Читать онлайн Ночь греха, автора - Росс Джулия, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночь греха - Росс Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.91 (Голосов: 45)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночь греха - Росс Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночь греха - Росс Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Росс Джулия

Ночь греха

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Энн вцепилась в его руку и скользнула с ним в туман. Его хватка была теплой и уверенной. Они мчались через заросли ивняка и по прибрежной мокрой траве. Воды реки стремительно опережали их. Деревья нависали и исчезали, ветки хлестали ее по волосам, колючки рвали юбки. Легкие у нее пылали так, словно сейчас разорвутся, но его крепкая хватка заряжала ее храбростью, словно сила перетекала из его крови прямо в ее кровь.
Джек уводил ее вдоль реки прочь от опасности. Ей ничего не грозит, пока он держит ее за руку, пока его сильные пальцы охватывают ее ладонь.
Коровы – красно-белые тени – тяжело ступают в тумане, копыта чмокают по пропитанному водой лугу. Цапля выскочила из камышей и бросилась через реку, ища спасения.
Он сокрушил врагов – это так же неоспоримо, как то, что Давид убил Голиафа. «Вы всегда в безопасности, пока я рядом, вооружен я или нет». Вот Энн и бежит рядом с ним, летит, как птица, а голова у нее сладко кружится от необычайного ощущения свободы.
Она протиснулась следом за ним через разрыв в живой изгороди. Его спина и руки сильны, пальцы красивы, он остановился под навесом боярышника и повернулся к ней.
– Устали?
Сырой воздух жег ей горло, пока она пыталась отдышаться.
– Я не могу… Я не привыкла бегать. Я не поспеваю за вами.
Он привлек ее ближе, положив руку ей на предплечье, и вгляделся в ее лицо.
– Бояться вам нечего.
– Я не боюсь – пока я с вами!
Что-то изменилось почти незаметно в его глазах, но он улыбнулся.
– Вам нужно научиться дышать, – сказал он.
– Я дышу!
Джек высвободил одну руку и положил распластанную ладонь на основание ее шеи, его пальцы приятно холодили ее кожу. Ее дыхание трепещет под его рукой – так, словно груз задохнувшихся мыслей и чувств перекрыл поток воздуха. Его взгляд сосредоточен, он, поддразнивая, улыбается ей.
– Вы боретесь за каждый глоток воздуха, мисс Марш, и пыхтите, как такса. – Он погладил ее под подбородком. – Ваше дыхание все находится здесь, у вас в горле. – Он просунул пальцы ей в волосы, словно чтобы поддержать ее голову на своей ладони. – Расслабьтесь, закройте глаза и сделайте глубокий вздох.
Энн закрыла глаза. Каждый нерв дрожал от осознания его близости, его запаха, силы, которая, как молния, с треском вылетала из его пальцев.
– Пусть воздух течет, – говорил он. – Глубоко. Глубоко. Задержите дыхание так легко, как если бы вы удерживали мыльный пузырь. Потом освободите его так же осторожно, как если бы раскрыли руки. Один такой выдох снимет всю вашу усталость.
Кровь струится по жилам, горячая и густая, от этого кружится голова. Чувства пылают от прохладного, приятного прикосновения его пальцев. Мыльный пузырек. Она кажется самой себе такой хрупкой, бесплотной. Если он отведет свои пальцы, она упадет. Но ее дыхание все еще не успокоилось, быстрое и мелкое, душит ее.
– Я не могу, – сказала она, открывая глаза, зардевшись от смущения. – Моя шнуровка…
Его глаза затуманились, и он рассмеялся:
– А, ну конечно! Ваш проклятый корсет!
Энн пребывала в нерешительности, голова у нее все еще кружилась, и он прижал ее голову к своей груди.
Его сердце билось с шумом, медленно и сильно, под ее щекой. Его голос шептал ей на ухо, его дыхание не ускорялось.
– Скорлупа английских приличий мешает вам дышать. Не волнуйтесь. Теперь мы можем двигаться пристойнее. Мы почти пришли.
Твердые мускулы под тонкой тканью его рубашки согревали ее, пока ее сердце не стало биться легче и дыхание не замедлилось, словно пытаясь соответствовать мечтательному ритму его дыхания.
– Где мы находимся?
Джек осторожно отстранил ее, придерживая за оба локтя.
– Мы почти у цели, или выдумаете, что мы бежим наугад вдоль берега реки?
Она огляделась, ничего не увидев, кроме тумана.
– Вы знаете это место?
– Вся земля по ту сторону этой беспокойной реки принадлежит Уилдсхею. В десяти милях за этими лесами стоит дом моего отца, где через несколько часов вы сможете выпить чаю в благопристойной скуке золотого салона. Нужно только перебраться через реку.
Лорд Джонатан снова взял Энн за руку и повел через очередные заросли ивняка. Они вышли на небольшую лужайку. Темное здание возвышалось на их дороге – дом паромщика, явно давно пустующий, тропа, ведущая к нему, заросла травой и молодыми деревцами. Маленькая пристань выдавалась в реку, дерево ее с годами наполовину сгнило и покрылось илом.
– Здесь нет лодки, – сказала Энн, скрывая разочарование. – Да и откуда ей взяться в таком заброшенном месте?
