубых глаз в этом зале были устремлены на прекрасную темноволосую женщину, кутавшуюся в белый меховой плащ и сидевшую рядом со светловолосым великаном-викингом. Люди перешептывались, задавали вопросы, но ни один не подошел к Бренду, чтобы узнать, кто она.
В этот момент вошел ярл со своей охраной, и взгляды всех присутствующих обратились к ним. Благодаря этому, Уинсом была избавлена от дальнейшего испытания, больше не пришлось выдерживать пристальный недружелюбный осмотр. Грузная фигура ярла выделялась в толпе. Он и его спутники проследовали к противоположной стене и шумно устроились на скамьях. Почти сразу же к ним стали подходить люди, кланяясь и улыбаясь, и Уинсом с презрением отвернулась. Видно, ярл и в самом деле обладал властью в этой общине.
Уинсом со сжавшимся сердцем вспомнила слова Бренда.
– Я всегда буду любить тебя. Что бы ни случилось…
Уинсом стиснула борта плаща. Что знает он такого, что неизвестно ей?
Голова внезапно закружилась, а в комнате стало слишком тепло. Ей захотелось сбросить тяжелый плащ, но почему-то трудно было сделать это среди стольких врагов, хотя Уинсом становилось все жарче, а щеки пылали огнем. Уинсом исподтишка оглядела комнату. Она никого не знала здесь, но любопытство победило. Чуть впереди стояла тоненькая миниатюрная девушка в черных мехах. Инга! Это Инга! Уинсом не видела ее с той ночи, когда был подожжен дом. Тогда девушка сказала, что поселится у друзей, поскольку не желает больше оставаться в доме ярла. Инга, как всегда, выглядела очаровательно, черный цвет великолепно оттенял белокурые волосы, толпа восторженных поклонников окружала ее.
Внимание Уинсом привлек глашатай, выступивший вперед и призвавший собравшихся соблюдать тишину и порядок. Послышался кашель, шорох одежды, люди поспешно устраивались на скамьях. Уинсом выжидающе наклонилась вперед. Начались выборы судей. Уинсом наблюдала, как двое богато одетых мужчин начали церемонию.
– Это местные вожди, – пояснил Бренд, и Уинсом подпрыгнула от неожиданности. – Тот высокий – приятель ярла Эйольфа и, конечно, изберет только его сторонников.
Бренд оказался прав. Судьи занимали места, бросая неприязненные взгляды в их сторону. Ярл самодовольно улыбался.
Когда были назначены все двадцать четыре судьи, вожди торжественно уселись.
– Теперь самое главное – убедить судей, – прошептал Бренд. – Это один из способов выиграть дело.
– Один? – переспросила Уинсом. – Значит, есть и другой?
– Грубая сила, – пояснил муж. – Если другого выхода не будет, придется драться.
Уинсом нервно поежилась. Что за странное представление о правосудии у этих северян!
– Что случится, если ты… – она сглотнула, – если тебя осудят и мы не сможем пробиться к выходу?
Затаив дыхание, она ждала ответа.
– Объявление вне закона, изгнание, может, большая пеня или присуждение всего имущества в пользу ярла, – пожал плечами Бренд. – Или… или смерть. По-всякому бывает.
Уинсом, застонав, стиснула кулаки так, что ногти вонзились в ладони. Бренд посмотрел на нее, погладил по руке, но пальцы Уинсом по-прежнему оставались судорожно сжатыми.
– Не бойся за меня, мой Восторг, – шепнул он.
– Как я могу не бояться, – прошептала она в ответ, но тут же смолкла – один из людей ярла что-то объяснял суду. Уинсом напрягла слух, чтобы понять смысл слов тощего сутулого мужчины, говорившего нараспев, словно стихами.
Бренд наклонился вперед, явно поглощенный рассказом. Когда седой оратор закончил говорить, Бренд выпрямился и вздохнул.
– Он не сделал ни одной ошибки! Я надеялся…
– Почему? Я ничего не понимаю, – недоумевала Уинсом.
– Этот старик повторял законы. Ошибись он хоть раз, Тинг был бы распущен, а дело закрыто.
Бренд скривил губы.
– Но он все прочитал правильно. Значит, суд будет продолжаться.
