Читать онлайн Рубин, автора - Скай Кристина, Раздел - Глава 39 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рубин - Скай Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.43 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рубин - Скай Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рубин - Скай Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Скай Кристина

Рубин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 39

Виндхэвен. Такой же гордый, как и его название
type="note" l:href="#n_13">[13]
. Большой дом возвышался на гребне покрытых туманом холмов подобно сверкающему драгоценному камню в изумрудном море джунглей. Десятки окон ловили лучи встающего солнца и отбрасывали бледно-лиловые и коралловые блики в долину, над которой господствовало здание. Его блеск ослеплял своей неожиданностью среди пышных лесистых холмов и богатых зеленых чайных полей.
Стертые ноги, искусанные москитами руки, пульсирующая головная боль – все было забыто, как только Баррет в безмолвном удивлении взглянула на этот замечательный дом. Построенный из редкой твердой древесины и розоватого гранита, он отражал явное влияние Древнего Востока, видное в изящно изогнутых арках и узорной решетке на широких верандах, которые опоясывали южный фасад. Несмотря на свою величину, он казался легким и изящным благодаря изобилию окон. Не совсем западный и не совсем восточный, решила Баррет. И именно поэтому он был совершенным воплощением сущности Деверила Пэйджена.
Прошлая ночь доставила ей адские мучения, пока она напряженно лежала в кровати, пытаясь забыть сурового мужчину, спящего – или бодрствующего – у противоположной стороны палатки. Сама она старалась не спать из опасений, что снова будет ходить во сне. Но все ее усилия были напрасны. В самое темное время между заходом луны и восходом солнца она поднялась с кровати и выскользнула наружу в гудящую москитами ночь.
Она узнала об этом только потому, что Пэйджен догнал ее, поднял на руки и отнес назад на кровать. Там она и проснулась окончательно, потрясенная путаницей реальных и вымышленных видений, задыхаясь от странного смешения эротических фантазий, воспоминаний и страстного желания. И Пэйджен присутствовал в каждом из ее кошмаров.
Даже когда он разбудил ее, вспыхнувшая от стыда Баррет не произнесла ни слова, как и Пэйджен. Они не обменялись ни одной фразой с момента их последнего разговора у водопада. Это и к лучшему, считала Баррет. Если он начнет с ней разговаривать, она расплачется. Но ни он, ни любой другой мужчина никогда не должен видеть ее слез, поклялась она себе. Так что Баррет выпрямила спину и подняла вверх хрупкий, точеный подбородок, скрывая боль и желание под маской безразличия. В конце концов, у нее был превосходный учитель.
– Ах, Хадли, я никогда прежде не ценил, как чертовски хорошо оказаться дома.
Пэйджен поднялся на ступени и схватил руку седого и морщинистого человека, ожидающего перед полированной дверью из тикового дерева. Стройный мужчина с крючковатым носом – слуга, ближайший помощник и друг – подарил Пэйджену одну из своих редких улыбок и сильно встряхнул его руку.
– Мне тоже очень приятно видеть тебя снова, Тигр, если ты позволишь мне быть откровенным.
Бровь Пэйджена насмешливо изогнулась.
– Тебе никогда прежде, как я помню, не были свойственны такие нежности, суровый шотландец.
– Да, но и ты никогда еще не подвергался такой опасности из-за вооруженных туземцев, леопардов и пуль бандитов, как мне кажется. – Резкий акцент его речи смягчался приветливой улыбкой.
– Проклятие, они чуть не достали меня на этот раз. – Голос Пэйджена стал напряженным. Он собрался было продолжить, но остановился, увидев, что морщинистое лицо Хадли нахмурилось.
– Что это, черт побери... – Старик заморгал и протер глаза. – Женщина, если я еще не сошел с ума! Боже, женщина?
Пэйджен напрягся, почувствовав присутствие Баррет у себя за спиной, как будто она прикоснулась к нему. Воздух вокруг него внезапно стал теплее и наполнился прекрасным слабым ароматом жасмина. Лицо Пэйджена превратилось в неподвижную задумчивую маску.
