Читать онлайн Звезда балета, автора - Рэк Берта, Раздел - ГЛАВА VI в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Звезда балета - Рэк Берта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 1 (Голосов: 1)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Звезда балета - Рэк Берта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Звезда балета - Рэк Берта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Рэк Берта

Звезда балета

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА VI
МЕТАМОРФОЗА

I
В уборной, на диване, под одним из многочисленных зеркал, утопая среди разноцветных подушек, которые она любила, укрытая полосатым итальянским пледом, лежала Мадам.
Лицо ее казалось бледнее обычного. Она была без парика и не загримирована, глаза окружены темными тенями; впервые Риппл видела Мадам печальной и подавленной. Падение было очень неудачным: сильный вывих лодыжки все еще причинял ей страдания, и она оживала только во время перерывов между мучительными приступами боли.
И все же несчастье не сломило непреклонную волю артистки; она была подобна негаснущей восковой свече в бумажном фонаре, колеблемом грубой рукой. Голос ее, как всегда, звучал спокойно и властно:
– Риппл? Наконец-то! Я знала, что она придет. Хорошо! Но что с вами? Что с вашими волосами? Растрепанная и вся в пыли! Что случилось? С вами тоже что-то произошло? Что за несчастный день! Ничего, ничего. Не объясняйте теперь! Нет времени для разговоров… Пусть Анджела поможет вам раздеться. И торопитесь, торопитесь! Вы знаете, что значит сегодняшний вечер, Риппл?
Да, Риппл наконец поняла. Теперь ей представлялся исключительный случай, которого жаждут многие и многие молодые артистки, на который возлагают надежды бесчисленные начинающие балерины. Это был счастливый поворот колеса Фортуны в самой ненадежной из всех профессий: дублерша исполняет главную роль…
Конечно, Риппл была дублершей Мадам в «Русалочке». Она снова увидела хвост длинной очереди, стоявшей на улице в ожидании выступления знаменитой балерины. Мысль о публике вызвала в ней неподдельный ужас. «Русалочка» – этот новаторский балет, эта оригинальная постановка балетмейстера, друга Мадам, созданная именно для нее, будет исполнена начинающей балериной?
– Как я смогу? – пробормотала она. – Я позже всех поступила в труппу. Я не смогу это исполнить.
– Вы сможете. – Голос маленькой русской стал резким: – Не будьте глупой, Риппл, не огорчайте меня. В кордебалете нет ни одной танцовщицы, которая могла бы танцевать Русалочку, ни Сильвия, ни Дороти не смогут. Разве мы не учили вас почти так же, как если бы знали, что произойдет? Не готовились ли вы к этому уже несколько недель? Разве вы не исполнили безукоризненно роль Русалочки на репетиции во вторник?
С такой же быстротой, с какой Мадам говорила, костюмерша раздевала Риппл, снимая с нее пыльное платье. Риппл стояла, как тонкое деревце под ветром.
– Я никогда не представляла себе, ни на минуту, что мне придется это делать сегодня вечером! Кто бы мог подумать, что случится такое ужасное несчастье?
– Девятисот девяноста девяти балеринам из тысячи такой случай не показался бы ужасным несчастьем, – возразила Мадам со своего дивана. – Они сочли бы это исполнением своего самого заветного желания со дня поступления в театр. Ну скорее! Не надо воды, Анджела; вы можете снять всю пыль с ее лица маслом какао. Сначала наложите мадемуазель грим на руки и шею, на спину и плечи. У вас готов этот светло-зеленый тон? Отлично. А теперь, Риппл, я хочу сказать вам кое-что.
Странная перемена произошла в голосе и лице примы-балерины. Пока она говорила, ее маленькие руки перебирали различные гримировальные принадлежности в личной коробке Мадам, стоявшей на низком столике, возле дивана.
– Риппл, вы можете слушать, и в то же время вам будут накладывать грим на руки. Моя дублерша, – она подчеркивала слова, – моя дублерша не будет танцевать Русалочку.
– Но тогда… что же?.. как?
– Слушайте. Я объясню вам, чем я намерена поразить сегодня Лондон.
