Читать онлайн Опасные иллюзии, автора - Скотт Аманда, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опасные иллюзии - Скотт Аманда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.8 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опасные иллюзии - Скотт Аманда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опасные иллюзии - Скотт Аманда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Скотт Аманда

Опасные иллюзии

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

26 сентября 1815 года
Дочитав романтическую историю в «Ледис Мансли Мьюдейм», леди Дейнтри Тэррант отложила журнал и, вздохнув, обратилась к плотной седоволосой женщине:
— Не понимаю, тетя Офелия, почему все женские романы всегда заканчиваются одинаково: девушки выходят замуж, и автор обещает им счастливую жизнь и любовь до гроба? А то, каким образом героиня находит себе мужа, у меня просто в голове не укладывается: они встречаются, он ей улыбается или кивает, и она тут же влюбляется в него без памяти.
Оторвавшись от тетради, в которой делала какие-то заметки, леди Офелия Болтерли заявила:
— Запомни, дитя мое, не влюбляется, а, скажем, шагает в это, как, например, человек ступает в грязь. Впрочем, отправив восвояси трех кандидатов в мужья и увязнув с четвертым, ты могла бы и сама разобраться в этом.
Дейнтри снова вздохнула и, отбросив с лица прядь вьющихся волос, щекотавших нос, посмотрела в окно. Увы, погода не улучшила ее настроения — промозглый сентябрь больше походил на февраль. Серые рваные облака нависли над мокрыми от измороси деревьями Таском-парка. Впрочем, это даже нельзя было назвать дождем, потому что поверхность пруда оставалась неподвижно. гладкой, а в бассейн возле фонтана можно было смотреться, как в зеркало. Однако Дейнтри, которая просто не мыслила себя без прогулок верхом, вынуждена была сидеть на диване и читать скучнейший и глупейший роман.
Тетя Офелия расположилась возле жарко пылавшего камина и, казалось, наслаждалась теплом и уютом, но в то же время пытливо посматривала на племянницу, явно ожидая продолжения разговора. Она даже отложила в сторону журнал. Невысокого роста, крепкого телосложения, тетушка ежедневно совершала длительные прогулки, причем делала это с таким же удовольствием, как и писала. В свои семьдесят семь лет она сохранила бодрость духа, острый пытливый ум и еще могла обходиться без очков при чтении и письме. Тетя Офелия считалась признанным «синим чулком» и открыто восхищалась такими убежденными феминистками, как Мэри Уоллстоуикрафт и Мэри Аистел.
— Вы считаете, что на самом деле существует настоящая любовь между мужчиной и женщиной? — лукаво улыбнулась Дейитри. — Меня же привязывают к определенному джентльмену лишь данное обещание и желание угодить папе. Правда, каждый раз, оказываясь в подобной ситуации, я надеюсь, что наконец-то встречу своего избранника, однако в конечном итоге жених не оправдывает моих надежд. Теперь же я помолвлена с человеком, которого и в глаза-то не видела, а все только потому, что отец считает меня не способной самой найти себе мужа.
— Твой драгоценный папочка такой же знаток мужчин, как и ты, — то есть вообще никакой, — сухо заметила тетя Офелия. — Стоит только взглянуть на экземпляр, выбранный им в мужья Сюзан. А причиной такого выбора явилось удачное расположение Сикорт-Хэд: оно, видите ли, находится напротив Таском-парка.
— Но Сикорт очень обаятельный мужчина, — возразил Дейнтри. — Кроме того, папа не переставая твердит о явных выгодах этого союза, поскольку все земли вокруг Сен-Меррина теперь отошли нашей семье.
— Ошибаешься, моя дорогая. Доля Сикорта достанется его сыну, если таковой появится. В любом случае, деньги и собственность перейдут к наследнику мужского пола. Да, ничего не изменилось в этом вопросе со времен моей юности. К счастью, мой отец был достаточно мудрым и дальновидным и решил, что мне не стоит зависеть от настроения и кошелька мужчины. Мои дела сейчас ведет сэр Лайонелл Уэрринг. Между прочим, для тебя нет никакой необходимости соглашаться на этот брак, поскольку ты унаследуешь половину моего состояния. Это сразу же сделает тебя не зависимой от любого мужчины.
