Читать онлайн Бурная ночь, автора - Рэли Дебора, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бурная ночь - Рэли Дебора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.83 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бурная ночь - Рэли Дебора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бурная ночь - Рэли Дебора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Рэли Дебора

Бурная ночь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Неистовая весенняя буря разразилась внезапно. Только что Фредерик умело вел свой красивый кабриолет по узким проселочным дорогам, а в следующую минуту свинцовые небеса разверзлись, и из них пролился дождевой водопад, промочивший путешественника до костей. И что осложняло дело, дорога превратилась в глинистую трясину, грозившую поглотить пару его серых лошадей.
Проклиная непредсказуемую погоду и в равной мере собственную глупость, вечно заставлявшую его покидать уютный городской дом, Фредерик был вынужден тащиться черепашьим шагом.
Уже много лет он не ездил по забытым Богом сельским дорогам Англии, но ему смутно припомнилась придорожная: гостиница, расположенная где-то недалеко от этого места.
Покидая Лондон, он рассчитывал к ночи добраться до Винчестера, но теперь на этой предательской дороге не посмел рисковать своими лошадьми. К тому же сейчас он походил на мокрую крысу и чувствовал себя так же. Чем скорее он окажется под кровом, тем будет лучше.
Фредерик задрожал, когда налетел порыв холодного ветра. Будь все проклято!
Фредерик понимал, что идея его плоха, еще до того, как выехал из Лондона. Почему было не найти дюжину причин отложить расследование тайн отца?
Фредерик был доволен своей жизнью. Его карьера сложилась. У него были чудесные друзья и прочное финансовое положение, позволявшее жить элегантно и с комфортом.
И конечно, только болван стал бы добровольно ворошить прошлое и погружаться в воспоминания о горьком детстве ради того, чтобы раскрыть глубоко запрятанный секрет из отцовского прошлого.
Да Фредерик и не был таким сумасбродным идиотом. Но в момент, когда стало известно о наследстве, какая-то часть его существа уже знала, что он должен вернуться туда – в прошлое.
Это странное, неизвестно откуда свалившееся наследство намекало на некое обстоятельство, зову которого противиться он не мог. И именно потому, что в этом была загадка.
К добру или не к добру (а судя по всему, именно не к добру), его снедала жажда получить ответ на любой вставший перед ним вопрос. И не важно, было ли это связано с внутренним устройством паровой машины или исчезновением любимой булавки, Фредерик чувствовал настоятельную потребность удовлетворить свое ненасытное любопытство.
И вот он оказался здесь, промокший насквозь и подвергший опасности замечательную пару серых, за баснословную сумму купленную не далее как на прошлой неделе на аукционе «Таттерсоллз», вынужденный искать крошечную придорожную гостиницу, а точнее сказать, постоялый двор, по всей вероятности, кишащий блохами, и все ради того, чтобы удовлетворить свое чертово любопытство.
По всей вероятности, любопытство было большим грехом.
Дрожа и проклиная свою глупость, Фредерик проехал еще две мили, прежде чем углядел уединенную гостиницу, чья непомерно огромная вывеска гласила: «Герб королевы». Фредерик въехал во двор и порадовался тому, что конюшня здесь выглядела опрятной. По крайней мере, лошади его могли провести эту ночь в уюте, чего он искренне желал и для себя.
Остановив кабриолет, Фредерик выпрыгнул из него, как раз когда откуда-то с тыльной стороны дома вышел, прихрамывая, кряжистый старый грум, чтобы позаботиться о лошадях. Фредерик поморщился, ступив до блеска отполированными сапогами в жидкую грязь.
Неужели, черт возьми, здесь никто не понимает, как важно было правильно дренировать почву?
– Желаете, чтобы их поставили в конюшню, сэр, или вы долго не задержитесь? – спросил грум, придав своему худому лицу, обтянутому сухой морщинистой кожей стоическое выражение, его хитрые карие глазки щурились на дождь.
– Если найдется комната, я останусь на ночь.
– Да, комната есть.
Грум мотнул головой, указывая на строение поодаль, уже окутанное пеленой тумана.
– Ступайте в гостиницу, сэр, и потребуйте рома с маслом. Он лучший в графстве.
– Минутку! Прежде я должен проверить, хорошо ли устроены на ночь мои лошади.
Грум посмотрел на Фредерика со слабой улыбкой и поскреб подбородок.
– Они – высший класс, да, сэр?
Фредерик издал придушенный смешок, почти уверенный в том, что его только что попытались оскорбить.
– И что же это за класс?
