Читать онлайн Тайные грехи, автора - Росс Джоанна, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тайные грехи - Росс Джоанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.88 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тайные грехи - Росс Джоанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тайные грехи - Росс Джоанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Росс Джоанна

Тайные грехи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

– Ты уверена, что хочешь этого?
Сидя на краю кровати, Ли наблюдала за тем, как сестра порывистыми движениями бросает вещи в два раскрытых чемодана от Луи Виттона.
Марисса на несколько секунд задумалась. Какой взять купальник: желтый, состоящий из двух узеньких полосок, или вязаный черный? Кончилось тем, что в чемодан полетели оба.
– Я еще никогда не была так уверена.
– Сколько дней вы знакомы? Десять? И ты уже решила, что вы сможете жить вместе?
– Мы с Джеффом встречаемся две недели. Это на тринадцать дней больше, чем нужно, чтобы сделать выбор. – Марисса погрызла коралловый ноготь большого пальца и уставилась на разложенную поверх атласного покрывала одежду. – Надо купить новые шмотки. Это все устарело.
Ли не стала напоминать сестре, что всего лишь два месяца назад та истратила баснословную сумму, обновляя гардероб перед поездкой выпускников в Мауи.
– Где будет эта вечеринка?
– Точно не знаю, – туманно ответила Марисса. – Где-то в Западном Голливуде. Или в Малибу. Забыла… Вспомнила! – Она повернула к Ли сияющее лицо. – Дай мне поносить твое черное платье!
Платье из черного крепа от Билла Бласса было очень простого покроя, с богатой отделкой, и стоило кучу денег. На прошлой неделе Ли влюбилась в него с первого взгляда, когда подыскивала себе костюм у Бонвита Теллера. Она успокоила совесть тем соображением, что благодаря классическим линиям платье никогда не выйдет из моды.
– Оно же совсем новое. Я ни разу не надела.
– Ну и что? Я же не собираюсь заниматься в нем серфингом или еще чем-нибудь таким. Господи, ну ты бываешь такой занудой – точная копия Джошуа Бэрона!
Сестер разделяла кровать – и годы вражды, вскормленной ревностью и завистью. Холодные серые глаза скрестились с горящими зелеными. Марисса первой моргнула и напустила на себя покаянный вид.
– Ох, извини. – У нее задрожали губы; в голосе слышалась мольба. – Ты же знаешь, какой я бываю перед месячными.
Склонность сестры к притворству не была для Ли тайной за семью печатями, но ей так хотелось верить в Мариссину искренность!
– Ничего. Всем нам в последнее время пришлось понервничать.
– Ты умеешь хранить секреты?
– Конечно.
– Поклянись Богом. И своей жизнью. Ли улыбнулась.
– Клянусь.
– Нет, сделай как положено – так не считается. Марисса снова стала маленькой девочкой, напомнив Ли те далекие времена, когда она опекала сестру, заменив ей мать. Оправдывала ее выходки, заступалась перед отцом.
Она перекрестила левую грудь.
– Клянусь Богом.
– И своей жизнью.
– И своей жизнью.
Марисса удовлетворенно кивнула.
– Эта вечеринка имеет жизненно важное значение. Я не хотела говорить – боялась сглазить. На прошлой неделе Джефф сделал несколько моих снимков и показал одному продюсеру; тот предложил встретиться.
– Правда? Кто же это?
– Джефф не сказал. Хочет сделать мне сюрприз. Но это его вечеринка – продюсера. Джефф считает, что у меня есть шансы получить роль.
Хотя за минувшие две недели сестры редко виделись, Ли не преминула отметить, что теперь каждое второе предложение Мариссы начиналось с «Джефф сказал…», «Джефф думает…» Ли всего пару раз видела вышеупомянутого молодого человека, и то мельком. Рослый – больше шести футов – загорелый атлет, довольно интересный, нужно признать. Типичный плейбой с калифорнийских пляжей. Выгоревшие на солнце волосы достают до ворота рубашки; на открытой шее болтаются три золотые цепочки. Мужской вариант Мариссы.
– Что за картина?
Как ни хотелось Ли верить в то, что ее сестре предложили приличную роль в художественном фильме, она сомневалась, что в городе нашелся хоть один продюсер, который бы не знал о категорическом запрете Джошуа Бэрона.
