Читать онлайн Ключ к сердцу, автора - Саксон Саманта, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ключ к сердцу - Саксон Саманта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.19 (Голосов: 31)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ключ к сердцу - Саксон Саманта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ключ к сердцу - Саксон Саманта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Саксон Саманта

Ключ к сердцу

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Каждую неделю Фокон играл в шахматы с герцогом Гленбруком – это было время для размышлений, оценки принятых решений и того, что еще должно быть сделано его засекреченным отделом.
Фокон не придавал значения тому, что герцог отчитывался за деятельность министерства иностранных дел перед самим принцем-регентом. У Гленбрука было непоколебимое стремление делать все возможное для блага Британии, иногда даже рискуя жизнью подчиненных Фокона.
Герцог требовал сведений, и Старик предоставлял их, не объясняя или почти не объясняя, как эта информация была получена.
Герцог Гленбрук предпочитал такой порядок, поручая Фокону самому заботиться о безопасности своих агентов и заниматься текущими заданиями, в то время как он сам уделял все внимание сведениям, почти никогда не зная, кто их добыл.
Этот день оказался исключением.
– Я только что взял на службу нового агента.
– О? – Гленбрук не отрывал взгляда своих светлых глаз от шахматной доски. – Ваши средства истощены. Вы уверены, что можете себе это позволить? – спросил он, переставляя ладью.
Фокон обдумал ход противника и только потом ответил:
– Этот агент не будет стоить моему отделу ни фартинга.
– Я заинтригован, – сказал герцог, оглядывая фигуры, одна из которых исчезла с доски. – И как же вам это удалось? Завербовали еще одного добровольца?
– Именно так. – Фокон сделал ход ферзем и откинулся на спинку кресла, давая себе огдых от умственного напряжения.
– Хороший человек Шеймус Маккаррен, – пробормотал герцог, следя за игрой. – Я до сих пор не могу поверить, что вы переманили его к себе. А я знаком с вашим последним приобретением?
Старик посмотрел на герцога, стараясь предугадать его реакцию и в то же время с интересом ожидая ее.
– Да.
Взгляд стальных глаз Гленбрука стал острым и пронзительным.
– Пожалуйста, только не говорите мне, что вы приняли на службу Кристиана Сент-Джона.
– Господи, да нет! – усмехнулся Фокон. – Ни в коем случае, даже если бы мальчик сам захотел. Этот у нас совершенно непредсказуем. Нет, нет, нет.
– Тогда кто же?
– Леди Джульет Первилл.
– Леди Джу… – Герцог поперхнулся. – Леди Джульет?
– Леди выразила такое желание, после того как ее репутация пострадала. – Фокон про себя усмехнулся. – Интересная девушка эта леди Первилл.
– Джульет Первилл больше чем просто интересна. – Как и ожидал Фокон, герцог был раздражен. – Она лучшая подруга моей жены.
– Все это так, но леди обладает способностями, которые мне совершенно необходимы в данный момент. Она помогла мне в одном деле. А герцогиня может продолжать вынашивать планы примирения девушки со светским обществом.
Герцог улыбнулся:
– Как я вижу, вы получили приглашение на наш бал?
– Да, благодарю вас, ваша светлость, но думаю, что я весь вечер просижу у стенки.
Гленбрук усмехнулся и, вспомнив, о чем они говорили, нахмурился.
– Так какими же столь необходимыми вам способностями обладает леди Джульет?
– А вы знали, что эта леди имеет отношение к Оксфорду?
Герцог покачал головой, и Фокон объяснил.
– Ей была присвоена ученая степень по математике.
– А, ваши драгоценные шифры. – Гленбрук понимающе кивнул, хотя и с некоторой долей удивления. – Я думал, Шеймус Маккаррен занимается расшифровкой.
– Да, занимался. До сих пор он добивался поразительных результатов, но этот последний код представляет большую опасность. – Фокон с тяжелым сердцем посмотрел на стену.
