Читать онлайн Твои нежные руки, автора - Роджерс Розмари, Раздел - Глава 24 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Твои нежные руки - Роджерс Розмари бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.72 (Голосов: 71)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Твои нежные руки - Роджерс Розмари - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Твои нежные руки - Роджерс Розмари - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Роджерс Розмари

Твои нежные руки

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 24

Днем «Масперос» был всего лишь кофейней, но по ночам превращался в кабачок и любимое место тех, кто проводил время за игорными столами. Главный вход двухэтажного деревянного здания был с рю Шартр. На крыльце Деверелла приветствовал чернокожий слуга.
— Добрый вечер, месье. Вы пришли играть?
Обмен заранее условленными фразами…
Холт сунул в ладонь швейцара золотую монету.
— Только если ставки высоки.
— Вы найдете партнера в дальнем углу, месье.
Гам и хохот ударили по ушам, но Холт настойчиво пробирался в укромное местечко, где в густой тени не было видно лиц. Табачный дым, лежащий синими слоями, разъедал глаза, но присутствующие не выпускали изо ртов сигар и трубок.
Знакомый голос на минуту перекрыл громкую музыку и оживленные разговоры.
— Вижу, вы не слишком торопились.
Со скрежетом отодвинув стул, Холт уселся поудобнее и вытянул ноги.
— К сожалению, меня задержали.
— Очередная женщина, полагаю. Вы не слишком изменились с нашей последней встречи.
— Как, впрочем, и вы, — спокойно ответил Холт, встретив ленивый взгляд зеленовато-карих глаз. Стэнфилл, как всегда, ответил циничной усмешкой:
— Должен взять обратно последнее замечание. Теперь вы ничем не напоминаете англичанина. Любой креол примет вас за своего.
— Да, я, как оказалось, прекрасно здесь обжился, — кивнул Холт, терпеливо выжидая, пока Стэнфилл соизволит перейти к делу. Раньше он давно бы теребил приятеля, но за последние годы приучился ценить не только терпение, но и каждую минуту свободы. И, как ни странно, чувствовал нечто вроде симпатии к этим грубым американцам, так упрямо цеплявшимся за свою независимость. Готовы умереть за право самим издавать законы, выбирать своих вождей.
А что на родине? Регент, избалованный, испорченный, своевольный младенец, капризный ценитель красоты. Он разоряет Англию вместе со своим братцем-мотом, герцогом Йоркским, чья военная карьера служила предметом насмешек во всем мире. Из шести братьев регента только двое не опустошали государственную казну. Интересно, что сделали бы американцы, узнай, как их президент запускает лапу в золотой фонд страны!
— Ну как? Добились успеха? — осведомился Стэнфилл, многозначительно подмигнув.
— Орел взлетел.
Именно этой информации дожидался полковник Николе. Холт сообщал, что генерал Эндрю Джэксон перешел в наступление и двинул армию на Новый Орлеан, чтобы защитить город от постоянной угрозы нашествия англичан. Он уже сумел выбить врага с Пенсаколы. И укрепил гарнизон форта Бауэр на входе в Мобил-Бей.
— А местные проводники?
Еще один вроде бы невинный вопрос. Холт пожал плечами:
— Пока не ясно. Сегодня они встречаются с генералом Хамбертом.
Стэнфилл едва заметно поморщился. Хамберт был яростным врагом англичан и, по слухам, дружил с Лафитом.
— Значит, Клейборн дрогнул?
— Думаю, услуги пиратов будут выгодны губернатору, когда настанет время.
Это было чистой правдой: хотя Лафит и его люди все еще не были официально объявлены защитниками Нового Орлеана, Клейборн явно смирился с их присутствием в городе. Значит, боялся, что британцы возьмут столицу штата, и нуждался в союзниках. Именно по требованию губернатора Джэксон отправил войска в Новый Орлеан.
— Хотите коньяка? — предложил довольный сведениями Стэнфилл, протягивая небольшой стаканчик. — Прекрасный напиток. Назван в честь Наполеона. Французский, только из Парижа.
В толстом стекле плескалась янтарная жидкость. Холт медленно пригубил коньяк, не сводя глаз с виконта. Как ни странно, но теперь отношения между ними стали натянутыми. Некая напряженность… настороженность… сухость, которые Холт никак не мог преодолеть. Ничто не изменилось. И никто — кроме него.
