Читать онлайн Просто друзья, автора - Сисман Робин, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Просто друзья - Сисман Робин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 50)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Просто друзья - Сисман Робин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Просто друзья - Сисман Робин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Сисман Робин

Просто друзья

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

— Милая кровать.
Джек подпрыгнул, покачавшись на огромной, снабженной балдахином кровати, подняв облако пыли. Джек протер глаза. Он бы не удивился, если бы обнаружил здесь целое семейство мышей, мышей, которые жили в этом доме из поколения в поколение, со времен легендарной королевы Елизаветы I. Сэр Мышь и леди Мышь и их маленькие аристократические отпрыски. Он представил себе их фамильный герб — крыса на задних лапах на ломте сыра и изречение на латыни: «Здесь не место кошкам». Джек откинулся на спину и громко рассмеялся. Розовое пойло, которым отец Фреи угостил его, ударило в голову.
— Рада, что тебе понравилось. — Фрея принялась вытряхивать вещи из чемодана. — Ты сможешь наслаждаться ее великолепием отсюда, с шезлонга.
Джек приподнялся на локте и, прищурившись, посмотрел на угловатое чудище, нечто среднее между тюремной койкой и древним креслом дантиста.
— Эй, брось. Я слишком высокий. Хочешь явиться на свадьбу с горбуном из Нотр-Дам?
— Перестань рычать. Ты в Европе. Следи за произношением. И перестань корчить рожи.
— Oui, madame. Но спать на этой штуковине я не буду.
— Кому-то все равно придется на ней спать. Мы только изображаем из себя пару.
— Уже легче. Не знаю, как долго я смогу это терпеть. Ха! Промахнулась.
Джек перегнулся через край кровати, чтобы поднять туфлю, которой в него запустила Фрея. (Она привезла с собой восемь пар — восемь! — об этом он узнал, когда, вызвавшись донести ее чемодан до аэропорта, чуть не оторвал себе руку.) Он повертел туфлю в руках, с сомнением глядя на высоченный тоненький каблук и узенькие ремешки, которые, как предполагается, должны каким-то образом выдерживать всю нагрузку, приходящуюся на ступню. Он швырнул туфельку обратно.
— Лови, Золушка.
Не комментируя, Фрея убрала и эту пару в массивный гардероб, под опасным углом накренившийся вперед — пол в спальне был весьма неровный. Джек тоже решил распаковать чемодан.
Она была такой… заведенной, как тугая пружина, с того самого момента, как приземлился самолет. В течение первого часа долгого пути в Корнуолл она ни разу не взглянула в окно. Взгляд ее был устремлен лишь на спидометр взятой напрокат машины, который редко когда показывал меньше девяноста. Фрея вела машину так, как делала все в этой жизни: быстро, решительно, на грани риска.
Она не выглядела усталой. Когда он пожаловался на бессонную ночь, проведенную на тесном сиденье салона эконом-класса, она заявила, что не верит в разговоры о сбоях биологических часов из-за разницы во времени. Он не посмел произнести слово «ленч» и в итоге уснул в пассажирском кресле.
Джек проснулся во второй половине дня и обомлел, увидев за окном целый ряд ветряных мельниц с вращающимися лопастями. Они походили на чудовищ-пришельцев, соскочивших со страниц Герберта Уэллса. Фрея объявила, что они прибыли в Корнуолл. Джек нацепил очки и с интересом огляделся. Он пару раз бывал в Англии, но не выезжал за пределы обычных туристических маршрутов. Он никогда не был в гостях у настоящих англичан в настоящем английском доме.
На первый взгляд Корнуолл показался ему довольно унылым местом: смесь болотных пустошей и серокаменных городов. Один раз Джек заметил дымовую трубу, торчащую прямо посреди чистого поля; труба, как объяснила ему Фрея, это все, что осталось от рудника, в котором когда-то добывали медь.
Дорога петляла, извиваясь серой лентой то вниз, то вверх по склонам холмов. Постепенно пейзаж обрел более жилой вид, стал похож на лоскутное одеяло — на зеленых лужайках паслись пегие коровы. Машина неслась мимо крохотных тихих городков, каждый с пабом и церковью в начале единственной улицы. На дорожных щитах красовались сделанные вручную надписи, рекламирующие велосипедные маршруты, кемпинги, клубнику, которую предстояло самостоятельно собирать, свежую макрель и приглашали принять участие в праздновании Дня города, и вдруг среди них одна интригующая: «Суки — в хорошие руки». Деревья попадались все реже, и все какие-то чахлые, низкорослые, в форме перевернутых зонтиков. Остроконечные, с разлапистыми листьями растения возникали совершенно неожиданно в палисадниках возле домов — все это больше походило на Флориду, чем на Англию. Горизонт постепенно становился все более плоским и таял в серебристой дымке. Джек почувствовал, как внутри у него что-то зашевелилось — он почуял близость моря.
