Читать онлайн Колыбельная для мужчин, автора - Росмэн Эстер, Раздел - 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.48 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Росмэн Эстер

Колыбельная для мужчин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

19

– Идиот! И о чем ты только думаешь? – С той давней поры, как сын признался ему в том, что сделал ребенка этой девчонке Денвере, Энтони никогда не поднимал руку на Марио, но сейчас ему пришлось собрать всю силу воли, чтобы не треснуть тростью по его твердолобой башке. Вместо этого он до боли сжал челюсти и воткнул ее в мягкий дерн лужайки перед домом.
– Я только хотел ее прощупать…
– Не сомневаюсь! В этом-то и вся беда с тобой. Женщины. Вечно женщины. Бога ради, держись от нее подальше. Только накличешь на наши головы неприятности! – Господи, мысленно воззвал он, в чем же я провинился перед тобой, что ты дал мне такого глупого сына! Он тяжело пересек лужайку, пытаясь сдержать гнев, всю ночь не дававший ему спать. С того момента, как позвонил его человек, ведший наблюдение за этой женщиной, Нэш, Энтони предчувствовал недоброе и оказался прав.
Он остановился у теннисного корта, на котором когда-то провел столько времени, тренируя единственного сына. Теперь сквозь трещины в покрытии проросли одуванчики и высокая трава. Неухоженные побеги вьющихся роз оплели высокую ограду, маскируя четкий рисунок проволочной сетки. Боже мой, на что же ушли все эти годы? Неужели на то, чтобы постоянно подкармливать этого ненасытного зверя – месть? Неужели он, вместе с этими шавками Денверсами, потерял всякое чувство реальности? Вцепившись пальцами в толстую проволоку ограды, он вспомнил время, когда еще жил надеждами, что его сын вырастет и станет трезвым умным бизнесменом, лидером, способным справиться с тем солидным делом, которое передал ему его отец и которое он надеялся, в свою очередь, передать сыну – своему единственному ребенку. Но Марио никогда не проявлял особого интереса к делам. Наделенный от природы великолепными физическими возможностями, он с детства отличался известной леностью ума. Проблема заключалась в том, что у мальчика – теперь уже мужчины – было вполне достаточно мозгов, если бы он только хотел ими пользоваться. Но он никогда не хотел этого. Если не считать мелкий игорный бизнес, которым он время от времени занимался, Марио в своей жизни не ударил палец о палец. Жизнь давалась ему слишком легко. Красивый по самым строгим голливудским стандартам, атлетически сложенный, искушенный в теннисе, горнолыжном и парусном спорте, Марио никогда не имел особых причин желать научиться чему-нибудь еще. Его успехи в школе никак нельзя было назвать блестящими, зато он пользовался неизменным успехом у девушек. У всех девушек. Включая Трейси Денвере.
Когда Трейси забеременела – что, возможно, было частью плана этой шлюхи постараться подловить Марио и сделать невыносимой жизнь его отца, – Энтони разъярился на сына, но отнес его неспособность мыслить здраво на счет молодости. Но… своим ухаживанием за этой Адриа Нэш он просто нарывался на неприятности, особенно в свете вчерашнего нападения на нее. И сейчас Марио уже далеко не в том возрасте, чтобы Энтони мог приписать его дурацкие поступки юношескому недомыслию.
Тяжело вздохнув, Энтони произнес:
– Полиция уже задает вопросы и пытается выяснить, кто мне звонил. Помнишь Джека Логана – капитана полиции, который сейчас в отставке? Во время похищения Лонды он был лейтенантом. По всей видимости, Логан до сих пор работает на Денверсов и был бы просто счастлив, если бы ему удалось опять прицепиться к нам.
Марио, казалось, и глазом не моргнул. Одетый в рубашку от Ральфа Лорена, дорогие слаксы, итальянские кожаные туфли, щеголяющий суточной давности порослью на щеках, что, видимо, считал особым шиком, и всем своим видом показывающий, что сам черт ему не брат, молодой человек шел рядом с отцом, не выказывая никаких признаков раскаяния в содеянном.
– Но откуда же я мог знать, что на нее нападут? Ей-богу, отец, у меня этого и в мыслях не было! Откуда? – Внезапно он нахмурил темные брови. – Черт побери, не хочешь ли ты сказать, что это дело рук твоего человека?
– Разумеется, нет! – отрезал Энтони и почувствовал укол боли в области сердца, боли, посещавшей его всякий раз, когда он бывал сильно расстроен. Сделав глубокий, медленный вдох, он решил не обращать на нее внимания. – Мы же ведем с ней переговоры, не так ли?
– Видимо, уже нет. Она утверждает, что ее это не интересует.
– Заинтересуется, если мы дадим достаточно много. – Энтони был уверен в себе. Он уже играл в эти игры. И не один раз. И всегда выигрывал. – Но мы должны вести себя осторожно. – Он подчеркнул свои слова жестом руки. – Соблюдать внешние приличия, спокойствие и осмотрительность, чтобы не афишировать наши намерения.
– Какой в этом смысл? Она уже знает, что нам надо. Ты же сам сказал ей, что интересуешься старым отелем. Я не сообщил ей ничего нового.
– Неужели?
По мощенной плитами дорожке они прошли через розарий к задней стороне дома. Марио открыл перед отцом дверь, ведущую в столовую, и Энтони, сердцебиение которого к этому времени уже успокоилось, медленно поднялся по лестнице. Он сел на привычное место, положил сахар в кофейную чашку и швырнул утренний выпуск «Орегонца» на тарелку сына. Газета шлепнулась прямо на аккуратно разрезанный грейпфрут.
– Какого… – Но, увидев изображение невзрачного мотеля с портретом Адриа внизу, Марио остановился. Даже на этой нечеткой черно-белой фотографии она выглядела прекрасно. Чистый овал лица и большие глаза напоминали ему, что он хочет ее. Действительно хочет. И всегда берет то, что хочет. Он почти ощущал ее в своих объятиях, представляя, какова она в постели. Когда-то давно он мечтал о Кэтрин Денвере, и вот сейчас… эта женщина была гораздо реальней и доступней.
– Прочти это, – посоветовал Энтони, расправляя на коленях салфетку и нетерпеливо ожидая, когда горничная принесет сок. – Там ты найдешь свое имя. В третьем абзаце, если не ошибаюсь. Этим утром детектив Стинсон собирается взять у тебя показания. Она из полиции Портленда и оказалась причастна к этому делу, потому что мисс Нэш еще раньше стала мишенью для угрожающих писем. – Он размешал кофе, чуть позвякивая серебряной ложечкой об антикварную фарфоровую чашку.
Когда Марио прочитал заметку и понял, что является последним человеком, видевшимся с Адриа до нападения, губы его сжались в недовольную гримасу.
– Конечно, это только мое предположение, – произнес Энтони, отложив ложечку и поднося чашку к губам, – но думаю, что, кроме этого, ты попал и в утренний выпуск теленовостей.
Горничная молча поставила на стол накрытый пестрой салфеткой поднос с булочками и бесшумно удалилась на кухню. Энтони поднял льняную салфетку, вдохнул аромат корицы и апельсиновой корки и сделал свой выбор.
– В следующий раз, сынок, – сказал он и потянулся за булочкой с отрубями, – дай мне знать, если надумаешь увидеться с мисс Нэш. – Он разломил крошащуюся булочку пополам и намазал ее маслом. Ожидая, пока масло растает, он добавил: – Может быть, мне удастся избавить тебя и всю семью от массы беспокойств.

