Читать онлайн Вопреки небесам, автора - Хокинс Карен, Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вопреки небесам - Хокинс Карен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 55)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вопреки небесам - Хокинс Карен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вопреки небесам - Хокинс Карен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хокинс Карен

Вопреки небесам

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

— Но это несправедливо, — упрямо тянул Уильям, не замечая, как вдруг побелело лицо матери, а рука, державшая его руку, задрожала. Дети редко обращают внимание на такие вещи, не то что взрослые. Остановившись у входа в конюшню, чтобы дать им пройти, Хью Макдональд не мог не задаться вопросом: отчего у Кэтрин такое лицо?
На нем был не только гнев, но и страх, отчего его черты внезапно заострились. Хью знал это лицо до мельчайших черточек и мог бы, как скульптор, передать линию носа, разлет бровей, взмах ресниц, прикосновение которых он до сих пор чувствовал на щеке, соблазнительный изгиб губ, округлость щек, упрямую твердость подбородка… Все это он помнил с математической точностью, рожденной многократным повторением. Но сейчас брови у нее были сурово нахмурены, губы плотно сжаты, со щек сбежал привычный румянец.
— Я хочу покататься на лошади.
Хью невольно усмехнулся категоричности его тона.
— У нас с тобой нет лошади, Уильям. К тому же ты еще слишком мал, чтобы вертеться в конюшне. Это опасно.
— Хочу ездить верхом.
— Сейчас меня не интересует, чего ты хочешь, молодой человек. Я запретила тебе подходить к лошадям.
Хью собирался вмешаться, но Кэтрин его опередила. Резко обернувшись к сыну, она присела рядом с ним на корточки и возбужденно зашептала, так что Уильям, забыв свою просьбу, с изумлением уставился на мать.
— Слушай меня внимательно, дорогой, и запомни горькую правду. Лошади не для таких, как мы с тобой. Когда ты немного подрастешь, тебе придется выучиться какому-нибудь ремеслу, чтобы, став взрослым, ты мог бы содержать семью. У тебя никогда не будет ни замка вроде Ненвернесса, ни лошадей, ты никогда не станешь принцем. Ты можешь плакать, кричать, бить кулаками о землю, но мир от этого не изменится. Благодари за то, что имеешь, Уильям, и не хнычь из-за того, чего у тебя нет.
— Но это несправедливо… — снова затянул мальчик, однако без прежней уверенности, на мать он старался не глядеть.
— Ты прав, — согласилась Кэтрин, вставая. — Жизнь не всегда справедлива, и мне жаль, что тебе пришлось усвоить это слишком рано…
— Можно хотя бы погладить лошадку?
— Послушай, дорогой, — вдруг весело предложила Кэтрин, — почему бы тебе не поиграть с Драконом?
Получается, это моя собака, а не твоя. Я кормлю его, вывожу гулять, играю…
— Мне больше нравятся лошади, — упрямо сказал Уильям.
В ответ мать лишь усмехнулась, а Хью подумал: что она скажет, если у сына появится собственный конь?
— Мама, а почему ты никогда меня не наказываешь? — неожиданно спросил мальчик.
Привыкшая к тому, с какой молниеносной быстротой ее сын меняет тему разговора, Кэтрин все же была озадачена его вопросом.
— Но, дорогой… Ты считаешь, это необходимо?
— Недавно Джейк получил от отца трепку за то, что ощипал курицу… Живую, — пояснил Уильям, желая поточнее воссоздать картину происшедшего. — А Майкла заставили чистить уборные за то, что он пролил молоко на ковер лэрда. Дэвид ругался плохими словами, в наказание его отправили подметать конюшню. Правда, там он узнал еще целую кучу таких слов. Почему ты никогда меня не наказываешь?
— Ты же не делаешь ничего такого, правда?
— Не-а.
— Так зачем тебя наказывать?
Похоже, материнское объяснение не удовлетворило Уильяма.
