Читать онлайн Наслаждения, автора - Сидни Диана, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наслаждения - Сидни Диана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.16 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наслаждения - Сидни Диана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наслаждения - Сидни Диана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Сидни Диана

Наслаждения

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Когда самолет приземлился в аэропорту Танжера, Ясмин обуревали противоречивые чувства, настолько сильные, что она чуть ли не жалела о своем возвращении домой. В последний раз Ясмин была в этом аэропорту семь лет назад. В ту ночь она была в шоке: испуганная, одинокая, только что потерявшая Андре. И еще ее мучило чувство вины за похищенные из сейфа деньги. Она бежала из города, и будущее ее представлялось более чем туманно. Откуда было Ясмин знать, что ждет ее впереди? Теперь она возвращалась в салоне первого класса, а у ворот аэропорта се ожидала машина.
Утром Ясмин позвонила на виллу, чтобы предупредить Салиму и Сайда о своем скором прибытии. Салима искренне обрадовалась известию, а Сайд хранил свое обычное молчание. Он коротко ответил, что встретит рейс Ясмин, но тут же голос его в трубке сменился голосом Салимы, сумбурно и бестолково пытавшейся выразить свои разыгравшиеся эмоции. Ясмин не слышала знакомого арабского диалекта с тех пор, как покинула Танжер.
Как ни странно, но какая-то часть ее души страстно стремилась домой. Ясмин почти физически чувствовала замечательный запах ливанского кедра и пальм, окружавших поляны и небольшие озера высоко в горах Рифа. Однако все прошедшие годы времени на поездку домой не было, к тому же не было необходимости. Единственный человек, которого хотела бы увидеть Ясмин, это ее мать, но она давно умерла.
Между прочим, Ясмин хотелось увидеть и Кадира, или по крайней мере посетить Медину и Петит-Соко, где она прожила какое-то время. Она все еще любила это стилизованное здание с высокими стенами, окружавшими внутренний дворик с фонтанами и коврами. Не важно, была ли марокканская семья бедна или богата, она неизменно строила свой дом вокруг такого вот дворика, образовывавшего основное жизненное пространство, па котором существовало семейство. Даже дом семьи Ясмин в горах был построен по такому проекту, хотя и не был столь великолепен, как дом Кадира. Ясмин так до конца и не привыкла к строгим рядам комнат, присущим европейскому стилю домашней архитектуры. Она подумала, что было бы неплохо хоть немного проехаться по Петит-Соко, и сердце ее учащенно забилось.
Собравшись с духом и пройдя таможню, Ясмин вышла в зал прилета и сразу же увидела в толпе безошибочно узнаваемую джеллабу Сайда. Он стоял с безразличным видом, прислонившись к стене, и по всему было видно, не пылал восторженной радостью от скорой встречи с Ясмин. Сайд не сделал ни малейшей попытки взять у Ясмин чемодан или даже ее небольшой кейс. Игнорируя очевидное оскорбительное невнимание Сайда, Ясмин приветливо ему улыбнулась.
— Я не прочь поехать прямо на виллу. Сайд, но по пути, если можно, проедем через Медину — мне хотелось бы посмотреть на происшедшие там перемены.
— Ничего там особенно не переменилось, — пробормотал Сайд, захлопывая за Ясмин дверцу автомобиля.
Минуту спустя они медленно двигались в потоке машин по дороге, ведущей в Танжер. Весь путь до города Ясмин молчала, сидя на заднем сиденье. Погруженная в задумчивость, она наблюдала пробегавшие за окном знакомые сердцу пейзажи.
День стоял ясный, и, похоже, дождя не предвиделось.
Уже по крайней мере за это Ясмин благодарила судьбу.
Было бы обидно после прозрачной ясности ранней осени, наступившей в Париже, оказаться в душной предгрозовой атмосфере средиземноморского побережья. Сердце Ясмин неожиданно тоскливо сжалось, и она отвела взгляд от окна.
«Мне не к чему возвращаться, — подумала она твердо. — Тут ничего моего не осталось — только воспоминания, несчастья и сердечная боль».
Ясмин не отрывала взгляда от пола, пока за окнами машины не послышался шум напряженного уличного движения и многоголосый гул толпы, заставивший Ясмин снова посмотреть в окно.