— Кстати, — неожиданно вспомнил Стэнфилл, — насколько мне известно, в Новый Орлеан прибыл ваш старый знакомый. Алекс Мейтленд. Знаете такого?
— Мейтленд?! Господи, что он тут делает?! Не такой он человек, чтобы соваться в самое пекло!
— Я тоже так думал, — с деланным равнодушием бросил Стэнфилл, хотя глаза жестко блеснули. — Может, решил возобновить дружбу с вашей протеже?
— Протеже? — усмехнулся Деверелл. — Интересное определение, хотя не слишком точное.
— Но она находится под вашим покровительством.
Ценная фигура в шахматной партии. Привозите ее с собой сегодня вечером.
— Если ее и понадобится использовать, то лишь по моему усмотрению, — подчеркнул Деверелл.
Стэнфилл, задумчиво вертя в руках стаканчик, поднял голову.
— Не следует забывать, — выговорил он наконец, — что вы все еще офицер на службе его величества.
— Только когда его величеству выгодно признавать этот факт, — сухо процедил Деверелл и, улыбнувшись изумленному взгляду виконта, добавил:
— Она на моем попечении, моя протеже, как вы изволили заметить, и я не намереваюсь ничего менять.
Когда Холт вышел из «Масперос», шел дождь. Улицы превратятся в грязные лужи к тому времени, как он доберется до маленького домика на Рампарт-стрит, где поселил Ами как свою amour или fillе de joie
type="note" l:href="#FbAutId_21">[21]
.
Местоположение домика достаточно красноречиво говорило за себя: именно на этой улочке креольские джентльмены снимали жилье для своих любовниц-квартеронок.
Чистые беленькие коттеджи можно было посещать, не опасаясь быть замеченными.
— Ты еще не одета, любовь моя? — удивился он. — Но через час мы должны быть на прощальном банкете в честь шевалье!
— Не имею ни малейшего намерения появляться на людях вместе с тобой в качестве твоей содержанки!
— Но от тебя ничего не зависит! Ты едешь со мной!
Или забыла о моей дружбе с Клейборном? Он считает меня графом д'Авриль и высоко ценит мои советы и присутствие на его сборищах в узком кругу.
— Забавно будет услышать, что он скажет, если я открою твое истинное имя! — фыркнула она, яростно сверкнув глазами. — И как воспримет новость о том, что человек, которого он приглашает в свой дом, — на самом деле британский шпион.
— Возможно, сдержаннее, чем известие о том, что человек, которого он собирается арестовать за пиратство, — твой брат, пресловутый капитан Кит Силвер, а вовсе не Кристиан Кортленд, приезжий торговец из Виргинии. Но пока ты соглашаешься на все мои условия, не стоит разрушать иллюзии Клейборна.
— Ты действительно самый омерзительный тип, какого я имела несчастье встречать! — презрительно бросила Амелия.
Холт не стал спорить.
Прощальный вечер в честь шевалье, возвращавшегося в свою любимую Францию, после того как Наполеона наконец сослали, послужил хорошим предлогом завязать приятельские отношения с креолами, которые еще могли склониться на сторону британцев, если американцы дрогнут перед лицом врага. Недаром Стэнфилл упрямо твердил, что креолы, в жилах которых течет французская и испанская кровь, не питают особой любви к новому правительству. Но Холт видел за внешним равнодушием свирепую преданность своей молодой, поднимающейся. из руин войны стране и в отличие от виконта не питал столь твердой уверенности в успехе. Возможно, потому, что был близко знаком с американцами, в особенности с одной. Амелия злобно смотрела на него. Помнит ли она предупреждение о том, что скоро возненавидит его?
— Оденешься сама или мне стать на сегодня твоей горничной?
Он в три шага пересек комнату, заметил, как она насторожилась и плотно сжала губы.
— Черт возьми, Ами, не подбивай меня на ненужную жестокость! Ты не хуже меня знаешь, что должна ехать на банкет.
— Я наизусть выучила все твои аргументы! Боишься, что я сбегу из твоего нежного капкана? Тревожишься, что я могу открыть рот?!