– Тогда, может быть, пустимся вплавь, как утки? – Уголки его рта чуть изогнулись. – Тсс! Сейчас у нас появится общество.
Он увлек ее в очередной ивняк. Высокие зеленые стволы, листья, выступающие, как стрелы, загораживают обзор. Река гремит. Его ноздри трепещут, как у оленя, почуявшего охотников, но он улыбнулся ей и подмигнул.
– Лошадь, – шепнул он ей на ухо, – везущая несчастливый груз.
Энн припала к нему, как лоза, он обнял ее за талию, и она подумала, что сейчас не побоится даже встречи с демонами. Стук копыт приближался. Между изгибающимися стволами она заметила блеск кожаной шляпы. Дыхание у нее замерло, кожаная шляпа повернулась, открыв худое лицо, сужающееся к подбородку.
Человек окинул взглядом берег. У него были светлые глаза, цвет их на фоне загорелой кожи казался странным, как у голубоглазой собаки. Лошадь снова двинулась, и человек исчез из виду. Энн прислушалась к шороху и чавканью копыт по раскисшей земле. Рука, лежавшая у нее на талии, была сильной, надежной, но все же мелкая жаркая дрожь пробежала вниз к животу, словно она все-таки боялась.
– Теперь мы спасены, – сказал лорд Джонатан. Энн тяжело вдохнула сырой воздух.
– Кто это был?
– Человек, который хотел бы найти меня. Однако пока что я не готов встретиться с ним.
– Он не вернется?
– Ему придется наблюдать за бродом и стеречь дороги там, ниже по реке.
Лорд Джонатан отошел, чтобы посмотреть на быстрое течение. Дождь блестел на его темных волосах и сильных плечах, обрисовывая его силуэт на фоне деревьев на другом берегу. Он стоял, как статуя, погрузившись в размышления.
– Значит, мы здесь в ловушке? – спросила наконец Энн.
Он оглянулся. На мгновение ей показалось, что она увидела полное равнодушие в его взгляде, прежде чем он улыбнулся. Конечно, она для него не важна. Как, в конце концов, не важен для нее и он. Скоро она вернется домой в Хоторн-Аксбери, где выйдет замуж за Артура. Но здесь, рядом с этой быстро мчащейся рекой, наедине с этим человеком, эта мысль, как ни странно, угнетала, особенно когда на его лице появлялась необузданная радость.
– Напротив, лодка спрятана примерно в сотне ярдов дальше по берегу справа от нас.
– Откуда вы знаете?
– С помощью наблюдений и дедукции, мисс Марш, методами науки. Склоненный тростник, полоска потревоженной земли, очертания пейзажа и знание человеческой природы. – Он протянул руку. – Пошли!
Лодка была привязана к стволу ивы, скрытому среди осоки и высокой травы в бочаге у берега. Энн сжала его пальцы, шлепая за ним, и он помог ей вскарабкаться в лодку. В считанные мгновения Джек освободил весла и направил лодку на середину реки. Энн припала к скользкому сиденью и смотрела, как шевелится ткань рубашки на его груди. Ее меняющиеся очертания наполнили ее томлением.
Лодку швыряло. Вода бурлила и закручивалась среди зарослей тростника. Течением несло бревна и всякий мусор. Энн думала только о красоте торса сидевшего на веслах мужчины.
Джек пустил лодку по течению. Единственное, что угрожало им сейчас, – это плывущий мусор, остатки бури. В остальном же река могла нести их вниз по течению благополучно, как в детской колыбели, туда, где вспухшие воды вольются в залив у Смайлз-Боттома.
Он тихонько шевелил веслами.
– Дом у переправы, – сказала Энн, – и та заросшая тропа, они заброшены много лет назад?
Ее хрупкое тело тонуло в изобилии ткани, подол синего платья отяжелел от грязи, прилипал к лодыжкам. Прическа превратилась в бесформенное гнездо из непокорных локонов.
Он смотрел на нее и вспоминал, как дрожал ее пульс под его пальцами, когда он держал ее за руку. Ее кожа пахла свежестью. Она была смелая и живая. Но она не могла дышать из-за своего корсета. Даже воздух, необходимый для жизни, ограничен, нормирован, словно за свободным вдохом должно непременно последовать распутство.
Джек ощутил что-то похожее на возмущение, но дал этому чувству уплыть вместе с речной водой.
– Когда моя мать предложила построить новую дорогу и новый мост, – сказал он, – переправа стала не нужна. Двадцать лет назад плюс-минус пара зим и лет.
– Но кто-то держит эту лодку?
– Браконьеры, мальчишки, вечно неудачливые моряки, которые всегда болтаются рядом с любой рекой.
– Вот как! – Ресницы у нее были длинные и на удивление темные, они веером легли на щеки, когда она посмотрела вниз, на воду, плескавшуюся у ее ног. – Но не те, с кем мы уже встречались?
– А вы предпочли бы тех, с кем вы уже встречались, мисс Марш?
– Я не умею плавать. – Она посмотрела на него и улыбнулась с нескрываемой бравадой. – Полагаю, эта лодка создана для ясных дней и спокойной воды. И очень давно, а к тому же ее почти не чинили с тех пор.