На пляс де Франс выстроился ряд современных гостиниц, протянувшихся до самого Танжерского залива. По берегу тянулся караван верблюдов, несущих на своих горбах возвращающихся в отели туристов. В легкой дымке, постепенно разгоняемой жарким солнцем, Ясмин увидела полоску испанского берега, находившегося в девятнадцати милях отсюда.
«Как много смешалось тут культур», — подумала Ясмин, разглядывая своих соотечественников вперемежку с богато одетыми европейцами.
Было время, когда Танжером владели финикийцы, потом карфагеняне, отвоевавшие город у финикийцев. Потом римляне, вандалы, арабы, португальцы, испанцы и, наконец, англичане. После раздела Марокко в 1912 году Франция и Испания превратили Танжер в международную зону. В связи с этим на город обрушилось нашествие сомнительных торговцев, шпионов и писателей. Но они по крайней мере не убивали кого попало ради спортивного интереса. Теперь здесь — лучший из миров. После того как в 1956 году кончился срок международного статуса Танжера, авантюристы покинули город и его заполонили туристы. Это было хорошо, поскольку марокканцы считали, что туристам свойственно тратить деньги, в то время как прочая шантрапа их только отнимала.
Несмотря на все внешние влияния, марокканцы сохранили самобытность и рассматривали новое нашествие как благоприятную возможность заработать побольше денег. Свидетельством тому была и толпа ребятишек, окружившая столик, за которым закусывал человек — похоже, американец. Маленькие руки тянулись к нему, глаза следили за каждым движением вилки от тарелки ко рту.
«Туристу не выдержать долго такого взгляда», — подумала Ясмин и тихонько рассмеялась. Марокканец с младенческих лет прекрасно знал, как следует себя вести, чтобы заработать хоть один дирхам.
Но смех Ясмин сразу же оборвался, как только машина повернула на очередную улицу и проехала мимо дома Абдул Кадира. За высокими стенами невозможно было увидеть, что творится внутри двора, и Ясмин даже не знала, был ли там все еще публичный дом. Ей было лишь известно, что Кадир куда-то уехал. Ясмин представила себе внутреннюю часть двора. Видение молнией пронеслось в сознании, и она с облегчением вздохнула, вспомнив об Андре, который избавил ее от этой жизни. Ясмин постучала в стеклянную перегородку, отделявшую ее от Сайда.
— На сегодня я увидела достаточно, — сказала она. — Поедем на виллу.
Машина понеслась по Олд-Маунтин-роуд, мимо рядов вилл в голливудском стиле. Глядя в окно, Ясмин видела высокие пальмы и великолепно ухоженные богатые сады. С довольной улыбкой она подумала о том, что сейчас принадлежит именно этому миру, а не оставшемуся внизу Петит-Соко.
Въехав в ворота виллы. Сайд заглушил мотор и открыл дверцу. Ясмин ступила на гравийную дорожку, и в это время из широкой парадной двери дома вышла Салима. Обрадованная теплым приемом служанки, Ясмин горячо обняла Салиму и, обхватив старую женщину за плечи, вошла с ней в дом.
Но, войдя в холл, Ясмин почувствовала себя так, словно получила пощечину. Она медленно перевела взгляд от черного мраморного пола вверх, на полукруглую лестницу.
Глаза жадно всматривались в каждую картину на стене.
«Слишком много воспоминаний», — печально подумала Ясмин.
Она постаралась не задерживать ни на чем взгляд. «Я должна на все смотреть по-деловому, — сказала себе Ясмин, — и просто решить, что здесь наиболее ценное, а потом составить списки».
Но глаза продолжали рассматривать бронзовые статуэтки и мраморные статуи в заднем холле. Да, только бесконечные списки и только деловой взгляд. Это поможет избавиться от непрошеных мыслей.
— Хочешь что-нибудь покушать? — Голос Салимы вернул ее в настоящее.
— Naham
type="note" l:href="#FbAutId_59">[59]
, — ответила Ясмин, с трудом сообразив, что машинально ответила Салиме по-арабски, даже не заметив этого. — Сначала я на минутку поднимусь наверх… осмотреться, разобрать вещи, пройтись по дому.
— Хорошо. Если что-нибудь будет нужно, позови меня, В любом случае я принесу тебе поесть через полчаса, — Салима повернулась и отправилась на кухню.
Ясмин медленно поднялась по лестнице. Она прошла, словно влекомая невидимой рукой, в свою комнату и увидела, что Салима ее проветрила и приготовила постель. Все выглядело так, будто Ясмин уехала отсюда всего несколько недель назад. И опять Ясмин почувствовала себя в плену у времени.