— За следующим холмом, — сказала Фрея, прочитав его мысли, и действительно за поворотом дороги открылся захватывающий вид: сверкающая водная гладь, постепенно темнеющая до темно-синего, как звездное небо. Она торжествующе взглянула на Джека и улыбнулась так, будто сама сотворила это чудо.
Вскоре они свернули с главной дороги и оказались в лабиринте дорог, петляющих среди зарослей, изобилующих скрытыми густой порослью речушками. Плющ с кружевными белыми цветами живой изгородью окаймлял их путь. Нью-Йорк казался невозможно далеким. Джек опустил стекло и вдохнул аромат Англии — сладкий и нежный. Июньское солнце ярко светило с высокого голубого неба. Они в Англии, а дождем не пахнет. Джек счел это добрым предзнаменованием.
Дорога уходила круто вниз, но Фрея повернула в узкий пролет между двумя видавшими виды каменными столбами, и они оказались в тенистой аллее. Деревья густо росли по обеим сторонам дороги, узловатые и шишкастые от старости, с корой серой и шершавой, как слоновья кожа. Крона образовывала нечто вроде кружевного навеса, сквозь который пробивались солнечные лучи, рассыпая по земле цветные пятна. Аллея тянулась на полмили, и Джек пытался представить себе «большой старый дом», о котором несколько раз упоминала Фрея. Она никогда не говорила много о своей родне, хотя в самолете обрисовала в живых красках свою мерзкую мачеху с ее дочкой.
Аллея кончилась, они выскочили на простор и поехали прямо через пастбище по колдобинам. Овцы шарахались от машины, прячась в лесу. Моря отсюда не было видно, но Джек угадывал его близость по особому лучащемуся цвету неба. Там, впереди, за нарядно постриженными деревьями, стоял старинный особняк из серого камня. Сколько же ему лет? Четыре сотни? Шесть сотен? У Джека округлились глаза. Декоративные фронтоны, романтично увитые плющом, огромное центральное окно высотой в два этажа, с витражом, сверкающим, словно сотни бриллиантов. Целый лес кирпичных труб. на крыше. Множество флигелей, и среди них часовая башня и купол чего-то, похожего на часовню.
— Ты никогда не говорила, что живешь в замке.
— А я и не живу тут. Я живу в Нью-Йорке. Это дом моей мачехи.
Джек ожидал увидеть слуг, выстроившихся в шеренгу, чтобы приветствовать ее светлость, выходящую из экипажа, — но это он насмотрелся фильмов о жизни аристократов. На самом деле Фрея завернула за дом, проехав через каменную арку, и припарковалась на пыльном дворе, где уже стояло несколько грязных машин. На веревке трепыхались кухонные тряпки, в углу валялась груда битых кирпичей, а рядом со скособоченной кадкой с геранью копались в грязи цыплята. Никто не вышел их встречать, если не считать черного Лабрадора.
Она повела Джека по коридору, уставленному грязными ботинками и пустыми бутылками; на медных крюках висели пальто и шляпы, рыболовные сети, пластиковые пакеты и собачьи поводки. Они вошли в большую комнату со сводчатым потолком, каменным полом и окнами на обе стороны. Солнечные лучи пронзали застывшее в воздухе пыльное облако. Джек подумал, что это кухня, но такой кухни он ни разу не видел: ни шкафчиков для посуды, ни сверкающих кухонных комбайнов, даже холодильника нет, если не считать холодильником маленький эмалированный шкаф в наклейках, изображающих летающих поросят. У стены стоял огромный сервант, где на полках громоздились кувшины и тарелки, а рабочая поверхность была завалена газетами, письмами, пластиковыми цветочными горшками, вешалками для одежды, пакетиками с семенами. Сверху лежала щетка для волос. Еще была глубокая каменная раковина с бронзовыми кранами и желтыми потеками там, где стекала вода. Огромный дубовый стол в центре комнаты был накрыт на пять персон. Что-то кипело на старинной, странного вида плите с железными круглыми конфорками, напоминавшими задвижки на иллюминаторах подводной лодки. Пахло вкусной едой, душистым горошком в глиняном кувшине посреди стола и псиной — на полу лежала собачья подстилка.