– Джефф не уточнил, но это хорошая роль. Продюсер одобрил мои снимки.
– Дорогая, в этом городе полно бессовестных людей. Ты такая юная…
На лице Мариссы появилось жесткое выражение.
– Я достаточно взрослая, чтобы понимать, что к чему. Ты не единственная, кто вырос на кинематографической кухне. – Она тотчас спохватилась и одарила Ли обезоруживающей улыбкой. – Беда в том, что все мое шмотье – на девчонку. Мне нужно что-нибудь… роковое.
– Например, мое черное платье?
– Именно, – с ангельским выражением лица подтвердила Марисса. – Пожалуйста, Ли! Обещаю весь вечер не есть, не пить, не пачкать. Перед тем как вернуть, отдам в химчистку.
Ли с самого начала знала, что уступит.
– Сейчас принесу.
Марисса радостно захлопала в ладоши.
– Ты спасла мне жизнь! – Она обежала вокруг кровати и чмокнула Ли в щеку. – Когда я стану звездой, буду кричать на каждом перекрестке, что своим самым первым успехом я обязана моей чудесной старшей сестричке!
Ли вздохнула.
– Постарайся вернуть платье целым.
Для Мэтью, ожидавшего увидеть холодную, неуютную фотостудию, мансарда Джилл Кочеран явилась приятным сюрпризом. Она походила на пещеру, забитую мебелью, книгами и фотопринадлежностями. Сквозь стекло верхнего люка лились потоки яркого солнечного света. На диване возлежала огромная рыжая кошка. Когда Мэтью вошел, она открыла один глаз и критически, с видом своего кошачьего превосходства, посмотрела на него.
Стены были увешаны фотопортретами; кинозвезды и исполнители рок-песен соседствовали с губернаторами штатов, фермерами, заводскими рабочими, промышленниками, шахтерами, иммигрантами.
Без обуви в Джилл было под метр восемьдесят росту, но благодаря соблазнительным изгибам она не казалась угловатой. У нее были выразительное лицо в рамке из спутанных медовых волос, энергичный подбородок, скулы, которым могла бы позавидовать не одна красавица с обложки модного журнала, и поразительно чистые, как фарфор, ярко-голубые глаза. Единственным недостатком (если это считать недостатком) являлись слишком полные, ненакрашенные губы, придававшие этой «стандартной американке» сексуальный оттенок. Странно, подумал Мэтью, что обладая такой внешностью, Джилл Кочеран предпочла находиться по рабочую сторону фотокамеры.
– Отец подарил мне первый фотоаппарат, когда мне исполнилось восемь, – не дожидаясь вопроса, объяснила она. Мэтью испытывал неловкость, но естественное поведение девушки и ее уютная техасская манера растягивать слова помогли ему освоиться.
За кофе, который они пили из керамических кружек, она рассказала, что не может оставаться равнодушной к человеку, которого должна сфотографировать. Они сошлись, чтобы вместе создать произведение искусства; необходимо взаимопонимание. Постепенно Мэтью почти перестал обращать внимание на немигающие, нацеленные на него линзы. Не на сто процентов.
– Это был маленький старый «кодак». – Делясь воспоминаниями детства, Джилл одновременно передвигала стойку. Потом она сверилась с экспонометром – с такой освещенностью было непросто добиться того, чтобы все лицо оказалось в фокусе. – Но я все равно попалась на крючок – раньше, чем закончила свою первую пленку. Там были одни утки.
– Какие утки?
Джилл придвинула отражатель с посеребренной майларовой пленкой.
– Ну как же, миленький, – такие белые, пушистые, которые плавают в пруду и, задрав красные лапки, ныряют за рыбешками. Обыкновенные утки.
– Значит, вы начинали как любительница живой природы?
– Не совсем. – Она начала щелкать кнопкой дистанционного управления. За голубым, служащим фоном бумажным экраном вспыхнула лампочка. – Просто рядом с нашим домом была большая яма с водой, а я спешила отснять пленку, пока папа не уехал. Утки как раз оказались под рукой.
Довольная тем, как в глазах у Мэтью благодаря подсветке заплясали искры, Джилл решила, что пора пополнить портфель «натурой».
– Можешь снять рубашку.
– Это еще зачем?