— Это потому, что у меня теперь нет отца?
Как меняется у него голос, когда он рассуждает о серьезных вещах. Она сейчас будто ступает по горячим углям.
— Уильям, — начала она, помолчав, — человека наказывают, когда он совершает дурные поступки, от которых может пострадать он сам или другие люди. Иногда бывает достаточно слов, но, видно, твои друзья не понимают уговоров, и родители посчитали, что требуется нечто более серьезное, чтобы их дети усвоили урок. Если ты сделаешь что-нибудь плохое, я обязательно сначала поговорю с тобой. Ты понял? — Мальчик неохотно кивнул, похоже, ей не удалось его убедить. — Но если я увижу, что слова не доходят, тогда я тебя накажу. И поверь, наказание не будет менее суровым только потому, что у тебя нет отца. Ну как, я ответила на твой вопрос?
Опять кивок, правда, чуть более энергичный. Неужели Уильям тоскует по отцу или просто завидует друзьям, у которых они есть?
Как ни странно, разгадал загадку именно лэрд Ненвернесса.
— Мой сладкий малыш, — пропела Сара высоким, не лишенным приятности голосом. — Мама любит тебя. У ее сыночка такие светлые волосики, а глазки совсем голубые…
Улыбнувшись, она наклонилась к свертку, покоившемуся у нее на руках, и прижала к сердцу, чувствуя, как молоко щекочет соски. Обнажив одну грудь, Сара поднесла ее к ротику малыша, в эту минуту она составляла с ним единое целое и была наверху блаженства.
— Ну вот и хорошо, — удовлетворенно произнесла счастливая мать, осторожно вынимая грудь из ротика младенца и ласково похлопывая его по попке. Мягкий звук шлепка заставил ее улыбнуться.
Она положила завернутый в одеяло сверток на кровать, пригладила волосы и снова обернулась к сыну.
Но тот исчез.
Вместо ангельского детского личика Сара увидела на кровати скомканный пухлый узел, ошарашенно заморгала и с такой силой впилась зубами в руку, что на пальцах выступили красные пятна. Где ее малыш? Как она могла забыть, куда его положила?
Сара обвела взглядом спальню и, заметив Агнес, с облегчением вздохнула. Раз Агнес здесь, все в порядке, она найдет пропажу.
Заметив по глазам своей любимицы, что та снова впадает в панику, уже ставшее привычным состояние, горничная боязливо подошла к кровати.
Горе наложило ужасный отпечаток на некогда миловидное лицо, глубокие морщины, которые при благоприятных обстоятельствах не появились бы еще долгие годы, избороздили щеки и лоб Сары. Она побледнела, отказывалась принимать ванну, не позволяла Агнес расчесывать ей волосы, которые давно спутались и утратили блеск, не желала менять грязную ночную рубашку. Стоило Агнес приблизиться, как она бросалась на нее с кулаками, царапалась, кусалась.
Они украли ее ребенка.
Агнес вздохнула, стараясь не показать своего беспокойства. Каждое утро происходило одно и то же: Саре казалось, что она баюкает ребенка, нежно поет ему какую-то песенку, а затем в иллюзию вторгалась жестокая реальность, и несчастная понимала, что младенца в одеяле нет. Тут картина резко менялась: Сара плакала, звала сына, жаловалась, что его похитили злые люди, от мольбы переходила к угрозам, требуя немедленно вернуть ребенка. Сегодняшнее утро не составило исключения.
— Я нужна ему, Агнес, — лепетала она, распахнув халат и показывая ей грудь, якобы изнемогавшую от прилива молока. — Агнес, ради всего святого, помоги мне!
Та, не задумываясь, положила бы голову на плаху, сразилась бы с целым кланом сердитых горцев, да что там горцы, бросила бы вызов миру, чтобы защитить свою любимицу Сару Кэмпбелл Макдональд. Но от безумия защиты не найдешь…
У Сары не было молока, поскольку не существовало и ребенка.
Выкидыш случился на четвертом месяце беременности, конечно, это трагедия, но большинство женщин находят силы ее пережить.