– Опасность? Разве не все французские коды опасны?
– Да, но этот… – Фокон, размышляя вслух, покачал головой: – Я чувствую, что этот… серьезная угроза безопасности нашей страны.
– Почему именно этот, а не другие?
– Не знаю. – Старик действительно не знал, но он научился никогда не пренебрегать интуицией. – Видите ли, трудность при нахождении ключа к большинству этих французских кодов заключается в том, что сами коды сложно выявить. Как только код обнаружен, такие люди, как мистер Маккаррен, быстро разгадывают шифр. Но с этим кодом дело обстоит иначе. – Фокон с досадой вздохнул. – Мы уже два месяца знаем об этом коде, но приблизились к расшифровке не больше, чем в тот день, когда впервые выявили его.
– И вы верите, что Джульет Первилл может помочь вам взломать этот код? – спросил герцог.
– Она уже помогла! Леди Джульет определила этот код, как простой указатель на значительно более сложную систему криптографии. Систему, которая, как я опасаюсь, является стержнем деятельности сети французских шпионов здесь, в Лондоне.
– Полагаю, этим будет занят блестящий ум леди Первилл, пока моя жена трудится на ее благо. – Герцог теперь был абсолютно серьезен. – Леди Джульет находится под вашей защитой?
– Да. – Фокон кивнул и заверил герцога: – Леди разместили в кабинете Шеймуса Маккаррена, и я сам нахожусь неподалеку.
– Отлично. – Герцог сделал ход пешкой. – Я никогда не узнаю конца этой истории, если моя жена подумает, что я сознательно подверг Джульет опасности.
– Можете успокоить герцогиню, ваша светлость, – уверенно сказал Фокон, – сообщив ей, что должность, занимаемая леди Джульет в министерстве, по значимости равна всего лишь должности библиотекаря и настолько же опасна.
В пятницу утром, в восемь сорок пять, леди Первилл, нагруженная книгами разных цветов и размеров, вошла в свои кабинет. Она со стуком выложила их на стол и сняла плащ, не спеша занять свое место за удобным и в то же время очаровательным столиком.
Джульет смотрела, как на стекло падают капли дождя, образуя потоки, которые сливаются в целые реки. Она провела пальцем по стеклу, удивляясь, какая сила заставляет струйки воды течь по диагонали, а не вертикально, на оконную раму.
Не являлась ли неровная поверхность стекла фактором, заставляющим воду выбирать такое направление?
Но было слишком много струек, не позволяющих своим разнообразием объяснить движение воды. Следовательно, вода сама по себе должна обладать силой притяжения, достаточной, чтобы струйки отклонялись в сторону. Но как велико это притяжение и постоянно ли оно…
Размышления Джульет прервал звук открывшейся в коридоре двери. Она поспешно схватила книгу, раскрыла ее и, склонив над ней голову, притворилась, что уже несколько часов поглощена чтением.
Дверь в кабинет открылась, и тишина заставила ее улыбнуться. Накануне она заметила раздражение мистера Маккаррена, когда, войдя в кабинет, он застал ее уже за столом. Поэтому в это утро Джульет встала в восемь, чтобы наверняка оказаться в кабинете раньше его.
Она понимала, что поступает по-детски, но все равно это доставило ей удовольствие.
– Доброе утро. – Приветствие было произнесено холодным баритоном сквозь зубы.
Леди Первилл преувеличенно неохотно оторвала глаза от увлекательной книги, которую ей так хотелось почитать, чтобы поздороваться со своим запоздавшим коллегой.
– Доброе утро. – Ее лицо осветилось улыбкой, она взглянула в сторону двери с намерением сразу же продолжить чтение.
Однако, увидев Шеймуса, стоявшего в дверях, словно портрет в раме, – его зеленый сюртук, гармонировавший с каштановыми волосами, его необыкновенные золотистые глаза, обрамленные темными ресницами, его чувственные губы, – Джульет просто залюбовалась им.
