Читать онлайн Наслаждения, автора - Сидни Диана, Раздел - Глава 24 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наслаждения - Сидни Диана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.16 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наслаждения - Сидни Диана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наслаждения - Сидни Диана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Сидни Диана

Наслаждения

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 24

Они уснули. Когда Ясмин вновь открыла глаза, не в силах сообразить, сколько же прошло времени, единственное, что она увидела, была кромешная тьма.
— Который час? — спросила Ясмин, пытаясь собраться с мыслями, все еще смутными и беспорядочными после сна и полученного наслаждения.
— А какая разница? — Шарль нежно поцеловал Ясмин, — А впрочем, и в самом деле? — Протянув руку, он взял свои часы, лежавшие на ворохе одежды. — Одиннадцать. Для Салимы, очевидно, уже поздно?
— Это не имеет значения. Я сама могу поискать что-нибудь на кухне.
— Вот еще, не хватало заставлять тебя стряпать. Все эти замечательные ночные клубы так и ждут посетителей в свои объятия.
— Интересно, смогу ли я пошевелиться? — пробормотала Ясмин.
— Полежи здесь минутку. Я принесу тебе стакан воды.
Эта дверь в ванную?
— Да. Спасибо.
Шарль выпутался из вороха простыней и пошлепал босыми ногами по полу в ванную. Ясмин услышала шум воды, и вскоре Шарль вернулся. Обняв Ясмин, он наблюдал, как она пьет, и глаза его светились глубочайшей нежностью.
Она почувствовала себя лучше, но слабость еще не прошла. Наконец Ясмин встала на слегка дрожащих ногах и счастливо рассмеялась.
— Видишь — не могу обойтись без твоих объятий.
— Без них и еще без ужина, я полагаю. Что-то я никак не найду твое платье.
— Наверное, оно под кроватью. Найду завтра утром, прежде чем Салима примется за уборку. И что она только подумает?
— Она подумает, что твой будущий муж приехал навестить тебя в Танжере, вот и все. Одевайся, и мы отправимся куда-нибудь покормить тебя, чтобы ты была в силах мужественно встретить остаток ночи, который тебе придется провести со мной.
Шарль снова поцеловал Ясмин, и она задалась вопросом, выберутся ли они когда-нибудь вообще из спальни.
«Мы медленно умрем от голода и наслаждения, — подумалось ей, — какое счастье!»
Наконец Ясмин была в состоянии умыться и одеться.
Великолепные наряды, купленные ей Андре, все еще висели в шкафу. Ясмин просмотрела платья от Баленсиага и Вортса, которые они купили во время поездки по Швейцарии. Они так и висели в пластиковых пакетах.
Ясмин остановила свой выбор на черном креповом платье от Вортса и примерила его. Вырез на груди был глубоким и широким, блестящий атласный лиф плотно облегал грудь и спускался на самые бедра. Атласная вставка кончалась как раз там, где начинались ягодицы Ясмин. Креповая гофрированная юбка со шлейфом ниспадала до самого пола. Платье облегало Ясмин откровенно, даже слишком откровенно. Она поняла это, покружившись перед зеркалом. Сквозь материю проступали линии лифчика и трусиков.
«А-а-а, сниму их вообще», — лукаво улыбнувшись, решила Ясмин.
Закинув блестящие пряди волос наверх, Ясмин переплела их длинной жемчужной лентой. Жемчуг, пропадая и появляясь в волнах волос, переливался мягким сиянием.
— Выглядишь потрясающе, — сказал Шарль, ведя машину по извилистой дороге, ведущей в город. Он повернулся посмотреть на Ясмин в сумеречном свете заката. — Не подозревал, что у тебя есть такие наряды.
— Любимый, следи за дорогой.
— И почему я никогда не видел тебя в этом платье?
— Это одежда из прошлой жизни, — осторожно сказала Ясмин. — Я прожила так много жизней, что и счет потеряла.
— По крайней мере, меняя жизни, ты не менялась сама.
— Откуда ты знаешь?
Ясмин отвернулась к окну, не в силах смотреть Шарлю прямо в глаза. Она подумала о том, что он может знать о ней и о ее прошлых жизнях. После вечеринки у Оскара фон Ротенбурга, почти год назад, Шарль ни словом не обмолвился о том, что Ясмин была родом из Танжера. Вы глядело так, будто жизнь ее начиналась прямо с Лозанны, после того как Андре отправил Ясмин в школу.
Ясмин терзало ужасное предчувствие от ее пребывания в Танжере, как если бы правда о ней каким-то образом просочилась за стены виллы и весь город вдруг станет шептаться о том, что Ясмин пришла из борделя. Ясмин до смерти боялась, что слух этот, если он дойдет до Шарля, навсегда оттолкнет его от нее. А может быть, ее от него? Как бы там ни было, но Ясмин не могла иметь дела с людьми, знавшими о ее шокирующем прошлом.
Даже Хиллари хихикала, представляя себе жизнь Ясмин в публичном доме. Она посчитала, что там был огромный простор для сексуальных фантазий. Может быть, для чьих-то сексуальных фантазий там и был достаточный простор, но только не для Ясмин. Маленькой девочке, жившей там, действительность представлялась не столь возбуждающей воображение. Ясмин совсем потерялась в своих сумбурных мыслях, искоса поглядывая на Шарля, сосредоточенно ведущего машину к городу.
