Читать онлайн Сумеречная роза, автора - Скотт Аманда, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сумеречная роза - Скотт Аманда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сумеречная роза - Скотт Аманда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сумеречная роза - Скотт Аманда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Скотт Аманда

Сумеречная роза

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

На следующее утро Элис проснулась рано от звуков голосов в комнате. Занавеси кровати были задернуты, но она выглянула из-за них и увидела в сером утреннем свете, что Том помогает хозяину одеться. Смущенная присутствием оруженосца и внезапно нахлынувшими воспоминаниями о прошлой ночи, она нырнула назад, прежде чем он мог увидеть ее. Откинувшись на подушки и слушая тихое журчание их голосов, она вскоре опять заснула, а когда проснулась снова, комната опустела. Тогда она вспомнила, что сэр Николас надевал не придворные-одежды, а кольчугу и панцирь.
Выпрыгнув из постели, она нашла свой зеленый шелковый халат, надела его и босиком подбежала к двери. Как могла осторожно она приоткрыла ее и заглянула в гостиную. К ее облегчению, там сидела Джонет и штопала.
Подняв глаза, Джонет улыбнулась и приветствовала ее, отложив работу и вставая.
— Я думала, вы проспите весь день, леди Элис. Ее величество королева дважды присылала справиться о вас, но более чем любезно запретила мне будить вас.
Элис собиралась сразу же спросить, куда уехал сэр Николас, но ее внимание привлекла одна фраза среди потока слов.
— Королева? Элизабет еще не короновали!
— Нет, но она жена короля, мадам, и нам приказано впредь величать ее так.
Элис вздохнула.
— И теперь ты решила называть меня мадам? Клянусь, Джонет, когда сэр Николас говорил, что мир меняется, я не понимала, как он прав. Мне не нравится такой мир.
— Когда мы одни, госпожа, я буду называть вас как раньше. Признаюсь, мне тоже больше нравится прежнее обращение.
Она быстро прошла мимо Элис в спальню и открыла гардероб.
— Что вы наденете?
— Что угодно, — ответила Элис. — Где сэр Николас?
— Уехал в город, мисс Элис. Служба, сказал он. И, благодарение Богу, забрал с собой болвана Хью Гауэра. Парень просто очумел! Болтает свои так называемые комплименты везде, где все без исключения могут их услышать, а потом, когда я возражаю, выглядит таким несчастным, будто сделал мне одолжение, а я дала ему пощечину. — Джонет начала перебирать одежду в шкафу.
— Думаю, он не имеет в виду ничего дурного, — вздохнула Элис. Она так хотела, чтобы рядом с ней находился муж. Ее так тянуло поговорить с ним, видеть его лицо, когда он ответит, прикоснуться к нему снова. Проснуться и увидеть, что его нет в постели, — уже плохо, проснуться и узнать, что он вообще уехал, — еще хуже, но обнаружить, что он мог уехать, даже не разбудив ее, чтобы попрощаться, — хуже всего.
Вскоре она обнаружила, что ее ждут и другие неприятности, потому что, как только она оделась и позавтракала, у нее больше не осталось причин избегать придворных покоев. Элизабет отсутствовала, но фрейлины, включая Мэдлин Фенлорд, встретили ее смехом и шутками. Некоторые высказывали ей добрые пожелания, другие отпускали непристойные замечания о супружеском долге, что заставляло ее краснеть, и ей хотелось оказаться где-нибудь подальше отсюда. Она мысленно благодарила Мэдлин, что та перевела разговор на какие-то сплетни и ее наконец-то оставили в покое.
Когда все стали переходить в соседний зал на обед, Мэдлин подошла к Элис:
— Когда дело касается чужой жизни, они как голодные дети, которые хотят урвать хоть кусочек, правда?
— Скорее как прожорливые птицы, — уточнила Элис, прислушиваясь к разговорам вокруг, — которые не могут успокоиться даже в промежутках между кормежками. И в отличие от голодных детей, с которыми ты их сравнила, никто не будет их так уж жалеть.