Следующие полчаса она просто бродила по дому. Заглянула во все шкафы и ящики, обследовала все картины, вазы, часы и статуэтки, проверила книги, белье и мебель.
Она с растущим удовольствием смотрела на все это изобилие, радостно понимая, что теперь не будет проблем с получением необходимой суммы. Услышав звон колокольчика, Ясмин спустилась вниз.
Подкрепившись, Ясмин почувствовала прилив сил и провела весь остаток дня и вечер за составлением каталога картин. Ей не хотелось расставаться ни с одним из полотен, но Ясмин понимала, что поставленная ею конкретная цель гораздо важнее сентиментальных воспоминаний. Тут было несколько работ кисти Клода Лорена и Коро, одни эти картины могли принести кучу денег. Ясмин также обнаружила прекрасную майоликовую тарелку — можно было подумать, что она просто дожидается Оскара фон Ротенбурга. Ясмин живо представила выражение лица Оскара при виде этой тарелки — алчущее и радостное.
Единственной комнатой, в которую избегала заходить Ясмин, был кабинет. Она никак не могла стереть из памяти воспоминание: Андре лежит на полу и смотрит на нее глазами, полными ужаса.
«Завтра», — подумала Ясмин.
Ясмин погрузилась в глубокий, тяжелый сон и проснулась только тогда, когда солнечный луч, пробравшийся в щель между портьерами, скользнув по подушке, упал на ее лицо. Она не сразу сообразила, где находится. Но вскоре запах эвкалипта и далекий шум прибоя напомнили Ясмин, что она в Танжере.
После легкого завтрака, состоявшего из йогурта и любимого Ясмин инжира, она продолжила инвентаризацию домашней коллекции. Работа продолжалась до позднего полудня и была прервана скрипом автомобильных покрышек по дорожке, ведущей к дому. Заинтересовавшись, кто бы это мог быть, Ясмин откинула прядь упавших на глаза волос и выглянула в окно.
С изумлением Ясмин увидела, как из автомобиля вышел Шарль и наклонился, чтобы поднять чемодан. Ясмин в очередной раз восхитилась атлетической фигурой Шарля — широкие плечи и узкая талия. Кожа его все еще сохраняла летний загар, замечательно оттенявший белокурые волосы.
Пораженная Ясмин совсем забыла, что одета в широкое платье, которое имеют обыкновение носить дома марокканские женщины. Она обнаружила его в шкафу и нашла очень удобным нарядом. Голова Ясмин была покрыта шелковым шарфом, чтобы уберечь волосы от пыли, в изобилии скопившейся в шкафах и кладовых.
Стремительно направляясь в холл, Ясмин краем глаза заметила в зеркале отражение какой-то уличной девчонки и с ужасом поняла, что это ее собственное отражение. Но было слишком поздно — Сайд уже открыл дверь. Шарль стоял на пороге, освещенный ярким солнечным светом; при виде Ясмин на лице его заиграла широкая радостная улыбка.
— Ну и дела! — засмеялся Шарль, входя в холл. — Тебе потребовалось совсем немного времени, чтобы пропитаться духом этого дома. Я принял тебя за служанку.
— Что ты здесь делаешь? Я не ожидала… — Ясмин, как бы прося прощения, указала взглядом на свое одеяние. Сайд испарился из комнаты. — Здесь это крик моды, — сказала Ясмин, нервно теребя складки холщового платья. — Что-нибудь случилось?
Шарль с любопытством взглянул на Ясмин и опустил чемодан на пол. Улыбка сошла с его лица, а мягкие подвижные губы чуть приоткрылись.
— Почему ты здесь? — не дождавшись ответа на первый вопрос, снова спросила Ясмин.
— Франсуаза сказала мне, куда ты уехала, а я без тебя не могу, — ответил наконец Шарль, но легкий шутливый тон никак не сочетался с тем, что увидела Ясмин в его глазах. Он стремительно преодолел разделявшее их расстояние и заключил Ясмин в объятия. — Хочешь верь, хочешь не верь, но так оно и есть.
Ясмин внимательно всмотрелась в лицо Шарля, подозревая, что все это лишь шутка. Но в глазах обнимавшего ее человека не было и следа юмора. Шарль медленно склонил голову и притронулся губами к губам Ясмин. Руки его все теснее сжимали Ясмин, а теплые нежные губы ласкали ее губы, наполняя все ее существо необычайной нежностью.