Они пошли в один из новых ночных клубов на бульваре Пастера. После того как город заполонили толпы хиппи, Танжер превратился в место, постоянно посещаемое туристами, совершающими туры по Испании. Из Альхесираса, лежавшего на пути больших европейских туров, судно на подводных крыльях доставляло туристов в Танжер всего за двадцать минут, и это обстоятельство превратило город в настоящий центр паломничества туристов, что, в свою очередь, изменило облик Танжера. В нем появилось множество ресторанов и магазинов, которых Ясмин не помнила.
Поужинав в полутемном дорогом ночном клубе, они потанцевали, и Ясмин обнаружила, что Шарль — великолепный партнер. Она вспомнила, что тогда, на вечеринке у Оскара, они практически не танцевали: Шарлю хотелось просто стоять в центре зала и обнимать Ясмин. Теперь же она с удовольствием плыла по волнам обволакивающих ее звуков чарующей музыки.
Они вернулись за столик, и Ясмин, потягивая свой коктейль, прильнула к плечу Шарля. Так славно было сидеть тут наедине друг с другом, отгородившись от внешнего мира легкой дымкой опьянения, что Ясмин решила не обращать внимания на некоторое беспокойство, которое не отпускало ее.
Но неожиданно блаженную тишину вечера разорвал до боли знакомый голос. Оглянувшись, Ясмин увидела склонившегося над их столиком Хасана.
— Вот так сюрприз! — На лице Хасана застыла мерзкая улыбочка, и Ясмин подумала, не пьян ли он. — Кого мы здесь видим? Мой банкир ужинает с моей женщиной… и у обоих такой вид, точно оба они только что вывалились из постели.
— Сиеста, — деликатно заметил Шарль после легкой паузы. — Прекрасное обслуживание. Вы не находите?
— Нахожу, — фыркнул Хасан. — Но ваш выбор партнерши неразумен. Или Ясмин не посвятила вас в наши с пей отношения? Порой она позволяет себе скрыть наиболее интересную информацию.
Остолбеневшая Ясмин была не в силах произнести ни слова, но беседа — это было очевидно — касалась только Шарля и Хасана.
— Нет, — медленно произнес Шарль, — мне она об этом не рассказывала. Собственно говоря, мы вспоминали вас перед ужином. — Голос Шарля звучал безмятежно, чего нельзя было сказать о выражении его лица. — Но нет смысла ворошить древнюю историю, не так ли?
— Вы позволите присоединиться к вам? — Не дожидаясь ответа, Хасан отодвинул стул и сел за столик. — Древняя история, говорите, а? Это она вам так сказала? Возможно, что у нее не все в порядке с чувством времени. Но разумеется, это вполне объяснимо… если взять во внимание ее прошлое.
Шарль улыбнулся, но при этом губы его вытянулись в узкую, жесткую полоску, а глаза слегка прищурились. Он поднял бокал и сделал глоток, в то время как Хасан не унимался.
— Так вы это знали? Она же проститутка. Раньше работала прямо здесь, в Медине, собственно говоря. Тут Андре ее и откопал. Она работала в публичном доме Абдул Кадира. Не бывали? По правде сказать, прелестное местечко… Андре отвалил за нее кругленькую сумму, насколько я помню. — Хасан повернулся и уставился в побледневшее лицо Ясмин. — Тебе было тринадцать или четырнадцать, так, Ясмин?
Ясмин сидела не шевелясь. Словно парализованная, она смотрела на Хасана как кролик на удава. Темно-карие глаза были бездонны, и Ясмин в немом ужасе чувствовала, как какая-то дьявольская сила затягивает ее в водоворот этой бездны.
«Почему он так поступает со мной?» — оцепенев, подумала она.
— Конечно, этот Кадир — вор, но он — умный вор. Андре так ее хотел, что выложил всю сумму сполна. В любом случае после смерти Андре она, естественно, досталась мне как часть его собственности. И я был приятно удивлен, когда наконец разыскал ее. У Андре был отличный вкус.
— D'accord
type="note" l:href="#FbAutId_66">[66]
, — мягко сказал Шарль. — Спорить не буду.
Ясмин содрогнулась. Она решила, что великосветское воспитание Шарля не позволит ему после услышанного смотреть на нее прежними глазами. Скорее всего он потеряет весь интерес, который питал к Ясмин. Теперь он ее возненавидит. Теперь Шарль сможет смотреть на Ясмин только как на проститутку, маленькую потаскуху с чрезмерными социальными амбициями. На глазах Ясмин выступили слезы, застилая свет; комната вдруг куда-то поплыла в мерцающем, расплывчатом тумане. Ей пришло в голову, что вся эта история просто забавляла Шарля, и это было самое страшное.
Ясмин захотелось пошевелиться, что-то Оказать, что-то предпринять, чтобы прекратить пытку. Где-то в глубине сознания она понимала, что ей следует рассердиться, устроить сцену, прогнать Хасана вон. Но создавалось впечатление, что тело ее налили свинцом, а рот зашили проволокой. Ясмин была не в состоянии ни пошевелиться, ни вымолвить слово. К тому же было уже поздно. К чему теперь волноваться? Удар нанесен. Когда-нибудь она расскажет всю свою историю Шарлю, но только тогда, когда он будет в состоянии ее выслушать. «Не сейчас! — кричал рассудок Ясмин. — Не сейчас!» Но реальность была невыносима, и Ясмин ничего не могла с этим поделать.
И тут заговорил Шарль:
— Действительно очаровательная история. Если вы, может быть, помните, в то время я тоже жил здесь. — Шарль сделал очередной глоток и осторожно поставил бокал на столик. — Мой отец тогда работал в танжерском отделении банка. Хмм, я даже помню, сколько стоила Ясмин. Семьдесят пять тысяч франков, если не ошибаюсь. И Андре заплатил золотыми монетами, до последнего су. История, несомненно, очаровательная, но опять же — стара как мир.
