Читать онлайн Рубин, автора - Скай Кристина, Раздел - Глава 28 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рубин - Скай Кристина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.43 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рубин - Скай Кристина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рубин - Скай Кристина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Скай Кристина

Рубин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 28

Они снялись со стоянки, как только первые багряные лучи рассвета осветили верхушки деревьев. Пэйджен шел впереди, за ним – два носильщика с грузом риса и других запасов продовольствия, затем шла молчаливая красавица Мита.
С каждым часом жара усиливалась. Пот сбегал тоненькими струйками со лба Баррет, стекая по шее в ложбинку между грудей. Только мрачное упорство заставляло ее двигаться шаг за шагом, не отводя глаз от широкой спины Пэйджена. Да, черт побери, если он мог идти, сможет и она!
Мрачно нахмурясь, она сосредоточилась на том, чтобы ставить одну ногу перед другой и продолжать двигаться вперед, хотя каждый мускул кричал об усталости. Баррет шагала и шагала, держась только усилием воли, она слышала только биение собственной крови и шелест леса, обступавшего их со всех сторон.
Она покачнулась и сразу почувствовала, как сильные пальцы схватили ее локоть. Но Баррет справилась сама.
– Я в порядке, спасибо, – огрызнулась она. – Ты можешь не держать меня.
В следующий раз она почти упала и чуть не схватилась рукой за широкие бронзовые плечи Пэйджена, но сдержала себя. Баррет сумела самостоятельно выпрямиться и побрела вперед, хотя каждый шаг был результатом чисто женского упорства.
– Настырность – вот единственно подходящее слово для тебя, Циннамон. Твое упорство когда-нибудь доставит тебе массу неприятностей.
– Нет, если я смогу справиться сама.
– Но ты не можешь справиться, Angrezi. Упрямство могло бы стать твоим вторым именем.
Сжав зубы, Баррет устремилась вперед, решив, что она ни за что не сдастся.
– Прекрасно, черт побери. Мы останавливаемся здесь.
В тот же момент Пэйджен крикнул Нигалу, который передал команду по линии обрадованных носильщиков. Немедленно строй рассыпался, рабочие принялись снимать с себя тюки и коробки, располагаясь на отдых. Когда Баррет обернулась, Пэйджена уже не было рядом.
В тот вечер Пэйджен не решился сопровождать Баррет к водоему, обнаруженному им поблизости. Он послал с ней Миту и вооруженного Нигала. Он наблюдал за их уходом, а потом потянулись беспокойные минуты ожидания.
Вот раздался звук, заставивший его напрячься, – треск веток под лапами медведя, пробирающегося через подлесок в поисках плодов. Медлительные и ленивые, эти существа легко могли разъяриться, и тогда они становились не менее опасными, чем рассерженный слон.
Пэйджен сдернул с плеча винтовку и торопливо зашагал по тропе, по которой ушли женщины, и действительно увидел медведя. Обнюхав молодые побеги бамбука, тот развернулся и исчез в джунглях. Вздохнув с облегчением, Пэйджен намеревался уже уйти. И вдруг почувствовал, что у него перехватило дыхание.
Он не собирался подглядывать. О, Шива, подсматривание было вовсе не в его привычках. Но внезапно Баррет появилась перед его глазами в обрамлении редкой листвы, подобная Венере, занятой туалетом. Она стояла, похожая на вечно юную и прекрасную богиню, гордо открыв изгибы пышной груди и бедер. Пока она раздевалась, ее руки плавно двигались, как будто в медленном грациозном танце, более возбуждающем, чем любой древний ритуал откровенного соблазна.
Он уловил аромат ее присутствия, он мог бы дотянуться до нее рукой через зеленый занавес леса. Ее волосы были подобны золотой паутине, а тело казалось выточенным из гладкой слоновой кости, предназначенным для прикосновения мужчины. Для его прикосновения.
Сердце в груди Пэйджена забилось вдвое быстрее, когда он увидел, как Баррет развязала ленту и распустила золотистые локоны по соблазнительным изгибам роскошного тела. Он зачарованно наблюдал, как она расстегнула пояс и бросила его на землю, следом полетели бриджи. Одетая только в свободную белую рубашку, она подошла к воде, потрогала ее пальцами ног и засмотрелась в хрустальные глубины.
