Читать онлайн Сильвия, автора - Синклер Эптон Билл, Раздел - 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сильвия - Синклер Эптон Билл бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.83 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сильвия - Синклер Эптон Билл - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сильвия - Синклер Эптон Билл - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Синклер Эптон Билл

Сильвия

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

19

Франк Ширли сдал полугодовые экзамены, и они с Сильвией несколько успокоились. Тревоги опять начались летом, когда Сильвия захотела остаться в усадьбе Кассельмен вместо того, чтобы поехать в горы, в северную Каролину. Было ясно – она не хотела уезжать далеко от своего жениха. И опять разгорелась борьба. Тетя Ненни не могла понять Сильвию, отваживавшуюся «афишировать свое увлечение перед всем миром».
– Но ведь я могу видеться с ним только летом, – говорила девушка.
– Ну, что же, дорогая… из этого еще не следует, что все планы на лето должны измениться и вся семья должна в угоду тебе остаться здесь.
– Планы от этого нисколько не изменятся, тетя Ненни. Тетя Варина охотно останется со мной здесь.
– Все тогда должны оставаться, чтобы скрыть твое упрямство. Это просто неприлично, Сильвия! Поверь, своим поведением ты потеряешь и его уважение. Ни один мужчина не может долго уважать женщину, которая так обнаруживает свои чувства.
– Дорогая тетя Ненни, – спокойно ответила Сильвия, – смею уверить вас, что я знаю Франка Ширли лучше вас.
– Бедный ослепленный ребенок! – сказала миссис Чайльтон. – Ты рано или поздно убедишься, что все мужчины друг друга стоят.
Но Сильвия продолжала настаивать на своем. Родным ее пришлось прибегнуть к самым отчаянным мерам. Прежде всего мать заявила, что считает своим долгом остаться дома, чтобы защитить от дурных толков свое несчастное дитя. К ней примкнул, конечно, и майор. Селеста рассчитывала повеселиться в горах и досадовала на то, что планы ее расстроились из-за эгоизма сестры. Затем был поднят вопрос о бэби, о драгоценном младенце, наследнике славного имени, могущества и богатства Лайлей. Домашний врач доказывал, что ребенку необходим горный воздух. У майора печень была не в порядке, он плохо спал, много работал, и ему тоже необходима перемена обстановки. Доктор, подготовленный тетей Ненни, сказал это в присутствии Сильвии, и вопрос о поездке в горы был решен.
Франк решил остаться в Кембридже на все лето и работать, но, узнав, что Сильвия будет жить летом в Кассельмене, поехал домой, несмотря на большие расходы, с которыми связана была эта поездка. Приехав домой, он обнаружил, что планы за это время переменились, и Сильвия не могла дать ему более или менее удовлетворительного объяснения. Она была глубоко уязвлена отношением родителей к ее сокровенному желанию и, опасаясь, что история эта произведет на Франка неприятное впечатление, утаила от него все, что вынесла в его отсутствие. Он иначе истолковал ее сдержанность. И это послужило причиной их первой размолвки. Франк сознавал, что он чужд светскому укладу жизни. Он знал, что родные пытались поколебать решимость Сильвии связать с ним свою судьбу. И так как он был надломленный горем человек, то он говорил себе, что раньше или позже попытки их увенчаются успехом. Шипы сомнений, вошедшие в его душу, мучили и терзали его. Но он был в то же время безумно горд и предпочел бы смерть жалости. Когда он узнал, что она уезжает только потому, что этого желали ее родители, ему показалось, что она с ним совсем не считается. И так как он не спорил, не настаивал, то Сильвия почувствовала себя оскорбленной. Ему, стало быть, безразлично – останется она или нет! Возможно, что тетя Ненни в самом деле права – мужчина перестает любить женщину, слишком искреннюю в своем чувстве…
Недоразумение еще более осложнилось, когда на сцену выступил Борегард Дебней.