— Нет слов, — оживился Хасан. — А как известно, история любит повторяться, вы со мной согласны? Так что теперь, может быть, мне следует забрать малышку Ясмин домой, чтобы она снова не наделала глупостей.
— О, не беспокойтесь! — Шарль широко улыбнулся, но Ясмин почувствовала, как напряглись его мускулы. — Я сам с нетерпением ждал момента, чтобы самому отвезти ее домой.
— Не сомневаюсь, что с нетерпением. — Голос Хасана, напоминавший кошачье мурлыканье, перешел в змеиное шипение. Он резко встал, откинув стул на танцевальную площадку. Его высокая фигура с широкими плечами и узкой талией нависла над столиком. — Ладно, но только на время. Вернете мне ее, когда натешитесь всласть. По возможности без повреждений.
— Честно говоря, — спокойно отозвался Шарль, — я не нуждаюсь в ваших услугах… мне сдается, что Ясмин надо оберегать от такой мрази, как вы. А теперь проваливайте отсюда, пока я не рассердился всерьез.
Хасан расхохотался, но в смехе его не было ни нотки веселья.
— Поступайте как знаете. Но вы пожалеете.
Хасан повернулся и пошатывающейся походкой пошел прочь от столика. Ясмин жалко смотрела ему вслед, пока он стремительно, шагая через ступеньку, поднимался по лестнице.
После непродолжительного молчания Шарль заговорил:
— Tres interesant
type="note" l:href="#FbAutId_67">[67]
. У меня сложилось впечатление, что этот человек очень ревнив. Тебе не кажется?
Но Ясмин не ответила. Уткнувшись лицом в руки, она тихо рыдала. Что за кошмарная сцена! Какой печальный конец такого прекрасного дня!
Шарль одной рукой обнял Ясмин, а другой приподнял ее подбородок, чтобы она не могла отвести взгляд от его лица.
— Ты и вправду расстроилась? — спросил он с нежной улыбкой.
— Ну конечно же, я расстроилась, — кивнула Ясмин. — Я, разумеется, не буду просить тебя остаться при сложившихся обстоятельствах. Но я действительно замечательно провела с тобой время. И хочу, чтобы ты это знал.
— О чем ты говоришь? Об этом психопате? Какое отношение имеет к нам с тобой вся эта чепуха, которую он тут наплел?
— Да, но он рассказал тебе обо мне все, а этого, мне кажется, достаточно, чтобы любой человек прекратил всякие отношения со мной. Довольно трудно все это вынести.
— Разумеется, трудно, Ясмин. Только не для меня — для тебя. Я всегда знал эту историю, но пережила ее ты. Я только рад, что теперь ты можешь собрать все свои жизни в единое целое.
Ясмин недоверчиво смотрела на Шарля. Он махнул рукой официанту, требуя принести счет.
— Ну ладно. Предлагаю продолжить наш разговор где-нибудь в другом месте. Вечер получился слишком насыщенный. Я так не задумывал. Мне только жаль, что его болтовня так сильно тебя расстроила.
— Я испугалась, что могу тебя потерять.
— Послушай, Ясмин, я люблю тебя. Я любил тебя все это время. Андре имел очень доверительные отношения с моим отцом. Еще до того, как полюбил тебя, я знал всю твою историю. И она не очень-то беспокоила меня тогда, а уж тем более не волнует теперь.
— Как мило, что ты так говоришь, Шарль. — Ясмин встала. — Но можешь и не говорить. Я тебя и так понимаю.
— Нет, не понимаешь. Тебе не приходило в голову, почему я был так осторожен с тобой? Почему не пытался соблазнить тебя в Париже? Может, ты решила, что ты не нравилась мне? Меня не влекло к тебе? Если так, то ты проглядела главное. Я знаю, через какие испытания тебе пришлось пройти, и догадываюсь, что ты об этом думаешь.
Ты считаешь, что твое прошлое не позволит кому-либо полюбить тебя такой, какая ты есть. И я решил стиснуть зубы и ждать, пока ты сама не полюбишь меня. Допускаю, что сегодня я несколько опередил события, но по крайней мере ты не раскричалась и не убежала.
Шарль смотрел прямо в глаза Ясмин.
— Я люблю тебя, и на сегодняшний день вопрос заключается лишь в том, любишь ли ты меня?
Шарль вывел Ясмин из клуба.
— Возможно, ты не веришь мне сейчас, но я знаю, лет через двадцать — тридцать тебе придется поверить, так что я не беспокоюсь. Так чего же беспокоиться тебе?
Лицо Шарля излучало такое очарование, что Ясмин наконец улыбнулась. Должно быть, Шарлю странно видеть ее смеющейся, в то время как по ее щекам ручьями льются слезы.
Шарль уткнулся лицом в шею Ясмин и легонько ее укусил. Ясмин прильнула к нему. Она чувствовала, как ее охватывает ощущение покоя и надежности. Все выглядело так, словно не было только что этой жуткой сцены в клубе.
— Ты действительно знаешь обо мне все? — спросила Ясмин.
— Конечно. Мне было интересно на тебя взглянуть.
Это и была основная причина, почему я хотел с тобой познакомиться. Но, встретив тебя, я открыл, что ты абсолютно не такая, какой я себе представлял. Это на какое-то время оттолкнуло меня. Но потом я узнал тебя ближе, и ты оказалась гораздо лучше, чем рисовалась мне в самых смелых фантазиях. Так что, как видишь, я кругом оказался в выигрыше. Какое-то время меня одолевали приятные сексуальные выдумки, но когда я наконец получил шанс реализовать свои фантазии, то обнаружил, что реальность превосходит всякие мечты.