Ее вовсе не удивило, что он заартачился. В полном соответствии с их предварительной договоренностью Мэтью надел бледно-голубую, выгоревшую на солнце рубашку и поношенные, побелевшие на стыках джинсы. Предупрежденная о том, что он скорее всего не привык обнажаться перед аудиторией, Джилл постаралась быть как можно тактичнее.
– В деле обязательно должен быть снимок торса.
Мэтью скрестил руки на груди.
– Если получение роли зависит от того, как я выгляжу без рубашки, пожалуй, мне лучше отказаться. Это просто смешно.
Видя, что он собрался уходить, Джилл испугалась. Хотя на этой стадии было преждевременно делать выводы, она снимала Мэтью с особым чувством. Его нельзя отпускать!
– Слушай, миленький, – она схватила его за руку и ощутила мускулы – твердые, как булыжники. – Обещаю не делать ничего такого, за что тебе будет стыдно. Но, черт возьми, «натура»… то есть обнаженный торс, входит в обязательную программу. – Ее голос стал густым, как кленовый сироп; простодушная улыбка внушала доверие. – Понимаешь, режиссер-постановщик должен быть гарантирован от неожиданностей… ну там татуировка… голая баба на интересном месте…
Расчет оказался верен: Мэтью улыбнулся.
– Все-таки это противно.
Она кивнула. Голубые глаза горели сочувствием и решимостью.
– Понимаю. Обещаю проделать это как можно безболезненнее.
Мэтью взвесил все «за» и «против» и решил не останавливаться на полпути. Он дотерпит этот фарс до конца.
– Как бы поскорее?
– Заметано. – Джилл постаралась скрыть свой триумф. – Я хотела посадить тебя к окну. – Мэтью обратил внимание, что после того как Джилл добилась своего, ее техасский выговор стал менее заметным. – Сейчас фантастическое естественное освещение, а некрашеный подоконник будет отличным фоном.
Девушка повернулась к Мэтью и остолбенела. С таким телом – она не удивилась бы, если бы этого парня взяли на выставку, как племенного буйвола ее дедушки.
– Никаких, значит, татуировок?
– Никаких, – подтвердил он. Некоторое время оба молчали.
– Ну что ж, – сказала наконец Джилл, – продолжим съемку..
Время летело как на крыльях. Джилл заранее прочла присланный Корбетом роман и знала, что ей нужно. Теперь, когда все стало на свои места, она испытывала лихорадочное возбуждение – словно подключилась к электрической цепи. Джилл, с ее кипучей энергией, умела подчеркнуть в «объекте» все самое лучшее, а с Мэтью Сент-Джеймсом, думала она, отщелкивая последние кадры, не приходится долго искать.
– Поужинаем вместе? – предложила Джилл после того как обошла мансарду и выключила лишний свет. – Я умею делать плохонькие бутерброды с перцем. Конечно, если ты не боишься техасского перца.
Мэтью вспомнил, что за работой они пропустили обед.
– С удовольствием.
Ослепительная улыбка Джилл могла поспорить с солнечными лучами.
– Ну, Мэтью Сент-Джеймс, ты – рисковый парень. Мне нравится эта черта в мужчинах.
После ужина они сидели на диване, потягивали бренди и слушали Джеймса Тейлора. Мэтью с радостью убедился, что эта девушка – сгусток энергии во время работы – может быть ненавязчивой и приятной в общении. Оба затихли. Мэтью повел глазами по всей студии и вдруг наткнулся взглядом на несколько фотографий, которые не заметил в прошлый раз.
– Это твои вьетнамские снимки?
– Угу. А вон те – папины.
Ненадолго покинув удобный диван, Мэтью подошел поближе. На всех фотографиях были солдаты – молодые, с чумазыми, до боли знакомыми лицами.
– Чертовски хорошие снимки. Но это и неудивительно.
– Папины гораздо лучше. Он работал фотокорреспондентом в «Ассошиэйтед пресс». Был ранен…
– … во время тушения пожара в Шу-Лае в шестьдесят девятом году и через десять дней скончался от перитонита и пневмонии, наступивших вследствие ранения.
Джилл вытаращила глаза.
– Откуда ты знаешь?
