Читать онлайн Твои нежные руки, автора - Роджерс Розмари, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Твои нежные руки - Роджерс Розмари бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.72 (Голосов: 71)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Твои нежные руки - Роджерс Розмари - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Твои нежные руки - Роджерс Розмари - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Роджерс Розмари

Твои нежные руки

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

По залу порхали мелодии Моцарта, перебиваемые громкими, пронзительными голосами полупьяных гостей. Холт шагнул к высокой стеклянной двери, ведущей на веранду. Погода выдалась необычайно теплой для сентября, и в доме было невыносимо душно и несло смешанными запахами духов и пота.
Бабушки нигде не было видно, что, впрочем, и неудивительно: теперь она всячески будет избегать внука, пока его гнев не сменится легким раздражением. Что же, весьма мудро. Ему, как и каждому человеку, не слишком нравится оставаться в дураках, а такой удар по самолюбию снести нелегко. Подумать только, девица искренне оскорблена его ошибкой. Черт бы ее побрал: взирает на него брезгливо, как на гнусную жабу. Ни одна женщина до нее так к нему не относилась. Он не привык к подобному обращению!
Нет, он не настолько тщеславен, чтобы считать, будто все женщины от него без ума, но и далеко не так наивен, чтобы пренебрегать авансами молодых особ, польщенных вниманием богатого знатного поклонника.
Одно это означало, что сезон для них будет успешным, чтобы не сказать более, и немало заботливых мамаш из кожи вон лезли, чтобы заполучить его для своих дочерей, зачастую не слишком красивых. Одно это убеждало Холта, что его считают завидным женихом, хотя перспектива поймать графа Деверелла в сети брака оставалась крайне сомнительной.
Но эта маленькая выскочка из колоний в ужасе съеживается от его прикосновения и в штыки встречает всякую попытку завести беседу. Можно подумать, она царица бала и признанная красавица! Нищенка, без гроша в кармане, живущая благотворительностью, и к тому же почти старая дева! Двадцать один год — возраст опасный.
Ей давно пора быть замужем, иначе скоро ее начнут лицемерно жалеть, считая лежалым товаром!
Интересно, что за игру она затеяла? Действительно ли терпеть его не может или разыгрывает обычный спектакль кокетки, желающей поймать завидную добычу?
Разве мало он встречал женщин, разыгрывавших безразличие? Не такой уж глупый план. Наживка притворного равнодушия всегда манит неопытных мужчин. Вот именно, неопытных. Не таких, как он, искушенных в хитростях противоположного пола!
Положив сжатый кулак на каменные перила, он молча рассматривал раскинувшийся внизу сад. Бикон-Хаус.
Прихоть бабушки. Такое безрассудство вполне в ее духе!
Слишком велик, слишком стар, чересчур дорого обходится, а по комнатам и коридорам гуляют сквозняки.
Правда, у бабушки есть собственное состояние, и, нужно отдать должное, она не притронулась к деньгам, посылаемым ей раз в месяц через поверенного. Это немало удивляло Холта, ибо леди Уинфорд была настоящей мотовкой и проклятая благотворительность стоила ей куда дороже, чем это чудовищное строение.
— Милорд?
Холт неохотно обернулся и уже хотел было бросить что-то резкое, как узнал рыжеволосого мужчину с военной выправкой.
— Лорд Кокрин! А я думал, что вас перевели на Балтику!
Капитан Томас Кокрин, сын шотландского графа, покачал головой и мрачно улыбнулся:
— В свете моей нынешней непопулярности у парламента сомневаюсь, что в ближайшее время такое случится.
— Позор! — искренне воскликнул Холт. — Лично я считаю, что любой человек, которого Наполеон называл «морским волком», достоин командовать флотом.
Кокрин встревоженно огляделся, словно боясь, что их подслушают, и тихо попросил, выговаривая слова с сильным шотландским акцентом:
— Я видел, как вы танцевали, и решил потолковать с глазу на глаз. Мы можем где-нибудь уединиться?
— Похоже, сегодня ночь разговоров по душам. Да, я знаю такую комнату.
Сейчас им двигало нескрываемое любопытство. Кокрин был известен всем морякам как блестящий тактик и смелый морской офицер, по праву именуемый покровителем морей. И уж конечно, он ни в коем случае не заслуживал такого унижения от господ лордов Адмиралтейства.