– Хадли, поприветствуй... э-э-э... мисс Браун. Ты можешь называть ее Баррет, поскольку мы здесь не соблюдаем официальных условностей. Она останется у нас в течение нескольких дней, пока я не смогу предоставить ей охрану для путешествия в Коломбо.
– Милосердный Бог, Тигр, где ты... То есть ты никогда не говорил мне ни слова о... – Шотландец оборвал себя на полуслове, встряхнув головой, чтобы привести в порядок разбежавшиеся мысли. – Конечно, Тигр. – Он протянул огрубевшие скрюченные пальцы, и Баррет автоматически пожала их.
– Мисс Браун, я имею удовольствие представить вам полковника Адриана Хадли. Он проводит вас в ваши комнаты и окажет всевозможную помощь, если вам что-нибудь потребуется.
Хадли обратился к Баррет:
– Пойдемте, моя дорогая. Я провожу вас. И прослежу, чтобы вы получили единственную цивилизованную комнату в этом большом языческом дворце, построенном по настоянию Тигра. Мавританские арки! Памятник его колоссальному тщеславию, вот что я думаю по этому поводу. Да, этот парень обладает тщеславием, сравнимым только с его упрямством.
Полковник похлопал по замерзшим пальчикам Баррет, предложил ей свою руку и повел в дом.
– Вам холодно, моя дорогая? Меня это не удивляет. Оставьте прогулки по холмам перед рассветом молодым глупцам с горячей кровью. Прекрасный способ подхватить малярию!
Баррет хмурилась, чувствуя себя как в калейдоскопе, где изображения с головокружительной быстротой сменяли друг друга. Дружелюбие и обыденность смешивались с ошеломляющей сдержанностью. Пока Баррет и полковник проходили по коридорам, отделанным полированным тиком и розовым деревом, она чувствовала, что красота дома, подобно наркотику, проникала в ее кровь. Даже воздух здесь был мягким и благоухал лимоном, камфарой и сандаловым деревом. Так чудесно, подумала она. И так незнакомо... Она вздрогнула, поняв, что ее провожатый не перестает говорить с ней.
– ...Ничего, кроме отдыха, моя дорогая. Без сомнения, вам захочется... – Здесь Хадли сердито закашлялся. – Освежиться и все такое. Я пришлю Миту, чтобы позаботиться об этом. А потом вы должны хорошенько отдохнуть.
Губы Баррет задрожали от усилия сохранить контроль над своими мыслями. Бесконечная болтовня полковника о всяких пустяках казалась ей одновременно и успокаивающей, и раздражающей после резкой сдержанности прошлых дней.
– Это... это звучит как приглашение в рай. Вы... вы очень добры.
Ее ответ звучат натянуто, и она не смогла изобразить на лице даже подобие улыбки. Слишком многое обрушилось па нее, слишком быстро менялась ситуация. Вчера она спала в душной палатке посреди девственных джунглей и даже находила там какой-то комфорт в окружении экзотических туземцев и буйной незнакомой растительности.
Сегодня она попала в блестящий и прекрасный дворец, обставленный с пышной роскошью. И все же она видела только плотно сжатые губы Пэйджена и холодное, непроницаемое лицо. Несмотря на все свои усилия, она не могла забыть спокойной решимости в его голосе, когда он заявил о своем намерении как можно скорее отправить ее из Виндхэвена. Она давно ожидала этого, но теперь его слова почему-то жестоко обидели ее.
– Ну, ну, не беспокойтесь о Деве. Он бывает груб иногда, но под грубостью он скрывает свою доброту. – Грубые старческие пальцы похлопали по ее ладони. – Да, он кажется жестоким снаружи, но внутри он мягок и сентиментален. Важно только проникнуть сквозь его броню, вы это, наверное, знаете?
Баррет не знала. И не хотела знать, говорила она себе. Все, чего она хотела, – это горячая ванна, мягкая кровать и сон – сон на целый год.
Кабинет Пэйджена был темноватым, богато отделанным кожей и красным деревом. Сугубо мужская комната была полна мебели, но не захламлена; стулья, расставленные в кажущемся беспорядке, на самом деле подчинялись строгим требованиям комфорта и практичности. Два больших продавленных кожаных кресла стояли друг против друга в центре кабинета. Сейчас Пэйджен развалился в одном из них и вытянул ноги.