Они снова поцеловались, после чего если в машину и двинулись по Олд-Маунтин-роуд. Ясмин, однако, никак не могла полностью расслабиться. Откуда Хасан узнал, что она в Танжере? И что он здесь делает? Кроме того, се занимал вопрос, почему все-таки приехал Шарль? Ясмин понимала, конечно, что его объяснения были достаточно убедительны. Но все же… Трудно поверить в случайность совпадения всех этих событий.
А Хасан? Знает ли он о планах Ясмин? Мог ли как-нибудь вычислить, что она собирается отобрать у него власть? Может, Шарль перед отъездом пересказал Хасану их телефонный разговор?
— Шарль, ты говорил Хасану, что я собираюсь по возвращении взять дело в свои руки?
— Я упомянул, что ты чувствуешь себя к этому готовой, — ответил Шарль, не придав особого значения важности слов Ясмин. — Во всяком случае, мне кажется, он так меня понял. Когда я позвонил ему и сказал, что ты отменяешь совещание, я предупредил, что ты переносишь его на следующую неделю. А почему ты спрашиваешь?
— Любопытно. Хотела бы я знать, что привело его сюда?
— Ну-у-у, ты же знаешь — у него есть личные интересы на рудниках. Скорее всего Хасан приехал сюда по делам.
— Хотелось бы знать… — Вопрос Ясмин повис в воздухе. Она вдруг задумалась, что связывало двух этих мужчин?
Ведь и Шарль, и Хасан — оба хотели, чтобы она акционировала компанию, и ее заявление Шарлю о своем решении поразило их обоих. Но прежде чем Ясмин успела задать свой вопрос, машина въехала в большие ворота и остановилась перед домом. Шарль открыл дверцу Ясмин и, как только она вышла из машины, обнял и так крепко поцеловал, что из ее головы вылетели все мысли.
— Послушай, — сказал Шарль, — я хочу распустить твои волосы. — Он принялся вынимать одну задругой шпильки и складывать в карман, потом встряхнул прическу Ясмин, и волосы ее тяжело упали па спину, дотянувшись кончиками до бедер. — Я никогда не говорил тебе, какие чувства вызывают во мне твои волосы? Mon Dicu, я мог бы весь завернуться в них — такие они длинные!
Шарль обнял Ясмин за талию и, перебирая пальцами скользящие пряди, повел се в дом.
В спальне Ясмин и Шарль моментально повалились на кровать. Шарль повернулся на спину и усадил Ясмин на себя. Ухватив ее крепкими руками, он водрузил Ясмин на выросший в паху твердый бугорок. Двигая бедрами, он слегка потерся о нее.
— У тебя есть возражения?
— Мне нравится, — тихо прошептала Ясмин, целуя Шарля и снова наслаждаясь его мягкими, подвижными губами.
Они приоткрылись, встречая язычок Ясмин, пощекотавший сначала один, потом другой уголок рта Шарля. Продолжая неторопливо двигаться, Шарль потянулся к лицу Ясмин, пальцами ласково сжал се губы наподобие буквы «О» и прильнул к ее рту языком. В ритм с движениями бедер язык Шарля входил и выходил изо рта Ясмин, облизывая поочередно то верхнюю, то нижнюю губу, вызывая в Ясмин ощущение, сравнимое… она не могла сказать, с чем можно было сравнить это блаженное чувство. Язык тем временем принялся совершать круговые движения по овалу припухших губ, нежно касаясь, пробуя на вкус, лаская…
«О Аллах, — думала Ясмин. — Я схожу с ума… не понимаю… что его язык делает со мной…»
Ясмин почувствовала, как под влиянием плавного волнообразного движения в ней начинает расти напряжение, распаляя и пронизывая все существо. Ясмин застонала, и тело ее стало приподниматься в такт движениям Шарля, что продвинуло ее еще на один шаг по пути удовольствия. Язык его продолжал наслаивать наслаждения на ее пухлые губы, заставляя воспринимать его рот как неотъемлемую часть своего собственного тела. Напряжение росло, пока неожиданно не вырвалось наружу потоком прерывистых вздохов.
Ослабевшая Ясмин всем телом опустилась на Шарля, а он принялся поглаживать ее по спине, прикрытой тонкой материей платья. Шарль слегка приподнялся и повернул Ясмин на бок. Откинув голову, она смотрела на него своими глазами, полными любви и благоговейного трепета.
Шарль медленно поднес ладонь Ясмин к губам и поцеловал. Ясмин чуть вздрогнула.
Шарль прошелся языком по бархатной коже, а потом взял в рот большой палец Ясмин: сначала только кончик, потом медленно скользнул губами ниже, пока не поглотил весь палец и принялся его сосать. Поймав на себе нежный взгляд Шарля, Ясмин тихо застонала. Шарль скользнул рукой за ворот платья Ясмин и накрыл ладонью ее грудь, потом нащупал маленький упругий сосок и помял его пальцами. Каждое пожатие молнией посылало импульс наслаждения вниз живота Ясмин.
Повернув Ясмин на спину, Шарль припал губами к розовому бутону соска и с силой втянул его в рот. Посасывая ее грудь, он поднял нижний край платья на бедра Ясмин, и рука его скользнула к трепещущей плоти между ее ног. Нащупав маленькую твердую, нетерпеливо напрягшуюся жемчужину, он принялся водить пальцем вверх-вниз по ней, отчего тело Ясмин сильно выгнулось вверх, навстречу дразнящим, возбуждающим, скользящим прикосновениям.