Закрыв за собой дверь гостиной, в которой еще недавно беседовал с мисс Кортленд, Холт показал на небольшой столик у стены, заставленный хрустальными графинами с жидкостями, отливавшими топазами и рубинами.
— Бренди или портвейн?
— Спасибо, ничего. Деверелл, я в затруднении, и только вы можете мне помочь.
Со стороны Холта было бы бестактно заявить, что он ненавидит затруднения, особенно чужие, поэтому он молча направился к столу и налил себе бренди. Почувствовав пристальный взгляд Кокрина, он тем не менее не торопясь сделал несколько глотков, прежде чем осведомиться:
— Надеюсь, не случилось ничего серьезного и никакая дама не поклялась вам отомстить?
Не обращая внимания на шутливый тон, Кокрин подступил ближе и взволнованно прошептал:
— Меня хотят убить.
— Насколько я понял, вы не имеете в виду наполеоновские легионы, — заметил Холт, подняв брови, и уже серьезнее добавил:
— Это из-за ваших политических взглядов на реформы? Если так, члены парламента в мое отсутствие окончательно рассвирепели…
— Нет, дело не в этом. Я изобрел новое оружие для борьбы с Наполеоном, — пробормотал Кокрин и, опасливо оглядевшись, выпалил:
— На прошлой неделе в меня стреляли… пуля прошла в волоске от головы. Вчера я едва не погиб под колесами экипажа, запряженного четверкой коней. Кучер и не подумал остановиться. Поверьте, все это не случайно.
— С кем еще вы говорили об этом? И кто послал вас ко мне?
— Не имею права говорить. Поскольку принц и его военные советники не заинтересовались моим изобретением, им, вероятно, все равно, что будет со мной. Правда, они потребовали моего молчания.
Холт задумчиво вертел бокал, любуясь шелковистыми потеками янтарной жидкости по стеклу.
Кокрин рассеянно запустил пальцы в волосы и подступил еще на шаг.
— Три года назад вы были при Экс-Роудс и признали, что идея хороша.
— Ах да. Огненные корабли.
— Ничего подобного. Корабли-снаряды, вернее, корабли-вонючки. Я работал над изобретением… Вы, наверное, знаете, что мой отец — известный химик. Так вот, я до тонкостей разработал все детали. И знаю, как создать судно, нагруженное начиненными серой ядрами.
Стоит взорвать одно, как от детонации начнут разлетаться остальные и с гибельной точностью попадать во вражеские войска. Если все сделать точно, три корабля сумеют поразить шестьюстами снарядами с горящей серой площадь в половину квадратной мили. Этого достаточно, чтобы вывести из строя французские эскадроны.
От едкого запаха они побегут сломя голову. И тогда можно высаживать солдат и занимать освободившиеся территории. Да что там — хоть все побережье!
Холт отставил бокал и, хотя видел преимущества изобретения Кокрина, все же осторожно заметил:
— Припоминаю, как горячо вы…
Кокрин нетерпеливо отмахнулся.
— Все шло прекрасно, пока этот идиот, адмирал Гамбье, не попытался обвинить меня в некомпетентности.
Вы, разумеется, знаете эту историю.
— Да, как и то, что французы установили боновое заграждение, чтобы остановить ваши суда.
— Я усовершенствовал свое изобретение, и на этот раз никакие боны не спасут французов. Только представьте, Деверелл, это необратимо изменит ход войны в нашу пользу и уничтожит наполеоновские войска.
— Почему же принц остался безразличен?
Кокрин, пренебрежительно фыркнув, сверкнул блестящими синими глазами. В этот момент рыжий великан казался куда моложе своих тридцати шести лет.
— Проклятые советники… Вы знакомы с сэром Уильямом Конгривом, его сыном и герцогом Йоркским? Они считаются великими экспертами морского дела… Господи Боже мой, те еще эксперты! Единственными людьми, верно оценившими возможности и перспективы таких судов, были адмиралы лорд Кейт и лорд Эксмут. Они прямо объявили, что мой план имеет немало достоинств, хотя и признали, что такие смертоносные устройства, мягко говоря, не совсем обычны. Подумать только, они волновались о том, что если враг раздобудет документы, то может использовать изобретение против нас. Любому здравомыслящему человеку зарыдать хочется над их ограниченностью! Узколобые, жалкие кретины! Стоит им… — Он осекся, тяжело вздохнул и поморщился. — Но я пришел не за этим. Не волнуйтесь, от меня никто ничего не узнает. Честно говоря, я с ними согласен: опасность измены существует. И Наполеон в отличие от нашего принца сразу распознает все выгоды такого оружия.