— Но я еще ничего не унаследовала и не хочу даже говорить об этом, — рассердилась Дейнтри. — А пока мой долг — повиноваться папе.
— О, долг, придуманный мужчинами для их же удобства — усмехнулась тетя Офелия. — Пойми, мир состоит не только из самцов. Они же решили изменить его для удовлетворения своих потребностей.
Дейнтри улыбнулась:
— У мамы начинается мигрень, когда вы говорите такие вещи, да и Реверенд Сайкс их тоже не одобряет.
— Я в курсе, однако это не меняет положения дел. Только не говори мне, что каждая женщина сама вправе решать свою судьбу, ибо так сказано в Библии. На самом деле это не так. Не женщина писала Священное писание или выдумала ерунду о сотворении мира. Хотя именно представительницы слабого пола когда-то вершили судьбы народов и обладали огромной властью. Вспомни мифологию — греческих и римских богинь. В более древнем обществе вообще парил матриархат. Многие вполне обоснованно считают, что первой на Земле появилась все-таки Ева, из чрева которой вышли все мужчины. Это уже потом Священное писание попало в руки мужчин, а они приспособили под себя религию, представив Еву сластолюбивой глупой особой, сорвавшей запретный плод. Как будто Адам здесь совершенно ни при чем! Если бы дело происходило в Англии, наш суд непременно признал бы Адама виновным на том основании, что только мужчина может принимать судьбоносные решениями
— Я не раз слышала от вас эти слова, но не думаю, что английский суд отважится поддержать Еву, пусть даже таким странным способом, — изумленно произнесла Дейнтри.
— Слава Богу, моя дорогая, что ты еще не разучилась мыслить самостоятельно, — с удовлетворением заметила тетя Офелия. — За это ты должна благодарить меня. Твоему отцу и в голову бы не пришло научить тебя подобному, с его точки зрения, святотатству или нанять гувернантку, обладающую здравым умом и чувством собственного достоинства. Ты никогда бы не выучила греческий и латынь. Насчет итальянского я сомневаюсь, зато французский язык непременно вошел бы в курс твоего обучения. Несмотря на честолюбивые происки этого негодяя Наполеона, французский по-прежнему популярен в свете, хотя и не так, как прежде. Теперь же, когда война закончена и можно спокойно путешествовать, он снова войдет в моду.
— Если только Бонапарт не сбежит из ссылки, как это произошло в прошлом году, — рассмеялась Дейнтри. — Что касается греческого и латинского, то вам отлично известно — у меня вообще нет способности к языкам.
— Ты знаешь столько же, сколько любой мужчина, окончивший Оксфорд или Кембридж, — кисло усмехнулась тетя Офелия, — и, во всяком случае, гораздо больше многих женщин. Чтобы занять положение в обществе, нужно получить хорошее образование. Согласись, абсурдно, когда женщина служит лишь средством развлечения и украшения. У древних кельтов представительницы «слабого» пола сражались наравне с мужчинами. Хочу также заметить: если бы Наполеона содержала под стражей женщина, он не смог бы даже чихнуть, не то что сбежать. Только мужчины могут наивно полагать, что другие будут играть по заранее установленным правилам. Точно так же глупо считать, что девушка, расторгнувшая помолвку с тремя претендентами, согласится на четвертую, чтобы только угодить своему отцу.
Дейнтри прекрасно знала привычку тети внезапно менять тему разговора, поэтому ничуть не удивилась последнему замечанию.
— Папа пригрозил мне ужасной карой за ослушание, а он способен привести свою угрозу в исполнение. Вряд ли я смогу отклонить предложение Пенторпа. Я даже не знакома с ним. Да и какие я приведу возражения?
— Хотя бы тот факт, что вы не знакомы. Боже мой, дитя, а вдруг Пенторп окажется развратником и скандалистом? Даже твой отец его не знает. Он пошел на эту помолвку, потому что ты сама довела его до крайности. Кроме того, Пенторп — виконт, а для твоего батюшки огромная честь породниться с племянником старого друга. Вряд ли он знает отца твоего жениха.
