Читать онлайн Обаятельный деспот, автора - Шарп Виктория, Раздел - 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обаятельный деспот - Шарп Виктория бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.1 (Голосов: 81)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обаятельный деспот - Шарп Виктория - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обаятельный деспот - Шарп Виктория - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Шарп Виктория

Обаятельный деспот

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

8

В половине девятого Эдвард уехал на вечеринку. Однако настроение Клер не улучшилось из-за того, что за ужином ее никто не допекал. Радости почему-то не было, так же как и ожидаемого облегчения. Напротив, Клер ощущала какую-то непонятую, давящую тоску. А еще она чувствовала жгучую обиду на Эдварда за то, что он принял предложение противной Ребекки. И это было уже совсем глупо. Какое право она имеет обижаться на Эдварда? Разве он ей что-то должен? И потом она же не просила его остаться дома, может, в этом случае он бы и не уехал. Получалось, что обижаться на Эдварда не за что, но Клер все равно чувствовала себя обиженной.
Когда в половине одиннадцатого Джудит отправилась спать, Клер решила последовать ее примеру. Однако заснуть ей не удалось, наверное, потому что у нее выдался слишком беспокойный день. Клер не могла забыть, как целовалась с Эдвардом, как он держал ее в своих объятиях и как они ласкали друг друга под убаюкивающий шелест листвы. Прошел целый день, а Клер до сих пор находилась под впечатлением тех минут: сладких, упоительных, волшебно-прекрасных…
И действительно, с растущим волнением подумала Клер, в этом было что-то волшебное, нереальное, словно Эдвард околдовал ее, заставив стать покорной и невероятно отзывчивой. Никогда еще Клер не испытывала подобного. Конечно, ей доводилось целоваться, но те пресные поцелуи не шли ни в какое сравнение с жаркими, опьяняющими поцелуями Эдварда, от которых все тело Клер в считанные секунды занималось огнем, а затем наполнялось каким-то странным томлением, одновременно сладостным и мучительным. Наверное, это и есть то самое, что называется плотским желанием, внезапно осенило Клер, и ее сердце тревожно, гулко забилось.
В элитной частной школе, где училась Клер, девочкам истово втолковывали, что они должны держать свои плотские желания в узде, если хотят сохранить добрую репутацию и удачно выйти замуж. Раскрепощенные девицы, ведущие свободный образ жизни, сейчас не в моде, состоятельные мужчины предпочитают жениться на девственницах. Клер всегда смешили благоразумные советы наставниц, но сейчас ей вдруг стало не до веселья, особенно когда она вспомнила оскорбительное высказывание кузена: «Слушай, только не надо становиться в позу оскорбленной невинности. Мне как-то не верится, что твой сексуальный опыт ограничивается лишь целомудренными поцелуями. Судя по тому, как ты вела себя со мной несколько минут назад, ты прекрасно знаешь, как завести мужика. Так не надо же строить из себя ангелочка, которого пытаются сбить с добродетельного пути!».
Внезапно Клер почувствовала, как ее лицо начинает гореть. Так вот что думает о ней Эдвард! Он даже не сомневается, что у нее было много мужчин и что она лишилась невинности еще на школьной скамье. А теперь, видите ли, строит из себя недотрогу, оскорбленную добродетель, что совсем не к лицу таким, как она. Интересно, когда Эдвард пришел к столь нелестным выводам насчет ее персоны? Сразу, как только увидел ее, или после того, как она позволила ему целовать и ласкать себя в машине? Клер склонялась к мысли, что Эдвард с первого взгляда причислил ее к особам вольного поведения, а то, что случилось сегодня утром, лишь подтвердило его догадки. Теперь он уже не сомневается, что у нее большой сексуальный опыт, а значит, с ней можно неплохо провести время. Разумеется, ни о каких серьезных намерениях и речи не идет. Состоятельные мужчины предпочитают жениться на девственницах! А Эдвард Хелдман вовсе не считает свою кузину «невинным ангелочком», с которым нельзя просто так поиграть.
Но стоит ли развеивать его заблуждения? Немного подумав, Клер решила, что не стоит. Во-первых, пускаться в подобные объяснения просто оскорбительно для женского достоинства, а во-вторых, какое ей дело до того, что думает о ней Эдвард? Ведь сама-то она не слишком лестного мнения насчет его персоны! И потом, будет весьма забавно посмотреть, как Эдвард поведет себя дальше. Если он действительно вознамерился с ней развлечься, он непременно повторит свою попытку обольщения. Только теперь она будет держаться начеку и не позволит себе увлечься. Эдвард станет досадовать, злиться, бушевать… ну и отлично, так ему и надо, самодовольному ослу! Она постарается основательно вздернуть ему нервы, а потом с милой улыбкой скажет, что не находит его привлекательным в сексуальном плане и именно поэтому не желает иметь с ним каких-то дел. И никаких упоминаний о невинности и страхах перед первой близостью с мужчиной!
