Читать онлайн Настоящее сокровище, автора - Симмонс Сюзанна, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Настоящее сокровище - Симмонс Сюзанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.5 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Настоящее сокровище - Симмонс Сюзанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Настоящее сокровище - Симмонс Сюзанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Симмонс Сюзанна

Настоящее сокровище

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Тори позволила ему себя обнять.
Оркестр наигрывал мелодию из очередного мюзикла Роджерса и Хаммерстайна, и девушка вспомнила слова этой песни: что-то о колдовском вечере и прекрасной незнакомке, мелькнувшей в толпе.
С минуту или две они танцевали молча. Только теперь, когда широкие плечи Митчелла Сторма загородили от нее все другие танцующие пары, Тори поняла, что у него необыкновенно высокий рост.
Девушка слегка выгнула спину, посмотрела ему в лицо и заговорила на самую безопасную, на ее взгляд, тему: "
— Мне кажется, я узнала ваш тартан.
— В этом нет ничего удивительного.
— Это одна из расцветок клана Стормов, правильно?
— Да.
Она посмотрела на свой шелковый шарф в красно-зеленую клетку, пересекавший по диагонали платье.
— На мне тоже тартан нашего клана.
Ее партнер по танцу опустил взгляд на ее декольте и кивнул:
— Знаю, это современный парадный тартан. Девушка отступила на расстояние вытянутой руки и рассмотрела его меховую сумку и килт. Сумка была мягкой, из серого кролика; она крепилась к поясу серебряной застежкой с цепочкой. Приглушенная зелено-голубая клетка юбки оживлялась светлыми лавандово-серыми полосками.
— А что означает ваш тартан?
— Это старинный охотничий тартан.
— Вы охотник, мистер Сторм?
— Вам не кажется, что вы могли бы называть меня просто Митчеллом?
— Так вы охотник, Митчелл?
В его улыбке было что-то озорное.
— В некотором роде.
У Тори вдруг появилось нехорошее предчувствие.
— В каком же?
Новоявленный кузен вел ее в танце и легко кружил по натертому паркету. Он держал ее близко, но не слишком. Его объятие было крепким, однако вполне благопристойным. Митчелл оказался на редкость хорошим танцором и двигался со своеобразной грацией, которую трудно было предположить в таком крупном, атлетически сложенном мужчине.
— Это часть все той же истории, которую я поведаю вам завтра.
Тори оставалось только надеяться, что история придется ей по вкусу.
— А ваш волынщик — интересная личность.
— Да, вы верно заметили.
— Он такой огромный. — В этом наблюдении не было ничего оригинального, но Тори просто не знала, что еще сказать.
— Да.
— Великан с нежным сердцем? — предположила она. Митчелл помедлил секунду, обдумывая ответ, потом покачал головой:
— Я бы не стал этого утверждать. Она облизнула пересохшие губы.
— Так, значит, он свиреп?
Некое подобие улыбки промелькнуло на его красивом лице.
— Обычно нет.
Вышитая атласная юбка Тори и шлейф с оборками то вздымались вверх, то опускались к полу.
— Должно быть, сегодняшняя ситуация была не совсем обычной, — предположила она.
— Давайте просто сойдемся на том, что оскорбленный шотландец может быть опасен, — уклонился Митчелл от прямого ответа.
— А разве вы не шотландец? Она видела, что он колеблется.
— Шотландец.
Тори сама не понимала, почему это ее так интересует.
— И каким образом вы мстите за оскорбление? Четвероюродный кузен сделал вид, что не понял вопроса.
— Простите? — холодно улыбнулся он.
— Ну, мы сегодня наблюдали, как реагирует Маккламфа: он становится невменяемым и перестает…
— Контролировать свои действия? — подсказал он. Тори закусила нижнюю губу и кивнула:
— Да. Но как поступаете вы, когда вас оскорбляют? — настаивала она, хотя с трудом представляла себе человека, который осмелился бы оскорбить его. — Вы впадаете в ярость?
— Я надеюсь, меня не так легко привести в ярость. Он опять не дал ей прямого ответа.
— Почему же? Сказывается недостаток темперамента?
— Нет, просто тренировка.
Сначала этот человек возбуждал только ее любопытство, но теперь Тори чувствовала, что он очаровал ее совершенно.