— Снаружи, наверное, — бросила Фрея, подошла к открытому окну и — словно это было вполне обычное дело — залезла на подоконник, используя для этого необструганный деревянный брус, поставленный сюда, видимо, именно для этой цели, и спрыгнула вниз. Джек последовал за ней со странным чувством, будто проходил сквозь зеркало в Зазеркалье, в манящую приключениями страну чудес.
Он оказался в маленьком саду, скрытом от мира высокой живой изгородью. Сад рассекали на четыре части вымощенные камнем тропинки… Пьянящий аромат поднимался от серо-зеленых растений с желтыми и лиловыми цветами, над которыми гудели пчелы.
Фрея зашагала к арке в изгороди, затем обернулась и остановилась, дожидаясь его. Он услышал голоса. Женщины о чем-то спорили на повышенных тонах.
— Мамочка, это же моя свадьба.
— Знаю, дорогая, но ты не можешь просить преподобного Туэкера зачитать в церкви «Песнь песней». Разве я не права, Гай?
Раздался резонирующий звук от удара дерева о дерево, затем звук более глухой, и мужской голос победно заключил:
— Вот вам!
Джек почувствовал на своем предплечье стальной захват.
— Помни, — скомандовала Фрея. — Бойфренд. Безумно влюблен. Я восхитительна.
Джек почувствовал раздражение. Он сам знает, как ему сыграть свою роль. Как завоевать своим обаянием всю семью — включая саму Фрею. Он взял ее руку и сунул под мышку, ощущая, как она напряжена.
— Называй меня «дорогой», — сказал он, когда они проходили сквозь арку.
Их взглядам предстала типично английская картина. Перед ними расстилался длинный ровный газон, расцвеченный маргаритками, с живой изгородью по сторонам, а за ним — цепь зеленых холмов. Там было одно такое элегантное раскидистое дерево — кипарис? кедр? — в тени которого стояли шезлонги и столик из кованого чугуна с напитками на подносе. Никто их сначала не заметил. Две женщины стояли к ним спиной, опираясь на клюшки для игры в крокет. Они смотрели на мужчину в панаме, который наклонился, чтобы установить мяч в правильную позицию у одной из белых ямок. Он распрямился, прикрыл глаза от солнца и радостно воскликнул:
— Фрея!
Она сделала несколько шагов, увлекая за собой Джека, и остановилась в растерянности.
Мужчина поспешил им навстречу. Он был высок и худ и так похож на свою дочь, что Джек чуть было не рассмеялся: то же овальное лицо, тот же длинный нос и располагающая улыбка, та же посадка головы. Только цвет глаз и волос другой — глазами Фрея пошла, наверное, в мать.
— Наконец-то приехали. — Отец с безыскусной радостью обнял дочь. — Как здорово! — Он погладил ее по голове по-отечески нежно и просиял.
— Привет, Фрея! Приятно видеть тебя. — Должно быть, это Аннабел, почтенного вида женщина в цветастой юбке, скромно прикрывающей полные икры, и белой блузке. Темные волосы ее, припорошенные сединой, были схвачены широким ободком. Лицо немолодое и усталое, но все же приятное. Она никак не походила на злую мачеху. Фрея позволила расцеловать себя в обе щеки.
Женщина помоложе обернулась, взмахнув молотком. Она оказалась симпатичной яркой брюнеткой с полными губами и миндалевидными глазами. Чуть прищурившись, она смотрела на Джека понимающим взглядом. На ней были белые бриджи до колен и топ, открывающий гладкие, округлые плечи.
— Привет, Фрея.
— Здравствуй, Тэш.
Они держались на расстоянии, оценивающе глядя друг на друга и напряженно улыбаясь. «Bay!» — подумал Джек.
Наступила неловкая пауза. Затем Аннабел шагнула к Джеку и с доброй улыбкой протянула руку.
— Вы, должно быть, Майкл, — сказала она.
Джек снова почувствовал тугой захват на предплечье.
— Это Джек, — сообщила им Фрея несколько раздраженно, — мой друг, Джек Мэдисон.
— Простите… — Аннабел покраснела.
— Я тебе говорила, — злорадно прошептала Джеку Фрея.
— Ей-богу, Фрея, ловко ты их меняешь. — Тэш озорно подмигнула Джеку.
— Рады видеть вас с нами, Джек, — сказал отец Фреи, выходя вперед. — Я — Гай Пенроуз, а это моя жена Аннабел. А теперь позвольте мне познакомить вас с тайной древнего племени аборигенов. Странноватый английский напиток, но я думаю, вам понравится. Называется пимм.
Джек с некоторым облегчением направился к столу с напитками, прочь от поля напряженности, созданного усилиями всех трех женщин. Мужчины всегда более прямолинейны. Мистер Пенроуз достал сигару из-за потертой ленты на панаме. Джеку он уже нравился. Они стояли, непринужденно беседуя, а между тем тени удлинялись, и птицы клином потянулись по небу. Напиток напоминал пунш, но с добавлением фруктов и листьев мяты. Джек пил с жадностью. Усталость после дороги как рукой сняло. Он начинал наслаждаться жизнью.
