Читать онлайн Колыбельная для мужчин, автора - Росмэн Эстер, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.48 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Росмэн Эстер

Колыбельная для мужчин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

Джеку Логану Полидори не нравились. Никогда. И он знал, что и в будущем они ему никогда не понравятся. Не потому что они были итальянцами. Это лейтенант мог бы еще снести. Беда в том, что они были наглыми итальянцами. Самонадеянными и враждебно настроенными буквально ко всем.
Логан не доверял людям с большими деньгами и к тому же обремененным политическими амбициями. И первыми в этом его списке стояли Энтони Полидори и… Уитт Денвере. Причем последнему Джек доверял даже меньше, чем первому. Объяснялось это тем, что если Полидори выставил свою кандидатуру в сенат штата Орегон, то Денвере – в губернаторы. Или как минимум в мэры Портленда. При поддержке довольно солидной прослойки англосаксонских протестантов Портленда Уитт имел немало шансов быть избранным. Сама мысль об этом заставляла лейтенанта поеживаться.
Сейчас Джек Логан направлялся к Полидори. Сидя за рулем своего порядком потрепанного «форда», он скоро миновал окраины Портленда и выехал на автостраду, ведущую в Селлвуд. Неподалеку от этого городка, славившегося едва ли не самым дешевым в Америке пивом, уже почти сто лет существовал своеобразный анклав итальянских фермеров, занимавшихся выращиванием овощей. Овощеводами когда-то были и Полидори. Купив по дешевке не очень большой участок земли, они заключили договор о поставке продуктов в один из фешенебельных портлендских ресторанов. Доходы превысили все ожидания. Прошло совсем немного времени, и Полидори стали обладателями состояния, хотя и не такого большого, как у Денверсов, но все же достаточно солидного.
Логану даже хотелось, чтобы Энтони Полидори оказался замешанным в похищении Лонды. Мысленно он уже представлял себе, как этот итальяшка будет выкручиваться и юлить в полицейском участке во время допроса. Хотя это вряд ли случится. Лейтенант не верил в подобный исход дела. Как, впрочем, и Уитт Денвере, что бы он там ни говорил.
Через полчаса машина Логана, пренебрегая всеми знаками ограничения скорости, неслась по улицам аристократического района Милуоки. Здесь располагался элитный местный клуб «Уейверли», на месте которого Полидори когда-то выращивали овощи. Теперь же отсюда вдоль берега реки Уилламетт тянулась длинная череда зданий больших и малых банков, адвокатских контор и других солидных офисов.
Полидори жили в этом районе давно. Постепенно старый Стефано, отец Энтони, сумел скопить достаточно денег, чтобы купить чуть ли не целый квартал в Портленде. Там он организовал продовольственный рынок под открытым небом и основал итальянский ресторан, который сразу же завоевал популярность. И состояние Полидори скоро почти удвоилось. В годы Великой депрессии Стефано приобрел по бросовым ценам еще несколько участков городской территории, где также открыл рестораны итальянской кухни. Кроме того, он выкупил у прежних владельцев один из старейших в Портленде отелей, располагавшийся неподалеку от «Денверса».
Однако Стефано всего этого показалось мало. Теперь у него были престиж и состояние. Но дом, в котором жила семья, выглядел неподобающе скромным. Такого Стефано не мог вытерпеть. И вот бок о бок с клубом «Уейверли» возник роскошный особняк Полидори в итальянском стиле. Он стоял на холме, террасами спускавшемся к реке. Перед парадным подъездом били три фонтана. На крыше дома торчали трубы пяти каминов; сами камины были облицованы дорогим мрамором.
После внезапной кончины главы семейства дом перешел к Энтони. Он продолжил его обустройство и разбил на склонах холма роскошный сад.
Логан подкатил к высокой ограде и продемонстрировал охранникам бляху полицейского у себя на груди. Створки ворот поползли в стороны, открывая въезд на широкую аллею, ведущую к дому.
Энтони Полидори встретил лейтенанта у парадной двери. Это был человек невысокого роста, пухловатый, с черными живыми глазами и золотыми зубами. Он пожал Логану руку и широким жестом пригласил пройти в холл, который мог бы свободно вместить домик лейтенанта близ Портленда вместе с крышей, печной трубой и телевизионными антеннами. Здесь, ближе к стене, стояли небольшой столик и два мягких кресла. Полидори – опять-таки жестом – предложил гостю сесть и, широко улыбнувшись, произнес:
– Можете не объяснять мне цель вашего визита, уважаемый мистер Логан. Речь, несомненно, пойдет об исчезновении младшей дочери Уитта Денверса.
Потом извинился, подошел к бару, наполнил два стакана ирландским виски и, бросив в них лед, поставил на столик. Затем опустился в кресло напротив полицейского. Логан еле заметным кивком головы поблагодарил хозяина за угощение и пригубил виски. Ему очень хотелось сделать глоток побольше, но он стеснялся. Полидори ободряюще посмотрел на гостя и отхлебнул сам.
– Я ждал вас, мистер Логан, – сказал он. – Меня предупредили о вашем приезде. Кроме того, ваши люди уже побывали здесь и очень подробно допросили не только меня самого, но и всех домочадцев. Видите ли, лейтенант, я ко всему обычно отношусь философски. Но в данном случае мне откровенно жаль своего и вашего времени. Равно как и денег налогоплательщиков, на которые существует полиция. Поверьте, мне нечего добавить к уже сказанному во время допроса. И было бы куда полезнее, если бы полицейские занялись наконец поимкой настоящих преступников! Логан сидел молча, предоставив итальянцу возможность выговориться. Закончив, тот выжидающе посмотрел на него, потом встал и подошел к окну. После непродолжительного молчания бросил через плечо:
– Честное слово, я очень удивлен, что вы решили лично приехать сюда.
– Меня не удовлетворил отчет сержанта Тэйлора. Он мне показался поверхностным.
Полидори прищелкнул языком, вернулся к столу и, взяв свой стакан, отпил глоток.