С изумлением Ясмин вдруг поняла, до чего же приятно это ощущение. Не в силах противостоять своему желанию, она в ответ поцеловала Шарля. Их языки встретились.
Они стояли, не в силах разорвать тесное объятие. Шарль первым отклонил голову и с нежностью посмотрел на Ясмин.
— После того как ты вихрем ворвалась в мой кабинет, а потом позвонила — такая злая, я внезапно испугался, что могу потерять тебя навсегда. Я не мог уснуть, потому что вдруг понял, что упускаю тебя из рук. Знаешь, ты очень сложная натура. Когда я с таким напором приступил к тебе, тогда, в нашу первую встречу, ты умчалась от меня со скоростью сто миль в час. После я попытался действовать медленнее. Я решил, что если не буду тебя торопить, а вначале стану твоим другом, то это рано или поздно натолкнет тебя на мысль, что ты нужна мне, и не только в качестве друга.
— Не такая уж я сложная, — тихо сказала Ясмин.
— Еще какая сложная! — Шарль легонько поцеловал Ясмин в лоб. — Ты не поняла ничего из того, что я тебе сказал в ту ночь, а я так отвратительно вел себя. Я понял, что мне понадобится немало времени, чтобы исправить свою ошибку.
— Тебе не обязательно было лететь в Танжер, чтобы рассказать мне все это. Ты мог бы подождать.
— Я собирался ждать, но это оказалось выше моих сил.
Я должен был сказать тебе все… что я чувствую… и, кроме того, я рисковал дождаться, что твой гнев будет все усиливаться, пока ты меня просто не возненавидишь. Неделя — это очень, очень долгий срок, когда ты страдаешь, разве не так? Одна мысль о том, что я могу никогда больше тебя не увидеть, сводила меня с ума.
Шарль снова поцеловал Ясмин, и она почувствовала, как ослабели ее колени. В голове Ясмин мелькнула догадка, что гнев ее на Шарля частично объяснялся тем, что она не знала, как он к ней относится. Ей так сильно нравился Шарль, ей так хорошо было все это лето, проведенное с ним вместе, что его холодное поведение означало для Ясмин отказ от нее. Шарль прервал размышления Ясмин очередным поцелуем.
— Мне кажется, я должен попытаться наверстать упущенное, — ласково сказал Шарль.
— Я соответствую твоим стандартам? — спросила Ясмин с легкой улыбкой.
— Соответствуешь, и даже во многом превосходишь.
Как ты думаешь, мы простоим целый день здесь или же я смогу переодеться?
— Ты можешь делать все, что тебе вздумается, хотя вряд ли это у тебя получится, если ты не отпустишь меня хоть на минутку. Насколько я понимаю, ты намерен здесь остановиться? — Ясмин глазами указала на стоявший посреди холла чемодан Шарля.
— А тебе как хочется?
— Разумеется, оставайся. Пойдем, я покажу тебе одну из гостевых комнат. Она, конечно же, не готова, но Салима позаботится об этом позже.
Шарль нехотя выпустил Ясмин из своих объятий, но одна его рука осталась у нее на талии, а второй рукой он подхватил свой чемодан. Так они и поднялись по лестнице — полуобнявшись.
— Сюда. — Ясмин с улыбкой распахнула огромную резную дверь красного дерева, за которой открылась просторная комната с камином и невероятных размеров кроватью в центре. Вся мебель в комнате была укрыта от пыли белыми простынями. Слабый тусклый свет, пробивавшийся сквозь перламутрово-серые портьеры, создавал странный эффект отраженного освещения. Единственным цветовым пятном в комнате был яркий персидский ковер на полу.
Смешение красных, оранжевых и фиолетовых цветов воспринималось особенно ярко, поскольку вокруг был только серый полумрак, похожий на густой туман.
Шарль быстро поставил чемодан на пол и повернулся к Ясмин. Прежде чем она успела открыть рот и что-то сказать, он подхватил ее на руки и понес к постели. Глаза его, обычно небесно-голубого цвета, сменили окраску, превратившись в блестящие темно-фиолетовые бездны. Не в силах оторвать взгляд от этих глаз, Ясмин ничего не сказала, когда Шарль осторожно опустил ее па белоснежный простор простыни. Опираясь на свои мускулистые руки, он медленно наклонился над Ясмин.