Да, потому что они вместе учились в Хэр-роу. Единственный недостаток Пенторпа в том, что он закончил Итон.
— Ну, твой отец тоже с удовольствием учился бы в Итоне и вовсе не считал бы это зазорным, — возразила тетя Офелия. — Если бы не вражда между Сен-Мерринами и лордом Томасом Девериллом, твой родитель никогда бы не отправился в Хэрроу и не послал бы туда Чарльза, твоего брата. Господи, какая глупость эта вражда! Признаться, я никогда этого не понимала. Когда Жерво потерял старшего сына — помнишь, незадолго до битвы при Ватерлоо с ним произошел несчастный случай? — твой отец вскользь заметил, что у маркиза есть еще один сын, который должен вернуться домой, вместо того чтобы шататься по Корнуоллу и помогать безработным шахтерам. Жерво отзывался об этом сыне как о лоботрясе, единственной задачей которого является поддержание качества глочестерширской кукурузы. Впрочем, к чему вспоминать об этом? Я лишь хотела сказать, что все мужчины семейства Тэррантов всегда учились в Итоне до этой идиотской ссоры. Кстати, твой батюшка вовсе не возражал против того, что Сикорт окончил Итон.
Мне абсолютно безразлично, мадам, в какой школе учился мужчина. Я знаю, что Чарльз ненавидит Хэрроу так же, как и любой другой юноша, окончивший Итон. Разве там человек не подвергается жестоким испытаниям и унижениям? Я заметила, что мужчины начинают ценить и уважать школы лишь спустя много лет после их окончания.
В это время распахнулась дверь, со стуком ударившись о стену, и в комнату ворвалась девочка, очень похожая на Дейнтри, — те же розовые щечки, темные кудри, блестящие глаза. Юбка ее белого муслинового платья слегка задралась, демонстрируя спущенный чулок на правой ноге. Следом вошла вторая девочка, более светлая и стройная.
— Шарлотта! — воскликнула леди Офелия. — Где ты была? Немедленно подтяни чулок и постарайся вспомнить, как должна вести себя настоящая леди. Входить в комнату нужно с достоинством, грациозно, а не врываться подобно грабителю.
Пока Чарли послушно приводила себя в порядок, Дейнтри улыбнулась второй девочке и похлопала по сиденью рядом с собой.
— Сядь со мной, Мелисса, и расскажи нам, чем вы занимались этим ужасным утром.
Подтянув заодно и второй чулок, Чарли подняла смеющееся личико:
— Мы занимались с кузиной Этелиндой и решили сегодня обойтись без ее услуг.
Подавив смех, Дейнтри украдкой взглянула на тетю Офелию, не терпевшую беспорядка и неорганизованности, но, не заметив никаких признаков недовольства, отважилась на второй вопрос:
— И как же вы расправились с ней? Убили бедную женщину7
Чарли с усмешкой поправила накидку.
— Нет, хотя я частенько борюсь с подобным искушением, мадам. Кузина Этелинда — чопорная гусыня и всегда говорит нам гадости. Она вообще ничего не знает о жизни.
— Не буду оспаривать этот факт, однако такие слова не должны срываться с губ десятилетней девочки, — сурово заметила леди Офелия.
— Тетя Офелия, сейчас уже конец сентября. Шесть недель назад мы праздновали ваш день рождения, а через полгода будет мой. Мелиссе исполнится десять. Мы уже достаточно взрослые и скоро начнем носить длинные платья, делать прически. Нам вовсе не хочется вышивать платочки, как этого требует кузина Этелинда.
Дейнтри взглянула на Мелиссу, которая молча сидела рядом с ней, сложив на коленях руки.
— Кузина Этелинда учит вас также играть на пианино, вышивать на пяльцах, знакомит с нужными книгами. Я знаю — она очень добросовестно относится к своим обязанностям. Между прочим, тетя Офелия считает, что женщина должна получить хорошее образование.
— По крайней мере, то, чему учит тетя Офелия, интересно, — возразила Чарли, усаживаясь на подушки возле ног старой дамы. — Я не хочу стать слезливой вдовой, повторив судьбу кузины Этелинды. Ей далеко до гувернантки, и она изо всех сил старается быть полезной, так сказать, отрабатывает свой хлеб.