Все эти размышления так взбудоражили Клер, что она не могла оставаться в постели. Встав, Клер надела малиновый шелковый пеньюар, всунула ноги в домашние туфли без задников на небольшом каблуке и вышла из комнаты. В длинном коридоре стояла гробовая тишина, и такая же тишина встретила Клер в холле первого этажа. Похоже, прислуга уже спит, довольно подумала Клер. Стараясь на всякий случай не шуметь, она вошла в столовую, достала из бара початую бутылку красного вина и коробку шоколадных конфет. Затем перешла в гостиную, включила неяркий свет и устроилась в кресле перед низким антикварным столиком.
Неспешно потягивая вино, Клер погрузилась в романтические мечтания. Она представила себя юной аристократкой, родившейся в начале девятнадцатого века. Она живет в этом прекрасном имении, принадлежащем ее отцу, и готовится выезжать на балы. Но пока что ей не приходилось танцевать с кавалерами, только с учителем танцев, которого нанял ее отец, чтобы подготовить дочь к вступлению в свет. А так хочется настоящих балов и кавалеров!
Вскочив с кресла, Клер торопливо сбросила пеньюар. Затем подошла к высокому зеркалу и с озорной улыбкой оглядела свое отражение. Ночная рубашка кремового цвета на бретельках и с завышенной талией вполне могла сойти за бальное платье. Не хватало только цветов и драгоценностей. С недостатком последних приходилось смириться, а вот цветов в гостиной было достаточно. Оглядев комнату, Клер остановилась на розах. Пожалуй, никто и не заметит, если она возьмет из огромного букета всего три цветочка: розовый – чтобы заложить за корсаж рубашки, а еще один розовый и кремовый для украшения прически.
Для полного эффекта Клер выключила электрический свет и зажгла свечи в двух золотистых подсвечниках, на камине и белом рояле. Потом сняла туфли, ибо в эпоху завышенных талий каблуков не носили. Классические танцы Клер знала неплохо, и не только вальс: дирекция частной школы считала, что занятия классическим танцем развивают у девочек гибкость и грацию. Не хватало только музыки, но с этим ничего не поделаешь, оставалось лишь призвать на помощь память и воображение, что, собственно, Клер и сделала.
Она остановилась на одном из вальсов Шуберта и, мурлыча себе под нос мелодию, пустилась в танец. Разумеется, она танцевала не примитивный современный вальс, а старинный, который включал в себя много разнообразных элементов, а не только монотонное кружение по кругу. Что же касается воображаемого партнера, то Клер за неимением лучшего варианта остановилась на Эдварде. В конце концов, он – настоящий, титулованный аристократ, и знатная юная леди не уронит свое достоинство, приняв его приглашение.
Музыка звучала все быстрее, вальс становился все оживленнее… но вот раздались последние, отчаянно громкие аккорды, и танец оборвался. Клер присела перед своим воображаемым кавалером в легком грациозном реверансе и небрежно подала ему руку, чтобы он отвел ее к родителям. Разумеется, он тут же принялся пылко упрашивать ее, чтобы она подарила ему еще один танец, но Клер осталась непреклонной.
– Сожалею, лорд Хелдман, но это невозможно, – ответила она с любезной улыбкой, но таким твердым, решительным голосом, чтобы кавалер понял: здесь ему больше ничего не светит. – Все мои танцы были расписаны еще до начала бала, и я не могу обидеть других кавалеров, отняв у кого-то из них обещанный танец и подарив его вам. И не пытайтесь настаивать! Я не изменю своего решения, хотя, признаюсь откровенно, танцевать с вами мне было очень приятно.
– А если так, сударыня, то пошлите к черту остальных кавалеров и предоставьте мне разбираться с ними… естественно, после бала, – раздался за спиной Клер голос Эдварда.
Замешательство ее было так велико, что Клер зацепилась ногой за край ковра и, наверное, упала бы, если бы Эдвард не успел ее подхватить.
– О, я вижу, что следующий танец нам все-таки придется пропустить, – сказал он, поглядывая на Клер с ироничным сочувствием. – Бедняжка, вы так запыхались, что просто не держитесь на ногах. Оно и понятно: ведь вы такая нежная и хрупкая, а я, недальновидный осел, задал слишком быстрый темп. Позвольте мне предложить вам бокал красного вина, леди Клер, оно должно взбодрить вас и вернуть розы на ваши прелестные щечки.
С этими словами Эдвард быстро наполнил опустевший бокал и с истинно джентльменской галантностью преподнес его Клер. Так как Клер все еще находилась в состоянии легкого шока, она машинально приняла бокал и сделала несколько глотков. После этого Клер действительно почувствовала себя лучше, хотя это как сказать, ибо возвращение к реальности повергло ее в огромное смущение.