Он почувствовал себя неловко под ее взглядом и, почтительно кивнув, направился к своему большому столу. Это ей тоже понравилось, мускулы его бедер, обтянутых бежевыми лосинами, играли, когда он сгибал ноги, усаживаясь в кожаное кресло. Джульет склонила голову набок и, бросив на эти ноги последний взгляд, неохотно вернулась к своей не столь интересной книге.
Она вздохнула.
На мужчин было так приятно смотреть, и Джульет думала, сможет ли она смирить свои похотливые наклонности, сумеет ли ограничиться лишь взглядами на многочисленных красивых молодых людей, служивших в министерстве иностранных дел.
Леди Первилл перевела взгляд со страниц книги на безобразное коричневое платье, которое она заставила себя надеть. Она неустанно убеждала себя, что это для ее же пользы.
Когда дело касалось мужчин, она проявляла слабость – так бывало всегда.
Она обожала целоваться с Робертом Барксдейлом, а он даже не был ее идеалом мужчины. Если бы она родилась такой же красивой, как Фелисити, она бы уже давно стала падшей женщиной.
Джульет издала короткий смешок, уверенная, что Бог создал ее некрасивой именно по этой причине.
– Вы что-то сказали?
Она почувствовала, как залились краской ее щеки, когда поняла, что рассмеялась вслух.
– О нет! – Леди Первилл покачала головой. – Прошу прощения, эта книга довольно забавна, а я не привыкла читать в обществе других людей.
– М-м… – В его бархатном голосе звучало сомнение и некоторое превосходство, что страшно возмутило Джульет, но мистер Маккаррен этим не ограничился. – И этот роман, который вы читаете, помогает вникнуть в суть взлома французских кодов?
Ее возмутило это замечание. Как будто она попусту тратит время на чтение какого-то фривольного романа!
– Нисколько, – призналась Джульет, повернувшись к надменному шотландцу. – Однако поскольку последний сигнал не появится раньше чем на следующей неделе, при условии, конечно, что у французов будет что передать, я решила немного развлечься кое-какими исследованиями.
Шеймус выпрямился во весь свой внушительный рост и сделал несколько шагов к Джульет. При каждом его шаге ее сердце было готово выпрыгнуть из груди.
– И вы находите исследования дифференциальных исчислений… забавными? – растягивая слова, спросил он, приподняв бровь и снисходительно глядя на нее.
– В некоторой степени. – Теперь Шеймус возвышался над нею, и Джульет облизнула губы, чтобы легче было говорить. – Выводы, сделанные древними математиками, забавны своей простотой.
– Какие же? – Шотландец смотрел на нее в упор, и блеск его золотисто-карих глаз лишал ее дара речи.
Она пожала плечами, и мистер Маккаррен осторожно потянул к себе книгу, которую она держала в руках. Его длинные пальцы коснулись ее руки, и Джульет с замиранием сердца смотрела, как он подносит книгу к своему словно высеченному из мрамора лицу, образцу классической красоты.
Читая, Шеймус поднял голову, и леди Первилл боролась с желанием погладить его безупречные бакенбарды, подчеркивавшие еще более совершенную линию скул.
– Это написано на древнегреческом? – Неотразимо прекрасные глаза мистера Маккаррена снова устремились на нее, требуя объяснения.
– Да. Я нахожу, что многие тонкости математических теорий теряются при переводе с одного языка на…
– А здесь персидский текст. – Шеймус взял еще одну из ее книг.
– Да, персы были самыми лучшими матема…
– А это китайский? – осведомился он, удивленно поднимая брови.
Почувствовав необходимость защитить свои книги… и саму себя, Джульет вскочила и протянула руку за маленьким красным томом.
– Пожалуйста, осторожнее с этой книгой, мистер Маккаррен. Она очень старая, и я еще недостаточно знаю китайский, чтобы полностью разобраться в теориях. Недавно я попросила учителя, чтобы он помог мне сделать перевод…
У Джульет перехватило дыхание, когда ее речь перевили восхитительные губы Шеймуса Маккаррена.
