Читать онлайн Хищник и озорница, автора - Шелдон Дороти, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Хищник и озорница - Шелдон Дороти бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.57 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Хищник и озорница - Шелдон Дороти - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Хищник и озорница - Шелдон Дороти - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Шелдон Дороти

Хищник и озорница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Мартин чувствовал, что, несмотря на все заверения в обратном, в Дженнифер есть дух авантюризма. Он проявлялся в ней не так уж и редко. Взять хоть бы этот день — сначала поход с подругой в магазин дамского белья, потом обжигающий чувственный поцелуй, едва не доведший его до исступления.
Ее язык скользнул по его губам, поманил и спрятался, втягивая Мартина в сладостную игру, о которой он мечтал с того самого момента, когда впервые обратил внимание на соблазнительную официантку. Не сдерживаясь больше, он схватил Дженнифер за руку и увлек к гимнастическому залу. Переступив порог, Мартин ногой захлопнул дверь, оставив за ней последовавшую было за ними Синтию.
Во всем «склепе» это помещение было единственным, где Мартин чувствовал себя более или менее комфортно, единственным местом, где мог быть собой, и единственным, которое они уже согрели своим теплом.
Дженнифер, судя по выражению лица и блеску глаз, разделяла его мнение. Едва за ними закрылась дверь, как она обвила шею Мартина и угостила еще одним поцелуем, более глубоким, сводящим с ума, заряженным страстью и желанием, от которых сгорал и сам Мартин. Он медленно повернулся к Дженнифер лицом, чтобы она почувствовала силу, влекшую его к ней. Она застонала и подалась к нему, требуя еще большей близости, чем та, которую позволял разделявший их барьер одежды.
Избавиться от этого оказалось не так-то просто: рубашка и джинсы облепили тело, словно приклеившись к нему, и Мартину понадобилось несколько мучительно долгих секунд, чтобы сбросить их на пол и предстать перед Дженнифер таким, каким ему хотелось.
— Тебе нравится? — хрипло спросил он, ловя в зеркалах собственное отражение.
Она тоже успела снять блузку и юбку и стояла в фиолетовых кружевных трусиках и в такого же цвета бюстгальтере, открывавших больше, чем скрывавших.
В ответ Дженнифер кивнула.
Он провел пальцем по тонкой лямке бюстгальтера, сдвинул ее с плеча и замер, наслаждаясь видом почти обнаженной груди.
— Я восхищен.
Наклонившись, Мартин коснулся губами шеи Дженнифер, опустился ниже и остановился у ложбинки, разделявшей два холма с розовыми вершинами сосков.
Дженнифер выдохнула, ощутив теплое, нежное дыхание на своей коже, и вздрогнула, когда губы Мартина двинулись дальше. Он тоже дрожал от сдерживаемого напряжения. Было ли ему когда-нибудь так же хорошо, как сейчас? Чувствовал ли он уже нечто подобное? Хотел ли принести какой-либо женщине удовольствие, сравнимое с тем, которое доставлял Дженнифер?
Мартин знал ответы на все эти вопросы и поэтому боялся признать их. Рано или поздно отвечать все равно придется. Но сейчас мысли и чувства отступали перед тяжелым и все убыстряющимся ритмом желания.
Его пальцы уже оценили упругость полной, налитой груди, коснулись отвердевшего соска, поднявшегося над краем сползшего кружева, и уступили место губам, продолжившим мучительно-сладостную пытку.
Не выдержав, Дженнифер потерлась бедрами о его ногу'и обняла за талию. Мартин поднял голову и посмотрел в расширившиеся зрачки Дженнифер, словно предостерегая ее от поспешности.
— Я же обещал тебе не торопиться.
— Но это было еще до того, как мы… зашли так далеко, — возразила она, краснея под его взглядом.
Он усмехнулся.
— Я никогда не утверждал, что быстро — это плохо.
Все его тело стремилось вперед, не желая подчиняться тормозам воли, но сначала Мартину нужно было кое-что сказать Дженнифер. Не о том, как сильно он ее хочет, нет. Он должен дать ей понять, что она для него значит. Не женщина на одну ночь, с которой поспешно расстаются утром и забывают к ланчу. Дженнифер заняла в жизни Мартина особое место, и то, что приближалось с каждой минутой, было воплощением мечты, ответом на все вопросы.
— Знаешь, мне так нравилось наблюдать за тобой, когда ты работала в кафе. Такое милое лицо, такая ослепительная улыбка… Я мог бы смотреть на тебя всю ночь напролет.
Мартин вздохнул.
— Ты из тех не многих особенных женщин, которым не нужны ни тушь, ни помада, ни пудра.
В глазах Дженнифер мелькнули удивление и благодарность.
— Ты сам все это придумал, Мартин. Работа официантки не лучший выход для того, кто провел весь день на ногах. Но, когда появился ты, все изменилось. Я едва могла дождаться начала смены.
— Рад слышать, что чувство взаимное.
Она прикусила губу.