Клер казалось, что, если бы Эдвард увидел ее обнаженной, ей и тогда не было бы так стыдно, как сейчас. Эдвард застал ее танцующей ночью в его гостиной, в полупрозрачной ночной рубашке, босиком и ко всему в легком подпитии. Надо полагать, зрелище еще то! К тому же Клер произнесла «лорд Хелдман», когда обратилась к воображаемому партнеру, и теперь Эдвард, конечно, догадался, что она думала о нем весь вечер. Клер чувствовала себя настолько ужасно, что ей хотелось без оглядки бежать в свою спальню. Но она понимала, что это будет полным позором, что таким поступком она окончательно уронит себя в глазах кузена. Оставалось призвать на помощь все свое мужество и вести себя так, словно ничего кошмарного не случилось.
– Кажется, я не ошибся, предложив тебе выпить немного вина, – насмешливо произнес Эдвард, всматриваясь в раскрасневшееся лицо Клер. – Во всяком случае, розы уже вернулись на твои щечки. Или это краска стыдливости?
– Нет, дорогой мой Эдвард, это краска негодования, – ответила Клер, смерив его холодным взглядом. – Признаюсь откровенно, я возмущена до глубины души. Тебе следовало сразу войти в гостиную и окликнуть меня, а не подсматривать, чем я тут занимаюсь.
– Наверное, да, – согласился он, – но ты так увлеченно танцевала, что я не осмелился тебе мешать.
– Лицемер! – презрительно отрезала Клер. – Тебе просто хотелось повеселиться, поэтому ты и не стал окликать меня.
Эдвард перестал усмехаться и ласково посмотрел ей в глаза.
– Ты не права, дорогая моя Клер. В том, как ты танцевала, не было ничего смешного или забавного. Напротив, это было очень красивое, можно сказать, пленительное зрелище. И мне кажется, ты танцевала достаточно профессионально, как человек, который занимается танцами. Я угадал?
– Не совсем, – смущенно промолвила Клер. – Я действительно занималась бальными танцами, но это было давно, когда я училась в школе. С тех пор я не взяла ни одного урока, как-то не было времени, да и необходимости тоже не виделось.
– Тем не менее навыки ты явно не утратила, – с улыбкой заметил Эдвард. И неожиданно виноватым голосом прибавил: – Пожалуйста, Клер, извини меня за бестактное поведение. Я и сам понимаю, что должен был или уйти, или сразу дать тебе знать о моем присутствии. Но я подумал, что мне вряд ли когда-то еще придется любоваться твоим танцем, поэтому я и повел себя так невежливо.
– Подкупающее признание, ничего не скажешь, – усмехнулась Клер. И, торопясь свернуть опасную тему, спросила: – Почему ты так рано вернулся?
Эдвард слегка поморщился.
– Знаешь, я не очень люблю шумные молодежные вечеринки, особенно когда на них слишком много перебравших девиц.
– Рискну предположить, что Ребекка была разочарована.
Клер тотчас пожалела о своей реплике, заметив оживленный блеск в синих глазах кузена. И кто ее тянул за язык!
– Возможно, Ребекка и была разочарована, – сказал Эдвард, пристально глядя на Клер, – но меня гораздо больше волнует твой душевный покой.
– С ним все в порядке, – поспешно возразила Клер. – И… нам с твоей мамой совсем не было скучно, если ты беспокоился об этом. Так что лучше бы ты остался на вечеринке!
– В самом деле?
По губам Эдварда скользнула дразнящая, ласковая усмешка, от которой сердце Клер забилось учащенно. Не желая, чтобы Эдвард заметил ее волнение, Клер отвернулась, и ее взгляд упал на малиновый пеньюар, который валялся на кресле в дальнем углу комнаты. Как она могла забыть, что ей надо одеться? Щеки Клер снова запылали. Интересно, насколько прозрачна ткань моей ночной рубашки, в растущем замешательстве подумала она, ведь под этим одеянием на мне нет ничего.
– Не переживай, она не настолько прозрачна, чтобы я мог видеть тебя всю, – раздался за ее спиной голос Эдварда, в котором Клер, к своему глубокому изумлению, уловила какую-то непонятную тоску. – Так что тебе вовсе не-обязательно опрометью бросаться к халату, – тем же странным голосом продолжал Эдвард. – Бесспорно, малиновый цвет тебе к лицу, но в кремовой ночной рубашке ты выглядишь еще лучше. Ты такая нежная, такая хрупкая и… невероятно обольстительная. Но в то же время в тебе сейчас есть что-то невинное, ты напоминаешь мне ангела, сошедшего с полотна эпохи Возрождения. И из-за этого во мне сейчас борются два совершенно противоположных желания. Мне хочется схватить тебя в объятия, бросить на диван и страстно ласкать… и одновременно мне хочется просто целовать твои руки и ничего больше не делать.
Клер бросила на него изумленный, настороженный взгляд.
– Извини, Эдвард, но… ты случайно не пьян? Хотя что я спрашиваю, ты же только что вернулся с вечеринки! Я думаю, тебе нужно пойти к себе и лечь спать, а наш… хм-хм… весьма содержательный разговор мы продолжим утром, когда ты выспишься.
Эдвард рассмеялся.