— Надеюсь, вы не сочтете меня за нахала, мадемуазель, но я всегда считал, что хозяйка дома обязана сделать все, чтобы се гость как можно скорее смог почувствовать себя как дома.
Не дожидаясь ответа, но лишь увидев мелькнувшее в глазах Ясмин выражение, Шарль прижался к ней всем телом и приник к ее губам.
Появившаяся было в уголках рта Ясмин улыбка тут же растаяла под страстным напором губ Шарля, Их мягкая полнота обволокла рот Ясмин, которая почувствовала томное наслаждение, словно именно в этой точке ее тела сходились все нервные окончания. Ясмин показалось, что она вот-вот улетит куда-то на облаке удовольствия. Ну почему она раньше не знала, что это будет так хорошо? До чего же бездарно они теряли время, часами бродя по Парижу, обедая, болтая, вместо того чтобы хотя бы целоваться!
Ясмин снова ощутила чистый, загадочный запах, исходящий от Шарля, и стала таять, медленно теряя чувство реальности. Шарль оторвался от Ясмин, оглохшей, ослепшей и обмякшей от страсти. Руки его принялись расстегивать одну за другой пуговицы платья. Под широким балахоном на Ясмин ничего не было. Шарль неспешно прикоснулся к ее соскам. Откликаясь на прикосновение пальцев, они тут же набухли и отвердели, заставив его тихонько застонать.
— Мне становится трудно контролировать себя, — прошептал он, пристально вглядываясь в глаза Ясмин, как бы ища в них ответа на вопрос: не возражает ли она против такого неожиданного порыва к близости. Ясмин протянула руку и ласково притронулась к щеке Шарля. Поглаживая бархатистую кожу, пальцы Ясмин спустились ниже и провели линию вокруг скульптурных очертаний его губ. Ясмин успела коротко улыбнуться, прежде чем Шарль снова поцеловал ее: языком он легко прошел вдоль ее губ, потом проник внутрь. От щекотки, вызванной дразнящими настойчивыми прикосновениями языка Шарля к кончику ее языка, Ясмин почувствовала между ног растущую дрожь предвкушения.
Целуя Ясмин, Шарль продолжал расстегивать ее платье, и вскоре оно распахнулось, открыв кожу Ясмин прохладному воздуху и крепким, уверенным рукам Шарля.
Ясмин запустила пальцы в шелковистые волосы Шарля, а он, в свою очередь, ласково погладил ее обнаженное тело: начав с пульсирующей точки в основании шеи, чувствительные кончики пальцев спустились сначала к одному соску, потом к другому.
Шарль оторвался от губ Ясмин, и она тихо застонала, как только он начал посасывать темные кружочки ее сосков. Мелкие капельки пота придали блеск золотистой коже Ясмин. Она медленно выгнула спину, и Шарль ответил на это движением руки, скользнувшей по подрагивающему животу к шелковистому кустику волос между ног. Страстное желание затмило разум Ясмин. Но Шарль, казалось, не был намерен торопиться.
— Просто не верится, что мы могли потерять столько времени, — тихо сказал он, зарываясь пальцами в кудряшки мягких волос.
— Я только что подумала о том же, — низким, идущим от горла голосом отозвалась Ясмин. — И я не хочу ждать более ни минуты.
— Но это так приятно. Открытие нового — как наркотик. Я хочу, чтобы оно продолжалось вечно. Я хочу изучить каждый дюйм твоего тела, попробовать его на вкус…
Шарль снова прильнул к губам Ясмин, а рука его принялась кругами поглаживать бархатную кожу ее бедер. Пальцы его то и дело задевали скрытую между ними чувствительную плоть. Наконец Ясмин не могла более сдерживаться и вскрикнула, моля о продолжении. Колени Ясмин приподнялись и раздвинулись, чуть подрагивая, после чего Шарль, оторвавшись от губ Ясмин, спустился вниз.
Стоны Ясмин стали громче, как только она почувствовала дразнящее прикосновение языка Шарля к источнику наслаждения, спрятавшемуся в розоватых складках. Словно поразив Ясмин разрядом электрического тока, Шарль быстро и решительно глубоко погрузил пальцы в ее плоть. Сочетание ласк губами и пальцами лишало Ясмин рассудка, вело к сверкающей вершине наслаждения и безумия. Ее жаждущее тело изгибалось и извивалось в мучительных конвульсиях наслаждения, охватившего Ясмин с такой силой, что ощущение было почти болезненным. В то же время она чувствовала, что никогда еще не испытывала ничего более успокаивающего. Так, словно она всю прошлую жизнь пребывала в окоченевшем состоянии, и лишь теперь все ее тело полностью ожило и открылось всепоглощающей чувственности.
