Читать онлайн Одержимое сердце, автора - Сатклифф Кэтрин, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Одержимое сердце - Сатклифф Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.92 (Голосов: 37)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Одержимое сердце - Сатклифф Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Одержимое сердце - Сатклифф Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Сатклифф Кэтрин

Одержимое сердце

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

В полночь Ник пришел за мной. Как только он постучал в дверь, я скатилась с постели, судорожно сжимая в кулаке ключ. Когда я открыла дверь, он вихрем ворвался в мою комнату и прошел прямо к окну. Отодвинув штору, Николас замер, уставившись в темноту, и я видела его силуэт на фоне оконного стекла, серебристого от лунного света.
Я ждала, что скажет Николас, смущенная его беспокойным состоянием духа.
— Вы спали? — спросил он наконец, и я заметила, что голос его звучал иначе, чем прежде.
— Да, милорд.
— Вы спите крепко?
— Да, сэр.
— Значит, вы ничего не слышали? Никаких шагов? Никаких голосов в холле?
— Только ваши шаги, сэр, и стук в мою дверь.
Я видела, как его дыхание туманит стекло окна. Потом он прижался лбом к стеклу, будто жгучий холод мог каким-то образом облегчить его лихорадочное состояние.
— Никаких шагов. Никаких голосов. Как это может быть?
— А вас разбудили шаги и голоса? — спросила я.
— Да, разбудили.
— Может быть, ходил кто-нибудь из прислуги. Матильда, или Полли, или Би…
— Старая ведьма спит. Я проверял.
— Тогда…
— Это была моя жена.
Я выронила тяжелый ключ, который упал с глухим стуком. Встав на колени, я принялась шарить рукой по полу, пока пальцы мои не нащупали ключ.
— Это была моя жена, — повторил Николас громче. Он отвернулся от окна, и, хотя я не могла видеть его лица, я чувствовала, что он следит за мной, пока я искала ключ на полу. — Это была моя жена, — повторил он в третий раз.
— Ваша жена, сэр?
— И вы собираетесь уверять меня, что я это вообразил?
— Едва ли я могу вас в чем-нибудь уверять, сэр, потому что ничего не слышала.
— В таком случае вы, наверное, будете убеждать меня, что это были слуги.
— Убеждать вашу светлость в чем бы то ни было вовсе не входит в мои обязанности. Я никогда этого не сделаю, сэр.
— Конечно, не сделаете, мисс Рашдон. Вы просто усядетесь у огня в кухне и будете там молоть языком за чашкой чая…
— Нет, не буду, — возразила я. — Я не любительница сплетничать.
— Но ведь вы мне не верите.
Я подумала о том, что не худо было бы зажечь свечу. Беседовать с тенью было для меня непривычно, и это меня смущало.
— Ну? — продолжал допытываться лорд Малхэм. — Если я скажу вам, что слышал, как моя жена звала меня по имени из-за двери моей спальни, вы скажете, что я помешанный?
— Нет, сэр, не скажу. Может быть, я и идиотка, но не слабоумная.
Воцарилось молчание.
Наконец он подошел ближе. Теперь я лучше могла разглядеть его лицо: оно казалось осунувшимся и измученным.
Волосы его были всклокочены. И казались чернее теней, сгустившихся в углу. Только белая ру-башка выделялась во мраке светлым пятном.
— Мисс Рашдон, — обратился он ко мне, — и часто вы спите в одежде?
— Если меня вынуждают к тому обстоятельства. А вы, сэр?
Снова наступило молчание. Я видела, как из его рта вырвалось бледное облачко пара, когда он выдохнул воздух.
«Дракон!» — вспомнила я.
Подхватив подол юбки пальцами, я спросила:
— Вы собираетесь работать, лорд Малхэм? Николас ответил не сразу:
— Начнем через пять минут.
Пройдя мимо меня, он исчез в коридоре.