— У нас с тобой много общего, Мартин.
— Я знаю.
Он снова прижался к ней, будто убеждая в том, что именно у них общего сейчас.
Дженнифер откликнулась мгновенно, спеша утолить их общий голод.
Мартин поймал ее руки и опустился на колени.
— Стоп, а то еще ухватишься за что-нибудь.
— Негодник, — прошептала она, кладя ладони на мускулистые плечи и напоминая себе, что надо быть осторожнее и не причинить ему боли.
Мартин подался вперед, вынуждая Дженнифер отступить к стене с шедшей вдоль нее перекладиной, и приник губами к кружеву трусиков, под которыми темнел треугольник волос. Аромат женской плоти был так пьяняще крепок, что для Мартина все едва не закончилось в эту же минуту. Проклятье, Дженнифер могла делать с ним что угодно!
Обнимая ее колени, Мартин провел языком по ее животу — дразня, лаская, приглашая к более серьезной игре. Ноги Дженнифер задрожали, и Мартин, осмелев, медленно сдвинул кружевную полоску ниже, чтобы ощутить весь вкус предлагаемого лакомства. Подстегиваемый стонами, поднимающимися из, казалось, самых глубин естества Дженнифер, он раздвинул языком влажные и теплые складки и приник к источнику, готовый без остатка отдать себя в обмен на хотя бы одну каплю драгоценной росы.
Открыв на мгновение глаза, Дженнифер увидела их отражение в. зеркальной стене: голову Мартина с темными волосами, казавшимися черными на фоне ее белой кожи, его сильные руки, обнимающие ее ноги… Сама по себе эта картина была довольно эротичной, но не шла ни в какое сравнение с теми чудесами, которые творил язык Мартина с ее истосковавшимся по ласкам телом. Дженнифер знала, что была одинока, однако только сейчас в полной мере поняла, какая пустота окружала ее. Мартин знакомил ее с ощущениями, о существовании которых она и не догадывалась.
Дженнифер вскрикнула от неожиданности, когда на смену нежным прикосновениям пришли решительные, смелые движения. Волна тепла раскатывалась по ее телу, все быстрее и быстрее, в такт ударам языка Мартина. Уступая его настойчивости и даже подгоняя требовательными настойчивыми стонами, Дженнифер подтянулась на перекладине и почти оторвала ноги от пола.
Объятая страстью, она мотала головой и выкрикивала что-то бессвязное, но все же видела себя в зеркальной стене и заводилась от этого еще сильнее. Мартин стоял на коленях, спрятав лицо между ее бедер, и походил на идолопоклонника, приникшего к своему божеству.
Дженнифер закрыла глаза, чтобы сполна насладиться небывалыми ощущениями. Когда ее тело содрогнулось от подступающего оргазма, она почувствовала, как палец Мартина скользнул меж ее бедер и мгновенно нашел магическую точку. Это прикосновение на мгновение лишило Дженнифер сознания…
Когда она открыла глаза, то увидела, что Мартин всматривается в ее лицо.
— Я никогда… мне никогда…
Он усмехнулся.
— Что ж, я рад.
— Я тоже.
По тому, как блеснули его глаза, Дженнифер поняла, что, утолив ее жажду, сам он вовсе не получил равноценной компенсации.
Странно, но, получив все, о чем, казалось, только можно было мечтать, Дженнифер по-прежнему ощущала пустоту, заполнить которую мог только Мартин. Только теперь ей уже ничего не мешало уступить требованиям тела и одновременно дать Мартину то, чего он жаждал.
Опустившись на колени, она без малейшего стеснения сняла с него трусы и выпрямилась.
Мартин улыбнулся и разомкнул застежку все еще остававшегося на Дженнифер кружевного бюстгальтера.
Они пристально посмотрели друг на друга. Дженнифер кивнула.
— Я получил разрешение? — спросил Мартин.
— Оно тебе еще нужно?
Другого приглашения ему не требовалось. Обхватив Дженнифер за талию, он бережно опустил ее на гимнастический мат. Теплое, мягкое и в то же время упругое женское тело манило его. Мартину хотелось слиться с ним, стать его частью, но он не забыл и об осторожности — в кармане джинсов у него лежали пакетики с презервативами.
— Не уходи, — прошептала Дженнифер, когда Мартин поднялся.
Он вынул один пакетик и помахал им перед ее глазами.
— Ну разве я не предусмотрителен?
— А я разве того не стою?
Он опустился рядом с ней на мат и провел рукой между ее ногами.
— Ты достойна самого лучшего. И, по-моему, готова получить награду.
— Ничего не имею против.
Дженнифер широко раздвинула ноги и улыбнулась.
Мартин сделал глубокий вдох. За что мне такой невероятный подарок? — подумал он, совсем забыв, что подарок исчезнет с наступлением осени. Будущего не существовало, как не существовало вообще ничего, кроме обнаженной красавицы, лежащей рядом с ним на упругом гимнастическом мате.
