Читать онлайн Тайна ожерелья, автора - Сайтс Элизабет, Раздел - ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тайна ожерелья - Сайтс Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.89 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тайна ожерелья - Сайтс Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тайна ожерелья - Сайтс Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Сайтс Элизабет

Тайна ожерелья

Читать онлайн


Предыдущая страница

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

В кухне Лены Максон зазвонил телефон. Айрис, сидя в спальне, даже подпрыгнула.
– Сэнди подойдет, – спокойно сказала Лена. – Успокойся. Господи, дорогая, у тебя уже было более чем достаточно звонков после той конференции… Репортеры отовсюду… Ты даже дала интервью той женщине из «Доброе утро, Америка» этим утром. Пора тебе уже привыкнуть.
– Звонков много, но я хочу услышать только один, – вздохнула Айрис. – От ювелира из Лас-Вегаса.
– Знаю, – сказала Лена. – Ты подскакиваешь совсем как твой глупый кот всякий раз, когда звонит телефон. Не дыши, или я никогда не затяну этот корсет. Понятия не имею, почему ты хочешь продать ожерелье, особенно после всех своих мучений.
– Я хочу оценить его, вот и все. Большинство камней – полудрагоценные, но изумруды, рубины и, возможно, сапфиры могут быть очень дорогими.
– Но почему? Ты же всегда хотела найти его, чтобы подтвердить свою версию, а не из-за его стоимости.
– Мне оно нужно не ради него самого, – сказала Айрис. – Я послала письмо и фотографии Дональду Фонтеноту в Аризону. Он позвонил и сказал, что приедет на праздник, чтобы… ну, «пересмотреть свои выводы», как он выразился. Вполне возможно, он закончит это дело еще большим, чем когда-либо, бестселлером.
– Но тогда почему ты отослала ожерелье – в Вегас? – упрямо повторила Лена. – Ты должна была надеть его на праздник.
– Они пришлют его обратно, – вздохнула Айрис. – Мне бы не хотелось говорить, почему я хочу, чтобы его – оценили. По крайней мере, не сейчас. Если камни окажутся поддельными или еще что-то в этом роде, то моя идея не сработает.
Моя идея, думала она, – самой основать клинику в Фелисити.
Потому что я не собираюсь отступать. Возможно, тогда, в шахте, я на мгновение и испугалась, что слишком поздно, но я была тогда чересчур усталой и несчастной, и прежде всего меня немного ошеломила находка ожерелья. Еще не поздно. Никогда не поздно. Если ожерелье достаточно ценное, если я смогу продать его, я сама открою клинику. К чертям правление «Золотой Долины» с их возникшими в последнюю минуту сомнениями насчет праздника.
Я останусь в Фелисити. И буду работать в клинике, если понадобится. Бог свидетель, у меня было достаточно опыта в организации нового за прошедшее лето. Мне не обязательна собственная библиотека для моих изысканий. Я буду делать это в свободное время.
И пока я здесь и Адам здесь…
– Говорю тебе, это просто сказка, – бормотала Лена, прилаживая вуаль всех цветов радуги. – За два дня до начала праздника, когда все уже давно махнули рукой на все это дело, ты посреди ночи заявляешься домой растрепанная, с ожерельем, небрежно засунутым в сумку на поясе. Теперь все комнаты забиты посетителями, и они готовы платить за право спать на раскладушках на крыльце. Что сказал Адам, когда узнал, что ты опять спускалась в эту страшную шахту?
– Ничего, – сказала Айрис, нагнувшись и высвобождая когти Кузнечика, застрявшие в бирюзовой вуали.
– Ничего? В самом деле? Я-то думала, что он был в ярости.
– Адам не знает, – последовал ответ. – После того как он привез меня домой во вторник, он поехал прямо в Карсон-Сити, чтобы снова встретиться с людьми из «Золотой Долины». Заявил, что не вернется, пока не убедит их изменить позицию, и я сказала ему…
Ты мне не нужен.
Она с трудом проглотила комок в горле.
– Ну, я сказала ему, что мы сможем справиться с праздником и без него, если он задержится, поскольку его все еще нет, я думаю, что придется обойтись без него.
– Надеюсь, особых проблем не будет, – нахмурилась Лена. – Во всяком случае, все хотят увидеть тебя. Но они будут разочарованы отсутствием ожерелья. И расстроятся еще больше, когда обнаружат, что не будет свадьбы Женщины-Радуги.
– Знаю.