— Ах, прошу тебя, пожалуйста, войди в меня, — прошептала Ясмин, и руки ее, вцепившись в шелковистые волосы Шарля, попытались поднять его голову для поцелуя.
Но Шарль медлил. Высвободившись из объятий Ясмин, он задрал ее платье еще выше, пока взору его не открылся мягкий гладкий живот. Язык его двигался от пупка вниз, к набухшим складкам. Широко раздвинув их пальцами, Шарль ухватил возбужденную плоть губами и принялся сосать, пока Ясмин не закричала диким криком самозабвения. Заметавшись в тесном пространстве между рассудком и безумием, Ясмин вся изогнулась, вновь испытав взрыв невыразимого наслаждения.
Как только дрожь Ясмин стала стихать, Шарль оторвался от нее, быстро расстегнул молнию брюк, подвел руки под колени Ясмин и поднял ее ноги так, что колени коснулись груди. Он резко вошел в ее трепещущее тело, и Ясмин застонала от нового прилива удовольствия, вызванного опытным, размеренным движением твердой плоти. Создавалось впечатление, что Шарль каким-то мистическим образом проник в мозг Ясмин и точно знает, какой ритм и давление следует выдерживать. Ясмин почувствовала, как в ней опять растет волна наслаждения. Она услышала, как участилось напряженное дыхание Шарля, и поняла, что вот-вот снова окажется на вершине, и действительно минуту спустя вознеслась на нее одновременно с Шарлем.
— Ecoutes
type="note" l:href="#FbAutId_68">[68]
, Ясмин, я должен сегодня вернуться в Париж и действительно хотел бы, чтобы ты поехала со мной, — сказал Шарль на следующее утро после завтрака.
— Я должна закончить свои списки, Шарль. Это займет максимум еще два дня. Потом я вернусь.
— Ты знаешь, тебе вовсе не нужно продавать коллекцию. При сложившихся обстоятельствах мы сможем найти пути предоставления тебе ссуды…
— При сложившихся обстоятельствах? — Ясмин удивленно взглянула на Шарля. Она была шокирована. — Ты хочешь сказать, что теперь, когда я побывала у тебя в постели, банк — или, точнее сказать, президент банка — может предоставить мне ссуду?
Ясмин с трудом верилось, что Шарль имел в виду именно это. Она пристально вглядывалась в его голубые глаза и ждала ответа. Шарль немного помедлил.
— Ну-у-у, я имел в виду, что, поскольку мы скоро поженимся, возможно, тот факт, что у тебя имеется некоторый перерасход средств, теперь не будет иметь такого важного значения. В конце концов, у тебя в качестве гаранта будет выступать не только твоя недвижимость — твоим гарантом стану я. — Шарль просиял очаровательной улыбкой. — Понимаю, что это звучит несколько шокирующе… но я считаю именно так.
Ясмин молча смотрела на Шарля, не понимая, почему его замечание так ее беспокоит. Правда, оно не выглядело бы странным, будь она женой Шарля, но неужели он не шутит, говоря, что собирается на ней жениться? И что будет с виноградниками? Не хотел ли Шарль сказать, что рассматривает их уже чуть ли не как свою собственность?
Не потому ли он собирается выделить ей ссуду?
Прежде чем Ясмин успела задать мучившие ее вопросы, Шарль взял ее за руку.
— Я не хочу, чтобы ты оставалась здесь одна. Я хочу, чтобы ты поехала со мной, потому что беспокоюсь за тебя.
— О чем ты беспокоишься? Здесь Салима и Сайд. Ничего со мной не случится.
— Меня тревожит Хасан.
— Вчера вечером он был отвратителен, но мы, кажется, договорились не обращать на него внимания. Может быть, он просто приехал навестить семью и злится. Я позвоню тебе сегодня вечером, хорошо?
Шарль помолчал минуту, нахмурив брови, потом кивнул:
— Са va
type="note" l:href="#FbAutId_69">[69]
. Только не забудь. Я буду ждать твоего звонка.
Когда они вместе шли к машине, Шарль выглядел несчастным.
— Обещай мне, что позвонишь.
— Обещаю. — Ясмин просунула голову в салон автомобиля и поцеловала Шарля в ухо. В противоположное окошко Ясмин увидела стоявшую у дома Салиму. В руках Салима держала большой кувшин для воды и как загипнотизированная следила за резвившимся у ее ног котенком, игравшим цветком гиацинта. Черная шерстка котенка лоснилась в лучах яркого утреннего солнца.
Ясмин в который уже раз поразилась красоте Шарля.
Светившее в лобовое стекло солнце окрашивало его волосы в золотой цвет.
«Этот великолепный профиль кого хочешь с ума сведет, — подумала Ясмин, глядя на склонившегося над замком зажигания Шарля. — Он так уверен в себе, так безупречно аристократичен. Человек, у которого всегда все было и всегда все будет. Интересно, а ему не приходило в голову, что я могу отказаться выйти за него замуж? Он ждал девять или десять месяцев, чтобы затащить меня в постель, и неужели за все это время ему ни разу не пришла в голову мысль, что я могу не хотеть его, несмотря на всю его самоуверенность?»
Ясмин задумалась, хочет ли она, чтобы деньги на развитие ее компании пришли от Шарля и его банка, и сказала:
— Знаешь, а я собираюсь продать виллу, особенно если не достану необходимую мне сумму. Если картин и антиквариата не хватит. У меня все же есть настоящее имение.