— Согни колени.
Дженнифер послушно выполнила его просьбу, и Мартин, наклонившись над ней, коснулся головкой своего члена влажной горячей женской плоти.
— Мартин… пожалуйста… — простонала Дженнифер.
— Пожалуйста — что?
Он знал, чего хочет Дженнифер, но ему важно было услышать это от нее.
Она тихо вздохнула.
— Пожалуйста, возьми меня.
Она резко подалась ему навстречу и замерла, ощутив его в себе. Мартин медленно двинулся дальше, вбирая наслаждение сантиметр за сантиметром и вглядываясь в изумленно раскрытые глаза Дженнифер.
— Взять? Как? Вот так?
Мартин стиснул зубы, сдерживая бешеный ритм бьющейся в висках крови. Ему мешало больное плечо, он не мог наклониться над Дженнифер, не мог ощутить жар ее тела.
— Нет. Вот так.
Она обвила его ногами и приподняла бедра, открывая перед ним полный доступ в манящие глубины.
Мартин не заставил себя просить дважды. Дженнифер вскрикнула.
— Эй, ты в порядке?
— Это… восхитительно.
Глядя в сияющие, удивительно чистые глаза Дженнифер, в которых застыло восторженное удивление, Мартину ничего не оставалось, как поверить ей.
— Я уже забыла, как это бывает, — прошептала Дженнифер.
— Нет, не забыла — со мной никогда не было ничего подобного.
Мартин хотел приподняться, но Дженнифер сильнее обхватила его талию ногами, не желая выпускать его из себя. Мартину ничего не оставалось, как снова податься вперед, и на этот раз проникновение получилось более быстрым, но глубоким. Дженнифер застонала, прикусив губу.
— Нам надо сменить позу… твое плечо… — выдохнула она, заметив, что Мартин поморщился.
— Думаю, с этим мы справимся.
То, что Дженнифер в такую минуту думает о его комфорте, приятно удивило Мартина. После развода его отношения с женщинами ограничивались сексом. Но Дженнифер не была обычной женщиной, и он понял это с первого взгляда. Сейчас она лишь подтвердила его правоту.
Они переменили позу. Мартин лег на спину, а Дженнифер устроилась сверху. Покачивая бедрами, она ждала, когда он будет готов принять ее.
Ждать пришлось недолго.
— Дженнифер! — выдохнул Мартин, когда она, почувствовав его готовность, резко опустилась.
Игры закончились. Теперь уже Дженнифер задавала ритм, поднималась и опускалась, принимая в себя Мартина, овладевая им, заставляя принимать ее правила. Мартин принял их без колебаний. Проникая в горячую влажную женскую плоть, слыша ее прерывистое дыхание, он кусал губы, чтобы сохранить контроль над собой, и дрожал от напряжения.
Они двигались синхронно, удивительно быстро поймав нужный обоим ритм. Дженнифер чувствовала, что вот-вот потеряет силы, а вместе с ними и способность воспринимать что-либо, кроме наслаждения, волны которого поднимались все выше и выше.
Она выкрикнула его имя и откинулась назад, и в этот момент Мартин, ощущая близкую кульминацию, в последний раз вошел в нее.
Такого оргазма не испытывали еще ни он, ни она. Дженнифер, обессиленная, лежала на Мартине и чувствовала, как дрожь продолжает сотрясать его еще не расслабившееся тело. Оба тяжело дышали и молчали, опустошенные и потрясенные.
Первой пришла в себя Дженнифер. С усталым вздохом она шевельнулась и, соскользнув на пол, положила голову на здоровое плечо Мартина. Он провел ладонью по пышным каштановым волосам Дженнифер и подумал, что, возможно, недооценил ее дух авантюризма. Заниматься любовью на полу? Вряд ли такое отнесешь к числу самых незабываемых приключений, а ему хотелось, чтобы с Дженнифер случилось именно такое.
— Нам, пожалуй, пора вставать, — с усмешкой сказал он.
— Но мне понравилось когда ты была сверху.
Ее теплые губы прижались к его щеке.
— И, знаешь, я думал, что у тебя возникнет куча возражений, — продолжил Мартин.
— По поводу чего?
— Ну хотя бы по поводу отсутствия мебели…
Дженнифер рассмеялась.
— Главное, что здесь есть ты. Этого вполне достаточно. За один вечер ты дал мне так много…
— Много чего?
Мартину действительно хотелось это знать, ведь коротенькое слово «секс» не могло вместить значимость того, что произошло между ними.
Дженнифер вздохнула и придвинулась к нему поближе.
— Это же ясно. Знаешь, у меня никогда еще не было настоящего свидания с мужчиной.
Мартина удивило признание.
— Я думал, ты встречалась с другими мужчинами.
— Встречалась. Один или два раза. Иногда одиночество становится совершенно невыносимым. Но те встречи… Мне приходилось подстраиваться под рабочий график, времени не хватало, все происходило в спешке. В общем, лучше после этого не становилось. А сегодня ты устроил для меня настоящее свидание. Такое, о котором мечтает каждая женщина.
