Читать онлайн Царица эльфов, автора - Шелдон Дороти, Раздел - 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Царица эльфов - Шелдон Дороти бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.15 (Голосов: 47)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Царица эльфов - Шелдон Дороти - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Царица эльфов - Шелдон Дороти - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Шелдон Дороти

Царица эльфов

Читать онлайн


Предыдущая страница

10

Мэри проснулась от стука дождя в оконное стекло. Часы на столике показывали семь, но в комнате было все еще темно. Она вытянулась на постели, затем быстро вскочила и направилась в ванную. Пусть солнце еще не встало, но ей предстоял день до краев наполненный заботами. Прежде всего необходимо было съездить в город за провизией. Она хотела разделаться с большей частью домашней работы до прихода Тони.
– Тони, – прошептала она, глядя на свое отражение в зеркале ванной. Одного имени было достаточно, чтобы в ее душе вспыхнул теплый огонек, засветившийся в глазах. Мэри была искренне привязана к покойному мужу, но он никогда не вызывал в ней этого радостного волнения.
Она сказала Тони, что желает остаться здесь, но теперь ей представились последствия, связанные с ее переездом. Если отец потеряет ранчо, ей придется искать работу и жилье. Ее доходы от винопроизводства в Калифорнии значительно сократятся – она не сможет со спокойной совестью требовать выплату прежних сумм, если уже не станет больше работать на заводе Кальдеронов.
Следующим был вопрос о действительных намерениях Тони. Он сказал ей, что хочет, чтобы она осталась, что ее место здесь. Но что именно имел он в виду? Теперь, вспоминая его точные слова, она признавалась себе, что он ни разу не упомянул о любви или каких-либо обязательствах. К тому же Ханна предупреждала ее, что у Тони всегда возникают осложнения с долговременными обязательствами.
Мэри потерла лоб, чтобы избавиться от напряжения, которое всегда кончалось для нее головной болью. Может, лучше перестать думать об этом и подождать, что скажет Тони? Приняв такое решение, она открыла кран и побрызгала себе в лицо холодной водой. В конце концов, хуже, чем дела обстоят сейчас, они уже вряд ли обернутся.