– Право, не знаю, как еще убедить вас, что я не имею никакого отношения к похищению ребенка! Кстати, передайте, пожалуйста, Денверсам мои самые искренние соболезнования в связи с постигшим их несчастьем…
– Хватит молоть чушь, Полидори, – холодно прервал его Логан таким голосом, что сам не узнал его. Глаза итальянца вспыхнули гневом. Но он сдержался.
– Вы мне не верите, шериф? – И он театрально вздохнул. Логан посмотрел ему прямо в глаза и, медленно выговаривая каждое слово, сказал:
– Продолжим. В тот самый вечер, когда исчезла маленькая Лонда Денвере, двое ваших молодчиков напали на Закари и зверски избили его. Сейчас он лежит в больнице. Это что, просто совпадение?
– Можно, я приглашу своего адвоката?
– Сначала ответьте мне.
– Я не имею никакого отношения ни к похищению Лонды и ее гувернантки, ни к нападению на Закари. Повторяю, никакого!
Полидори машинально схватил стакан с остатками виски и допил его. Лейтенант продолжал спокойно смотреть на итальянца. Он не верил ни одному слову этого толстого проходимца.
– Вас, видимо, удивляет, почему мы так придирчивы к вам, Полидори? Извольте, объясню. У меня очень хорошая память. И она сохранила немало лжесвидетельств, которые вы сделали после смерти своего отца.
– Это было много лет тому назад!
– И все же, я уверен, вы не забыли, как обвинили Джулиуса Денверса, отца Уитта, в том инциденте в ресторане.
Лицо Полидори стало пунцовым. Он запыхтел, силясь что-то сказать, но полицейский предостерегающе поднял руку и добавил:
– А вы помните, как клялись отомстить всей семье Денвере?
Полидори стиснул челюсти. В его глазах горела звериная злоба. Казалось, он хотел испепелить собеседника своим взглядом.
– Это было очень давно, – процедил он сквозь зубы. – С тех пор Джулиус Денвере успел…
– …Умереть, – закончил за него Логан.
– А вы, Логан, разве забыли, что этот грязный мерзавец убил моего отца?! – не выдержав, крикнул во весь голос Полидори. – Вы отлично знаете это. Как и любой житель Портленда! Он нанял бандита, который облил вестибюль отеля керосином и поджег. Тогда заживо сгорели семь человек. Жертв было бы гораздо больше, если бы в ту субботу отель не закрыли на дезинфекцию. Кто-то знал, что мой отец находился у себя в кабинете на первом этаже. И безошибочно выбрал время!
– Ваш отец погиб случайно, Полидори! Он сам устроил пожар в отеле, чтобы получить страховку. Но, по несчастью, забыл отпереть дверь своего кабинета. Когда же бросился за ключом, то не смог его найти.
Ноздри итальянца раздулись от ярости. Он наклонился к самому лицу лейтенанта и закричал:
– Его заперли снаружи, Логан! Он колотил кулаками в дверь, но никто не пришел ему на помощь! Никто! И мой отец сгорел заживо! Заживо! Вы можете себе это представить?! Представить, как огонь пожирает одежду, а потом тело?!
Полидори подошел к бару, налил себе еще полстакана виски, залпом выпил и вновь обернулся к Логану:
– Стефано был очень приличным человеком. Верным мужем, заботливым отцом. А превратился в кусок жареного мяса по приказу Джулиуса Денверса. Уитт все это отлично знал!
– Это всего лишь догадки.
Полидори помолчал, потом ядовито улыбнулся и спросил:
– Скажите, Джек, сколько вам платит Уитт Денвере?
За то, чтобы всегда держать при себе? Не думаю, чтобы очень много. Ведь все Денверсы страдают патологической жадностью.
Левая скула полицейского нервно дернулась. Он хотел было потянуться к своему стакану с виски, но сдержался. Сурово взглянув на Полидори, он сказал:
– Давайте лучше продолжим разговор о маленькой дочери Уитта. Где она?
– Не знаю. Я уже сказал вам, что не могу ничего добавить к запротоколированному вашими людьми допросу.
– То есть у вас не было намерения отомстить семейству Денвере подобным образом?
– Это же несерьезно, Логан! – воскликнул Полидори, но с такой силой сжал стакан, что пальцы его побелели.
– Очень даже серьезно, Полидори. Надеюсь, вы не станете отрицать, что похищение дочери стало бы самым ужасным ударом для Уитта из всех, какие можно себе представить?
– Поверьте мне наконец, лейтенант, – я здесь ни при чем! И если вы намерены продолжать этот разговор, то позвольте мне пригласить адвоката.
Он встал и направился к столику с телефоном. Логан посмотрел на Энтони и заметил, как на его висках под жидкими волосами проступили крупные капли пота. Полидори явно нервничал. И лейтенант окончательно решил для себя, что итальянец, бесспорно, замешан в этом деле.
– Я вам не верю, Полидори, – сухо сказал он.
– Меня не интересует, верите вы мне или нет. Вы, официальное лицо, выдвигаете против меня серьезнейшее обвинение. Так будьте любезны представить доказательства. А если у вас их нет, то сидите спокойно и пейте виски, которое я любезно вам предложил. Повторяю, если вы хотите серьезного разговора, то давайте его вести с фактами в руках. Или же извольте покинуть мой дом!
Джек продолжал сидеть с каменным выражением лица. Он уже кое-чего сумел добиться от Полидори: итальянец потерял самообладание. И теперь Логан был намерен «дожать» его до конца.
– Джо Сири и Руди Джианотти работали на вас, Полидори.
– Это было давно.
– Затем они стали работать на вашего сына.
Полидори перегнулся через стол и прошипел прямо в лицо полицейскому:
– Не втягивайте в это дело Марио, Джек!
– Я втягиваю Марио? Да он сам давно увяз во всем этом с головой. Еще несколько лет назад у него была интрижка со старшей дочерью Денверса. Так, по крайней мере, утверждают, а она была тогда несовершеннолетней – шестнадцати лет. Или это тоже неправда, Энтони?
Ноздри Полидори раздувались. Он тяжело дышал.
– Во всяком случае, к похищению младшей дочери Уитта Марио не мог иметь никакого отношения! Он в это время находился на Гавайях.
– Прекрасное алиби!
– Он ничего не знает об исчезновении Лонды.
– Об этом давно уже знает весь город. Были подробные публикации в газетах. Информации и комментарии по местному телевидению. Какие только версии не выдвигались! Похищение с целью получения выкупа. Терроризм. Политический шантаж. Но до настоящего времени никто не взял на себя ответственность за это преступление. Не последовало и требований выкупа. Однако факт остается фактом: девочка исчезла. Исчезла бесследно. Объяснение этому может быть только одно: кто-то хотел сильно насолить Уитту Денверсу. Вот я и опрашиваю всех, у кого когда-либо были нелады с этой семьей. Среди подозреваемых ваша фамилия – одна из первых!
