Читать онлайн Опасный мужчина, автора - Роджерс Розмари, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опасный мужчина - Роджерс Розмари бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.67 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опасный мужчина - Роджерс Розмари - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опасный мужчина - Роджерс Розмари - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Роджерс Розмари

Опасный мужчина

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Он разбудил Тори на рассвете, проникнув в нее. Она сонно обняла его за шею и отдалась охватившим ее ощущениям. Все слилось воедино — сладкое безумие, медленное пробуждение, чувственный шепот в полумраке, страстные желания, которые он вызывал в ней своими ласками и поцелуями, заставляя парить в воздухе. Потом острое ощущение, будто она обожглась о солнце, и временное забытье.
Она снова заснула и проснулась лишь тогда, когда Ник мягко потряс ее за плечо:
— Пойдем, Венера. Нам пора. Надо спешить, не то миссис Брейди отдаст твой завтрак кому-то другому.
Она открыла глаза и застенчиво улыбнулась, чувствуя себя немного неловко после всего происшедшего между ними. Он молча, с сочувственной улыбкой протянул ей влажное полотенце, чтобы она протерла сонные глаза.
Похоже, за ночь что-то изменилось. Они ели в маленькой, на удивление чистой столовой. Сначала Тори немного смущалась, но когда словоохотливая, доброжелательная хозяйка завела с ними беседу о «золотой лихорадке», из-за которой в Медвежий Ручей стали приезжать люди — правда, задерживались здесь немногие, — девушка начала успокаиваться.
Вчера, теплым, ласковым вечером, когда пыльную улицу освещали лишь огни салуна и даже смех звучал приглушенно, Тори приняла Ника как близкого человека. Возможно, причина отчасти заключалась в хорошем ужине. Ник разговорился, начал отвечать на ее вопросы. Она не удивилась, услышав, что он родом из Техаса. Не стало сюрпризом и то, что он получил образование, окончив университет, совершил турне по Европе.
К тому времени когда они вернулись в гостиницу и поднялись по узким ступеням крутой лестницы в свою маленькую комнату, ненависть и злость, которые прежде испытывала Тори, сменились невольным расположением. Это чувство нельзя было назвать доверием или нежностью, и все же теперь ее твердое намерение при первой возможности покинуть Ника исчезло, уступив место сомнениям. Может ли она доверять ему? Вдруг он снова станет тем человеком, которого она видела в пещере? Господи, не превратится ли она опять в наивную дурочку? Почему пребывает в таком смятении, зная, что он переменчив, как хамелеон, и непредсказуем, как ветер?
Но есть ли у нее выбор? Медвежий Ручей — это не бурлящая столица. Люди, которые попадались Тори на глаза, похоже, не подсказали бы ей правильную дорогу даже к краю поселка, не говоря уже о Сан-Франциско. Значит, не важно, может она доверять ему или нет. Сейчас она могла полагаться только на Кинкейда.
После сытного завтрака они попрощались с миссис Брейди и покинули Медвежий Ручей.
Ник и Тори снова въехали в густой лес, под кроны высоких мамонтовых деревьев, где было темно и прохладно. Безмолвная торжественность обстановки напоминала атмосферу храма. Над головами щебетали птицы, ветер слегка раскачивал верхние ветви. Копыта тихо опускались на многолетний слой листьев, от которых пахло плесенью.
Ник ехал по узкой тропе впереди Тори, сливаясь в единое целое с длинноногим черным конем. Он не пользовался безжалостными шпорами, которые носили многие испанцы и калифорнийцы, а направлял животное коленями. Кинкейд казался индейцем, с детства привыкшим к седлу. Тори мысленно видела, как он, обхватив ногами лошадь, скачет с развевающимися черными волосами по техасской равнине.
Амулет, который она заметила раньше, тускло блестел на шее Ника. Девушка спросила его об этой вещице, не рассчитывая, что он ответит ей, но Кинкейд сделал это. Она не удивилась, услышав, что он, еще будучи непокорным подростком, жил какое-то время среди команчей.
— Мой отец воспитывал во мне чувство ответственности, — Ник скривил губы, посмеиваясь над самим собой, — и я решил пожить с моим другом-индейцем на равнине, где, как я думал, никто не будет ограничивать мою свободу и требовать соблюдения каких-то правил.
— Ты действительно насладился обретенной свободой?