– Я с нетерпением ждала этого. Ты и Адам, идущие к венцу.
Айрис вспыхнула.
– Не я и Адам, – поправила она, – а Айрис Мерлин и Уинни Роланд. Это была бы только инсценировка.
– Это Невада, знаешь ли, мы нетерпеливы. И вы всегда могли…
– Инсценировка, – твердо повторила Айрис. – А сейчас даже этого не будет, так что не нужно меня заводить. Но очень хочется узнать, что происходит в Карсон-Сити.
Лена вздохнула:
– Мне тоже. Мы все как на иголках. У меня-то достаточно веры в Адама Фримонта. Но вот остальные жители напуганы до смерти. Многие вложили все свои сбережения в этот проект. Страшно, если «Золотая Долина» вот так, в последнюю минуту, выйдет из игры.
– Они не выйдут. Нет. Пока – нет.
– Ну ладно, вот вернется Адам, и мы все точно узнаем, – сказала Лена, втыкая последние украшенные жемчугом шпильки. – Так. Теперь ты действительно готова, и тебе лучше бы идти. Уже десять. Стой, подожди минутку, этот твой кошмарный кот опять запутался в вуалях.
– Дай его сюда, – протянула руки Айрис. – Я возьму его с собой. И знаешь, Лена, ты – единственный человек, которому я доверю расписаться за посылку, которую пришлет ювелир. Когда она придет или если позвонит ювелир…
– Знаю, – перебила ее Лена. – Сэнди хочет непременно посмотреть праздник и сделать много снимков для Саманты, но я останусь здесь, обещаю. Если ювелир позвонит, я примчусь, даже если придется всех растолкать.
Был изумительный день.
Все, что никак не получалось на репетициях, прекрасно прошло во время праздника. Мул Гарри Максона был просто прелесть, фейерверк удался, и Билли Эрли ни разу не упал со своего пони. Небо было ясным и удивительно голубым, дул легкий ветерок, и его хватало, чтобы вздымать вуали вокруг лица и плеч Айрис радужными облаками пурпурно-оранжево-желтого, зеленого и бирюзового, лазурного и темно-синего, переходящего в фиолетовый, цвета.
Камеры были везде, они щелкали, жужжали, пытались ослепить вспышками, почти невидимыми на солнце. Были и видеокамеры – от крошечной камеры Сэнди Киллиан до махин, взгромоздившихся на плечи телевизионщиков. На украшенной повозке ехала Айрис, крепко прижимавшая одной рукой Кузнечика.
– Где ожерелье? – крикнул кто-то.
– Где Уинни Роланд?
– Айрис! Посмотри сюда!
– Мама, это волк? Вон там, в зеленом грузовике!
Волк?! Зеленый грузовик?!
Айрис так резко повернулась, что чуть не упала. «Эсмеральда» вклинилась между школьным оркестром и толпой на тротуаре; Адам за рулем, и Киманчи рядом с ним на переднем сиденье. На Адаме был пиджак цвета воронова крыла, тугой галстук и вышитая жилетка от костюма Уинни Роланда. Он что-то объяснял одному из трубачей, потом повернул голову, встретился с ней глазами и, совершенно неожиданно, улыбнулся.
Сердце Айрис остановилось. Все застыло. Казалось, все замерло навсегда, когда Адам улыбнулся ей.
– Адам! – крикнула она. Повозка дернулась, она ухватилась за спинку сиденья, чтобы не упасть, и ее сердце забилось снова.
– О, Адам, что там в Карсон-Сити? Что решили в правлении «Золотой Долины»? Они вернулись к проекту «Рейнбоу»?
Он показал рукой на уши и покачал головой. Когда ему удалось подъехать поближе, он высунулся из окна.
– Как ты красива! Не может быть, чтобы весь этот бедлам был из-за праздника Старого Фелисити.
Что здесь, черт возьми, происходит?
Он ничего не знает! Адам приехал прямо из Карсон-Сити и ничего не знал про ожерелье.
– Не обращай внимания. Как насчет «Рейнбоу»?
– Я ушел с совещания в час, – сказал он. – Они все еще доказывали, что Фелисити слишком изолирован, а я объяснял, что праздник изменит положение, и вдруг мне пришло в голову, что если праздник так важен, то мне лучше быть здесь и играть свою роль. Господи, как бы я хотел, чтобы они увидели все это. Какого черта здесь делает телевидение?
– Ты не слушал радио, да? – улыбнулась Айрис. – И не читал газеты, и не смотрел телевизор этим утром?