Карие глазки грума блеснули, он отвернулся и направил лошадей и коляску к конюшне.
– Идемте, сэр. Мои кости не такие, как в молодости, теперь у них появилась привычка выть перед непогодой.
Выть? Это он о костях? Возможно, бедняга немного тронулся умом. Фредерик подождал, пока его лошадей не ввели в на удивление чистую конюшню.
– Разотрите их и убедитесь, что я не нанес им повреждений, – распорядился Фредерик.
Грум коротко фыркнул и занялся лошадьми. Фредерик продолжал внимательно наблюдать за его медленными методичными движениями, пока не убедился, что лошади в надежных руках.
Не обращая внимания на плачевное состояние своей промокшей насквозь, липнущей к телу одежды, Фредерик медленно обошел неосвещенную конюшню и был впечатлен хорошо отполированными бляхами и ровными рядами горшков с притираниями, аккуратно и в определенном порядке стоящими на полках.
Сняв с полки один из керамических горшочков, Фредерик глубоко вздохнул, чтобы ощутить запах мази, и попытался определить ее разнообразные ингредиенты. Как обычно, мысли обратились к делам. В Лондоне у него был знакомый, недавно заработавший состояние на запатентованном им новом сиропе от кашля. Возможно, и эта мазь могла принести доход.
Многие грумы сами составляли смеси, но последние несколько лет полные снобизма аристократы предпочитали заплатить целое состояние за товар, превосходство которого определялось дороговизной, а не приобретать то, что стоило несколько пенсов.
– Думаю, вам не стоит совать нос в дальний денник. Там я храню свои грязные секреты.
Фредерик обернулся и увидел старого грума, стоявшего со сложенными на груди руками и смотревшего на него.
– У вас поразительная коллекция мазей, – мягко сказал Фредерик. – Вы сами их готовите?
– Да-а. Мои собственные рецепты. Они просто чудодейственные, когда речь заходит о всякой хвори у животных, – с гордостью признал грум. – Нет никого в округе, кто бы не обращался ко мне в случае надобности. В том числе и господа.
– Эти рецепты у вас записаны?
Карие глаза старика подозрительно сощурились.
– У меня что, вместо головы репа? Я свои знания храню вот здесь. – Он постучал по лбу узловатым пальцем: – Отсюда их не украдут.
Фредерик ответил медлительной улыбкой. Если он хотел заняться производством чудодейственных мазей для лошадей, то их рецепт следовало держать в тайне.
– Гм-м.
– Что?
– Может быть, мы обсудим это позже?
Грум ответил пронзительным смехом:
– Да у вас не хватит мозгов, сэр, чтобы выманить у меня мои секреты. Даже если бы я напился, как вошь.
Как вошь? Этот старик и в самом деле занятная личность.
– Я имел в виду деловое предложение.
– Деловое? Да?
– Конечно, мне хотелось бы больше узнать о ваших снадобьях, но, если они так хороши, как вы говорите, я думаю, мы оба можем получить от них приличную прибыль.
Исчерченное морщинами лицо грума приняло озабоченное выражение.
– Может быть, – снизошел он, наконец, до ответа. Предпочитая не оказывать излишнего давления на старика грума, Фредерик одарил его самой обворожительной улыбкой из своего арсенала.
– Похоже, у вас все в порядке. Думаю, мне удастся обсушиться и согреться в гостинице.
Грум шагнул вперед, и на лице его появилась загадочная улыбка.
– Как вас зовут?
– Смит. Фредерик Смит.
Улыбка стала шире.
– Ну, мистер Смит, так случилось, что вы мне пришлись по нраву. Потому я и хочу вас предупредить. Миссис Уокер владеет отличным заведением, опрятным и… ну… все в нем хорошо отлажено и работает как часы. Вы это скоро увидите сами, но ей не понравится, если она заметит, что вы тут рыщете и все разнюхиваете, будто ищете блох.
Фредерик ответил недовольной гримасой, радуясь тому, что ему предстоит провести в этой гостинице всего одну ночь. Он не переносил ожесточенных женщин с пронзительными голосами.
– Она что, немного сварлива?
– Сварлива? – Слуга тихонько усмехнулся – Нет. Просто знает свое дело и не позволяет никому вмешиваться.
– А что ее муж? Он не имеет влияния на жену?
– В последние пять лет Порция вдовеет. Любая женщина в ее положении становится немного… как бы это сказать?.. Властной. Просто следите за своими манерами, и все будет хорошо.
– Намотаю на ус, – суховато пообещал Фредерик. – Могу я узнать, где мои вещи?