***

Таща за собой телефонный шнур, Зак пересек кабинет из конца в конец. Выругавшись вполголоса, он чуть было не запустил трубкой так, чтобы у женщины на другом конце провода, Элен Ригли, лопнули барабанные перепонки.
– Если бы я только имела возможность взять интервью у мисс Нэш в любое удобное для нее время… – щебетала Элен. Она была настырной, как всякий репортер, не понимающий слова «нет». Зак взглянул в окно на тянувшиеся до самого горизонта угодья ранчо. Но всей этой земли оказалось мало. Слишком мало, чтобы спрятать Адриа. – Уверена, что она не откажется изложить свою версию происшедшего…
Зак не уступал. Он рассматривал лежащий перед ним на столе номер местной газеты. На первой странице была помещена фотография Адриа наряду со старым фото, изображавшим Уитта, Кэт и Лонду. Жирный, кричащий заголовок гласил:
«НА ЖЕНЩИНУ, УТВЕРЖДАЮЩУЮ,
ЧТО ОНА НАСЛЕДНИЦА ДЕНВЕРСОВ,
СОВЕРШЕНО НАПАДЕНИЕ!»
Пресса долго не канителилась. Они с Адриа прожили на ранчо всего лишь два дня, а тут уже был самый настоящий сумасшедший дом.
У Зака появилось ощущение, словно он идет по зыбучим пескам. И чем быстрее он движется, чем дальше стремится уйти, тем глубже и глубже его затягивает. Пока наконец не станет нечем дышать и путь назад будет заказан. Путь спасения Адриа.
Поразительно, с иронией подумал он, находиться совсем рядом с Адриа и в то же время не касаться ее было чертовски трудным испытанием, но попытаться удержать ее от того, чтобы она не подставлялась под удары возможного убийцы, оказалось практически невозможным. Вот и сейчас она уже начала поговаривать о возвращении в Портленд, чтобы выступить публично, и это при том, что на голове у нее красовалась совсем свежая шишка, а раны еще не зажили.
Деловой женский голос по-прежнему не умолкал:
– …Так что я могу прилететь сегодня или завтра утром, чтобы встретиться с ней на ранчо и…
– Повторяю, мисс Нэш нечего вам сказать. – Заку это начало уже надоедать.
– Мне необходимо поговорить с ней, мистер Денвере. – Очевидно, она пыталась взять его измором. – Адриа Нэш заявила, что является Лондой Денвере, и после этого на нее было совершено нападение в пригородном мотеле неизвестным лицом. «Пост» хочет взять у нее интервью, чтобы она могла высказать свою точку зрения на событие…
Закари бросил трубку и переключил аппарат на автоответчик. Он устал от репортеров, полиции и вообще всей этой суеты. Телефон тут же зазвонил вновь.
Зак только что вернулся на ранчо после трех бездарных часов, проведенных в офисе. Часть репортеров, ожидавших от него заявления, надоедала Терри по телефону, другая расположилась в конторе, как у себя дома, поглощая его кофе, при этом критикуя его качество. И заявление последовало. Причем в таких непечатных выражениях, что большинство репортеров, поняв намек, ретировались. Но двое самых крепких и прожженных задержались в надежде, что Зак все-таки «расколется» и сообщит им хоть какие-то крупицы информации, позволяющие их материалам выгодно отличиться от заметок других собратьев по перу.
Он не стал с ними связываться, а просто приказал Терри закрыть контору до конца недели, положил кое-какие документы в кейс и засунул под мышку пару синек. Потом выставил дотошных представителей прессы из офиса, забрался в автомобиль и как сумасшедший помчался обратно на ранчо, в самую гущу событий.
Если бы он не хотел оставаться на связи с полицией Эстакады и Портленда, то отключил бы все телефоны в доме. Кроме того, Зак ожидал новостей от Свини. При мысли об этом скользком типе его охватило беспокойство. Прошло уже два дня с тех пор, как он разговаривал с ним, и, если верить Джейсону, от него до сих пор не было никаких известий.
Может быть, этот мерзкий детектив что-то скрывает от него? Или Джейсон?
После нападения на Адриа Зак не доверял никому.
Когда он вылез из джипа, в лицо ему ударил заряд ледяного ветра. Хотя в местах пониже снег растаял, в предгорьях он еще лежал тонким слоем. Небо было чистым, если не считать нескольких облачков, собравшихся вокруг самых высоких пиков. Солнце стояло высоко, но совсем не грело. В любой другой день он был бы рад этому бодрящему воздуху, предвестнику зимы. Но не сегодня.
На ранчо было не так уж трудно проникнуть, и, пока он не избавится от репортеров и фотографов, то и дело появлявшихся возле главного входа, ему будет не до красот природы.
К счастью, Мэнни решил взять ситуацию в свои руки аборигена-американца. Превосходно изобразив на лице маску сурового индейского воина, он накинул на плечи толстое одеяло и в своем пикапе занял позицию у центральных ворот, положив на приборную доску нешуточного вида ружье, а на одном из заборных столбов появилась хорошо видная с дороги вывеска: «Проезда нет!».
Никто не подозревал о том, что ружье не заряжено и что Мэнни Клирвотер, по его же собственному признанию, был наихудшим стрелком во всем округе и самым добродушным человеком из всех, кого Зак когда-либо встречал. Мрачного выражения его лица, оттененного черной фетровой шляпой, украшенной серебряным галуном и перьями, оказалось вполне достаточно даже для самых настырных журналистов.