— Расщедрился на мороженое. Ничего особенного, — пробормотал Мартин, понимая, что дело совсем в другом.
Он много думал о том, куда повести Дженнифер. Ему хотелось, чтобы она запомнила это место, чтобы оно стало для нее чем-то памятным. Идею подсказал иллюстрированный репортаж в журнале. В самом посещении «Айскрим Парк» было что-то легкое, привольное, ненавязчивое и вместе с тем многозначительное.
— Все было особенным, — возразила Дженнифер.
— И ты это знаешь.
Она приподнялась и посмотрела Мартину в глаза.
— Ведь знаешь, да?
Конечно, он знал. И дело, черт возьми, не в так называемом свидании. Мартин знал, что такое любовь. Любовь, приведшая к браку с женщиной, которая предала его. Он знал, что такое случайные связи. Их у него было не так уж много, но Мартин понимал, чего они стоят. Произошедшее здесь, в этом зале, отличалось от всего того, что случалось с ним до сих пор. Будучи полицейским, Мартин не умел и не любил врать себе. Ни в том, что касалось личной жизни, ни в том, что относилось к профессии. Поэтому он понимал — сегодня они занимались не сексом, это была любовь.
Секс — всего лишь один из видов человеческих отношений. Любовь — это все отношения, сплетенные в один клубок.
Дженнифер вздохнула и затихла. Ее волосы щекотали нос Мартина, и от нее все еще пахло земляникой. Поглаживая бедро Дженнифер, он задумался о том, что сулит ему сделанное открытие. Выходило, что ничего хорошего.
Во-первых, Дженнифер намерена уехать осенью. Ей хочется быть с братом, который вырос у нее на руках, и Мартин не собирался создавать какие-либо препятствия ее планам. А такие препятствия появятся, если он расскажет Дженнифер о своих чувствах или проявит интерес к тому, что чувствует она.
Во-вторых, хотя она знала цену деньгам, Мартин все же опасался, что не сумеет обеспечить Дженнифер всем необходимым, не говоря уже о желаемом.
В-третьих, Дженнифер никогда не смирится и не примет его работу. Чтобы она ни говорила, как бы ни относилась к этому сейчас, рано или поздно настанет день, когда за ней захлопнется дверь и он снова окажется наедине с собой… И что тогда?… Новые раны на сердце? Но ведь и старые шрамы еще ноют. Нет, Дженнифер будет считать его образ жизни опасным, рискованным и безрассудным. Каждое утро, провожая его на работу, она будет терзаться тревогой за него, вспоминать отца, ждать приступов беспокойства.
Она — всего лишь фантазия. Как он и предлагал, им вполне достаточно кратковременных отношений. Летний роман, который принесет обоим массу удовольствия, скрасит одиночество, поможет решить какие-то проблемы. А потом расставание. Без обид, без обещаний, без слёз.
Мартин стиснул зубы. Мысль о том, что Дженнифер уедет, была невыносима.
— И ты сделал для меня кое-что еще, — прошептала она, прижимаясь губами к его груди.
— Что же?
Ему хотелось говорить с ней о приятном, а не думать о неизбежном расставании, не забивать голову неразрешимыми проблемами.
— Я попросила тебя сделать так, чтобы я забыла о своих дурацких страхах. Ты умеешь исполнять желания женщин.
Дженнифер провела рукой по его груди, но, хотя это ласковое прикосновение и было приятным, ее слова всколыхнули в Мартине прежние опасения.
Конечно, он хотел избавить Дженнифер от беспокойства, помочь прогнать страхи и забыть тревоги, но сам-то вовсе не намеревался впадать в беспамятство. И вот, после того как они любили друг друга, Мартин понял, что увлекся. Дженнифер настолько, что почти упустил из виду все остальное. Все, что было важным в его жизни. Такая ошибка, если не станет последней, может очень дорого ему обойтись.
Очень дорого.
Сантьяго знает о Дженнифер. Как он пронюхал о ее существовании, какой информацией располагает, — неизвестно. И теперь Дженнифер стала для Сантьяго потенциальным средством давления на Мартина.
Узнай Мартин об информированности своего противника чуть раньше, он мог бы защитить Дженнифер с помощью уловки: притвориться, что она ничего для него не значит, в надежде на то, что Сантьяго поверит и выпустит Дженнифер из зоны своего внимания.
Теперь такая хитрость не пройдет. Отказаться от нее по-настоящему, вытолкнуть из своей жизни — тоже слишком поздно. Мартин не только не хотел терять оставшееся у них время и отказываться от всего, что давала ему Дженнифер, но и должен был держать ее рядом ради ее же безопасности. Одного наблюдения за Дженнифер мало, Мартину требовалось войти в ее жизнь.
Рассказать ей правду он тоже не мог. Зная о ее трудном прошлом, невозможно было допустить, чтобы Дженнифер узнала о существовании опасного преступника Эстебана Сантьяго, ведущего за ней слежку и планирующего, возможно, кое-что похуже.