Дебней из Чарльстона – одна из стариннейших фамилий на Юге. Имена деда Борегарда и его двух двоюродных дядей можно и теперь еще найти на почетной доске в великолепной старой церкви, которой гордится город. Дебней – настоящий аристократ. Он гол, как сокол, манжеты на нем вечно с бахромкой, но его принимают с почетом в самых знатных домах Юга.
У Дебней в городе дом с обваливающейся штукатуркой и трещинами в стенах, в деревне дом с течью в крыше, но когда Борегард, плененный красотой и живостью дочери миллионера Аткинсона, намекнул о своем намерении жениться на ней, вся семья его пришла в неописуемый ужас.
Он поехал за Гарриет в Кассельмен. И когда об этом узнали, за ним погнался целый отряд дядей и теток, которые обступили несчастного молодого человека, насели на него и чуть было силой не увезли домой. Гарриет обратилась за содействием к Сильвии. Если она пригласит Борегарда и одну из его теток в усадьбу Кассельмен, то все уладится.
Сильвия была как-то раз в Чарльстоне и познакомилась там с молодым Дебнеем. Она смутно помнила женственного юношу с нежным лицом, которое казалось бы совсем кукольным, если бы не большой и несколько кривой нос.
– Да скажи мне толком, Гарриет, – спросила она подругу, когда они встретились на прогулке, – ты его любишь?
– Не знаю, – ответила Гарриет, – я боюсь, что нет. Во всяком случае, не очень…
– Но зачем же тебе выходить за него, если ты его не любишь?
Они ехали верхом. Гарриет тронула поводья и ударила лошадь хлыстом.
– Солнышко, – заговорила она минуты две спустя, – я должна сказать тебе правду. Я никогда не смогу полюбить так, как ты. Я не верю в любовь. Я никогда не могла бы создать себе кумира из человека.
– Но зачем же тогда замуж выходить?
– Надо. Что же мне делать? Мне надоело быть вечно под опекой, и я не хочу остаться старой девой.
Они ехали несколько минут молча.
– Ну, а если ты выйдешь замуж и потом встретишь человека, которого полюбишь?
– Это никогда не случится. Я слишком эгоистична. Она помолчала немного и добавила:
– Это так, Солнышко! Я много думала над этим и не ошибаюсь. Борегард славный малый. Он мне нравится. Он влюблен в меня по уши, – а это, конечно, самое главное. Я всегда буду главой в доме. Его ценят, уважают, и мои будут рады, если я выйду за него. Ты знаешь, Солнышко, я поклялась когда-то, что никогда не буду тянуться к знати, но невозможно пятиться назад, когда все близкие люди изо всех сил тянут вперед, в верхи общества. И кроме того, должна сознаться, это большой соблазн – добиться того, что считается недоступным.
– Да, конечно, – сказала Сильвия, – но ведь это игра, а брак – дело серьезное.
– Это мы делаем из этого серьезное дело, – возразила Гарриет. – Я смертельно скучала, а эта история с Борегардом всколыхнула меня. Родные его говорят, что мне не быть его женой, а я хочу и буду. Я непременно войду в его семью и натяну нос всем его старым теткам.
Она громко расхохоталась и поехала быстрей.
– Солнышко, – начала она опять, – вот что я скажу тебе. В тебе никогда не было снобизма – ты слишком горда для этого. Но представь себе, что бы ты почувствовала, если бы к тебе вечно относились покровительственно? Ах, как мне это надоело! Борегард – это мое спасение. Я выйду за него, если только смогу. Я решилась. Я составила целый план действий, и тебе отведена в нем значительная роль.
– Какая же моя роль, Гарриет?
– Несложная. Я хочу, чтобы ты влюбила в себя Борегарда.
– Чтобы я влюб…
– Да. Я хочу, чтобы ты наказала его так жестоко, как не был наказан еще ни один мужчина.
– Но почему и зачем?
– Он любит меня, но слишком труслив, чтобы жениться на мне. И я хочу видеть его страдания, но такие, какие ты одна можешь ему причинить. Я хочу, чтобы ты скрутила его, искромсала его, изорвала в клочки, превратила в студень, иссушила и смолола в порошок. Ну, а тогда, когда он будет совсем готов, – тогда верни его мне.
– И тогда ты исцелишь все раны, которые я ему нанесу? – спросила Сильвия, спокойно выслушав свою кровожадную подругу.