Он поднялся и начал говорить. Сердце Уинсом бешено заколотилось. Все судьи выглядели суровыми неуступчивыми людьми. Закаленные тяжелым крестьянским трудом, побывавшие в разрушительных набегах, они не знали пощады ни к себе, ни к другим. Уинсом подумала, что, доведись ей стоять перед подобным собранием, она не смогла бы вымолвить ни слова. Но Бренд продолжал говорить так же нараспев, медленно, как предыдущий оратор; по-видимому, он запомнил свою речь наизусть. Два-три человека в публике кивали, но судьи, казалось, остались равнодушными. Наконец Бренд замолчал и сел. Уинсом дернула его за рукав.
– Что происходит? Ты говорил слишком быстро, и я почти ничего не поняла.
– Меня обвинили в убийстве Эйрика.
Уинсом охнула. Она ожидала этого, но теперь, когда Бренд произнес роковые слова здесь, в комнате полной недружелюбно настроенных людей, ужасная мысль о том, что может ожидать мужа, вновь поразила ее.
Бренд неотрывно глядел в глаза жены.
– Я объяснил им, что Эйрик заслуживал смерти. Если я смогу убедить их в этом, значит, не подвергнусь наказанию и буду свободен, свободен теперь навсегда…
– Но ярл? – воскликнула Уинсом и заметила, как несколько голов повернулись к ней. – Ярл… – повторила она уже шепотом. – Он, конечно?..
И, переведя взгляд с ярла на мужа, разъяренно прошипела;
– Бренд, почему ты не скажешь им правду?! Ведь Инга…
– Тише, – выдавил Бренд. – Никто не должен слышать это имя! Держи язык за зубами, Уинсом!
Уинсом не могла отвести от него взгляда, но все, на что она отважилась, – побелевшими пальцами вцепиться в густой мех плаща.
Она боялась, что не выдержит, завопит и бросится вон из комнаты, однако продолжала оставаться на месте, немая, неподвижная. На лице Бренда застыло выражение холодного отчаяния. Уинсом знала – он готов принести себя в жертву, и все в ней протестовало против этого. Никогда она не чувствовала себя такой несчастной.
Ярл вскочил с места.
– Гнусное преступление, – ощерился Эйольф. – У Бренда Бьорнсона не хватило мужества признаться в содеянном. Он убил моего сына и сбежал!
Тихий ропот пронесся по комнате. Не было у норвежцев худшего преступления, чем предательское убийство.
– У него не хватило храбрости признаться, – повторил ярл, – и вместо этого он скрылся под покровом ночи, оставив меня скорбеть о сыне.
Уинсом сжала кулаки и закусила губу, чтобы не закричать о невиновности Бренда.
Бренд встал. Сердце Уинсом было готово разорваться. Все, что совершил Бренд… объездил землю в поисках Торхолла, привез его назад… так не поступают преступники, неужели судьи не понимают этого?! Неужели не оправдают Бренда?
Она взглянула на строгие, суровые, словно высеченные из камня лица судей, на Торхолла, сидевшего неподалеку, и заметила, что глаза старика закрыты, словно от боли. Наверное, опять живот не дает ему покоя.
Уинсом, тяжело вздохнув, опустила голову. Она любила Бренда, гордилась им, но никто не знал, насколько благороден этот человек, которого она называла своим мужем.
Она, сжавшись, ждала речи Бренда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обрученная с мечтой - Скотт Тереза



Индейцы и викинги! Какая чушь! И читать не хочется!
Обрученная с мечтой - Скотт ТерезаТатьяна
19.07.2012, 10.22





Есть многое, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам... А собствннно не столько чушь, ксколько чрезмерно все затянуто. Нудненько местами. Сократить до 10 глав и драйв появится. Идея -8, исполнение -3.
Обрученная с мечтой - Скотт ТерезаKotyana
28.07.2012, 4.18





очень плохая книга. Даже не дочитала. Индейцы, викинги, варварство какое-то.
Обрученная с мечтой - Скотт ТерезаТатьяна
4.04.2013, 11.02





Неплохо) А викинги действительно были первыми вступившими на землю индейцев европейцами. Правда не пытались углубиться в континент и узурпировать новые территории
Обрученная с мечтой - Скотт ТерезаПупсик
13.04.2013, 16.11





Скучно, неинтересно, совершенно не впечатлило. До того нудно, что не дочитала.
Обрученная с мечтой - Скотт ТерезаЛёля
14.12.2013, 21.11





советую прочитать !!
Обрученная с мечтой - Скотт ТерезаМила
8.01.2014, 23.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100