– Я знал Билла Кочерана. Он был парень что надо! Я не встречал никого другого, кто бы мог крикнуть: «Не стреляйте – пресса!» – на восьми языках мира. Однажды… – Мэтью осекся, сообразив, что нужно быть осмотрительным. Как-никак эта женщина – его дочь.
Джилл уютно устроилась в углу дивана, подобрав под себя длинные ноги.
– Не нужно подбирать слова. Мне важно знать о нем все. Мэтью сел рядом с бокалом в руке. Джилл ждала, когда он соберется с мыслями.
– Это было незадолго до новогоднего наступления во Вьетнаме. Один парень из моего отряда получил известие о рождении ребенка – девочки, три кило триста граммов. Иной раз просто диву даешься, какие мелочи запечатлеваются в памяти. В общем, твой отец предложил отметить это событие в Шолоне.
– Что это – Шолон?
– Китайские кварталы Сайгона. Каким-то образом – не спрашивай, откуда именно, – у Билла оказался ящик «сиграма». После самогона и сайгонского «чая» – гнусного пойла, которое подают в барах, – и вдруг этот божественный напиток! Да он сам по себе мог послужить поводом к празднику! Мы заказали жареного цыпленка, отварные креветки и полные тарелки настоящей говядины. За все платил твой отец – из средств «Ассошиэйтед пресс».
– Папа всегда был щедрым, – безо всякого выражения проговорила Джилл. – Особенно за счет янки.
– Я так и понял. Счета Билла Кочерана когда-нибудь войдут в историю литературы как шедевры эпохи войны во Вьетнаме. В общем, после ужина мы сидели, пили, курили сигары и вспоминали свои семьи – всякий милый вздор…
Выражение лица Мэтью изменилось. Он вспомнил, как завидовал другим: их любили и ждали близкие. Джилл подметила летучую складку меж его бровей, но не проронила ни слова. Она уже поняла: Мэтью – сложная натура.
– Одна смазливая маленькая шлюшка, одетая в блестящее, тонкое, как бумага, шелковое платье, сразу вычислила, кто из нас при деньгах, и, забравшись к твоему отцу на колени, начала покусывать мочку уха, ерошить волосы. Мы все чуть не рехнулись от зависти, а он даже не заметил. Все рассказывал о дочке, у которой – цитирую – один мизинец стоит больше, чем у других – все тело.
На Джилл нахлынуло теплое чувство любви и ностальгии.
– Так и сказал?
– Его точные слова. Я почему запомнил – как раз в этот момент девушку задело, что на нее не обращают внимания, и она заявила, будто ее мизинец стоит гораздо больше, чем у какой-то американской беби-сан.
– Что это – «беби-сан»?
– Ребенок.
– Понятно. И что было дальше? Мэтью пожал плечами.
– Не помню. Должно быть, мы разошлись по казармам. Джилл показалось, что он понимает ее чувства и переживает за нее.
– Спасибо за рассказ. Я плохо знала отца: родители разошлись, когда я была совсем маленькой. Папа разъезжал по всему свету в качестве фотокорреспондента. Селма, Бирмингем, Вьетнам… – Она зябко повела плечами, вспоминая снимки: собаки, горящие дома, жуткие, пылающие в ночи кресты; война, смерть и разрушения…
Мэтью не произнес ни слова – просто обнял девушку. Она положила ему голову на плечо.
– Всякий раз, навещая нас, он сгребал меня в охапку и крепко прижимал к груди. Он был такой большой и сильный, что мне верилось: никто в целом мире не сможет причинить мне зло.
Джилл подняла голову и остановила взгляд на его губах. Мэтью наклонился и поцеловал ее – легко и нежно. Потом еще раз, и еще. Все искуснее и горячее.
Джилл запрокинула голову.
– Мэтью, хочешь заняться со мной любовью? Он и сам предпочитал простые, ясные отношения.
– Да.
Она поднялась и протянула руку.
– В таком случае чего мы ждем?
Они помогли друг другу раздеться – лаская освобождающуюся плоть. Потом легли, не отрывая друг от друга глаз. Джилл бережно обводила пальцем ложбинки его тела и взбугрившиеся, точно перевязанные, мышцы. В свою очередь, Мэтью с удовольствием гладил изгибы и выпуклости ее стройного тела, заставляя Джилл изнемогать от страсти.