– Быть может, – ответила Гарриет. – Как говорила твоя прабабка Леди Ди: «Мы тогда лишь крепко держим в руках мужчину, когда он возвращается к нам рикошетом, как брошенный мяч».
На следующий день Сильвия каталась с Дебнеем верхом, а через два дня он стоял перед нею на коленях и умолял ее быть его женой. Она, конечно, пришла в ужас.
– Как! Да ведь вы влюблены в лучшую мою приятельницу?
– Мисс Сильвия, это правда, я любил Гарриет, – ответил растерявшийся несчастный вздыхатель. – Гарриет – прелестная девушка! Семья ее неважная, но я думал, мы уедем куда-нибудь, где ее отца никто не знает, там ее примут, как мою жену, происхождение ее будет забыто. Она красива, интересна, конечно. Но поймите, Сильвия, кто же не предпочтет вас… Гарриет Аткинсон! Вы… вы совсем другая! Вы девушка моего круга.
Сильвия пришла в ярость от его наивной спеси, но ответила ему очень ласково. Она рассказала ему, что она тоже влюблена, что семья ее против ее выбора и что она очень несчастна. Она совершенно недостойна любви такого человека, как он, Борегард. Несчастный всячески старался доказать ей противное и в течение десяти дней ходил за ней по пятам и изводил ее своими вздохами.
Сильвия ежедневно докладывала Гарриет о его терзаниях, пока, наконец, Гарриет не заявила, что ее жажда мести утолена. Тогда Сильвия, вернувшись домой, увела своего обожателя в сад и нанесла ему последний удар, который приготовила для него.
– Мистер Дебней, – сказала она, – эта игра смертельно надоела мне.
– Какая игра? – удивленно спросил он.
– Вы знаете, что я всегда считала и считаю себя другом Гарриет Аткинсон. Когда вы пришли ко мне и сказали, что любите Гарриет, но предпочитаете жениться на мне, потому что я более знатного происхождения, вы, очевидно, и не думали о том, какое впечатление произведут на меня ваши слова. Что же мне оставалось думать? Одно из двух – или это нелепая шутка, или вы, извините пожалуйста, чванливый дурак. И я сказала себе, что должна проучить вас, и проучила. Поймите же, я никогда и нисколько вашей особой не интересовалась. Вы менее кого бы то ни было в мире способны внушить мне какие-либо чувства. И я понять не могу, как и чем вы могли пленить Гарриет. Уверяю вас, у вас нет ровно никаких оснований для такого высокого мнения о своей особе, какое вы составили себе.
Несчастный юноша смотрел на нее во все глаза. Он не верил своим ушам. Сильвии стало жалко его.
– Впрочем, возможно, у вас есть и что-нибудь симпатичное. Даже вероятно, но если бы только у вас была смелость быть самим собою. Ваши дядюшки и тетушки, очевидно, сумели запугать вас и сделали из вас отвратительного сноба…
– Вы серьезно считаете меня снобом?
– И самым неприятным, какого я когда-либо встречала. Но как мне вам это объяснить! Позвольте только дать вам один совет. Если вы находите, что не можете удостоить девушку чести назвать ее своей женой, то не говорите ей, что любите ее. Откровенно говоря, я не очень сокрушаюсь о том, что тут произошло, потому что вы, наверно, погубили бы Гарриет, а вы, право, не стоите ее. И я нисколько не огорчена тем, что вы потеряли ее…
– Вы… вы думаете, что я потерял ее? – пролепетал Дебней.
– А вы этого не думаете? – начала опять Сильвия и прикусила язык, испугавшись, что излишней резкостью отрезает Дебнею пути к Гарриет.
– Я не знаю, – добавила она, – я знаю только, что она гораздо лучше и добрее меня.
Борегард выслушал ее, покорно приняв головомойку, осознал свою вину и ушел от нее, негодуя на своих родных, считая их одних виноватыми в своей слабости. Он говорил себе, что действительно недостоин Гарриет и что поступил в отношении ее, как жалкий трус. Он стал менее многословен, более сдержан, и Сильвия видела, что он поглощен мыслью о том, как бы помириться с Гарриет.
Она вызвала Гарриет к телефону.