– Хорошо, Деверил, но что ты собираешься предпринять прямо сейчас?
Хадли стоял перед массивным столом розового дерева, заваленным корреспонденцией, счетами, письмами и неразвернутыми газетами за последние месяцы, посылаемыми сюда еженедельно из Лондона. На его морщинистом лице читалось явное неодобрение.
– Ты едва сказал пару слов этой молодой женщине, а она сказала и того меньше, но даже слепому ясно, что между вами пробежала черная кошка.
Пэйджен поднялся и шагнул к красновато-коричневому шкафу, уставленному резными хрустальными графинами и бокалами. С мрачной усмешкой он плеснул себе виски и выпил.
– Немного рановато для выпивки, тебе не кажется?
– Просто маленький тост в честь нашего прибытия. С одной стороны, – мрачно добавил Пэйджен.
Что было с другой стороны, знал только он сам. Был след царапины на щеке и отметины зубов на плечах, когда она теряла голову от страсти. Были шрамы на лице и на плече. Но единственная рана, которая беспокоила его больше остальных, была невидима. И это было зияющее отверстие в груди, где раньше находилось сердце. Но никто не мог бы догадаться о мыслях Пэйджена. Он поставил стакан на полированный стол и открыл ставень, чтобы посмотреть на быстро разгорающийся день. Роса блестела, подобно рассеянным алмазам, на траве в нескольких сотнях футов от дома. Окружающий воздух был влажен и насыщен ароматами – жасмина, лимона и роз. Пэйджен нахмурился, глядя на пустой стакан. Господи, почему каждый взгляд, каждый аромат напоминает ему о ней?
– Ты привел ее сюда против ее воли?
Хадли напряженно стоял около китайской лакированной ширмы, его взгляд казался непроницаемым.
– Мой дорогой Адриан, ты достаточно хорошо знаешь меня, чтобы задавать такие вопросы.
Голос Пэйджена стал угрожающе тихим. Всего лишь несколько человек смели говорить с Деверилом Пэйдженом таким образом. Полковник Адриан Хадли был одним из них. Долгие годы дружбы и в лучшие, и в горестные периоды их жизни давали этому человеку право на искренность. Поэтому Пэйджен подавил свой гнев, снова удобно расположился в кресле и пристально посмотрел в серые глаза своего друга. Морщинистый шотландец не собирался отказываться от преимуществ этих дружественных отношений.
– Именно потому, что хорошо знаю тебя, я и спрашиваю! Эта женщина красива и хорошо сложена, если я не ошибаюсь в своих догадках. Но каждая черточка ее лица выражала враждебность, как и твоего, когда вы подошли к дому. И я настаиваю, чтобы ты все же ответил на мой вопрос.
Пэйджен задумался было об обмане, но только на мгновение. Он уставился на свой пыльный ботинок и пристально изучал его в течение минуты, а потом тяжело вздохнул.
– Очень хорошо, Адриан, ты узнаешь всю эту отвратительную историю. Только сначала завари нам обоим по чашке чая из нового урожая, чтобы поддержать меня во время рассказа. И постарайся, если это возможно, укротить свой пыл.
Седой полковник крикнул слуге, который скоро возвратился с чайным подносом. Хадли молча ополоснул кипятком китайский фарфоровый заварной чайник, потом осторожно добавил чай и воду – почти, но только почти кипевшую. Здесь, в Виндхэвене, существовал строгий ритуал заваривания чая – результата тяжелой работы, которой посвятил себя Пэйджен. Выращивание чая на холмах Виндхэвена никогда не было легким занятием, и все знали, каким долгим и трудным был путь зеленого золота от посадки саженцев до стола.
Долгое время Пэйджен сидел с дымящейся фарфоровой чашкой в руке, вдыхая пряный аромат. Он даже прищурил глаза, пристально изучая напиток, слегка покачивая янтарную жидкость и снова вдыхая горячий пар. Только потом он медленно отхлебнул. И тогда в отличие от дегустаторов, которые выплевывают продукт, когда оценка закончена, Пэйджен проглотил янтарный напиток с почтительным вздохом.