– Нет, – озадаченно сказал он. – Я был на совещании все эти два с половиной дня. Вернулся домой в пять утра и думал немного поспать. Извини, что опоздал. Айрис, что происходит?
– Я нашла его, – сказала Айрис. – Во вторник ночью, там, в шахте. Я нашла ожерелье!
– Нашла что?
Повозка остановилась так резко, что девушка вынуждена была снова ухватиться за сиденье. По толпе волной прошел гул, головы стали поворачиваться в одну сторону. На пересечении улиц, поперек дороги, блокируя шествие, стоял джип. Лена Максон высунулась из окна, размахивая большим красно-бело-синим пакетом.
Ожерелье, сообразила Айрис. Ювелир отослал его быстрее, чем я ожидала. Значит ли это, что его оценили высоко? Или, наоборот, низко?
– Адам, – попросила она, – ты сможешь выбраться из толпы и принести тот пакет от Лены? Прямо сейчас? Пожалуйста!
«Эсмеральда» остановилась вместе со всем парадом.
Впервые Айрис заметила вмятины и царапины на дверце водителя и крыле машины – результаты аварии в пустыне.
Ты знаешь, – сказал Адам той ночью, – здесь место, где осуществляются наши фантазии.
О, пожалуйста, молила девушка. Пожалуйста, пусть оценка будет высокой. Пусть здесь будет еще одно место, где смогут осуществиться наши фантазии…
Адам распахнул дверцу и вышел.
– Я пробьюсь туда, – сказал он, – и, если нужно, принесу пакет в зубах. Ради Бога, Айрис, ты только что сказала, что нашла ожерелье Айрис Мерлин?
– Принеси пакет, и я покажу тебе его.
Кима выпрыгнула из грузовика, и, как по волшебству, толпа разделилась надвое. Лена вручила Адаму конверт, помахала Айрис и вырулила джип с дороги так, что шины завизжали. Шествие снова пришло в движение. Люди размахивали руками и кричали от возбуждения, репортеры с камерами проталкивались вперед.
– Вот! – Адам вспрыгнул на повозку, Кима растянулась с ним рядом, а Кузнечик изогнулся в руках Айрис, его шерсть встала дыбом и черно-белый хвост распушился.
– О, Боже, она загрызет его! – Айрис с трудом сдерживала котенка. – Держи ее, Адам.
– Не бойся, она не станет с ним связываться, – успокоил ее Адам.
Айрис рассмеялась. Ей было хорошо. Вуали трепетали на ветерке.
– Я тоже ее не боюсь, – сказала она. – Больше не боюсь. Смотри.
Она наклонилась и погладила Киму по голове. Мех был густым и мягким. Киманчи повела ушами и взглянула на Айрис.
Остаток слабости и страха испарился на солнечном свете. Айрис снова рассмеялась.
– Я не боюсь ее, – повторила девушка. – Я теперь ничего не боюсь.
– Ну, а я боюсь, – усмехнулся Адам. – Я боюсь, что эта толпа разорвет нас на кусочки, если ты не откроешь посылку. Что это, извинения от Дональда Фонтенота?
– Я уже получила их, – сказала Айрис. – Это лучше. По крайней мере, я надеюсь, что лучше.
Она разорвала пакет. Внутри был сверток со старой ювелирной шкатулкой и письмо. Девушка раскрыла послание.
– Мы благодарны возможности, и т. д., и т. д., и т. д., – читала она. – Аметисты, аквамарины, цитрины… Вот. 48 рубинов, подобранных по цвету, примерно в карат весом каждый. 60 изумрудов, очень чистого цвета, вес в каратах колеблется от… Стоимость самих камней от 300 до 400 тысяч долларов. Ожерелье в целом как исторический предмет, однако, уникально и может стоить… От 300 до 400 тысяч долларов.
Врач. «Скорая помощь». Клиника со сверкающим новейшим оборудованием.
Письмо выпало из рук Айрис, и ветерок подхватил его. Адам вовремя поймал пакет, иначе он тоже выпал бы из ее рук. Он разорвал красно-бело-синюю обертку и с большой осторожностью вскрыл меньший сверток. Увидев старую ювелирную шкатулку, нахмурился и заколебался.
– Открой ее, – сказала Айрис.
Адам откинул крышку.
Солнце брызгами огня разлетелось от камней в изящной золотой и серебряной оправе. Адам долго смотрел на все это великолепие, не говоря ни слова. Вокруг них щелкали и жужжали камеры, мелькали вспышки.