– Ты ошибаешься, дорогая моя Клер, я выпил сегодня ненамного больше тебя. Что же касается моего странного состояния, то оно вполне объяснимо: меня опьяняет твоя близость, причем лучше любого вина.
– Эдвард, послушай… – Клер отчаянно пыталась найти веские аргументы, которые убедили бы ее кузена пойти спать. Конечно, проще было бы самой сбежать отсюда, но Эдвард загораживал путь к дверям. – Я не знаю, с чего ты вдруг воспылал ко мне чувствами, но в любом случае час ночи – неподходящее время для объяснений.
– А по-моему, как раз подходящее!
– Нет, потому что я уже хочу спать, – категоричным тоном заявила Клер. – Пожалуйста, Эдвард, дай мне пройти.
– Ты меня боишься?
– Во еще, глупости! Просто…
– Просто ты думаешь, что я могу на тебя наброситься, – иронично поддел ее Эдвард. – Не бойся, дорогая, я хочу совсем не этого, то есть не того, чтобы целовать и ласкать тебя против твоего желания, и даже не того, чтобы ты мне уступила.
– А чего же ты тогда хочешь? – машинально спросила Клер.
– Твоей любви, – без раздумий ответил Эдвард.
– Да? – в замешательстве переспросила Клер, не зная, как реагировать на это странное и неожиданное признание.
– Да, – подтвердил Эдвард, медленно приближаясь к ней. – Я хочу, чтобы ты меня любила. Ты понимаешь, что это значит?
– Честно говоря, не совсем, – пробормотала Клер, опасливо отступая к окну. – И вообще я так устала за сегодняшний день, что плохо соображаю… Не надо! – в панике закричала она, увидев протянутые к ней руки. – Эдвард, ну пожалуйста, отпусти меня, я не хочу!
– Чего ты не хочешь, глупышка? – с хрипловатым смехом переспросил он, привлекая ее к себе. – Я же пообещал, что не возьму тебя против твоего желания. К тому же гостиная не слишком подходящее место для первой любовной близости, так что можешь не волноваться на этот счет.
– Но что ты в таком случае собираешься со мной делать? – сдавленно прошептала Клер.
– А чего бы ты хотела? – ласково спросил Эдвард.
Клер не успела ответить, потому что в этот момент пальцы Эдварда погрузились в ее волосы, а другая рука мягко скользнула вдоль спины, заставив Клер вздрогнуть от внезапного, острого наслаждения. А затем последовал поцелуй, такой жаркий и неистовый, что Клер отозвалась на него всем своим существом. Ее нервы затрепетали, словно натянутая струна, сердце гулко забилось, перед глазами поплыл легкий туман. Почти не соображая, что делает, Клер обняла Эдварда за шею и начала пылко, самозабвенно отвечать на его поцелуи.
Ласки Эдварда становились все более интимными. Его рука скользнула в вырез рубашки Клер и нащупала теплую округлость груди. Под ласкающими движениями его ладоней соски мгновенно отвердели и напряглись. Осознав, что ей хочется чего-то большего, Клер запрокинула голову, и в следующий миг с замирающим сердцем почувствовала, как ее рубашка медленно соскальзывает к ногам. А затем Клер обнаружила себя лежащей на диване в объятиях Эдварда и запаниковала.
– Не бойся, – прошептал он, словно прочитав ее тревожные мысли. – Я сумею остановиться, когда будет нужно…
Желание сопротивляться пропало, едва ладони Эдварда охватили нежные округлости и начали бережно ласкать их. В следующее мгновение Эдвард прижался лицом к груди Клер, возбуждающе поглаживая соски и играя с ними губами. Какое-то первобытное, чувственное наслаждение пронзило все существо Клер, и она застонала, вцепившись пальцами в мягкие волосы Эдварда. В ответ его ладони скользнули к талии, затем еще ниже, к бедрам. Почувствовав опасность, Клер инстинктивно свела ноги, но Эдвард решительно раздвинул их. Его ласки становились все настойчивее и самозабвеннее, дыхание участилось…
Внезапно Эдвард поднял голову и пытливо всмотрелся в лицо Клер. По его губам пробежала коварная улыбка, глаза засверкали, словно драгоценные сапфиры. Склонившись к лицу Клер, Эдвард поцеловал ее медленным, дразнящим поцелуем, а затем резко сместился вниз, обхватив руками ее бедра. Сердце Клер бешено застучало, когда она поняла, что он собирается сделать. С ее губ слетел жалобный стон протеста, тело непроизвольно напряглось.
– Не надо бояться, дорогая, – снова прошептал Эдвард, – все будет хорошо, вот увидишь.
Клер громко вскрикнула, когда он развел ее бедра и прижался лицом к шелковистым, влажным от возбуждения завиткам. Жаркий язык легонько коснулся сокровенного места, отчего Клер вздрогнула всем телом. Немного помедлив, словно давая ей привыкнуть к новым ощущениям, Эдвард начал осторожно ласкать чувствительный бутон женской плоти. И вскоре Клер откликнулась на эти ласки стремительно нарастающим желанием, а затем – неистовым взрывом наслаждения. Клер громко застонала, забившись в державших ее мужских руках словно птичка, пойманная в охотничьи силки.