Через пять минут я заняла предназначенное для меня место. Николас взял палитру с красками и принялся за работу. Он снова заставил меня сесть боком, так что лицо мое было ему не видно. Я не удержалась и спросила:
— Сэр, почему вы не пишете мое лицо? Оно настолько вам неприятно?
Он поднял голову и некоторое время изучающе смотрел на меня поверх холста.
— Вовсе нет, — ответил он. — Напротив, у вас очень привлекательное лицо.
Я вспыхнула — комплимент меня обрадовал. Потом сказала:
— Но очевидно, что вам больше нравится мой затылок. Возможно, мои волосы или плечи вас привлекают больше?
Николас только вскинул вопросительно бровь, но ничего не сказал.
Я стиснула зубы и уставилась в окно. Прошло полчаса, прежде чем я отважилась заговорить снова:
— Сэр, у меня возникла идея. Может быть, вы слышали за своей дверью не Би, Матильду или Полли. Может быть, вам почудился голос вашей жены?
— Я не спал, когда услышал ее голос, и это было уже второй раз, мисс Рашдон.
— Но, возможно, сэр, вам только казалось, что вы бодрствуете. Часто люди теряют счет времени…
— Я совершенно точно не спал, мисс.
— В таком случае, у меня есть другое объяснение. Возможно, это был ветер.
Я смотрела во все глаза, стараясь понять его реакцию.
— Могло это быть, милорд?
— Нет.
До этой минуты я как-то не вспоминала о смехе, который слышала во время своего визита в эту комнату. Если бы в тот момент кто-нибудь попытался убедить меня, что это был всего лишь голос ветра, завывающего за окном, я бы яростно возражала.
В эту минуту Николас уронил кисть. Я смотрела, как он нагибается, чтобы поднять ее. И тут заметила, что свеча, которую я уронила, когда тайком приходила сюда, лежит у его ног. К своему стыду, я покраснела.
Уиндхэм выпрямился, вертя в пальцах кисть, и принялся всматриваться в полотно. Я снова украдкой посмотрела на свечу, потом на него. Глаза его, холодные и жесткие, как свинец, будто оценивали меня. Странный это был взгляд, не столь свирепый, чтобы напугать меня, но все же в нем таилась какая-то угроза.
Я выпрямилась и снова стала смотреть в окно. Он продолжал сосредоточенно работать.
* * *
В половине одиннадцатого утра я стояла в приемной Тревора, закатав рукав платья до локтя. Лекарственная настойка, которой он смачивал мои царапины, жгла кожу. Я вглядывалась в маленького человечка, скрючившегося в кресле между полками, уставленными медицинскими книгами, и столом, заваленным бумагами. Локти его упирались в колени, а голова была низко опущена, так что я не видела его лица. Он глухо застонал, я бросила взгляд на Тревора и сказала:
— Кажется, он страдает от боли.
— Ничего, подождет своей очереди, — ответил Тревор резко. Потом, в последний раз смазав мои ссадины, пробормотал: — Глупый старик уже третий раз на неделе приходит и жалуется на боль в желудке и голове. Я выцедил из него столько крови, что у него уже ноги дрожат, а он все-таки ходит сюда.
Его тон озадачил меня, но я не подала виду.
— А вы не пробовали каломель? — спросила я и тотчас же, поняв неуместность своего вопроса, прикусила губу и бросила взгляд на пациента, продолжавшего стонать. Я задержала дыхание в ожидании реакции Тревора.
Но, если Тревор и слышал меня, он не показал этого. Повернувшись к столу, он снова закупорил флакон пробкой и бросил использованную повязку — она не попала в предназначенную для этого корзинку и оказалась на полу.
— Послушайте, док, — послышался глухой голос посетителя. — У меня раскалывается голова и ужасно болит живот. Есть у вас хоть что-нибудь, чтобы облегчить мои страдания, пока я дожидаюсь своей очереди?
— Я не умею творить чудеса, — ответил Тревор, как мне показалось слишком отрывисто и резко.
Опустив рукава, я приблизилась к бедному старику, заметив, что лицо его побелело, а глаза приобрели стеклянный блеск. Он жалобно посмотрел на меня и покачал головой.