Утомленный встречами с агентами фирм, согласных заниматься сбытом вин Голардо, Тони подрулил на автомобиле на стоянку за своим домом. Из-за начавшегося ливня он выехал домой раньше, чем намеревался утром, и дорога потребовала от него много сил и внимания. Но теперь, когда путь был благополучно завершен, в его голове осталась только одна мысль – о встрече с Мэри. О деле, которое предстояло уладить раз и навсегда. Прежде всего он скажет Мэри, что любит ее, – он решил это окончательно прошлой ночью. Он также считал, что ему удалось придумать неплохой выход из сложившейся ситуации.
Он вышел из машины и быстро направился к кухонной двери, но резко остановился, увидев человека, который крадучись завернул за угол большого дома. Подойдя поближе, Тони узнал бесцветные волосы Билла Рэнделла. Снова провел день в постели Ханны, брезгливо подумал Тони. Но что-то заставило его выяснить этот вопрос у самого Билла.
Неслышно подойдя сзади к молодому человеку, который привстав на цыпочки, пытался теперь заглянуть в окно, Тони спросил:
– Ищите кого-то?
Виновато вздохнув, Билл круто обернулся.
– Я... я просто смотрел... нет ли здесь Ханны.
Его мокрые от дождя волосы висели вдоль худого лица слипшимися прядями, и Тони уже который раз подивился странному вкусу Ханны.
– Я не знаю, где она, – ответил Тони. – Меня с утра не было дома, а что случилось?
Бледно-голубые глаза беспокойно забегали.
– Нет... я надеюсь, что ничего. – Билл нервно проглотил слюну. – Я хотел поговорить с ней. Она весь день не подходит к телефону, и, кажется, в доме никого нет.
Снова у Тони промелькнуло тревожное чувство, что здесь что-то не так.
– У меня есть ключ. Можно войти и посмотреть.
Внутри дома царила сумрачная тишина. На их пути от современно обставленной до безупречно чистой кухни Тони, включая повсюду свет, несколько раз окликнул Ханну по имени. Они заглянули в столовую, такую же безукоризненную, и поднялись наверх. Ханна не отзывалась.
Дверь спальни была приотворена и, когда Тони распахнул ее, его глазам предстало неожиданное зрелище. Тони никогда не нравилось сочетание алого и черного, эти цвета наводили его на мысль о борделе. Но комната Ханны, которую он несколько раз видел мельком, всегда была аккуратно прибрана. Теперь же в спальне царил страшный разгром. Красные шелковые простыни были смяты и наполовину сдернуты с кровати, повсюду валялась одежда и белье, а флаконы духов и коробочки с косметикой лежали раздавленные, их содержимое разлилось по черному ковру. Высокое зеркало на ножках в роскошной раме было разбито вдребезги, тяжелая щетка для волос с золотой рукояткой валялась посреди осколков.
Тревожно сдвинув брови, Тони быстро осмотрел комнату и соседнюю с ней ванную.
– Ее нет, – сказал он Биллу, не решавшемуся ступить дальше порога. – Но кто-то здесь основательно поработал. Наверное, мне стоит позвонить в полицию.
– Подождите! – Билл засунул руки в карманы джинсов, и лицо его страдальчески сморщилось. – Я могу объяснить этот беспорядок. Мы вроде как... поспорили вчера вечером.
Тони хорошо был известен крутой нрав Ханны. Она не раз швыряла в его отца разными предметами. Но сейчас степень разгрома удивила даже его.
– Ссора влюбленных? – спросил он сухо.
Билл подавленно уставился на свои спортивные туфли.
– Наверное, я должен рассказать. Мне больше не с кем поговорить. Ханна заставила меня поклясться, что никто не узнает о нас, но раз вы все равно догадались...
Он нервно взъерошил свои влажные волосы.
– Все началось, когда я сказал ей, что больше не приду сюда.
Тони многозначительно оглядел разоренную комнату.
– И она приняла эту новость не слишком-то благосклонно.
Билл скептически пожал плечами.
– Я никогда еще не видел ее такой. Сперва она пыталась уговорить меня... по-хорошему, понимаете? Когда это не сработало, она начала кричать и швырять в меня чем попало, обвинять во всевозможных вещах. Ей вдруг взбрело в голову, что у меня было что-то с Мэри Мартинес, так как я, видите ли, работал у нее – чинил грузовик. Я попытался объяснить ей, что это чушь, что у нас ничего не было, но она не слушала. Сначала мне льстило, конечно, что такая женщина интересуется мною. Я знаю, что я совсем не ее поля ягода, но она держала себя так, будто во мне есть что-то особенное. – Он нахмурился и пожал плечами. – Правда, в последнее время она изменилась. Все время выспрашивала, где я был, что делал. Каждый раз, когда я приходил от Мартинесов, она просто засыпала мены вопросами – чем занята Мэри, как выглядит ранчо? И прочее. Она даже не спрашивала про папашу Мартинеса – но, я думаю, она скорее надеялась услышать о нем плохие новости.
– И почему вы так решили?
– Сначала мне просто казалось. Но вчера, когда она начала нести эту чушь насчет меня и Мэри, она вдруг словно спятила и принялась предсказывать всем Мартинесам плохой конец.
В душе Тони шевельнулось беспокойство. Уже давно не случалось, чтобы в Ханну вселялся бес, но, когда это бывало, она заходила слишком далеко. Тони еще хорошо помнил дикие сцены, происходившие между ней и его отцом.
– Что именно говорила Ханна? – осторожно спросил он.
Билл в замешательстве переступил с ноги на ногу.
– Совершенную чушь. Я даже не все понял. Она обвиняла Мартинеса в смерти ее сына. Потом начала кричать про какую-то землю, что она не позволит им отнять у нее еще и это. Я пытался успокоить ее, но она только больше взбесилась. Когда она заговорила об убийстве, я решил, что самое время убираться.
Тревога с силой сжала сердце Тони. Он обвел комнату взглядом и заметил, что одна портьера на окне странно оттопыривается. Отдернув ее, он обнаружил мощный бинокль, установленный на треножник. Почему-то вид этого бинокля заставил его вздрогнуть.
– Ханна сказала, что убьет Мэри и ее отца?
– Что-то в этом роде... Она бормотала об отравленном вине, о несчастных случаях, но, как я уже сказал, во всем этом было довольно мало смысла. Но куда вы?
– Позвонить Мэри, – ответил Тони, сбегая по лестнице вниз.
Конечно, трудно было представить, чтобы Ханна всерьез решила выполнить свои угрозы, но предупредить Мэри следовало непременно. Он быстро набрал номер Мартинесов, но услышал только долгие гудки.
Что же, это еще ничего не доказывает, сказал он себе, бросая трубку на рычаг, и направился к выходу. Билл шел за ним по пятам, и лицо у него было испуганное.
– Не думаете ли вы, что она это всерьез?
– Нет, – оборвал его Тони, выходя на крыльцо. – Но я не хочу, чтобы Ханна досаждала Мартинесам. Я, пожалуй, зайду к ним, чтобы убедиться, что все в порядке. А вам, я думаю, незачем здесь оставаться. Когда Ханна вернется, я сумею ее успокоить.
Билл кивнул, по-видимому, с огромным облегчением, и побежал под дождем к старому грузовичку, который оставил за домом.
Тони сел в автомобиль и включил мотор. Его мрачные предчувствия нарастали с каждой секундой. Он нажал на акселератор, и машина стремительно рванулась с места.