Откинув голову, она вызывающе уставилась на него, словно подстрекая возразить. Но можно ли отрицать очевидное?!
Взбешенный ее сопротивлением и сознанием того, что оказался в той же ловушке, Холт схватил Амелию за плечи и легонько встряхнул.
— Мне тоже неприятны все эти уловки, но идет война. Как человек, преданный своей стране, я должен исполнить свой долг. Если ты ничем не обязана Англии, что вполне понятно, то подумай хотя бы о том, сколько жизней с обеих сторон ты сможешь спасти. Неужели не хотела бы предотвратить сражение? Еще не поздно.
— Тебе вовсе не это нужно! Я насквозь тебя вижу! Не о том, чтобы избежать битвы, ты заботишься! Стремишься передать Новый Орлеан в руки англичан, любыми способами нанести поражение американцам! Я родилась в этой стране и хотя признаю, что благодаря бабушке горячо полюбила и Англию, не стану смотреть, как ты замышляешь погубить все, что мне дорого!
— Не погубить. Захватить. Господи, ну почему я должен оправдываться! Я не обязан ничего тебе объяснять!
Одевайся, или я могу подумать, что ты просто кокетничаешь и хочешь заманить меня в постель.
Амелия рассерженно бросилась в спальню, но Холт невольно задался вопросом, действительно ли этот поединок им выигран. Будь проклят Николе и его помешательство на пользе шпионажа! Куда легче и быстрее сосредоточить всю энергию на завоевании Нового Орлеана, чем разыгрывать из себя креола и вынюхивать планы американцев! Это полковник придумал использовать Ами, и, честно говоря, сначала Холт сопротивлялся изо всех сил. Но подумав о том, что может случиться с Ами, если позволить ей вернуться к брату, согласился. И без того она едва избежала гибели на Бель-Терр из-за связей Силвера с Лафитом. Он просто не может ее отпустить!
Пусть Лафита и обитателей Баратарии пока терпят в Новом Орлеане, но придет день, когда преследования начнутся с новой силой, а оставить ее в опасности для него немыслимо.
Но почему? Что ему за дело до нее? Ему следовало бы радоваться возможности избавиться от такой обузы, от ее осуждающих взглядов, постоянного сопротивления, даже в кровати, где он больше не мог скрывать свою мучительную потребность владеть ею день и ночь. Он брал ее жестоко, страстно, исступленно и нежно, но в конце она всегда отдавалась ему с тихим вздохом и самозабвенно, что возбуждало его еще больше.
Пропади она пропадом! Холт не мог совладать с собой и подозревал, что это истинная причина его нежелания расстаться с Ами. Если война закончится завтра и Америка капитулирует, Ами все равно останется его пленницей.
Когда они вошли в театр «Сен-Филипп», оказалось, что Бернар де Мариньи, в доме которого несколько лет назад гостил сам герцог Орлеанский во время своего визита в Америку, уже прибыл вместе со своими братьями.
Статный красавец с огромными черными глазами и орлиным носом, Мариньи сразу приметил молодую даму рядом с Холтом, и, хотя ничем не выразил своего недоумения по поводу отсутствия компаньонки, в глазах светилось любопытство.
— Счастлив знакомством с вами, мадам, — заметил Мариньи, поднося к губам ее пальчики. — Нечасто в нашем обществе появляются такие красавицы.
Амелия, в прозрачном платье с завышенной талией, все еще модном у женщин того времени, учтиво улыбнулась одними губами.
— Вы мне льстите, месье.
— Надеюсь, месье д'Авриль не станет возражать, если вы почтите меня танцем?
Деверелл дал ожидаемое позволение, иронически поклонившись, чем заслужил уничтожающий взглядами. Но чего она хотела? Кроме того, девушка действительно блистала сегодня. Поистине неотразима. Розовый шелк только подчеркивает ее прелесть и не скрывает изящной фигуры.
Низкий лиф отделан лентой, невольно привлекавшей внимание к ее упругим высоким грудям и соблазнительной ложбинке между ними, а когда Ами танцевала, легкие юбки переливчатым вихрем развевались вокруг стройных ног.
Темные пряди, перевитые розами, были высоко заколоты на макушке, мелкие локончики свисали на виски и лоб.