— Он снова выпустит из меня кровь. У меня и так ее мало осталось.
Я оглянулась и увидела Тревора, приближавшегося к пациенту со скальпелем в одной руке и чашкой в другой. Я взяла руку старого джентльме-на и сжала в своей.
— Вы ведь будете молодцом, верно?
— Я не буду визжать, как свинья, мисс, если вы это имеете в виду. Но я вам кое-что скажу. Я буду просто счастлив, когда вернется док Брэббс. Его слишком долго нет. Мэри Френсис слегла в постель две недели назад, да так и не поднялась. Прискорбное зрелище, скажу я вам, и с каждым днем она все слабеет. Если Брэббс не вернется, она долго не протянет.
Тревор со стуком поставил чашку на стол, взял скальпель и устремил взгляд своих голубых глаз на лицо старика.
— Где вы хотите, чтобы я сделал надрез на этот раз, Дональд? Может быть, перерезать вам глотку?
Когда я с изумлением воззрилась на него, он лишь усмехнулся и пожал плечами.
— Ладно, старый нытик, подставляй голову, я постараюсь сделать операцию как Можно безболезненнее для тебя.
— Не надо ли согреть для вас чашку? спросила я Тревора.
Ответом мне был отрывистый кивок, и я принялась нагревать маленькую стеклянную мензурку над огнем, пока она не раскалилась так, что стала жечь мне пальцы. Я видела, как незадачливый старый джентльмен склонил голову почти до колен и закрыл глаза, в то время, как Тревор стоял возле него со сверкающим острым скальпелем.
— Готовы, мистер Дикс? — спросил Тревор.
— Да, — пробормотал старик.
— Готова чашка? — крикнул он мне.
— Да, — ответила я.
— Тогда приступим.
Молниеносным движением он сделал надрез на лбу мистера Дикса. Я поспешно подала нагретую чашку, и та тотчас же плотно пристала ко лбу мистера Дикса. Вакуум, образовавшийся в чашке, заставил кровь из надреза брызнуть мощной струей.
Тревор равнодушно смотрел на старика, не пытаясь даже подбодрить своего побледневшего и дрожащего пациента. Обняв мистера Дикса за вздрагивающие плечи, я пыталась успокоить его.
— Ну-ну, сэр. Это, несомненно, вам поможет. Главное, не теряйте веры.
— Из-за этой веры во мне почти не осталось крови, — сказал он.
— Потерпите немного, скоро все кончится. Он произнес с благодарностью:
— Вы добрая девочка.
— Нет, сэр, вы заблуждаетесь.
— Вы нежная и сострадательная…
— Тише, тише.
Я улыбнулась и погладила его по плечу.
— Вы сейчас чувствуете себя неважно и склонны к сентиментальности.
— Вы по-настоящему славная девочка, — упрямо повторял мистер Дикс.
— Сэр, кажется, вам стало лучше? Краска уже возвращается на ваши щеки.
— У вас есть муж, девочка? Мои глаза округлились.
— Видите ли, у меня есть взрослый сын, и ему уже пора жениться…
— Я не собираюсь замуж, мистер Дикс, но, если бы и собиралась, думаю, ваш сын слишком хорош для меня.
Он хлопнул в ладоши.
— Она еще и скромница! Док, где вы ее нашли?
Забыв о том, что к его лбу все еще прижата целительная чашка, он обратил свой лихорадочно блестящий взгляд на врача, который с непроницаемым лицом стоял рядом.
— Она принадлежит моему брату, — сказал Тревор, и я заметила, как его губы скривились в усмешке. — Согласен с вами, мистер Дикс. Мисс Рашдон настоящая филантропка. Она милая, добрая и вдобавок хорошенькая.
Я не привыкла к комплиментам и покраснела.
Заметив мое смущение, Тревор тотчас же переключил внимание на своего пациента, а я поспешила к двери, задержавшись только для того, чтобы попрощаться со старым джентльменом.