— Я их жалею, — твердо оповестила Мэдлин. — Только посмотри на их жизнь, да и на нашу с тобой тоже. Все мы сидим взаперти в комнатах, при дворе, и общаемся только друг с другом. Очень мало у кого есть настоящие друзья, потому что опыт последних лет научил нас всех, что сегодняшний друг может завтра оказаться твоим врагом только ради собственного продвижения или карьеры своего отца или мужа.
— Или брата, — согласилась Элис, глядя на младшую сестру сэра Лайонела Эверингема, Сару, красивую темноглазую девочку, только недавно допущенную ко двору, которая сейчас злобно смотрела на Элис.
Мэдлин скорчила рожицу Саре, и та покраснела и поспешно отвернулась, чтобы заговорить с кем-то другим.
— Эта маленькая стерва заслуживает порки, — мрачно заметила Мэдлин. — Она вот уже целую неделю проповедует идиотизм, если не сказать измену.
— Измену! — Глаза Элис расширились.
— Да, если ты считаешь, что несогласие с королем — измена. Сара заявляет, что тебя обещали в жены ее брату и что король должен был выполнить обещание, раз сэр Лайонел присягнул ему в верности. Говорю тебе, девчонка сумасшедшая. Она даже не следит за своими речами в присутствии Элизабет.
— Элизабет не накажет ее за то, что она плохо говорит обо мне.
— Ну, может быть, и так, но, поступая таким образом, Сара говорит плохо о ее драгоценном Гарри, а не только о тебе.
— Мэдлин! — Элис быстро оглянулась, но облегченно вздохнула, увидев, что поблизости нет никого, кто мог бы их подслушать.
Мэдлин пожала плечами:
— Боюсь, я уже вызвала недовольство ее величества, потому что она спросила меня вчера вечером, не хочу ли я тоже красивого мужа, как твой сэр Николас. Я ответила, что не слишком высокого мнения об очень целеустремленных людях. Он красив. И думать, что он владеет тобой, должно быть, захватывающе и даже приятно. Ну, разве не так? — спросила она.
Зная, что она наверняка красная, как свекла, и не желая отвечать на такой вопрос, Элис направилась вслед за остальными. Мэдлин шла за ней по пятам и после благословения села рядом, но у них больше не оказалось возможности поговорить без свидетелей. Дамы обедали одни, так что трапеза прошла в молчании, и вместо того, чтобы слушать менестрелей после обеда, они снова молились. Все еще продолжался Великий пост, и к ним присоединилась леди Маргарет.
Однако леди Маргарет не сопровождала Элизабет и фрейлин назад в зал, и поэтому остаток дня прошел непривычно беззаботно — дам, занятых своим рукоделием, развлекал Патч, шут Элизабет, подаренный ей королем. Патч не отличался таким остроумием, как Том Блэколл, но обладал талантом рассказывать истории приятным голосом и заставлять свою госпожу смеяться. Сидя на помосте у ног Элизабет, он декламировал длинную, очаровательно романтичную поэму.
Когда он закончил, Элизабет отложила свое рукоделие, чтобы поблагодарить его, и, отпустив, проговорила лениво:
— А теперь мы послушаем музыку. Нет, леди Эмлин, — обратилась она к даме, когда та взялась за лютню, — мы знаем, что вы предпочли бы закончить свое шитье, поэтому наша новая леди Мерион будет развлекать нас. Как мы припоминаем, она играла для нас довольно сносно, когда мы жили на севере.
И во время обеда, и потом, когда шут читал свои стихи, Элис время от времени замечала на себе задумчивый взгляд Элизабет и думала, не обидела ли она ее чем-то, но такого она не ожидала. Она неохотно поднялась.
— Мадам, я сожалею, но у меня нет инструмента.
— Леди Эмлин одолжит вам свой, — ответила Элизабет, давая понять, что спорить бесполезно.
Нервно вздыхая, потому что она играла на лютне не очень хорошо, о чем Элизабет прекрасно знала, Элис вышла вперед, чтобы взять предложенный инструмент.