– Не хочу даже слушать об этом!
– Марио здесь? Я хотел бы с ним поговорить.
– Вам не о чем с ним разговаривать.
– А я считаю, что есть о чем. И собираюсь это сделать здесь. В противном случае он будет силой доставлен в полицию. А там его достанут репортеры всех местных газет. Они только и ждут этого. Вас устраивает подобный вариант?
– Логан, вы свинья!
– А вы грязная итальянская скотина, Полидори. Хотите еще комплиментов?
Полидори положил трубку, так и не позвонив адвокату, поправил жилет и вытер большим платком пот со лба. Лейтенант с удовлетворением смотрел на него: то, что жирному итальяшке пришлось порядком попотеть, уже неплохо!
– Если Марио даст показания здесь, – все так же бесстрастно сказал Логан, – то я, возможно, избавлю его от привода в полицейский участок. И тогда все прошлые делишки вашего сынка не всплывут в раздутом виде на страницах газет. Иначе будет плохо всему вашему семейству, Энтони. В этом городе ох как любят полоскать грязное белье! Полидори прищурился и недоверчиво посмотрел на лейтенанта:
– Вы действительно не предадите дело огласке?
– Хоть я и свинья, но все же привык держать слово. Полидори с сопением опустился в старое оксфордское кресло и нажал на кнопку, вмонтированную в стол. Тотчас же в дверях появилась охрана. После краткого обмена итальянскими фразами, в которых имя Марио звучало через каждые два слова, охранники исчезли. Логан принялся тянуть виски. Прошло несколько минут, и вошел Марио.
Ему было двадцать шесть лет. Намного выше отца. Глаза – светлые, борода и бакенбарды каштанового оттенка, а волосы темные, как у Энтони, и кудрявые. В свободное от автогонок и парусных регат в Карибском море время Марио участвовал в содержании ресторана на одной из главных улиц Портленда. Движения его были быстрыми, и казалось, что весь он – плотный сгусток нерастраченной энергии. Не исключено, что это было результатом употребления наркотиков.
Энтони кивком головы указал на стоявший рядом с Джеком свободный стул.
– Ты знаком с лейтенантом Логаном? Прошу любить и жаловать!
– Мы встречались, – ответил Марио, бросив быстрый взгляд на полицейского. Но тот даже не пошевелился. – И что же от меня хочет мистер Логан?
– Он считает, что тебе известны подробности похищения Лонды Денвере.
– Это вам приснилось, Джек. Я был на Гавайях, когда узнал о пропаже девочки.
Логан заметил, что, несмотря на спокойный тон, у Марио нервно дрожала левая нога.
– Вы, конечно, знаете Джо Сири и Руди Джианотти.
– Знаю. Они оба на меня работали.
– И что делали?
– Все, что я им приказывал. – Он широко улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов. – Руди я уволил полгода назад, застав его за приемом наркотиков. Джо закатил мне по этому поводу истерику, стал угрожать. Я выгнал и его.
Марио встал со стула и подошел к окну.
– И все? – спросил Логан. – С тех пор вы с ними не встречались?
– Иногда я видел, как они бродили около ресторана. И каждый раз явно пьяные. Это за ними водилось и раньше. Слава богу, я от них успел вовремя отделаться!
– Закари Денвере утверждает, что они напали на него и зверски избили. Вы знаете об этом?
– Закари лжет.
– Может быть, когда-нибудь он и лгал, но не теперь.
Логан вновь придвинул к себе стакан и отпил глоток.
– Поговаривают, что у вас с Трейси Денвере была… ну, что ли, интрижка?
Марио поджал губы, затем невнятно пробормотал:
– Я с ней просто знаком.
– И, видимо, достаточно хорошо, если она, как говорят, забеременела от вас.
– Что вы от меня хотите, Логан?
Глаза Марио горели бешенством. Казалось, еще минута – и он бросится на полицейского с кулаками. Но Логан будто не замечал его состояния.
– Вроде бы Денвере предпринял энергичные меры, и Трейси не стала мамой. Уитт не мог допустить, чтобы какой-то грязный итальяшка стал отцом его внука или внучки. Но, как опять же говорят, у Трейси уже не будет детей. Это так?
– Не знаю, мистер Логан. Но, думаю, что лично у вас есть немало причин поддерживать Денверсов.
– В городе многие, – включился в разговор Полидори-старший, – желают этому семейству провалиться ко всем чертям!
– Возможно, – парировал Логан, – но есть такие, кто хочет этого более других.
– Я был на Гавайях, – улыбнувшись, проговорил Марио. – Ездил туда по делу. Как раз тогда, когда напали на Закари, я…
– Слышал. Попивали пиво на пляжах тамошнего курорта. Но пока Джо и Руди избивали в отеле «Орион» Закари, кто-то насильно увез крошку Лонду. Кто? Кстати, не только ее, но и няньку тоже…
Так, лейтенант, – стерев улыбку с лица, заговорил Марио. – Теперь я еще оказываюсь виновником избиения Закари. Что ж, валяйте дальше! Вы знаете этого молодчика чуть ли не с пеленок. Ведь он мать родную продаст, лишь бы напакостить старому Денверсу!
Марио обменялся взглядом с отцом. Логан эго заметил, но понять смысла их безмолвного разговора не мог. Возможно, в нем содержался намек на происхождение Зака. Слухи о том, что его настоящим отцом был не кто иной, как Энтони Полидори, давно и широко муссировались в городе. Тем более что Закари и впрямь был больше похож на Марио, нежели на своих братьев.
– Не секрет, что Зак ненавидит Уитта, – продолжал Марио. – И если уж вы, лейтенант, хотите знать правду, то Закари Денвере наверняка инсценировал нападение на себя в «Орионе». Несколько не слишком опасных ножевых порезов, и он предстал перед отцом со стопроцентным алиби. На него-де напали, чуть не убили! Так что к исчезновению Лонды он никакого отношения иметь просто не может. А я готов держать пари, что Зак подкупил няньку, чтобы она что-нибудь сделала с Лондой. Только идиоту не ясно, что рассчитаться с Денверсом проще всего, лишив его любимой дочки. Вы не там ищете, господин полицейский!