Как у грациозной и задумчивой русалки, ее лицо было непроницаемо, мысли витали где-то далеко отсюда. Вот она медленно расстегнула рубашку и движением плеч сбросила ее. Пэйджен наблюдал за ней молча, боясь двинуться с места, боясь даже вздохнуть. Как будто не желая расставаться со сладостью ее кожи, шелк коротенького лифа прилип к ее груди, обрисовывая мельчайшие изгибы.
Сердце Пэйджена остановилось. Он чувствовал капли пота, стекающие по его бровям. «Уходи», – приказывал ему голос рассудка. «Не останавливайся, Angrezi*, – возражал ему другой голос, страстный, исходящий из самых глубин его естества. Она не остановилась. Расстегнутый лиф, подхваченный ветерком, упал рядом с рубашкой. Свежая и сверкающая, как лепестки жасмина, ее нагота открылась его ненасытным глазам. И, к своему ужасу, Пэйджен почувствовал, что его охватила дрожь. Бусинка пота скатилась на его нос в то самое время, когда Баррет ступила в воду.
Удивительно полное спокойствие опустилось на поляну, как будто вся природа также затаила дыхание и наблюдала. Пэйджен ждал, не в силах сдвинуться с места; он зачем-то поднял руку и тотчас же опустил.
Что он мог поделать? Он мог причинить женщине только боль, и, несмотря на все его сердитые угрозы, он вовсе не хотел этого. Особенно для нее. Он должен был окликнуть ее, но не мог. Он мог бы выйти из зеленого укрытия и вытащить ее, влажную и нагую, из воды, но его ноги прижимали к земле тысячи смутных воспоминаний и тяжесть его собственного жестокого прошлого. Он предпочел бы сделать хоть что-нибудь, но ему оставалось только безмолвно ждать и смотреть, хотя он отдал бы все на свете, чтобы прикоснуться к ней еще раз, разделить с ней взрыв неистовой страсти. Но Пэйджен был уверен, что этому не суждено сбыться.
Лагерь медленно затихал перед сном. Носильщики рассказывали свои истории, сидя на корточках в дальнем углу поляны, а Пэйджен и Нигал сидели за столом, сосредоточенно рассматривая карту, развернутую перед ними.
– Ты говоришь, это займет четыре дня? – Прищурив глаза, Пэйджен изучал лежащий на столе пергамент.
– Четыре, если не произойдет ничего непредвиденного, mahattaya. Возможно, пять. – Нигал беспокойно взглянул в глаза Пэйджена. – Вы думаете, что ведда набрели на наш лагерь просто в поисках дичи?
– Я думаю так, Нигал. Я надеюсь, что так. К сожалению, мы сможем убедиться в этом, только когда доберемся до места.
Управляющий нахмурился:
– Следующий этап пути будет проходить через низину. Тигр, конечно, знает, что это прекрасное место для засады. Но если мы выберем восточное направление и обойдем ее вокруг, мы потеряем три дня. Что будем делать?
Лицо Пэйджена потемнело.
– Мы пойдем так, как планировали, Нигал. Я осмотрю тропу впереди сегодня вечером и раздам еще несколько винтовок передним носильщикам. Мы не можем тратить еще три дня на дорогу.
Старый управляющий нехотя кивнул:
– Как вы прикажете, Тигр.
После того как Нигал ушел, Пэйджен еще долго сидел изучая карту, пытаясь предугадать опасности, поджидающие его в пути. Тысячи поворотов. Тысячи долин. Каждая могла скрывать целую армию бандитов. Нет, не бандитов, думал он мрачно. С этими они бы справились. А вот наемники Ракели могли доставить массу неприятностей.
Скатав драгоценную карту, Пэйджен поглядел на свою палатку, где тонкая тень двигалась взад и вперед по холщовой стене. Она расчесывала свои длинные великолепные волосы. Кровь Пэйджена взбунтовалась, как только он увидел, как она поднимает и опускает руки медленными плавными движениями. Он почти видел шелковый блеск текучих прядей, подобных расплавленному золоту в свете фонаря. Ее стройные плечи блестели, как будто были облиты жидким стеклом. Ее грудь выделялась пышной полнотой, и соски ясно виднелись на матовых полушариях.