В кухне я застала Матильду, которая приветствовала меня самым сердечным образом и усадила за стол, а потом поставила передо мной миску, в которой испускала пар овсяная каша, щедро политая маслом и патокой. Кроме того, мне предложили тост счерничным джемом и кофе.
На кухне суетились служанки, готовя для своих господ более плотный завтрак. На огне шипела ветчина, источая дразнящий аромат, румяной корочкой покрывались кексы в печи. В белом фарфоровом чайнике с изображениями купидонов и гирлянд цветов был заварен крепкий китайский чай, столь высоко ценимый Адриенной.
В этот момент в кухонную дверь со двора вошла Полли, придерживая передник, полный свежих яиц. В комнату вместе с нею ворвался ветер, принесший сухие листья и снежные хлопья. Снег только что начал падать с тяжело нависшего над землей неба.
— Ой, — сказала она, — чертовски холодно! К вечеру все засыплет снегом.
Матильда вскочила, чтобы заварить чай. Она хлопотала вокруг чайника, размахивая руками, как наседка, старающаяся защитить своих цыплят.
— Закрой эту чертову дверь, — рассердилась она. — Ты ведь знаешь, как строга миледи насчет чая. Не дай Бог, остынет!
— Она становится такой же странной, как ее братец, — пробурчала одна из служанок.
Скоро мне предстояло узнать, что имя сказавшей это молодой женщины было Кейт.
— Прошу прощения, — заговорила я, не поднимая головы от своей тарелки.
Суета и шушуканье вокруг меня прекратились. Убедившись, что они меня слушают, я продолжила:
— Не думаю, что вам следует судачить о лорде Уалхэме и его сестре. Они ведь платят вам за работу, верно?
Служанки уставились на меня с разинутыми ртами. Неодобрительно обведя их взглядом и продолжая размешивать сливки в своей тарелке с овсянкой, я твердо заключила:
— Они заслуживают вашей преданности. Если бы не они, вы, вне всякого сомнения, занимались бы гораздо более неприятным и тяжелым трудом.
Матильда смущенно откашлялась и приняла мою сторону:
— Она права, дамы. Я говорила вам…
— Да бросьте, — вступила в разговор Полли.
Выложив принесенные яйца в корзинку, она уставилась на Матильду и скривила рот так, что стала похожа на синицу.
— Лорд Уиндхэм тронутый. Если бы вы спросили меня, я сказала бы даже, что не нахожу в нем ничего человеческого. Если вспомнить о том, что он натворил, его бы следовало запереть до конца дней в сумасшедший дом. Бьюсь об заклад, что, если бы такое сделали вы или я, нас уже давным-давно связали бы по рукам и ногам и туда засадили.
Она закончила свою речь выразительной гримасой.
Рассерженная этим выступлением, Матильда возразила:
— Ни у кого нет доказательств, так что лучше помолчи, наглая девка! Нет никаких доказательств того, что его светлость замешан в смерти своей жены.
— Но ведь он был там тогда или нет?
— Ну и что?
Я переводила взгляд с одной женщины на другую, смущенная и обескураженная их препирательством. Они разговаривали на повышенных тонах, и я не сомневалась, что скоро их спор долетит до ушей хозяев. Я посмотрела на Кейт, когда та тоже вмешалась в перепалку.
— Ну, знаете, было самое время покончить с нею. Леди Джейн была недостойна своего высокого положения. И она просто разбила сердце мисс Адриенны, когда выжила ту из ее собственных покоев и заставила жить чуть ли не на подаяние. Кроме того, она и не скрывала своих шашней с джентльменами, хоть и встречалась с ними тайком. Я собственными ушами слышала, как его светлость обвинял ее в изменах, и она не отрицала этого. Леди Джейн в ответ на это бросала ему в лицо упреки, да еще кричала об этом во всю глотку. Говорила, что он не имеет права укорять ее после того, как сам это сделал.