— Чарли, ты не должна так зло отзываться о людях, — укоризненно произнесла Дейнтри, понимающе переглянувшись с тетей Офелией. — Маленькой девочке не к лицу дурно отзываться о старших.
— Но ведь это правда, — возразила Чарли. — Даже Мелисса знает о том, что после отъезда мисс Петтибон дедушка хотел пригласить для нас хорошую гувернантку. Гувернантка Мелиссы осталась дома. Поскольку наши родители все еще в Брайтоне, кузина Этелинда предложила присмотреть за нами, так как чувствует себя обязанной. Если она не бегает за бабушкой, то заставляет нас вышивать платочки. Тетя Дейнтри, нам бы очень хотелось поехать верхом, — ласковым голоском проговорила Чарли, сопровождая свою просьбу заискивающим взглядом.
Дейнтри непреклонно покачала головой, хотя это стоило ей огромных усилий: кто угодно мог растаять при виде такой нежности.
— Нельзя ехать, пока не просохнут дороги. Дождя, правда, нет, но изморось за несколько минут вымочит тебя до нитки. И не нужно меня упрашивать. Думаю, будет лучше, если дедушка не узнает, что вы удрали от кузины Этелинды.
Мелисса поднялась, однако Чарли Знаком приказала ей сесть.
— Если дедушка отправился в библиотеку, он уже ни за что не вернется в свою комнату. Разрешите нам остаться у вас. Кроме того, здесь теплее, чем в классе. Расскажите что-нибудь о вашей юности, тетя Офелия..
— О да, пожалуйста, — тихо попросила Мелисса.
Леди Офелия не могла отказать этим двум милым девочкам, однако поведала не о себе, а о принце Чарльзе и бунте якобинцев. Нужно отметить — ее версия событий, отличаясь от общепринятой, больше походила на правду, потому что не возвеличивала принца, а достоверно описывала его многочисленные недостатки.
Дейнтри, уже много раз слышавшая эту историю, теперь наблюдала за девочками, видя в их глазах такое же восхищение, какое испытала сама, впервые познакомившись с рассказом. Леди Офелия обладала удивительным даром делать обычное сообщение интересным и захватывающим, выделяя, казалось бы, малозначительные детали. Таким образом, она незаметно обучала своих слушателей истории, давая свою, оригинальную, трактовку известных событий. Даже сейчас Дейнтри, затаив дыхание, слушала рассказ и поморщилась от досады, когда девочки начали перебивать тетю Офелию.
— А, вот вы где, шалуньи! — воскликнула леди Сюзан Сикорт, стремительно входя в комнату и едва не путаясь в своих юбках из бледно-голубого муслина. Она была выше Дейнтри, светлее, стройнее, а также спокойнее и мягче, но в данный момент буквально кипела от негодования. — Кузина Этелинда сбилась с ног, разыскивая вас. Мы уже собирались отправить дворецкого на конюшню. Они здесь, мама, — бросила через плечо леди Сюзан. — Девочки в целости и сохранности, под наблюдением Дейнтри и тети Офелии.
В дверях появилась леди Сен-Меррин, кутаясь в многочисленные шали.
— О, слава Богу, — проговорила она слабым дрожащим голосом и, опираясь на руку застенчивой пухлой женщины с поседевшими светлыми волосами, направилась к дивану возле камина.
Чарли поспешно вскочила на ноги.
— Боже мой, бабушка, тетя Сюзан, неужели вы думаете, что мы можем потеряться? Я всегда слежу за Мелиссой и никогда не бросаю ее одну.
— Дорогая, — вздохнула леди Сюзан, — я это прекрасно знаю. Однако ты должна помнить: воспитанные девочки не убегают от старших и не делают что им вздумается, особенно если учесть, что кузина Этелинда согласилась присмотреть за вами до нашего возвращения в Сикорт-Хэд. Конечно, Чарли, будь твои родители здесь, они бы наняли для тебя новую гувернантку, но пока ты должна подчиняться кузине Этелинде. — Повернувшись к своей дочери, леди Сюзан мягко заметила: — Я поражена, дорогая, что ты идешь на поводу у шаловливой Чарли.