— Но зачем же продавать? — Шарль настороженно взглянул на Ясмин. — Я же тебе сказал, в этом нет необходимости.
— Мне не очень нравится эта вилла. — Ясмин оглянулась на сад. Котенок катался по земле, пытаясь ухватить зубами собственный хвост. — Я даже не уверена, люблю ли я Танжер настолько, чтобы опять возвращаться сюда после всего. Но я еще посмотрю. Мне надо обо всем хорошенько подумать.
— Поговорим, когда ты вернешься в Париж. Только прошу тебя: возвращайся поскорее. Помни, мне от тебя еще кое-что нужно.
Ясмин почувствовала, как в животе ее зажурчала сладкая дрожь, и выпрямилась.
— Собрался, так надо ехать, — сказала она мягко.
События развивались слишком стремительно, и Ясмин нужно было разобраться в своих чувствах.
— А то мы с тобой ничего не успеем сделать.
Позже, сидя в библиотеке, Ясмин задумалась, отчего же расширение компании стало для нес столь важно и по силам ли ей эта ноша? Почему бы ей просто не сидеть сложа руки, предоставив виноградникам развиваться как Бог надушу положит и возложив все функции управления на Хасана? Он будет просто счастлив, а Ясмин могла бы заняться другим делом. Например, своими отношениями с Шарлем. Почему она так одержима идеей развивать компанию и превратить се в нечто, чего никогда не было прежде? Может быть, все объясняется тем, что то же самое намеревался сделать Андре? Но Андре умер. Сейчас Ясмин сама хотела воплотить идею в жизнь, независимо от того, что хотел Андре.
Она вспомнила свой давний разговор с Хасаном в тот вечер в Женеве. Халифа тогда говорил об одержимости. Он сказал, что быть объектом чьей-то одержимости — тяжелая роль. Никто прежде не говорил с Ясмин на эту тему. Они с Хасаном обсуждали, что должен чувствовать человек, являющийся объектом чьей-то навязчивой идеи. Теперь Ясмин поняла, что Хасан, собственно, был прав. Халифа вообще во многих отношениях был человеком чувствительным и умным. Опять же все вокруг так о нем и говорили.
Но только есть в нем что-то… что-то… Ясмин не могла выразить словами, что она чувствует в отношении Хасана.
Вчера же вечером Хасан сам вел себя как человек одержимый. Был ли он одержим Ясмин так же, как Андре? И прав ли был Хасан в отношении Андре? Действительно ли Ясмин была для Андре навязчивой идеей? Или же это была только интерпретация Хасана? В таком случае его вчерашняя сбивчивая речь объяснялась просто.
Но Ясмин чувствовала, что не она была объектом одержимости Хасана. Возможно, она и имела какое-то отношение к предмету его одержимости, но Хасан всегда умел контролировать себя в обществе Ясмин. А люди, подверженные навязчивым идеям, разумеется, временами теряют самоконтроль. Ясмин вспомнила, как спокоен был Хасан, когда нашел ее в офисе Оскара фон Ротснбурга, когда в первый раз занимался с ней любовью на лесной поляне, и потом, когда навещал ее в Англии. А шесть лет — срок немалый. Хасан держал себя в руках даже в тот последний раз, когда они были наедине в автомобиле. Хасана интересовало наслаждение Ясмин, а не его собственное. Она понимала, что имеет дело не с зеленым юнцом, и была удивлена, что Хасан не овладел ею на заднем сиденье такси. Можно было подумать, что его стесняло присутствие шофера. Шарль такого случая не упустил бы.
Безусловно, общаясь с Ясмин, Хасан демонстрировал излишнюю уравновешенность. Он, казалось, превосходно контролировал свои эмоции в отношениях с ней и в делах, связанных с управлением виноградниками…
Ясмин вскочила так стремительно, что опрокинула стул, па котором сидела.
Виноградники! Ну конечно! Хасан был человеком одержимым, но его навязчивой идеей была не Ясмин. Хасан был одержим виноградниками. Он хотел заполучить их. И постоянно делал все для достижения своей цели. Неожиданно все встало на свои места. Вот вокруг чего все вертелось! И началось все с того самого момента, когда Халифа отыскал Ясмин в Швейцарии.
Андре был последним представителем рода Сен-Клеров. После его смерти осталось громадное состояние, наследовать которое по логике вещей было некому. Исключая Хасана. Это была жизнь, к которой Хасан стремился и которую любил всем сердцем. А вовсе не Ясмин. Когда же открылось завещание и стало ясно, что Ясмин — маленькая арабская девочка из публичного дома в Медине — получает все наследство, Хасан сделал следующий, очень точный ход. Он попытался заполучить Ясмин себе в жены, поскольку, обретая власть над ней, он получал власть и над виноградниками.
Тут Ясмин задумалась, зачем нужно было Хасану разыскивать ее в Швейцарии? В конце концов, его не должно волновать, что она пропала. Но дело, конечно же, касалось не одного Хасана. Адвокаты — месье Фуке, месье Ренан и месье Латур — были тоже заняты ее поисками. Хасан не стал бы ее разыскивать, если бы дело было только в его руках. Но почему Хасан, найдя Ясмин, не попытался ее обмануть? В конце концов — пришло в голову Ясмин — если он так сильно стремился к своей цели, то мог легко подтасовать факты, отвлечь ее внимание от завещания, и Ясмин никогда бы не узнала, что она стала богатой наследницей.