— Но если французам ничего не известно, кто пытается расправиться с вами?
Кокрин развел руками. Лоб и раскрасневшиеся щеки блестели от пота, губы нервно дернулись.
— Вот я и прошу помочь мне узнать, кто это. Я почти никому не доверяю. Но вы — дело другое. Мы вместе сражались, были братьями по оружию, и вы вступились за меня, когда Гамбье привлек меня к трибуналу после катастрофы в Экс-Роудс.
— Я всего лишь сказал правду, — возразил Холт.
Мелодия вальса ворвалась в сознание и на секунду отвлекла его от суровой действительности. Неудачи сегодняшнего вечера отошли на второй план. Даже на сердце не так саднило от откровенного презрения мисс Кортленд. Сейчас главное — история с Кокрином. Весьма неприятно, если он окажется прав. Узнай французы о новом методе ведения боя — и мгновенно воспользуются возможностью отомстить англичанам.
— В Англии есть немало людей, которые предпочли бы видеть меня мертвым, чем позволить Бонапарту выведать тайну изобретения, — неожиданно громко высказался Кокрин. Бедняге столько пришлось пережить, что он уже ничему не удивлялся: голос казался совершенно бесстрастным. — Представляю, как обрадовались бы французы.
Холт согласно кивнул.
— Кто еще знает о вашей работе, если не считать принца и его окружения?
— Никто. Я ни с кем не откровенничаю., Что же, яснее и намекнуть невозможно.
— Не представляю, чем я мог бы помочь, но для начала постараюсь провести расследование, — решил наконец Холт.
В глазах Кокрина мелькнуло облегчение, но больше он ничем не выказал своей радости, только вежливо обронил:
— Я ценю вашу помощь, Деверелл.
— Думаю, будет лучше, если нас никто не застанет за разговором. Если выведаю что-нибудь, немедленно сообщу.
Они вышли из комнаты по отдельности. Первым удалился Кокрин. Холт налил еще бренди и уселся в кресло, пытаясь определить, насколько велика грозившая шотландцу опасность. Он знал Кокрина уже лет пятнадцать и сражался вместе с ним при Экс-Роудс, когда ослиное упрямство и тупость адмирала Гамбье привели англичан к полнейшему фиаско. За глупость одного человека Англия расплатилась целым флотом. Какие люди погибли!
Кокрин разделил позор с адмиралом, но в отличие от последнего не вышел сухим из воды. Пережитое унижение подорвало его позиции в парламенте как независимого члена и ярого реформатора, избранного жителями небольшого городка Хонитон. Кроме того, он успел приобрести немало политических недругов, всячески задерживавших его новое назначение. Поэтому можно с уверенностью заключить: кто угодно может покушаться на жизнь Кокрина.
Внимание Холта привлек раздавшийся у двери тихий шорох. Стиснув ножку бокала, он настороженно вскинул голову. На пороге показалась знакомая фигура.
— Вот ты где! Сбежал, как…
Леди Уинфорд бросила на него внимательный взгляд.
— Тебе нехорошо?
— С чего это вдруг такое беспокойство, бабушка?
Леди Уинфорд махнула рукой.
— Сама не знаю. Просто ты внезапно исчез. Растворился в воздухе… Кстати, где Ами?
— Не имею ни малейшего понятия, кто это и где находится…
— Амелия. Мисс Кортленд. Она была с тобой.
— Не стоит смотреть на меня так настороженно. Клянусь, что не прикончил ее.
— Разве ты не с ней был тут?
— Собственно говоря, — начал он, притворяясь, что не понял истинного смысла расспросов, — мы перекинулись несколькими словами, и она ушла.
— Вот как, — обронила бабка. В наступившем молчании шум из-за стены показался еще назойливее. Почтенная леди вздохнула так глубоко, что кружева на лифе затрепетали. — Я ожидала лучшего отношения с твоей стороны, Холт. Ты напугал ее?
— Спешу заверить, — сухо процедил он, — что это она перепугала меня до смерти. Она не из тех, кого легко сломить.
— Тут ты прав, — восторженно засмеялась леди Уинфорд. — Амелию никак не назовешь жеманной, чопорной дурочкой! Я очень ею довольна! Она так старается угодить мне, прекрасно учится, хватает все на лету и к тому же добрая и милая девочка. Истинное утешение! Не могу понять, почему ты так ее невзлюбил!
— Сначала я принял юную леди за воровку, она же ничего не сделала, чтобы разуверить меня в обратном — скорее, подтвердила мои подозрения.
— Понятно.
Глаза пожилой дамы, только сейчас счастливо блестевшие, словно потухли. В эту минуту своей склоненной набок головой и пристальным взглядом она как нельзя более напоминала любопытную птичку.