— Сядьте сюда, на помост, — предложила Элизабет, — где сидел Патч, когда читал нам. Так нам всем будет вас лучше слышно. Может быть, вы захотите развлечь нас балладой?
Элис бросила взгляд на Мэдлин, дав ей понять, что что-то неладно. Мэдлин могла ответить только сочувствующей улыбкой. Теперь все остальные дамы тоже смотрели на Элис, ожидая выполнения королевской просьбы. Элизабет тоже ждала.
Элис решила, что делает из мухи слона. Она сейчас сядет, возьмет лютню и покажет, что играет слишком плохо, чтобы услаждать королевский слух. Элизабет будет удовлетворена ее унижением, и жизнь пойдет в своем обычном русле. Ведь лучше так, чем если ее бросят львам или повесят, утопят и четвертуют перед толпой зевак на Тайберне.
Подобные мысли придали ей храбрости, и она подошла к помосту и села, говоря себе, пока расправляла юбки, что она не столько сидит у ног Элизабет, сколько во главе комнаты. Взяв лютню, она провела по струнам, чтобы убедиться, что они не слишком сильно расстроены, отчаянно попыталась вспомнить слова самой простой баллады и начала.
Она обладала приятным голосом и надеялась, что ошибки в ее игре будут не так заметны. Как только Элис закончила петь, Элизабет печально покачала головой:
— Похоже, вы не упражнялись как следует, леди Мернон. Ваш голос достаточно хорош, мы полагаем, но ваша игра нам неприятна.
Вспыхнув не только от смущения, но и от гнева, Элис ответила:
— Прошу прощения, мадам. Я не так хорошо играю на лютне, как хотела бы.
— Тогда, возможно, есть другой инструмент, на котором вы предпочли бы сыграть нам? — благосклонно спросила Элизабет.
— Нет, мадам, боюсь, что нет. — Элис ненавидела ее сейчас так, как в Шерифф-Хаттоне.
— Но такое положение дел неприемлемо, леди Мерион. Я требую, чтобы вы немедленно уведомили своего мужа о вашем печальном недостатке и попросили его нанять для вас учителя. Поскольку вам понадобится свободное время для уроков, вы освобождаетесь от обязанностей в нашей опочивальне.
— Могу я получить позволение удалиться сейчас, мадам? — мрачно спросила Элис. Совсем не шутка, что ее освободили от доступа в опочивальню королевы. Сэр Николас при его амбициозности придет в негодование. Элизабет сполна отомстила ей за Шерифф-Хаттон, и Элис нужно время, чтобы успокоиться и подумать о дальнейшем.
— Нет причины спешить, леди Мерион. Леди Эмлин, теперь возьмите лютню вы и покажите ей тот уровень умения, к которому она должна стремиться, — приказала Элизабет. Когда Элис передавала лютню леди Эмлин, она добавила:
— Прошу вас, вернитесь на свое место на помосте, леди Мерион, пока мы не решим отпустить вас.
Кипя гневом, но не смея возразить, Элис снова села на край помоста. Все глаза в зале смотрели на нее. Она жалела, что не знает действенного способа заставить Элизабет испытать неловкость. Чопорно выпрямившись, Элис ждала, пока леди Эмлин не возьмет последнюю ноту. Когда Элизабет разрешила всем удалиться в их комнаты, чтобы приготовиться к вечерней трапезе в большом зале вместе с королем, Элис облегченно вздохнула.
— Леди Мерион, — тихо произнесла Элизабет, — мы не знали, что вы так жаждете уйти. И мы, признаться, удивлены, что вы так послушно восприняли свой брак, зная вашу надежду выйти за сэра Лайонела Эверингема, такого красивого, такого… — Она умолкла, сделав знак рукой, что отпускает ее, однако добавила:
— Но будет неучтиво с нашей стороны предполагать, что ваш новый муж хоть в чем-нибудь менее достойный рыцарь.