Волнуясь, она слегка подвинулась на диване. Пока Риппл, удивленная, послушная и покорная, отдавалась ловким и опытным рукам костюмерши, Мадам продолжала:
– Вы любите читать, Риппл. Читали ли вы когда-нибудь рассказы Нормана Дави? Нет? Один из рассказов посвящен истории знаменитого скрипача, возможно, самого Крейслера, который должен был дать концерт в Лондоне. Это музыкальное событие сезона, все места разобраны. Наступает день концерта. Скрипач, второй Крейслер, которого так ждут, не может выступить. Я забыла подробности рассказа. Одним словом, его импресарио предстояло разорение, если ему не удалось бы найти еще одного Крейслера. Он нашел его в лице скромного, совершенно неизвестного, но блестящего первого скрипача из какого-то ресторана. Он его пригласил, Риппл. Загримировал, надел ему бороду и парик и смело выпустил на эстраду вместо знаменитости. Что произошло? То, что называется головокружительным успехом. Весь музыкальный Лондон был введен в заблуждение. Этот блестящий рассказ прекрасно написан, хотя плохо кончается. Вы понимаете, какую идею он мне подал? Вы не должны быть моей дублершей в этой роли. Никто за стенами театра не слыхал, что я не могу танцевать сегодня. Я танцую, ибо вы будете мной. Мною самой.
Риппл, пораженная, сказала, сидя спиной к Мадам, так как не могла шевельнуться под гримировальными карандашами, которыми водила Анджела:
– Вами? Они все поймут… Они не захотят… Они узнают! Мадам, как я могу выдать себя за вас?
– Почему же нет, дитя мое? Разве мы уже не говорили об этом? Разве я не сказала вам, Риппл, когда вы были у меня в гостях, что если вы кое в чем станете мне подражать, то мы будем похожи? Сегодня вам придется подражать. Разве один из ваших друзей не обратил внимание на наше сходство? Его нужно только еще больше подчеркнуть. Я сама загримирую ваше лицо. Но сначала подождите, вы должны поесть. Возьми поднос на буфете, Анджела; там цыпленок и шампанское.
Послышался мягкий звук откупоренной бутылки и шипение вина в бокале.
– Большей частью это вредно для балерины, но иногда полезно. Сегодня, например, вы не заметите, что выпили вина. Вы бы только заметили, что не пили его. Пейте, пейте все! Я выпью немного из вашего бокала за ваш успех. Стало лучше? Да? Теперь станьте на колени подле меня; так, отлично. Я буду гримировать ваше лицо.
II
Стоя на коленях, Риппл покорно подставляла лицо, на которое тонкие искусные пальцы Мадам старательно накладывали жирный грим. Казалось, она лепила новое лицо, как скульптор маску, тут сглаживая, там подчеркивая те или иные черты.
Постепенно девушка увлеклась этой игрой. Когда Мадам, как бы про себя, прошептала: – Ее брови слишком густы для моих. Нужна более тонкая линия! – Риппл быстро предложила:
– Не лучше ли сбрить все лишнее и оставить только тонкую линию?
– Великолепно… Риппл, вас не пугает такая жертва? Анджела, губку! Безопасную бритву! – С лихорадочным напряжением старалась она придать бровям Риппл форму своих бровей. – Взгляните в зеркало, Риппл, но скорее, нельзя терять время.
Риппл на минуту обернулась назад и посмотрела в ближайшее зеркало, которое светлым пятном выделялось среди фотографий с надписями и портретов Мадам работы различных художников.
– Ни один мой портрет не может сравниться с тем, который я сама сделала, – торжествовала прима-балерина. – Джои изобразил меня излишне строгой, Глин Филпот сделал замечательный портрет, но там я чересчур стара; мистер Шваб слишком приукрасил меня. Но посмотрите, что сделала я! Работа художника, а?
Риппл, взглянув в зеркало на себя и словно бы не на себя, на заново наведенные брови, на увеличенные глаза и уменьшенный рот, на кожу, которой полдюжины различных оттенков грима придали таинственно мерцающий бледно-зеленый цвет, была чуть ли не удивлена, что это чужое лицо передает ее мимику.
– Теперь костюм.
III
Костюм Русалочки, в который Анджела собиралась облечь Риппл, был исполнен по рисункам самого Бакста и перейдет к потомству вместе с другим незабвенным театральным костюмом – Лебедя Анны Павловой. Словами можно дать описание только отдельных его частей, так что получится представление о материале и фасоне костюма, а не о нем самом.
В костюме Русалочки корсаж состоял из полос ткани, имитирующих водоросли, янтарно-зеленых и светло-коралловых, причем трудно было различить, где кончается тело балерины и начинается блестящий шелк. Эти сверкающие полосы спадали на нижнюю часть костюма, где блестящая зеленая рыбья чешуя окаймляла стройные ноги. Рыбьи плавники из бахромы и целлулоида веерообразно расходились вокруг щиколоток и были так искусно подобраны, что казалось, будто стройное тело Русалочки заканчивается не человеческими ногами, а хвостом какого-то морского существа. Поверх чешуи висели блестевшие и звеневшие радужные устричные раковины.