Матильда вспыхнула и сказала с сердцем:
— Его светлость нельзя винить за то, что он делал до того, как женился на леди Джейн. И ей вовсе не стоило заикаться об этом.
Глаза Кейт стали круглыми, как блюдца, а лицо выразило недоумение.
— Ну, он сделал так, что это стало ее заботой, раз разрешил жить в доме этому бедолаге.
Кейт бросила на меня взгляд.
— Всем известно, как это было. Все знали, что милорд и миледи не были женаты по-настоящему, что их брак был только на бумаге. Они и ночи не провели вместе как муж и жена.
Матильда даже не смогла усидеть на месте от негодования.
— Я не разрешаю тебе об этом сплетничать, Кэти Смит.
— Но это правда, Тилли, и ты сама это прекрасно знаешь.
Кейт посмотрела на Полли, будто ожидая поддержки, потом перевела взгляд на меня. Я поднялась было со стула, собираясь покинуть кухню, чтобы не участвовать в этом недостойном разговоре. В этот момент Кейт сощурила глаза и сказала:
— Ты ведь знаешь, что это ни для кого не секрет! Какой же это секрет, если леди Джейн сама разболтала всем на свете, что сэр Уиндхэм опозорил ее. Ни для кого не тайна, что мистер Кевин…
Я закрыла глаза, но по внезапно наступившей в комнате гробовой тишине безошибочно догадалась, что в комнату вошел Николас.
Попытавшись овладеть собой, я слегка поклонилась и встретила, не мигая, взгляд его серых глаз. На его лице было написано полное безразличие, и на мгновение я засомневалась, слышал ли он слова Кэти. По виду Николаса было трудно делать какие-нибудь выводы.
— Идемте, мисс Рашдон, — повелительно сказал он.
Я подошла к нему на вмиг ослабевших ногах, не глядя на смущенных женщин.
Он направлялся в столовую, и я покорно последовала за ним. Остановившись в дверях, подождала, гадая, как вести себя дальше.
Адриенна сидела на одном конце стола, накрытого к завтраку, пальцы ее нервно разглаживали скатерть.
Тревор, сидевший рядом с сестрой, размешивал ложечкой сахар в кофе и оторвался от книги, когда Николас возвестил:
— Мисс Рашдон составит нам компанию за завтраком.
Пораженная его словами, я обратилась к нему:
— Сэр?
Опустившись на стул, он указал мне на место рядом с собой.
Я почувствовала, как щеки мои запылали под испытующими взглядами Тревора и Адриенны. Расправив плечи, я возразила:
— Благодарю за любезное приглашение, милорд, но мое место на кухне, и я…
— Я сказал, — настойчиво повторил Николас, в его серых глазах появилось угрожающее выражение. — Сядьте!
Мне ничего не оставалось, как подчиниться. Николас с вызовом посмотрел на брата и сестру.
— Я считаю необходимым разлучить мисс Рашдон и этих гадюк, что судачат о нас в кухне. Если кто-то из вас возражает, скажите это прямо. Нет?
Он смотрел на брата и сестру с таким видом, будто он король, а они его подданные. Губы Николаса изогнулись в улыбке.
— Вы сейчас, наверное, думаете: «Пусть немного потешится». Мудро, очень мудро. Но я не расположен обсуждать свое поведение.
В комнату бочком проскользнула Полли. Завидев меня, она замерла в удивлении.
Николас свирепо воззрился на онемевшую служанку, потом сказал сквозь зубы:
— Подай ей завтрак.
Сделав реверанс, Полли поспешила из комнаты и через минуту вернулась, неся завтрак, который я не успела съесть на кухне. Когда служанка поставила передо мной тарелку застывшей овсянки, Николас рявкнул:
— Убери эту гадость с моих глаз! Если я еще не совсем рехнулся, мне кажется, я почувствовал запах жареного бекона.
— Да, милорд.
— В таком случае подай его ей. И яйца. И того черного золота, которое мы именуем чаем.
Полли поспешно схватила со стола тарелку с овсяной кашей и исчезла за дверью.