Но и этого Хасан сделать не мог. Он понял, что Ясмин окружена богатыми и влиятельными друзьями. Она не проводила свои дни в полном одиночестве, занятая тяжелым физическим трудом. У нее были друзья, с которыми она всегда могла поговорить и посоветоваться. Нет, к несчастью Халифы, Ясмин была не из тех, кого легко обвести вокруг пальца. Тогда Хасан предпринял следующий решительный шаг: он попытался взять контроль над Ясмин с помощью секса. Он привез Ясмин в Париж, соблазнил и осыпал дорогими подарками.
Другая, вероятно, не смогла бы устоять перед столь мощным давлением и неотразимым обаянием Хасана. Но Ясмин вместо этого бежала в Англию, под безопасную сень колледжа. И Хасан отпустил ее. Благодаря своей чрезмерной самоуверенности Халифа ни минуты не сомневался, что Ясмин, рано или поздно, приползет к нему. Но система не сработала.
Теперь Хасан был так же далек от достижения своей цели, как и вначале, а тут еще на горизонте появился Шарль, что должно было подтолкнуть Хасана на чрезвычайные меры.
Ясмин поставила себя на место Халифы и поняла, что если он не смог заполучить виноградники, титул и деньги путем женитьбы на Ясмин, то должен попытаться осуществить свой замысел другими средствами. Хасан был умен. Его можно было назвать акулой бизнеса. Что бы он ни придумал — это будет искусно, умно и наверняка сработает. Теперь же Хасану приходилось действовать оперативнее.
Ясмин снова села и попыталась успокоиться. Она взглянула за окно, почти уверенная, что и во внешнем мире все изменилось от сделанного ею открытия. Но на улице все оставалось по-прежнему. День становился жарче. Не было ни малейшего дуновения ветерка, и листья эвкалиптов безжизненно обвисли. Кошка грациозно шествовала по дорожке, неся в пасти придушенную жирную мышь. Котенок следовал за матерью, пытаясь лапой поймать ее тень.
Может быть, именно поэтому Халифа вначале не хотел допускать Ясмин до дел. Но потом, сообразила Ясмин, он изменил свою тактику. Он не собирался мешать Ясмин заниматься вопросом расширения компании, разве не так?
Собственно говоря, расширение было невозможно, поскольку, по словам Хасана, на это не было денег. И именно Хасан предложил идею акционирования. В этом случае, разумеется, он вовсе не выглядел человеком, который стремится установить свой контроль над виноградниками. Акционирование исключало такую возможность.
Тупик.
Но стоп! Ясмин осенила неожиданная, ужасная догадка.
Она взбежала наверх и достала из чемодана гроссбухи. Аккуратно разложив их на столе в библиотеке, она принялась еще раз проверять данные. Если ее предположение верно, в этих цифрах Ясмин могла найти ему подтверждение.
Ясмин отмахнулась от Салимы, предложившей ей что-нибудь поесть. Весь день Ясмин провела за сравнением статистических данных за последние семь лет с записями, сделанными в то время, когда фирму возглавлял Андре. Но на этот раз Ясмин делала это другим путем. Она не смотрела на нижнюю линию, под которой стояли итоговые цифры, а сравнивала данные о расходах и доходах в конце отчетных годов построчно.
К вечеру система прояснилась. Поначалу все казалось просто запутанными подсчетами, но вскоре стала вырисовываться совсем другая картина. Хасан систематически манипулировал цифрами, и то, что должно было стать доходом, таковым не становилось, прибыль не фиксировалась. Сделано это было очень аккуратно. Но это-то и удивляло. Было бы гораздо понятнее, если бы деньги просто пропали. Но этого не было, что представлялось необъяснимым.
Ясмин снова принялась размышлять. Хасан творил свои махинации таким образом, чтобы Ясмин не смогла обнаружить имеющийся у компании оборотный капитал. Хасан подталкивал Ясмин к акционированию, имея на то какие-то собственные резоны. Эти гроссбухи велись для Ясмин, но, возможно, существовали и другие — с верными расчетами. Ясмин подумала, что Шарль мог бы помочь ей разобраться, как это делается на самом деле, но тут се память восстановила еще одну сцену — вечер, когда она, случайно вернувшись в офис, застала Хасана за своим столом, работающим над ее книгами. Наивная Ясмин была уверена, что Хасан пытается помочь ей отыскать деньги на расширение компании. А на самом же деле он просто подтасовывал данные, чтобы Ясмин не сомневалась — денег нет.
Теперь Ясмин была уверена, что подозрения ее верны, или по крайней мере отчасти верны. Но куда же ушли деньги?
И тут Ясмин осенила новая идея, столь великолепная, что у нее перехватило дыхание. Халифа планировал вынудить Ясмин провести акционирование. Потом, когда акции будут выставлены на торги, он приобретет себе контрольный пакет. Раньше это не приходило ей в голову.
Теперь Ясмин поняла: Хасан собирался использовать с этой целью деньги самой компании. План его, таким образом, был дьявольски хитрым: Хасан покупал дело Ясмин на ее же собственные деньги.
Она не могла не улыбнуться — действительно было найдено остроумное решение. Даже в самые проигрышные моменты Хасан не терял головы и умудрялся находить выход из любой ситуации.
Устало потянувшись, Ясмин зевнула и посмотрела в окно. Оскар смертельно расстроится, когда узнает, что у Ясмин нет необходимости продавать коллекцию Сен-Клера. Ясмин неторопливо прошлась по комнате, утопая босыми ногами в шелковистой мягкости толстого персидского ковра. Ей захотелось поговорить с Шарлем и поделиться с ним своим открытием.
Поскольку час был уже поздний, дозвониться в Париж оказалось делом несложным.