Джек откинулся на веслах, выгребая против течения. Она необыкновенная!
– Лодка вполне сносная. Даже при сильных разливах английские реки – довольно смирные создания.
– В отличие от тех бешеных потоков, которые вы пересекали в малоизученных частях света?
Он наклонился, удерживая лодку в нужном положении.
– Конечно, нам не грозят пороги или бездонные водопады. Для наших целей эта лодка вполне пригодна. – Он кивнул в сторону кожаного ведра, которое перекатывалось по днищу. – Но было бы неплохо, если бы вы понемногу вычерпывали воду.
Она покраснела, но взяла ведро и принялась задело.
– Однако вы видели пороги и пропасти по всей Азии. И покорили их все!
– Вы говорите об Александре Македонском, мисс Марш, а не о Диком Лорде Джеке. Я ничего не покорял. Мы просто позволим этому потоку унести нас от наших буйных друзей на некоторое расстояние, вот и все.
Ее голова поднялась и опустилась – она нагнулась с ведром, потом вылила его содержимое за борт.
– Вы ожидали эту засаду у моста?
– Ожидал? Нет. Возможно, предчувствовал.
– Но вы же узнали, когда нападающие оказались близко, да?
– Всегда следите за лошадиными ушами, мисс Марш. Чувства у лошади острее, чем у нас.
– Чалая что-то услышала? Как раз перед тем, как мы начали петь?
Джек усмехнулся и поправил лодку, когда она накренилась.
– Как вы один смогли одолеть всех этих людей? – Энн на мгновение перестала вычерпывать. – Я никогда в жизни не видела ничего подобного.
Она была растрепанной и мокрой, дышала слишком часто, ее волосы превратились в страшное месиво прядей мышиного цвета. Хотя она и утверждала, что предана науке, яркая, полная воображения душа сверкала в ее синих глазах.
Джек заставил себя сосредоточиться на ее вопросе.
– А вы прежде видели драки?
– Нет, хотя мои братья иногда занимаются боксом. Их спорт всегда кажется мне очень честным и грубым, весьма чреватым возможностью повредить костяшки пальцев, но вы…
– Я не боксировал, – сказал он.
– Да, казалось, будто вы танцуете.
– Я не танцевал, мисс Марш, как и наши противники. Ее лицо порозовело, как выгнутые лепестки шиповника, и в этот момент напомнило Джеку восход солнца.
– При этом в ваших глазах было такое… спокойное ликование. Я не знаю, как это описать. – Она снова наклонилась, зачерпывая воду. – Им нужна окаменелость, конечно, и они не знают, у нас ли она. Если бы вы не… – Голос ее замер, потом она выпрямилась и посмотрела на него. – Они убили бы нас?
– Нет, пока не добились бы ответов на кое-какие вопросы. – Он оттолкнулся от угрожающего бревна. Лодка закружилась и черпнула воды, потом снова выскочила на середину реки. – Их наниматель хочет знать, где находится окаменелость, и поскольку нанятые им люди почти не говорят по-английски, я думаю, они скорее хотели схватить нас, чем убить.
– О! – сказала она. – Понятно. Тот, кто нанял их, хотел всего лишь допросить нас. Это он подъехал к дому у переправы?
Джек ударил веслами, направив нос лодки поперек волны.
– Он предпочитает не марать руки. Некоторое время она молча вычерпывала воду.
– Значит, вы не пустили в ход пистолеты, потому что предполагали, что им приказано не причинять нам вреда. – Она, наморщив лоб, подняла голову. – Вы решили, что не спортивно стрелять в людей, которые не собираются вас убивать?
Он с трудом удержался от смеха.
– Я не пустил в ход пистолеты, потому что в каждом стволе есть только один заряд. Недостаточно, чтобы надолго сдержать этот сброд.
– О! – снова сказала она.
Ему понравилось, как ее губы складываются, произнося этот слог – словно целуют воздух. Ему нравились ее маленькие нежные запястья и изящные пальцы. Ему нравилась ее замечательная храбрость. Он думал, что она ударится в истерику, а она бежала вместе с ним, не колеблясь села в лодку, а теперь доблестно вычерпывает воду.
У нее даже хватило смелости доверить ему свои наивные, душераздирающие признания: «Я понятия не имею, как устроен мужчина».
Ее жених, ее семья, все общество – все сговорились держать ее в неведении. Господи, как это по-английски! Она отправится в свою брачную постель, точно овечка на убой. Благородный, богобоязненный Артур Трент, наверное, лишит ее девственности в муках сомнений и, делая это, будет презирать себя и приведет в ужас свою молодую жену. Черт бы их всех побрал!
Но это не его проблема.
«Я сочту за честь помочь вам, чем могу». Он говорил это серьезно, готов подписаться под каждым словом. Но при этом он со вздохом сожаления отбросил свою жажду предложить ей образование больше наделе, чем на словах.
В Уилдсхей они прибудут еще засветло. Пусть его мать возьмет все в свои руки. И тогда лорду Джонатану Деворану Сент-Джорджу больше не придется заботиться об Энн. Решение это достаточно разумно, однако противоречит всем его желаниям.