До поры до времени.
Везя Адриа сюда, Зак хотел, чтобы она немного отдохнула и поправилась, и надеялся, что ажиотаж вокруг нападения на нее быстро спадет. Но его план полностью провалился, и теперь, казалось, все знали, где она находилась.
Включая и человека, причинившего ей зло. Он почувствовал, как все его мышцы напряглись. Поскольку Адриа отказалась от защиты полиции, Зак чувствовал личную ответственность за ее безопасность. И за ее жизнь. Но создавалось такое впечатление, будто весь мир, даже сама Адриа, были против него.
Главное заключалось в том, что и здесь она не была в безопасности. И это его беспокоило. Очень беспокоило.
Он обнаружил девушку возле конюшен, ее иссиня-черные волосы блестели в солнечном свете. Закинув руки за верхнюю перекладину изгороди, она наблюдала за табунчиком кобыл с подросшими жеребятами.
По покрытому высохшей травой загону, поднимая и кружа опавшие листья и густую пыль, гулял ветер. Лошади лениво переходили от одного пожелтевшего кустика к другому. Их короткая шерсть казалась неухоженной и неровной из-за того, что уже начала меняться на более густую, зимнюю.
Не замечая, что он стоит позади нее, она сменила позу и повернулась к нему в профиль. При виде этого у него сжалось сердце, и он приказал себе забыть о том, что она женщина.
– Ты стала популярной. В доме оборвали телефон.
– А как ты думаешь, почему я ушла оттуда? – Она провела пальцем по пыльной поверхности верхней жерди. Щеки ее от холода порозовели. – Сначала я пыталась разговаривать с ними, но вопросы становились все труднее, и я решила сделать перерыв.
– Мэнни следит за воротами, а автоответчик позволит нам не упустить нужные звонки. – Зак пристроился рядом с ней, поставив ногу на нижнюю жердь. Делая вид, что рассматривает что-то на горизонте, он спросил: – Как ты себя чувствуешь?
– Как будто меня переехал грузовик. – Она слегка улыбнулась, и на ее подбородке появилась небольшая ямочка, которую он находил очень сексуальной. – Но я выживу, и, боюсь, что это доставит огорчение многим людям.
– Не говори так.
Но она еще не закончила.
– Ты же знаешь, Зак, – продолжила она, повернувшись к нему; ветер играл с нежными завитками волос, выбившихся из-под ленты, которой они были подвязаны, – я не могу оставаться здесь вечно.
– Но прошло всего два дня.
– У меня есть своя жизнь.
– Ты хочешь сказать, жизнь Лонды? – Он сдвинул брови и хмуро посмотрел на несколько белых облачков в небе и на стаю гусей, безуспешно пытавшихся выстроить на ветру свой клин.
Она загородилась рукой от лучей заходящего солнца.
– Пора уже мне установить это.
– Каким образом?
– Думаю, мне надо нанять адвоката и частного детектива.
Она пристально смотрела на него, переводя взгляд с глаз на подбородок, и его вдруг охватило желание, подобное горячему ветру прерий. Желание, с которым не мог бы справиться ни один мужчина, контролировать которое не в состоянии был ни один смертный. Он вспомнил, как целовал ее, как почти овладел ею, и, чтобы скрыть реакцию своего тела, вынужден был засунуть руки в карманы. Ему хотелось схватить ее в объятия, прижать свои губы к ее и целовать до тех пор, пока хватит дыхания. Зак представил себе, как склоняет ее назад, до тех пор пока ее волосы не коснутся земли, а упругие груди не окажутся направленными прямо в ясное небо Орегона. Тогда он погрузит лицо между ними и…
Черт побери, что толку в этих мечтах!
А она все говорила о необходимости нанять детектива:
– …Так будет лучше для всех нас.
– На Джейсона уже работает один парень – некий жулик по имени Освальд Свини. Он все сделает.
– Для Джейсона. И для тебя.
Он непроизвольно поджал губы.
– Ты же говорила, что хочешь знать правду.
– Я и сейчас хочу этого, – сказала она, прищурившись от солнечного света. – Но поправь меня, если я ошибаюсь, ладно? Свини работает на семью, верно? Он рыщет повсюду, пытаясь доказать, что я обманщица. Поэтому он вряд ли сообщит мне – или семья не сочтет нужным проинформировать меня, – если найдет доказательства того, что я Лонда. – Она вытерла пыльные руки о джинсы. – Так что пора мне набирать свою команду. Хороших парней в белых шляпах.
Он копнул землю носком башмака.
– Насколько я понимаю, ты можешь себе позволить не слишком многое.
Адриа ожидала этого, но не от Зака. От других – конечно, но только не от него. Внутри нее, как заноза, сидела мысль о том, что, узнав что-то про нее, он не доверился ей, что поделился с этим только с узким кругом членов своей семьи. С избранными. Адриа почувствовала комок в горле. Ей всегда казалось, что Зак – чужой среди Денверсов. Но, как ни болезненно было это осознавать, на самом деле посторонней оказалась она. И она одна. Были, очевидно, и еще какие-то секреты, которые Зак утаивал от нее. Интересно было бы узнать, что все они говорили о ней за ее спиной. Пересказал ли он им то, что Адриа поведала ему о доме в Монтане? Смеялся ли, узнав о том, что она почти разорена? Светились ли от злорадства его глаза, когда он намекал им, что она почти отдалась ему?