Ясмин лежала, ослабевшая и притихшая, пока Шарль не торопясь снимал с себя одежду. Почувствовав, как спадает охватившая ее дрожь вожделения, Ясмин открыла глаза и увидела стоявшего над ней, словно бронзовая античная статуя, обнаженного Шарля. Какое-то время он стоял без движения. Потом, просунув руки под колени Ясмин и широко раздвинув ее ноги, встал между ними на колени и легко скользнул в ее гостеприимно раскрывшееся лоно.
Медленно, терпеливо, с глазами, расширившимися от приятного предвкушения, он глубоко вошел в тело Ясмин.
Почувствовав в себе его твердую плоть, Ясмин поняла, что никогда еще в жизни не испытывала подобного ощущения. Это было не просто внешнее вторжение в ее тело, но гальваническое соединение с какой-то частью самой себя, отсутствовавшей все эти годы. И легкая, поющая радость от обретения утраченной частички собственного существа вырвала из груди Ясмин громкий, ликующий крик.
Она словно впервые ощущала в себе приятное, осторожное, ровное скольжение мужской плоти. До этого момента Ясмин до конца не осознавала, до чего же она была одинока в этой жизни. Слезы медленно текли по ее щекам, когда Шарль, не прерывая ровного синхронного ритма движений, припал к ее губам.
Ощущая в себе движение Шарля, Ясмин почувствовала, как внизу живота ослабляется тугой узел нестерпимого желания в предвкушении скорой развязки. Тело ее само собой еще плотнее прижалось к телу Шарля, когда Ясмин, подстраиваясь под его движения, скрестила ноги у него за спиной.
— Я люблю тебя, Ясмин, — прошептал ей в губы Шарль. — Je t'aime
type="note" l:href="#FbAutId_60">[60]
.
Большими, крепкими руками Шарль приподнял голову Ясмин и проникновенно заглянул в ее глаза, словно пытался разглядеть в их глубине душу Ясмин, узнать все ее мысли и желания. Ясмин поразилась безграничной нежности и любви, светившихся в глазах Шарля. Медленно-медленно ею стало овладевать чувство нарастающего внутреннего ритма, ведущего к вершине наслаждения. Ясмин раздвинула бедра, стремясь как можно сильнее открыться Шарлю. Толчки его, сильные и требовательные, становились все настойчивее.
Шарль поднял голову, и неожиданно удовольствие Ясмин взвинтилось и достигло своей высшей точки, как только она, проваливаясь в сладкую, бесконечную бездну оргазма, увидела и почувствовала, что высшего пика наслаждения они достигли одновременно. Словно издалека, она слышала хриплый голос Шарля, выкрикивавший ее имя, сливавшийся с возгласами экстаза самой Ясмин.
Они долго лежали, не отрываясь друг от друга, слипшиеся скользкими телами. Постепенно дыхание Шарля выровнялось, и Ясмин почувствовала, что наконец к ней возвращается возможность контролировать свои действия.
Но она продолжала ощущать все еще остававшуюся глубоко в ней плоть Шарля и желала каждой своей клеточкой, чтобы больше не было никакого движения и чтобы они оставались в таком положении вечно.
— Ты не очень обиделась на то, что я был так скоро? — прошептал Шарль, уткнувшись в волосы Ясмин.
— Нисколько. Я получила полное наслаждение, уверяю тебя.
— Mais NON…
type="note" l:href="#FbAutId_61">[61]
Берусь поспорить; Наслаждение, несомненно, было полностью моим.
— Ну вот и первая размолвка, — тихо засмеялась Ясмин. И поскольку мускулы ее живота от смеха напряглись, Шарль выскользнул из нее. Она вдруг почувствовала себя такой осиротевшей и одинокой, что нижняя губа ее задрожала. — Слишком быстро для любовных отношений.
— Я компенсирую тебе это. — Шарль приподнял голову, чтобы посмотреть на Ясмин. — Рано или поздно.
— Лучше рано.
— Мне нравится тон твоего голоса, когда ты кончаешь.