Потрясение было так велико, что Клер понадобилось время, чтобы прийти в чувство. Когда она решилась открыть глаза, то обнаружила себя лежащей на диване в объятиях Эдварда. Его рубашка была расстегнута на груди, являя взору Клер мускулистый торс, атласно-гладкий, если не считать темных шелковистых волосков. Только теперь Клер поняла, что это они так приятно щекотали ее все время, и сделанное открытие повергло ее в смущение. К тому же Клер отчаянно хотелось прижаться лицом к груди Эдварда, однако теперь, когда ее возбуждение улеглось, она не могла на такое решиться. Клер вообще не понимала, как она могла позволить Эдварду раздеть ее, уложить на диван и делать с ней разные непозволительные вещи. Наверное, это и называется «забыть о разуме под влиянием плотских желаний». Конечно, такое с каждым может случиться, но ведь не два раза в течение суток!
– Что случилось, малышка, почему ты такая хмурая?
Голос Эдварда звучал ласково и чуть ли не кротко, но Клер не сомневалась, что в глубине души Эдвард торжествует очередную победу над одной строптивой особой, которую ему снова удалось подчинить своей воле. Причем, с горькой иронией подумала Клер, ему даже не пришлось затратить на меня много усилий, фактически я сама упала в его объятия. Теперь Эдвард может позволить себе быть великодушным: это так легко, когда ощущаешь свое превосходство!
– Клер! – окликнул ее Эдвард и, осторожно взяв ее голову в ладони, повернул лицом к себе. Его глаза помрачнели, встретившись с глазами Клер. – В чем дело? – спросил Эдвард с легким металлом в голосе. – Только не говори мне, что ты снова позволила себе забыться и теперь горько сожалеешь о своем безрассудстве!
– Ты удивишься, но именно об этом я сейчас и думаю, – с сарказмом ответила Клер. – Я действительно сожалею, что позволила себе забыться и тем самым дала тебе новый повод тешить твое непомерное самолюбие.
– Как ты сказала? – с расстановкой переспросил Эдвард. – Ты дала мне новый повод тешить мое самолюбие? Интересно, и чем же, по-твоему, я должен гордиться?
– Понятное дело чем: тем, что тебе опять удалось одержать надо мной верх! А разве не так? – По губам Клер скользнула горькая усмешка. – Ты ведь снова сумел подчинить меня себе, заставил делать то, что хочется тебе. Ты настолько околдовал меня своими искусными ласками, что, наверное, я бы не противилась, если бы решил пойти до конца. Но ты не пошел до конца, потому что тебе это не надо, у тебя была другая цель. – Клер натянула на плечи рубашку. – Тебе хотелось доказать мне свое превосходство, дать мне почувствовать, что хозяином положения являешься ты, а я – всего лишь безвольная пешка в твоей хитрой игре.
– И поэтому я не довел дело до конца. – Эдвард тяжко вздохнул и сокрушенно покачал головой. – Да, надо признаться, получилось как-то нехорошо. Дама хотела горячего секса, а недогадливый кавалер взял да и обманул ее ожидания. Пожалуйста, малышка, прости меня, я просто не знал, что ты хочешь настоящего секса, а не какой-то сопливой нежности.
Клер почувствовала, как ее лицо стремительно заливается краской. О господи, она совсем не это имела в виду! Не зная, как выпутаться из нелепой ситуации, в которую она сама же и загнала себя, Клер первым делом соскочила с дивана, затем закуталась в пеньюар и лишь тогда отважилась посмотреть на Эдварда.
– Ты неправильно меня понял, – заговорила она, нервно покусывая губы. – Я вовсе не хотела горячего секса, я вообще не хотела секса! И я злюсь вовсе не потому, что ты обманул мои ожидания.
– А почему же тогда? – недоуменно спросил Эдвард.
Клер в досаде топнула ногой.
– Но я ведь уже все объяснила, я не знаю, почему ты никак меня не поймешь! Я разозлилась, потому что ты снова заставил меня плясать под свою дудку, потому что…
– Подожди, – перебил ее Эдвард, – что значит «заставил плясать под свою дудку»? Разве я заставлял тебя что-то делать? По-моему, это ты получила удовольствие, а не я. Нет, конечно, мне было приятно тебя ласкать, и я рад, что тебе было хорошо… Тебе ведь было хорошо, правда?
– Ну в общем-то, да, – неохотно призналась Клер. – Но это ничего не меняет, потому что… потому что… – Клер судорожно провела рукой по мокрому лбу, пытаясь собраться с мыслями. Однако когда Эдвард снова заговорил, у нее, что называется, полностью переклинило мозги.
– Стало быть, дорогая моя Клер, ты признаешь, что тебе было хорошо? – спросил Эдвард, вскакивая с дивана и подходя к ней. – В таком случае, ты не находишь, что должна оказать мне ответную любезность?
– Любезность? – испуганно переспросила Клер.
Эдвард укоризненно посмотрел на нее.
– Я ласкал тебя в интимных местах, и, кажется, ты даже кончила. По-моему, будет только справедливо, если ты тоже поласкаешь меня в интимных местах и поможешь достичь удовлетворения.