Мелисса молча стояла перед матерью, но глаза ее блестели от слез.
Мисс Этелиида Дэвис, которая в это время помогала леди Сен-Меррин устроиться на диване, повернула голову в их сторону.
— О, пожалуйста, не ругайте Мелиссу, кузина, это не ее вина. Нет ничего удивительного в том, что дети не любят меня. — Она засмеялась, прикрыв рукой рот, потом добавила: — Я не тиран и не умею заставить слушаться себя. Это мой большой недостаток, о котором вы тактично умалчиваете. А теперь, кузина Летиция, позвольте предложить вам подушки. Очевидно, подъем по лестнице утомил вас. О, благодарю, — улыбнулась Этелинда, когда Чарли торопливо протянула ей поднятую с пола подушку; затем женщина подложила подушку под спину леди Сен-Меррин. — Вот ваш пузырек с солью. Я позову дворецкого, чтобы он принес ширму. Вы же не любите испепеляющий жар. Мы не любим, когда наши щечки краснеют, да?
Леди Сен-Меррин приподняла руку, желая поблагодарить за заботу, а леди Офелия, с явным неодобрением наблюдавшая за происходящим, резко сказала:
— Перестань причитать, Этелинда. Летти спокойно может преодолеть один лестничный пролет, а от камина, уж точно, не растает. Одна хорошая прогулка принесет ей больше пользы, чем эти нюхательные соли. Впрочем, если ты собираешься позвать дворецкого, попроси его принести еще дров. Почему до сих пор никто не позаботился об этом? Через четверть часа в камине останется одна зола.
— Девочки, ступайте с кузиной Этелиндой и займитесь уроками, — встрепенулась леди Сюзан. — Будете себя хорошо вести, тетя Дейнтри возьмет вас.
— С удовольствием, — отозвалась Дейнтри. — Наверняка небо скоро прояснится, и мы сможем отправиться к морю.
— А мы спустимся вниз? — тут же поинтересовалась Чарли. — Мелисса говорит, что не испугается. Она даже хочет пробраться в пещеру контрабандистов.
— Это правда? — удивилась Дейнтри. — Раньшеты не была такой храброй.
— Тогда волны с грохотом набегали на берег, — смущенно пробормотала Мелисса. — Моя лошадь не любит шума, но Чарли пообещала мне помочь справиться с ней.
В глазах Чарли зажегся насмешливый огонек.
— Я могу справиться с любой лошадью в конюшне деда. Но Нежную Леди не заставить скакать галопом, даже если подложить ей пауков под седло.
— Боже, какой ужас! — возмутилась леди Сюзан.
— Ну это вовсе не значит, что я поступлю именно так, — возразила Чарли. — Конечно, я человек слова, но вот способен ли человек слова на дело? Я только хочу сказать, что Нежная Леди — настоящая улитка.
— Ох, уходи, дитя мое, — слабым дрожащим голоском проговорила леди Сен-Меррин. — Убери ее, Этелиида. Не знаю, почему вы позволяете Чарли так громко разговаривать? От ее крика у меня раскалывается голова.
Дейнтри выразительно посмотрела на Чарли. Девочку возмутило замечание бабушки, но она послушно замолчала, сделав знак Мелиссе следовать за собой. Девочки вышли из комнаты вместе с мисс Дэвис.
— Я от всей души желаю, чтобы Чарльз и Давина поскорее вернулись из Брайтона и взялись за этого ребенка, — заявила леди Сен-Меррин.
— К счастью, ни Чарльз, ни Давина не считают нужным ограничивать свободу любознательной Чарли, — усмехнулась тетя Офелия. — Что касается меня, то, признаться, мне легче справиться с ней, чем с Мелиссой. Говорят, в тихом омуте черти водятся. Твоя дочь очень скрытна, Сюзан.
— Мелисса — воспитанная девочка, — заявила леди Сен-Меррин, поднося к носу пузырек с солью. — Но именно потому, что она ведет себя как положено, ты к ней всегда придираешься. Ты несправедлива.