– Это прекрасный чай, старина. Ярко выраженный вкус, но не слишком острый. Молодой лист, прекрасно высушенный. И превосходный запах. Да, за такую партию можно взять приличную цену в Лондоне. Между прочим, я рад, что здесь было прохладно в течение прошлой недели. Эта партия, должно быть, собрана с нижних полей. – Пэйджен сосредоточенно помолчал. – С южного склона, я думаю.
Хадли не мог удержаться от невольного восхищения при очередном доказательстве мастерства Пэйджена при оценке чая. Только самые опытные дегустаторы могли бы распознать такие детали. Но чай был жизнью Пэйджена и давал ему средства к существованию, и он углубился в работу со всей своей энергией, постигая секреты английских, индийских и китайских экспертов. Остальному Пэйджену пришлось научиться самостоятельно. Что он и сделал после пяти лет осторожных экспериментов. Но, несмотря на свое восхищение, Хадли не собирался отклоняться от главной темы.
– Браво. Ты, как и всегда, прав. Твое мастерство иногда даже пугает меня. Еще пару столетий назад тебя могли сжечь на костре за такие фокусы. Ну а теперь я собираюсь услышать твой рассказ о мисс Браун, кажется, так ты ее назвал?
Пэйджен посмотрел из окна на зеленые ряды посадок чая, покрывающие склоны холмов и долину, насколько мог видеть глаз. Несколько минут спустя, сжав пальцами полупустую чашку, он начал рассказывать обо всем, что он знал о златовласой нарушительнице, появившейся на его пляже. Пэйджен утаил только одну подробность в своей истории – то, что случилось с ними на поляне под водопадом, когда он обнаружил ее после встречи с белым тигром.
С каждым словом брови Хадли поднимались все выше и выше, пока Пэйджен не испугался, что они уйдут на затылок.
– О Господи, и это случилось в девятнадцатом веке! Кто мог совершить подобную гнусность? И бедное беззащитное существо не имеет никакого понятия относительно происхождения или подробностей своего появления на твоем берегу?
Пэйджен слабо улыбнулся Хадли:
– Это «бедное беззащитное существо», как ты ее называешь, разыграло сцену, которая внушила ужас троим отпетым бандитам, и может обращаться с винтовкой так же хорошо, а возможно, и лучше, чем я сам. А еще она дважды спасла мою жизнь. Даже без памяти, она наименее беззащитная женщина, которую я когда-либо имел несчастье встретить.
– Я услышал восторг в твоем голосе, или мне показалось?
– Вполне вероятно. Мисс... э-э-э... Браун – исключительная женщина.
– Но... – вопросительно протянул Хадли.
Хрипло выругавшись, Пэйджен встал и резко зашагал по комнате.
– Но она, что весьма вероятно, является самым опасным агентом Джеймса Ракели, посланным в поисках рубина. – Пэйджен небрежно взъерошил пальцами свою шевелюру, превратив ее в буйную гриву. – У меня нет ни малейшего понятия, где сейчас находится этот проклятый камень. Но по крайней мере мы знаем, что у Ракели его тоже нет, иначе он не стал бы разыгрывать весь этот спектакль.
– Это серьезное обвинение, Деверил. – Лицо Хадли стало строгим. – Ты можешь представить доказательства?
– Конечно, не могу, черт побери! Когда это Ракели был настолько небрежен, чтобы оставить хоть малейшие следы своей причастности? Нет, только инстинкт говорит мне, что она фигура Ракели, да еще уверенность, что ее появление на том удаленном участке пустынного берега вряд ли было простым совпадением.
Хадли глубокомысленно поскреб свой подбородок.
– Возможно, ты прав.
– Конечно, я прав. Не позволяй этому ангелочку хоть на секунду одурачить себя. Баррет... э-э-э... Браун – хладнокровная интриганка, способная позаботиться о себе. Даже сейчас, когда она не может вспомнить, зачем ее сюда послали. И я уверен, что ее память скоро вернется, чтобы подсказать ей следующие шаги.
Явно потрясенный, Хадли пробормотал что-то себе под нос и нагнулся, чтобы налить себе еще чашку дымящегося чая.
– Я не могу поверить в это. Она выглядит такой безобидной и благовоспитанной молодой леди.
– Но мы с тобой знаем, что внешность может быть обманчива.