Не отводя от лица Клер пристального, потемневшего взгляда, Эдвард начал расстегивать ремень брюк. При мысли о том, что сейчас произойдет, Клер охватил такой ужас, что она едва не лишилась сознания. Только перспектива полностью оказаться во власти Эдварда придала Клер немного мужества и заставила побороть приступ дурноты.
– Я… нет, Эдвард, пожалуйста, не надо раздеваться, – пробормотала она, запинаясь от испуга на каждом слове. – Я не могу… я не умею этого делать!
Руки Эдварда замерли, и его мерцающие глаза впились в лицо Клер.
– Не умеешь? – вкрадчиво переспросил он. – Не может быть, дорогая моя Клер! Ты же совсем недавно упрекала меня в том, что я остановился на полпути, не довел дело до конца! Проще говоря, мое бережное обращение тебя не устроило. Ты – опытная, взыскательная женщина, и поэтому должна уметь обращаться с мужским орудием!
– Никакая я не опытная и не выз… не взыскательная, – жалобно возразила Клер. – Если хочешь знать, я вообще девственница, и ты – первый мужчина, который трогал меня в таких местах, и еще…
Не договорив, Клер разрыдалась. Эдвард тотчас обнял ее и принялся гладить по голове, шепча ласковые, успокаивающие слова. Потом он усадил ее в кресло и поднес к ее губам бокал с вином.
– Пожалуйста, малышка, сделай несколько глотков, – настоятельным тоном проговорил он. – В прошлый раз это помогло тебе прийти в чувство, значит, должно помочь и теперь.
– Не смей называть меня малышкой! – сердито прошипела Клер. – Во-первых, я уже давно не ребенок, а во-вторых, мне не нравится, когда меня так называют!
– Хорошо, я не буду звать тебя малышкой, – рассмеялся Эдвард, – во всяком случае пока.
– Не пока, а вообще!
– Не капризничай, моя радость, а лучше делай, что тебе говорят.
Клер замотала головой.
– Не буду!
Но вино она все-таки выпила, опасаясь, как бы Эдвард не вздумал вливать его прямо ей в горло. Пожалуй, от такого опасного типа можно ждать всего, стоит только вспомнить, как он собирался снять перед ней брюки. При этом воспоминании Клер невольно поёжилась. Интересно, как бы Эдвард повел себя, если бы она не призналась, что еще не была близка с мужчиной? Неужели действительно снял бы брюки и выставил на ее обозрение свое так называемое орудие?
– Ты что-то хочешь спросить, дорогая? – поинтересовался Эдвард, словно прочитав ее мысли.
– Ничего я не хочу… а впрочем, хочу. – Клер мрачно воззрилась на Эдварда. – Меня не перестает мучить один вопрос. Ты в самом деле собирался… – Она замолчала, почувствовав внезапный прилив смущения.
– Снять брюки? – невозмутимо спросил Эдвард. – Нет, Клер, не собирался. Я всего лишь хотел тебя немного попугать, наказать за плохое поведение.
– Наказать? – изумленно переспросила она.
– Да, – кивнул Эдвард. – Ведь ты сильно обидела меня, Клер, и мне хотелось отплатить тебе той же монетой.
– И чем же… чем же я так обидела тебя?
– А ты сама не догадываешься?
– Догадываюсь, – тихо промолвила Клер, – но я не уверена, что моя догадка правильная.
Эдвард мягко запрокинул ее голову на спинку кресла, вынуждая Клер смотреть ему в глаза.
– Ты позволила мне ласкать себя, а потом набросилась на меня словно разъяренная тигрица, начала обвинять в каких-то немыслимых коварных намерениях. Ты была несправедлива ко мне, Клер, ты повела себя просто отвратительно. Вот я и решил, что тебя следует основательно проучить. Согласись, моя радость, это было только справедливо!
– Но… но ты ведь не мог знать, что я еще… – злополучное слово застряло в горле Клер, и она с досадой почувствовала, что снова начинает краснеть.
– Ты ошибаешься, дорогая моя, – мягко возразил Эдвард. – После того, как я ласкал тебя… там, я уже знал, что ты – девственница. Ну-ну, сиди спокойно, не надо так волноваться! – Он силой усадил Клер обратно в кресло. – Признаться, я совершенно не понимаю, почему это слово провоцирует у тебя истерику. По-моему, ты должна гордиться своей невинностью, а не стесняться ее.
– А я и горжусь, – сердито прошипела Клер. – Только вот разные похотливые типы так и пытаются…
– Похитить твое сокровище? – Эдвард рассмеялся и ласково взъерошил ее волосы. – Ну, теперь ты можешь быть спокойна на этот счет, дорогая моя. Как старший представитель семьи, я обещаю проследить, чтобы «разные похотливые типы» держались от тебя на приличном расстоянии.
Не найдя, что возразить на столь возмутительное заявление, Клер лишь метнула на Эдварда свирепый взгляд. Но, конечно, глупо было надеяться, что это даст какой-то результат.
– Между прочим, – продолжал Эдвард, с улыбкой поглядывая на Клер, – я еще утром заподозрил, что с тобой что-то не так. Ты довольно быстро откликнулась на мои ласки, но отсутствие опыта все-таки чувствовалось.
– Тогда зачем ты сказал, что я веду себя, как опытная соблазнительница? – мрачно поинтересовалась Клер.
– Хотел вытянуть из тебя признание, – с обескураживающей прямотой ответил Эдвард. – Так же, как и несколько минут назад. Собственно, в этом и заключалось наказание: заставить тебя открыть тайну, которую тебе ужасно не хотелось открывать.