Мгновенно его охватил знакомый раскаленный жар. Пэйджен застыл в ожесточенной борьбе с самим собой, с, соблазном ворваться в палатку и подмять ее под себя, пробуя ее на вкус, обладая ею, пока оба они не лишатся сил и слов.
Это было самое трудное сражение, которое ему когда-либо приходилось выдерживать, но он выиграл его. Через минуту, выругавшись, он схватил винтовку и устремился в джунгли. Там по крайней мере его враги были безликими и, уж конечно, не так соблазнительны.
Расчесав наконец волосы, Баррет отложила щетку и свернулась на кровати, стараясь не смотреть на пустую постель напротив. Краска стыда залила ее матовые щеки, как только она вспомнила о том, что он делал с ней на берегу, о страсти, охватившей все ее тело.
«Держи себя в руках, идиотка! Не стоит думать об этом мужчине. Ведь сейчас он, вероятно, сидит и напивается этой омерзительной пальмовой водкой с кем-нибудь из слуг, собираясь зайти в палатку Миты».
При мысли о такой возможности крошечная заноза ревности уколола сердце Баррет. Ее вовсе не касается, где Пэйджен проводит свои ночи. Она должна только радоваться, что не с ней. Но, погружаясь в сон, она не могла найти в этой мысли ничего приятного.
Ночь опустилась на джунгли.
Тонкие щупальца памяти протянулись через спящее сознание Баррет призраками забытых запахов и звуков.
Как отдаленный напев, раздающийся все ближе, как набирающий скорость поезд, отдельные фрагменты воспоминаний приобретали ясность и силу. Она подняла руки, пытаясь защититься от угрожавших ей воспоминаний. Но они обступили ее, придвинулись ближе, и вместе с воспоминаниями вернулся всепоглощающий ужас.
Заломив руки, с трудом удерживая в груди неровно бьющееся сердце, она вскочила с кровати, сопротивляясь страхам ночи. Но больше всего она боролась с ужасом, скрытым в глубине ее собственного сознания.
– Нет! Хватит!
Отчаянная мольба из темной палатки долетела до края джунглей. В тишине ночи она пронеслась по тропе вплоть до колодца. Даже через пронзительное пение цикад Пэйджен услышал ее, и этот звук ножом вонзился в его сердце.
Он устремился в темноту, прежде чем успел о чем-то подумать, прежде чем раздался ее второй крик. Бамбук хлестал по лицу, колючки царапали в кровь руки, но он не останавливался.
Сжав челюсти, он резко откинул холщовую створку палатки и шагнул в жаркую темноту, держа перед собой винтовку.
– Циннамон?
Никакого ответа. Никакого шороха. Пэйджен изо всех сил пытался рассмотреть хоть что-нибудь.
– Баррет, что случилось?
Наконец он услышал сдавленный плач и слабый шелест ткани. Слабый пряный аромат каких-то трав из джунглей чувствовался в воздухе. И еще острый, сладкий запах женщины. Он вздрогнул, оттого что его возбужденный орган снова начал пульсировать от желания. Проклятие, он даже еще не видел ее!
– Скажи мне, что произошло? Что случилось?
Как только его глаза постепенно стали привыкать к темноте палатки, Пэйджен разглядел неясную фигуру и бледные руки, отгонявшие призраков. Внезапно женщина приподнялась на кровати, замахала судорожно сжатыми кулаками.
– Вы никогда не получите их, слышите? Это мои тайны!
Пэйджен пересек пятифутовую палатку в два скачка, положил винтовку на пол и поймал ее тонкие запястья в кольцо своих сильных рук.
– Перестань драться, Баррет, это только сон. Здесь никого нет, кроме нас.
Как только он схватил ее за руки, Пэйджен облегченно вздохнул. Это снова был просто кошмар. Только сон. Но женщина в его руках не знала этого. Она была далека от него, слишком далека, чтобы успокоиться.
– Н-нет. Слишком мало времени. Я должна добраться... Боже, не дай им обнаружить меня!
Широко раскрыв невидящие глаза, она боролась с Пэйдженом. Он напрягся, понимая, что она вновь переживает ужасные события в прошлом.