– Где ты нашла его? – наконец спросил он. – Как?! Боже, Айрис, я не знаю, поздравлять ли тебя с этой находкой или ругать за то, что пошла на такой риск. Ведь старая шахта небезопасна.
– Это заняло всего несколько минут, – виновато сказала она. – Потом я расскажу тебе. О, Адам…
Айрис запнулась и посмотрела на него любящим взглядом. Он улыбнулся ей.
– Айрис, я…
– Нет, – оборвала она его. Ее сердце тяжело билось, ладони были холодные. В ее мечтах все было так просто, но как тяжело оказалось на самом деле.
Это была не фантазия. Это был риск, на который раньше она никогда бы не осмелилась. – Нет, – повторила Айрис. – Я хочу рассказать тебе, что я собираюсь с ним сделать.
– Надеюсь, ты собираешься его надеть.
– А после праздника…
Его глаза потемнели. С поразительной ясностью она читала его мысли, а в ушах звучали ее собственные слова: Я положу ожерелье в стеклянную витрину «библиотеке, и люди будут приезжать издалека, чтобы…
– Я не собираюсь класть его под стекло ни в библиотеке, ни где бы то ни было, – сказала она. – Я намерена продать его. И использую эти деньги на открытие клиники здесь, в Фелисити, о чем мы с тобой и говорили. Я остаюсь, Адам, и я намерена удостовериться, что такие случаи, как с Самантой, никогда больше не повторятся.
– Ты нашла свое ожерелье, – сказал Адам бесцветным, невыразительным тоном, что совсем не было похоже на него. – Оно стоит 400 тысяч долларов. И ты собираешься продать его и открыть клинику здесь, в Фелисити?
– Да, – подтвердила Айрис. – И, Адам, я…
Я люблю тебя. Я люблю тебя. Почему так трудно выговорить эти слова?
Он обнял девушку и прижал ее лицо к своей груди. Толпа с вожделением подбадривала их криками. Айрис обняла его. На ее щеке отпечаталась вышивка его жилета. Только почувствуй это, Адам, молила она про себя. Почувствуй, что я пытаюсь сказать тебе. Я люблю тебя. Я люблю тебя…
– Я знаю, – мягко сказал он. – О, моя дорогая, я знаю. Но все изменилось. Ты богата. Ты героиня. А я демонстративно ушел от членов правления «Золотой Долины». И теперь должен начать все сначала, вновь искать вкладчиков. У меня ничего нет, Айрис, кроме требований города-призрака и кипы предварительных отчетов.
– Не имеет значения.
– Для меня имеет.
Она отвернулась. Я не буду плакать, ожесточенно уговаривала она себя. Не перед этими людьми. Только не перед всеми этими камерами. Пусть я упаду замертво, превращусь в пепел, который развеет ветер, прежде чем я уроню хоть единую слезинку.
Но я не собираюсь отступать. Не собираюсь бездействовать и не позволю ему отказаться от меня.
– Ну, тогда будь гордым, Адам Фримонт, – сказала она. – Будь упрямым. Будь дураком. Я все равно люблю тебя.
Айрис поняла, что неожиданность этого признания потрясла его, по внезапному блеску ожерелья, которое дрогнуло в его руке. Он нахмурился.
– Айрис, – выдохнул он. – О, Айрис. Моя дорогая!
– Ты поможешь мне надеть ожерелье? – сказала она. – Или так и будешь стоять здесь, и держать его в руках, пока не кончится праздник?
Он взял прелестное ожерелье за обе половинки застежки. Айрис повернулась спиной, и он поднял украшение над ее головой. Крики и шум камер замолкли. Девушка почувствовала прохладу филигранной оправы на своей коже, и затем прикосновение его пальцев, которые отодвинули в сторону прядь упавших волос и застегнули замок.
– Ты так прекрасна, – пробормотал Адам, – что от этого становится больно, ты знаешь это, дорогая? Чрезвычайно прекрасна, смела и щедра. Я не могу отпустить тебя.
– Адам! Адам, смотри-ка!
Это был мужской голос, очень знакомый. Айрис подняла глаза.
Томми Киллиан, одетый как рудокоп прошлого века, пробивал себе дорогу вперед сквозь толпу. Позади него шли высокая светловолосая женщина и шесть или восемь мужчин в деловых костюмах, выглядевшие нелепо и совершенно не к месту в праздничной толпе.