Запустив пальцы в строгий пучок, он притянул ее голову к себе и прижался губами к шее. Но прикосновение его большой ладони к щеке взволновало ее не меньше, чем требовательные губы.
Джульет закрыла глаза, потрясенная тем, как этот поцелуй отличался от поцелуев Роберта Барксдейла.
Этот мужчина был самоуверенным и умелым. Он знал, как обольщать женщину, заставляя ее желать чего-то большего, какого-то одного заключительного штриха. У леди Первилл начинала кружиться голова, и не только от поцелуев… она совершенно растерялась.
Почему мужчина с таким опытом, как у мистера Маккаррена, захотел поцеловать ее? И ответ стал ей ясен.
– Прекратите!
Маленькая леди Джульет толкнула его в грудь с такой силой, что Шеймусу, чтобы не упасть, пришлось на шаг отступить. Он с изумлением смотрел на девушку, удивляясь тому, что он только что сделал. Его грудь и губы горели, словно обожженные прикосновением к ней.
Девушка вздернула подбородок, сжала челюсти и посмотрела на него:
– Я понимаю, что вы не желаете работать вместе со мной, мистер Маккаррен, но я полагала, что такая тактика ниже вашего достоинства.
– Нет, – возразил Шеймус, в смятении от того, что леди могла так подумать, а он был не в состоянии объяснить свой поступок… даже самому себе. – Вы неправильно поня…
– Но могу вас уверить, что министерство так легко не избавится от меня, – не слушая его, возмущалась леди. – Видите ли, мистер Маккаррен, брак моей матери с этим ублюдком, моим отцом, послужил для меня прекрасным уроком. Уроком настойчивости. И желаете ли вы этого или нет, сэр, я буду продолжать трудиться в этом кабинете, и ничто не остановит меня.
Сделав это заявление, Джульет, подобрав нелепые коричневые юбки, снова уселась за свой заваленный бумагами стол. Шеймус огляделся. Он был настолько потрясен своим поступком, что не мог двинуться с места.
Он не только не знал, что сказать, но ему теперь ничего не оставалось делать, как сидеть в одной комнате с этой женщиной, с которой он только что позволил себе некоторые вольности, и делать вид, что ничего не произошло.
А что касается того, почему он позволил себе такие вольности, мистер Маккаррен не имел ни малейшего представления.
– Как пожелаете, – проворчал Шеймус, не зная, что еще можно сказать.
Сидя в своем кресле, он незаметно ладонью потрогал лоб и, к своему огорчению, не ощутил лихорадки. Краем глаза Шеймус взглянул на Джульет, недоумевая, что заставило его поцеловать ее.
С ее неприглядного платья, с ее серого лица его взгляд перешел на ярко-синие глаза и красные, как вишня, губы. И когда эти пухлые губы шевелились, ему хотелось… Нет, он не мог удержаться, он просто вынужден был поцеловать эту женщину.
Конечно, он болен.
– Будь моя воля, мистер Маккаррен, мы бы вообще не работали вместе.
Что она говорит? Он повернулся и стал слушать.
– Я пробыла здесь два дня, и вы ничего путного не делали, а были только помехой в моих попытках разгадать этот французский код.
– Был чем? – оскорбился он.
Леди Джульет перестала писать и развернула свой стул так, чтобы видеть Шеймуса.
– Помехой, препятствием. Конечно, вам, как эксперту, это слово часто попадалось.
Прежнее унижение мистера Маккаррена померкло перед продолжавшимися оскорблениями.
– Я знаю это слово, леди Джульет.
– Гм… – Она задумалась, выражая сомнение.
– Более того, – Шеймус пытался быть рассудительным, – если мы должны продолжать работу вместе, я предлагаю обсудить, как мы…
– Не надо.
– Простите?