– Тише, Циннамон.
Он быстро наклонил голову, укорачиваясь от энергичного взмаха руки, чуть не задевшей его щеку, на которой уже были отметки ее ноготков.
– Хватит, ради Бога! – взревел он.
Каждое ее прикосновение все больше распаляло страсть Пэйджена. Он до боли сжал зубы.
Ну что ж, если до нее ничего не доходит, то, возможно, это средство поможет. Он подмял ее под себя, словно она была всего лишь куклой. Пэйджен держал ее в своих объятиях, прижимая ее ноги к кровати своим мускулистым бедром. И как только она почувствовала его тепло, его вес, ее глаза стали более осмысленными, более спокойными. Хриплые незнакомые слова пробились в ее затуманенный мозг, это были чужие, иностранные слова, поток гортанных звуков. Но сила, удерживающая ее, была реальностью.
– Я хочу тебя, Angrezi, – шептал Пэйджен в дюйме от ее губ. – И клянусь, я завладею тобой. Я не фантом, не какое-нибудь тусклое воспоминание!
– Н-никогда, – вырываясь и дрожа, вымолвила она, видя перед собой только злобно оскалившийся череп.
– Сначала я заберу твой жар. Потом завладею твоим сердцем. И в последнюю очередь, ей-богу, я овладею твоей душой.
Он был дьяволом. Он был самой смертью. И Баррет знала, что он выполнит все свои угрозы. Ее лицо стало мертвенно-бледным, как только ужасный череп приблизился. Дрожа от страха, она неистово отталкивала воображаемое чудовище.
– П-Пэйджен! – закричала она. – Ради Бога, помоги мне!
Мужчина над ней напряженно застыл. Он видел ее лицо, искаженное от ужаса лицо, ощущал неистовое биение ее сердца. Ярость обуяла его, как только он попробовал вообразить, что она могла видеть в беспокойных ночных кошмарах.
– П-Пэйджен! Где ты?
Ее слова утонули в рыданиях. Этот звук был подобен удару кулаком в живот Пэйджена. Господи, она звала его, она нуждалась в нем! Более того, она доверяла ему. Эта мысль была глотком чистого морского воздуха после долгих дней в душной жаре джунглей.
– Я здесь, Циннамон. Я рядом. Спи. Я буду отгонять от тебя кошмары.
Ее тонкая фигурка вздрогнула. Он услышал ее глубокий вздох.
– Пэйджен? Что... – Она совершенно успокоилась в его руках. – Что ты здесь делаешь? – решительно спросила она.
– Ты звала меня, Angrezi. И я пришел.
Все еще не очнувшись до конца от кошмара, Баррет пыталась протестовать. Но она знала, что он говорил правду.
– Я... Мне, наверное, снова приснился кошмар. А я... – Она не смогла закончить фразу.
– Что, Циннамон?
Пэйджен пристально смотрел на нее. Он не собирался облегчать ей задачу, ей-богу, ему сейчас было еще тяжелее, чем ей, все его нервы и мускулы горели в огне.
– Я говорила что-нибудь... или делала... Черт побери, ты знаешь, о чем я думаю!
Пэйджен осторожно улыбнулся в темноте.
– Боюсь, что я не знаю, Angrezi. Почему ты сама не расскажешь мне?
Услышав скрытый вызов в его словах, она уперлась ладонями в его грудь и попыталась вырваться на свободу. Но он легко, без усилий удерживал ее. И эта спокойная сила только подогрела ее ярость.
– Отпусти меня, будь ты проклят!
– Каким бы мужчиной я был, если бы сделал это? Не забывай, что это ты позвала меня к своей кровати, Циннамон, и половина лагеря слышала, как ты выкрикивала мое имя. Если бы я был с тобой в это время, они бы могли поклясться, что это был стон женщины, охваченной страстью. Хочешь, я позову Нигала, чтобы он подтвердил мои слова? Или Миту?
– Нет, черт побери! Это... Это было только потому, что у меня был кошмар. Только поэтому.
Глаза Пэйджена блестели в темноте.
– Это действительно так, Циннамон? – спросил он ласковым голосом, таившим в себе опасную уверенность.