– Да, я отнес их прямехонько в дом. И кошка не успела бы вылизать ухо, а они уже на месте.
Что бы это ни значило, Фредерик сухо кивнул и вышел из конюшни под неумолимо продолжавшийся дождь.
Не обращая внимания на глину, чавкающую под сапогами, Фредерик поспешил через двор, отметив про себя камни, много лет подвергавшиеся капризам погоды, да шиферную крышу старинной гостиницы. Затем он нырнул в парадную дверь и вошел в длинный вестибюль. Там Фредерик отряхнул свой плащ, чтобы избавиться от последних капель дождя, и шагнул вперед.
Следующего шага Фредерик сделать не успел – его заставил остановиться тихий, но властный голос:
– Не двигайтесь с места.
Фредерик только поднял брови, глядя на стройную женщину, решительно направившуюся ему навстречу. Сначала он не смог ее рассмотреть из-за тени, в которой утопал холл. Единственное, что он увидел, – это женскую фигуру, двигавшуюся решительно, несмотря на свой малый рост и изящество.
Только когда она оказалась в полосе размытого света, струившегося в окно, у Фредерика захватило дух и он с шумом втянул воздух.
О Господи! Она вовсе не была старой и сварливой.
Какой же… она была?
Прежде всего красивой.
Нет, гораздо точнее было бы сказать, что она была сногсшибательной, потрясающей, мысленно поправил себя Фредерик.
Ее густые волосы блестели, как черное дерево, и спереди были разделены пробором, а на затылке собраны в узел. Суровый стиль прически создавал прекрасную рамку для чистого овала лица и подчеркивал красоту гладкой фарфоровой кожи. Густые, пушистые ресницы обрамляли удивительной синевы глаза, подобных которым Фредерик не встречал за всю жизнь. Они были цвета кобальта, решил он наконец. Это был совершенный чистый цвет кобальта, такие глаза могли заставить любого мужчину пасть на колени и молить о пощаде.
Фредерик отметил про себя остальные ее черты: тонкий орлиный нос и полные губы (цвета летней розы), они были такими же совершенными, как и все остальное.
Да, ее можно было бы назвать совершенством, если бы не чудовищное коричневое платье, слишком просторное для ее стройной фигуры и застегнутое на все пуговицы до самого прелестного подбородка. Фредерик решил, что модистку, ответственную за это уродливое платье, следовало бы четвертовать.
Попытка принизить ослепительную красоту этой женщины была столь же непростительной, как… как осквернение Моны Лизы Леонардо да Винчи.
Только то, что хозяйка сурово прищурила свои изумительные глаза, вывело Фредерика из странного оцепенения, окутавшего его, как туман. Усилием воли он заставил себя успокоиться и попытался сделать вид, будто не потрясен до мозга костей.
– Простите, вы что-то сказали? – спросил Фредерик с улыбкой, которая, как ему было известно по опыту, могла очаровать самую придирчивую особу женского пола.
Могла очаровать большинство женщин, но не всех, мгновенно сообразил Фредерик, заметив, что она небрежным взглядом скользнула по его еще недавно элегантному, а теперь грязному и мокрому костюму и правильным чертам лица, взгляд ее стал жестче и даже выразил отчуждение и презрение.
– Ваши сапоги, сэр, – тихо сказала она.
Более чем задетый столь холодным приемом, Фредерик тем не менее почувствовал, что ее очарование ничуть не отпустило его. Вне всякого сомнения, это и была ужасная миссис Порция Уокер, но какого черта она делала здесь?
Она могла бы с шиком попирать поклонников из самого изысканного лондонского общества. Она могла бы видеть у своих ног герцогов и графов.
Похоронить себя здесь было, по меньшей мере, грехом.
По спине его пробежала дрожь предвкушения. Порция Уокер была загадочной.
И внезапно его охватило желание разгадать эту загадку.
– Вам не нравятся гессенские сапоги? – мягко спросил Фредерик. – Уверяю вас, что это последний крик моды в светском обществе.
type="note" l:href="#n_1">[1]
Она сжала губы, демонстрируя явное неодобрение. Относилось ли это именно к нему или джентльменам вообще?
Не был ли ее покойный муж негодяем?
Это могло бы объяснить то, что она избегала Лондона.
– Возможно, это всего лишь провинциальная гостиница, но у нас свои правила. И одно из них заключается в том, что мои гости не оставляют повсюду следов глины.
Она подняла изящную стройную руку, и к ней бросился малый со скверной кожей и копной рыжих волос.
– Вы их снимете, а Толли позаботится, почистит и отполирует их, а потом вернет вам.