***

– Ты думаешь, Зак, отец стал бы так волноваться из-за кого-нибудь еще? – насмешливо спросила Трейси. – Ошибаешься! Если бы похитили меня, Нельсона, да кого угодно из нас, кроме Лонды, он бы и пальцем не пошевелил. Беда стряслась с его любимой дочуркой от обожаемой жены. В этом все дело!
Закари не желал ее слушать. Растянувшись в шезлонге рядом с бассейном, он подставил лицо солнечным лучам, скрывая свой взгляд за темными стеклами очков. Поэтому Трейси не могла прочесть в глазах брата одно-единственное желание: чтобы она поскорее ушла и оставила его в покое. Самой ей такое в голову не приходило. Более того, увидев стоявший неподалеку стул на трех ножках, она подтащила его к шезлонгу и уселась рядом.
Зак поправлялся, но очень медленно. Все же он уговорил врачей разрешить ему провести четыре дня дома. И не только потому, что хотел вырваться из склепа больничной палаты. Здесь он мог потихоньку потягивать взятое тайком из холодильника столь любимое им пиво. Подобное занятие шло вразрез со всеми врачебными рекомендациями. И если бы его застали врасплох, то произошел бы немалый скандал. Но Зака это не очень пугало. Он не спеша отхлебывал из банки, чувствуя, как благодаря пьянящей жидкости его переполняет ощущение блаженства.
И этому божественному времяпрепровождению мешала сестра. Она говорила, не закрывая рта:
– Кроме того, ни полиция, ни ФБР никак не могут найти виновных. Для отца же это подходящий случай повесить всех собак на обоих Полидори, уцепившись за то, что избившие тебя мерзавцы когда-то работали на них…
Господи, когда же она наконец замолчит?! – думал Закари. Но Трейси и не собиралась униматься.
– На днях приходила наша мамуля, – продолжала щебетать сестрица. – Хотела тебя видеть. Но ты все время спал. И она ушла.
Зак не хотел думать о матери. Об этой суке, которая в угоду престижу отказалась от детей. Она, видите ли, не могла ужиться с Уиттом, у которого настроение менялось по пятнадцать раз на день! Теперь с ним мучаются ее сыновья и дочь. Что ж, Юнис отлично устроилась! Омерзительная особа!
И все же Зак не мог вычеркнуть из памяти ее слова: «Из всех детей ты был для меня самым любимым…» Он глубоко вздохнул и нехотя ответил:
– Она приходила ко мне в больницу.
– И ты не захотел с ней разговаривать. Это я знаю.
– Мне нечего было ей сказать.
– Боже мой, Зак! Ты иногда становишься ужасно холодным и черствым…
– Наследственность.
– Нет, серьезно!
– Я и говорю серьезно.
Зак протянул руку к стоявшему рядом на столике транзистору и нажал кнопку. Воздух огласился звуками бравурной музыки и голосами рок-группы «Роллинг стоунз». Трейси скорчила недовольную мину.
– Я не могу выносить такой шум! Голова начинает идти кругом!
Закари пропустил ее реплику мимо ушей. Его ничуть не интересовало, любит его сестра группу «Роллинг стоунз» или нет. Главное, чтобы она замолчала. Ему хотелось остаться одному. И не вспоминать о матери. Равно как и о Лонде. И вообще о чем бы то ни было, связанном с семейными проблемами. Вот уже неделю с лишним Денверсы, включая и Трейси, пичкали его информацией об исчезновении Лонды и ведущихся поисках. Видимо, хотели заставить проговориться, что именно он похитил ребенка!
Зак не доверял никому из Денверсов. Как знать, может быть, в слухах о том, что в его жилах течет кровь Полидори, и была доля истины. От этой мысли Зака передернуло. А если действительно после стольких лет вдруг обнаружится, что он сын Энтони Полидори? Это объяснило бы многое. В частности, почему Юнис любила его сильнее, чем остальных своих детей. Но Закари не хотел допускать такой мысли. Ни на мгновение. Конечно, сомневаться в том, что Уитт Денвере – стопроцентный мерзавец, не приходилось. Но и Полидори был в неменьшей степени достоин презрения. Недаром же полиция вот уже не первый год пыталась выявить его связи с местной мафией.
– Да выключи же наконец этот чертов приемник! – взвизгнула Трейси.
Зак опять остался глух к ее почти истеричной просьбе. Он бросил на сестру усталый взгляд и спросил:
– А Джинни Слейд? О ней пока тоже ничего не слышно?
О том, что начались энергичные поиски исчезнувшей гувернантки, Заку рассказал Джейсон. По его словам, это наиболее верный путь к возможному успеху. Тем более что все ее рекомендации оказались фальшивыми, а указанных в анкете родственников на деле не существовало. Или же они куда-то вдруг исчезли.
– Я ничего не знаю о Джинни, – ответила Трейси. – Но, мне кажется, что в похищении Лонды она не виновата. Иначе потребовала бы выкуп. Кроме того, ее личный счет в местном банке остался нетронутым. На нем лежит что-то около двухсот долларов. А еще – более тысячи долларов в Первом национальном банке. За ними Джинни тоже не обращалась. Ведь если бы она выкрала ребенка и собиралась бежать, то непременно забрала бы деньги с собой. Скорее всего, ее саму похитили и куда-то насильно увезли.