Она буквально излучала ауру респектабельности, пусть и несколько подпорченной. И выделялась даже среди прелестных креолок, одетых по последнему крику моды: яркие шелка, тонкая тафта и затейливо вышитый бархат. По стенам шли два яруса лож, а поверх паркета настлали доски для танцев. Декоративные растения вились у входа, обрамляя стрельчатую арку.
В дверях показался Стэнфилл в обществе сэра Алекса. Последний был облачен в элегантный костюм, светлые волосы сверкали в сиянии свечей золотистым нимбом. Холт недовольно поморщился. Похоже, Стэнфилл опять что-то замышляет.
Но прежде чем он успел приблизиться к ним, вернулись Амелия с Мариньи, спросившим, нравится ли ему бал.
— Там, где вы, всегда царит приятная, дружелюбная атмосфера, месье де Мариньи. Думаю, сегодня мы сыграем в кости!
— А, вы уже знаете о моей страсти, — улыбнулся Мариньи. — Поверьте, одним броском костей выигрывались целые состояния.
— И проигрывались тоже.
— Тут вы правы. Но думаю, некоторых людей такие мелочи беспокоить не должны, тем более что на кону стоят вещи куда более ценные, чем деньги.
— Склоняюсь перед вашим знанием жизни, месье. К сожалению, последнее время фортуна не столь добра ко мне.
— Печально. Возможно, вы не ту игру ведете.
— Вполне вероятно, — вкрадчиво улыбнулся Холт.
Но если Мариньи и намекал на что-то, все же не потрудился ничего объяснить и ограничился радостным восклицанием:
— А, вот наконец и шевалье! Нужно непременно познакомить вас!
— Мы встретились, когда я только прибыл в Новый Орлеан. Он был так добр, что взял меня под свое крыло и объяснил разницу между французами и креолами. Оказывается, она достаточно велика, хотя чужаки об этом вряд ли подозревают!
— Верно, — рассмеялся Мариньи. — Но пойдем поздороваемся со старым бретером.
Пожилой джентльмен, известный как шевалье, не придерживался нынешних мод и облачился в пудреный парик с косичкой, панталоны до колен, шелковые чулки, гофрированные манжеты, кружевную манишку и серебряные пряжки на туфлях. Он с безукоризненной вежливостью приветствовал Ами и поднял вопросительный взгляд на Деверелла.
— Пришли проводить меня? Наконец-то настал миг моего триумфа, ослепительного счастья, как, впрочем, и для Мариньи, любезно согласившегося посетить мой праздник. Как хорошо быть среди своих, без этих грубиянов американцев!
Хорошо известный своей ненавистью к американцам, престарелый аристократ не стеснялся открыто выказывать свое отвращение к радикальным идеям равенства, проникшим даже в креольскую среду со времен Террора.
Вот и теперь разразился возмущенной тирадой едва ли не на четверть часа и мог бы говорить еще бог знает сколько, если бы не появление ставших на время неразлучными Стэнфилла и Мейтленда.
Подозрительность во взгляде шевалье мигом растаяла, едва виконта представили как британского торговца, но особой приветливости старик тоже не проявил.
Что за странная война, позволяющая врагам встречаться на празднествах, балах и вечерах! Улыбки, приветствия, учтивые беседы… и завтрашние кровавые сражения по разные стороны баррикад, думал Деверелл, с циничным любопытством разглядывая сэра Алекса. Все-таки что привело его на другой конец света, в Новый Орлеан?
Мейтленд низко склонился над рукой Ами, прикоснулся губами к пальцам и выпрямился. Серые глаза так беззастенчиво рассматривали ее, что девушка вспыхнула, — Вот мы и встретились снова, мадам Камбр, — тихо выговорил он, и Деверелл скорее ощутил, чем увидел, как она вздрогнула. Черт возьми, неужели она до сих пор неравнодушна к этому фатоватому щеголю?
Он спокойно положил ладонь на ее руку, словно утверждая свое право на девушку, и встретил взгляд Мейтленда жесткой улыбкой. Молчаливое предостережение было невозможно игнорировать. Мейтленд, пожав плечами, отступил и обратился к шевалье, хотя последующие его слова были явно предназначены для Деверелла.
— Моя мать, — сказал он на прекрасном французском, — родилась здесь, и ее родственники все еще владеют землями вдоль Ривер-роуд, за Сент-Джон-Байю.