— Клянусь, мадам, — посмотрела ей прямо в глаза Элис, — поскольку мы обе замужем за валлийцами, я думала, что вы порадуетесь вместе со мной.
В зале воцарилась мертвая тишина, и на мгновение Элис показалось, что королевское спокойствие изменит Элизабет, но та справилась с собой:
— Воистину, мадам, мы обе радуемся. — Передав свое вышивание леди Эмлин, она встала со своим обычным гордым видом и покинула комнату.
В коридоре, быстро двигаясь вместе с другими дамами к лестнице, Мэдлин схватила Элис за руку так сильно, что могли остаться синяки, и прошипела ей в ухо:
— Ты что, сошла с ума? Как ты осмелилась говорить с ней так?
— Ш-ш, — прошипела Элис в ответ. — Идем со мной в мою спальню.
— Но что, если там сэр Николас?
— Мне все равно, даже если и так, но его там не будет. Он уехал сегодня утром по какому-то дурацкому делу и так торопился, что даже не нашел времени попрощаться со мной.
— Ну, я тебе уже говорила, что муж не слишком ценное приобретение в жизни, — парировала Мэдлин своим обычным голосом, после чего не одна голова повернулась к ним.
Они не говорили больше ничего, пока не дошли до спальни Элис, но, обнаружив, что ни Джонет, ни горничная, помогавшая ей, еще не пришли, Элис выпалила без промедления:
— Мне хотелось убить Элизабет! Что мне теперь делать?
— Она не любит тебя. — Мэдлин опустилась на кровать и чуть не свалилась, сев на пояс своего платья.
— Она знала, что я не умею хорошо играть, — объяснила Элис. — Она устроила все нарочно, чтобы отплатить мне за…
— За что? Ну, давай рассказывай! — настаивала Мэдлин.
— Ничего.
— Ну нет, подруга. Ты расскажешь мне все, или я не уйду из твоей комнаты. — Она выжидательно наклонилась вперед.
Элис поморщилась и постаралась рассказать все как можно короче. К концу рассказа Мэдлин сидела разинув рот.
— Ты дала пощечину Элизабет Йорк? Господи, ты совсем рехнулась!
— Она бесстыдно лгала о Ричарде. Она просто вывела меня из себя. О, я больше не хочу говорить о ней. Где Джонет? Клянусь, она должна чувствовать, когда нужна мне.
— Я здесь, — с холодным спокойствием отозвалась Джонет с порога. — Плохая примета сидеть на постели, мистрис Фенлорд.
— Да, точно, — согласилась Мэдлин, соскочив с кровати и разглядывая свой веер. — Я потеряла два пера из этой очаровательной безделушки. Теперь я оставлю тебя, Элис, потому что должна переодеться к ужину, если нам придется прислуживать ее величеству в большом зале. Но мы еще поговорим позже, — добавила она.
Как только Мэдлин вышла, появилась горничная, так что Элис пришлось выносить укоризненное молчание Джонет, пока девушку не отпустили. Но как только дверь закрылась, прежде чем Джонет успела высказать все, что думает, Элис стала оправдываться:
— Я сожалею, что сказала, но я очень злилась и не сдержалась. — Она поняла, что не может объяснить подробнее, не говоря плохо об Элизабет. Сэр Николас прав. Теперь Элизабет супруга короля, и неразумно, а может быть, даже и небезопасно критиковать ее в чьем-то присутствии. Мысль о сэре Николасе как будто принесла его образ в комнату, и Элис опять проклинала Элизабет за то, что теперь ей придется рассказать ему обо всем случившемся.
Она не видела его весь вечер. Когда убрали столы после ужина, зал жужжал от разговоров, что король в самом ближайшем будущем собирается двинуться на север. Элизабет не поедет с ним — все еще есть опасение, что ее положение слишком деликатно, чтобы выдержать путешествие, и Элис услышала от разных людей предположение, что виконт Ловелл, если он уже не покинул свое убежище, может напасть на королевский кортеж. Не в первый раз она слышала такие разговоры, потому что сплетни ходили еще до ее бегства, но сейчас ей пришлось напрячь все силы, чтобы не выдать ни взглядом, ни словом, что она знает о его местонахождении.