По иронии судьбы обе стороны его жизни, личная и профессиональная, самым странным и неожиданным образом совпали и переплелись.
Дженнифер проснулась от жалобного мяуканья. Она открыла глаза и огляделась. Утро уже давно наступило, и солнечные лучи успели согреть ее лицо. Она лежала в своей постели, рядом, повернувшись на бок, посапывал Мартин. Он стал частью Дженнифер, и, куда бы она теперь ни пошла, Мартин будет с ней. Если не рядом, то в сердце.
Ей вспомнилась прошлая ночь. Из тренажерного зала они поднялись в ее комнату.
— Лучше у тебя, чем в спальне Фелисити. У нее там настоящий дворец, — объяснил Мартин.
Дженнифер уже обратила внимание, что ему больше по вкусу простая, без изысканности обстановка, и порадовалась схожести их вкусов. Но тут же напомнила себе о том, что между ними и слишком много различий.
Из-за двери снова донеслось мяуканье. Синтию не пустили в спальню, и бедняжка, должно быть, провела ночь в коридоре. Дженнифер взглянула на часы и села. Спасибо Синтии, вовремя напомнила об обязанностях.
— Опаздываю.
Она откинула простыню и хотела уже встать, но Мартин обхватил ее за талию и заставил сесть.
— Куда торопишься? — спросил он, потеревшись носом о ее руку.
— Надо покормить Синтию. Я даже забыла о ней вчера. Достанется мне от Фелисити.
— Я ее уже покормил. Она просто ревнует.
А я даже не проснулась, когда Мартин вставал, пронеслось у Дженнифер в голове. Должно быть, сон оказался крепче, чем обычно. Впрочем, что же в этом удивительного?
— Все равно пора вставать. Мне нужно идти на работу.
— Не ходи.
Мартин потянулся к ней, погладил по животу, и Дженнифер снова стало тепло и уютно.
— Ты представляешь, сколько раз мне приходилось выбираться из постели, потому что никакой уважительной причины остаться дома просто не было?
— Я обеспечу тебе уважительную причину.
Его пальцы скользнули ниже, протиснулись между ее ног.
Желание, вспыхнувшее с новой силой, удержало Дженнифер в кровати.
— Побудь лучше со мной, — прошептал Мартин, покусывая мочку ее порозовевшего уха.
— Ну же, Дженнифер, позвони и скажи, что заболела.
Она никогда раньше не отступала от рабочего графика. С годами ее поведение стало определяться некой программой, которая не учитывала желания провести весь день с любимым человеком. Дженнифер из последних сил боролась с соблазном.
— Я никогда не притворялась больной. Ты толкаешь меня на опасный путь.
— Когда-нибудь все случается в первый раз. Ты заслужила отдых, так воспользуйся им сегодня.
— Но на меня же рассчитывают, — пробормотала она, понимая, насколько слабо это возражение.
Мартин уже нашел нужную точку и теперь, как искусный музыкант, которому необходима всего одна струна, выводил мелодию, успевшую полюбиться Дженнифер.
— Тогда, давай сойдемся на компромиссе. Позвони и скажи, что придешь позже.
Он ловким движением опрокинул ее на спину.
— Обещаю, что не пожалеешь.
И Дженнифер сдалась, не устояв перед искушением снова насладиться столь понравившейся ей близостью.
Через несколько минут все вопросы были решены.
В ящике ночного столика, на котором стоял телефон, лежала упаковка презервативов, которые Дженнифер дала накануне Джессика.
Поразмыслив, Дженнифер решила, что стесняться нечего, и достала из ящика один пакетик. Потом, повернувшись в Мартину, сделала глубокий вдох, словно перед прыжком в холодную воду, и заняла ту же, что и накануне вечером, позу.
— Черт, мне нравится эта позиция, — через пару минут пробормотал Мартин.
Больше времени ему и не требовалось, чтобы дойти до готовности.
— Попробуем сделать ее еще лучше.
Дженнифер протянула ему пакетик.
— О, текстурированные, с дополнительной смазкой, — прочитал Мартин, и глаза его блеснули.
— Хочешь попробовать? У меня их целая упаковка.
— Милая, мы с тобой думаем об одном и том же.
Дженнифер хотелось в это верить, потому что желание уже переполняло ее. Словно догадавшись об этом, Мартин подставил ладони под нависшие над ним полные груди. Пальцы нежно стиснули соски, и те отвердели в ожидании более смелых действий. Одновременно бедра Дженнифер пришли в движение, касаясь набухшей, налитой плоти Мартина.
— Помоги мне, — глухо попросил он.
Руки Дженнифер дрожали, отсутствие практики мешало справиться со своенравной резинкой. Она чувствовала, как пульсирует кровь в напрягшемся члене, ощущала его неистовую силу.
— У тебя хорошо получается.