Клер едва не задохнулась от негодования.
– Да ты… да ты просто бессердечный негодяй! – сдавленно прокричала она. – Как ты посмел, черт тебя подери?!
– А ты думала, что я позволю тебе безнаказанно обижать меня? – спросил Эдвард, строго посмотрев ей в глаза. – Если ты так думала, дорогая моя Клер, ты сильно заблуждалась. Я не привык сносить пощечины – ни физические, ни моральные. А как еще можно назвать твое недавнее поведение, если не моральной пощечиной? Я не заслужил твоих злобных нападок, потому что не сделал тебе ничего плохого!
Возразить было нечего, и Клер подавленно опустила голову. Наверное, Эдвард прав, но от этого Клер не становилось легче. Она чувствовала себя униженной и бесконечно несчастной, такой несчастной, что на ее глаза снова навернулись предательские слезы.
– Ну-ну, дорогая моя, что ты, не надо плакать, – с беспокойством проговорил Эдвард, лаская ее волосы. – Черт подери, я вовсе не хотел, чтобы ты расстроилась и почувствовала себя несчастной!
– Конечно, – съязвила Клер, – ты рассчитывал достичь обратного результата, когда задумывал свою месть. Наверное, ты ожидал, что мы вместе посмеемся над твоей забавной, милой шуткой!
– Нет, – грустно ответил Эдвард, – я вовсе не думал, что ты найдешь это забавным. Но и доводить тебя до слез я тоже не хотел. Я просто действовал под горячую руку… а теперь вижу, что перестарался. – Он бережно взял в свои руки ее лицо и с раскаянием посмотрел ей в глаза. – Клер, дорогая, пожалуйста, прости меня! И… и давай больше не будем ссориться. Мне тоже очень больно от этого, поверь мне.
– Я не могу тебе верить, – ответила Клер, отталкивая его руки, – потому что я тебе не доверяю. Не доверяю и все, понимаешь?
– А что мне сделать, чтобы ты стала мне доверять?
– Прежде всего перестань соблазнять меня при каждом удобном случае!
Эдвард рассмеялся, а затем пристально, серьезно посмотрел на Клер и отрицательно покачал головой.
– Нет, дорогая моя, – твердо сказал он, – думай обо мне, что хочешь, но соблазнять тебя я не перестану.
– Тогда не надейся завоевать мое доверие! – гневно воскликнула она, решительно отталкивая его и вскакивая на ноги. – Даже… даже не думай…
– Тихо, Клер, что ты раскричалась! – Эдвард притянул ее к себе и осторожно закрыл ей рот ладонью. – Давай не будем начинать очередную ссору, хватит с нас на сегодня. Лучше обними меня за плечи, и я отнесу тебя наверх.
– Я могу дойти сама… – упрямо начала Клер, но Эдвард, не слушая возражений, ловко подхватил ее на руки и двинулся из гостиной.
– Надеюсь, ты не перепутаешь спальни? – опасливо спросила Клер, вертя головой в разные стороны. И тут же обругала себя за длинный язык, услышав насмешливый вопрос:
– Это надо расценивать как намек, да?
– Ничего подобного! – сердито возразила Клер. – Просто от такого типа, как ты, можно ожидать всего.
Когда они оказались в спальне, Эдвард осторожно поставил Клер на пол, затем, преодолев легкое сопротивление, снял с нее пеньюар и уложил в постель. Укутывая Клер одеялом, Эдвард нежно поцеловал ее в губы, а затем в лоб, как целуют перед сном детей.
– Приятных снов, малышка, – ласково промолвил он, с явной неохотой направляясь к дверям.
Дождавшись, пока за ним закроется дверь, Клер отбросила одеяло и села на кровати, обхватив руками колени. Она была слишком взволнована, что сразу заснуть, нужно было какое-то время, чтобы успокоиться и прийти в нормальное состояние. Но как можно было чувствовать себя спокойной после всего, что произошло за сегодняшний день? Слава богу, что завтра Эдварду надо возвращаться в Лондон, иначе она бы, наверное, просто сошла с ума от его милых сюрпризов.
Но еще больше Клер беспокоило собственное душевное состояние. Почему она позволяет Эдварду управлять ею, ведь она умеет дать отпор самодовольным самцам? Клер просто не понимала, что с ней происходит. Она не влюблена в Эдварда и даже не может сказать, что он сильно нравится ей. Напротив, ей не импонировали многие черты его характера, возмущали самоуверенные, властные манеры, раздражал безапелляционный, командный тон. И тем не менее она позволила ему делать с ней такие вещи, каких до сегодняшнего дня не позволяла никому. Не сказать, чтобы это было ей неприятно, но все-таки она вела себя неправильно.
Прошло не меньше двух часов, прежде чем Клер смогла заснуть. Перед тем как перейти из мира реальности в мир грёз, Клер дала себе обещание не отходить завтра ни на шаг от Джудит. В присутствии матери Эдвард хотя и позволял себе некоторые вольности, но, по крайней мере, держался в рамках приличий. И потом, успокоила себя Клер, я могу в любой момент уехать из этого дома, меня никто не станет удерживать здесь насильно.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Обаятельный деспот - Шарп Виктория