К ней вдруг подошел сэр Лайонел Эверингем. Из его вежливого разговора Элис поняла, что он желает ее, и не знала, воспринимать его слова как комплимент или как угрозу. Она твердо решила уклониться от его настойчивого стремления встать как можно ближе к ней, но тут он упомянул лютню.
— Я знаток этого инструмента, миледи, даже многих инструментов, — добавил он, с вожделением глядя на нее и похотливо переминаясь с ноги на ногу. — Для меня будет огромным удовольствием давать вам уроки игры.
Она смотрела на него, не находя слов для ответа.
— Моя жена не нуждается ни в чьих уроках, кроме моих, — резко ответил сэр Николас, неожиданно подойдя к ним и испугав Элис до полусмерти. Он обнял Элис за плечи.
Сэр Лайонел поклонился.
— Ваш покорный слуга, сэр.
Сэр Николас кивнул в ответ:
— Прошу прощения, но сегодня лишь второй день нашего брака. Я целый день был лишен общества моей жены.
— Разумеется, — ответил сэр Лайонел, неприветливо скривившись.
Элис хотела поблагодарить сэра Николаса, но одного взгляда на его суровое лицо оказалось достаточно, чтобы она промолчала. Она не сопротивлялась, когда он вывел ее из зала, и не пыталась с ним заговорить, пока они не дошли до его спальни.
Там, захлопнув с грохотом дверь, он повернулся к ней и с силой встряхнул:
— Какой бес в вас вселился, мадам? Что вы такое вытворяли?
— Он пристал ко мне! Я не приглашала его.
— Я говорю не об Эверингеме, я говорю об Эли — Но я не виновата! — крикнула она, вырываясь. — Все Элизабет. Эта лицемерная сучка знала, что я не умею… — Его рука взметнулась, чтобы ударить. Она оборвала фразу, отскочив от него подальше, и торопливо затараторила:
— Я умоляю о прощении, сэр! Мне не следовало говорить так, но она разозлила меня, и не я устроила эту сцену! Она сказала, что я вышла замуж за человека ниже меня по положению. Она… она сравнила вас с сэром Лайонелом!
— Я знаю, — грустно покачал он головой.
— Вы все знаете? Какая гнусная сплетница посмела рассказать вам?
— Король.
— О… — Она закусила губу. — Он разозлился?
— Нет, к счастью, у нашего Гарри есть чувство юмора, и ему даже понравилось, что мы оба валлийцы. Что еще я должен знать?
Элис не могла остановиться от возмущения, чтобы ответить ему на вопрос.
— Я не думаю, что так уж забавно сравнивать вас с сэром Лайонелом, но кто посмел разносить сплетни об Элизабет Тюдор?
— Сама Элизабет, — сообщил он.
— Элизабет! Но зачем, когда подобная история позорит ее?
— Может быть, вам лучше рассказать мне все? — посоветовал он, протягивая к ней руку. Она отпрянула, и сэр Николас нахмурился. — Я не буду бить вас. Я просто хочу знать, что случилось. И не надо больше baldarddws, девочка. Мне нужна вся правда.
— Что такое б-болдедуш? — с любопытством спросила она, произнеся незнакомое слово и одновременно следуя вместе с ним из гостиной в спальню.
— Глупость, чепуха, женская болтовня, — нетерпеливо ответил он, закрывая дверь. — А теперь рассказывайте.
— Да, — ответила она. Стоя перед огнем, она рассказала ему, что сделала Элизабет. Она придерживалась точности и не пыталась выгородить себя. Когда она закончила, он покачал головой:
— Женщины!
— Вы сердитесь, сэр?