— И ты до сих пор настроен против нее?
— Я этого не сказал.
— Но подразумеваешь. О, ты иногда так напоминаешь своего отца! Тот иногда предубежденно относился к чудесным людям, и если уж ополчится на кого-то, только трагедия или несчастье были способны изменить его мнение! Но сейчас не время и не место спорить на эту тему. Пойдем в зал. Гости жаждут услышать о твоих подвигах в Саламанке. Правда, что ты захватил важный стратегический пункт?
— Не я один, — пробормотал внук, послушно позволяя вести себя за руку.
Ладошка, сжимавшая его пальцы, вдруг показалась совсем хрупкой и невесомой, а кожа — тонкой и высохшей, как пергамент, сквозь который просвечивали синие вены — свидетельство прожитых лет. Однако нельзя было отрицать, что старушка бодра и кипит энергией, которой Холт прежде не замечал. Она легко разрезала толпу, временами останавливаясь, чтобы представить внука очередному гостю: грациозная, изящная, истинная grande dame, какой ее знали в обществе.
Как она умела меняться: секунду назад легкомысленная вздорная особа, готовая отдать последние деньги на идиотскую благотворительность, мгновенно превращалась в воплощение величественной аристократки. Это раздражало и одновременно умиляло Холта, и он внезапно понял, до какой степени истосковался по бабушке. В конце концов она — единственная его родственница, оставшаяся от всей семьи, упорно стремившейся к саморазрушению и погибели. Фамильная черта, что тут поделать!
Тысячи свечей освещали бальную залу, бросая отблески на золото и серебро, подчеркивая блеск собрания. На дамских нарядах и мужских галстуках переливались драгоценности, а сами женщины в многоцветных платьях напоминали экзотических птиц. Стены были затянуты тканым шелком; развешанные повсюду цветочные гирлянды издавали сладостные ароматы, перебивавшие запахи еды и дорогих духов. Двери и окна были широко распахнуты, но, несмотря на это, в зале стояла ужасная жара.
Умело скрывая нетерпение, Холт обменивался вежливыми словами с приятелями и знакомыми вдовствующей графини. Интересно, куда это пропала мисс Кортленд? Ее нигде не видно. Оригинальная особа! Большинство женщин на ее месте наверняка воспользовались бы возможностью подцепить жениха. Жаль, что он ошибся, предполагая, что именно она просила начать танцы вальсом. Зря поверил намекам бабки. Очевидно, последняя замыслила показать ему мисс Кортленд с самой выгодной стороны, но напрасно она старается. Все бабкины махинации ни к чему не приведут. Мисс Кортленд сделала все, чтобы усугубить и без того невысокое мнение о себе. Если она и намеревалась втереться к нему в доверие, очевидно, выбрала неверный метод: решила показать, что не выносит его.
Ново, пожалуй, оригинально, но не слишком удачно. Пока что она добилась одного: Холт почему-то сознает, что не оправдал ее ожиданий, и от этого мерзко на душе. И хотя он терпеть не мог истерического поклонения героям, людям, которые всего лишь выполняли свой долг, все же не мог отделаться от неприятного ощущения того, что мисс Кортленд видит печальную истину за блестящим фасадом, понимает, какая гнусность — все эти войны. Знает, как он ненавидит кровь, грязь, смерть, бесполезные жертвы, гибель людей под палящим солнцем, когда командирам приходится посылать солдат на смерть под пушечную канонаду и свист пуль…
Но вместо привычного восхищения он встретил прямой оценивающий взгляд зеленых глаз, проникший за воздвигнутые им барьеры и на какой-то короткий тревожащий миг увидевший Холта таким, каким он был на самом деле: беззащитным и уязвимым. Не слишком утешительное чувство.
— Деверелл, ты, разумеется, знаешь лорда Эксмута.
Холт обернулся, уставился в темные холодные глаза человека, о котором только что упоминал Кокрин, и слегка наклонил голову.
— Разумеется.
Эксмут раздвинул губы в улыбке, не затронувшей глаз.
— Огромная удача для Англии, что ее герои все-таки возвращаются домой, милорд Деверелл.
— Разве это такой уж героизм? Выжить, когда так много людей погибло? Скорее уж мне повезло: ядро разорвалось в десяти шагах позади меня. Я совершенно случайно уцелел.
— Похвальная скромность. И все же, говорят, вы яростно сражались в ближнем бою и заслужили похвалу генерала Уэлсли, хотя я не видел вас на церемонии в Уайтхолле.