— Cherie! Как я рад, что ты наконец-то позвонила, — ответил Шарль. Голос его звучал глухо, и Ясмин не была уверена, виновата ли в этом связь или же ее собственное воображение. — Как идут дела, моя маленькая красавица?
— Все в порядке, списки закончила. Но тут есть кое-что гораздо более важное. Я обнаружила…
— Ты нашла в чулане Матисса.
— Нет, нечто более серьезное, — продолжала Ясмин. — Это связано с бухгалтерией по виноградникам. Я захватила с собой гроссбухи. Когда я просматривала их в Париже, мне показалось, что я обнаружила в них некоторые разногласия, и мои подозрения оказались верны. Шарль, Хасан так вел книги, что получалось — у нас нет фондов. А фактически они есть…
— Сомневаюсь, Ясмин, — моментально откликнулся Шарль. — У меня в банке есть собственные аналитики, которые очень тщательно проверили все книги. Мы проделали эту работу со всеми расчетами, которые имеются в нашем распоряжении… но это не так просто, как ты думаешь.
— Поверь мне, Шарль, я просмотрела их — все сделано очень умно. Это нельзя увидеть при обычной поверхностной проверке.
— Ах Ясмин, — рассмеялся Шарль. — Согласись — ты просто ищешь повод не проводить акционирование. Ты не можешь обвинять человека в мошенничестве только потому, что он предложил тебе блестящий логический ход, которому ты просто не желаешь следовать. — В голосе Шарля зазвучало легкое раздражение, передавшееся Ясмин.
— Ты так говоришь потому, что Хасан не единственный, кто посоветовал мне этот ход. Ты согласился с ним. Я думала, тебе будет интересно услышать, что мне удалось узнать.
— Мне и вправду интересно. Просто я думаю, что ты ошиблась. И потому стараюсь быть объективным.
Услышав такое от Шарля, Ясмин почувствовала, как легкое раздражение в ней сменилось бешеной злостью. Ошиблась?
Он что, не понимает, что Ясмин не просто легкомысленная девчонка, просматривавшая бухгалтерские документы? Ясмин видела, что Шарль забывает о ее подготовке, о том, что она получила образование, о котором другие могут только мечтать. Причем дело было не только в том, что она — отличный аналитик сама по себе, но документация, которой занималась Ясмин, была документацией ее собственной компании.
И клиент банка — она, Ясмин, а не Хасан.
— Рискнула бы тебе заметить, что получила достаточную подготовку, чтобы хорошо разбираться в делах собственной компании. Получше твоего, Шарль.
— Да не расстраивайся ты так сильно, та chdrie, — сказал Шарль примирительно. — Я не ставлю под сомнение твою объективность…
— Нет, черт возьми, ставишь! — взорвалась Ясмин. — Ты говоришь со мной так же безапелляционно, как Хасан.
Ты, кажется, и мысли не допускаешь, что я могу быть достаточно компетентной в собственном бизнесе. И ты не можешь примириться с фактом, что я действительно знаю, что делаю. По-твоему, все, на что я способна…
— Но ты действительно в этом хороша, mon ami. A теперь послушай меня минутку…
— Не хочу! — Ясмин приходила во все большую ярость. — Я сама прекрасно во всем разбираюсь… и, между прочим, благодарю за прелестный вечер, только не смей думать, что этим вечером ты что-то себе купил!
— Но я не…
— О-о-о, да, ты — да. Мне не нужен твой банк, мне не нужна твоя ссуда и сам ты мне не нужен! — С этими словами Ясмин швырнула трубку на телефонный рычаг.
Ее трясло от бешенства, и потребовалось довольно много времени, прежде чем она успокоилась. Тут опять зазвонил телефон. Ясмин знала, что это звонит Шарль со своими извинениями, но она не хотела никаких извинений. Шарль как никто другой должен был понять се. А он, даже видя сомнения Ясмин, ни секунды не сомневался и пытался убедить ее в том, что она не права, пытался доказать, что Хасан не способен на подобное вероломство. Шарль больше привязан к Хасану, чем к ней.
«Такие вот дела, — мрачно подумала Ясмин. — Ты опять осталась одна».
Звонки наконец прекратились.
Ясмин медленно подошла к высокой стеклянной двери, ведущей на террасу, и выглянула во двор. Силуэты кипарисов на фоне фиолетового неба снова напомнили Ясмин о той ужасной ночи, когда она бежала из Танжера.
«Некоторые вещи не меняются вообще, — подумала Ясмин. — Хасан все еще где-то здесь, и он просто выжидает, чтобы отнять у меня все, что Андре хотел мне отдать. Но теперь сделать это ему будет не так-то просто. На этот раз он проиграет, потому что я готова».
— Вижу, ты выполнила свое домашнее задание, — раздался за ее спиной голос.
От неожиданности Ясмин подпрыгнула.
Обернувшись, она увидела Хасана, небрежно прислонившегося к дверному косяку. Он появился бесшумно, как зверь из джунглей, которого Халифа так напоминал.
— Что ты делаешь в моем доме? — спросила Ясмин, пытаясь взять себя в руки. Хасан в упор смотрел на Ясмин, но это не должно было застать ее врасплох.
Карие глаза скользнули взглядом от ног Ясмин к ее лицу, и на губах его появилась хищная улыбка.
— Полагаю, пришло время нам поговорить всерьез, цветочек пустыни. — Хасан изящно оторвал плечо от двери и двинулся к Ясмин.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наслаждения - Сидни Диана



роман логически не завершён. ЖАЛЬ!!!
Наслаждения - Сидни Дианаальф
14.03.2012, 10.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100