Разделы:
123456789101112

Ваши комментарии
к роману Обаятельный деспот - Шарп Виктория



Просто потрясающая история!Безумно понравилось!!!!
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияАлёнка
14.12.2011, 19.44





Героиня не может определиться то она орёт как ненормальная. то плачет как дитя в 22 года. А так читать можно
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияЛика
23.12.2011, 0.01





Книга мне понравилась!
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияМари
4.09.2012, 12.13





Роман супер!!!Люблю,когда сильные характеры у героев!!!!
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияВера Яр.
18.09.2012, 23.08





Настоящий любовный роман .Надоели романыrnГде куча проблем, ГГ за 30, герои спят с кемrnПопало, куча детей и бывших браков.
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияАлина
19.09.2012, 12.27





Роман написан не на "отлично", но на "хорошо",на один вечер самое то.
Обаятельный деспот - Шарп Викторияелена
18.11.2012, 20.32





Героиня совсем не понравилась, а у героя невероятное терпение!
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияКлэр
9.12.2012, 17.34





Героиня немного взбалмошная, а герой обладает ангельским терпением. То есть я совершенно согласна с предыдущим комментатором.
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияЕлена
21.06.2013, 23.38





дерьмо. гг инфантильная дура
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияFemme
18.12.2013, 5.05





очень хорошая книга
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияВАЛЕНТИНА
14.08.2014, 6.30





super,chitala i naslagdalas
Обаятельный деспот - Шарп Викторияmadlena
19.11.2014, 7.42





Так себе "романчик" на 3 с плюсом...
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияЕлена
1.06.2015, 17.43





Гг-ой вызывает отвращение. Волшебное превращение весьма неплохо выписанного самовлюбленного альфа-самца в нежного и заботливого героя-любовника крайне неправдоподобно даже с учетом относительной сказочности жанра. Особенно с учетом того, что излишней эмоциональностью и сексуальной возбудимостью неопытной в отношениях и довольно взбаламошной гг-ни он воспользовался весьма умело и вполне хладнокровно.
Обаятельный деспот - Шарп ВикторияОльга
8.05.2016, 16.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100