Находиться рядом с Закари Денверсом было все равно что идти по изношенному канату, туго натянутому над разверзнутой пропастью. Один неверный шаг вправо или влево, и она разобьется о крутые скалы эмоций. Если же натянуть канат слишком сильно, он порвется. И она не столь наивна, чтобы ожидать, что Зак окажется внизу и подхватит ее.
– Чего тебе от меня надо?
Пристально глядя на нее, он помедлил немного, и ей показалось, что он читает все ее мысли.
– Я хочу только, чтобы ты была в безопасности.
– Пока твоя семья будет собирать доказательства того, что я лгу? – Между ними как будто пробежала кошка. – Ты не можешь удерживать меня здесь против моего желания.
– Разве я это делаю?
Она облизнула пересохшие губы.
– Да. Мне кажется, да.
Его глаза стали цвета кремня, брови раздраженно насупились, хотя она и не могла определить, против кого это раздражение было направлено – против нее, его семьи или всего мира в целом. Они стояли на расстоянии вытянутой руки друг от друга, но он внезапно придвинулся еще ближе. Выражение его лица внезапно стало суровым и жестким, на него словно легла тень. Пальцы вцепились в воротник ее старой кожаной куртки.
– Ты что, уже забыла, как тебя пытались убить? – спросил он хриплым шепотом. – Не прошло еще и двух суток.
– Я не могу отступить. – Ее дыхание стало неглубоким и частым. От него исходили запахи кофе, кожи и резкий аромат мужского одеколона.
Глаза Зака вспыхнули от гнева, и он слегка встряхнул ее.
– Ты помнишь, что почувствовала, когда тебе чуть было не вышибли мозги?
Она побледнела.
– Конечно.
– И, как ты думаешь, кто это мог сделать?
– Я… я не знаю.
– Я тоже не знаю, но он все еще где-то здесь, поблизости, и, мне кажется, что так просто он не отступится.
– Мне тоже так кажется.
– Ну хорошо, – сказал он, придвигаясь так близко, что она могла видеть в его серых глазах прожилки зеленого. – Давай поговорим о простынях – простынях на кровати в мотеле. Ты внимательно смотрела на них?
Она с трудом сглотнула комок в горле, но не поддавалась желанию отступить назад.
Его пальцы сильнее сжали воротник.
– Они были разорваны на полосы. Как будто какое-то разъяренное животное с острыми, как бритва, зубами довело себя до исступления и, начав рвать их, никак не могло остановиться.
Он притянул ее еще ближе, так что ей пришлось встать на цыпочки, и приблизил свое лицо к ее.
– А может быть, ты заметила адресованное тебе послание на зеркале? Что там было написано?
– Это не имеет никакого зна…
– Что там было написано? – повторил он громче.
– Что-то о…
Не что-то о… Там было написано: «Смерть суке». По-моему, вполне понятно. Ясно как день, Ты представляешь, каким психом надо быть, чтобы сделать такое?
– Я… я не хочу даже думать об этом.
– Я тоже, но приходится, потому что это еще не конец. Она с трудом подняла голову и заглянула в его горящие решимостью глаза.
– Я не могу просто взять и бросить все это, Закари. Раз уж я начала дело, то должна и покончить с ним.
– Если только оно не покончит с тобой, – прорычал он и посмотрел на ее губы так, что она вся обмякла от желания. Потом, так же быстро, как и схватил, отпустил ее, так что Адриа, ударившись пятками о землю, чуть было не упала.
Зак отступил назад, и она почувствовала, как сердце кольнуло сожаление.
– Насколько я понимаю, у тебя нет другого выхода, кроме как залечь на некоторое время на дно, пока полиция не поймает этого сумасшедшего парня или пока все не утихнет само собой. Сейчас ты представляешь собой мишень не только для психа, который напал на тебя, но и для любого шутника-подражателя, которому захочется позабавиться или увидеть свое имя в газетах. Ты имеешь дело отнюдь не с ангелами, Адриа. Так что оставайся здесь. – Он остановил на ней взгляд на несколько мгновений, затем громко выругался и направился к конюшням.
Она бегом догнала его и пошла следом, стараясь не поддаваться страху, который он хотел на нее нагнать, и заставляя себя не обращать внимания на чувственный призыв, который, казалось, излучали его серые глаза.
– Я не позволю кому бы то ни было – даже тебе, не говоря уже о типе, который слоняется вокруг и рвет простыни, – запугать меня, – упрямо сказала она.
– Значит, ты далеко не такая умная, какой я тебя считал. – Зак открыл дверь и вошел внутрь. Дверь, без сомнения, с силой захлопнулась бы, если бы она не удержала ее и, решительно сжав кулаки, не последовала за ним внутрь запущенной конюшни.
Несколько лошадей ржанием приветствовали их появление. В лучах солнечного света, проникавшего сквозь давно не мытые, затянутые паутиной окна, плясали пылинки.
В ноздри Адриа ударили запахи лошадиного пота и навоза, масла и кожи, сена и дерева, сразу напомнившие ферму, которую она оставила, решив заняться расследованием, этим чертовым расследованием. Она коснулась рукой грубого елового столба, поддерживавшего перекрытие сеновала, на котором висела старая керосиновая лампа, потускневшая, проржавевшая и тоже покрытая паутиной.