Он посмотрел куда-то вдаль. Его взгляд был холодным, отрешенным.
— Я обнаружил, что там существуют совсем другие правила. Иногда они определяют грань между жизнью и смертью. Я вырос там, где жизнь могла быть тяжелой, но на моем столе всегда была пища, я мог не бояться дикой природы и знал, что в случае серьезной опасности меня защитят. Но, пожив среди команчей, я понял, что на свете существует только один неоспоримый факт — человек может лишиться жизни за одно мгновение. Для меня это было важным открытием.
Больше Тори не задавала вопросов. Некоторое время они ехали молча, каждый думал о своем. В последнее время она тоже сделала несколько важных открытий, испытав потрясение и боль, узнав об отце и матери такое, о чем никогда не догадывалась. Единственным человеком, который не удивил ее, был Диего, но, как знать, может, если бы она осталась в Буэна-Висте, он тоже преподнес бы ей какой-нибудь сюрприз.
О, ей так хотелось ясности. После упорядоченной и размеренной жизни ее настоящее казалось таким запутанным. Прежде она надеялась, что все станет на свои места. Но сейчас эмоции были неясными и переменчивыми, она бросалась из одной крайности в другую, ощущая себя былинкой во власти ветра.
Когда они добрались до реки Пескадеро, где им предстояло встретиться с Джилом и Колетт, Кинкейд велел девушке дожидаться его в зарослях ив, а сам отправился на поиски приятеля.
— Но почему я не могу пойти с тобой? — Тори нахмурилась. — Я не хочу оставаться одна.
Ник вздернул бровь, уголок его рта поднялся в насмешливой улыбке, всегда раздражавшей девушку.
— Поскольку ты, похоже, имела дело с огнестрельным оружием, я оставлю тебе револьвер, если с ним ты будешь чувствовать себя уверенней.
— Ты не боишься, что я застрелю тебя? — с легкой обидой в голосе пробормотала Тори, но все же взяла протянутое им оружие и нахмурилась — револьвер оказался увесистым.
— «Кольт-уокер», — сказал Ник и улыбнулся Тори, которая явно удивилась, увидев необычный револьвер. — Это шестизарядная пушка. Возможно, она немного длинновата, но если направить ее в нужную сторону, она отлично сработает.
— Не представляю, как из нее можно стрелять.
— Поверь мне, она знает свое дело. Мне это доподлинно известно. Помнишь мой прерванный визит в Бостон? Вижу, что помнишь. Я ездил туда для изучения патентов на оружие. Прежде чем меня выставили из твоего славного города, я раздобыл необходимую информацию. Когда началась мексиканская война, техасский рейнджер Сэм Уокер отыскал в Нью-Джерси мистера Кольта, и они вместе усовершенствовали существующий револьвер. Такое оружие применялось против мексиканцев, оно действует безупречно.
— Хорошо. Надеюсь, мне не придется пускать его в ход.
— Думаю, да, но все-таки не торопись, рассмотри получше мишень. У меня еще сохранились оставленные тобой царапины, я не хочу получить новую рану.
Она не стала извиняться. Он ведь тоже вел себя в тот вечер не как джентльмен и получил то, что, по ее мнению, заслуживал.
— Если бы ты не напугал меня, я бы тебя не оцарапала.
— О, я говорю не о тех царапинах, дикая кошка.
Его ухмылка была возмутительной. Тори вспыхнула при явном напоминании об их утренней страсти.
— Не нужно быть таким грубым, Ник Кинкейд.
Сидя на коне, он приблизился к девушке, взял ее за подбородок и поцеловал так крепко, что у Тори закружилась голова; она испугалась, что выронит револьвер.
— Оставайся здесь. Это место вряд ли затопит, так что ты будешь здесь в безопасности, а я тем временем проверю обстановку, найду Джила и узнаю, удалось ли ему оторваться от преследователей.
Когда он уехал, все стихло. Тори смотрела на бегущую коричневую воду. Ей казалось, что револьвер тяжелеет в руке с каждой минутой. Она слезла с лошади и села на камень. Яркие лучи солнца слепили глаза. После недавней грозы все казалось невероятно чистым, и только вода по-прежнему оставалась мутной. Ник сказал, что Пескадеро впадает в океан, но в этом месте река напоминала неторопливый ручей.
Было тепло, солнце припекало, дул легкий ветерок, журчание воды убаюкивало Тори.