Но Сара отличалась от большинства женщин, она была самым нежным цветком в саду Господа, ее всю жизнь оберегали от невзгод. Потеря ребенка явилась первой настоящей утратой. Мать ее удалилась от мира задолго до физической смерти, поэтому ее кончина ничего не изменила в жизни дочери, зато потеря неродившегося младенца оказалась для нее реальным, болезненным и слишком тяжелым испытанием.
— Тише, тише, моя сладкая, — попыталась Агнес успокоить свою любимицу.
Но нежные слова не могли вернуть Сару из мира, созданного ее помутившимся рассудком. Ничто не могло ей помочь: ни сон, ни отдых, ни присутствие Хью Макдональда. Скорее наоборот — визиты мужа только раздражали ее. Единственное, что давало хотя бы временное спасительное забвение, были постоянно увеличивавшиеся дозы лауданума, однако после них больная просыпалась еще более ослабевшей телом и рассудком.
Агнес терялась в догадках, чем помочь своей девочке.
Если бы она доверяла проклятым шотландцам, то обратилась бы к взбалмошной рыжеволосой Молли или призвала Мэри, зловещую старуху, которая, похоже, единолично заправляет всеми делами в Ненвернессе. Но пойти на такой шаг значило бы признать свое поражение, а еще хуже — сделать нездоровье Сары достоянием гласности. И уж тем более Агнес не могла обратиться к Кэтрин. Молодая женщина регулярно навещала племянницу, но горничная инстинктивно не доверяла ей. Для нее Кэтрин была шлюхой, прелюбодейкой, и своими домыслами Агнес щедро делилась с Сарой. Впрочем, та ее почти не слушала, а что слышала, тут же забывала. Ее слух улавливал лишь один звук: воображаемый плач нерожденного младенца.
— Итак, сэр, что вы можете сказать в свое оправдание?
Преступник не смел поднять глаз от стыда и потому не видел лица лэрда. Если бы он хоть на миг оторвался от созерцания башмаков, то заметил бы, что Хью стоит больших усилий не рассмеяться. Однако Уильям Сиддонс, как и большинство новоявленных грешников, жалел лишь о том, что его поймали. Сам факт содеянного отодвинулся куда-то в глубь сознания, гораздо страшнее было очутиться перед лэрдом.
А это действительно таило в себе немалую угрозу, если бы судья отнесся к происшедшему по-другому. Но лэрд Ненвернесса едва удерживался от смеха, глядя на свои огромные черные сапоги, весьма дурно пахнущие. Когда-то они были его любимой обувью, но вот уже два года Макдональд их не надевал, и они валялись на конюшне. Именно это обстоятельство и смягчило гнев лэрда, хотя малолетний грешник, конечно, не мог знать, что Хью вспоминает свои ребячьи проделки. Вот так же много лет назад он стоял перед отцом, трепеща от страха и в то же время гордясь собой. Уильям знал, что Джейк и остальные приятели сейчас прилипли к окнам, в ужасе гадая, выдаст ли он их, чтобы спасти собственную шкуру.
О том же думал и Хью.
Но Уильям хранил молчание, и радость лэрда перевешивала огорчение из-за того, что мальчишки натолкали в его сапоги конский навоз.
Уильям повел себя как настоящий мужчина, пусть и маленький, однако не хилый заморыш, который пугается собственной тени, при каждом удобном случае норовя спрятаться за материнскую юбку.
Другими словами, это был совсем не тот Уильям Сиддонс, несколько месяцев назад прибывший в Ненвернесс. А ведь такая характеристика, вдруг пришло в голову лэрду, наверняка рассердила бы его мать или, того хуже, заставила бы ее расплакаться.
К сожалению, от матерей иногда одно беспокойство.
Хью не заметил, как произнес это вслух. Его вернул к действительности голос Уильяма, который наконец поднял голову, радостно подтвердил: «Да, сэр!» — и с обожанием уставился на лэрда. Хью чуть не застонал. Восхищение ребенка он принял как должное, мальчики в этом возрасте всегда ищут пример для подражания, но вырвавшаяся у него фраза была по меньшей мере необдуманной, он невольно противопоставил себя Кэтрин.