Долина расширилась, и течение замедлилось. Смайлз-Боттом. Река залила луга и плескалась у подножия леса. Теперь стало слышно, как барабанит дождь, ударяясь о воду и его спину. Джек направил лодку к левому берегу.
– Здесь есть тропа, – сказал он. – Наверх, через деревья. Видите?
Ее шея сверкнула из-под мокрых волос, как жемчуг, когда она посмотрела поверх его плеча и кивнула.
– Когда река не разливается, здесь есть брод. Эта тропа ведет к коттеджу, в котором живет один из егерей моего отца. Мистер Кеньон постоит на страже с мушкетом, пока его жена облачит вас в пристойные одежды. Теперь вы в безопасности.
– Наши преследователи не пойдут за нами следом?
– Они могут пойти по нашим следам, но другой лодки им не найти. И они не узнают, где мы оставили нашу. Я думаю, они найдут обломки ниже по течению. Потом я одолжу у Кеньона лошадь, чтобы проехать десять миль до Уилдсхея, взять там карету и вооруженных слуг. Ваше приключение закончилось, мисс Марш.
– Да.
Увидев ее поникшие плечи Джек ощутил странную горечь и неожиданное чувство вины.
– Что случилось?
Она отвернулась, потом снова посмотрела на него. Ее ресницы слиплись. Словно сознавая собственную уязвимость, она тут же отвела глаза, но он знал, что она смаргивает вместе с дождем слезы.
– Ах, ничего, – сказала она. – Мне не очень-то привычно так безоглядно верить постороннему человеку. Это несколько выбивает из колеи.
– Вы жалеете, что наше путешествие завершилось?
– Думаю, что вы ради собственной цели совершенно сознательно старались вызывать во мне слепое восхищение. И, как вы и ожидали, добились этого хотя бы отчасти. – Она провела по лицу тыльной стороной руки. – Наверное, я чем-то похожа на кролика перед змеей. К счастью, я уверена, что этот недуг скоро пройдет – чашка крепкого чая, и я снова стану рассудительной мисс Энн Марш.
Проклятие! Ему понадобилось очаровать ее, чтобы она слушалась, но большее в его планы не входило. И все же она, сама того не желая, нарушила его планы – он был беспечен и потакал себе, наслаждаясь ее обществом без оглядки. Она же, со своей невинной храбростью, не отвергла этого и не впала в ярость.
И вот он поймал ее, точно блестящую рыбку в сеть. Протяни он руку, и она упадет в его объятия в приступе смятенного желания и безропотно принесет в жертву свою девственность.
Желание вспыхнуло, жаркое и нетерпеливое. Черт бы его побрал! Пикантно было бы обучить эту хорошенькую невинность. Замечательно было бы посвятить в тайны тайн ее длинные ноги, гибкую спину и белую шею. Его пальцы ныли от желания расшнуровать защитный корсет, освободить ее целомудренные груди для своих губ и рук. Ему страшно хотелось преподать ей науку наслаждения. Это очень легко сделать.
И словно его пальцы уже скользили по нагой женской плоти, возбуждение разгоралось, сильное, требовательное и властное. Наслаждение!
Она совершенно не понимает, что жаждет того же. Она даже не знает, что это значит.
Она – англичанка, обручена и выйдет замуж.
Лодка повернулась, царапнув по корням, когда Джек рывком направил нос к берегу. Он выпрыгнул на землю, подтащил лодку и протянул руку, чтобы помочь Энн. Она вложила пальцы в его руку и стала рядом с ним. Пустая лодка медленно повернулась в завихрении потока, который унесет ее вниз.
– Совместное приключение часто приводит к образованию временных уз, – сказал он. – Я тоже их чувствую, но они исчезнут, когда я доставлю вас в лоно своей семьи. Мои сестры угостят вас россказнями о моих менее достойных деяниях. Мой старший брат сразу же затмит меня своими достоинствами, и я окажусь колоссом на глиняных ногах. Вы тут же забудете обо всем, когда увидите, кто я на самом деле.
Энн опустила пальцы, словно он обжег ее, переступила через корни дерева на тропинке, потом немного постояла не двигаясь, глядя на деревья, и капли дождя падали ей на волосы.
– И кто же вы? – спросила она.
– Обыкновенный человек. – Дождь усилился, и Джек зябко поежился, плечам его стало холодно.
Она обеими руками подобрала юбки.
– Нет, я думаю, что вы именно тот, каким я вас вижу, и я права, восхищаясь вами. Вы необыкновенный. Другой. Не похожий ни на кого из моих знакомых. Я не вижу ничего дурного в честности, как мы и договорились, и некоторое наивное обожание героя только естественно в наших обстоятельствах, разве не так? Не пытайтесь опровергнуть мои чувства.
– Я не герой, мисс Марш.
Энн поморщилась, словно от боли.
– Нет, герой! Но это не имеет значения. В конце концов, благополучно влюблена в своего жениха.
Она пошла прочь по тропинке, а он смотрел ей вслед. Тропа была усыпана сорванными листьями и веточками. Высокое дерево, упавшее на соседние, скрипело ветвями. Вывернутые корни скрутились, оставив зияющий шрам в земле. Ее сердце горело от горького понимания, что она и лорд Джонатан никогда не будут равными, что они вращаются – и всегда будут вращаться – в разных мирах. Он со своим титулом, опытом и природной силой принадлежит к более высокому классу, чем она.