— Вы ведь не адвокат, не так ли? — Это уже Тэш вперилась в него, хлопая накрашенными ресницами.
— Нет, это Майкл — адвокат, — сухо заметил Джек. Будь он и вправду любовником Фреи, наверняка вышел бы из себя.
— Я так и подумала. Эти адвокаты — такие зануды.
— Ну спасибо, — со смехом сказал Джек.
— Что за шутки? — Фрея внезапно оказалась рядом с ним.
— О, Фрея, я хотела сказать… — Выражение лица Тэш внезапно изменилось. Оно стало жестким, даже хищным. — Ты не против, если роль подружки невесты достанется другой?
— Конечно, нет, — довольно сдержанно ответила Фрея.
— Хорошо. Папочка сказал, что мне следует тебя спросить.
— Все нормально. Даже к лучшему. Джек просто не представляет меня в розовом атласном платье.
Джек внезапно вспомнил сообщение, там, на квартире в Нью-Йорке. Пришло неделю назад. Джек подумал, что поздновато его отправили, если учесть, что свадьба послезавтра.
Тэш уже размахивала пальчиками перед носом у Фреи.
— Не хочешь посмотреть на мое кольцо?
— Да, конечно. — Фрея наклонилась, чтобы рассмотреть его. — Чудесное кольцо, Тэш. В самом деле, очень милое. — В голосе ее было немного тепла, но Джек видел, что это ей дается с трудом.
— Рубины, знаешь ли. Стоит целое состояние. К счастью, все оплатил Ролле. После свадьбы мне не придется работать. Не то что тебе, бедняжке, — все тянешь и тянешь лямку.
Фрея приподняла бровь. «Bay!» — подумал Джек.
— Забавно, — пробормотала она. — Я думала, женская добродетель важнее рубинов.
— Еще выпьем? — Джек схватил кувшин и разлил пряный напиток по стаканам.
— Гай, дорогой, почему бы тебе не помочь с чемоданами, пока я присмотрю за ужином? — сказала Аннабел. — Думаю, вы захотите переодеться после дороги.
— Хорошая мысль, — с энтузиазмом откликнулся Джек. — Освежающий душ, и я снова готов в бой.
Он был смущен, видя, как они обмениваются улыбками.
— Джек — американец, — объяснила Фрея.
Конечно, душа здесь не было. Даже так называемая ванная мало напоминала то, к чему привык Джек. Она была огромной, с красивым, оправленным в камень окном, которое Фрея почему-то называла муляжом, но все, что касалось санитарно-гигиенических приспособлений, имело возраст, сравнимый с возрастом самого дома. Унитаз возвышался на малахитовом троне, но над ним нависала цистерна черного металла с цепью, уместной разве что в пыточной камере. Судя по тому, что здесь же имелся книжный шкаф, пестревший корешками с веселыми заголовками, британцы привыкли проводить в этом помещении значительную часть жизни, восседая на троне в позе орла и от души веселясь. Огромная ванна на бронзовых лапах, сжимающих четыре шара для опоры, располагалась посредине. Из крана с надписью «горячая» лилась холодная вода и наоборот. Джек убедился в этом на собственном горьком опыте. Он мог лишь догадываться о том, что подобными штучками британцы надеялись сломить моральный дух немцев во время Второй мировой, если бы те все же завоевали остров. Весь дом представлял собой странную смесь Замка ужасов и Дворца принцессы. Имелась в доме комната Бесси, то бишь Елизаветы, и Красная комната, и Зеркальная комната и что-то похожее на скит или келью. Было «новое» крыло, пристроенное в веке эдак семнадцатом. Были бронзовые бюсты и странного вида настенные часы, персидские ковры, наспех заштопанные, ужасные старые кушетки, покрытые индийскими покрывалами, расписной китайский сервант, на котором восседал кот, сонно мигая. Все было ветхим и дряхлым: отвалившаяся штукатурка, растрескавшиеся панели, плесень на потолках, дамасские шелковые ковры на стенах, рассыпающиеся в прах. Он не мог понять, очень богаты Пенроузы или очень бедны. Фрея вела его по бесконечным коридорам и черным лестницам к огромной спальне с мрачной мебелью и обветшалыми коврами, ничего не объясняя, делая вид, что все это в порядке вещей. Ничего. Он как-нибудь уложит это все в голове. Может, даже использует в своем романе. Между тем весьма любопытно было понаблюдать Фрею в среде ее обитания.