А матери нелегко мирятся с посторонним влиянием на своего ребенка.
Особенно его мать.
— У тебя будет время поразмыслить над тем, много ли беспокойства от меня, поскольку остаток дня ты проведешь взаперти.
От Кэтрин не укрылось, что в ответ на суровый приговор Уильям с мольбой воззрился на лэрда. Ей захотелось больно ущипнуть обоих.
— Как ты мог такое сделать? — укоризненно спросила она.
Мужчины обменялись понимающими взглядами, на ответа не последовало.
— Считайте это обрядом посвящения, мадам, — пошутил Хью и улыбнулся. Но досадливо отмахнувшись и от него самого, и от несвоевременной улыбки, Кэтрин снова обернулась к сыну, лицо которого выражало скорее гордость, чем стыд.
— Я жду ответа, молодой человек, и готова ждать хоть до завтра, если понадобится.
Мальчик буркнул что-то нечленораздельное и опять уставился в землю.
Неожиданно она почувствовала, как ей на плечи легли руки Хью, еще больше ее удивили слова, которые он прошептал ей на ухо:
— Не вмешивайся, Кэтрин. Это касается только нас, мужчин.
Она промолчала, а он подошел к Уильяму, рывком поднял его в воздух, чтобы их лица оказались почти на одном уровне.
— Десять дней работы в моем кабинете, молодой человек. Прежде ты получал удовольствие от его посещения, теперь придется там потрудиться. Надо помыть окна, вытереть пыль с книг… — Ив ответ на попытки мальчика возразить твердо докончил: — Приговор окончательный, обжалованию не подлежит.
Ужас на лице ребенка объяснялся не суровостью наказания, а тем, что его, словно щенка, подняли в воздух. Никогда он еще не был так высоко над землей, поэтому испугался. Но вот Макдональд поставил его на ноги. Бросив взгляд сначала на мать, потом на лэрда, он помчался во двор, откуда вскоре донесся веселый детский смех.
— С тобой я тоже не собираюсь обсуждать свое решение, — с улыбкой заметил Хью, видя, что Кэтрин приготовилась ему возразить. — В данном случае твои желания не имеют значения.
Отшвырнув злополучные сапоги, лэрд вымыл руки. Обувь, конечно, испорчена, носить ее он не собирается, но дело не в этом.
— Уильям должен понять, что каждый наш поступок в зависимости от его последствий влечет за собой наказание или награду.
— Я в состоянии воспитать сына без твоей помощи, — отрезала Кэтрин. Она признала свое поражение и не хотела доставлять лэрду дополнительного удовольствия, любуясь его статной фигурой. Поскольку смотрела она в другую сторону, от нее ускользнул и изучающий взгляд Хью, и легкая усмешка.
— В данном случае речь идет не о воспитании, а об отношениях сюзерена и его вассала. Хочешь ты того или нет, Уильям находится на моем попечении. Будь жив его отец, я бы потребовал возмещения ущерба с него, но поскольку дело обстоит иначе, Уильяму самому придется отвечать за содеянное. Когда-нибудь он станет мужчиной, пора учиться этому сейчас.
— Неужели, чтобы стать мужчиной, нужно десять лет? — презрительно спросила Кэтрин.
— Разумеется. Мужчина должен уметь драться, хвастать и распутничать.
— Ты смеешься надо мной.
— Что поделаешь, если иногда ты действительно ужасно смешная.
Хью подошел так близко, что ему стали видны нежные завитки, выбившиеся у нее из пучка. От Кэтрин пахло корицей, перцем, солодом и сахаром. Милая, сладкая, восхитительная Кэтрин! Слишком заботливая мать, готова наброситься на любого, кто, по ее мнению, угрожал Уильяму. Она легко впадала в гнев, с трудом признавала ошибки, не пренебрегала общепринятыми правилами, но предпочитала трактовать их в свою пользу. В общем, была далека от совершенства.
Но в глазах Хью она более чем совершенна.
— Мальчик знает, что ты его любишь, однако не должен считать себя центром вселенной, иначе ему тяжело придется в жизни. Уж доверься мне, Кэтрин.