— Нет, девочка. Вам не следовало так вести себя, но я признаю, что вас вынудили. И сомневаюсь, что королева-затейница рассказала нашему Гарри об истории с игрой на лютне, потому что он не упоминал об этом. Даю голову на отсечение — она рассказала только то, что хотела сказать, чтобы защитить себя от возможных сплетен, но он наверняка достаточно скоро узнает всю историю, если Эверингем уже слышал ее. Поэтому он предлагал давать вам уроки, так ведь?
Она настороженно кивнула.
— Элизабет не понравится, если Генрих узнает всю историю, потому что она не позабавит его. — Он вздохнул. — Больше не должно повторяться ничего подобного. Теперь ясно, что я не могу оставить вас здесь.
— Оставить меня? Но…
— Вы думали, что могли бы сопровождать короля в его продвижении на север, mi geneth, когда его супруга остается здесь?
— Нет, но я думала, что вы могли бы… — Она замялась.
— Я следую за моим королем, — проговорил он, — по крайней мере таков был мой план, и король согласен с ним. Думаю, мне придется разочаровать его, но у меня не получится просто отвезти вас в Вулвестон.
— Почему?
— Ваш отъезд и так будет выглядеть достаточно странно, если королева остается, а я не могу известить Гарри, что беру вас в Вулвестон, чтобы осмотреть мои новые владения. Его маршрут пролегает через Ботри и Донкастер, так что я находился бы достаточно близко, чтобы осмотреть их. Нет необходимости брать вас.
— Это мой дом! — возразила она.
Он пожал плечами:
— Вы служите королеве, мадам. Ваше место рядом с ней, а не в Ноттингемшире. А теперь помолчите, — приказал он, когда она открыла рот. — Дайте мне подумать.
Она смотрела на огонь, злясь, что он не хочет брать ее с собой в Вулвестон. Разумеется, они могли бы путешествовать в стороне от королевской процессии.
Как будто думая вслух, он пробормотал:
— Я мог бы забрать вас в Уэльс. Не только сама Элизабет предлагала такую поездку, но и Гарри поймет, что моя семья должна познакомиться с моей женой. А из Уэльса мы можем поехать в Вулвестон. Если будем двигаться достаточно быстро, я смогу присоединиться к нему в Донкастере.
— Как скоро он прибудет туда?
— Он сказал, что хочет поскорее, но путь все равно займет время, ведь Пасху он должен провести в Линкольне, потом поехать в замок Ноттингем, а оттуда через Шервудский лес в Донкастер и Йорк. — Он улыбнулся. — Вы бы хотели увидеть мой дом, мадам, в Брекнокшире, в долине реки Хондду? Город, в котором у нас происходят ярмарки, Брекон, находится в пятнадцати милях.
— А Брекнокшир недалеко от Гламоргана? — спросила она, вспомнив, что сэр Джеймс Тирелл назначен шерифом Гламоргана. Она пока ничем не могла помочь Ловеллу, но, может быть, у нее еще появится такая возможность.
— Гламорган — соседнее графство на юге, за горами, которые называются Брекон-Биконс. А почему вы спросили, mi geneth?
Она улыбнулась:
— Гламорган — единственное уэльское графство, название которого я слышала в первый раз, когда вы объясняли, почему ваши люди так зовут Хью Гауэра, и рассказали мне историю про великана. Я с нетерпением жду встречи с вашей семьей, сэр, и хочу увидеть ваш дом. Но должна признаться, — добавила она со вздохом, — я по горло сыта поездками в компании одних только солдат и слуг. Могу я просить позволения пригласить мистрис Фен-лорд сопровождать нас?
Он помедлил и задумался:
— Она богатая наследница, так ведь? И еще ни с кем не обручена?
— Да, — подтвердила Элис, — но она не хочет выходить замуж.
Он не обратил никакого внимания на се последние слова и произнес задумчиво:
— Она тоже очень хорошенькая. Уверен, она подойдет моему брату.
— А вот и нет, — возразила Элис. — У нее нет желания выходить замуж, сэр, а она привыкла, чтобы с се желаниями считались.
Он рассмеялся.