Мой долг, как младшего сына в семействе, время от времени навещать их.
Это сообщение вызвало новый поток оживленных замечаний со стороны шевалье, любившего порассуждать о Франции, Луизиане и Наполеоне. Амелия не проронила ни слова. Только плотно сжатые губы выдавали ее состояние. Деверелл не переставал гадать, насколько близка она была с Мейтлендом. Неужели тот явился сюда из-за нее? Слишком странное совпадение, а если вспомнить все вопросы, на которые он не получил тогда ответа…
Он пытался защитить Кокрина, за ним следили и в конце концов похитили и бросили на борт голландского судна. Почему? Кому он так помешал? Еще одно совпадение?
Виги и тори вечно на ножах, и их схватки в парламенте временами причиняют Англии куда больше вреда, чем Бонапарт. Может, именно тогда они чего-то не поделили? Но на время войны все свары затихли, и кто знает, вдруг ему удастся разгадать эту загадку?
Деверелл незаметно сделал знак Стэнфиллу, и оба отошли к небольшой нише между двумя гигантскими пальмами в горшках, оставив Амелию с Мейтлендом и шевалье.
— Так ты потребовал ее присутствия из-за Мейтленда? Интересно, какая часть из всего, что он наплел, — правда? — пробормотал Деверелл.
Виконт беспечно пожал плечами:
— Нас интересуют только его связи и вытекающая из них польза. Мейтленд тоже может пригодиться.
— Как все мы.
Стэнфилл слегка наклонил голову, но тут же отвел глаза, притворившись, будто наблюдает за танцующими.
— Орел, о котором уже шла речь, летает куда быстрее, чем это представлялось возможным, — прошептал Стэнфилл, едва шевеля губами, и, наклонившись якобы для того, чтобы поближе рассмотреть кружевной побег пальмы, добавил:
— Он уже здесь. Тебя вызывают на корабль.
Значит, все интриги ни к чему не привели. Как только армия Джэксона войдет в Новый Орлеан, битва неизбежна.
Деверелл отыскал глазами Ами. Та по-прежнему стояла на месте с приклеенной к губам улыбкой. Прекрасная статуя в летящих шелках… Вот она обрадуется, когда узнает, что он бежит из Нового Орлеана! Но он не собирается оставлять ее в лапах таких подлецов, как Алекс Мейтленд!
Беседа, и без того тянувшаяся довольно вяло, угасла почти сразу же после ухода шевалье. Алекс подступил ближе, и Амелия невольно поежилась, ожидая потока обличений.
— Давайте покончим с любезностями и перейдем к делу, — пробормотал сэр Алекс и, несмотря на легкое сопротивление, увлек Амелию в центр зала. — Вы здесь с Девереллом, под чужим именем, в то время как весь Лондон считает вас женой дона Карлоса. Умоляю, просветите меня, какие события привели вас из Испании в Новый Орлеан. Я сгораю от любопытства.
— Не сомневаюсь, — улыбнулась Амелия, позволяя ему закружить ее в вальсе. У нее начиналась мигрень, и единственным желанием было очутиться в маленьком домике, где она по крайней мере могла скрыться от назойливых глаз и нескромных расспросов. Как посмел Холт притащить ее сюда, выставить напоказ, дать всем понять, что теперь она его любовница! Но почему, почему она не может ненавидеть его? Если быть до конца честной, приходится признать, что он служит своей стране. Жестокий рок сделал их врагами.
Вальс сменился контрдансом, но Мейтленд не отпустил ее. Почему она воображала когда-то, что влюблена в него? Он кажется таким ничтожным по сравнению с Девереллом! Бледное подобие мужчины, терзавшего ее безнадежными мечтами о жизни, которой никогда не будет, о счастье, которое ей не суждено. Даже когда танец закончился и Мейтленд, усадив ее в укромном уголке, принес бокал пунша и улыбнулся той самой улыбкой, которая неизменно согревала ее, она ни на минуту не подумала, будто между ними еще что-то возможно.
С той самой ночи, когда был уничтожен Бель-Терр, она твердо знала, что влюблена в Холта Брекстона, человека, царившего в ее снах с той самой поры, когда Амелии было семнадцать лет. Хоть бы Кит когда-нибудь простил ее за это, ибо сейчас он наверняка винит Деверелла за налет на остров.