Фредерик намеренно принял надменное выражение лица, способное разгневать самую мягкосердечную женщину. Миссис Уокер решительностью и жесткостью характера явно превосходила всех известных ему леди. И как можно было не соблазниться возможностью щелкнуть ее по хорошенькому носику?
– Моя дорогая, джентльмену нелегко доверить свои сапоги незнакомцу, – процедил Фредерик сквозь зубы. – Этот малый легко может их поцарапать или и того хуже – оставить на них жирное пятно.
– Нет, сэр, – возразил малый, и его бледные глаза выкатились из орбит при намеке на то, что он мог бы допустить столь чудовищную ошибку. – Я всегда чрезвычайно осторожен. – Я никогда не…
– Довольно, Толли, – перебила черноволосая миссис Уокер, и голос ее приобрел нотки, свойственные генералу на поле боя. – Если наш гость не доверяет свои бесценные сапоги твоим заботам, то, возможно, ему лучше остановиться в другой гостинице. В той, где допускают, чтобы на полу оставались грязные разводы.
– Или в той, где у хозяев хватает здравого смысла чистить двор так, чтобы джентльмен не беспокоился о том, что испортит отличные сапоги, – с насмешливой улыбкой заметил Фредерик.
Она не поддалась на провокацию, а только равнодушно пожала плечами:
– Как вам будет угодно. Гостиница «Лиса и виноград» всего в десяти милях отсюда по той же дороге.
Фредерик подавил смех. О Боже! Она была просто великолепна, когда стояла, глядя на него отстраненно и высокомерно. Кажется, она способна сохранять спокойствие даже в присутствий дьявола.
По телу Фредерика распространилось знакомое ощущение жара, едва он подумал, будет ли она такой же властной в его постели или нет. Такие мысли открывали множество возможностей, и все они способны были вызвать в нем острое до боли желание.
– Странно, что вы сохранили гостиницу, если всегда стремитесь отправить своих постояльцев в другое место, не дав им даже насладиться вашим знаменитым ромом с маслом, – сказал он, тщетно пытаясь привести к повиновению свое взбунтовавшееся тело.
– Большинство моих гостей понимают, что мои правила придуманы им на благо и ради их удобства, как и ради удобства всех остальных.
– Ладно.
Сев на ближайшую скамью, он велел нервничающему Толли заняться его сапогами, продолжая любоваться прелестным лицом миссис Уокер.
– Думаю, мне некого винить, кроме себя самого. Ваш грум предупредил меня, что вы несколько сварливы, хотя и забыл упомянуть о вашей красоте.
Она и ухом не повела.
– Вам нужна комната на ночь?
Фредерик поспешно вцепился в край скамьи, когда Толли чуть не стащил его на пол, с силой дергая сапоги в попытке стянуть их с его ног.
– Именно так. Если, конечно, я не нарушил по неведению каких-нибудь других правил.
– Пока не нарушили.
– Хорошо. Тогда мне понадобится комната на ночь и, как можно скорее, горячая ванна.
– Конечно.
Дождавшись момента, когда Толли с трудом удалось избавить Фредерика от сапог, миссис Уокер одарила его ничего не значащей улыбкой.
– Не угодно ли последовать за мной?
Фредерик подавил стон, когда она повернулась на каблуках и направилась прочь, мягко и соблазнительно покачивая бедрами.
– О-да, – бормотал он себе под нос, пока поспешно шел за ней. – Да, угодно.
Порция Уокер поднималась впереди него по узкой лестнице, не опасаясь показаться не такой уж холодной, спокойной и отчужденной, какой предстала перед ним. Ее спокойствие было выковано в адском огне, и ничто на свете не могло его нарушить.
Однако спокойствие это было всего лишь личиной, а внутри… то, что скрывалось внутри, было совсем другое.
Никогда за все свои двадцать шесть лет не ощущала она так остро обаяние мужчины. В ту минуту, как вошла в вестибюль и увидела его стоящим у двери, Порция почувствовала нечто, соизмеримое с ударом молнии.
Конечно, это сравнение было нелепым.
Он вовсе не был кем-то из ряда вон выходящим, пыталась она убедить себя, понимая, что лжет.
Даром, что вошедший не был гигантом, не был из тех мужчин, что подавляют и внушают робость, заполняя собой все пространство комнаты, (он был всего лишь среднего роста с хорошо развитыми мускулами, но плавными движениями, передающимися только по наследству и изобличающими породу), так еще лицо его приковывало внимание.
Боже милостивый! Оно не могло принадлежать простому смертному.