Молча я ожидала, пока мне подадут завтрак. Тревор вернулся к чтению. Адриенна будто съежилась на своем стуле и сидела, сжав руки на коленях и глядя не отрываясь на Тревора, продолжавшего машинально помешивать кофе, позвякивая ложкой.
— Может быть, ты прекратишь? — спросила она его раздраженно.
Не поднимая головы, Тревор постучал ложечкой по краю чашки и отставил ее в сторону.
— Извини, дорогая, — сказал он.
Хотя я чувствовала на себе пристальный взгляд Николаса, я не смела посмотреть на него. Я не понимала, зачем он это сделал. Мне было неловко в присутствии этих людей, как и им было неловко в моем обществе.
Я уже собралась было извиниться и покинуть их, когда в столовую вновь вошли Полли и Матильда, толкая тележку, нагруженную едой. Когда они приступили к своим обязанностям и принялись ставить блюда на стол, появился Реджинальд и передал Тревору какой-то конверт. Стоя в ожидании дальнейших распоряжений, Реджинальд долго рассматривал меня, потом перевел взгляд на зеркало в раме лимонного дерева, украшавшее стену за моей спиной.
Тревор пробежал глазами письмо, потом бросил его на стол.
— Слава Богу, старый Брэббс наконец вернулся. Готов биться об заклад, что мистер Дикс будет уже через час восседать на крыльце Брэббса, жалуясь на то, что я выпустил из него всю кровь.
Адриенна откинулась на стуле и брезгливо поморщилась:
— Неужели мы должны это обсуждать за едой? Тревор ухмыльнулся:
— Я брал с него пенс за свои услуги. Несомненно, он снова притащит вместо денег мешок кукурузной муки.
Он посмотрел на меня, и его улыбка стала дружелюбной:
— Брэббсу будет интересно узнать о вас, мисс Рашдон, я в этом уверен. Не сомневаюсь, что Дикс прожужжал ему уши о вашей доброте ко всем обитателям Малхэма.
Снова наступило молчание. Я изо всех сил старалась съесть роскошный завтрак, предложенный мне, но аппетит у меня совершенно пропал. Я вдруг подумала, что мне следует как можно скорее навестить доктора Брэббса. Решиться на это мне было нелегко. Для меня подобный визит был равен подвигу. Чтобы дойти до его дома, мне надо было пройти через всю деревушку Малхэм.
Адриенна обратилась ко мне:
— Мисс Рашдон, у меня есть к вам предложение.
Я перевела на нее взгляд, радуясь тому, что не надо больше смотреть в глаза доктору.
Нежные изящные руки Адриенны тщательно намазывали масло на тонкий ломтик хлеба. Потом она продолжила:
— Сегодня я должна кое-куда поехать. Если мой брат не будет возражать, может быть, вы присоединитесь ко мне?
— Куда ты собираешься, Адриенна? — спросил Тревор.
— В Бэк-Холл, на ленч с Мелиссой.
— Зачем тебе нужна Ариэль? — поинтересовался Николас.
Наступило молчание. Адриенна продолжала жевать хлеб, потом отряхнула с пальцев семена тмина и сахар и принялась за чай.
— Я задал тебе вопрос, — сказал Николас, — так что будь добра отвечать. — Откинувшись на спинку стула, он внимательно посмотрел на сестру, потом понимающе улыбнулся. — Ах да, ты же не разговариваешь со мной после вчерашнего. Но я ведь уже извинился. Тебе этого недостаточно?
Адриенна продолжала пить маленькими глотками чай, не обращая на него внимания.
Николас посмотрел на меня, и я заметила, как губы его сжались.
— Очень хорошо, — внезапно сказал он. — Если ты не находишь слов, чтобы ответить мне.
— Как ты, наверное, помнишь, — спокойно заговорила Адриенна, не давая ему высказать уже готовый сорваться с его уст ультиматум, — ты всех компаньонок отсылал из этого дома и они покидали его в слезах, не выдержав и недели.