– Это Кэролайн Уэлком, – сказал Адам отсутствующим голосом. – И Роджер Харрис, и Эд Воган, и… как там его зовут? Все правление «Золотой Долины» в полном составе. Какого черта им здесь нужно?!
– Адам, эти люди ищут тебя, – крикнул Томми.
Киношники проталкивались к ним, неотвратимые, как паровой каток. Адам, казалось, прирос к месту. Повозка со скрипом остановилась среди поднявшейся бури щелкающих камер.
Айрис подхватила свои юбки.
– Кима, – скомандовала она, – останься. Карауль Кузнечика. Адам, помоги мне сойти. Я ничего больше не могу делать, кроме как красоваться здесь в этих корсетах.
Он спрыгнул с повозки и протянул к ней руки. Девушка почувствовала их на своей талии, такие теплые, крепкие и надежные. Он опустил ее на землю в вихре переливающегося радугой шелка.
– Ты только послушай, – возбужденно прошептал Томми Киллиан. – Только послушай. Это все насчет «Рейнбоу» и ожерелья и…
– Почему вы не сказали нам, – с некоторым раздражением выступил один из приезжих, – что мисс Мерлин нашла ожерелье?
– Я не знал, – сухо ответил Адам.
– Адам, это невероятно. – Это Кэролайн. Она локтем отодвинула Томми в сторону, Вы говорили, что праздник привлечет в Фелисити много народу, но ничего подобного я себе не представляла.
– Я тоже, – сказал Адам. – Что вы здесь делаете?
– Этим утром я увидел мисс Мерлин в шоу «Доброе утро, Америка», – сказал приезжий номер два. – Не мог поверить своим глазам. Естественно, я созвонился со всеми, и мы сразу же приехали сюда. Видите ли, это все меняет.
Это все меняет.
– Меняет как? – резко спросил Адам. Он явно старался, чтобы вопрос прозвучал непринужденно, но это ему не очень-то удалось.
– Ну, мы готовы выпустить акции, – сказал номер второй. – Очевидно, наши сомнения в способности Фелисити привлечь достаточное количество людей были ошибочны.
– Ошибочны, – мрачно согласился номер первый.
– Совершенно ошибочны, – признала Кэролайн Уэльсом. В ее обычно бесстрастном голосе слышалась нотка триумфа. – Хотя лишь Айрис с ее ожерельем удалось пробиться сквозь ваши толстые черепные коробки. Мы не позволим теперь Рейнбоу ускользнуть от нас, Адам. Лед тронулся. Мы хотим, чтобы в понедельник вы вернулись в Карсон-Сити и подписали бумаги.
– Я приеду, – сказал Адам. Он ухмылялся. Прямо в десятку! 10 из 10. 20 из 10! – Я приеду, можете быть уверены.
Томми Киллиан издал вопль радости.
– Дело пошло! – закричал он. – Да здравствует Рейнбоу!
Толпа сошла с ума. И Адам, замкнутый, суровый Адам, тоже со всеми обнимался, отвечал на дружеские тычки. Айрис смотрела на него, не отрываясь.
Внезапно ее корсет превратился в тиски. Стало невозможно дышать. У нее потемнело в глазах, и ей показалось, что она падает…
– Айрис!
Это был голос Адама.
– Айрис!
… Она открыла глаза.
Она лежала на кровати в комнате, которую прежде никогда не видела. Стены были выложены мягким необработанным деревом красновато-золотистого цвета, вся комната была залита солнечными лучами.
Спальня Адама. «Корсаж подвенечного платья Невесты из Рейнбоу был расстегнут на спине, корсет расшнурован. Какое блаженство – дышать глубоко и свободно!
– С тобой все в порядке? – спросил Адам. – Наверное, было слишком много солнца, много переживаний и, как мне кажется, слишком тугой корсет.
– Разумеется, со мной все в порядке, – виновато улыбнулась Айрис. – Хотя, кажется, у меня входит в привычку падать в обморок у тебя на руках. Где ожерелье?
– На вашей шее, мэм.
Девушка подняла руку и почувствовала его. Оно было здесь.
– Как, ради всего святого, я – попала сюда?
– Я не думаю, чтобы тебе понравилось, если бы (твой корсет расшнуровывали перед всеми четырьмя телевизионными камерами.
Айрис хихикнула. Она еще не совсем пришла в себя, но на душе у нее было легко и свободно, и самым правильным казалось посмеяться.
Адам тоже улыбнулся:
– Ты помнишь, что произошло?