— Правда? Что ж, если вы пообещаете вести себя хорошо, девочка, я попрошу Гарри отпустить ее с нами. Сначала, однако, я должен получить его позволение для меня и моих людей. Слухи, которые сейчас распространяются, сделали его немного нервным. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Кое-кто говорит, что преступный Ловелл убежал на север, где плетет интриги против короля.
— А что говорите вы, сэр?
— Только то, что наш Генрих должен серьезнее отнестись к тому, что он слышит. Он все еще надеется, что Ловелл покорится ему, и уверен, что цель распространителей подобных слухов — продвинуться при дворе, осуждая последнего настоящего Йоркского лидера.
— Когда мы должны уехать, сэр? — спросила она, меняя тему разговора.
— Король уезжает в среду утром. Успеете вы и мистрис Фенлорд приготовиться к отъезду?
Она насмешливо улыбнулась ему.
— Еще целая бездна времени, сэр. Обычно вы не даете мне так много. Но что, если король не даст разрешения?
— Даст. Его женушка позаботится об этом, а я позабочусь, чтобы вы получали уроки игры на лютне, малышка, но я не найму вам учителя. Я сам буду учить вас. — Он улыбнулся. — Мне нравится учить вас. Уверен, сейчас как раз пришло время для урока. Жаль только, что под рукой у нас нет лютни. — Выражение его лица возбуждающе потеплело, и он потянулся к шнуровке ее платья.
Она ответила сразу же и с удовольствием. Некоторые уроки, подумала она, гораздо приятнее других.
Благодаря убедительности то ли сэра Николаса, то ли королевы, но в среду утром кавалькада, состоящая из сэра Николаса, Элис, Мэдлин, Джонет, Элвы Дин и сорока вооруженных всадников, с рассветом покинула Вестминстерский дворец.
Все время пути они наслаждались прекрасной погодой и ехали очень быстро, отправившись на запад вдоль Темзы до Аксбриджа, потом в Оксфорд, переправившись через Северн в Глостере. Они провели ночь и следующий день, воскресенье, в аббатстве к югу от города, а на следующий день вступили на земли Уэльса, в Монмут.
Ранним утром следующего дня они снова продвигались вперед, теперь уже вдоль реки Аск к Абергавенни. Когда сэр Николас издалека узнал массивную башню замка Раглан, глаза Элис расширились от изумления. Она много слышала о Раглане.
— Настоящий оплот Йорков, — выдохнула она.
Мэдлин, ехавшая рядом с ней, удивилась:
— Йоркисты в Уэльсе? Я думала, здесь все сторонники Тюдоров. Но вообще-то, — добавила она со смехом, — я плохо знаю историю. Это так скучно.
Сэр Николас разъяснил:
— В той части страны царило сильное йоркистское влияние, но по крайней мере одно восстание против покойного короля — его поднял Бекингем — началось в Бреконе, и валлийцы очень довольны Гарри. Он, может быть, не настолько валлиец, как хотели бы некоторые, но народ здесь рад, что он возводит свою родословную К Кадуоладеру. Все связывают с его именем пророчество Великого вождя, что когда-нибудь валлиец будет править Англией.
За Абергавенни пейзаж изменился. Невысокий склон, по которому они поднимались из долины в горы, известные как Брекон-Биконс, стал круче. Воздух, наполненный солнцем, пением птиц и запахом цветов, пьянил Чистотой. Землю Уэльса покрывала буйная растительность, вокруг зеленели холмы с густой травой и кустарником и пестрели веселым разноцветьем полевые цветы. Но пышная растительность кончилась на вершине горы, аде их встретил сильный ветер, порывы которого достигали большой силы. Вид с вершины заставил Мэдлин и Элис замереть от восторга.
— Здесь так пустынно, — прошептала Элис, когда они остановились, чтобы дать отдохнуть лошадям. — Нет ничего, кроме крошечных розовых цветочков, цепляющихся за коричневую землю, и высоких, похожих на колонны, камней вон там, в отдалении. Что это за камни?