Ее не страшила мысль о том, что она на самом деле влюбляется. Ее страшило неодолимое влечение к нему.
«Даже при сильных разливах английские реки – довольно смирные создания… Мне не нужна жена. Я собираюсь вернуться в Азию».
Разве может она влюбиться в лорда Джонатана? Она любит Артура. Она собирается за него замуж. Артур сделает ее счастливой, даст ей будущее, о котором она всегда мечтала. Но теперь Энн рискнула бросить взгляд на что-то совершенно другое и увидела, что оно блестит, как золото.
Мисс Энн Марш никогда не забудет этот день, пока жива. Для Дикого Лорда Джека этот день ничего не значит.
Он странствовал по пустыням, где небо наклоняется, чтобы поцеловать землю, пережил невообразимые приключения в местах столь экзотических, что она и представить себе их не может. Он вернется туда, как только позволят обстоятельства. Она – англичанка, провинциалка, заурядная особа. Как только он вернет себе свою драгоценную окаменелость, он даже не вспомнит ее имени.
Дождь припустил сильнее. Тропа раскисла и была скользкая от листьев. Она споткнулась о корень, чуть не упала и остановилась, не в силах преодолеть сердитые слезы. Дура! Почему не прожить этот день таким, каков он есть, и больше ни о чем не думать?
– Бегите!
Энн резко повернулась. Лорд Джонатан бежал от реки, глаза его были устремлены на что-то у нее над головой.
– Бегите! – крикнул он. – Быстро!
Резкий звук разнесся по лесу. Энн рванулась с места, сделала шаг и снова поскользнулась, держа свои юбки обеими руками.
Звук был такой, точно разрывалась земля. Лорд Джонатан налетел на нее. Одним взмахом руки он сшиб ее с тропинки. Она скользнула, запуталась ногами в подоле платья и упала рядом с основанием крепкого бука. На то место, где она только что стояла, обрушилась, прорвав другие ветви, сломанная верхушка поваленного дерева.
Лорд Джонатан успел отскочить в сторону, но спутанные ветки настигали его. В вихре обломков он упал под ударом покатился. Но хлещущие сучья краем задели его, и обломок дерева сильно ударил в висок.
Энн с трудом поднялась на ноги. Лес теснился вокруг, густой и тихий, только с листьев здесь и там стекали капли. Ничто не движется, кроме дождевой воды, собравшейся в ручейки, которые сбегают по раскисшей почве к реке. Лорд Джонатан Деворан Сент-Джордж лежит на тропинке лицом вниз. Он одолел банду убийц в бешеном танце единоборства, а потом был сражен деревом.
Дождь шумит. Энн отвела одну из веток и опустилась на колени рядом с ним. Коченея от страха, она отбросила листья и веточки, глядя на его побелевшее лицо. Кровь и грязь размазаны у него над ухом.
– Господи, – сказал он севшим голосом. – Черт бы побрал эту бурю!
Энн чуть не потеряла сознание от облегчения.
– Вы живы!
Он поднял голову, но уронил лицо на руки, его локти наполовину были погружены в грязь.
– Так мне кажется, мисс Марш.
– У вас кровь! Я сделаю вам повязку.
– Это пустяки, дайте мне одну минуту.
Джек повернулся и сел. Дождь молотил по его плечам, рубашка прилипла к спине, он обхватил свою голову, упершись руками в колени. Энн подобрала юбку платья и попыталась оторвать полоску от нижней юбки, от разумной, практичной нижней юбки.
– Не сходить ли мне за помощью? Не знаю, что будет лучше! Вряд ли стоит оставлять вас.
– Нет, стойте! Это небезопасно. – Он протянул руку и схватился за ее запястье. – Я смогу идти, если вы мне поможете.» Я не совсем…
Тяжело опираясь на ее руку, он встал, потом немного постоял, раскачиваясь. Энн обхватила его за пояс обеими руками. Он совсем замерз в мокрой рубашке.
– Вы теряете много крови, – сказала она.
– От дождя всегда так кажется, будто кровь идет сильнее, чем на самом деле. – Он обхватил ее за плечи одной рукой. – Давайте вместе ковылять через лес к коттеджу. Все в порядке. У миссис Кеньон найдутся бинты. Мистер Кеньон позаботится о вас и позовет на помощь.
– Это я виновата, – сказала она. – Если бы я побежала быстрее…
– Никто не виноват; когда я крикнул, у вас был такой вид, будто вы ждете, что орды Чингисхана сейчас вырвутся из леса. Я выразился недостаточно ясно… Проклятие!
– Прислонитесь вот к этому дереву, – сказала Энн. – Вас тошнит? Это ничего, я не возражаю.
Он улыбнулся и покачал головой, но она припала к нему, а он дрожал всем телом. Напряженная сосредоточенность сгладила его черты, словно он сконцентрировался только на дыхании. Что-то в этом ужаснуло ее, словно он уже был потерян для мира.
– Мне на мгновение показалось, что вы собрались свести счеты с жизнью, – с вымученной веселостью сказала Энн.