Дженнифер посмотрела на Мартина. Никогда еще простой акт предосторожности не возбуждал ее так, как сейчас, когда он стал прелюдией к восхитительной игре, частью самого секса. Такое случается только с теми, кто влюблен, подумала Дженнифер и тут же поспешила отогнать эту недопустимую мысль. Слишком быстро. Они едва знакомы. И все же между ними было что-то, что возникало с первого взгляда, влекло их друг к другу, связывало воедино.
— Как ты себя чувствуешь? — заботливо спросил Мартин.
— Прекрасно.
— Хорошо. Тогда перейдем к следующему этапу. Ложись на живот.
Дженнифер послушно вытянулась на кровати и уткнулась лицом в подушку. Мартин присел рядом, и его сильные, но добрые и теплые руки легко и бережно прошлись по ее спине к плечам и оттуда не спеша, постепенно расширяющимися круговыми движениями стали двигаться вниз, подбираясь все ближе к ягодицам Дженнифер.
Ее тело сразу отреагировало, и страстное желание обладать этим мужчиной обуяло Дженнифер. Она попыталась перевернуться, чтобы увидеть искусителя, но он вовремя уловил ее порыв и мягко надавил на плечи, препятствуя ее вращению.
— Не сейчас. Не торопись.
Движения рук Мартина изменили свой ритм и стиль, и Дженнифер показалось, будто она тает и растекается по простыне.
— Перевернись! — вдруг последовала долгожданная команда.
Она с трудом собрала в себе силы и смогла осуществить указание Мартина, правда, не без его поддержки. Огромные мужские руки легко подцепили ее под живот и грудь и перевернули, как беспомощного жука, на спину. Его пальцы начали массировать ее шею, затем поползли вниз, к груди. Дженнифер попеременно бросало то в холод, то в жар, а движения Мартина постоянно меняли ритм, силу и темп, быстро и неожиданно смещаясь из одной части тела в противоположную.
У Дженнифер перехватило дыхание, когда Мартин основательно и надолго утвердил свои ладони на полушариях ее грудей, мягко и ритмично сжимая их. Она с трудом удержала стон наслаждения, почувствовав, что Мартин обвел языком ее ненасытный сосок и, нежно посасывая, покусывая, втянул в рот.
— Осторожнее! — прерывисто выдохнула Дженнифер, когда язык Мартина, наигравшись вдоволь с ее сосками, скользнул в углубление пупка.
— Я боюсь щекотки.
— Это хорошо, — промурлыкал он.
— Это означает, что у тебя в этом месте скопилось много сексуальной энергии. Необходимо высвободить ее. Пусть она растечется по всему телу.
И он припал губами к пупку Дженнифер, словно хотел всосать избыток ее эротической силы, зарядиться от этого живительного первоисточника.
— Лежи спокойно и закрой глаза.
Мартин мягко раздвинул руками ее колени.
— И не подглядывай. Откинься на спину, расслабься и наслаждайся.
— Что меня ждет?
— Представь, что я Рафаэль. Я всегда хотел написать шедевр. С живой натуры. А лучше прямо на живой натуре.
И в руках Мартина действительно, как успела заметить Дженнифер, тайком подглядывавшая за ним сквозь полуопущенные веки, невесть откуда появилась кисть.
Она почувствовала, как шелковистые волосинки этой кисти обрисовывают ее брови, потом скользят по векам, по щекам, по носу, по губам и уходят вниз, по телу, тщательно повторяя в деталях все его очертания. На коже, как только по ней проходилась эта кисть, как будто вспыхивали язычки пламени. Погруженная в неведомые ей до сих пор эротические ощущения Дженнифер не заметила, как Мартин заменил кисть на более широкую, и вздрогнула, почувствовав прикосновения чего-то влажного и теплого.
— Что… это?…
— Ничего особенного. Обычная шоколадная краска для тела.
На этот раз его смелые и размашистые движения сконцентрировались в основном на груди и животе.
— Похоже, ты нарисовал сердце.
— Молодец, угадала. А теперь?
— Стрелу.
— Правильно.
Мартин опять обратился к тонкой кисти и занялся грудью Дженнифер, комментируя по ходу движений полет своей эротической фантазии.
— Люблю, когда соски возбужденно устремлены вверх, как бы в нетерпеливом ожидании, и блестят.
На этот раз Дженнифер показалось, будто ее посадили в ракету и она стремительно взлетает в сладостные, райские небеса, покидая наскучившую и слишком знакомую Землю.
Но художник на этом не успокоился. Он опять поменял инструмент. Новая кисточка оказалась очень мягкой и пушистой, как раз под стать природе той части тела Дженнифер, на которую он перенес свое внимание. Мартин вновь развел в стороны ее колени, потом осторожно и бережно раздвинул пальцами половые губы. После нескольких движений сразу стало понятно, что инструмент находится в руках мастера высочайшего класса, который посрамит в области эротической живописи Рафаэля, Веласкеса и Гойю, вместе взятых.