– Откуда ты знаешь все эти подробности?
– Подслушала у полуоткрытых дверей и даже через замочные скважины.
Подобная осведомленность и тем более методы, которыми его сестра пользовалась для получения информации, были для Зака настоящим откровением. Он всегда считал, что Трейси настолько занята своей персоной, что ничем больше не интересуется. Прически, маникюры, роман с каким-нибудь мальчишкой – этим без остатка были заполнены ее дни. Девушка выглядела вполне привлекательно. Гибкий стан, густые каштановые волосы, голубые с раскосинкой глаза. Разве что немного злоупотребляла косметикой. Но все равно, у мужчин Трейси имела явный успех. Не устоял перед ее чарами и Марио Полидори. Хотя роман оказался неудачным. Как, впрочем, и все остальные…
В двадцать лет она все еще не окончила школу. Три или четыре раза убегала из дома, но каждый раз возвращалась. С разбитым сердцем, без гроша в кармане, а подчас – с мутными от наркотиков глазами. Уитт терпеливо оплачивал ее долги, расходы на наряды, перерасходы по кредитным карточкам. Постепенно Трейси поняла, что дома жить удобнее. Побеги прекратились.
В последние годы, особенно после отъезда матери, Трейси сильно изменилась. Зак точно не знал, что произошло между ней и Марио. Говорили, будто бы молодой Полидори использовал ее для получения информации о деятельности Уитта, и она об этом узнала. Так или иначе, но разрыв был полным. Первое время Трейси проводила дни, запершись у себя в комнате. Но довольно скоро затворничество ей надоело, и она очень даже активно включилась в междоусобную борьбу, которую семейства Денвере и Полидори вели из поколения в поколение вот уже почти целое столетие…
Сестра вдруг замолкла и куда-то исчезла. Зак было облегченно вздохнул, но через пару минут она вернулась. На этот раз с мольбертом. Установив его на некотором расстоянии от Зака, она принялась что-то рисовать. Закари еще раз демонстративно вздохнул и повернулся к ней спиной. Прошло еще минут пять. Может быть, чуть больше.
– Послушай, братец, – услышал Зак столь осточертевший ему голос. – Я бы посоветовала тебе быть поосторожнее.
Трейси с мольбертом в руках обошла шезлонг и водрузила рисунок прямо перед лицом Зака. На нем был изображен он сам, лежащий в шезлонге, с опухшим лицом, небритый, взлохмаченный, тянувший из банки пиво. Рядом красовался столик на кривых ножках с подпрыгивавшим от натуги радиоприемником. Рисунок несомненно свидетельствовал о таланте автора. Закари оценил это.
– И впрямь, очень забавно! – сказал он, кивая в сторону карикатуры.
– Видишь ли, Зак, – сказала Трейси, никак не реагируя на похвалу, – не я одна вижу тебя в таком виде. Это давно заметили и Кэт и отец. Они только и говорят о том, чтобы послать тебя учиться в какую-нибудь военную школу в Европе. Или же на ранчо, где ты будешь вдали от всех зарабатывать свой хлеб. Еще подумывают о какой-нибудь школе-интернате, куда тебя можно было бы заточить. Иначе, полагают, тебе не миновать колонии для несовершеннолетних преступников.
– Они так считают? А ты?
– Не знаю. Только откровенно скажу тебе: после возвращения из больницы с тобой стало трудно, почти невозможно иметь дело. Особенно после того инцидента с репортерами. Вернее, с одним из них.
– Он заслужил это!
В ушах Зака снова зазвучал наглый вопрос одного из местных газетчиков: «А могли бы вы объяснить, почему те двое бандитов напали на вас как раз в ту ночь, когда исчезла ваша сводная сестра?»
Это случилось, когда только что приехавший на четыре дня из больницы Закари выходил из отцовского «линкольна». Услышав вопрос, он обернулся и изо всех сил ударил в скулу ухмылявшегося репортера. И хотя в следующий момент от резкой боли в раненом плече у Зака потемнело в глазах, он успел увидеть, как тот упал на землю. Пошли разговоры, что после такой выходки Зака непременно отдадут под суд.
Трейси, будто прочитав мысли брата, сложила мольберт и тяжело вздохнула.
– Ты тоже думаешь, что это я похитил Лонду? – зло спросил он у сестры.
– Зак, я ведь не знаю, что ты делал той ночью, – ответила она, не отрывая взгляда от шрама, алевшего на его виске. – Но, уверена, что всей правды ты не сказал. И не скажешь. Поэтому разговоры об этом будут продолжаться до тех пор, пока твоя невиновность не станет очевидной.
Закари стиснул зубы: он только что подумал то же самое. Потом с горькой усмешкой произнес:
– Зато ты у нас невинна, как Пресвятая Дева Мария!
Он допил пиво и с хрустом раздавил в кулаке пустую банку. Трейси бросила на Зака взгляд, в котором, казалось, отразилась вся боль, которую ей уже довелось испытать за свою несчастную жизнь.
– Ты ничего не знаешь обо мне, Зак. И никогда не хотел узнать. Не так ли? Видишь ли, я думала, что смогу тебе помочь. Видимо, ошиблась. Забудь об этом и выпутывайся сам как знаешь!
Девушка взяла мольберт и, не оглядываясь, пошла к дому.