Николас побледнел.
— Ты пугал молодых женщин своими выдумками о призраках. И я удивляюсь, что у нас в доме осталась хоть какая-то прислуга.
Его взгляд снова обратился ко мне. И столь же быстро Николас отвел глаза.
— Экая глупость, — сказала Адриенна, и чашка ее звякнула, ударившись о блюдце.
Отодвинув тарелку с едой, Николас сказал:
— Я бы не отказался выпить.
— Я тоже, — присоединился к брату Тревор.
Закрыв книгу, он отложил ее в сторону и отправился за шерри для них обоих. Извинившись, я поспешила покинуть комнату.
Остальную часть утра я провела, собираясь в Бэк-Холл. Я прекрасно представляла себе это местечко. По сравнению с Уолтхэмстоу он был маленьким, но его сады содержались в безукоризненном порядке, и цветы там сменяли друг друга в зависимости от сезона. Я часто мечтала о визите туда.
В час дня меня вызвали к Адриенне. Входная дверь была открыта настежь, и у порога нас ожидал экипаж, сверкающий черными лакированными дверцами, украшенными гербами Уиндхэмов. Меня охватил какой-то странный восторг. Нервозность, не покидавшая меня все утро, прошла.
— Ариэль?
При звуке голоса милорда я остановилась и медленно повернулась к нему.
Он стоял в глубине сумрачного холла, и сам одетый во все черное, был похож на тень.
— Куда вы собрались? — спросил он.
Я шагнула вперед, чтобы лучше его видеть. Николас держался прямо, но лицо его показалось мне смущенным и даже отчаянным, как у ребенка, узнавшего, что его последний друг покинул его без всяких объяснений. Натягивая на голову капюшон плаща, я ответила:
— Милорд, вы сами разрешили мне сопровождать вашу сестру в Бэк-Холл не далее как сегодня утром за завтраком.
— Разве? — послышался его спокойный голос.
— Да, милорд. За завтраком. Неужели вы забыли?
Его молчание означало, что Николас вспомнил, но он продолжал стоять неподвижно, молча глядя на меня. Я отвернулась и направилась к ожидавшему экипажу, моля Бога, чтобы Ник не окликнул меня и не заставил вернуться. Я не могла видеть его таким.
С облегчением опустившись на кожаное сиденье экипажа, я прикрыла глаза, мгновенно позабыв о присутствии леди Адриенны.
— Ему становится все хуже, — сказала она тихо.
Я отодвинула бархатную занавеску цвета бургундского вина с окна кареты и принялась смотреть в окно, не желая поддерживать разговор со своей спутницей.
Мы миновали общественный выгон сначала в Присдейле, потом в Пайкадоу. Свернув с дороги на Райке, мы оставили позади деревенские лавки, расположенные на ее окраине, и продолжали свой путь дальше.
Наконец мы добрались до Малхэм-Ист, деревенских усадеб и обширных пастбищ. Я угадала, когда будет поворот на Хоторн-лейн. Глядя на покатые холмы вересковых пустошей, сейчас покрытые побуревшей жухлой травой, я вся отдалась воспоминаниям, счастливым и печальным. Будучи детьми, мы с Джеромом часто резвились на этих пастбищах. И в этот момент я горько пожалела об утрате своего друга.
Услышав вздох Адриенны, я очнулась от своих мыслей.
— Я хочу извиниться за свое вчерашнее поведение, — сказала Адриенна. Она спрятала руки в меховую муфту и поглядывала на меня из-под полей шляпы. — Вы очень добрая, Ариэль.
Я застенчиво ответила улыбкой на ее улыбку.
— Мне хотелось бы как-нибудь отблагодарить вас за доброту.
— В этом нет необходимости, — ответила я.
— Вы должны понять, что я почувствовала…
— Я понимаю, — заверила я ее. Некоторое время мы ехали в молчании, потом она продолжила:
— Мне кажется, вы должны знать. Сегодня утром мы с Тревором решили отправить Николаса в больницу Сент-Мэри.