Башмаки Зака глухо стучали по истертым доскам пола. Он прошел вдоль конюшни и плечом открыл дверь в дальнем ее конце. Старые петли заскрипели, и он исчез за ней. Девушка решила было последовать за ним, но передумала и, оставшись возле лошадей, по очереди погладила каждую по любопытному бархатистому носу, вытянутому в ее направлении, ощущая на своей ладони горячее дыхание животных.
Что она здесь делает? Что и кому пытается доказать? Не лучше ли оставить Зака в его угрюмом настроении и вернуться в дом. А еще лучше угнать этот его чертов грузовик и уехать в Портленд, где ее, возможно, уже ожидали ответы на тайны ее жизни.
И все же что-то же удерживало ее здесь, заставляя использовать свои раны в качестве причины, которая вынуждала ее оставаться вдали от цивилизации, наедине с единственным человеком, затронувшим ее сердце. Долгие годы она скрывала ото всех свои эмоции, но в присутствии Зака они пробивались наружу, легко преодолевая строгий контроль рассудка…
В старом здании снова раздалось эхо его шагов. Она быстро повернула голову. С седлом и уздечкой в руках он недоуменно уставился на нее, словно не ожидал больше увидеть здесь, затем пнул ногой дверцы ближайшего стойла, в котором помещался серый в яблоках мерин. Лошадь недовольно заржала и замотала головой, но Зак ловко просунул мундштук между ее зубами и накинул уздечку, легко и уверенно преодолев сопротивление животного.
Адриа подозревала, что он был человеком, который знал, что ему нужно, и привык добиваться своего. Любым путем, как Уитт Денвере. Его отец. А может быть, и ее. Зак положил седло на спину мерина и туго затянул подпругу. Он был так занят работой, что, казалось, не замечал ее присутствия. В конюшне повисла мертвая тишина, нарушаемая лишь возней лошадей в стойлах.
– Ты собираешься куда-то ехать?
– А что, разве похоже? – спросил он.
– И куда же? – сорвался с ее губ очередной вопрос.
Он оглянулся через плечо и поймал ее взгляд в полутьме конюшни. Глаза его были темны, и в них все еще тлела неостывшая ярость. Несколько мгновений он молча смотрел на нее, и она почувствовала, что ей стало трудно дышать.
– Зачем тебе знать?
Адриа пожала плечами и не сказала ни слова, дышать было по-прежнему трудно. Под его пристальным взглядом она чувствовала себя так, как будто он раздевает ее – снимает один предмет туалета за другим. Сердце отчаянно стучало в груди.
Глаза Зака переместились на ее горло, туда, где бешено бился пульс, и, когда он снова поднял их, в его взгляде читалось откровенное предложение.
– Ты хочешь поехать со мной? – спросил он тихим голосом, едва слышным за постукиванием копыт и хрустом пережевываемого сена.
О боже мой! Еле переведя дыхание, она покрепче ухватилась за веревку, обвязанную вокруг столба. Адриа смотрела в эти серые, проницательные глаза и чувствовала, как ее колени подгибаются.
– Что ты сказал?
– Ты хочешь поехать? – повторил он медленно, и в воздухе опять повисло напряженное молчание.
Невозможно было не только дышать, но и думать.
– Ну? – требовательно спросил он.
Да! Адриа облизала внезапно пересохшие губы, слыша, как посвистывает ветер среди старых стропил.
– К-кажется, да. – Ответ прозвучал так слабо, что она с трудом различала собственный голос.
– Ты уверена? – Темная бровь с сомнением поднялась, и он засунул руку в карман джинсов, запустив пальцы глубоко вглубь. – Поездка может оказаться нелегкой.
Ноги стали словно ватными, и она прислонилась к столбу, чтобы не упасть.
– Знаю.
– Не только нелегкой, но и опасной.
Адриа с трудом сглотнула и почувствовала, как по ложбинке между грудями потекла струйка пота.
– Я не боюсь, – ответила она, как бы убеждая в этом саму себя. В ее голове пронеслись картины, одна соблазнительнее другой, и сердце забилось с еще большей силой.
Значит, ты совсем дура, Адриа, – сказал он и, выругавшись вполголоса, прищелкнул языком и повел мерина из стойла к выходу из конюшни.
Девушка, почувствовав себя так, будто ее ударили, бросилась за ним вдогонку. Значит, он играл с ней, всего лишь дразнил, и она ощутила новую вспышку бешеного негодования.
– Подожди минутку! – крикнула она, когда он уже садился в седло.
Не обращая на нее внимания, он коротким движением ног послал лошадь, и та сразу взяла в галоп.
– Подожди! Зак, пожалуйста!.. – крикнула она что есть мочи.
Он резко натянул поводья. Лошадь встала на дыбы и, забив копытами в воздухе, развернулась кругом. Глаза Зака сверкали, как молнии на ночном небе, губы были гневно сжаты – воплощение сурового ковбоя, всегда делающего все по-своему.
– Ты этого не хочешь, – сказал он, раздув ноздри, лицо его было словно высечено из камня.
– Ты не можешь знать этого.
– Разумеется, могу. Все, чего ты хочешь – и чего хотела с самого начала, – так это запустить руки в деньги семьи. Но через меня тебе этого сделать не удастся.
Поднявшийся ветер отбросил волосы ей на лицо.
– Дело совсем не в этом, и ты прекрасно знаешь. Почему ты не скажешь мне, чего ты боишься?
– Боюсь?
– Да, Зак. Ты испуган, и это не имеет никакого отношения к тому, что случилось в мотеле два дня назад.