Мэри подогнала пикап к заднему крыльцу и принялась выгружать пакеты с покупками. Дотащив до кухни два тяжелых пакета, она с трудом взгромоздила их на стол и позвала отца. Ответа не последовало, и Мэри пошла по комнатам, решив, что отец задремал в каком-нибудь уголке, но его не было нигде, и Мэри впервые ощутила тревогу.
Где он может быть? – подумала она, пытаясь не поддаваться неясному беспокойству. Он, конечно, научился довольно ловко управляться с костылями, но куда мог он отправиться в такой дождь? Ее беспокойство усилилось, когда она вспомнила, как воспринял он утренний звонок с отказом из последнего банка, куда Мэри обращалась за ссудой. В считанные минуты отец словно постарел лет на десять. Он удалился к себе и не отозвался даже когда Мэри сказала, что собирается в город за покупками.
Вспомнив, в каком подавленном состоянии находился он в последнее время, Мэри по-настоящему встревожилась. Может быть, он зачем-то наведался в конюшню, хотя добраться до нее по грязи, в дождь, на костылях и с ногой в гипсе было бы довольно затруднительно. Мэри сковал внезапный страх. Она закрыла глаза и молча произнесла молитву. Ведь ее отец, конечно же, не способен на опрометчивый шаг? С сильно бьющимся сердцем она обыскала амбар и прочие строения, но отца нигде не было.
Когда она бежала назад в дом, до ее ушей долетел звук приближающегося автомобиля. Рядом с пикапом остановилась двухметровая машина, и из нее появилась знакомая фигура в желтом дождевике. Она быстро направилась навстречу Мэри.
– Мэри! Быстрее едем со мной, – воскликнула Ханна, глядя безумными глазами. – С твоим отцом случилось несчастье!
Мэри почувствовала, как ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
– Что случилось? Где он?
Ханна схватила ее за руку и потянула к машине.
– Не знаю, как это произошло, но он упал в оросительный канал. Одна я не могу вытащить его оттуда. Я вызвала спасательную команду, но Бог знает, когда они доберутся до нас. Поезжай за мной на пикапе, я покажу, где он. Может быть, вдвоем нам удастся что-то сделать.
Мэри не нуждалась в уговорах. Забежав в дом, она схватила со стола ключи, уронив на пол кошелек и один из пакетов. Не обратив внимания на рассыпавшиеся свертки, она выбежала на крыльцо, вскочила в пикап и завела мотор.
К ее удивлению, Ханна вырулила на грунтовую дорогу, разделявшую их владения. Мэри ехала за ней с нарастающим изумлением. Что понадобилось отцу в таком месте? Как он мог уйти так далеко пешком? Они ехали по ухабистой грязной дороге, пока Ханна не свернула на вымощенный гравием участок шоссе, которое вело дальше через долину.
Потоки воды струились по ветровому стеклу, старые дворники не справлялись с ливнем, и Мэри чуть не наткнулась на машину Ханны, когда та вдруг резко остановилась.
Они оказались в безлюдной части долины, нигде вокруг не было видно человеческого жилья. Шоссе уводило на север, к холмам, а справа тянулась большая роща цитрусовых деревьев, окаймленная вырытым в незапамятные времена оросительным каналом с деревянными шлюзовыми воротами.
Ханна выбралась из машины и поспешила к каналу, маня за собой Мэри. С замирающим сердцем, страшась того, что ей предстояло увидеть, Мэри побежала за ней.
Отец лежал на дне канала на глубине шести футов. Вода высотой дюймов в пять закрывала его ноги, верхняя часть тела опиралась на земляной откос, который, однако, ничуть не защищал его от проливного дождя. Ливень вызвал значительный подъем воды в канале, и ворота уже зловеще потрескивали под ее напором. Мэри успела отметить это, не отводя глаз от отца.
– Папа! Ты меня слышишь? Как ты? – закричала она.
Отец взглянул вверх и слабо шевельнул рукой. Его губы задвигались, и она подалась вперед, стараясь расслышать слова. Но внезапно страшная боль пронзила ее затылок. Все потемнело, и Мэри полетела в черную яму.


Тони резко затормозил перед крыльцом дома Мартинесов и выбрался из машины под дождь. Когда никто не открыл ему, он стал стучать в дверь кулаком, и она сразу же распахнулась под его рукой. Его опасения усилились, стоило ему увидеть рассыпанные продукты и кошелек Мэри, валявшийся на полу. Он шагнул внутрь и несколько раз позвал Мэри, но в ответ прозвучало только эхо. После не давшего результатов осмотра дворовых построек Тони направился к автомобилю, чтобы обдумать свои последующие действия. И тут-то он заметил отпечатки шин, ведущие по направлению к грунтовой дороге, которая отделяла его виноградники от пастбища Мартинеса. По этой дороге они с Мэри не так давно катались верхом.
Внимательно рассмотрев отпечатки, Тони решил, что они принадлежат старому грузовику Никколо, хотя следы местами перекрещивались с отпечатками шин другого автомобиля, который, видимо ехал впереди. Трудно было сказать точно, как давно были оставлены эти следы, но выглядели они, на его взгляд, достаточно свежими. Странно было только, что могло понадобиться Мэри или ее отцу на этой дороге в проливной дождь. В той части долины, куда вела дорога, не было ничего, что могло бы вызвать интерес. Но то же неясное предчувствие, которое заставило Тони расспросить Билла Рэнделла, теперь подсказывало ему проследить путь этих отпечатков до конца.
Когда он подъехал к месту, где начинался участок, покрытый гравием, то остановился в затруднении. Машины Мартинеса поблизости видно не было. Может быть, он гнался за автомобилем, который проехал здесь давным-давно? Следы вроде бы виднелись и на гравии, но Тони знал, что впереди на дороге сразу за холмом – развилка. Как сможет он угадать правильное направление? Если тут вообще есть что угадывать, пробормотал он, чувствуя, как его уверенность в правильности собственных действий колеблется. Может, лучше вернуться на ранчо и проверить, не объявилась ли Мэри? Напряженно сдвинув брови, он еще минуту прикидывал варианты, затем, приняв решение, нажал на газ.