***

Кэтрин нахмурила брови и недовольно скривила губы. В голове стоял какой-то гул. Это началось еще с вечера…
Она приоткрыла один глаз и тут же зажмурилась: яркий луч утреннего солнца, проникший через полуоткрытое окно, ослепил ее. Закрыв лицо ладонью, Кэт почувствовала необъяснимую тяжесть на сердце и в первый момент никак не могла понять ее причину. И вдруг вспомнила. Вспомнила все…
Господи! Она лежит здесь, в своей постели, а Лонда, ее обожаемая крошка, исчезла. Ее нет! Нет уже больше трех недель! Кэтрин почувствовала, как безнадежное отчаяние могильным холодом сковывает ее мозг, сердце, все тело. С трудом подняв руку, она потянулась к ночному столику. Там лежала почти пустая пачка ее любимых «Вирджиниа Слимс». Но сил вытащить из ящичка зажигалку уже не было. Откинувшись на подушку, она уставилась в потолок. И вдруг горячие слезы ручьем хлынули из глаз.
Боже, какая же это пытка! Этот полицейский, изо дня в день задающий одни и те же вопросы… И каждый из них острой иглой вонзается в сердце… Закари, ударом кулака уложивший наземь фоторепортера и разбивший его камеру…
Кэтрин встала, нетвердой походкой подошла к окну и раздвинула занавески. У подъезда стояли длинный «мерседес» с сигнализацией и две полицейские машины. Еще три или четыре таких автомобиля были паркованы неподалеку под развесистым зеленым дубом.
– Да провалитесь вы все к черту! – пробормотала Кэт и задернула занавески. Сколько сейчас времени? Она бросила затуманенный взгляд на часы. Уже два. Скоро день начнет клониться к вечеру, а она только проснулась! Семнадцать часов тяжелого беспробудного сна. Это все из-за таблеток. Доктор Макгенри прописал принимать их на ночь.
И еще какую-то гадость… Господи, ей необходимо взять себя в руки! Даже если рядом нет Лонды…
При мысли о дочери Кэтрин почувствовала, как задрожали ее колени. Она схватилась за спинку кровати, чтобы не упасть. Она найдет своего ребенка! Должна найти! Хотя надежды на полицию, федеральные власти и тем более на мужа нет никакой. Подумав об Уитте, Кэтрин презрительно усмехнулась. В последнее время он даже перестал ложиться вместе с ней в постель. И при этом уверял, что ей нужен покой. Как будто она не знала истинную причину! Он просто боялся, что она потребует утешений, которые он уже не мог ей дать!
Кэт через силу дотащилась до ванной и встала под душ. Но перед тем как повернуть кран, посмотрела на себя в зеркало. И замерла от ужаса. На нее смотрело стареющее лицо, на которое спадали нерасчесанные волосы с пробивавшейся здесь и там сединой. Некогда упругое, будто отлитое из бронзы тело обрюзгло. На животе образовались складки. А бедра все больше начинали напоминать окорочка поросенка. И уже не молочного! Боже, и это она! Кэтрин, которая никогда не позволяла себе распускаться, холила свое тело, занималась гимнастикой, массажами, растираниями!
Она повернула кран. Теплая вода тонкими струйками обдала лицо, шею, спину, живот. Она закрыла глаза и расслабилась. Но тут же перед мысленным взором опять возникла Лонда. Ее малютка Лонда… Кэтрин душили рыдания. Она дала им волю. Надо выплакаться здесь, когда ее никто не видит. А там, на людях, она вновь станет прежней Кэтрин – энергичной, сильной, уверенной в себе…
Через час Кэт спустилась вниз. Ее тщательно вымытые волосы были аккуратно уложены. Зубы сияли белизной, безупречно наложенный грим сделал молодым, почти юным, лицо. Голубые шорты были подобраны в тон глаз.
В кухне у плиты суетилась Мария. Увидев хозяйку, она принялась настаивать на завтраке. Но Кэтрин есть не хотелось. Она взяла высокий хрустальный бокал и налила в него апельсиновый сок. Потом, убедившись, что Мария смотрит в другую сторону, быстро открыла холодильник и воровато разбавила сок водкой.
Напиток взбодрил. Кэтрин сунула под мышку свежий номер «Уолл-стрит джорнэл», положила в сумочку нераспечатанную пачку сигарет и на секунду задумалась. Куда идти? Уитт заперся в рабочем кабинете с лейтенантом Логаном и приказал их не беспокоить. В отеле делать нечего. Значит, надо выйти на улицу.
Надев темные очки, она направилась к боковой двери. Отсюда через обсаженный экзотическими деревьями и папоротниками дворик к калитке вела посыпанная желтым песком дорожка. Справа от нее находился бассейн, откуда доносился какой-то шум. Кэтрин раздвинула листья папоротника и увидела Закари.
Он плыл брассом, легко, как заправский спортсмен, рассекая воду. Рана на плече почти зажила, хотя и выделялась на фоне смуглой кожи.
Кэтрин вдруг почувствовала холодок под сердцем и покалывание под животом. Неосознанное желание заявляло о себе.
Из всех детей Уитта Закари больше других привлекал ее. Он не был похож на остальных Денверсов. Его кожа была темнее, тело – более мускулистым, а глаза, в отличие от голубоглазых братьев и сестры, напоминали цветом серое взъяренное море в штормовую погоду. Может быть, сплетни о его происхождении и были правдивыми. Но Кэтрин просто не могла себе представить, чтобы эта высохшая костлявая амазонка Юнис и пухленький коротышка Энтони Полидори могли стать его родителями.
Конечно, лицо Зака сильно портил сломанный, причем трижды, нос. Первый раз это случилось давно, когда он подрался с громилой на две головы выше себя, посчитавшим Зака воришкой и сыном итальянской проститутки. Во второй раз его переносица пострадала в результате падения с мотоцикла. Третьим переломом Закари наградили Руди и Джо в ночь, когда исчезла Лонда. И все-таки Зак чертовски привлекал к себе молодящуюся жену отца.
Кэтрин уселась в шезлонг, поджала ноги и принялась внимательно следить за пасынком. Со дня своей свадьбы с Уиттом она никогда не изменяла мужу. Даже в последние годы, когда он практически перестал исполнять супружеские обязанности. Естественные желания, подчас охватывавшие Кэт при виде сексуально привлекательного мужчины, она в себе решительно подавляла. Да, за эти годы у нее было немало возможностей наставить рога своему супругу, зачастую не без помощи ближайших друзей Уитта.
Но Кэт с негодованием, а чаще со смехом отвергала их домогательства.
Но теперь у нее появилось новое и очень заманчивое искушение в лице возмужавшего Закари. Пикантность ситуации усугублялась тем, что Зака самого влекло к мачехе. В последний раз, когда они танцевали на балу, Кэтрин почувствовала возбуждение его плоти, заметила растерянность на лице пасынка и поняла, как он ее хочет. Но тогда она выпила слишком много шампанского и не очень серьезно задумалась о юноше как о возможном любовнике. Теперь же ее одолевали мысли откровенно эротического плана. Интересно, думала она, искусен ли он в постели или же его придется обучать? Займет ли весь акт пару минут или Зак сумеет дождаться оргазма партнерши и полностью ее удовлетворить?
Боже, о чем она думает! Ведь это сын Уитта, ее пасынок! Кэтрин нервно вытащила из пачки сигарету и закурила. Табачный дым на время успокоил ее. Во всяком случае, фривольные мысли улетучились.
Вместо них вновь перед глазами Кэт возник образ Лонды. И опять сердце сковал холод невозвратимой утраты. Где она, ее крошка? Что с ней? Жива ли? Может быть, зверски замучена и убита? Нет, об этом даже нельзя думать! Кэтрин почувствовала, как по щекам ее текут слезы. Если бы рядом был кто-нибудь! Он бы обнял ее… Нежно шепнул, что Лонда жива и невредима… Боже, откликнись, хоть кто-нибудь… Что?.. А если Зак?..
Сжав до боли зубы от неведомого страха, преследовавшего ее все последние недели, Кэтрин выхватила газету, которую держала под мышкой, и сделала вид, что читает. Курсы валют, котировки акций, стоимость облигаций… Боже, как все это скучно и неинтересно! Между тем она продолжала поверх газеты следить за пасынком, который в данную минуту даже не подозревал, что его хотят соблазнить.