Отчужденность между ней и братом… что может быть страшнее? Деверелл сообщил ей, что Кит сейчас в Новом Орлеане и выдает себя за богатого виргинского торговца.
— Но почему? — недоуменно спросила она. Ответом послужил злобный смех.
— Потому что, сокровище мое, — бросил он, сверкая глазами и бесстыдно разглядывая ее грудь, — это позволяет ему вращаться в тех же кругах, что и я, а следовательно, таким образом легче меня убить.
— Убить?
— Да, но не стоит волноваться из-за подобных пустяков. Я не намереваюсь сразу сдаваться.
— А тебе не приходило в голову, — язвительно заметила она, — что я беспокоюсь за него?!
Последнее время ее гнев лишь забавлял его, и это, вероятно, было к лучшему, поскольку теперь он постоянно выводил ее из себя. Необходимость скрываться и вести уединенную жизнь в доме на Рампарт-стрит, а также его теперешняя манера держать ее на почтительном расстоянии бесили девушку. Почему он не хочет снова обнять ее, как на Бель-Терр, — с нежностью и состраданием, так похожими на любовь? Он словно боится подпустить ее чересчур близко. А вдруг она заглянет за крепостную стену, которую он так успешно возводил вокруг себя все эти годы, и узнает, что небезразлична ему?
Господи, как было бы чудесно разрушить все преграды и разделить с ним все радости и невзгоды!
— Мадам Камбр, — учтиво пропел сэр Алекс, — вы не подарите мне еще один танец?
— К сожалению, сэр Алекс, я очень устала.
Но его улыбка не дрогнула.
— Последний, мадам Камбр. Самый последний.
Вспомните, ведь когда-то вы так симпатизировали мне, что даже в гости заглянули.
— Ах да, одолжить книгу.
— И только за этим? — загадочно обронил Мейтленд. — Мне всегда казалось, что настоящая причина была иной.
Амелия небрежно пожала плечами и протянула ему руку.
— Не понимаю, с чего вы это взяли, сэр Алекс.
— Неужели? — усмехнулся он, подавшись вперед, и Амелии почему-то стало неприятно. Чего он добивается? — Думаю, вам просто не хочется признать правду.
Но вас можно понять. Это все проделки Девила. Подходящее для него прозвище, не так ли? Зато он, похоже, пользуется неотразимым воздействием на прекрасный пол, что иногда крайне раздражает… мужчин.
Впервые за все время их знакомства этот обычно сдержанный, вежливый человек невольно выдал, какая злоба им владеет, и Амелия смутилась еще больше.
— Сэр Алекс, — упрекнула она, отнимая руку, — сегодня ваши манеры оставляют желать лучшего, и…
— Манеры? Бросьте, мадам, вы уже не наивная лондонская мисс и не можете не понимать, что вас вряд ли считают невинной жертвой! Всему городу известно, кто и где вас содержит! И не стоит так яростно сверкать глазами. Мне совершенно безразличны ваши эмоции, а кроме того, у меня несколько другие пристрастия.
Амелия вспомнила, что рассказывал о нем Деверелл, и, в свою очередь, холодно отпарировала:
— В таком случае не воображайте, будто мне интересны ваши пристрастия, сэр Алекс. Здесь не время и не место для подобных разговоров, и, признаюсь, я больше не желаю слышать ничего подобного.
— Вот как? А если я скажу, что ваш любовник — жестокий убийца и вам следует знать, на что он способен? — выпалил сэр Алекс с такой ненавистью, что у девушки мороз прошел по коже.
— Повторяю: я не хочу ничего слышать…
— Естественно. Чего еще и ожидать. Но все это правда. Расспросите как-нибудь о Роджере Уикеме, — прошипел Мейтленд, ласково касаясь ее щеки. «Уж лучше бы ударил!» — Он не сможет отрицать, что убил его, так же наверняка, как если бы сам спустил курок. Напрасно загубленная жизнь человека, обещавшего так много… Но вы побледнели, мадам. Неужели он посмеет причинить зло и вам?