Она не обернулась, не высказала того, что лежало у нее на сердце. Разве он не понимает, что она уже доверила ему свою жизнь? Так неужели не доверила ему свою душу?
«Робби мне поможет». Эта мысль приносила утешение, позволяла на время забыть страх, пока он снова не накатывался на нее. «Робби мне поможет». Она судорожно цеплялась за эту спасительную мысль, боясь, что в следующее мгновение та может навсегда улетучиться из ее сознания, как улетучилось все остальное. Она поднялась с кровати, надела поверх ночной рубашки кружевной пеньюар, не замечая грязных пятен, забыв, что давно не принимала ванну и не одевалась как следует, отвергая всякие попытки Агнес.
Она совершенно беспомощна в своем аристократизме, не могла завязать комнатные туфли или самостоятельно причесаться. Это всегда делала за нее Агнес, а поскольку горничной сейчас рядом не было, пришлось обойтись без туфель и прически. «Робби мне поможет». Вдохновленная этой мыслью, Сара подкралась к двери, со страхом, удесятеренным безумием, прислушиваясь к малейшему шороху. Она не знала, кто ей друг, кто враг. Внешность обманчива, коварство может скрываться под приветливостью, а нахмуренное лицо не означает, что человек жестокосердный. Еще один шаг, и вот она уже за дверью, в большом зале, из него легко проникнуть туда, где растут цветы. Ее манил розовый сад, хотя он уже несколько месяцев спал, укрытый снегом. Она чуть не бегом направилась к заветной скамье, где они часто сидели и разговаривали. Воспоминание о сладком единении душ было для нее бальзамом. «Робби мне поможет». Эти слова звучали в мозгу Сары постоянным смутным рефреном. Она толком не помнила, к кому они относятся, не могла объяснить причину своего неожиданного бегства. Детская осталась далеко позади, вдруг в ее отсутствие малыш проснется и заплачет? Почему же она примчалась сюда, невзирая на холод, и пытается разыскать человека, о котором ничего не помнит? Двумя пальцами Сара впилась в руку и начала грубо щипать, пока боль не заставила ее вскрикнуть. Но даже тогда она не прекратила истязать себя, чувствуя, что заслужила это наказание. Может, если еще потерпеть, ребенок найдется…
— Сара?.. — услышала она чей-то негромкий голос, мгновенно заставивший ее насторожиться. Она резко обернулась и уставилась на незнакомца. Откуда взялся этот человек, почему он мешает ей пройти к ребенку?
— Не приближайтесь, — взмолилась Сара, делая шаг назад. Ее босые ноги неслышно ступали по замерзшей траве. Впрочем, такие понятия, как тепло и холод, перестали для нее существовать, слишком велико было ее горе, для других эмоций уже не оставалось места.
Робби протянул к ней руку. Оказывается, если чего-то очень хочешь, оно непременно сбудется. Много дней он приходил сюда в один и тот же час, надеясь хотя бы мельком увидеть Сару. Узнав, что она потеряла ребенка, он чуть не сошел с ума, ему хотелось зайти к ней в спальню, подарить букетик цветов, пожелать скорейшего выздоровления, но благоразумие и ложно понятое приличие удержало его от визита к жене Хью. О состоянии невестки Робби знал только со слов Кэтрин, а та не сообщала ничего утешительного. Тревога за Сару росла с каждым днем, он думал о ней постоянно, гадая, верны ли доходившие до него слухи, почему она так долго сидит взаперти, и надеясь, что в один прекрасный день Сара все же оправится настолько, чтобы выйти хотя бы на короткую прогулку по пустынным садовым дорожкам.
Наконец он видит ее, и сердце у него готово разорваться от радости и горя.
— Иди ко мне, Сара, — позвал он, стараясь ни голосом, ни выражением лица не выдать смятения. — Ты замерзнешь.