Джек ни разу не видел, чтобы она так нервничала. И не мог понять, что тому виной — ее семья или он сам. Надо признать, было несколько непривычно провести вдвоем ночь в этой огромной спальне. Огромная кровать приветливо манила к себе, наверное, и ее тоже, отчего, по-видимому, Фрея встречала с ледяным высокомерием его вымученные глупые шутки. И все же это она отчаянно нуждалась в «бойфренде», а он лишь согласился взять на себя эту роль. Надо признаться, не без удовольствия. Все могло бы получиться забавно.
Она распаковала вещи. Он тоже. Джек достал пижаму, купленную специально к случаю, с заботой о приличиях, и положил на «свою» сторону постели. После недолгого колебания она положила свою — бледно-розовую с черной отделкой — на другую. Потом вдруг взяла его пижаму и демонстративно переложила на шезлонг. Джек пошел в ванную, переоделся, она сделала то же самое, вернувшись в облегающих белых брюках и сиреневом топе, который был ей весьма к лицу. Пока она возилась с волосами, Джек стоял у окна, любуясь садом, лужайками с пасущимися овцами и серебристой полоской моря вдалеке. Не было видно ни дорог, ни электрических линий, ни машин — ничего, что напоминало бы о современности. Он бы не удивился, если бы, проснувшись поутру, увидел, что за окнами разыгрывается рыцарский турнир или девушки-селянки водят хоровод вокруг майского столба. В этом заколдованном месте может случиться все, что угодно. И близость чуда действовала на него возбуждающе.
Наконец Фрея объявила, что готова. Джек распахнул перед ней дверь и, жестом приглашая пройти вперед, сказал:
— Только после вас, любимая.
Фрея резко обернулась. Она смотрела на него так надменно, что он рассмеялся.
— Брось, Фрея. Мы в Англии. И дождя нет. И мы влюблены как сумасшедшие. Давай повеселимся. — Он предложил ей руку.
Она вдруг улыбнулась:
— Идет, дорогой.
Они спускались по главной лестнице в обеденный зал торжественно и плавно — рука об руку.
Фрея в миллионный раз перевернулась на другой бок. Она испробовала все возможные позы на этом проклятом шезлонге, и все они обернулись пыткой. Если она садилась, откидываясь на спинку, у нее начинало ломить шею. Если растягивалась, ноги свешивались с острого края, и к ним приливала кровь. Если она сворачивалась калачиком, бедра затекали, ноги начинало сводить судорогой. Стоило ей повернуться, как одеяло сползало и ей становилось холодно. Было уже два часа ночи, она знала это точно, потому что эти чертовы часы с маятником били каждые четверть часа.
За окнами совы занимались тем, что у сов получается лучше всего — ухали. В комнате раздавался негромкий ритмичный храп Джека. Фрею так и подмывало растолкать его. Как он смел взять и уснуть, когда ей так плохо? Она села и со злостью посмотрела на Джека. Луна была полной, а занавески — старыми и протертыми. Она видела его голову, мирно покоящуюся на подушке, и выступающее под пуховым одеялом большим бугром его коматозное тело. Как случилось, что он там, а она здесь?
Фрея со стоном снова легла на свое ложе пыток. Она сама виновата, Джек уверял ее, что кровать достаточно просторна для обоих, но ей не понравился фривольный тон, которым он предложил ей лечь вдвоем. Бросить монетку после долгих споров предложила она сама, и сама же проиграла. Сейчас она ругала себя за дурацкое легкомыслие, а Джека — за то, что так легко принял ее поражение. Настоящий джентльмен стал бы протестовать, настоящий джентльмен предпочел бы спать на полу, нежели лишить леди комфортного сна.
Но Джек не был джентльменом, он только притворялся таковым. Фрея мрачно выругалась, вспоминая, как он актерствовал за ужином, как бесстыдно втирался ко всем в доверие.
«Позвольте мне принести вам это блюдо, миссис Пенроуз… Великолепная сигара, мистер Пенроуз». Даже Тэш воздержалась от своих обычных ехидных комментариев. Вот так он сидел за столом, абсолютно непринужденно, в темно-синей рубашке и отглаженных брюках, которых она ни разу на нем не видела, с новой аккуратной стрижкой, развлекая всех рассказами о его родном доме и забавным южным акцентом. Отец даже принес из погреба заветную бутылку портвейна, словно Джек был самым настоящим Мистером Милый Парень, а не скупым, самодовольным, бессердечным, спящим чудовищем.
Сова глухо ухала в темноте. Часы громко тикали. Джек похрапывал. Под ковром кто-то, о ком ей даже не хотелось думать, скребся и попискивал.
Фрея откинула одеяло и встала. С нее довольно. Если так будет продолжаться и дальше, утром ее можно будет принять не за старшую сестру Тэш, а за ее мать. Она босиком прошлепала к кровати и хмуро уставилась на Джека. Он лежал на спине, на самой середине кровати, с дурацким аристократически-надменным выражением лица.