– Он скоро придет. Надень самое красивое платье. Дело было сделано, и только теперь Сильвия подумала о том, как огорчены будут ее собственные отец и мать тем, что она не сумела удержать Борегарда. Час спустя Гарриет позвонила ей: – Ну, что – спелись? – спросила Сильвия.
– Солнышко, – ответила Гарриет, – ты превратила его в тесто. А теперь уже я сумею создать из него какую угодно форму.
Борегард Дебней послал всех дядей и теток к черту, поехал за Гарриет на ее дачу на берегу моря и нетерпеливо ждал дня, когда поведет, наконец, ее под венец. Он горел желанием доказать и самому себе, и главным образом Сильвии Кассельмен, что он не трус и не сноб.
Франк Ширли приехал неожиданно в Кассельмен Холл, когда игра Сильвии с Дебнеем была в самом разгаре. При виде его Сильвия, конечно, мгновенно забыла о существовании Дебнея. Но несчастный Борегард воспылал ревностью. И в Сильвии проснулся лукавый бесенок. Ей захотелось видеть, как будет держать себя Франк в присутствии мнимого соперника. Она совершила этот опыт, но радости из него извлекла мало. Франк был один из тех людей, которые молчат и под пыткой. Он наблюдал за пылким Дебнеем, видел, как довольны родители Сильвии пребыванием в их доме этого отпрыска старинного рода, и молчал. Сильвия уезжала в горы, и Борегард говорил, что поедет за нею. Там будут, конечно, и другие почитатели, и одному из них рано или поздно будет оказано предпочтение. Франк уехал домой и в течение целой недели не давал о себе вестей.
Между тем история с Борегардом подошла к благополучному концу, и Сильвия в письме к Франку сообщила, что выполнила свою задачу – Дебней помолвлен с Гарриет. Франк ничего не понял. Он не был посвящен в эту интригу и мог расценить письмо Сильвии или как насмешку, или как оправдание в чем-то…
Сильвия, чувствуя, что он чем-то раздражен, всеми способами со дня на день оттягивала отъезд в горы, но неожиданно получила от него записку, в которой он извещал ее, что уезжает в Колорадо. Умерла его тетка, и он должен был поехать принять оставленное ею небольшое наследство – этого требовали интересы его сестер. Записка была холодная, деловая, без единого слова сожаления о том, что он вынужден уехать. Сильвия залила записку слезами. Она не чувствовала никакой вины за собой, про свой флирт с Дебнеем в присутствии Франка она, конечно, забыла и уверяла себя, что в возникшем между ними недоразумении виноват он один. Франк, в свою очередь, решил, что она раскаивается в том, что дала ему слово, и говорил себе, что его долг – облегчить ей желанный разрыв.
Оба провели печальное лето. Сильвия без всякого увлечения и интереса бывала на вечерах, участвовала в пикниках, на которые ее звали. Она скучала, томилась, худела и бледнела, несмотря на горный воздух.
Наступил сентябрь. Свадьба Гарриет была назначена на октябрь. Франк уехал опять в Кембридж. Когда он вернулся, Сильвия пригласила его приехать к ним погостить несколько дней. Но, к ее изумлению, он ответил вежливым отказом: много дел по хозяйству, и, кроме того, ему необходимо подготовиться к зимнему семестру. Три дня Сильвия боролась с собой, и в конце концов ее тоска по Франку взяла верх над гордостью. Она послала ему телеграмму: «Приезжайте немедленно!»
Через час она уже раскаялась, но телеграмма была отослана. Он ответил, что приедет на следующий день. Она провела бессонную ночь, представляла себе их встречу, как она будет держать себя с ним. Она упадет к его ногам и будет умолять его, чтобы он не мучил ее больше. Или еще лучше: она наденет новое прелестное платье, ослепит, очарует его, воссядет опять на подобающий ей трон и заставит его склонить перед ней голову.
Утром она поехала встретить его. С этим же поездом приехала и одна из ее кузин. Это возвращение домой втроем и семейный обед были для нее пыткой. Но наконец они остались одни и несколько долгих минут взволнованно смотрели друг другу в глаза.
– Сильвия, – сказал Франк, – у вас невеселый вид.
– Почему же у меня должен быть веселый вид? – отозвалась она.
Они опять замолчали.