Он такой высокий. Но что подумают соседи?
— Здесь нет соседей, меня больше волнуют слуги.
— Я полагаю, они поймут. В конце концов, не вчера же они появились на свет.
— Между прочим, ты голоден?
— Боюсь, у меня зверский аппетит только на твое дивное тело.
Шарль уткнулся лицом в шею Ясмин, и ей вдруг пришла в голову мысль:
— Я забыла спросить, почему ты приехал?
— Кажется, я уже говорил тебе. Я не могу прожить без тебя ни минуты.
— В самом деле?
— Вообще-то да. Но у меня есть и еще одна уважительная причина. К слову, ты читаешь когда-нибудь газеты?
— Иногда, — удивилась Ясмин неожиданному повороту. — А почему ты спрашиваешь?
— В последнее время в этом районе достаточно неспокойная обстановка, — вдруг посерьезнел Шарль. — Договор 1981 года о прекращении огня в Западной Сахаре на грани срыва. Ты не знала?
— Нет.
Партизаны ПОЛИСАРИО
type="note" l:href="#FbAutId_62">[62]
снова начали боевые действия. Район богат фосфатами и железом, а потому каждому хочется получить свой кусок пирога. К тому же полгода назад была засуха, феллахи готовы присоединиться к кому угодно, лишь бы спастись от голода. Ситуация очень опасная. Я за тебя тревожился.
— Но ведь эти партизаны то и дело устраивают заваруху то в одном, то в другом районе Сахары. И длится это уже годами. Началось, кажется, в 1975-м, да?
— Oui
type="note" l:href="#FbAutId_63">[63]
, но из достоверных источников мне стало известно, что теперь их поддерживает ливийский лидер Муамар Каддафи. И они готовы выступить в любой момент.
— Но какое отношение все это имеет к Танжеру? — Ясмин была приятна забота о ней Шарля, но она полагала, что опасения его сильно преувеличены. — Западная Сахара почти в семистах милях отсюда.
— Граница… c'est vrai
type="note" l:href="#FbAutId_64">[64]
. Но Алжир также поддерживает ПОЛИСАРИО. А это гораздо ближе. Ладно, хватит о политике — ты не рада моему приезду? Хочешь, чтобы я уехал?
— Конечно, нет. — Ясмин обняла Шарля, но он опять стал серьезным.
— К тому же меня несколько беспокоит Хасан. Он страшно разозлился, узнав, что ты отменила совещание.
Уж не знаю, что вызвало в нем такую досаду, но он был в бешенстве. Я подумал, что на карту поставлено нечто гораздо большее, чем я предполагал.
— Хасан очень хочет, чтобы я акционировала компанию. И мне казалось, что ты поддерживаешь его в этом.
— Поддерживаю. Но если ты против такого решения, ты имеешь на это полное право, ты хозяйка положения.
Какое-то время Ясмин смотрела в сторону, пытаясь собраться с мыслями. Она была уверена, что Шарль знает о ее интимных отношениях с Хасаном, хотя, может быть, и нет. Но чего он точно не знал, так это того, что Хасан до сих пор не отказался от Ясмин и досадовал на ее отказ выйти за него замуж гораздо больше, чем на несогласие с планом акционирования. И, отвергнув идею Халифы, Ясмин тем самым дала ясно понять, что не только не нуждается в его советах, но и в самом Хасане.
— Думаю, что обязана тебе кое-что объяснить относительно Хасана, — медленно приподнимаясь, начала Ясмин. — Я не хочу, чтобы ты узнал об этом позже и решил, что я пыталась что-то скрыть от тебя. Видишь ли, мы были близки с Хасаном, когда я впервые приехала в Париж, как раз перед моим отъездом в колледж.
— Я об этом знал.
— Хасан рассчитывал, что мы возобновим наши отношения после моего возвращения и очень разозлился, когда я ему отказала. Он сказал, что хочет на мне жениться, но я ответила ему, что этого никогда не будет. Я просила забыть обо мне как о женщине и видеть во мне только делового партнера.
— Смею предположить, что Хасан воспринял это без особого восторга.
— Да. И я думаю, может быть, именно поэтому он так разозлился, когда я отменила совещание.
— Pourquoi?
type="note" l:href="#FbAutId_65">[65]
He вижу, как одно связано с другим.
— Власть. Хасан хочет обладать властью надо мной.