Губы у него насмешливо скривились.
– Вот как?
– Это не важно, – сказала она.
– Теперь я в полном порядке. – Джек посмотрел на нее, все еще улыбаясь, и провел кончиками пальцев по ее лицу. – Мы почти пришли.
Она помогала ему, приняв на свои плечи его немалый вес. Деревья поредели. На склоне разлилось пятно ярко-синих колокольчиков. Тропа бежала вниз к небольшой лужайке, где уютно поместился каменный коттедж. Шаг за шагом они шли под ливнем, увязая по лодыжки, мимо навеса над колодцем под прикрытие крыльца.
Энн постучала молотком и крикнула. Дождь с соломенной крыши лил как из ведра на две яблони у входа. Дверь никто не открывал.
– Никого нет, – сказала она. – Может быть, они где-то прячут ключ?
Лорд Джонатан присел на корточки, откинул назад голову и закрыл глаза.
– Может быть, я не знаю.
Энн снова вышла под ливень и принялась переворачивать один камень за другим везде, где это казалось уместным: маленький каменный бордюр вдоль дорожки, осыпавшийся кусок садовой ограды.
В конюшне было полутемно и пыльно. Хотя навоз лежал на полу одного стойла и свежее сено наполняло кормушку, лошадей там не было. На стене – никаких поводьев или упряжи на крюках. Но все же это убежище лучше, чем крыльцо. Энн опустила голову и пробежала сквозь ливень. И увидела: ключ висел на гвозде под треснувшей доской как ответ на мольбу.
Она схватила холодный металл и зашлепала обратно к коттеджу. Лорд Джонатан согнулся, положив голову на руки, и явно уснул. Ее руки дрожали от холода, от тревоги, когда она вставила ключ в скважину. Дверь отворилась, и глазам явилась простая гостиная и приветливое мерцание углей в очаге.
– Хорошо проделано, – сказал он. – Настойчивость – это недооцененная добродетель. Там есть лошадь?
Энн покачала головой. Она наклонилась, чтобы помочь ему встать.
– Там лежит свежий навоз и остались следы. Повозку вывезли сегодня рано утром, как мне кажется. Может быть, Кеньоны уехал в город?
Его глаза блестели от скрытого удовольствия, словно он подсчитал возможности и обрадовался тому, как выпали кости. Она протянула пальцы. Его взгляд скрестился с ее взглядом. Одной рукой он схватил ее руку, а другой обхватил Энн за шею. Его гибкие пальцы запутались в ее волосах. Радость распространилась от глаз к губам. В ее крови жар запрыгал, как блуждающий огонек.
– Значит, сегодня базарный день, – сказал он. – Итак, я состязаюсь с судьбой и проигрываю.
Энн посмотрела ему в глаза, а он притянул к себе ее лицо и поцеловал холодными губами в губы.
Ее рот мягко покорился, поддаваясь сладкому прохладному нажатию. Она приросла к месту, словно ее парализовало. Ее тело растаяло, когда его губы прижались к ней. Он просунул кончик языка ей в рот. Пряди пламени помчались, заставляя ее сердце биться в новом бешеном ритме; Греховное, сбивающее с толку ощущение.
После дразнящего легкого удара языка Джек убрал ладонь с ее шеи. Энн прижала свободную руку к губам. Она чувствовала себя очарованной и развращенной одновременно. Ей хотелось, чтобы он снова целовал ее. Только одно прикосновение, одно мгновение холодных губ к губам, и ей хочется отдать ему весь мир?
– В знак благодарности, – сказал он, сжимая ее пальцы. – А теперь давайте войдем в дом и обсушимся.
С сосредоточенной решимостью он встал, и она помогла ему переступить через порог.
Запах леса и дождя, холодный и свежий, исходит от ее кожи. Ее рука крепко обвивает его за талию. Ее хрупкие, решительные плечи прогнулись под его рукой.
Все завертелось, кружащееся и легкое, как одуванчик. В голове у него стучало. Он почти ничего не видел.
– Сюда, – сказала она. – Садитесь сюда.
Джек распростерся на деревянном диванчике и откинул голову на его спинку. Он смутно видел только ее лицо, удивленное, потрясенное, горящее румянцем после того, как он поцеловал ее. Такой осторожный, дразнящий, маленький поцелуй! Ее губы стали мягкими – бесхитростная покорность. Ее невинный рот приоткрыт – естественный, неумелый призыв. Пронзительно притягательно – притягательнее, чем он мог себе представить!
Ему хочется повторить. Он громко рассмеялся над собственным безумием.
– С вами все в порядке? – Нимб разноцветных огней пылает над ее волосами, словно она прошла сквозь радугу.
– Да. Да. Я безумен, мисс Марш, а вы ангел.
– Наверное, мне нужно позаботиться об огне. – Голос Энн звучал напряженно и неловко.
Ее ботинки хлюпали, когда она выходила из комнаты. Вскоре она вернулась и принялась возиться у очага. Пламя раскинулось звездными искрами.
Она выпрямилась и посмотрела на него, окутанная сине-золотым сиянием, как Мадонна.
– Могу ли я воспользоваться и другими вещами? Скажем, сухой одеждой?