– Ты имеешь в виду того молодого инженера, появившегося на пороге дома в прошлом месяце, притворяясь, что страдает от приступа малярии? Да, он казался слишком хорошим, чтобы быть правдивым, когда предложил свои услуги по очистке того участка джунглей за долиной при помощи новой разновидности пороха.
– Ты прав. Он был слишком хорош, чтобы ему доверять. К счастью, я поймал его раньше, чем он поджег навесы для сушки чая и все бунгало туземцев. И у меня нет ни тени сомнения, что мы были бы его следующей жертвой, конечно, после того, как сказали бы ему, где находится рубин.
– Мне это не нравится, Тигр. Мне это совсем не нравится. Что помешает этой Баррет после восстановления памяти попытаться проделать то же самое?
Лицо Пэйджена стало серьезным.
– Оставь эту проблему мне.
– Прекрасно. – Хадли на секунду прикрыл глаза. Потом, все еще ворча, опустошил свою чашку. – Но не жди, что я одобрю твое решение, слышишь? Мне не по нраву такие методы.
Пэйджен ничего не ответил. Что он мог возразить, если Хадли просто сказал вслух то, что он подумал про себя?
– Я прикажу принести воду для вашей ванны, мэм-сагиб. Так жаль беспокоить вас, но вам будет приятнее заснуть после купания.
Баррет вздрогнула, поняв, что она заснула, сидя в изящном, обитом ситцем кресле у самой двери. От неимоверной усталости она даже не позаботилась расстегнуть рубашку или снять ботинки. Мита остановилась в дверях в сопровождении двух любопытных туземок, одетых в изящно подвязанные юбки и блузки, обнажающие часть живота. Она произнесла несколько фраз на местном наречии, и женщины принялись распахивать ставни и снимать чехлы с мебели. Взмахивая метелками из перьев, они пронеслись по комнате, удаляя мельчайшие частички пыли с блестящего шкафа из розового дерева и столов, а потом стремглав бросились в соседнюю комнату за полотенцами.
В тумане дремоты Баррет увидела, что двое одетых в саронги мужчин внесли сверкающую медную ванну и поставили ее в центре комнаты, а потом удалились, предварительно сложив ладони у груди в традиционном жесте.
– Право, Мита, тебе не стоило так беспокоиться. Кувшина горячей воды было бы вполне достаточно. Все равно я слишком хочу спать, чтобы принимать ванну.
Мита отвергла все ее возражения:
– Но сагиб Хадли выразился достаточно ясно. Сначала ванна, потом легкий завтрак, а потом отдых. И я намерена выполнить его приказание.
Баррет наблюдала за клубами пара, поднимавшегося над ванной, пока две женщины наполняли ее из серебряных ковшей.
Когда ванна была готова, Мита приказала женщинам удалиться и достала из-за пояса флакон из крошечной высушенной тыквы. Она наклонила его над водой и вылила из него несколько капель.
– Превосходно. Это старинный состав, употребляемый женщинами моего племени уже многие столетия. Не спрашивайте меня о его составе – это тайна, и мне пришлось бы вам отказать. Но этот эликсир восстановит ваши силы, мэм-сагиб. Он поможет вам уснуть, а когда... когда вы проснетесь, вы почувствуете себя совершенно другим человеком.
Аромат, поднявшийся вместе с паром, распространился по комнате. Это была сложная смесь запаха жасмина, лепестков апельсинового дерева, чайных роз и какого-то незнакомого таинственного вещества.
– Я уверена, что буду наслаждаться этим эликсиром, Мита. Ты очень добра, разделяя со мной такое сокровище. – Баррет глубоко вздохнула и благоговейно прикрыла глаза. – В Лондоне ты могла бы сделать состояние, обладая такими благовониями.
– Возможно, мисс, если бы я когда-либо решилась продать его. Но об этом я не могу даже и подумать. А теперь вы согласитесь раздеться и принять ванну?
Испытывая некоторое неудобство, Баррет решила про себя, что Мита могла быть очень настойчива, хотя и очень деликатна. В конце концов Баррет уступила, позволив индианке расчесать ей волосы и закрепить их на затылке, а затем помочь забраться в ванну.