***

Зак начинал задыхаться, давало о себе знать и раненое плечо. Он плавал уже почти час, ожидая, когда Кэт наконец уйдет. Но она продолжала сидеть, закрывшись газетой. В глубине души Зак чувствовал некоторое облегчение оттого, что мачеха появилась. Вот уже почти две недели ее никто не видел. Она обрекла себя на одиночество в своей спальне, где целыми днями предавалась горьким, безутешным мыслям.
Правда, в эти дни в доме Уитта вообще царствовал какой-то злой рок. Он принимал обличье полицейских и агентов ФБР с каменными лицами, обшаривавших каждый уголок отеля; самого Уитта, срывавшего злость и плохое настроение на каждом, кто попадался под руку. Джейсон ходил по коридорам, стараясь поменьше попадаться на глаза отцу. Только из комнаты Нельсона доносились звуки магнитофона. Но и он редко покидал свое убежище.
Терпение Закари лопнуло. Он вылез из бассейна, пригладил ладонью мокрые волосы и растерянно оглянулся по сторонам. Вытереться было нечем. Полотенце осталось на столике у шезлонга. Там сидела Кэт, подходить к которой Зак просто боялся. И не только потому, что не хотел больше слышать вопросы о Лонде. Куда больше его отпугивало воспоминание об их танце на том злосчастном балу. Кроме того, было стыдно смотреть в глаза мачехе: ведь она уже знала, что в ту ночь он был у проститутки. Хотя сам Зак в чистую, платоническую любовь давно не верил. Его отучили родители, уверявшие, что такой любви просто не бывает и мечтать о ней глупо…
Наконец он решился, подошел к шезлонгу и взял полотенце. Кэтрин подняла на пасынка глаза и ослепительно улыбнулась. У Зака перехватило дыхание, и он с трудом выговорил:
– Вы себя лучше чувствуете?
– Да.
Кэт чуть спустила на нос темные очки, чтобы поверх них лучше видеть Зака. Он смотрел на нее, боясь пошевелиться. Боже, до чего же она была хороша! Изящные пурпурные губы, из-за которых проблескивал ровный ряд жемчужных зубов. Мягко очерченные скулы придавали особую значительность лицу чуть овальной формы. Глаза Зака жадно скользнули по шее Кэт к глубокому вырезу, почти открывавшему упругие полные груди. Казалось, сделай Кэтрин одно движение вправо или влево, и обнажатся острые, проступавшие сквозь ткань одежды соски.
– Как твои раны? – спросила Кэт таким тоном, будто это ее действительно интересовало.
– Вроде бы все идет на поправку.
Закари расправил полотенце и принялся растирать им спину, стараясь держаться, по возможности, на расстоянии от мачехи. Ему казалось, что от нее исходят какие-то невидимые лучи, пронизывающие его насквозь. Черт возьми, почему она так выразительно на него смотрит?!
– Ну и прекрасно, – сказала Кэт. – Я очень беспокоилась, что будут осложнения.
– Неужели? – с легкой усмешкой спросил Зак.
Он не верил ей и все время был начеку. И вообще чувствовал себя кроликом, на которого смотрит удав.
Кэтрин глотнула воздух и облизнула губы. Где-то в доме хлопнула дверь. Она вздрогнула и посмотрела на окна отеля.
– Да… за последнее время у нас произошло столько несчастий, что нервы пришли в полнейшую негодность. Реагируешь буквально на каждый звук…
Зак заметил, что на глаза мачехи навертываются слезы. Ему стало жаль женщину. Кэтрин подняла голову и виновато произнесла:
– Я знаю, что была не права по отношению к тебе в тот вечер. Наверное, слишком много выпила. Стала злой, агрессивной… Боже, Зак! Я вообще наломала немало дров и продолжаю это делать! И я часто потом раскаиваюсь в том, что натворила! Прости меня. Поверь, мне тоже нелегко.
– Не надо говорить об этом, Кэтрин! Забудем!
– Ладно. Только прости меня. Обещаешь?
Господи, что это с ней? Закари откашлялся и, глядя куда-то вдаль, тихо ответил:
– Обещаю.
Опять последовала ослепительная улыбка вместе со сбегавшими по щекам слезинками. Но эти слезы явно были искренними. Зак вдруг почувствовал, как глубоко его мачеха переживает потерю дочери. Ему стало стыдно за то, что раньше он видел в ней только сексуальную привлекательность. Несколько мгновений он переминался с ноги на ногу, нервно комкая в руках полотенце, затем сказал срывающимся голосом:
– Я… Видите ли… Не волнуйтесь за Лонду, Кэтрин… Она непременно… вернется.
– Ты так думаешь?
Черт побери! Он внушил ей надежду. Зачем? Ведь это неправда! Ему ничего не известно о Лонде и ее судьбе.
Может быть, несчастной девчушки уже нет в живых… Зак густо покраснел и добавил уже не так уверенно…
– Я… ничего не знаю. Но ведь… столько людей занимается ее поисками… Наверное, они… В конце концов…
Он и сам почувствовал, как неуклюже и наивно выглядело это объяснение. А в глазах Кэтрин стояла нестерпимая боль. Она вынула из сумочки носовой платок, вытерла заплаканные глаза и мягко сказала:
– Я очень надеюсь, что так и будет, Зак! Надо надеяться! Иначе невозможно жить…
Кэт взяла руки Закари и переплела свои длинные тонкие пальцы с его. Он почувствовал, как по всему телу будто бы пробежал электрический ток. Кэтрин неожиданно показалась ему такой юной, хрупкой и легко ранимой. Зак даже стал сомневаться, действительно ли перед ним его мачеха. А она встала, поднялась на цыпочки и нежно поцеловала пасынка в щеку.
– Спасибо, что понял меня, Зак, – прошептала она. – Мне сейчас так нужен верный друг!
Зак смотрел в глаза мачехи, чувствовал тепло ее частого, нервного дыхания и хотел, жаждал нового поцелуя…
Но Кэтрин вновь улыбнулась и отпустила его руку. Потом собрала свои вещи, разложенные на столике, сунула под мышку газету и пошла по желтой дорожке к отелю. Зак остался стоять у бортика бассейна, оторопело глядя ей вслед, не в силах понять, что произошло…