– Одеждой, едой, питьем, всем, чем нужно. Этот коттедж принадлежит моему отцу.
Огонь разгорелся, и Джек потянулся к теплу. Дождь барабанил по стеклу, пламя потрескивало. Верблюды шагают ровно, шаг, шаг, шаг, кисточки покачиваются в такт. Выжженные камни простираются до горизонта. В холодной темноте шелковой палатки ему улыбается женщина. Открывается ему. Экзотический мускусный запах исходит от ее рук и податливых бедер, медлит в расщелинах ее тела…
– Вы проснулись?
Джек попытался сосредоточиться. Шерстяное одеяло укутывает его грудь и плечи, хотя рубашка прилипла к спине. Мадонна в золотистом ореоле стоит над ним, немного нахмурившись, но мокрого синего платья на ней уже нет. Ее новое платье – из белого муслина, простого покроя. Девственница.
– Вы переоделись, – сказал он. – И причесались.
Она опустила глаза, нервными пальцами перебирая юбку. Волосы лежат, влажные, прямые и блестящие, поверх темной шали с узором пейсли
type="note" l:href="#FbAutId_3">[3]
, которую она набросила на плечи.
– Должно быть, у миссис Кеньон почти такой же размер одежды, что и у меня. Ее вещи очень мне подошли, даже ботинки. Надеюсь, она не станет возражать.
– Она не станет возражать.
– Я и для вас нашла кое-какую одежду. – Она указала на груду вещей, лежащих на деревянном кресле у очага. – Вы простудитесь, если не снимете с себя мокрое. – Под облаком просыхающих волос ее лицо казалось затуманенным, хотя щеки цвели, точно дикие розы. – Если вы не можете сами, я вам помогу. Я могу хотя бы снять с вас сапоги. И я могу промыть рану у вас на виске. Я принесла теплой воды. – Она кивнула в сторону столика.
– Вы все еще хотите сделать мне повязку из вашей нижней юбки?
Розовые розы стали малиновыми.
– Я нашла чистую ткань, моя нижняя юбки вся в грязи. Джек откинулся назад и прикрыл глаза.
– Промывайте, если вам так хочется. Делайте что хотите. Я не буду вам мешать.
Ее пальцы робко прикоснулись, когда Энн стала промывать ему висок. Вода жгла, как змеиный укус, и оставила новую мокрую дорожку на его волосах. Он решил, что это к лучшему.
– Ну вот, – сказала она. – Кроме небольшого синяка, теперь это выглядит не так уж плохо. Я даже не уверена, нужно ли, в конце концов, вас перевязывать.
Джек открыл один глаз. Она поставила тазик и нагнулась, чтобы стянуть с него сапоги.
– Нет, – сказал он. – Может быть, голова у меня все еще немного и кружится, однако я могу одеться сам.
– Тогда я пойду на кухню. Я бы приготовила чаю, но чайница заперта. Дверь туда, где, как мне кажется, находится буфетная, тоже заперта, а вода из помпы грязновата, не пригодна для питья. Колодец, вероятно, переполнился. Но я нашла вон там домашнее сливовое вино. – Она указала на буфет в углу. – Хотите выпить? Оно очень хорошее. Я не знаю, что еще можно делать, кроме как ждать, пока Кеньоны не вернутся домой.
Он постарался, чтобы его голос звучал спокойно – героический подвиг, поскольку его охватила язвительная радость:
– Увы, мисс Марш, они не вернутся. Она наморщила лоб.
– Не вернутся?
– Они, должно быть, уехали сегодня утром в Блэкдаун-Эббас. Благодаря злому своеволию судьбы река задержала их на той стороне брода, а мы украли единственную на несколько миль лодку. Представляю себе, как Кеньоны сейчас уютно сидят в «Ройял-Оук» на рыночной площади, намереваясь провести там пару дней.
– Значит, сюда вообще никто не придет? – Она села. – Нам придется остаться здесь на ночь?
– Если только вы не пожелаете, чтобы я прошел десять миль до Уилдсхея сейчас. Я пройду, если хотите. По эту сторону разлива нам больше не от кого ждать помощи.
Он мог – хотя это и потребовало бы величайших усилий воли – добраться до Уилдсхея, если бы захотел. Но он не мог оставить ее одну. И он не потащит ее в бурю и тьму, чтобы она служила ему, полуслепому, поводырем. Он уже ступил на новую тропу, что разворачивалась перед ним, как Шелковый путь.
– «Посему не заботься о завтрашнем дне, – добавил он почти про себя. – Ибо завтрашний день позаботится сам обо всем. Довлеет дневи злоба его».
– Здесь такая беда, а вы смеете в шутку цитировать святого Матфея?
– В шутку? Я, мисс Марш, возможно, и язычник, но я не всуе применяю эти святые слова. Я живу по ним.
– Нет, не живете, – сухо сказала она. – Вы все время думаете о завтрашнем дне, как и я. Таковы люди.
Он рассмеялся, хотя ему было больно.
– Значит, меня поправили.
– Когда вы оправитесь настолько, что сможете хотя бы стоять самостоятельно? – Она посмотрела на дождь, непрестанно бьющий по освинцованным окнам, потом прикусила губу, словно решившись на что-то.