– Конечно, – огрызнулась Баррет. – Просто твое имя было первым и, вероятно, единственным, которое я смогла вспомнить, – добавила она горько.
С негодующим проклятием Пэйджен опрокинул ее на постель, придавив извивающееся тело.
– Я не верю ни одному твоему слову, Циннамон. И, более того, ты и сама не веришь в это.
Его дыхание стало прерывистым и напряженным от страстного желания крепче прижаться к ней, почувствовать, как ее гнев тает от жара его желания. Он до скрипа сжал зубы, ощутив знакомый голод при мысли, что через несколько секунд она загорится страстью, ее гладкая шелковистая кожа станет горячей под его пальцами и ее нетерпеливые возгласы взлетят к ночному небу...
Внезапно все звуки джунглей, крики ночных птиц и жужжание насекомых исчезли, и единственный звук, который он слышал, был стук его собственного сердца. И ее, вторившего диким стаккато.
«Боже, как я хочу тебя, Angrezi. Чтобы нас ничто не разделяло, кроме горячей кожи, чтобы ты растворилась в нашей страсти. Чтобы твои ненасытные руки погрузились в мои волосы. Чтобы мое имя трепетало на твоих губах, когда я подведу тебя к райскому восторгу».
Пэйджен еле сдержался, чтобы не произнести вслух эти опасные слова – слова, которые дадут ей бесконечную власть над ним. Громко выругавшись, он бросился к своей кровати. Черт побери эту искусительницу! Обладание ею не доказало бы ничего, кроме того, что он стал не лучше шакалов, воющих по ночам, или обезьян, пронзительно призывающих самок в руинах заброшенных храмов.
А Деверил Пэйджен зашел слишком далеко, чтобы бросить все ради нескольких часов удовольствия с шелковисто-гладкой сиреной, обученной мерзавцем по имени Джеймс Ракели. Не имеет значения, помнит ли она эти уроки или нет.
– Ты достаточно поразвлеклась, Angrezi. Теперь иди спать.
Положив винтовку у изголовья, Пэйджен бросился на кровать и скрестил руки за головой. Под его весом отозвалась тугая ткань, заскрипело дерево каркаса и щелкнули металлические задвижки. Баррет слышала каждое его движение, каждый звук. И все, о чем она могла сейчас думать, это о великолепном ощущении его мускулистого тела, прижимающего ее к постели. Господи, что случилось с ней? Неужели она могла сожалеть о том, что он ушел в свою кровать?
Она хмуро вглядывалась в темноту, пытаясь разобраться в своих мыслях. Так много непонятного было в этом человеке, сознавала она теперь. Иногда он безжалостно издевался над ней, а потом спасал ее от ее собственной несдержанности. Он мог быть грубым, высокомерным, невыносимым повелителем. И вдруг озадачивал своей терпимостью и состраданием.
Хотя ей и не хотелось в этом признаваться даже самой себе, она знала, что он мог обладать ее телом, мог подчинить ее своей страсти несколько минут назад силой или магической властью искусных пальцев. И все же он не сделал этого. В своем роде, поняла она, Деверил Пэйджен был человеком чести.
– Пэйджен?
– Ложись спать, – сухо отозвался Пэйджен из дальнего угла палатки.
– Мне было холодно. Очень холодно. Во сне я видела череп – твой череп. И внутри его сиял камень такой яркий и красный, что он слепил меня. Но все равно он казался холодным, невыносимо холодным, его красота была воплощением зла. – Она с трудом перевела дыхание. – Может быть, я схожу с ума?
Пэйджен нахмурился. Так она все-таки что-то знала о рубине. Сколько еще информации скрыто в осколках ее памяти? Возможно, кое-что из этого он мог бы использовать против Ракели?
– Забудь об этом. Это был только сон, – пробормотал он, чувствуя в ее словах предупреждение об опасности. Пэйджен заворочался на узкой кровати, пытаясь не обращать внимания на болезненное напряжение в паху. Пытаясь забыть, каким мягким было ее тело в его объятиях. Пытаясь забыть, что он все еще страстно желал ее. В тщетных стараниях найти удобное положение в кровати Пэйджен понял, что до утра еще чертовски далеко.