По телу Дженнифер будто побежали электрические разряды. Она чувствовала каждый волосок на этой кисти, выписывающий лепестки, пестики и тычинки на ее сверхчувствительном цветке, доверчиво распустившемся под столь изысканной, экзотической лаской. Ее бедра инстинктивно начали вращаться вслед за перемещениями этой кисти, изнемогая от желания вкусить совсем другой инструмент. Дженнифер уже начала уставать от этой сладостной пытки. Казалось, что организм уже не в состоянии подниматься на все более высокие эмоциональные ступени наслаждения, что уже достигнут предел и что пора уже молить о пощаде.
— А теперь я должен очистить тебя от шоколада. Придется вылизывать деяния своих рук. Жаль, что пропадет такая неземная красота и мое творчество. Но ничего не поделаешь. Придется тебе еще потерпеть.
Голова Мартина опустилась вниз, прильнув губами прямо к тому месту, где только что столь успешно поработала кисть, и Дженнифер услышала сочные, чмокающие, плотоядно урчащие звуки. Как кот, дорвавшийся до сметаны. Язык Мартина проник прямо в потайной вход, ввинчиваясь в темные и влажные глубины ее лона. Казалось, что он, как ученый-спелеолог, начал свой пробный, исследовательский поход по туннелям и закоулкам обширной и извилистой, никем еще не познанной пещеры.
Но Мартин явно выбрал не тот инструмент для погружения в глубины мироздания и разгадки вселенской тайны. Для этого нужен совсем другой биологический мужской аппарат, созданный специально для этой цели самой природой, успешно и плодотворно апробированный за тысячелетия, надежный и прочный.
Рука Дженнифер инстинктивно потянулась туда, откуда произрастал этот волшебный инструмент, откуда остро и пряно доносился мускусный запах воспаленного, истекающего похотью самца. Почему он так издевается над собой, над своим природным мужским естеством? А главное — над ней? Ведь она уже давно созрела и перезрела, ее тело, которое было еще недавно мягким и расслабленным после своеобразного массажа, сделанного Мартином, теперь напряглось и изнемогало от желания и готовности отдаться. Дженнифер уже давно заслужила право на раскрепощение души и тела.
Так где же он, этот фантастический оргазм, в цветах и в красках, в огнях и грохоте праздничного салюта? Где этот сказочный фейерверк и разноцветный бурный фонтан играющих чувств? Да, он действительно сейчас достижим. Она это чувствовала. Именно сейчас. Потом будет поздно. Она просто перегорит и утратит остроту чувств. В Дженнифер нарастало отчаяние оттого, что Мартин может упустить это время, потерять из-за своего мужского упрямства, самодовольства и глупости эту прекрасную возможность разом решить всю ее проблему.
От нетерпения Дженнифер начала изгибаться всем телом, все сильнее сдавливая голову Мартина своими бедрами. Ее руки тоже устремились туда, откуда выплескивались и разносились по всему телу волнами совершенно уже непереносимые по накалу ощущения.
Дженнифер вцепилась в волосы Мартина и впрессовывала его лицо вместе с его неутомимым языком и губами в свой горячий, истекающий соком, раскрывшийся, как цветок навстречу солнцу, сказочный женский рай.
Боже, какая медлительность! Почему он опять тянет время?! Он же может это сделать! Это просто сумасшествие. Природная аномалия и катаклизм. Это немыслимое смешение рая и ада! Он же видит и чувствует, как я невыносимо страдаю!
— Возьми меня, Мартин, — лихорадочно взмолилась она.
— Возьми меня! Делай со мной все, что хочешь. Войди в меня. Я хочу тебя. Я умоляю! Сжалься! Ты же можешь.
Но он был совершенно непробиваем. Упрямый и тупой осел, не желавший свернуть с избранного пути. Абсолютное нежелание пойти навстречу жертве его чрезмерно затянувшегося эксперимента.
Пальцы Мартина приподняли ягодицы Дженнифер, и его язык устремился на новый штурм, перемещаясь все быстрее и яростнее по самым-самым чувствительным местам. Это было невыносимо. Дженнифер то летела куда-то в бездонную пропасть, то взмывала в ослепительную прозрачность неба, то вспыхивала алыми языками пламени. Она задыхалась, хрипела и стонала, слезы текли по щекам. Невыносимый жар охватывал все ее тело, как в аду, как на дьявольской сковородке, как на вертеле над костром или в котле с бурлящим кипятком. Мартин отнял у нее все, забрал себе ее ум, душу и тело. Глаза Дженнифер застилала пелена. Она пыталась что-то сказать, но язык не повиновался. В ушах неумолчно звенели колокола: «Я хочу, я хочу, я хочу…»
Наверное, поэтому секс считался панацеей от всех бед и невзгод. Он отключал и подавлял все другие чувства, подчиняя их себе.