Мэри с трудом возвращалась из долго не отпускавшей ее болезненной темноты в холодную, сырую и жуткую реальность. Все тело ныло, но самая сильная боль сосредоточилась в голове. Она смутно расслышала голос отца, звавшего ее по имени. Мэри подняла голову и услышала его снова, на этот раз он прозвучал громче. Заставив себя открыть глаза, она увидела, что лежит на животе, в грязной воде. Мэри огляделась, еще не в силах понять случившегося. Ее отец лежал в нескольких футах от нее. Внезапно вся картина обрела четкие очертания. Она лежит на дне канала! Последнее, что помнила Мэри – она заглядывает в канал, и вот она оказалась на дне. А дождь льет сплошной стеной.
– Мэри! Ты ранена? – Голос отца звучал слабо и прерывисто, словно он превозмогал сильную боль.
Забыв о себе, Мэри приподнялась на четвереньках и подползла к нему.
– Не беспокойся обо мне. Как ты? Как ты здесь оказался?
Его глаза потемнели.
– Так же, как и ты.
Он кивнул, глядя куда-то через ее плечо.
– Меня она не стала бить по голове, а просто столкнула. Она завлекла меня сюда, сочинив небылицу, будто ты упала в ров. Я был страшно напуган, что с тобой случилось несчастье, и поверил ей.
Он схватил Мэри за руку, и она увидела в его глазах ужас.
– Она сошла с ума, детка. Она хочет убить нас.
Мэри в страхе повернулась. Ханна стояла на шлюзовых воротах и, нагнувшись, пыталась повернуть колесо, поднимающее нижние створки. В одно мгновение Мэри поняла, что Ханна старается открыть ворота. Если ей это удастся, вода затопит ров почти мгновенно.
– Что вы делаете? – в ужасе вскрикнула Мэри.
Ханна повернулась. На ее исказившееся от злобы лицо было страшно смотреть.
– Я не позволю вам снова разрушить мою жизнь, проклятые Мартинесы. – Ее губы скривились в зловещей усмешке. – Ты маленькая потаскушка, твоя сестра Оливия убила моего сына. А теперь ты пытаешься украсть землю Голардо!
Несмотря на сильную боль, гнев заставил Мэри подняться на ноги. Ее жизнь и жизнь ее отца висели на волоске. Но Мэри не могла позволить, чтобы эта женщина бросала ей в лицо подобные обвинения.
– О чем вы говорите? Оливия никого не убивала. Это ваш сын сидел за рулем автомобиля в ту ночь. Если кто-то и был убийцей, то именно он. А что касается земли, мы только пытаемся сохранить то, что и так было нашим.
– Скоро она вам больше не понадобится. – Ханна резко дернула кольцо, и раздался ржавый скрежет. Ворота застонали и затрещали еще сильнее. Эти страшные звуки побудили Мэри к действию. Она начала изо всех сил карабкаться наверх по грязному склону рва. Надо остановить Ханну прежде, чем ей удастся открыть ворота. Если сдерживаемая ими вода вырвется наружу, отец неминуемо погибнет.
Над ее головой зазвенел пронзительный голос Ханны:
– Если только посмеешь вылезти – застрелю!
Мэри взглянула вверх. Держа в маленькой руке тяжелый пистолет, Ханна целилась ей в голову. Мэри выпустила толстый корень, за который уцепилась, пытаясь подтянуться.
– Вам все равно не удастся скрыть преступление! – Мэри сделала отчаянную попытку образумить потерявшую рассудок женщину.
С самодовольной усмешкой Ханна снова ухватилась за заклинившее колесо одной рукой, второй рукой направляя пистолет на Мэри и ее отца.
– Почему же нет? Прежде мне все прекрасно удавалось.
– Удавалось прежде? – невольно переспросила Мэри.
– Ваша медовая наливка, например. Ты знала, что она была ядовита? Это был отличный план. Представь себе мое разочарование, когда яд оказался несмертельным.
Боже мой, да эта женщина в самом деле сошла с ума, мелькнуло в голове Мэри. Вытерев тыльной стороной ладони мокрое лицо, она опустилась на землю рядом с отцом, загораживая его от Ханны. Она знала, что надо заставить Ханну говорить – разговор мешает ей сосредоточить все усилия на колесе.
– Чем же вы отравили вино? Я отдавала его на анализ, но мне не смогли сказать ничего определенного.
– Это был сумах, – гордо объявила Ханна, – или, если тебе так будет понятнее, ядовитый дуб. Я прочитала о нем в одной книге. Достаточно посадить его рядом с пасекой, и пчелы отравят мед, собирая с него пыльцу. Не правда ли, умно? Потом все эти маленькие неприятности, которые я устраивала твоему отцу. К несчастью, ни одна из них не сработала, как надо, кроме последней – с лошадью.
– Вы имеете в виду случай, когда отец сломал ногу? – пробормотала Мэри, со страхом ожидая ответа.
– Я ведь говорил, – слабо воскликнул отец. – Как ты это сделала, Ханна? Я полагаю, ты выстрелила из ружья.
– Из дробовика. – Запыхавшейся от непрестанных усилий раскачать колесо Ханне удалось насмешливо фыркнуть. – Этот случай в самом деле удался лучше других. Я даже успела подобрать дробинки, пока вы ездили в больницу. Вот и нет никаких доказательств! А эта черная лошадь так ненавидит меня, что не было особых хлопот загнать ее в стойло в тот день, когда ты чистила лошадь, – добавила она, обращаясь к Мэри. – Но этот план – моя самая большая удача. Я избавлюсь разом от вас обоих, и выглядеть это будет чистой случайностью...