– Подошел Томми Киллиан, – стала вспоминать Айрис. – И Кэролайн Уэлком, и мужчины в деловых костюмах. Адам! Акции! Они все-таки намерены выпустить акции!
– Правильно. А я сейчас намерен нарушить свое обещание.
– Какое обещание?
Адам наклонился и поцеловал девушку с такой силой и нежностью, как будто бы наступал конец света. Поцелуй был пронзительно-сладок и длился вечность.
– Обещание, – сказал он, наконец, подняв голову, – больше никогда не целовать тебя так.
– Ты больше не будешь таким глупым?
Он усмехнулся.
– Более романтического предложения я и представить себе не могу. Да, мисс Знаменитость, я намерен прекратить совершать глупости. Я хочу жениться на тебе прямо сейчас, сегодня после полудня.
– Сегодня днем? – Она села в постели. – А разве это возможно?
– Здесь Невада, – успокоил Адам любимую. – Конечно, возможно. Вы планировали сегодня инсценировку свадьбы Женщины-Радуги, не так ли?
– Да, но…
– Вместо этого у нас будет настоящая свадьба. Репортеры сойдут с ума. Ты согласна?
– Конечно, согласна, – прошептала она. – О, Адам, я люблю тебя. Я так сильно люблю тебя!
– Я тоже люблю тебя, – признался Адам. – Намного сильнее, чем могу это выразить. Даже больше того – никогда не знал, что любовь может быть не только эгоистичной, но и щедрой, моя дорогая.
– Я все-таки хочу продать ожерелье, – предупредила Айрис. – Меня не заботит, сколько стоят ваши акции. Я продам ожерелье и на эти деньги открою клинику, и даже не пытайся остановить меня.
– Мне и в голову не приходило останавливать тебя, – сказал Адам. – Но обещай мне две вещи.
Айрис с подозрением глянула на него. По крайней мере, она старалась смотреть сердито. Но это, кажется, не помогло.
– Какие такие две вещи? Адам взял ее за руку.
– Которая это рука?
– Правая, – недоуменно ответила Айрис. – Нет, левая.
Он улыбнулся и кончиком пальца обвел кружок вокруг ее среднего пальца. Он как будто бы уже чувствовал на нем что-то золотое, отполированное, теплое от ее кожи.
– Сохрани один рубин из ожерелья, – попросил Адам. – Тот, который был у тебя в сумке, который ты показывала всем нам в тот первый день в салуне. Я хочу вставить его в первое золото, которое мы добудем тебе в Рейнбоу для кольца.
– Обещаю, – поклялась Айрис. – О, Адам, это было бы здорово. Спасибо. – Она крепко обняла его. Радужный шелк ее юбки зашелестел.
Пурпурный – цвет страсти, оранжевый – счастья, желтый – света…
– Ну, а другая вещь? – спросила счастливая Айрис.
– Я не буду препятствовать тебе строить клинику, – пообещал Адам, – если ты не будешь мешать мне строить библиотеку.
– Адам! – воскликнула она. – О да, пожалуйста! Я хочу, чтобы в городе была и библиотека! Еще один бесконечный поцелуй – и еще больше шелеста шелка.
Розовый – для любви, зеленый – для жизни, бирюзовый – для процветания…
– А сейчас я лучше снова зашнурую тебя, – сказал Адам. – В любую минуту репортеры полезут в окна. А мы должны быть готовы к свадьбе.
– Ты будешь чудесным Уинни Роландом, – благодарно сказала Айрис. – О, Адам, я так счастлива!
Лазурь – цвет надежды, индиго – вечности, фиолетовый – преодоление страданий.
– И я, дорогая. Ты будешь самой прекрасной…
Он остановился. Казалось, что голос не повинуется ему. Его руки сжали ей ладони.
– …и любимой, – наконец произнес он. – Очень любимой, Айрис Мерлин. Ты будешь моей собственной Женщиной-Радугой.

загрузка...

Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Тайна ожерелья - Сайтс Элизабет

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Тайна ожерелья - Сайтс Элизабет



Неплохой роман, для тех кто любит сказки. Читать легко. Понравился. Не затянут.
Тайна ожерелья - Сайтс ЭлизабетАнна
27.08.2012, 21.38





Люблю такие сказки ! Перечитала ! ОТЛИЧНО !
Тайна ожерелья - Сайтс ЭлизабетЛюбовь М.
11.01.2014, 17.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100