– Не надо этого «работать вместе». Каждый пойдет, так сказать, своим путем. – Леди Первилл расправила плечи, как будто была самой рассудительной женщиной на свете. – У меня есть вся информация, собранная министерством, касающаяся этого «кода Э». Вы на данном этапе… лишний в моем расследовании, и ваши постоянные попытки выжить меня отсюда доказывают, что вы едва ли окажете мне существенную помощь.
– Мои попытки вас выжить? Существенную помощь?
– Я не нахожу другого объяснения вашему поцелую.
Естественно, у него объяснения тоже не было.
– И может быть, вы привыкли, что женщины падают в обморок от вашего ослепительного вида, но у меня просто нет для этого времени. Как вам известно, мне надо разгадывать этот код. – Девица встала, разложила бумаги на своем столике и расправила свои ужасные юбки. – Дело в том, что я разработала направление, в котором надо вести расследование, и я должна сейчас этим заняться.
Леди покинула кабинет, а Шеймус все еще смотрел на дверь, когда мистер Хабернети вошел с утренним кофе.
– Никакого кофе сегодня, Джеймс. – Шеймус отмахнулся. – Думаю, я поработаю дома.
– Все в порядке, сэр?
– Все прекрасно, – сказал Шеймус, что не соответствовало его настроению. – Да и нечего нам здесь делать, пока в понедельник не выйдут газеты.
Другой отговорки он все равно не мог придумать. Шеймус шагнул к двери, но Джеймс остановил его:
– А следует ли сегодня ожидать леди Джульет?
Чувствуя укор совести, Шеймус взглянул на стол и то место, где они стояли, когда он целовал Джульет Первилл.
В замешательстве он покачал головой, напрягая свой разум. Вероятно, существовало новое направление в расследовании, которое он просмотрел.
– Понятия не имею, куда отправилась эта леди, – наконец признался он своему секретарю… и себе самому.
Джульет, стоя на ветру на ступенях министерства, пыталась успокоиться. Ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы оставаться в комнате после того, как мистер Маккаррен поцеловал ее. Ноги стали ватными, и леди Первилл села, молясь Богу, чтобы этот человек не заметил, что руки у нее дрожат, как листья на холодном ветру.
Но будь она проклята, если выбежит из комнаты. Ведь этого он и добивался!
Мистер Маккаррен, конечно, не имел представления о том, что ей некуда больше идти, не предполагал, что в эту минуту она ни о чем не может думать, кроме как о его чувственно прекрасном поцелуе.
Однако леди Первилл предпочла бы, чтобы он не целовал ее. Теперь она будет вынуждена день за днем сидеть в этом кабинете, зная, как великолепен этот мужчина. Какая восхитительная теплота и сила чувствовалась в его руках.
Проклятие!
Не находя себе места, она спустилась по ступеням на заполненные людьми дорожки, окружавшие Уайтхолл. «Направление расследования»! Какого черта она сказала ему это? Чтобы задеть его за живое… как это удалось сделать ему. Единственное, что затрудняло осуществление ее маленькой мести, – это отсутствие новых материалов для расследования.
Идиотка!
Карета Фелисити должна заехать за ней не раньше четырех часов, и Джульет было бы разумнее вернуться под защиту надежных стен министерства, но она не могла заставить себя это сделать. Леди Первилл предпочла бы умереть от руки разбойника, чем признаться этому поразительно высокомерному Шеймусу Маккаррену в том, что у нее нет никакого «направления расследования».
«Иди же, Джульет! Ты умная девочка», – подбадривала она себя.
Она могла пойти в любое место в Лондоне. Но куда?
Несколько минут она задумчиво смотрела на нависшее над головой зимнее небо, затем подозвала наемный экипаж.
– «Лондон геральд», пожалуйста, – сказала она кучеру, помогавшему ей перешагнуть через кучку дымившегося конского навоза и сесть в черную наемную карету.