Ветхие доски шлюзовых ворот пронзительно заскрипели, словно протестуя, и в нескольких местах сквозь щели брызнула вода.
Ужас и бессильная ярость захлестнули Мэри. Она не могла смириться с тем, что Ханне сойдет с рук ее страшный план. Если удастся внезапно выскочить из канавы и кинуться к ней, она, может быть, не успеет точно прицелиться...
Где-то совсем рядом вдруг раздался шум мотора. Ханна, должно быть, тоже услышала его, она обернулась, и злобно вскрикнув, удвоила свои усилия. Отвечая молчаливой молитве Мэри, звук двигателя стал приближаться и внезапно резко затих. Она услышала, как хлопнула дверца, послышался звук приближающихся шагов. Голос Тони громко воскликнул:
– Ханна, ради Бога, что ты там делаешь?
В следующий момент он появился на краю обрыва и, увидев Мэри и ее отца, замер на секунду, пораженный ужасом и состраданием. Но когда его взгляд упал на ворота, хлеставшую из щелей воду и фигуру Ханны, его лицо потемнело от гнева.
– Оставь колесо и отойди немедленно! – Его властный голос заставил сердце Мэри дрогнуть в надежде.
Но Ханна затрясла головой и навалилась на колесо всем телом. Снова раздался громкий скрежет.
– Ты не понимаешь, Тони. Я стараюсь и для тебя тоже. Ты бы и сам давно все понял, если бы не потерял из-за нее голову. – Она замолчала, переводя дыхание, и кивнула в сторону Мэри. – Но это меня даже не удивляет – после того как ее сестра завлекла бедного Генри. Если бы он только...
– Прекрати, Ханна, – резко оборвал ее Тони. – Мне, как и всем, хорошо известно, что представлял собой Генри. Если кто-то и был жертвой, так это несчастная Оливия. А теперь перестань безумствовать и спускайся вниз, пока я не остановил тебя силой.
Ханна зловеще прищурилась.
– Отойди или я убью тебя тоже. Клянусь.
Тони даже не замедлил свой шаг.
– Ты ничего не сделаешь Мэри и ее отцу.
– Я сказала, стой!
Ханна топнула ногой. Ворота под ней издали страшный треск, и вода, выливавшаяся из щелей тонкими струйками, брызнула фонтаном. Но, когда Тони не подчинился ее требованию, Ханна вскинула пистолет и прицелилась.
– Тони, не надо! – вскрикнула Мэри, но прогремел выстрел, и Тони, пошатнувшись, схватился за левое плечо. В ту же секунду из губ Ханны вырвался крик. Она качнулась, взмахнув руками. Пистолет, описав дугу, приземлился на дно канала, а Ханна, окончательно, потеряв равновесие, упала за верхнюю кромку ворот. Мэри смутно расслышала удар и всплеск, все ее внимание было устремлено на Тони.
Он удержался на ногах, но из плеча его текла кровь, быстро запятнавшая рукав куртки. Он остановился на краю рва и покачнулся.
– Тони! – воскликнула Мэри. – Боже мой, что же это такое!
Тони мотнул головой, словно пытаясь развеять ее опасения. Ворота затрещали, и он бросил на них тревожный взгляд.
– Не думай обо мне сейчас. Вам надо успеть выбраться оттуда, пока ворота не разнесло в щепки.
Он огляделся вокруг, затем быстрым движением плеч освободился от куртки и, морщась, стянул с себя пиджак.
– У меня нет веревки, придется обойтись этим.
Мэри взволнованно смотрела, как он разрывал одежду и связывал рукава, затем стянул джинсы и присоединил их к этой импровизированной веревке. Тем временем у основания ворот появилась большая трещина, и вода устремилась сквозь нее в ров.
– Надо спешить. – Тони съехал вниз по откосу на дно канала и бросился к отцу Мэри. Вода доходила ему уже до середины икр, а ноги Никколо Мартинеса совсем скрылись под водой. – Будет нелегко, – пробормотал Тони, – но мы справимся. Мэри, помоги мне только поднять его повыше.
– Как твое плечо? – беспокойно воскликнула Мэри.
– Ничего серьезного. Быстрее, нам надо спешить.
Он присел на корточки перед ее отцом.
– Никколо! Мы поможем вам встать, опирайтесь на откос и попробуйте хоть немного удержаться на ногах. Мы обвяжем вас, я стану тянуть сверху, а Мэри будет подталкивать снизу.
Отец Мэри протестующе дернул головой.
– Вы не обязаны стараться для меня, Голардо. Вы мне вообще ничем не обязаны. Выбирайтесь отсюда вместе с Мэри, пока еще не поздно.
Тони покачал головой. Он, казалось, забыл и о хлещущем дожде, и о пятне крови, которое быстро расплывалось по рукаву его рубашки.
– Послушайте, Никколо. Сейчас не время для вашей упрямой гордости. Я люблю вашу дочь по крайней мере не меньше вашего, и ее счастье для меня важнее всего. Если с вами что-то случится, она будет страдать, так что, нравится вам это или нет, я попытаюсь вас спасти. Не кажется ли вам, что вы тоже могли бы хоть немного мне в этом помочь?
Он любит меня! Несмотря на всю опасность ситуации эти слова прошли через сознание Мэри подобно взрывной волне. Но у нее не было времени осмыслить это. В глазах ее отца блеснул странный огонек, но еще через мгновение он кивнул.