Его губы скривились в самоосуждающей усмешке.
– Чего боюсь? Разве это не очевидно? – Он посмотрел на нее проникающим в душу взглядом. – Тебя, Адриа. Я боюсь тебя. – Свистнув, он развернул лошадь и наклонился вперед в седле. И мерин, поднимая пыль, помчался галопом по высохшей траве, оставив девушку наедине с самой собой.
Адриа прислонилась к стене конюшни. Закрыв глаза, она откинула голову назад и почувствовала, как неровности грубо срубленной стены впились в ее плечи. Костяшки сжатых в отчаянии пальцев побелели.
– Не бойся, Зак, – произнесла она, и на глазах ее выступили жгучие слезы. – Пожалуйста, не бойся. – Этот человек просто-напросто сводил ее с ума, и все же… Боже милостивый, и все же… ей казалось, что она его любит.
В ней словно спорили два человека:
– Ты не имеешь права!
– Но я ничего не могу с собой поделать.
– Он твой брат!
– Этого я не знаю. Не знаю наверняка.
– Ты не имеешь права рисковать! Тем более сейчас! Когда на карту поставлено все, к чему ты так долго стремилась!
– Черт побери! Он прав, – произнесла она, злясь на саму себя. – Я просто-напросто дура. – Оторвавшись от стенки, Адриа направилась к дому с твердым намерением забыть его, выкинуть из головы и постараться убежать, уехать отсюда как можно дальше. Можно будет взять его джип или грузовик либо просто позвонить, чтобы кто-нибудь приехал и отвез ее в город…
А еще можно отправиться вслед за ним.
Солнце скользнуло за облачко. Где-то вдалеке завыл койот. Адриа замедлила шаги и поняла, что не в силах оставить все как есть. Просто убежать и скрыться было не в ее натуре. Она зашла слишком далеко и слишком многое выстрадала, чтобы спрятать голову в песок и сделать вид, что ничего не случилось.
Бросая вызов судьбе, Адриа повернула назад. Ноги сами несли ее к распахнутой двери конюшни. Стуча башмаками, она пробежала в кладовую, где хранилась упряжь. Отыскав уздечку, девушка бросилась к ряду стойл. Над одной из дверей показалась голова вороной кобылы, и Адриа не стала долго раздумывать. Она надела на нее уздечку и торопливо вывела гарцующую лошадь наружу. Зак уже почти скрылся из виду – всего лишь черная точка на горизонте, – но Адриа не собиралась упускать его. Она вскарабкалась на неоседланную лошадь, наклонилась вперед и щелкнула языком.
– Пошла! – С этим возгласом Адриа пришпорила кобылу пятками.
Та мощно задвигалась под ней, мышцы под ничем не покрытой шкурой играли, стальные подковы высекали искры из твердой промерзшей земли. Ветер развевал волосы девушки, на глазах у нее выступили слезы, а резвая лошадка, пожирая расстояние, все мчалась и мчалась по покрытым высохшей травой пастбищам, поднимающимся к поросшим вековечными лесами предгорьям. А впереди на фоне темнеющего вечернего неба виднелась неровная череда покрытых снегами гор.
Адриа все время подгоняла лошадь, боясь, что если та хоть на мгновение замедлит движение, то до нее дойдет все безрассудство этой затеи и она, натянув поводья, заставит себя вернуться на ранчо, в безопасное место, подальше от единственного человека, который мог спасти или уничтожить ее.
Лошадь Зака галопом скакала через низкорослый кустарник, и Адриа следовала за ней.
– Давай, давай, – подбадривала она кобылу. Легкие ее горели от холодного воздуха, а мысли туманились от страха за свое будущее. И все же она не отступала, преследуя этого человека и свою судьбу, подбираясь к ним все ближе и ближе.
Наконец Зак натянул поводья, и его лошадь замедлила ход на берегу широкой реки, прорезавшей возвышенность и бурным водопадом срывающейся с уступа скалы. Затем, словно внезапно почувствовав погоню, он обернулся.
Когда она увидела черты его мужественного лица, резкие, как вздымающиеся за его спиной горные вершины, дикие, как эта горная река, яростно бьющаяся в теснине и бешеным потоком проносящаяся через лес, у нее екнуло сердце. Челюсти его окаменели, а глаза сузились в молчаливом упреке, но ей было уже все равно. Не обращая внимания на выражение его лица, она пришпорила лошадь.
Он молча следил за ее приближением. Но как только она подъехала достаточно близко, чтобы можно было разговаривать, он крикнул:
– Ты должна вернуться назад!
– Назад в Монтану?
– Назад в дом.
– Не сразу. – Она соскочила на землю. Зак последовал ее примеру. Нахмурив брови, он направился к ней. Вид у него был такой, будто он собрался задушить ее… или, хуже того, поцеловать и не остановиться на этом.
– Ради бога…
– Нет. Ради меня. Ради нас, – возразила Адриа, тяжело дыша. Распрямив плечи и упрямо задрав подбородок, она твердо встретила его яростный взгляд.
– Ты никогда не слушаешь, что тебе говорят, да?
Не слушаю, если мне говорят то, чего я не хочу слышать. – Адриа чувствовала на своей шее холодные капельки воды, до нее доносился грохот потока, обрушивавшегося с высоты пятнадцати метров на дно ущелья. Не желая уступать, она с молчаливым вызовом смотрела прямо ему в глаза.
– Ты не понимаешь, о чем просишь, – хрипло произнес он.
– Тогда объясни мне.