— К сожалению, у меня были важные дела.
— Важнее, чем похвалы благодарной страны? Восхищаюсь вашей сметливостью, Деверелл. Скажите лучше: вы намерены принять предложенный пост командующего флотом и отправиться на войну с Америкой или останетесь в Лондоне… заниматься другими… делами?
— Пока не знаю, милорд Эксмут. Мой долг перед семьей требует немало времени. Я слишком долго отсутствовал, — сдержанно объяснил Холт, хотя плохо скрытое неодобрение Эксмута обозлило его. — Насколько я понимаю, — добавил он, — в прошлом месяце американский фрегат «Конститьюшн» уничтожил наш «Гайриер». Американские каперы наводнили Атлантику и успели взять в плен десятки британских судов. Адмиралтейство, естественно, должно быть обеспокоено недавними событиями, тем более что Наполеон двинулся на Россию и теперь приходится обороняться только на одном фронте.
Эксмут, недавно назначенный главой комитета, ответственного за отражение американской угрозы, холодно пожав плечами, обратился к леди Уинфорд:
— Рад был повидаться с вами, миледи. Однако должен покинуть вас, поскольку, как любезно напомнил ваш внук, у меня много дел. Увы, танцы и общество прекрасных дам — слишком большая роскошь для меня.
После его ухода леди Уинфорд раздраженно заметила:
— Как хорошо ты научился восстанавливать людей против себя, Холт. Омерзительное свойство!
— Ты так считаешь? А мне оно кажется весьма уместным, — спокойно обронил Холт, чем и заработал укоризненный взгляд бабки.
— Может, ты и прав, — со вздохом признала она. — Он ужасный сухарь… вечно хмурый и чопорный… А, вот и она! Пойдем, тебя ждут куда более приятные обязанности, чем беседы со скучными лордами. Ами, дорогая, куда ты пропала? Я уже начала волноваться. Как это не похоже на тебя: неожиданно исчезать, не сказав никому ни слова! Даже Бакстер не сумел тебя разыскать! Холт, милый, еще один танец — именно то, что нужно. Ты обязан уделять ей внимание! Люди все подмечают, и поскольку принц не приехал… а я так надеялась… представляете, какой бы это был успех… но он ужасно ненадежен в таких вещах, потому что ужасно занят и… куда это ты?
Один взгляд на мятежную физиономию мисс Кортленд мгновенно убедил Холта, что даже у мопсов он найдет куда более теплый прием. Поэтому он лишь на миг остановился, чтобы отвесить бабке поклон.
— Я скоро навещу вас, бабушка. Подобно Эксмуту, я только сейчас обнаружил, что долг куда предпочтительнее сомнительных удовольствий.
Взгляд исподлобья и краска стыда на щеках Амелии Кортленд при столь откровенном оскорблении должны были бы хоть немного удовлетворить его жажду крови. Господи, да кто она такая? Мерзкая втируша, расчетливая шлюшка, пресмыкающаяся перед бабушкой! Использует ее как очередную ступеньку, чтобы проникнуть в высшее общество.
И все же почему его так и тянет к этой наглой особе?! Наверняка не из-за ее красоты: стоит лишь приглядеться повнимательнее — и обнаружишь, что ничего в ней нет особенного. Прическа в греческом стиле, темные локоны, поднятые наверх, в моде нынешним летом.
Такую можно увидеть на каждой второй барышне, так что дело не в ней и не в огромных зеленых глазах, сиявших с бледного лица. Правда, она высокая, гибкая и обладает какой-то особой, легкой грацией, напомнившей ему о танцовщице, в которую он влюбился во время учебы в Итоне. Однако даже не это Холт находил соблазнительным, как, впрочем, и чересчур очевидные попытки бабушки свести их поближе.
Будь он проклят, если знает, в чем дело или почему его так трогает ее нескрываемая неприязнь. Уже одного этого достаточно, чтобы взбесить его, а упрямство бабки окончательно вывело из себя.
— Нет, Деверелл, так не годится. Ты не можешь уйти сейчас! Что подумают люди? И без того здесь слишком много глаз, слишком много ушей, и в моем возрасте скандалы вредны. А теперь делай как ведено и будь добр вспомнить хотя бы начатки хороших манер, которым тебя учили в детстве. И не смей устраивать сцен, когда я изо всех сил стараюсь все уладить!
И хотя она старалась говорить как можно строже, все-таки не была уверена, что он капитулирует. Ах, Холт временами бывает так неумолим! А она вложила столько сил в подготовку праздника, хотя дорогая моя явно была против такой шумихи, но беспрекословно подчинилась.