– Я крепко ударился при падении, но думаю, что смогу устоять на здоровой ноге. Они подняли его, и он замер, опираясь всем телом на земляной откос. Цепляясь за торчащие из земли корни, Тони вскарабкался наверх. Мэри слышала, как он один раз застонал от боли, но даже не приостановился. И вот с помощью самодельной веревки начался нелегкий подъем Никколо Мартинеса наверх. Пока они все трое прилагали неимоверные усилия, шум воды за шлюзовыми воротами превратился в рев. Вода уже доходила Мэри до колен. Она подталкивала отца изо всех сил, но продвигался он очень медленно – тяжелый гипс сковывал, тянул вниз. Ей казалось, что мышцы ее рук лопнут от напряжения, и, когда силы были уже совсем на исходе, Тони последним мощным рывком удалось вытянуть отца на поверхность.
И в тот же миг за спиной Мэри раздался оглушительный треск. Не оглядываясь, она ухватилась за толстый корень над головой и повисла на нем. Бурный поток воды резко потащил ее в сторону. Вскрикнув, она судорожно вцепилась в корень обеими руками. Но пальцы заскользили вниз. В этот момент Тони свесился сверху, протягивая к ней руки.
– Держись, дорогая! – крикнул он.
На мгновение поддавшись панике, Мэри усомнилась, что ей это удастся. Для того чтобы схватиться за его руки, ей придется выпустить корень, рискуя быть сбитой с ног устремившейся в ров водой. Что если он не удержит ее? Если их руки расцепятся?
– Слушай меня, Мэри! – Его слова прозвучали наполовину просьбой, наполовину приказом, и, когда она взглянула в его глаза, ее сомнения исчезли. Она оторвала от корня одну руку, и он тут же поймал ее. Но тут вторая ее рука скользнула по мокрой коре – в один страшный миг Тони и поток в отчаянной схватке тянули Мэри каждый за собой. В страхе она громко вскрикнула. Но Тони отчаянным усилием рванул ее вверх. Она почувствовала, как сильные руки обхватили ее – и она уже лежала на мокрой земле, всхлипывая и обнимая его, и слышала его горячий шопот.
– Я люблю тебя, Мэри, я люблю тебя.
Она прижалась к нему, и слезы радости, смешиваясь с дождем, потекли по ее лицу.
– Когда Ханна выстрелила в тебя, я чуть не умерла от страха.
Он замер.
– Черт возьми, я и забыл про нее. Ты видела, что с ней случилось после того, как она выстрелила?
Мэри закрыла глаза, вспоминая страшный момент.
– Она оступилась и сорвалась в воду по ту сторону ворот. Больше я ее не видела...
Ее глаза в ужасе расширились.
– Тони! Когда ворота рухнули, она, наверное...
Тони вскочил на ноги.
– Я иду туда. Ты побудь с отцом.
– Постой! – она удержала его за руку. – Надо что-то сделать с твоим плечом. Смотри, кровь идет до сих пор.
– Я думаю, пуля только задела мякоть. – Он быстро поцеловал ее и направился к тому месту, где еще несколько минут назад стояли шлюзовые ворота.
Мэри повернулась к отцу, и все ее мысли тотчас сосредоточились на нем. Он лежал на земле с серым от боли лицом, но в сознании.
– Мэри! Слава Богу, что он успел вытащить тебя. Я слышал грохот и решил...
– Тсс! Не думай больше об этом. Я цела и невредима.
Она стащила плащ и натянула над его головой, чтобы защитить от дождя.
– Но как ты себя чувствуешь? Где болит сильнее?
– Все не так плохо, как могло быть. Болит, кажется, везде, но руки и здоровая нога двигаются.
– Тогда потерпи. Тони пошел взглянуть, что с Ханной, но, как только вернется, мы сразу же отвезем тебя в больницу.
Он внезапно сжал ей руку.
– Ничего этого не случилось бы, если бы я не держался за ранчо с таким упрямством. Никакой клочок земли не стоит, чтобы из-за него умирали. Если бы не Тони, могли погибнуть мы оба. Теперь я его должник на всю жизнь. Но знаешь, я все-таки не уверен... – Отец покрутил головой. – Он сказал, что любит тебя – не знаю, что мне и думать.
Мэри глубоко вздохнула.
– Наверное, тебе все-таки придется примириться с этой мыслью. Я тоже люблю его, папа. Мне очень жаль, если это тебе неприятно, но изменить тут уже ничего нельзя.
Глубокие морщины прорезали его лоб.
– Мэри, ты уверена?
Он замолчал, услышав приближающиеся шаги Тони.
– Я нашел ее. – По его мрачной интонации они догадались, что новости плохие. – Когда ворота рухнули, ее потащило следом. В сотне ярдов отсюда сгрудилось несколько бревен... – он тяжело вздохнул. – Ее тело зажало между ними под водой. Понадобится несколько человек, чтобы достать ее, так что сейчас мы уже ничем не сможем ей помочь.
– Правосудие свершилось, – негромко проворчал отец. – Она погибла именно той смертью, которую предназначала для нас. – Он повернулся к Тони. – Слава Богу, вы подоспели вовремя.
Тони поморщился.
– Я легко мог и опоздать. – Он устало улыбнулся Никколо. – Похоже, вам снова придется прокатиться в моем пикапе. Или вы предпочитаете дожидаться «скорой помощи»?
Они молча посмотрели друг на друга, затем отец кивнул.
– Думаю, что ваш автомобиль вполне сгодится.
Но Мэри послышалось в его словах нечто большее, чем просто ответ на заданный вопрос.