– Вы не можете пойти одна, – сказал Джек. – Вы не знаете дороги.
– Да. – Она сглотнула, потом лучезарно улыбнулась. – И кроме того, я не умею плавать.
Джек откинулся назад, восхищенный ее смелым юмором, и провел рукой по своим, предавшим его, глазам.
– Так что там за вино, мисс Марш? Однажды меня так же мучила жажда, если мне не изменяет память, когда оказалось, что долгожданный колодец пересох, а до следующего был еще целый день пути…
Она повернулась и двинулась, покачиваясь, словно лодка, спокойно плывущая по неровному каменному полу. Белое платье сверкнуло. Две бутылки и два стакана, один уже использованный, стояли на столе у очага.
Заставив руку не дрожать, Джек ухватил свой стакан. Вкус сливы сладко прошел по горлу и проник в грудь обжигающим жаром. Он чуть не поперхнулся. Это не вино – это бренди деревенской варки, медовый вкус которого скрывает чрезвычайную крепость напитка.
– Вы это пили? – спросил он. – И много?
– Два стакана. – Она налила себе еще, немного пролив на стол. – Мне хотелось пить. Оно хорошее, правда?
– Хорошее, только совершенно неподходящее для молодых леди.
Она хихикнула, отчего кончик ее носа очаровательно шевельнулся.
– Это сливовица, – сказала она. – Моя матушка делает такое же вино, и мы все его пьем. А еще я нашла хлеб и сыр на кухне. Я приготовлю поджаренный сыр, хотя это не очень-то изысканный обед для сына герцога, не так ли? Джек откинул одеяло, от его сапог поднимался пар.
– Все пошло не так, как я думал, – сказал он. – Мы отданы на произвол судьбы, мисс Марш.
Она проглотила еще бренди, словно то был лимонад.
– Только потому , что этого захотел лес. Как вы думаете, у деревьев есть свои планы?
– У древних лесов, как вот эти? Со времен норманнского завоевания они размышляют о том, как бы им выжить, хотя маловероятно, что их как-то особенно заботят столь ничтожные создания, как мы.
– А напрасно, – сказала она, – у нас есть топоры.
Он не мог не рассмеяться, хотя от этого из глаз у него посыпались искры. Она удивительная, она сама не знает, какая она замечательная. Ее храбрость и остроумие для него как вода в пустыне.
– Жарка сыра даст вам возможность пристойно пребывать на кухне, пока я вожусь со своим мокрым бельем и проклятой обувью.
Она медлила, держа в руке полупустую бутылку и свой стакан. Ее волосы греховно струились, блестя поверх шали. Ее тело дрожало, как лилия на весеннем ветерке, но вот она повернулась и исчезла, после чего он встал и снял рубашку. Жар от огня омыл его холодную кожу. Он запустил руки в мокрые волосы и уставился на огонь. Это у Дикого-то Лорда Джека темнеет в глазах и кружится голова!
Рана на виске горела, другая болезненная шишка вздулась на затылке. Пожав плечами, он начал расстегивать брюки. Потом вспомнил: он так и не снял эти чертовы сапоги. Он наклонился, чтобы стянуть их.
Тихий шелест послышался у двери. Джек оглянулся. Мадонна сияла там, как призрак, хотя лицо ее горело, как угли.
– Я думала… Я полагаю, что вам не стоит переодеваться, раз это так трудно, – сказала она. – Я могу принести вам ночную рубашку или еще одно одеяло, если хотите. Я ничего не имею против. Может быть, когда мы поедим, будет лучше, если вы просто ляжете в постель?
Джек мрачно усмехнулся. Он смотрел на нее, наслаждаясь золотистым блеском ее волос. Все его существо жаждало этого света, он готов был променять самоуверенность своего одиночества на чистое сияние именно этой англичанки.
– При теперешних обстоятельствах не так-то просто лечь в постель, – сказал он.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ночь греха - Росс Джулия



Совершенно несправедливо обделенный вниманием стоящий роман на этом сайте. Я бы причислила его к интеллектуальным любовным романам. Неординарная сюжетная линия, великолепный главный герой,тонкий юмор, а сколько чувственности...Я была в восторге! Язык повествования очень яркий и живой. Этого автора однозначно посоветую почитать любителям стиля Э.Стюарт, Л.Кинсейл,Т.Медейрос. А вот поклонницам Линдсей, Гарвуд и Клейпайс роман может показаться сложным и перегруженным... Лично меня от незатейливых любовных романов со всеми их банальностями уже тошнит. Поэтому я дальше погружаюсь в творчество Дж.Росс. Браво автору!
Ночь греха - Росс ДжулияJane
4.02.2016, 10.16





Интересные образы главных героев, интересно было наблюдать за развитием их отношений, а описание семьи герцога мне было скучно читать, хотелось бросить все, но конец порадовал.
Ночь греха - Росс Джулияsasha
5.02.2016, 7.23





5/10. Мне роман не понравился. Скучно...
Ночь греха - Росс ДжулияНюша
5.02.2016, 17.42





Я тоже осталась равнодушно к роману.
Ночь греха - Росс ДжулияДана
3.11.2016, 6.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100