В этот момент Амелия увидела, как Деверелл выходит из зала вместе с виконтом. Негодяй! Бросил ее на растерзание Мейтленду! Похоже, он уже забыл, с кем приехал сюда, а ведь как настаивал… О, она сейчас взорвется! А сэр Алекс, похоже, поставил своей целью запугать ее, несет какой-то вздор! Она сама слышала, что сэр Уикем застрелился в библиотеке после ужасного скандала, разразившегося еще до ее приезда в Лондон!
— Прошу извинить, сэр Алекс, — сухо перебила она и, делая вид, что не обращает внимания на его протянутую руку, проплыла мимо. Становилось поздно, и головная боль усилилась, а Деверелла нигде не было видно.
Он пропал вместе с лордом Стэнфиллом, и Амелия неожиданно решила уехать одна. Пожаловавшись Мариньи на мигрень, она попросила нанять ей экипаж.
— Видите ли, я не хочу беспокоить месье д'Авриля, это всего лишь легкое недомогание…
Расстроенный Мариньи настоял на том, чтобы отвезти ее домой в своем экипаже, и, лично усадив Амелию, приказал подложить ей под ноги нагретые кирпичи.
— Надеюсь, вы быстро поправитесь, мадам, — улыбнулся он на прощание.
Амелия грустно вздохнула. Разве можно выздороветь, если болезнь неизлечима?
Сидя в карете, уносившей ее по улицам города, она тихо плакала о том, что судьба то и дело наносит ей удар за ударом.
Тилли помогла ей раздеться, что-то жизнерадостно щебеча. Постоянная болтовня хоть и раздражала, но помогала отвлечься, а кроме того, горничная принесла ей горячего шоколада и уложила в постель.
— Не годится ездить одной по ночам, мадам, — пожурила хорошенькая мулатка. — Месье Мариньи был так добр, что помог вам, верно?
— Разумеется. Можешь идти, Тилли. Я хочу спать.
В последний раз оглядев комнату и пожалев, что в постели нет грелки, Тилли все же нашла время приложить к ее ступням нагретый кирпич, завернутый во фланель, и потушила лампу. Теперь на пол падал единственный луч от свечи в коридоре.
« Далеко за полночь Амелия услышала шаги Деверелла и стук входной двери. Он остановился в дверном проеме, и Амелия затаила дыхание, притворяясь спящей.
Неужели сэр Алекс прав и он действительно убийца? Она хорошо знает, на что способен Деверелл. Но убийство?
Нет, конечно, нет. Все могут подтвердить, что лорд Уикем покончил с собой, а бабушка с негодованием опровергала иные версии. Но все же временами Амелия гадала, так ли все было на самом деле.
— Как ты себя чувствуешь, любимая? Голова прошла? — медовым голосом осведомился он, и Амелия поняла, что ей наконец-то удалось рассердить его.
— Нет, мне хуже, — с горечью сообщила она. — Пожалуйста… к утру, может быть, станет легче.
— Не сомневаюсь!
Он шагнул к кровати и навис над Амелией.
— Черт побери, почему ты не сочла нужным сказать, что уезжаешь?
— Ты был занят, — пробормотала она, стараясь не смотреть на него, не поддаться чарам его близости А вдруг он выплеснет свой гнев на нее? — Месье Мариньи был так любезен, что предоставил мне свою карету.
— Это я успел узнать, после того как битый час разыскивал тебя! Мне уже мнилось, что тебя похитили!
Амелия перевернулась на спину, пытаясь разглядеть его в полумраке.
— Похитили? Но кому я нужна? Кто пойдет на такое и почему?
— Кто? Любой мужчина, у которого в жилах течет горячая кровь, любовь моя, — коротко усмехнулся он. — Или в самом деле понятия не имеешь, как выглядела сегодня? Будь ты проклята! Думаешь, я не видел тебя с Мейтлендом? И не помню, как ты рвалась за него замуж?
Амелия лишилась дара речи. Впервые за яростными несправедливыми обличениями, за хриплыми проклятиями она увидела куда больше, чем хотел признать Холт.