Мэри медленно шла вдоль стройных рядов виноградников. Яркая луна разливала вокруг таинственный свет, мягко серебрила листья. После ужасной гибели Ханны прошла всего неделя, но Мэри казалось, что время тянулось очень долго. Страшные воспоминания все еще преследовали ее временами, но с каждым новым днем блекли и теряли силу.
Рана Тони, к счастью, оказалась неглубокой и не причиняла ему слишком много неудобств. Но все равно Мэри не удавалось видеться с ним так часто, как ей хотелось. Он был страшно занят, помогая полиции в расследовании и улаживая массу осложнений, возникших со смертью Ханны.
Он приходил на ранчо каждый вечер, и они ужинали все вместе – Тони, Мэри и ее отец, и Мэри казалось, что мужчины начинают испытывать друг к другу чувство, все больше похожее на дружбу. Но, к несчастью, Мэри и Тони совсем не имели возможности побыть наедине. За исключением долгих прощальных поцелуев и пылких слов любви, которыми они обменивались на заднем крыльце, пока еще ничего не было решено между ними.
И когда он позвонил ей вечером и попросил прийти в виноградник, ее сердце забилось в надежде. Может быть, именно сегодня они наконец смогут поговорить о своем будущем?
Ароматный ночной ветерок раздувал платье из розового газа, мягко струившееся вокруг ее тела. Когда Мэри глубоко втягивала в себя воздух, сладкий пьянящий запах теплой земли и сочной листвы наполнял ее душу счастливым трепетом. Тони прав, здесь ее дом, и здесь ее родина.
Она закрыла глаза и плавно закружилась между лозами, отдаваясь радостному чувству, которое принесла ей эта мысль. И когда внезапно голос Тони нарушил ночное безмолвие, она чуть не упала от неожиданности.
– Сначала русалка в пруду, теперь царица эльфов, танцующая в моем винограднике. Твои таланты просто беспредельны, любовь моя.
– Тони! – Она побежала к нему и снова испытала чудесный миг – прикосновение его обнимающих рук.
Он поднял ее на воздух и закружил, и впервые за эти дни она услышала его звонкий смех. Но, вспомнив о его ране, она попыталась освободиться.
– У тебя разболится плечо!
Но Тони лишь снова рассмеялся и крепче обнял ее.
– Разве может у меня что-то болеть, когда я обнимаю тебя, любимая.
Тогда она тоже обвила руками его шею и поцеловала нежно и страстно, пока он снова не опустил ее на землю.
– Обещай, что будешь встречать меня так каждый вечер. – Он потерся носом о ее шею и игриво сжал зубами мочку уха.
– Как же я могу обещать, когда даже не знаю, буду ли видеть тебя каждый вечер?
И она, быстро наклонившись, увернулась от его нового поцелуя.
– Будешь видеть, если выйдешь за меня замуж.
От неожиданности Мэри широко раскрыла глаза.
– Ты серьезно?
– Очень. Я даже успел получить благословение твоего отца.
Она изумленно засмеялась.
– Потрясающе! Так старомодно.
– Знаю. Но я знаю и то, что ты будешь чувствовать себя счастливой, если он одобрит наш брак, а он его одобрил. Да с тех пор как ты вернулась в долину, я только и думаю о всяких старомодных вещах – таких, как любовь, обручение, семья.
Он коснулся губами ее рта с обжигающей нежностью.
– И о том, чтобы каждое утро просыпаться рядом с тобой. Это меня особенно привлекает.
Она хотел сказать «да», но все было не так просто. Прежде всего следовало решить вопрос о будущем отца.
– Тони, я не смогу выйти за тебя, пока в моей жизни не прояснятся некоторые обстоятельства.
– Если ты говоришь об отце, то у меня есть одно предложение. С того дня, когда мы вместе катались верхом, мне тоже захотелось иметь лошадь или две, а раз Бой и я, как мне кажется, стали друзьями, то я намерен предложить твоему отцу купить его. В конюшне пока останется все по-прежнему. Для лошадей мы сохраним одно большое пастбище, а остальная земля пойдет под виноградники. Если твой отец на это согласится, он сможет переехать в дом, где жили мои дедушка и бабушка.