И дело было не в красоте. Это слово было слишком избитым. Он обладал изящными чертами, сияющими серыми глазами, а рот его был таким красивым и чувственным, что на него было больно смотреть. Будто он был существом, сотканным из дыма и тумана, способным в любую минуту исчезнуть.
А его волосы… Густые локоны не были обычного цвета. Они не были светлыми или темными. Богатым цветом его волосы напоминали старинное золото, и кое-где в них посверкивали янтарные пряди.
Несомненно, он был сотворен с определенной и единственной целью – разбивать бедные женские сердца.
И все же Порция не была склонна поддаваться чарам. Особенно чарам этих отвратительных мерзких жаб из Лондона.
Так почему же спину ее начало покалывать? Не от того ли, что он следовал за ней по пятам? И почему сердце теперь колотилось так болезненно и громко, что Порция опасалась, как бы ее сердцебиение не услышала вся гостиница?
Порция пыталась успокоиться и убедить себя, что она всего лишь устала. Ее гостиница заполнена до отказа, до самых стропил. И виной тому внезапно разыгравшаяся буря. Только потому что большая часть постояльцев не имела возможности снять самый богатый и дорогой номер, Порция могла предоставить его в распоряжение несносного лондонского хлыща.
Право же, какая жалость, что она не может отказать ему в приюте. Любой болван, истративший целое состояние на такую нелепую одежду, заслуживал того, чтобы как следует промокнуть. А так оставалось надеяться хоть на то, что его сапоги намокли и так заляпаны грязью, что едва ли их можно будет привести в порядок.
Да. Принимая во внимание, что с этой бурей прибавилось столько работы, мозг ее был перевозбужден и утомлен, и потому ей мерещилась чепуха. В этом не могло быть ни малейшего сомнения.
Наконец, достигнув конца длинного коридора, Порция вытащила из кармана тяжелое кольцо с ключами и отперла дверь.
Переступив через порог, она окинула быстрым критическим взглядом спальню, особо задержавшись на окнах, обрамленных недавно выстиранными синими бархатными портьерами, а также на тяжелой мебели красного дерева, сверкающей свежей полировкой.
Потом сделала шаг в сторону, давая гостю возможность войти в комнату. Ее развернутые плечи выражали неосознанную гордость.
– Наши комнаты не так велики, как в других гостиницах, – сказала Порция. – Но постели чистые, и белье свежее. В дальнем конце комнаты вы найдете дверь, ведущую в небольшую гостиную, из окна которой открывается вид на лес.
На губах ее появилась улыбка, способная пленить даже птиц на деревьях.
– О, в такую бурю это самый подходящий порт.
– Вы правы.
Она вложила ключ ему в руку. Несмотря на свою странную реакцию на этого человека, Порция стремилась поскорее уйти из комнаты. Непривычный трепет в животе и то, что она никак не могла усмирить свое дыхание, смущали ее.
– Пожалуйста. Если вам понадобится служанка, достаточно дернуть за шнур звонка.
– А если мне понадобитесь вы?
Она приняла самый неприступный вид, который должен был повергнуть в смятение любого и отмести самые дерзкие притязания.
– Кто-нибудь из слуг растопит в вашей комнате камин и позаботится о ванне. – Голос ее стал ледяным. – Полагаю, у вас есть багаж?
Этот наглец посмел издать тихий смех, будто его позабавил ее отпор.
– Ваш грум обещал присмотреть за ним, – заверил ее Фредерик.
– Хорошо.
Она резко рванулась к двери, не заботясь о впечатлении. Ее стремительный уход походил на бегство. Внезапно комната показалась Фредерику слишком маленькой.
– Если это все…
– А как насчет ужина?
Усилием воли Порция заставила себя остановиться, но не обернулась.
– Кухарка приготовила пастуший пирог. Его подадут вам в вашей гостиной.
– Вообще-то я предпочел бы поесть за общим столом, – заявил он, намеренно и подчеркнуто показывая свое несогласие. – Нет ничего более бодрящего, чем тереться локтями о локти местных жителей.
– Высокомерный осел, – пробормотала она себе под нос.
– Прошу меня простить! Вы что-то сказали?
– Наслаждайтесь покоем, – ухитрилась она выговорить, прежде чем вышла из комнаты.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Бурная ночь - Рэли Дебора



Незаслужено низкие оценки. Читайте, история о любви двух интересных людей.
Бурная ночь - Рэли Деборалена
24.11.2013, 6.34





Неплохой роман! Мне понравилось!
Бурная ночь - Рэли ДебораЕлена
12.12.2014, 20.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100