– Послушайте, – продолжал он, – неужели мы не можем быть совершенно искренни и откровенны друг с другом? Я думаю, это было бы самое лучшее, хотя и причинило бы нам немного боли.
– Да, конечно, самое лучшее – быть искренними… – пролепетала она.
– Вы моих чувств щадить ни в коем случае не должны, Сильвия. Я знаю, какую тяжелую борьбу вам приходится вести, и, верьте мне, я никогда не поставлю вам в вину вашу слабость. Единственное, что для меня нестерпимо, это неуверенность, неизвестность, муки сомнений.
Она растерянно смотрела на него.
– Да о чем вы говорите, Франк? – воскликнула она.
– Как же мне этого не говорить? – ответил он.
Они опять молча смотрели друг на друга.
– Франк! Франк! – внезапно крикнула Сильвия. – Я хочу знать только одно: вы любите меня?
– А вы любите меня? – повторил он, как эхо.
– Да, да, и я хочу, я прошу вас – будьте со мной совершенно искренни!
– Быть искренним с вами? – сказал он дрожащим голосом. – Для меня вопрос в том, могу ли я, должен ли я любить вас. Это ужасно! Я не могу этого вынести.
– Но ведь вы любите меня! – вскрикнула она опять.
Она смотрела на его взволнованное бледное лицо и, внезапно зарыдав, бросилась ему на грудь.
– О Франк! Франк! Зачем мы мучаем друг друга?
Туман недоразумения растаял в один миг.
– Дорогая, – воскликнул он, – что же ты думала обо мне?
– Я думала, что ты перестал меня любить за то, что я была слишком смела, не по-женски смела…
– Сильвия, да в своем ли ты уме? Ведь я так жаждал твоей любви!
– Говори, говори мне, что я могу любить тебя. Скажи мне еще, еще раз, что тебе никогда не надоест моя любовь.
Он заключил ее в свои объятия и зажал ей уста поцелуем. Он ласкал ее, как обиженного ребенка. Она рада была выплакать свою тоску, рассказать ему сквозь слезы, как она мучилась, как томилась о нем.
– Отчего ты раньше не приехал? – упрекнула она.
– Но, Сильвия, как же я мог приехать? Я видел подле тебя другого влюбленного. Не мог же я знать, что все это была игра…
– И ты мог подумать хоть на одно мгновение, что я могу предпочесть тебе Борегарда Дебнея!
– Это легко сказать, – ответил он. – Я наблюдал твоих родных, я знал, кого бы они предпочли, и я видел, как они стараются отдалить нас друг от друга. Ты уделяла ему столько внимания. Мне оставалось только думать, что ты хочешь дать мне понять…
– Ах, не говори, не говори этого! – вскрикнула она. – Это ужас! Это просто ужасно!
– Мы должны откровенно объясниться, Сильвия. Ты никоим образом не должна допускать вмешательства своей родни в наши отношения. Ты должна избавить меня от мучительного страха, что они раньше или позже отнимут тебя у меня.
Сильвия вспыхнула, засияла. Она внезапно поняла, что во всем этом недоразумении виноваты были ее родные и ее нерешительность сознаться себе в этом и сказать об этом Франку.
– Мне теперь все стало ясно! – воскликнула она. – Франк, я не могу заставить их смотреть на вещи моими глазами. И у них всегда будет эта ужасная власть надо мною, потому что я люблю их.
– Что же ты сделаешь, если?..
– Я буду выдавать их тебе.
Он изумленно взглянул на нее. Она продолжала:
– Я расскажу тебе все, что они делали и говорили, буду тебе передавать каждое их слово, все, что они будут затевать против нас…
– Милая! Милое мое дитя! – тихо сказал растроганный Франк.






Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сильвия - Синклер Эптон Билл

Разделы:
Книга 112345678910111213141516171819Книга 212345Книга 312345678

Ваши комментарии
к роману Сильвия - Синклер Эптон Билл



Прекрасный роман! Прочитала его на одном дыхании!
Сильвия - Синклер Эптон БиллЛилиана
19.03.2013, 11.52





Согласна, роман очень хороший и поучительный. Случайно нашла книгу у бабушки в шкафу. Покорила обложка - решила прочитать. Уже через неделю обсуждала с мамой концовку))) Книга очень поучительная и не сказочная, а покожа на очень жестокую, порой, реальность...
Сильвия - Синклер Эптон БиллДиана
1.12.2013, 10.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100