Внутри было заметно, что карета стара и изношена, но, к счастью, в ней было чисто. Пока экипаж трясся по булыжным мостовым Лондона, Джульет сидела, откинувшись на спинку сиденья. У нее оказалось достаточно времени для размышлений.
Этот сигнал «Э» появлялся в определенных изданиях в определенные недели. Следовательно, если бы она смогла выявить последний сигнал, то можно было бы рассчитывать, что Фокон разместит своих агентов в этом издательстве и будет ждать появления французского шифровальщика.
Возможно, потребуется несколько недель на опознание этого курьера, но, насколько она понимала, это был единственный для них выход.
Эти соображения показались ей вполне удовлетворительными, и леди Первилл выпрямилась, пытаясь думать о чем-нибудь еще, кроме Шеймуса Маккаррена. Однако попытка не думать об этом человеке, наоборот, заставляла думать о нем, и этот порочный круг был прерван, только когда экипаж, слава Богу, остановился.
Джульет вышла из кареты и, протянув кучеру щедрое вознаграждение, попросила:
– Пожалуйста, подождите меня здесь.
Кучер, приподняв свою запыленную шляпу, расплылся в широкой улыбке, и леди Первилл старалась не смотрегь на пучки черных волос, торчавших из его ноздрей, как две толстые гусеницы, и шевелившихся при каждом его слове.
– Я буду стоять как приклеенный на этом самом месте, можете не беспокоиться.
– Спасибо. – Уверенная, что волосатый кучер не бросит ее на этих незнакомых улицах, Джульет повернулась к огромному зданию, перед которым они остановились.
За годы красные кирпичи потемнели от вечной несмываемой сажи, и грязное квадратное здание могло похвастаться скорее своими утилитарными функциями, чем архитектурными изысками. Единственную изящную вещь она разглядела на стеклянной панели, вставленной в обшарпанную деревянную дверь. Это были написанные золотом слова «Лондон геральд».
Леди Первилл была полна решимости доказать этому шотландцу, что ее труды чего-то стоят. Она открыла дверь в одно из многочисленных лондонских газетных издательств. Однако, ступив за порог, Джульет невольно зажала уши, оглушенная грохотом печатных машин, оказавшимся громче, чем она ожидала.
Удивленный появлением в типографии женщины, молодой человек, измазанный чем-то похожим на черные чернила, бросился к ней и молча указал гостье на дверь в дальнем углу этой огромной комнаты. Она кивнула, показывая, что поняла его. Дойдя до указанной двери, Джульет повернула круглую ручку, безнадежно испачкав белые перчатки грязью, смешанной с типографской краской.
Распахнув тяжелую дверь леди Первилл вошла. Оглядывая редакционный зал «Лондон геральд», она сняла испорченные перчатки.
То, что она увидела, не произвело на нее большого впечатления.
Одинокий клерк стоял за высоким деревянным прилавком, за его спиной были расставлены несколько старых столов, заваленных горами бумаг, за которыми едва виднелись головы пожилых джентльменов.
Перед Джульет в очереди, к которой она присоединилась, стояли два человека, что было весьма кстати, это давало ей время сформулировать свои вопросы теперь, когда она увидела механизм печатного дела в действии.
Первый посетитель закончил свое дело и ушел, кивнув пожилому человеку, стоявшему перед ней, и тот заговорил с долговязым клерком.
Старик, видимо, продавал свой дом после смерти жены.
Как грустно.
Леди Первилл снова взглянула на пожилого джентльмена, пытаясь угадать, был ли их брак счастливым. Она знала, что бывают счастливые браки, а несчастливый союз ее родителей был скорее не правилом, а исключением. Почему же она всегда относилась к браку с непреодолимым скептицизмом?
Джульет размышляла над этим вопросом, пока старик продолжал обговаривать с клерком точный текст его объявления, которое будет печататься целую неделю, и сколько это будет стоить.
Когда они договорились о цене, джентльмен заколебался, и леди Первилл поняла, что не ошиблась. Когда этот человек окончательно решил продать свой дом, его горе заметил бы всякий, лишь взглянув на него.