— Джек, — на всякий случай позвала его Фрея.
Ни звука.
Фрея пребывала в нерешительности. Она так устала и так замерзла. Она напомнила себе, что совершенно незнакомые люди прижимаются друг к другу, чтобы согреться, когда пурга застает их на горных перевалах. Ковбои иногда даже спят со своими лошадьми. Что такого, если она займет крохотный участок кровати всего лишь на несколько часов? Джек даже не узнает, если она проснется засветло и вернется на шезлонг. Практичное решение, только и всего. Она легонько толкнула Джека в плечо. Он послушно повернулся на бок, перекатившись на свою половину, освободив для нее пространство. Фрея забралась под одеяло.
О! Райское наслаждение! Фрея откинула голову на подушку и с удовольствием вытянулась. Простыни были исключительно теплыми, нагретыми телом Джека, и от них исходил приятный мужской запах, напоминавший запах свежеиспеченного хлеба. Она едва не застонала от удовольствия. Она уже совсем было расслабилась, когда Джек пробормотал что-то несвязное, повернулся к ней и положил тяжелую руку ей на талию. Фрея нахмурилась. Скорее всего это было инстинктивной реакцией Джека на присутствие в постели женского тела. Она осторожно взяла его руку и положила поверх одеяла. Через несколько секунд он снова что-то пробормотал и водрузил руку на прежнее место, однако на этот раз привлек Фрею к себе. Фрея сдалась. Ей было удобно, тепло и хотелось спать. На самом деле она чувствовала себя… изумительно. Глаза сами закрылись. Она уже стала засыпать, но тут на нее нахлынули воспоминания.
Тогда стояла осень. Улицы были усеяны листьями, желтыми, как шевелюра Джека, когда он прокричал ей снизу, что продал свой первый рассказ. Она выглянула из окна, а потом сбежала вниз, перепрыгивая сразу через две ступеньки, чтобы сказать, что у нее тоже есть для него восхитительная новость, что она добилась наконец зеленой карты — получила драгоценный документ, дающий ей право на нормальную работу в США, с приличным жалованьем, что с рабским трудом за нищенскую плату покончено. Старые друзья, теперь разбогатевшие, овеянные славой, решили отпраздновать свой успех ужином в складчину в шикарном ресторане. Джек откопал смокинг, а она нарядилась в платье и надела туфли на высоких каблуках, они взяли такси, как парочка яппи. Они заказывали не скупясь, чокались за успех и пробовали то, что заказал другой, из тарелок друг друга. Джек курил сигару, она тоже закурила, просто из солидарности. Они болтали, спорили и смеялись, пока не пришло время оплатить чудовищный счет и отправиться домой на бобах. Джек проводил ее до двери, они пожелали друг другу спокойной ночи, и тут Джек испортил все, внезапно навалившись на нее и заявив, что он хочет прямо сейчас лечь с ней в постель. Так и сказал! Не было ни романтической прелюдии, ни ухаживания — просто грубый наглый наскок, типичный для незрелых пьяных мужиков. Ему захотелось — Фрея была под рукой. Эй, почему бы нет? Она, конечно, сказала «нет». Что он о себе возомнил? Только потому, что он симпатяга, все женщины в Нью-Йорке должны валиться под него, как кегли? Фрея не хотела стать еще одной зарубкой над его кроватью. Кроме того, он был до неприличия молод. Джек удивился ее реакции, даже рассердился. С тех пор никто из них ни разу не упомянул об этом случае, однако он омрачал их дружбу. Джек больше не повторял подобных попыток, за что она была ему весьма признательна. Видимо, относился к ней как к сестре. К старшей сестре.
Фрея тихонько рассмеялась. И вот после многих лет она в постели с Джеком Мэдисоном. И ей совсем не так плохо с ним. Конечно, ведь он спит. Фрея поглубже забралась в постель, прижавшись спиной к груди Джека. Это инстинкт, сказала она себе, вполне естественная животная реакция. И сладко зевнула. Она должна что-то сделать… Ах да, проснуться пораньше. Никаких проблем. Будет сделано.
Она слышала ровное дыхание Джека, он перестал похрапывать. Его голова была на расстоянии всего лишь фута от ее головы. Что сейчас происходит у него в голове? Какие мечты, какие образы, какие темные желания, какие цели бороздят его мозг? Фрея зевнула. Веки отяжелели. Она уснула.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Просто друзья - Сисман Робин