– Теперь парик, Анджела!
IV
Парик состоял из серо-зеленых шелковых прядей, которые ниспадали до талии и были туго стянуты на голове венком из водорослей и раковин, низко надвинутым на лоб, отчего голова казалась маленькой, как у змеи.
– Сколько волос!.. Сколько волос! – ворчала Анджела, подхватывая одну за другой пряди темных, блестящих, пышных волос Риппл. – Что мне делать, Мадам, чтобы волосы не сдвигали с места парик? Если я сделаю из них шиньон – вот так, смотрите, – то они будут видны сзади. Если заплести их в две косы – вот так, – то плохо выходит по сторонам! Никак мне не удается приладить парик к волосам мадемуазель.
– Правда, – озабоченно согласилась Мадам. – Не разрезать ли нам парик, чтобы сделать его шире?
– Не трогайте парик, – запротестовала Риппл. – Обрежьте мои волосы.
– Обрезать их? Обрезать? О, никогда! Мы что-нибудь придумаем.
– Обрежьте их, – настаивала Риппл. – Я всегда хотела их остричь. Теперь это надо сделать. Я никогда не могла как следует приладить парик к волосам. К тому же во второй сцене, когда волосы у Русалочки должны быть острижены, гораздо лучше иметь короткие волосы, припудренные зеленым. Да, я должна это сделать. Я никогда не смогу выглядеть как следует, пока голова у меня не станет намного меньше – как у вас. Я должна и сделаю это.
Прежде чем они смогли ее остановить, девушка схватила ножницы Мадам, забытые на груде материй после какой-то переделки. С большим трудом она отрезала сначала одну косу, потом другую. Они упали на пол, как перерубленные канаты. Жертву, которую Русалочка принесла любви, балерина Риппл теперь принесла искусству.
– О, Риппл, – опечалилась прима-балерина. – Как вы будете потом жалеть! Как отнесется к этому ваш молодой человек?
– Мадемуазель! – вздохнула костюмерша. – И подумать только, что лучшие парикмахеры предлагают от полутора до двух тысяч франков за каждую такую косу!
Риппл, теперь веселая и возбужденная, вызывающе крикнула: – Отлично, это хороший заработок! Я возьму свои косы и посмотрю, что с ними можно сделать. Но насколько лучше чувствуешь себя так!
Она тряхнула своими густыми, темными, теперь короткими волосами. Затем откинула назад голову, подставляя ее заботливым рукам Анджелы, которая опустила вниз волосы и надела на них цветной шелковый парик – увы, не такой красивый, как собственные темные косы Риппл. Искусственные волосы теперь держались отлично; узкий венок из водорослей и раковин доходил до подбритых бровей.
Раздался лихорадочный стук в дверь.
– Месье! Входите. Входите, друг мой! – весело крикнула прима-балерина. Она знала, кто это: балетмейстер, постановщик нового балета, весь охваченный тревогой.
– Войдите!
Он появился, загримированный для роли принца, в накинутом на плечи плаще, испачканном жирным гримом и темной пудрой. Мадам встретила его своей характерной улыбкой, в которой было много веселого, наивного изумления.
– Смотрите! – она указала рукой на Риппл. – Моя работа, мое произведение.
– Что это, колдовство? – воскликнул русский на родном языке.
– Это то, что их Шекспир называет «Два Ричарда на поле!» – Прима-балерина с вывихнутой ногой лежала на подушках, и все же казалось, что сама прима-балерина, одетая и загримированная для роли Русалочки, стояла возле дивана. Накрашенный рот вызывающе улыбался, лицо казалось бледной полупрозрачной маской, озаренной огнем юных грез. Именно таким представлялось постановщику лицо его Русалочки.
– Мисс Риппл?
– Да.
Он посмотрел на женщину, лежавшую на диване. Затем снова взглянул на ту, другую. В этот момент понял он, поняла Мадам и ее двойник Риппл тоже поняла, что ни ее отец и мать, ни братья, даже возлюбленный, так часто ее целовавший, никто из них не узнает, что это лицо Риппл Мередит, дублерши Мадам.
Угрюмо, грубовато, коротко создатель балета произнес свой приговор, но за его словами скрывалось огромное облегчение:
– Это пойдет.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Звезда балета - Рэк Берта


Комментарии к роману "Звезда балета - Рэк Берта" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100