Все это время Мита негромко болтала, подробно рассказывая обо всех изменениях, происшедших в Виндхэвене с момента ее отъезда, о последнем сборе чая и волнениях по поводу задержки муссонных ливней. Тем временем Баррет закрыла глаза и откинулась назад, наслаждаясь роскошью горячей ванны и ароматом загадочного эликсира. Но, по молчаливому соглашению, ни одна из женщин не говорила об одном – суровом владельце Виндхэвена.
Несколько часов спустя что-то нарушило сон Баррет. Она резко села в кровати, ее сердце учащенно забилось. Тишина, все кругом тихо. Комната была освещена бледным янтарным светом единственного фонаря с пальмовым маслом. Прозрачный полог вокруг кровати колыхался от слабого сквозняка, а снаружи ветерок покачивал деревянные ставни. Тук-тук. Тук-тук-тук. Баррет со вздохом снова легла на спину, узнав постукивание ставня. И тогда она услышала другой звук – слабое ритмичное шипение.
Господи, только бы не змея! Баррет осторожно посмотрела вокруг, но в слабом свете фонаря не нашла источника звука. Она напряженно прислушалась. Это были тихие ритмичные вздохи спящего человека. На краткий миг Баррет подумала, что это был Пэйджен, улегшийся на обитом ситцем диване в тени у противоположной стены комнаты. Но диван был пуст. Тогда она рассмотрела маленькую фигурку, свернувшуюся на кровати перед дверью. Так он послал кого-то из домашней прислуги, чтобы не оставлять ее. Он решил, что эта кровать остановит сонные похождения Баррет. На какое-то мгновение она почувствовала боль потери и сожаления, настолько сильные, что они ослепили ее и лишили дыхания.
Но Пэйджен был прав. То, что случилось на поляне, было колоссальной ошибкой, и чем скорее она забудет о ней, тем лучше. Баррет едва удержалась от истерического смеха, пораженная мыслью, что теперь она должна все стараться забыть, тогда как раньше все ос усилия были направлены на то, чтобы вспомнить.
О других откровениях Пэйджена Баррет пыталась не думать, потому что, несмотря на всю его холодную непримиримость, она не могла поверить, что он способен па хладнокровное убийство. Если он и мог убить, была уверена Баррет, то только в целях самозащиты. Она со вздохом опустила голову на мягкую подушку: Баррет не могла прогнать воспоминания о Пэйджене из своих мыслей.
«А как насчет его последних откровений? Он ублюдок и полукровка. Какой интерес может такой человек представлять для тебя? Особенно когда он признался в такой подлости по отношению к матери?»
Баррет вертелась в постели и без конца взбивала подушку, но сон бежал от нее. Она могла думать только о его глазах цвета оникса и его обнаженном желании, когда он устремился в ее лоно и поднял ее к вершинам рая.
Прокляли, невыносимый человек!
Баррет безжалостно била по подушке, воображая, что это его мускулистая грудь. Но все же, подумала Баррет, Деверил Пэйджен слишком уж откровенно рассказывал о своей подлости. Хотя он и способен на всевозможные грехи, она не верила, что он мог хладнокровно совершить то, о чем говорил.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Рубин - Скай Кристина



Замечательная книга! Очень интересная!
Рубин - Скай Кристинакарина
25.12.2011, 22.03





Книга полная любви,страсти, нежности,приключений. Совету прочесть!
Рубин - Скай КристинаОксана
15.06.2012, 12.49





ужас.еле дочитала.читать не советую
Рубин - Скай Кристинасветлана
15.06.2012, 18.50





Интересная книга.И любовный роман и приключение.Захватывающий сюжет.Советую почитать.
Рубин - Скай КристинаМария
22.07.2012, 14.05





Неправдоподобно, прям такая страсть, что после того, как героев "отмутузили по полной", они находят в себе силы любовью заниматься! да и вообще страсть описывается уж больно нереальная, не жизненная, хотя может если сама не испытала, то и не стоит такого говорить.. :) Ожидала какого-то волшебства от камня (рубина) - не было! Не было интриги!
Рубин - Скай КристинаЮлия
24.12.2012, 19.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100