– Ну и как? – без малейшего намека на сочувствие спросил клерк. – Вы хотите разместить ваше объявление или нет?
Джульет, возмущенная грубостью клерка, улыбнулась старику и довольно громко сказала:
– Они в этой «Геральд» совсем не дают вам времени принять решение, разве не так?
Люди, сидевшие за столами, неодобрительно уставились на нетерпеливого клерка.
Ободренный ее добротой, джентльмен ответил ей улыбкой и затем наконец кивнул клерку и заплатил за объявление.
Леди Первилл посмотрела ему вслед и повернулась к невежливому клерку. Она уже открыла рот, когда рядом с ней протянулась длинная толстая рука с тонким коричневым конвертом.
– Это вам, мистер Смит, то же самое, наконец…
– Простите. – Джульет оглянулась, чтобы посмотреть на нахала.
Огромный мужчина с безобразным шрамом на левой щеке взглянул на нее, его глубоко сидящие карие глаза смотрели как будто сквозь нее, как на пустое место.
– Я отниму лишь минуту, мадам. – Верзила снова протянул клерку конверт. Однако передать документ ему помешал изящный венецианский веер леди Первилл, преградивший путь мускулистой руке этого человека.
– И я тоже, – улыбнулась она.
Клерк и мужчина с конвертом недовольно переглянулись, но Джульет не обратила на это внимания.
– А теперь, – снова обратилась она к служащему, – будьте добры, ответьте на несколько моих вопросов. – Она наградила его самой обаятельной улыбкой. – Я была бы вам очень признательна.
– Да, мадам, – уступил явно недовольный клерк.
– Если бы я поместила объявление в вашей газете сегодня, то когда можно ожидать, что я увижу его опубликованным?
– Через три дня.
Леди Первилл подсчитала и спросила:
– А если я помещу объявление сегодня, то каков максимальный срок, на который вы можете задержать публикацию этого объявления?
– На неопределенное время, мадам. – Его улыбка выражала в лучшем случае терпение. – Все, что от вас требуется, это указать дату, когда вы желаете, чтобы ваше объявление появилось в газете.
– Вот таким образом? – Джульет указала на коричневый конверт верзилы, на котором была нацарапана дата.
– Да, мадам. Ну, теперь это все? – спросил нетерпеливый клерк.
– Еще один вопрос.
Грубиян за ее спиной возмущенно заворчал, заставив леди Первилл повернуться к нему.
– Сэр, по-моему, вы нервируете служащего. Может быть, вам лучше отойти вон туда?
Они смотрели друг на друга, но Джульет выдержала его взгляд, и мужчина неохотно отступил на шаг назад. Затем она снова обратилась к загнанному в тупик клерку:
– За какой срок до публикации вы получаете статьи от сотрудничающих с вами авторов? – осведомилась она.
– За день.
Джульет преувеличенно мило улыбнулась грубиянам.
– Спасибо, – сказала она, забирая свой ридикюль и направляясь к выходу.
Верзила со шрамом быстро прошел мимо нее и протянул клерку свой конверт, однако не спуская взгляда своих пустых глаз с леди Первилл.
– Как обычно, – сказал он, повернулся и вышел за дверь, еще раз демонстрируя свою грубость.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ключ к сердцу - Саксон Саманта



ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ РОМАН ! 10 из 10 1
Ключ к сердцу - Саксон СамантаЛюбовь М .
15.01.2014, 21.03





Гл. героиня умная серая мышка, обожающая мужчин. Гл. герой, как всегда умный, красивый, высокий. Для него идеал женщины полная противоположность гл.героини. Это он так думал, но героиня взяла, как говорится "быка за рога". Прочитала быстро, не жалею, в общем неплохо, твердая 9-ка.
Ключ к сердцу - Саксон СамантаТаня Д
5.05.2015, 15.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100