***

Острая боль подобно кинжалу пронзила грудь Уитта. Несколько мгновений он не мог вздохнуть. Ощущение было такое, будто чья-то сильная рука сдавила ему горло и принялась душить. Куда, черт побери, запропастились эти таблетки? Шатаясь, Уитт подошел к столу и выдвинул средний ящик. Там лежал нитроглицерин. Он вынул коробочку, высыпал на ладонь сразу три таблетки и проглотил. Потом сел за стол и, облокотившись на него, сжал виски руками. Так прошло минут десять. Ему стало легче.
Хорошо, что никого рядом не было! Только доктор Мак-генри знал о том, что Денверс-старший страдает болезнью сердца. Но он нем как рыба. Для всех остальных это оставалось тайной…
Уитт поправил галстук и нажал на кнопку селектора.
Секретарь доложил, что в вестибюле дожидается мистер Роджер Фелпс.
– Фелпс? Пусть заходит!
Фелпс раньше был агентом ФБР. Потом вышел на пенсию и открыл собственное бюро по расследованию преступлений. Уитт не питал больших иллюзий относительно его талантов. Но все же решил испробовать и этот вариант.
Войдя в кабинет, Фелпс плотно закрыл за собой дверь и сел напротив Денверса. Пытливо посмотрев на хозяина отеля, спросил:
– Чем смогу быть полезен, мистер Денвере?
– Вы уже, наверное, сами догадались. Исчезла моя дочь Лонда. Вот уже месяц, как полиция и ФБР пытаются обнаружить хоть какие-нибудь следы, но все безрезультатно. Впрочем, я всегда считал, что компетентность этих служб равна нулю или приближается к подобному уровню.
Фелпс Молча сделал глоток кофе из чашечки, предложенной ему Уиттом.
– Мне вас рекомендовали как в высшей степени опытного и квалифицированного специалиста, мистер Фелпс, – вновь заговорил Денвере.
Тот учтиво кивнул головой, но опять не произнес ни слова. Уитта это начало раздражать.
– Скажите мне честно, мистер Фелпс, – сказал он почти грубо, – стоит ли мне платить вам немалые деньги, если ФБР и полиция так и не смогли что-нибудь сделать?
Фелпс чуть выгнул левую бровь и спокойно ответил:
– Вы хотите отыскать свою дочь? Давайте займемся этим.
– И вы верите в успех?
– Если поиски окажутся безрезультатными, я ограничусь авансом.
– Но ведь это пять тысяч долларов!
– Разве это много?
– Ну вообще-то говоря, не очень.
– Вот и прекрасно. Если вы согласны, то у меня будет одна-единственная просьба: все члены вашей семьи должны быть со мной предельно откровенны. Никаких секретов. Тем более лжи.
Справедливо. Однако должен предупредить: вы можете допрашивать каждого из нас, пока мы в Портленде. Но через некоторое время я намерен перевезти среднего сына, а позднее, возможно, и всю семью, на ранчо близ Бенда. Иначе могу потерять не только Лонду, но и… Закари. Уитт всегда спотыкался, произнося это имя. Оно вызывало в нем целую бурю эмоций и сомнений. Закари – сын Полидори?! Да нет же! Все это гнусная клевета! Он не верит ей. И сейчас отправляет сына на ранчо только потому, что Заку нужен отдых и свежий воздух. А затем и вся семья переберется туда!
– Поэтому, – продолжал он после краткой паузы, – вам лучше всего начать как раз с него, то есть с Зака.
– Того самого молодого человека, которого, как утверждают, избили двое бандитов в отеле «Орион»? Когда он был у проститутки. Я не ошибаюсь?
– Не ошибаетесь. Это правда. Полиция уже допрашивала ту девку. Ее, кажется, зовут Софи…
– Я тоже с ней говорил.
– Ну, и что же она сказала?
– То же, что и полиции. Не очень много. Но ее слова могут в некоторой степени послужить алиби для вашего сына. Правда, у меня есть ощущение, что она лгала.
– Только ощущение?
– Поверьте мне, мистер Денвере, эта девчонка явно многого недоговаривает. Но я сумею ее, как говорят, расколоть. А что касается Зака, то с ним, как вы советуете, я встречусь в первую очередь. Да и беседы с остальными тоже не буду надолго откладывать. Пока они еще не упаковали чемоданы и не уехали на ранчо. Кстати, как быть с вашей женой, мистер Денвере? Она останется здесь или уедет с детьми?
– Уедет, – не очень уверенно ответил Уитт после некоторого раздумья.
– А вы сами?
– Мне надо заниматься делами здесь, мистер Фелпс. Так что приходите в любое время.
Дотошность сыщика начинала все больше выводить Денверса из себя. Он вопросительно посмотрел на Фелпса, ожидая, когда тот наконец уймется и прекратит его мучить. Тот, видимо, почувствовал это.
– Хорошо. У меня остается только одно, последнее пожелание к вам лично и ко всем остальным членам семьи: стопроцентная честность при ведении дел со мной.
– Это я вам гарантирую.
– Извините, мистер Денвере, я опасаюсь, что вы не до конца меня поняли. Имеется в виду, что если по независящим от меня причинам кто-либо из членов вашей семьи останется недопрошенным, то это не отразится на сумме моего гонорара.
– Вы получите деньги полностью.
Детектив изобразил на лице невероятно фальшивую улыбку и встал.
– Хорошо. Будем считать, что мы отлично поняли друг друга.
– Будем считать, – отозвался Уитт, довольно бесцеремонно выпроваживая гостя из кабинета.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер

Разделы:
Пролог

Часть первая

12345

Часть вторая

67891011121314151617181920212223

Ваши комментарии
к роману Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер



Роман очень понравился!!! Рекомендую
Колыбельная для мужчин - Росмэн ЭстерЮлия
6.05.2012, 21.50





читаю, второй раз, роман хороший жаль нет других романов этого автора, пойду искать в другую библиотеку
Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстерарина
2.08.2012, 20.41





Скандал, Интриги, Расследования.9/10
Колыбельная для мужчин - Росмэн ЭстерМарго
5.03.2013, 21.04





Очень интересный роман.Жаль нет других ее романов на этом сайте
Колыбельная для мужчин - Росмэн ЭстерОльга
12.08.2013, 17.29





роман хорош, читала почти всю ночь :-) однако конец показался смазанным и развязка немного надуманной
Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстервиктория
13.08.2013, 13.39





Очень понравилось! Советую.
Колыбельная для мужчин - Росмэн ЭстерЁлка
22.04.2015, 19.16





Роман понравился. Но ... развязка, на мой взгляд, размазана.
Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстеринна
12.10.2015, 19.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

Часть первая

12345

Часть вторая

67891011121314151617181920212223

Rambler's Top100