Милый ребенок, совсем как ее матушка! А теперь Холт все портит своим замкнутым лицом, злыми глазами — и это когда гости таращатся на них и наверняка станут шептаться, что граф публично посмеялся над мисс Кортленд…
— Вы бессовестная интриганка, бабушка, — едва заметно улыбнулся он, и леди Уинфорд сразу стало легче, — и поэтому не заслуживаете уступок с моей стороны. Не может ли мисс Кортленд потанцевать с кем-то другим? Здесь наверняка собралось немало красивых мужчин и завидных женихов, которые с радостью заполнят ее бальную карточку…
— Извините, — перебила Амелия, — но я не желаю, чтобы меня обсуждали, как вазу или лампу. Я все-таки не вещь. Как вам известно, бабушка, моя карточка заполнена и я сейчас должна танцевать котильон с полковником Уитуортом, поэтому не стоит использовать меня для того, чтобы подольше побыть в обществе вашего внука. Если граф так постыдно уклоняется от долга и родственных обязанностей и не питает любви к единственной родственнице, мое вмешательство ничем вам не поможет.
— Нет, нет, ты не так поняла… — начала леди Уинфорт, но, спохватившись, что едва не выпалила правду, с застывшей улыбкой обернулась к Холту.
— Вероятно, бабушка права, милорд Деверелл. Я не должна была задерживать вас, зная о вашей занятости.
Была ли тому причиной ее неожиданная капитуляция или его желание задушить уже поползшие слухи, но Холт протянул руку Ами и лениво — наглым и в то же время вызывающим тоном — объявил:
— Мисс Кортленд, окажите мне честь принять приглашение на следующий танец.
Леди Уинфорд с облегчением и надеждой воззрилась на Ами. Та, поколебавшись, сухо кивнула и вложила в его ладонь свою.
Что же, думала леди Уинфорд с удовлетворенным вздохом, все-таки иногда выгодно быть объектом всеобщего внимания. Ничего не скажешь, успех — оружие обоюдоострое. Пусть Ами не любит Холта, но всякие публичные сцены невозможны, и хотя ей безразлично, что подумают другие, но девушка достаточно умна, чтобы понять: ее благодетельница не вынесет позора. Поэтому она и согласилась, пусть и не поняла, по какой причине Холт так внезапно сдался… Да, было бы неплохо, если бы они сумели подружиться, ну а потом и… потому что знает Холт или нет, хочет того или нет, но Амелия — именно та жена, которая ему подходит.
Ах, какая прекрасная пара: оба высокие, стройные.
Холт — настоящий мужчина, широкоплечий, сильный, оберегающий хрупкую, грациозную партнершу. Он нуждается в ком-то, подобном Амелии: мягкой, сговорчивой и одновременно сильной и уверенной в себе… совсем не похожей на тех ужасных танцовщиц, которых он посещает, или мерзких расчетливых девиц из «Олмэкс». Она уже отчаялась встретить девушку, подобную Амелии, и пребывала в полной уверенности, что Холт женится на совершенно неподходящей особе. Амелия свалилась словно с неба, как дар богов: дочь ее крестницы! А кроме того, капитан Кортленд был внуком английского рыцаря, так что для бедняжки Анны он считался вовсе не такой уж плохой партией. Она так и сказала лорду Силвереджу. Но старый упрямец не желал ничего слушать, и Анна умерла в ужасной варварской стране, где по дорогам бродили дикари и хищные звери. Умерла в разлуке с семьей и всеми, кого знала и любила. Но она позаботится об Амелии, исполнит просьбу Анны, и хотя пока ничем не может помочь сыну крестной… Какая ужасная судьба — попасть в руки пиратов… Нельзя и мечтать о лучшем будущем для девушки, чем замужество с Холтом!
Несмотря на внешнее высокомерие и даже заносчивость, на самом деле Холт был милым, порядочным молодым человеком… ну, не таким уж молодым — все-таки тридцать два года, но все же из него выйдет прекрасный муж. Долг бабушки — женить его, чтобы продолжить род, как и хотел бы дорогой Роберт. Пусть он давно лежит в могиле, но это единственный мужчина, которого она любила. Их сын был жалкой, безвольной марионеткой. Зато Холт весь в деда. Временами он так напоминает ей Роберта, особенно когда холодно цедит слова… О, в нем видна беспощадность и жестокость Девереллов… Она сразу вспоминает своего незабвенного Роберта. Только поистине сильная женщина сможет встать наравне с Холтом. Как она сама когда-то обуздала Роберта.
Леди Уинфорд с улыбкой наблюдала, как внук ведет Амелию в центр зала. Хорошая партия. Можно сказать, идеальная.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Твои нежные руки - Роджерс Розмари