— И что же это за тренировка?
— Физическая, умственная. Душевная, если хотите, — прозвучал загадочный ответ.
— А разве это не одно и то же? Итак, ваше самообладание объясняется длительной тренировкой.
— Да.
Она распрямила спину.
— И где же вы научились такому завидному самообладанию?
Опять пожатие плеч и неопределенный ответ:
— В разных местах.
Но девушка умела быть настойчивой. Это качество было необходимо хозяйке огромного особняка и директору благотворительного фонда, а она являлась и тем, и другим.
— И где же вы получили первый урок?
— В Джакарте.
— В Джакарте?
— В специальной школе, куда родители отправили меня однажды летом. Она находилась недалеко от Джакарты. Этой школой руководил один монах, который исповедовал агаму Яву, — это разновидность религии, объединяющая в себе индуизм, буддизм и ислам.
Тори не сразу поняла, что Митчелл сказал это совершенно серьезно.
— А еще я играл в футбол.
— В Америке футбол называют соккером, — поправила она.
— Я четыре года играл защитником в команде Техасского университета, — небрежно проронил он и, сделав удачный маневр, проскользнул между двумя близко танцующими парами, не задев их.
Тори поняла, что ее деликатно поставили на место. Если этот человек говорил «футбол», то ничто уже не могло заставить его говорить иначе.
Она сосредоточила внимание на его губах.
— Так вот откуда у вас этот акцент. Он удивленно изогнул брови:
— Большинство американцев находят, что у меня нет никакого акцента.
Вот это и было самым удивительным. У него действительно не было акцента. Ни техасского растягивания, ни характерного шотландского «р», ни манерности английской верхушки. Никакого.
— Да, это правда, — признала она. Но почему?
Словно услышав ее невысказанный вопрос, он объяснил:
— Пока я рос, мои родители все время переезжали с места на место.
— То есть вы не жили в Шотландии?
— Мой отец считал Шотландию и тем более остров Сторм чуть ли не тюрьмой. В возрасте двадцати пяти лет он покинул Шотландию вместе с моей матерью, и больше они туда уже никогда не возвращались.
— До сегодняшнего дня?
Что-то изменилось в глазах Митчелла и в том, как он ее обнимал. Это была едва заметная перемена, но Тори мгновенно почувствовала ее.
— Мои родители погибли в авиационной катастрофе, возвращаясь в Гонконг. Я тогда еще учился в колледже.
— Мне очень жаль.
— Мне тоже было жаль. — На секунду он выпустил ее талию. — Насколько я понимаю, вы тоже потеряли родителей.
— Да, уже давно.
— Таким образом, вы — единственная представительница Стормов в Америке.
— Да, так уж вышло.
— А я — последний в шотландской ветви, — сказал он.
С минуту или две они молчали. Песня из мюзикла Роджерса и Хаммерстайна закончилась, но оркестр сразу же заиграл другой классический мотив. Не говоря ни слова, они продолжали танцевать.
— И что вы тогда стали делать?
— Когда? — Митчелл посмотрел ей в глаза.
— После смерти ваших родителей, — тихо сказала она.
— Окончил колледж.
Митчелл Сторм упорно не желал рассказывать о своей жизни. Но Тори справедливо полагала, что имеет право задавать вопросы, коль скоро он сам решил познакомиться с ней.
— А после колледжа?
— Да так, куролесил, — неохотно проговорил Митчелл.
— Куролесили? — Она не была уверена, что поняла его.
— Путешествовал.
Ах вот оно что! Видя, что более пространного ответа от него не дождаться, Тори опять заговорила первой:
— И где вы побывали?
Он назвал несколько экзотических мест:
— Марракеш, Тимбукту, Табора, Комодо.
Тори тоже изрядно поездила по свету. Она видела Англию, Францию, полюбила Ривьеру, Монако, Италию, Испанию. Мавритания разбудила ее воображение. Потом были Греция, Нидерланды, Швейцария. В швейцарских Альпах Виктория приобрела собственный коттедж. Приезжая в Париж, она останавливалась в квартире подруги Джейн Беннет Холлистер.
Но сейчас девушка вдруг поняла, что везде, где она побывала, ее встречали чистота, порядок и цивилизация. Ей так и не удалось припомнить ни одного дикого места.