Мощное произведение! Хотелось убить ГГ, когда он переспал с сестрой Ггероини.rnЗахватывает,не банальные розовые сопли и п.rnИ это все при практическом отсутствии личных эротических контактов героев!rnНо хотелось бы более развернутый конец романа.
Просто друзья - Сисман РобинАнастасия
27.12.2013, 22.11





Наконец-то прочла настоящее литературное произведение. Своего рода маленький шедевр. Обычно выбираешь книгу по авторам, как фильм по режиссерам, но иногда попадаются талантливые и гениальные вещи совершенно неожиданно. Спасибо предыдущему читателю за отзыв, именно благодаря ему я прочла эту талантливую, захватывающую, очень умную и достойную книгу. 10 из 10. Если вы не любитель розовых соплей и понимаете, что слишком далекое отступление о реальности вам давно надоело в книгах - эта книга ваша. А я уверена что эту книгу стоит купить и перечитывать.
Просто друзья - Сисман РобинЛюдмила
30.12.2013, 10.06





здесь есть всё: юмор, страсть,интересные повороты сюжета
Просто друзья - Сисман РобинЛика
20.06.2014, 21.49





Прелесть. Читала с упоением на одном дыхании. Книга с юмором. Советую прочитать
Просто друзья - Сисман РобинЕлена
21.06.2014, 22.11





Прелесть. Читала с упоением на одном дыхании. Книга с юмором. Советую прочитать
Просто друзья - Сисман РобинЕлена
21.06.2014, 22.11





очень понравилось,на одном дыхании.Класс!!!!!!
Просто друзья - Сисман Робинвика
22.06.2014, 10.46





Не понравилось. Никак не могла заставить себя дочитать до конца. Мура.
Просто друзья - Сисман РобинПл.
22.06.2014, 15.12





Местами пропускала, чуть затянут, но разок прочесть можно 8/10.
Просто друзья - Сисман Робинfrecz
9.08.2014, 7.53





А где жили долго и счастливо? Понравилось, но концовки не хватило. 10/10
Просто друзья - Сисман Робинanurra
12.06.2015, 22.52





Очень понравилось! мило, иронично, с юмором! Советую.
Просто друзья - Сисман РобинЁлка
30.08.2015, 7.51





Отличная книга, хорошие живые диалоги - без нарочитости и искусственности.
Просто друзья - Сисман РобинЮрьевна
2.04.2016, 22.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100