Моя любимая книга.
Твои нежные руки - Роджерс РозмариМария
15.12.2011, 19.20





Мой самый любимый роман из всех романов!!!! Я купила эту книгу и когда мне грустно и одиноко, то я читаю только "Твои нежные руки" и мир сразу становится лучше. Холт Брекстон - ИДЕАЛЬНЫЙ МУЖЧИНА!!!!
Твои нежные руки - Роджерс РозмариАня
20.10.2012, 15.36





Только начала читать, пролог- Г герой трахает чужую жену, просто "Идеальный мужчина", не совладавший с собой и набросившийся на женщину к которой он не испытывает, со слов автора "ни любви, ни нежности, ни хотя бы симпатии" СВЕРХ ИДЕАЛ, Аня!
Твои нежные руки - Роджерс РозмариТимуровна
20.10.2012, 15.45





Что-то я не заметила , что гг - идеальный мужчина, скорее хам и подонок. Спал с чужими женами, насиловал гл.героиню и постоянно оскорблял ее, как-то не вяжется с образом положительного героя. Роман разочаровал, как и его герои, хотя в конце Холт и сподобился предложить героине стать его женой . 5/10
Твои нежные руки - Роджерс Розмаринатали
20.10.2012, 21.07





тихий ужас...гг издевается над гг-ей как только может.Морально совсем задавил...и где любовь?в самом конце,в последней строчке?а до этого что было?прелюдия?...бррр
Твои нежные руки - Роджерс РозмариНаталья
21.10.2012, 15.36





Стиль у автора безупречный,героиня не дурочка,а вот герой ну слишком твердолобый
Твои нежные руки - Роджерс РозмариВиктория
21.10.2012, 18.50





Стиль у автора безупречный,героиня не дурочка,а вот герой ну слишком твердолобый
Твои нежные руки - Роджерс РозмариВиктория
21.10.2012, 18.50





Интересная книга,как и другие у автора
Твои нежные руки - Роджерс РозмариНатали
10.12.2012, 15.41





Один раз можно прочитать.
Твои нежные руки - Роджерс РозмариКэт
9.07.2013, 14.27





Весь роман сплошные оскорбления главной героини,ужас!Ну не любовь это!!! Не понравилось,
Твои нежные руки - Роджерс Розмарис
11.07.2013, 16.41





Ну что сказать ? Первая часть читается легче , чем вторая , т. к.во второй части много лишней воды про политику и войну . Главный герой мне не очень понравился , какой то он озлобленный что ли , твердолобый , а вот героиня мне понравилась ,не смотря на то , что очень часто мне было ее просто жалко .Роман на любителя .Кому то очень понравится , а кому то может и не очень . Но читать все же стоит .
Твои нежные руки - Роджерс РозмариMarina
10.12.2014, 18.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100