У нее появилось ощущение, которое, наверное, испытывал бы человек, удерживающийся над пропастью лишь на кончиках пальцев. Над Дженнифер склонился ее мучитель и ее избавитель, вольный казнить ее и миловать. И впереди ее ждал свободный полет — то ли ввысь, в блаженные небеса, то ли вниз, в бездну, на острые камни.
Боже, сделай так, чтобы он сотворил это со мной!
Язык Мартина продолжал свою зверскую пытку, доводя Дженнифер до безумства, до полного забытья и отключения. Все новые и новые горячие волны наслаждения накатывали на нее, все выше и выше взметая ее душу и тело, чувства переполняли ее, как раскаленная лава, рвущаяся к кратеру вулкана. Еще немного, и бурлящая огненная масса прорвет последнюю преграду, и наконец придет долгожданный оргазм.
И именно в этот момент, у самой последней черты, Мартин внезапно остановился.
Он смотрел Дженнифер в лицо, искаженное испытанным наслаждением и болью незавершенности. Боже, как он хотел сейчас овладеть ею! Как было трудно сдерживать себя, когда больше всего на свете хотелось погрузиться в нее, раствориться в ней и остаться там навсегда.
Дженнифер приподнялась на локтях, ее глаза пылали от нестерпимого желания. Ее хриплый сдавленный голос умоляюще взывал:
— Пожалуйста!.. Ну пожалуйста!..
Мартин не мог больше видеть это искаженное от страсти страдальческое лицо. Они стали единым целым, когда Дженнифер, повинуясь нетерпеливым рукам Мартина, опустилась на него, впустив в себя, сделав частью себя и став частью его. Дженнифер отдавалась заданному им ритму, опускалась и поднималась, сдерживая рвущийся из нее стон блаженства. Она изгибалась, вращала бедрами, откидывалась назад и приникала к груди Мартина, чтобы почувствовать его каждой клеточкой. Когда перед глазами Дженнифер мир взорвался и разлетелся на части, с ее губ слетел только слабый вздох.
Мартин сел, спустив ноги с кровати, и прислушался. В душе лилась вода, но, как он ни хотел, присоединиться к Дженнифер не мог. Сейчас ей нужно идти на работу, а ему предстоит важная встреча с Доналдом Макнейлом, бывшим полицейским, отличным детективом и единственным человеком, кому он мог доверить охрану Дженнифер. О вдове Брайана Шрайвера Мартин уже позаботился.
Накануне вечером он пытался связаться с Доналдом, однако не застал того дома. Миссие Макнейл сообщила, что ее муж занят наблюдением за одной крупной шишкой из городского совета, но днем будет свободен. Мартин подтянул к себе телефон и набрал номер. Трубку снял Доналд.
— Привет, приятель, — проворчал он, сразу узнав голос бывшего напарника.
— Слышал, что ты еще отдыхаешь от службы. Не надумал уходить? Я бы с удовольствием с тобой поработал.
— Может быть, дружище, — ответил Мартин.
— Перемены нужны, но я пока еще не решил. У меня к тебе большая просьба. Слушай…
Разговор занял не более минуты. Доналд согласился, и они договорились встретиться во второй половине дня, чтобы уточнить детали.
Дженнифер еще не вышла из душа. Мартин представил ее, обнаженную, под струями воды и стиснул зубы, чтобы не поддаться соблазну и не броситься к ней. Власть Дженнифер над ним была поразительной. Каждый взгляд на эту женщину мгновенно пробуждал в Мартине сильнейшее желание.
Раньше он удовлетворялся фантазиями, заполняя ими долгие одинокие ночи. Теперь, вкусив реального удовольствия, познав некоторые — о, далеко не все! — тайны ее роскошного тела, Мартин осознал, что уже не может и не хочет обходиться без Дженнифер, не хочет довольствоваться мечтами. Она вошла в его кровь.
Он покачал головой и чертыхнулся.
— Займись делом. Сконцентрируйся.
Итак, Эстебан Сантьяго вышел из тени. Ясно, что сидеть без дела он не может. Человек со шрамом отправился на охоту. Его цель — нанести удар по Мартину, вывести его из игры. Но теперь у Сантьяго появился лишний козырь. Он нащупал слабое место противника — Дженнифер. Вот почему так важно, чтобы Доналд прикрывал ее в течение дня. А ночи Мартин возьмет на себя. Похоже, он обо всем позаботился.
Но кто позаботится о нем, когда Дженнифер навсегда уйдет из его жизни?



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Хищник и озорница - Шелдон Дороти

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15

Ваши комментарии
к роману Хищник и озорница - Шелдон Дороти



не плохо,правда фантазии героев меня малость достали,а так 9/10
Хищник и озорница - Шелдон ДоротиМарго
27.08.2012, 20.03





В целом мне понравилось,. но фантазии героев в начале романа, действительно, немного раздражали. И в конце все очень скомкано. Обычно читаю роман за день-ночь, но этот читала три дня.....
Хищник и озорница - Шелдон ДоротиЕлена
20.05.2015, 16.53








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100