Она все продолжала смотреть на него с удивлением.
– Но если он станет жить в твоем доме, значит, ты переедешь в большой дом?
– По закону он принадлежит мне с тех пор, как умер мой отец. Я просто позволял Ханне там жить, так как она с первого же дня своего приезда все в нем обустроила по-своему. Но я там все переделаю. Не останется ничего, что могло бы напомнить о ней.
И снова сердце подсказало Мэри ответить «да», но оставался еще один вопрос, который она должна была выяснить.
– Все это звучит замечательно. Но где же мое место в этой грандиозной программе?
Он ласково провел пальцем по ее щеке.
– Место моей подруги, жены, возлюбленной. – Он улыбнулся и подмигнул ей. – А также моего бухгалтера, если ты не прочь поработать. Вместе мы могли бы вершить великие дела.
Мэри была согласна безоговорочно с каждым его словом. Но она не успела сказать ему об этом. Какая-то тень промелькнула над их головами, и они подняли глаза на небо. Над ними кружила маленькая сова, бесшумно и грациозно взмахивая крыльями.
– Тони, ты видишь?
– Да. Родители научили ее летать несколько дней назад, я все собирался сказать тебе, но постоянно забывал.
Он повернул ладонями ее голову к себе, и их взгляды встретились.
– Но должен тебя предупредить. Если ты согласишься на все мои предложения, у тебя может прибавиться еще одно занятие.
Она в шутливом изумлении широко распахнула глаза.
– Ты желаешь, чтобы я занялась воспитанием потерянных совят?
– Нет. – Он притянул ее ближе и поцеловал долгим страстным поцелуем. – Но я хотел бы видеть, как парочка оленеглазых наследников бегает по пастбищу и по виноградникам. Ты согласна помочь мне в этом?
Дети? Боже мой, он говорит совершенно серьезно.
– Мне надо немного привыкнуть к этой мысли. Я никогда не представляла себя в роли матери.
Он усмехнулся и ласково, и вместе с тем возбуждающе, провел рукой по ее спине.
– Я умею быть очень убедительным.
Сладостное наслаждение пробежало по ее телу, и она затрепетала от удовольствия.
– Я знаю. И думаю, что ты с самого начала задумал обольстить меня.
Откидывая ее голову для поцелуя, он помедлил, перед тем как их губы встретились.
– Это ты околдовала меня своими оленьими глазами. Ну, так услышу ли я когда-нибудь: «Да, Тони, я согласна»?
Ответ вырвался из ее губ так же пылко и страстно, как шипучее шампанское вырывается из бутылки:
– Да, Тони! Да! Да! Да!
И тут же их губы встретились в опьяняющем поцелуе.


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Царица эльфов - Шелдон Дороти

Разделы:
Пролог12345678910

Ваши комментарии
к роману Царица эльфов - Шелдон Дороти



Приятный романчик, герои вполне люди а не овца с бараном. Нет мазохистских страданий за правду у героини, слава аллаху.
Царица эльфов - Шелдон ДоротиКатрин
21.12.2012, 6.25





Согласно с предыдущим комментатором - очень хороший роман!
Царица эльфов - Шелдон ДоротиЕлена
19.04.2013, 20.43





Неплохо.Хотя итальянского темперамента тут нет.И хотя на долю героини выпало много испытаний,она не озлобилась.
Царица эльфов - Шелдон ДоротиНа-та-лья
5.09.2015, 21.52





Мне интересно, как выглядят отопыренные губы? ))).
Царица эльфов - Шелдон ДоротиФатима
7.02.2016, 9.20





Мне интересно, как выглядят отопыренные губы? ))).
Царица эльфов - Шелдон ДоротиФатима
7.02.2016, 9.20





Красивая сказка где любовь побеждает все.
Царица эльфов - Шелдон Доротимара
29.04.2016, 5.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100