Щурясь в лучах заходящего солнца, Закари посмотрел на нее долгим взглядом. В холодном горном воздухе изо рта у него вылетал пар.
– Ты от своего не отступишься, – сказал Зак, и его голос прозвучал так, будто он только что проиграл трудную битву с самим собой. Потом, как бы неохотно, отвел с ее лица растрепавшийся черный локон.
– Не вижу в этом причин.
– Причин множество, Адриа.
– Ни одной, которую мне бы хотелось услышать. – Ветер играл ее волосами, а она продолжала стоять, подняв голову, как бы вызывая его на бой.
Его взгляд встретился с ее и замер, заставив сердце девушки забиться от сладкого предчувствия. В этих потемневших враз глазах светилась примитивная, необузданная страсть. Внезапно Адриа ощутила, как грудь ее сжалась, будто стянутая стальными обручами, и успела подумать, так ли уж она была права, когда последовала за ним в этот лес? Несомненно, Адриа желала его, наверное, даже любила, но, находясь с ним рядом, все время чувствовала себя неуверенно и настороженно, потому что ей казалось, что она может не получить того, к чему стремилось все ее существо.
Словно прочитав ее мысли, Зак решительно положил сильные пальцы одной руки ей на затылок и грубо притянул к себе, соединился с ней губами и поцеловал с диким, первобытным пылом. Другой рукой он обхватил ее за талию и еще крепче прижал жаждущее тело к своему, так что она смогла почувствовать, как бьется его сердце и твердеет, говоря о растущем желании, плоть. От него пахло кожей и потом, ртом она чувствовала вкус кофе и спиртного. Смешиваясь, эти запахи и ощущения вызвали волну жара, медленно растекавшуюся по всему ее телу.
Его язык уже проник глубоко внутрь, касаясь, пробуя, двигаясь взад и вперед, сталкиваясь со своим собратом в каком-то интимно-чувственном танце, будящем в ней необузданные чувства.
Руки властно и даже как-то зло прижимали ее, расплющивая груди о твердую стену его мышц.
Обняв его за шею, Адриа полностью отдалась ему во власть, не желая прислушиваться к еще звучащим в ее мозгу сомнениям, отказываясь думать о том, что он может оказаться ее братом и что эта любовь, столь внезапно вспыхнувшая и такая же естественная, как природа вокруг них, может оказаться порочной. Она отдавала ему свои губы и так же охотно отдаст и всю себя.
Не выпуская ее из объятий, Зак опустился вместе с девушкой на толстый слой сухой травы и сосновых игл. Покрывая поцелуями ее шею и веки, он запустил пальцы в густые, угольно-черные волосы.
– Ты уверена? – спросил он голосом холодным и бесстрастным, как свистящий между деревьями ветер.
– Я хочу этого, Зак, – ответила она, глядя ему прямо в глаза. – Я хочу тебя.
Он все медлил, но она приникла своими губами к его, и он сдался. Адриа понимала, что сдержанность Зака вызвана его подозрениями в их кровном родстве, но она сама была уверена в обратном. Адриа не могла полюбить, так полюбить собственного сводного брата. Большинство людей считало его отцом Энтони Полидори, и он гораздо больше походил на этого итальянца, чем на Уитта. Вот это правильно! Так и должно быть! Зак положил руку ей на грудь, и Адриа инстинктивно выгнулась навстречу ему. Когда же он уткнулся носом в ее шею, она, откинув голову назад, предложила ему большее.
Его пальцы отыскали пуговицы ее блузки и застежку бюстгальтера, и вскоре она оказалась уже раздетой до пояса. Холодный воздух пощипывал темные соски обнаженных грудей, но тело горело от бушевавшего внутри нее огня.
Руки у него были огрубевшие, но когда, перед тем как завести их ей за спину и исследовать ложбинку позвоночника, он коснулся ими каждого упруго торчащего маленького пика, она испытала божественное ощущение. Ее тело пронзила сладостная дрожь, и она вцепилась в его плечи, как утопающий за соломинку.
Теперь Зак уже целовал ее груди, она выгибалась от наслаждения, ей хотелось еще и еще, когда же он завладел ее отвердевшими сосками, ее охватил приступ какой-то примитивной чувственной радости. Его язык то двигался по кругу, то просто взад и вперед, то нежно ласкал, а то слегка задевал их, разжигая внутри нее искры небесного огня.
Шепча его имя, она подставляла ему грудь, как кормящая мать младенцу, вместе с тем желая большего. Гораздо большего. «Люби меня, Закари!» – кричала она про себя.
Пальцы Зака скользнули к поясу ее джинсов и освободили от этого явно не нужного ей предмета одежды, оставив в одних тоненьких трусиках. Затем он вновь поймал губами один из ее сосков, и она, застонав от удовольствия, нащупала ворот его рубашки и, отрывая от нетерпения пуговицы, обнажила покрытую вьющимися темными волосами грудь, чувствуя под своими руками рельефные мышцы его плеч и спины.
Услышав ответный стон, девушка задрожала.
– Адриа, – хрипло произнес он, стараясь поймать ее взгляд.
Она приложила палец к его губам.
– Не надо ничего говорить, – прошептала она и тут же ощутила новый очаг огня – он начал легонько покусывать ее палец.
Глядя ей в глаза, он продолжал держать ее палец во рту, и огонь разливался по всему ее телу.