Он сделал секундную паузу, надевая презерватив, без которого не выходил из дома (Мэтью Сент-Джеймс не станет плодить ублюдков), а затем скользнул в нее языком, даря девушке острое, мучительное наслаждение.
Джилл становилась все требовательнее. Она заставила Мэтью лечь на нее всем телом, нашептывала неприличные слова, обвила длинными загорелыми ногами его бедра и направила пенис туда, куда он и сам стремился. Пушистое одеяло свалилось на пол; простыни сбились в комок.
Страсть унесла их далеко-далеко; два тела пылали, как два бикфордова шнура, – и наконец последовал сокрушительной силы взрыв. Они кончили одновременно – и испытали огромное облегчение. Потом они лежали рядом на развороченной постели.
– Это была, – тяжело дыша, начал Мэтью, – самая жаркая миссия в моей жизни.
Джилл издала тихий горловой смешок.
– Миленький, считай, что еще ничего не было.
Улыбаясь, девушка склонила голову и взяла его в рот – глубоко-глубоко.
Когда его вялый член встрепенулся в ответ на ее призыв, Мэтью понял: на земле не звучало слов правдивее.
Много позднее, когда он уснул, Джилл выбралась из постели и растворилась во тьме.
Закончив проявлять отснятые за день пленки, она долго сидела при загадочном красном свете, рассматривая негативы. Потом набрала номер на телефонном диске. Ответил мужской голос.
– Хорошо, что я тебя застала. Что-что? Нет, не пьяна. Я работаю. Откуда мне, черт возьми, знать, который час?
Мужчина что-то буркнул.
– В самом деле? Четыре часа утра? – Джилл помедлила, давая собеседнику высказать свое мнение о том, что ей следует сделать и с фотокамерой, и с телефонным аппаратом. Наконец она прервала его жаркий монолог: – Не смей вешать трубку, Корбет Маршалл! Сначала я скажу тебе свое мнение о твоем новом клиенте, Мэтью Сексуальном-Как-Черт-Знает-Кто Сент-Джеймсе.
Это его отрезвило. Еще бы!
– Вот что я тебе скажу. Пусть студия «Бэрон» даст мне эксклюзивное право на фотоработы, и я обеспечу фильму такую рекламу, какая вам и не снилась.
Очевидно, ответ удовлетворил Джилл Кочеран. Она принесла Корбету запоздалые извинения и, положив трубку на рычаг, продолжила работу.
Когда на лежащих в кюветке листах фотобумаги восемь на десять начали проступать черты Мэтью Сент-Джеймса, Джилл испытала прилив радости: она занималась любовью с новым секс-символом Голливуда. И, черт побери, именно ей принадлежит честь открытия!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тайные грехи - Росс Джоанна



Да, книжка хорошая, "остросюжетность" не перебивает любовной линии, что особенно приятно! Долина Грез, секс, наркотики, рок-н-ролл, благословенные 70-е, и каждый, в результате,получает по заслугам.
Тайные грехи - Росс ДжоаннаТатьяна
27.01.2014, 2.10





Очень понравилась.Не перегружена ничем. Приятное чтиво.
Тайные грехи - Росс ДжоаннаЁлка
2.12.2015, 17.38





Хорошая книга, лучше многих из Топ-100.
Тайные грехи - Росс ДжоаннаЮрьевна
20.12.2015, 0.01





Супер! Прямо сценарий для фильма. Очень ярко!!! 10/10
Тайные грехи - Росс Джоаннамэри
22.12.2015, 10.33





Наткнулась на этот роман чисто случайно,увидев высокую оценку.И О БОЖЕ!!!Какой потрясающий роман!Это же,как "Рай"у МАКНОТ,тот же восторг чувств.Роман очень насыщенный событиями,гг-и просто супер,естественно присутствует интрига.И еще очень хороший слог,остроумные диалоги,в общем читайте не пожалеете.Роман достаточно серьезный без розовых соплей,но какой любовью пропитан,просто АХ!!!
Тайные грехи - Росс ДжоаннаТатьяна К*
15.04.2016, 19.19





Хорошая книга. О том, что скрыто от глаз за золотой клеткой богатства, о силе духа. Очень советую!
Тайные грехи - Росс ДжоаннаЧупакабра
8.06.2016, 12.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100