На западе, позади величественного силуэта Ненвернесса, солнце нехотя опускалось за горизонт, и волшебные краски заката, оранжевая, розовая и голубая, постепенно сливались в один темно-серый цвет сумеречного неба. Защищенная от пронизывающего зимнего ветра надежными стенами замка, Сара вдруг подумала, как было бы хорошо слиться с этим ветром, присоединив свой жалобный плач к его неумолчному завыванию…
«Робби мне поможет». Вот о чем она не должна сейчас забывать. Сара перевела взгляд на молодого человека с печальными глазами, стоявшего рядом, и попыталась вспомнить, кто он такой. Увы, многое из того, что она знала и помнила раньше, безнадежно пропало в темном коридоре ее помутившегося сознания. Заплакал ребенок, и она, содрогнувшись, начала вслушиваться в тишину. Робби молча наблюдал за ней, понимая, что она видит и слышит нечто ему недоступное.
Потом она вдруг улыбнулась, от чего все перевернулось у него в груди. Да, его худшие опасения подтвердились. Глядя на молодую женщину, которая, мечтательно улыбаясь, приподняла двумя пальцами ночную рубашку, словно это была юбка бального платья, Робби окончательно уверился в том, что Сара Макдональд потеряла рассудок.
Молодой человек не успел опомниться, а она уже стрелой помчалась к внутреннему двору, и он догнал ее только потому, что она не справилась с замком на воротах.
— Нет, Сара, туда нельзя, — мягко сказал Робби, преграждая ей путь и беря за руки. — Вот так, хорошо… умница…
Вероятно, на нее подействовали не столько его слова, сколько тон, которым они были произнесены. Сара послушно дала увести себя от ворот, не сопротивлялась, когда он, держа ее за руку, миновал розовый сад, вошел в большой зал и лишь тут понял, насколько холодно снаружи, удивившись, как Сара выдержала лютую стужу.
Не отпуская ее руки, он ворковал над ней, успокаивал, когда она испуганно вскрикивала. Служанка замерла с тряпкой и ошарашенно уставилась на странную пару, но это не остановило Робби, как и появление Мэри. Коснувшись его рукава, та попыталась что-то сказать, но, заметив выражение лица молодого человека, просто кивнула и со вздохом повела его в комнату Сары. Хромота усилилась, но Робби упорно шел, одержимый мыслью побыстрее доставить свой драгоценный груз в тихую гавань.
Стоило им переступить порог спальни, как на них, словно коршун, налетела Агнес. Понимая, что спорить бесполезно, и не желая делать Сару предметом непристойного торга, Робби нехотя уступил ее заботам горничной.
Дверь тут же захлопнулась. В поисках сочувствия молодой человек обернулся к Мэри.
— Ты видела ее руки? — На его лице был написан ужас.
Он не мог забыть многочисленные синяки, тянувшиеся цепочками от плеч до ладоней: одни темно-лиловые, другие, более старые, приобрели желтовато-зеленый оттенок, а свежие напоминали цветом кровь.
— А глаза? О Боже, ее глаза!..
Прежде небесно-голубые, широко открытые и доверчивые, они подернулись стариковской пленкой, во взгляде появилось безумие. Робби невольно вздрогнул, и Мэри с готовностью приняла его в свои объятия. От нежного прикосновения женщины, которая была вдвое меньше его ростом и вдвое старше, он вдруг почувствовал себя ребенком. Пока она ласково гладила, приговаривая: «Ну-ну, паренек, успокойся», он с трудом сдерживал слезы, порой все же давая им волю.
И если часть слез пролилась на черное бомбазиновое платье Мэри, а ее глаза тоже предательски заблестели, отражая печаль, камнем легшую ей на сердце, об этом не узнал никто, кроме них двоих. За свою долгую жизнь Мэри Макдональд научилась ценить дружеское участие и понимала, о чем можно рассказывать, а о чем лучше умолчать.
И еще она знала цену настоящему чувству, поскольку когда-то сама его испытала.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Вопреки небесам - Хокинс Карен