– Это... это был рубин, правда? Драгоценный камень, который ты называл «Глазом Шивы»?
В темноте лицо Пэйджена стало сердитым.
– Не будь такой суеверной. Это был только сон, я уже говорил тебе.
Пэйджен и сам очень хотел в это поверить. На какое-то время наступило молчание, только звуки джунглей не утихали вокруг них в жаркой ночи. Но вот снова донесся слабый шорох со стороны кровати Баррет.
– П-Пэйджен?
– Спи, черт побери!
Баррет негодующе вздернула маленький подбородок.
– Я... я помню. Я помню, как звала тебя.
Англичанин вздохнул и молча пожелал, чтобы она хотя бы изредка не была настолько честной. Ее признание только осложняло ему жизнь. Что-то неразборчиво пробормотав в ответ, он снова перевернулся на кровати, надеясь уменьшить мучительное напряжение в паху. Это не помогло. Он знал, что так и будет. Да, до утра еще слишком далеко.
– И еще одна вещь...
Пэйджен задохнулся от ярости.
– Что еще, женщина?
– Я только хочу, чтобы ты знал, что... что ты был мне нужен. В этом ты был прав.
В темноте Баррет смахнула слезинку со щеки. Она должна была сказать ему об этом, потому что в глубине души сознавала, что честность всегда была основным ее качеством.
– Даже во сне я знала, что ты придешь на помощь.
У Пэйджена перехватило дыхание после такого признания. Он ошеломленно нахмурился. На мгновение ему захотелось, чтобы это было уловкой. Да, было бы бесконечно легче допустить, что это заявление было всего лишь очередной ловушкой. Но каждая клеточка его тела кричала, что ее слова не были уловкой, что она говорила совершенно искренне.
– Я... рад слышать это, Циннамон, – сказал он наконец, и его голос прозвучал преувеличенно резко. – А теперь, пожалуйста, постарайся заснуть.
Он стоял у озера, прищурив глаза, чутко прислушиваясь к беспокойной жизни ночных джунглей вокруг.
Он различал негромкое сопение ленивцев, кормящихся по ночам, и быстрый, отрывистый лай шакала. Где-то справа раздался пронзительный крик пойманного хищниками оленя. Но вот человек насторожился, уловив тихий приглушенный разговор двух сторожей, раздавшийся из бамбуковой рощи слева от него.
А, так вот где поставил охрану Пэйджен. Хорошее место, только вот эта парочка слишком занята разговором, чтобы обращать внимание на звуки вокруг них. Да, конечно, они нервничали. Он мог слышать это в браваде их хвастовства. Их нервозность вызвала у него довольную улыбку. Пройдет еще не меньше трех дней, пока они достигнут подножия первого из многочисленных холмов Виндхэвена.
На миг его лицо стало твердым, почти таким же, как грани рубина, который тревожил его сны. Но за три дня многое может случиться, читалось в его внимательных серых глазах. И очень скоро эти никчемные тамильские охранники занервничают еще больше. Мужчина бесшумно прошел мимо бесполезной охраны всего в нескольких дюймах и растаял в джунглях. Он словно растворился в темноте, и ни одно существо не заподозрило его присутствия.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Рубин - Скай Кристина



Замечательная книга! Очень интересная!
Рубин - Скай Кристинакарина
25.12.2011, 22.03





Книга полная любви,страсти, нежности,приключений. Совету прочесть!
Рубин - Скай КристинаОксана
15.06.2012, 12.49





ужас.еле дочитала.читать не советую
Рубин - Скай Кристинасветлана
15.06.2012, 18.50





Интересная книга.И любовный роман и приключение.Захватывающий сюжет.Советую почитать.
Рубин - Скай КристинаМария
22.07.2012, 14.05





Неправдоподобно, прям такая страсть, что после того, как героев "отмутузили по полной", они находят в себе силы любовью заниматься! да и вообще страсть описывается уж больно нереальная, не жизненная, хотя может если сама не испытала, то и не стоит такого говорить.. :) Ожидала какого-то волшебства от камня (рубина) - не было! Не было интриги!
Рубин - Скай КристинаЮлия
24.12.2012, 19.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100