Если не физической, то хотя бы стать персоной, руководящей моими делами. Я и в этом ему отказала — вот он и пришел в ярость.
Шарль довольно усмехнулся.
— Мы же согласились в том, что порой ты бываешь очень сложной натурой.
— Только когда я права.
— Как бы там ни было, mon petit, у меня было дурное предчувствие — вот я и приехал. Предупредить обо всем, сказать о своих чувствах к тебе.
— А ты начал испытывать их, только когда я уехала из Парижа?
Шарль встал и принялся медленно собирать свою одежду. Прежде чем ответить, он долго смотрел на Ясмин.
— Думаю, это случилось в моем офисе. До той поры ч не сознавал, как сильно пугает меня возможность потерять тебя. Я почувствовал, что теряю тебя, и потому приехал.
Ясмин неторопливо натянула на себя платье.
— А ты был искренен, когда говорил, что любишь меня?
Блаженно улыбаясь, Шарль обнял Ясмин. Нежно поцеловал ее в лоб и сказал:
— Боюсь, что всем сердцем. Так что будь с ним поосторожнее. Его легко разбить, и Мне Не выдержать такой боли.
Шарль осыпал Ясмин бесчисленными поцелуями, и она вновь стала беззащитна под волнующей живостью его губ.
Это было одно из сладчайших ощущений, когда-либо испытанных ею. В самозабвении она подняла руки и обняла его за шею. Целуя его, Ясмин заметила, что Шарль медленно и настойчиво прижимает се спиной к стене. Опустив руки, Шарль осторожно поднял ноги Ясмин и положил их себе на бедра. Исступленные ласки губ дополнились восторгом, испытанным Ясмин, когда она почувствовала требовательное прикосновение к своему животу внушительного, тугого узла мужской плоти. Шарль продолжал медленно поднимать Ясмин, а потом так же медленно и осторожно опустил ее на крепкое древко своей страсти, отчего она опять впала н дьявольское сладостное полубезумие. Крепче охватив ногами бедра Шарля, Ясмин резко дернулась, понуждая его войти как можно глубже.
— Mon Dieu, Ясмин, я не могу от тебя оторваться.
Шарль с хищным нетерпением прижал Ясмин к стене, войдя в нее со всей силой огненной страсти. Широко раздвинув ноги, Ясмин жадно приняла его. В течение нескольких минут она совершенно ничего не соображала. Шарль крепко сжимал Ясмин своими сильными руками и тихо постанывал.
Неожиданно он оторвал Ясмин от стены и, не выходя из нее, осторожно понес к постели. Ощущение от ходьбы, не прерывавшей их слияния, восхитило Ясмин. Она теснее прижалась ногами к стройным бедрам Шарля, сплетя ступни у него за спиной.
— Ты так замечательно подходишь под мой размер, — пробормотал Шарль, опускаясь вместе с Ясмин на беспорядочно скомканные простыни. — Такое чувство, что ты — это часть меня.
— Я как раз думала о том же…
Они лежали без движения, слившись в одно существо.
Ясмин чувствовала, как глубоко в ее теле пульсирует плоть Шарля. Но он не двигался, словно не собирался довести их обоих до вершины счастья. Вместо того чтобы броситься в бурные морские волны, Шарль неторопливо бродил по краю берега.
Время шло, и Ясмин окончательно потеряла ощущение себя как отдельного существа. Теперь Шарль уже не казался ей потерянной когда-то половинкой — ей представлялось, что они никогда и не разлучались и всегда существовали как единое целое. Тело Ясмин забыло время, когда они были разделены, и как только Шарль начал двигаться, ей показалось, что двигаться начала она сама. Поглаживая пальцами спину Шарля, Ясмин думала, что ласкает собственное тело. Каждый бугорок и впадинка казались ей знакомыми, точно собственная рука.
Ясмин чувствовала, что в этом экстазе слились в одно не только их тела, но и мысли. Наслаждение росло, усиливалось, сплавляло их в одно трепещущее тело, погружающееся в лаву удовольствия.
«Так, должно быть, чувствует себя падающая звезда, проносящаяся по черному ночному небу», — подумала Ясмин, но тут же почувствовала, как сверкающий огненный шар вспыхнул в чернильной ночи ее истомленного тела.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наслаждения - Сидни Диана



роман логически не завершён. ЖАЛЬ!!!
Наслаждения - Сидни Дианаальф
14.03.2012, 10.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100