В горле у нее пересохло, а влажная пустота между ее ног готова была принять его. Она хотела его, хотела независимо от последствий. Так и не отрывая от нее взгляда, он медленно переместил руки ниже, к ложбинке, разделяющей ее ягодицы, и все ее тело опять начало судорожно извиваться, откровенно моля о еще большем.
– Ты уверена? – снова спросил он. За его расширившимися зрачками почти не было видно серой радужной оболочки глаз. Высоко над его головой по небу стремительно неслись облака.
– Д-да.
– Это может оказаться ошибкой. – В его глазах появилась тень сомнения, но не подвластные рассудку пальцы продолжали ласкать ее тело.
– Никогда, – прошептала Адриа, притягивая его голову до тех пор, пока не почувствовала на своем лице его дыхание. – Люби меня, Зак, – взмолилась она, окончательно забывая всякую осторожность и отметая все предостережения звучащих в ее мозгу голосов. – Люби меня и забудь обо всем остальном.
Он поцеловал ее в губы, а затем стал опускаться все ниже и ниже, нежно касаясь губами ее кожи, пока наконец не достиг ямочки пупка, которую обвел языком. И она снова прогнулась навстречу ему, прося, требуя большего – всего его.
Зак скользнул еще ниже, и, когда стянул с нее трусики и она почувствовала его горячее дыхание над самыми завитками волос, ей показалось, что она умирает. Вся дрожа в исступлении, она почувствовала, как он коснулся ее самого интимного места, сперва медленно, потом все быстрее и быстрее.
– Закари! – воскликнула она.
– Подожди еще, – шепнул он и притянул одну из ее рук к молнии своих джинсов. Раздался легкий треск, и Адриа медленно сняла джинсы с его стройных ног. Нежными пальцами она гладила его ягодицы и чувствовала, как напрягаются его мышцы. Потом пробежалась по плоскому животу и услышала судорожный вздох.
От сильного мужского тела исходил ровный жар.
– Ты не передумала? – еще раз спросил он, когда они уже лежали совершенно обнаженные, дрожащие от нетерпения.
В ответ она поцеловала его, и он переместился наверх, заводя своими сильными руками ее руки ей за голову. Горящие желанием глаза словно заглядывали в самую душу Адриа.
Потом, целуя ее, он грубо, словно опять победив в какой-то внутренней борьбе, раздвинул ей ноги. Она приподняла бедра с земли и почувствовала, как его мужское естество, тяжелое и плотное, прорвав разделяющий их барьер, вошло внутрь нее.
Адриа опустила веки, но он поцеловал ее в щеку.
– Смотри на меня, – сказал он хрипло. – Мы не должны забывать, как это произошло. И никогда не забудем.
Его слова прозвучали словно пророчество. Послушная ему, она открыла глаза и начала двигаться в такт его опьяняющему, возбужденному ритму. Не было никаких пауз, некогда было даже перевести дыхание. Он входил в нее все глубже и глубже, все быстрее и быстрее, пока наконец цвета окружающего мира не слились перед ней в сверкающий калейдоскоп радужных бликов. А переполняющее ее наслаждение не взорвалось изнутри чувственным восторгом и умиротворенностью, когда ее лоно заполнила влага, подобная густому теплому меду.
– Адриа, о дорогая моя Адриа! – Его прерывающийся шепот, казалось, отразился эхом от стен каньона и самого ее сердца. Перед ее глазами еще плыли пятна света, а тело трепетало в его объятиях. Она обхватила его так крепко, будто боялась потерять ту бесценную связь, которую они только что обрели, этот экстаз обоюдной любви.
«Люби меня, – беззвучно кричала она, все крепче обнимая его покрытое потом, навалившееся на нее и почти слившееся с ней воедино тело. – Люби меня, Закари Денвере, и никогда не останавливайся».
Неожиданно ей захотелось заплакать – то ли от радости, то ли от облегчения, она и сама этого не знала. Но не стала поддаваться подступающим слезам, как, впрочем, и думать о завтрашнем дне.
Он и так придет слишком быстро.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер

Разделы:
Пролог

Часть первая

12345

Часть вторая

67891011121314151617181920212223

Ваши комментарии
к роману Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстер



Роман очень понравился!!! Рекомендую
Колыбельная для мужчин - Росмэн ЭстерЮлия
6.05.2012, 21.50





читаю, второй раз, роман хороший жаль нет других романов этого автора, пойду искать в другую библиотеку
Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстерарина
2.08.2012, 20.41





Скандал, Интриги, Расследования.9/10
Колыбельная для мужчин - Росмэн ЭстерМарго
5.03.2013, 21.04





Очень интересный роман.Жаль нет других ее романов на этом сайте
Колыбельная для мужчин - Росмэн ЭстерОльга
12.08.2013, 17.29





роман хорош, читала почти всю ночь :-) однако конец показался смазанным и развязка немного надуманной
Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстервиктория
13.08.2013, 13.39





Очень понравилось! Советую.
Колыбельная для мужчин - Росмэн ЭстерЁлка
22.04.2015, 19.16





Роман понравился. Но ... развязка, на мой взгляд, размазана.
Колыбельная для мужчин - Росмэн Эстеринна
12.10.2015, 19.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

Часть первая

12345

Часть вторая

67891011121314151617181920212223

Rambler's Top100