И протянула руку, робко, нерешительно, боясь, что он не допустит ее прикосновения или сделает вид, что ничего не замечает. Мышцы под ее пальцами казались туго скрученными узлами, и она вновь подивилась заключенной в них мощи, способной на жестокость и нежность, ласки и наказание. Этот человек может одним ударом убить врага и потратить часы на то, чтобы терпеливо приводить в этот мир одного цинка за другим. Она мигом забыла о своем гневе, желании уколоть и вместо этого тихо спросила:
— Ты тревожился за меня?
— Если тебе нравится слышать это, да, тревожился, черт побери! Именно этого ты добивалась?
— Да, но только если это правда.
Последовало долгое молчание. До нее донеслись легкий запах коньяка и негромкий смешок.
— Правда, цыганочка. Чистая правда.
На этот раз, когда он обнял ее, Амелия не сопротивлялась и припала к нему с готовностью, удивившей обоих.
Желание вспыхнуло в нем с такой силой, что Холтдаже не потрудился сбросить одежду и только позднее, когда они, измученные, тяжело дыша, оторвались друг от друга, разделся, лег рядом и прижал ее к себе. И не выпустил, даже когда заснул. Амелия долго не шевелилась. Дождется ли она когда-нибудь слов любви от Холта? Ах, она уже отчаялась их услышать! Но может, он молчит, потому что она никак не осмелится признаться?
Она повернулась лицом к нему, коснулась губами губ и прошептала:
— Я люблю тебя…
Но единственным ответом был мерный звук его дыхания.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Твои нежные руки - Роджерс Розмари



Моя любимая книга.
Твои нежные руки - Роджерс РозмариМария
15.12.2011, 19.20





Мой самый любимый роман из всех романов!!!! Я купила эту книгу и когда мне грустно и одиноко, то я читаю только "Твои нежные руки" и мир сразу становится лучше. Холт Брекстон - ИДЕАЛЬНЫЙ МУЖЧИНА!!!!
Твои нежные руки - Роджерс РозмариАня
20.10.2012, 15.36





Только начала читать, пролог- Г герой трахает чужую жену, просто "Идеальный мужчина", не совладавший с собой и набросившийся на женщину к которой он не испытывает, со слов автора "ни любви, ни нежности, ни хотя бы симпатии" СВЕРХ ИДЕАЛ, Аня!
Твои нежные руки - Роджерс РозмариТимуровна
20.10.2012, 15.45





Что-то я не заметила , что гг - идеальный мужчина, скорее хам и подонок. Спал с чужими женами, насиловал гл.героиню и постоянно оскорблял ее, как-то не вяжется с образом положительного героя. Роман разочаровал, как и его герои, хотя в конце Холт и сподобился предложить героине стать его женой . 5/10
Твои нежные руки - Роджерс Розмаринатали
20.10.2012, 21.07





тихий ужас...гг издевается над гг-ей как только может.Морально совсем задавил...и где любовь?в самом конце,в последней строчке?а до этого что было?прелюдия?...бррр
Твои нежные руки - Роджерс РозмариНаталья
21.10.2012, 15.36





Стиль у автора безупречный,героиня не дурочка,а вот герой ну слишком твердолобый
Твои нежные руки - Роджерс РозмариВиктория
21.10.2012, 18.50





Стиль у автора безупречный,героиня не дурочка,а вот герой ну слишком твердолобый
Твои нежные руки - Роджерс РозмариВиктория
21.10.2012, 18.50





Интересная книга,как и другие у автора
Твои нежные руки - Роджерс РозмариНатали
10.12.2012, 15.41





Один раз можно прочитать.
Твои нежные руки - Роджерс РозмариКэт
9.07.2013, 14.27





Весь роман сплошные оскорбления главной героини,ужас!Ну не любовь это!!! Не понравилось,
Твои нежные руки - Роджерс Розмарис
11.07.2013, 16.41





Ну что сказать ? Первая часть читается легче , чем вторая , т. к.во второй части много лишней воды про политику и войну . Главный герой мне не очень понравился , какой то он озлобленный что ли , твердолобый , а вот героиня мне понравилась ,не смотря на то , что очень часто мне было ее просто жалко .Роман на любителя .Кому то очень понравится , а кому то может и не очень . Но читать все же стоит .
Твои нежные руки - Роджерс РозмариMarina
10.12.2014, 18.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100