— Ни Чарли, ни Давина не интересуются Чарли, — добавила Сюзан. — Они наслаждаются светской жизнью, переезжая из Лондона в Брайтон, . — у регента, видите ли, день рождения. Потом начнутся охота, вечеринки, Рождество, потом они снова вернутся в Лондон. Я буду очень удивлена, если они остановятся, чтобы нанять новую гувернантку.
Да тебе самой нравится Лондон, — заметила тетя Офелия. — Ты бы наверняка поехала в Брайтон, если бы простуда не свалила тебя с ног. Поверь, дорогая, тебя никто не может упрекнуть в отсутствии внимания к дочери. Твоя любовь к ней очевидна.
Сюзан покраснела, а леди Сен-Меррин вздохнула. — Сейчас не очень модно так любить детей, да? Окружающие всегда подшучивали надо мной, когда я волновалась о своих отпрысках, и постепенно я перестала это делать. Да и Сен-Меррин этого тоже не одобрял. Конечно, было бы лучше, если бы у Сюзан появилось еще несколько детей.
Сюзан и Мелисса приехали в Таском-парк шесть недель назад, совершенно больные. Причем Сюзан пришлось особенно плохо. Теперь они выздоровели, и Сюзан снова превратилась в пышущую здоровьем женщину. Прекрасно зная злобный нрав Сикорта и его разочарование по поводу появления на свет дочери, а не сына, Дейнтри ласково сжала руку сестры.
— Ты всегда все делаешь правильно. Твоя Мелисса — настоящее сокровище.
— Правда? — улыбнулась Сюзан. — Джеффри считает, что Шарлотта — он запрещает называть ее Чарли, ибо ненавидит мальчишеские клички, — плохо влияет на Мелиссу. Однако я убедила его, что наша дочь поможет девочке избавиться от дурных привычек. Ты согласна со мной?
Дейнтри едва не рассмеялась, но сдержалась, заметив тревогу в глазах сестры.
— Если кто-то и сумеет повлиять на Чарли, то, разумеется, только Мелисса. Чарли трудный, но все-таки хороший ребенок.
— Это отродье сатаны, — возразила леди Офелия.
И слава Богу — если желаете узнать мое мнение. Женщина, которая хочет чего-то добиться, должна уметь постоять за себя.
Джеффри считает, что Шарлотте нужна строгая гувернантка, — заметила Сюзан. — Он сказал это еще до того, как ушла мисс Петтибон.
— О, ради Бога! — вышла из себя леди Офелия. — Избавь нас от комментариев Сикорта. Мы отлично знаем все, что он сказал за последние десять лет. Неужели у тебя больше нет собственного мнения, девочка? Вот уже шесть недель мы слушаем, что говорил или скажет Джеффри, хотя, по-моему, он еще не изрек ничего достойного внимания.
Снова покраснев, Сюзан закусила губу и мгновенно стала похожа на свою дочь.
— Извините, тетя Офелия, я не хотела оскорбить вас.
— Ты вовсе не оскорбила тетю, — осторожно сказала Дейнтри. — Просто она любит, когда люди высказывают собственное мнение, а не повторяют чужие слова. О Боже, в какие дебри завел меня мой язык! Наверное, я никогда не научусь понятно изъясняться. Но ты, надеюсь, знаешь, о чем идет речь, так?
— О да, — вздохнула Сюзан. — Тебя только младенец не поймет. Не ты, а я никогда не умею выразить своих мыслей — наверное, поэтому цитирую других. Если вы простите меня, я пойду наверх. Скоро вернется Джеффри, и мне нужно собрать наши вещи, чтобы Розмари упаковала их. Не дожидаясь ответа, Сюзан быстро поднялась и вышла из комнаты.
Когда за ней закрылась дверь, леди Офелия хмуро заметила:
— Зачем собирать одежду? Розмари — прекрасная горничная. Сюзан становится все больше похожей на тебя, Летти, — ужимки, гримасы, мигрень… Слава Богу, что твои дочери отличаются друг от друга, иначе я бы умерла от скуки.