— А куда вы отправились после того, как вам надоело путешествовать?
— В Лондон. Там я продолжил свою учебу, а примерно через год вернулся в Гонконг и вступил во владение долей отца в экспортно-импортном бизнесе.
— И до каких пор вы там жили?
— Мне пришлось уехать оттуда в прошлом году, когда заболел мой дед.
Частички мозаики наконец начали складываться в цельную картину. Возможно, даже не частички, а очень крупные фрагменты.
— И тогда вы вернулись на родину, в Шотландию, — сделала она вывод.
— И тогда я вернулся на родину, в Шотландию, — ответил Митчелл.
«Ты слишком много болтаешь, — с раздражением подумал он. — Ты же практически вывернулся наизнанку перед этой женщиной».
Митчелл признался себе, что Виктория Сторм красива. И к тому же достаточно умна и сообразительна. Она проявила себя опытным дипломатом и замечательной собеседницей. Он с удовольствием слушал ее мелодичный голос.
Однако все это нисколько не оправдывало его поведения.
Девушка по-прежнему была препятствием на пути к достижению его главной цели. Ему следовало видеть в ней врага, во всяком случае, какое-то время. Он же поступил вопреки своему строгому принципу: не выдавать о себе никакой информации, за исключением тех случаев, когда это совершенно необходимо.
«Какой же я болван!»
Теперь его американская родственница знала о нем довольно много, а он не знал о ней ничего, кроме нескольких фактов, в основном экономического и статистического характера, которые мог раздобыть любой желающий, расспросив нужных людей и просмотрев старые газеты.
Митчелл ругал себя последними словами.
Неожиданность — вот в чем состояло главное его преимущество, а он упустил момент, позволив ей тем самым взять над ним верх.
Как только прозвучал последний такт песни, Митчелл быстро опустил руки, отступил на полшага от своей партнерши и торопливо проговорил:
— Боюсь, что отнял у вас слишком много времени, дорогая кузина. Вы не можете пренебрегать ради меня другими гостями.
— Разумеется, не могу, дорогой кузен, — пропела Виктория Сторм, сопровождая свои слова царственным кивком головы. Она грациозно подобрала юбки и собралась уходить. Но в самый последний момент обернулась и добавила: — Чуть позже будет фейерверк. Надеюсь, вы не пропустите это волнующее зрелище.
«На сегодня с меня довольно волнений», — пробормотал себе под нос Митчелл, отправляясь на поиски возмутителя спокойствия Йена Маккламфы.
Тори протанцевала положенное число танцев. Партнеры наступали ей на ноги и на платье, глазели на шею и грудь, заставляли слушать пустые речи, в общем, всячески испытывали ее терпение.
И потому, когда начался фейерверк, она вздохнула даже с большим облегчением, чем обычно.
Перед домом собралась шумная толпа. Все смеялись, болтали, звенели бокалы с шампанским. Раздался первый выстрел, и снеба посыпался разноцветный сверкающий дождь. Послышались полагающиеся в таких случаях ахи и охи.
Для Тори начало фейерверка всегда означало, что очередной грандиозный бал вСторм-Пойнте закончился благополучно.
На этот раз почти благополучно.
Она вздохнула. Как странно, что из всех, с кем она танцевала в этот вечер, ей запомнился только один мужчина! Она помнила, как он обнимал ее и кружил по зале.
В ее памяти запечатлелся изгиб его бровей, линия подбородка, аристократический профиль и красиво очерченный, упрямо сжатый рот. Она могла закрыть глаза и увидеть его лицо во всех подробностях.
Ее тело запомнило силу его рук и ширину плеч, а в ушах до сих пор слышался звук его голоса.
Тори улыбнулась, вспомнив, как он засмеялся.
«Наверное, со стороны может показаться, что я увлечена им», — подумала вдруг она.
Какая нелепость! Ведь он совершенно незнакомый ей человек. Хотя, может быть, и не совсем незнакомый.
Должно быть, ей просто нужна перемена обстановки. И все же Тори пришлось признаться себе, что ее новообретенный шотландский родственник обладал редкостным для мужчины очарованием, против которого она не смогла устоять.