— Их называют «длинные камни», — объяснил сэр Николас, — или «стоячие камни». Одни говорят, что их привезли римляне, другие — что их забросили сюда великаны. — Он улыбнулся Хью. — Вероятнее всего, римляне обозначали ими древние дороги или считали их памятниками важных людей. Но Биконс не всегда такие голые, как сейчас, девочка, и хотя сегодня горы кажутся тихими и спокойными, они таят в себе большую опасность. Туман, поднимающийся с моря, иногда такой густой, что не видно собственной руки, поднесенной к лицу, а еще есть обрывы в скалах и тростниковые болота, в которых, если неловко ступить, исчезнешь навсегда.
Они не задержались наверху, и вскоре ошеломивший их пейзаж вновь сменила пышная зелень равнины, где реки Аск, Тарелл и Хондду встречались в Бреконе — центре уэльской торговли тканями. Проезжая по двум главным улицам, женщины с удивлением смотрели на ряды фланели, растянутой на специальных рамах для сушки после обработки. Николас показал им монастырскую школу. Ночь они провели в бенедиктинском монастыре, венчающем холм к северу от города. В тот вечер Николас занимался размещением своих солдат, а женщины прогуливались в тихом саду монастыря. Их путешествие почти завершилось, и на следующий день, когда они вступили в очаровательную зеленую долину Хондду, Элис заметила разительную перемену в поведении своего мужа.
Веселый, но сдержанный, он проводил с ней времени не больше, чем с другими женщинами. Каждый раз, когда они останавливались на ночлег, даже в приютах церкви, женщины ночевали вместе, а Николас спал на мужской половине дома для паломников. Он оставался вежлив и даже почти каждый вечер находил время для урока игры на лютне, но Элис надеялась на более близкие отношения. Пока его люди находились рядом, она, казалось, совсем не волновала его, он сохранял полный контроль над собой.
Хью часто ехал рядом с ними и всегда много болтал, но отношение к нему Джонет не становилось теплее, даже когда они с сэром Николасом начинали вспоминать свое детство, радуясь родным местам. Элис даже начала немного сочувствовать Хью.
Долина поражала своей красотой. Боярышник у реки еще не зацвел, но серебряные сережки на ивах уже украшали красные ветви, и везде цвели подснежники и калужницы. На холмах паслись стада черных коротконогих коров с длинными рогами и множество овец. Сэр Николас все время улыбался, его глаза светились от удовольствия. Он ускорил темп и перед самым полуднем, когда какой-то человек вышел из коттеджа, помахал ему рукой. В ответ человек тоже помахал ему и прокричал приветствие. Вглядевшись, он бешено замахал обеими руками и крикнул:
— Николас ап Дафидд аб Эван вернулся домой!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сумеречная роза - Скотт Аманда



обалденный роман, советую почитать.
Сумеречная роза - Скотт Аманданаталья
25.11.2013, 7.04





интересно было читать.но,чего то не хватает,лично для меня.7 баллов.
Сумеречная роза - Скотт Амандачитатель)
14.03.2014, 20.08





У меня возникло двоякое отношение к этому роману. С одной стороны, вроде бы, все закончилось хэппи-эндом, как и положено в любовных романах. А с другой стороны во время чтения меня преследовало чувство разочарования и неудовлетворенности, и даже, может быть, горечи. Хотя, довольно сложно привести конкретные причины. Возможно, дело в том, что на протяжении всего повествования ггерой сердится, а ггероиня все время оправдывается. А еще, вероятно, в том, что героиня, все-таки,предала свои принципы и дочернюю любовь к королю Ричарду третьему. Но что меня привело в недоумение, так это то, что на смену Ричарду Йорку, согласно истории, пришел Генрих седьмой Тюдор, а его в книге, кроме одного раза, все время называли Гарри. Надеюсь это ляп переводчика, а не грубая ошибка автора. И, честно говоря, я в глубоком сомнении, не зная сколько поставить баллов. Думаю, что лучше ничего.
Сумеречная роза - Скотт АмандаНатали О.
15.12.2014, 21.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100