Дейнтри рассмеялась:
— Тетушка, вы никогда этого не сделаете. Мы вечно попадаем в какие-то нелепые истории, а вы нас всегда спасаете. Без вас жизнь здесь превратилась бы в ад, и не вы, а мы умерли бы от скуки. Леди Офелия благодарно улыбнулась, а леди Сен-Меррин сокрушенно покачала головой Давайте подождем, пока Дейнтри выйдет за муж, тогда посмотрим, изменится ли она, как я и Сюзан. Когда-то я была живой, веселой девушкой, но брак — вещь серьезная, он подвергает испытанию обе стороны. Впрочем, вряд ли вы сможете понять меня.
Дейнтри испуганно посмотрела на тетушку, опасаясь, что та обидится, но леди Офелия, напротив, едва сдерживала смех.
— Если ты хочешь сказать, Летти, что мне следовало бы обзавестись семьей, то я с этим не согласна.
Леди Сен-Меррин, словно капризная красавица, гордо вскинула голову.
— Конечно, я не могу указывать вам, мадам, что вы должны были сделать. Однако у вас нет никакого опыта семейной жизни, и поэтому вы не имеете морального права давать советы другим.
— Иногда вовсе не требуется опыт, чтобы понять: что хорошо, а что плохо, — возразила леди Офелия. — Осознав, что у меня нет уважения к мужчинам, я не стала унижать свой дух и тело. Разве я была не права?
— Я не согласна с этим, — категорично заявила леди Сен-Меррин, откидываясь на подушки, затем посмотрела на дочь и томно произнесла: — Увидишь, моя дорогая, ты непременно изменишься, став женой виконта Пенторпа, поскольку ни один мужчина не потерпит, чтобы женщина оспаривала его мнение. Твой отец и я не раз говорили тебе, что твое дерзкое поведение и манера оспаривать суждения других не доведут тебя до добра.
Дейнтри поморщилась, вспомнив тяжелый раз говор с отцом, после которого она, скрепя сердце, дала согласие на помолвку с совершенно незнакомым человеком. Дейитри уже тогда предчувствовала, что впереди ее ждут испытания, а теперь окончательно уверовала в это. Зная, что если останется, то наговорит кучу дерзостей, она объявила о своем намерении отправиться на конюшню, чтобы приказать оседлать лошадей для прогулки. Никто не возражал.
Выйдя из комнаты, Дейнтри облегченно вздохнула, затем на минутку заглянула к себе, надела красную шерстяную накидку с капюшоном, натянула элегантные перчатки и только после этого направилась к лестнице.
В это время дворецкий открыл входную дверь, впустив посетителя — высокого широкоплечего джентльмена в элегантном сером костюме и сверкающих, несмотря на сырость, ботинках. Ступив на черно-белый мраморный пол, мужчина снял шляпу. У него оказалось красивое лицо и густые золотисто-каштановые волосы.
Граф Сен-Меррин, который как раз вышел из библиотеки, поспешил навстречу гостю.
— Держу пари, это Пенторп! — воскликнул он. — Разве не так? Боже мой, парень, я всегда узнаю тебя по шевелюре, хотя она немного потемнела с момента нашей последней встречи. Впрочем, тогда тебе исполнилось всего десять лет, поэтому ничему не приходится удивляться. Входи, входи. Ты ведь Пенторп, да? Ну, признайся же! Наконец-то ты пришел за моей дочерью!
Незнакомец потянулся к застежкам накидки, словно они мешали ему дышать, но тут заметил на лестнице Дейнтри.
Итак, вот он каков, виконт Пенторп, подумала девушка: густые брови, глубоко посаженные глаза, прямой нос, резко очерченные скулы, упрямый подбородок. Он показался Дейнтри красивым, но слишком уж большим. Между тем мужчина приоткрыл рот, обнажив ровные белые зубы, словно собираясь что-то сказать, однако, задержав взгляд на Дейнтри немного дольше, чем позволяли приличия, судорожно сглотнул, а спустя мгновение, очевидно, собравшись с духом, незнакомец ровным, спокойным голосом ответил:
— Да, сэр, я Пенторп.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Опасные иллюзии - Скотт Аманда


Комментарии к роману "Опасные иллюзии - Скотт Аманда" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100