Я отвела взгляд, внезапно охваченная паникой.
— Это ужасно… — прошептала я.
— Вы считаете нас жестокими?
— Он не безумен, возможно, кое-чего не помнит…
— Провалы в памяти только незначительная часть его недуга, Ариэль. Временами он впадает в меланхолию, в черную депрессию, и я начинаю опасаться не только за нашу безопасность, но и за его собственную. И следует еще подумать о ребенке.
Потрясенная такой несправедливостью, я повернулась к ней:
— Вы думаете, он способен нанести вред Кевину?
Сердце мое отчаянно забилось. Ее молчание было для меня невыносимо.
— Неужели, — не выдержала я, — у вас есть причины считать, что он может быть опасен для ребенка?
— Нет.
Прикрыв глаза, Адриенна откинула голову на подушку.
— Он любит мальчика больше жизни. Нет, он никогда не обидит его.
— И все же вы готовы разлучить их, отослать его прочь. Разве это не будет означать смертного приговора для вашего брата?
— Да. Это окончательно добьет его, — неожиданно согласилась она.
— А вы подумали о ребенке? Что случится с Кевином без отца? Вы доверите его заботам Би, которая питает к нему неприязнь? Он зачахнет и умрет без любви.
Адриенна смотрела на меня: глаза ее были печальны, а красивое лицо побледнело от холода.
— Я люблю своего племянника.
— Но вы ему не отец и не мать.
— Он никогда не знал своей матери, поэтому это не так уж важно. Кроме того… — Она глубоко вздохнула. — Кроме того, я часто думаю, что ребенок имеет непосредственное отношение к болезни брата. Видите ли, Ник виноват в смерти его матери, и это сводит моего брата с ума. Я в этом уверена.
Я заставила себя отвернуться и смотреть в окно.
Экипаж остановился, и мне не потребовалось отвечать. Мы прибыли в Бэк-Холл.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Одержимое сердце - Сатклифф Кэтрин



Роман ничего,напоминает Джейн Эйр.Немного мрачноват,но почитать можно.
Одержимое сердце - Сатклифф КэтринКатя
14.02.2012, 17.15





Да, чем то напоминает джейн эйр. Из всех романов мне очень понравился Игра теней, фильм бы получился классный.
Одержимое сердце - Сатклифф Кэтриннатали
11.02.2014, 1.11





Да, чем то напоминает джейн эйр. Из всех романов мне очень понравился Игра теней, фильм бы получился классный.
Одержимое сердце - Сатклифф Кэтриннатали
11.02.2014, 1.11





Читалось на одном дыхании. Хотя не люблю повествование от первого лица, но автор бесспорно обладает ценным писательским даром и умело погружает читателя в особую завораживающую атмосферу, так сказать, "готического романа". Да, именно "готического" ибо тут есть все, что присуще такому жанру: сумрачная, таинственная и мрачная атмосфера как внутри дома, так и снаружи; ужасные тайны, убийство, призраки, полузаброшенный замок с его одинокими и отчужденными обитателями, припадки героя, темные коридоры и тени в этих же коридорах, гаснущие свечи в самый неподходящий момент, звуки и зовущие голоса, пробирающие до дрожи...А в целом, это захватывающая история двух влюбленных, которым во имя своей любви пришлось многое вытерпеть и пережить.У каждого своя история, у каждого свои демоны внутри, но любовь побеждает все. Однозначно Сатклифф пишет на высоком уровне, ей удается выразить разную гамму чувств героев, что им сопереживаешь и веришь.Есть некоторые неточности и непонятности в поведении и поступках героев, но ни в коем случае не портит отношение к роману в целом: 9++++++/10
Одержимое сердце - Сатклифф КэтринNeytiri
26.04.2014, 11.46





тяжеловато
Одержимое сердце - Сатклифф Кэтринтаня
18.11.2014, 16.29








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100