Эта книга очень сильно отличается от остальных работ автора. Здесь есть некоторая мрачность. Сюжет отличается от стандартного. ГГ сначало женится, а потом влюбляется в другую. Эту вещь надо прочесть обязательно.
Вопреки небесам - Хокинс КаренКира
2.04.2011, 22.53





Роман и правда мрачноватый, но интересный, о запретной любви между ггероями.
Вопреки небесам - Хокинс Каренкуся
25.10.2012, 14.51





Начала читать роман очень давно. Недавно дочитала. Понравилось. Не скажу что бестселлер, но на девятку натянет.
Вопреки небесам - Хокинс КаренАмериканка
27.10.2012, 4.26





Начала читать роман очень давно. Недавно дочитала. Понравилось. Не скажу что бестселлер, но на девятку натянет.
Вопреки небесам - Хокинс КаренАмериканка
27.10.2012, 4.26





Уж больно мрачно, достойно перу Шекспира, и даже маленькая доля действительно искромётного юмора не спасают.
Вопреки небесам - Хокинс КаренЕЛЕНА
27.06.2013, 0.57





а мне книга не понравилась. дочитала до 21 г. все. нет не сил, не терпения. ГГ- я просто убила. спит с мужем своем племянницы и при этом ни капли раскаяния. фи... зря потратила время.
Вопреки небесам - Хокинс Каренюлия
24.09.2013, 16.15





Когда-то давно прочитала этот роман, и он оставил неизгладимое впечатление по прочтению. Спустя несколько лет захотела перечесть, долго искала. Очень захватывающий сюжет, невыразимо красивые и нежные сцены любви. Привлекательные герои, глубокие переживания. Советую всем прочитать.
Вопреки небесам - Хокинс КаренЗарина
29.10.2013, 22.19





Автор все какие-то неизбывные проблемы ищет. Если так, то это в публицистику. И пора уже учиться лаконизму. Столько воды.... Пошла к другому автору.
Вопреки небесам - Хокинс КаренKotyana
6.01.2014, 16.48





Кое как дочитала. Вся книга в описаниях героев. В каждой главе возврат к описанию. Автор хотел представить какие умные и учёные гг.,но так ей это не удалось. Лэрд учился в университете, но в жизи он делитант.Автор собрал инструменты, но как ими пользоваться видимо не знает. Описание как он циркулем измерял. Такие замеры делают штангенсциркулем. Второе свидание вообще маразам. Такими вещями занимаються когда уже всё надоело или не все дома в голове. Мрачно мне показалось. Нудно.
Вопреки небесам - Хокинс КаренТатьяна
28.02.2014, 8.12





Кое как дочитала. Вся книга в описаниях героев. В каждой главе возврат к описанию. Автор хотел представить какие умные и учёные гг.,но так ей это не удалось. Лэрд учился в университете, но в жизи он делитант.Автор собрал инструменты, но как ими пользоваться видимо не знает. Описание как он циркулем измерял. Такие замеры делают штангенсциркулем. Второе свидание вообще маразам. Такими вещями занимаються когда уже всё надоело или не все дома в голове. Мрачно мне показалось. Нудно.
Вопреки небесам - Хокинс КаренТатьяна
28.02.2014, 8.12





Да, книга не типичная, но какая-то трагичная уже с первых страниц. Почему-то образ Кэтрин не понравился, наверное от того, что женщина переполнена больше завистью,чем мужеством перед ударами судьбы, в других авторов Кэтрин была бы типичной злодейкой. Главный герой тоже подкачал, хотя автор представляет его умным,любознательным и почти справедливым. Любителям романтики читать не рекомендую.
Вопреки небесам - Хокинс КаренItis
16.08.2014, 19.05





Замечательный роман. Не обычный,но замечательный. Если бы я была помоложе,то не поняла его. Поглотила его за два дня. Очень люблю в таких романах исторические события и конечно сложная любовь героев на фоне войны. Впечатлил автор. Кто любит читать более сложные произведения - читайте,не сожаление,а кому нужна беллетристика,даже не начинаете,чтобы потом не писать,что вам не понравилось. Спасибо за внимание...
Вопреки небесам - Хокинс КаренИрина
29.12.2015, 9.23





Такой глубокий роман, и такие глубокие чувства. Замечательные герои, характеры и эмоции очень точно прописаны rn Эмоции захватывают при чтении, что не возможно остановиться! Очень понравился
Вопреки небесам - Хокинс КаренСофия
29.12.2015, 17.51





Книга очень хороша описания красивые в общем рекомендую
Вопреки небесам - Хокинс Каренелена
29.12.2015, 21.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100