Тори отделилась от толпы и нашла уединенный уголок на каменистой террасе, где любила прятаться еще ребенком. Она присела на низкую каменную вазу, выбранное ею место оказалось отличным наблюдательным пунктом.
Неожиданно в небе разорвался снаряд и рассыпался золотой пылью, которая медленно опадала на землю. За этим выстрелом последовали другие — красный, белый и голубой. Рукотворные звезды всех цветов и размеров загорались в чернильном небе и через несколько волшебных мгновений угасали.
Тоскливый вздох вырвался из груди девушки. Ей представилось, как когда-то на этой террасе стояли ее родители и вместе с гостями радовались фейерверку. Иногда ей удавалось подсмотреть, как они незаметно убегали от всех в сад и там, на мокрой росистой траве, танцевали.
«Мы танцевали до тех пор, пока не начали гаснуть звезды, моя дорогая Тори», — тихо повторила девушка слова, которые сказала ей однажды ее нежная любящая мама наутро после бала.
Тори встала и отошла подальше в тень. И сразу же почувствовала, что он где-то рядом.
— Скажите правду: зачем вы приехали сюда? — прошептала она не оборачиваясь.
— Я приехал за вами, — сказал мужчина за ее спиной, но его слова прозвучали так, словно были неожиданностью для него самого — словно он выпил слишком много шампанского и они невольно сорвались у него с языка. Но она была твердо уверена, что в этот вечер он не пил совсем.
— За мной?
— Это не входило в наши планы, — признался он, и Тори уловила в его голосе замешательство.
— Я не входила в ваши планы?
— Вы были лишь их частью. — Он колебался. — Просто я не ожидал, что вы окажетесь такой, какая вы есть.
— А это хорошо или плохо?
Она знала, что на его губах сейчас играет сардоническая усмешка.
— Это зависит от того, с какой стороны посмотреть.
— Но на ваш взгляд?
Она услышала, как он вздохнул.
— На мой взгляд, это и хорошо, и плохо.
— Отчего же?
Он провел рукой по своим густым мягким волосам.
— Оттого, что из-за вас все становится намного проще и в то же время намного сложнее.
Тори даже не пыталась притвориться, что поняла.
— Боюсь, что не понимаю вас.
— Когда-нибудь поймете. Ее сердце забилось сильнее.
— Когда же?
— В свое время.
Внезапно ей стало холодно. Она обхватила себя руками.
— И когда же наступит это время?
Его голос смягчился, стал не таким резким:
— Когда вы узнаете всю историю от начала до конца.
— Ту, что вы собираетесь рассказать мне завтра? Она так и не обернулась, мысленно представляя, как уголки его красивого рта чуть изогнулись.
— Да, ту самую. Девушка вздрогнула.
— Вам холодно?
— Немного.
За спиной у нее послышался какой-то шорох, и он набросил ей на плечи свою куртку, все еще хранившую тепло его тела.
— Так лучше?
У нее перехватило горло.
— Да, спасибо.
— Не стоит.
Набросив на девушку куртку, Митчелл не убрал рук сее плеч. И Тори была рада этому.
— Виктория? — спросил он едва слышным шепотом.
— Да, Митчелл.
— Обернитесь и посмотрите на меня.
Она медленно повернулась к нему лицом. Именно в этот момент произошла пауза между вспышками фейерверка, и Тори не смогла ничего разглядеть, кроме неясных теней.
— Я смотрю на вас, но ничего не вижу, — сказала она ему.
Внезапно небо осветилось яркой вспышкой. И тогда в отблеске золотых огней она увидела его. Митчелл показался ей таким красивым, что ей стало страшно.
— Ну, теперь вы видите меня.
— Да, теперь я вас вижу.
Почему ему было так важно, чтобы она взглянула на него? Вскоре причина стала ясна. Митчелл Сторм поднял руку и погладил ее по щеке, потом провел пальцем по губам.
И она поняла. Он собирался поцеловать ее.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Настоящее сокровище - Симмонс Сюзанна



До 15 главы доползла за неделю. Потом поинтереснее. Хилый роман. Прочитать первые три главы и 7-8 последних. Нить не потеряется, и весь мусор останется в стороне.
Настоящее сокровище - Симмонс СюзаннаИрина
7.01.2015, 23.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100