Сквозь дрему она услышала странный звук, открыла глаза и прищурилась из-за яркого солнца. Ветер пошевелил ветви ив, сорвав с них листья и закрутив в потоке. Сентябрь уже заканчивался. Тори вздрогнула, села и дотронулась до лежащего на ее коленях револьвера, желая ободрить себя.
Внезапно услышав треск, девушка вскочила на ноги и в спешке едва не уронила револьвер. За первым выстрелом последовали другие. Тори стала карабкаться по скалистому берегу к тому месту, где ее лошадь паслась на заливном лугу с густой травой. Девушка поскользнулась, снова обрела равновесие, схватила поводья и заставила животное поднять голову. Густые заросли ив служили надежным укрытием. Тори провела рукой по носу лошади, успокаивая ее, и поспешила в чащу.
Охваченная паникой, она крепко сжимала рукоятку револьвера и проклинала дрожащие пальцы. «Господи, что я здесь делаю?» — испуганно подумала Тори. Ей следовало остаться в Бостоне, в цивилизованном мире, где самая большая опасность заключалась в том, что человек мог попасть под колеса повозки с пивной бочкой… Будь проклят Ник Кинкейд, который покинул ее и носится сейчас бог знает где…
Прогремели новые выстрелы, потом она услышала крики и неистовое гиканье, заставившие ее вздрогнуть. У Тори пересохло во рту, сердце билось так отчаянно, что она слышала, как пульсирует кровь; колени начали подгибаться, и пришлось уцепиться за уздечку лошади, чтобы не упасть.
«Что он говорил? Убедись, что мишень выбрана верно, и тщательно прицелься. Что-то вроде этого».
Когда Тори услышала треск в кустах, расположенных в дюжине ярдов от нее, она подняла револьвер, держа палец на спусковом крючке. Тяжелый ствол слегка покачивался из стороны в сторону. Девушка сделала глубокий вдох, прищурилась, посмотрела вдоль блестящего дула с голубоватым отливом и стала ждать…
Вдруг из высокой раскачивающейся травы между деревьями вынырнули кони. Тори увидела Джила и Колетт, за которыми следовал Ник. Повернувшись в седле, он стрелял из винтовки назад. В воздухе ощущался запах пороха, от оружия поднимались облачка дыма. Девушка вышла из ивового убежища, лишь когда Джил приказал ей сесть на лошадь. Держа револьвер в руке, она забралась на свою испуганно фыркающую кобылу. Мужчины и Колетт поравнялись с Тори, и она заметила в глазах Ника грозный блеск. Он осадил коня, который почти встал на дыбы.
— Поехали, черт возьми!
Ей не потребовалось второе предупреждение; она ударила кобылу каблуками с такой силой, что животное рванулось вперед, вонзаясь копытами в болотистую почву и разбрасывая грязь. Тори поскакала за Джилом и Колетт. Сзади раздавались крики, очень напоминавшие гиканье преследователей. Оглянувшись, девушка увидела обнаженные коричневые тела и поняла, что за ними гонятся индейцы. Почему они преследуют их? Она всегда считала, что они, как правило, миролюбивы и лишь изредка нападают друг на друга или на отдаленные селения, чтобы захватить лошадей и скот.
Но сейчас индейцы яростно преследовали белых всадников с дикими, холодящими сердце воплями. Тори поняла, что скоро они все погибнут.
Погоня прекратилась так же внезапно, как и началась. Тори снова испуганно посмотрела назад, и ее сердце сжалось, потому что она не увидела Ника.
— Где он? — закричала девушка, но Джил не позволил ей остановиться, схватил поводья ее лошади и потянул на себя.
— Он способен позаботиться о себе. Не беспокойтесь о нем.
Но она все равно тревожилась и испытала большое облегчение, увидев, что он пробирается к ним через кусты. Взмыленный черный конь шел легкой рысью, Ник с красной повязкой на лбу и обнаженной грудью, на которой блестела испарина, сам напоминал индейца. Когда Тори увидела струйки крови, она сжала губы и, проглотив образовавшийся в горле комок, отвела взгляд в сторону.
— Не думаю, что они нападут снова, — сказал он, остановив коня возле Джила. — Во всяком случае, на нас.
— Я не знал, что Nez Perce
type="note" l:href="#FbAutId_37">[37]
такие воинственные, — пробормотал Джил, сняв с головы шляпу, чтобы вытереть рукавом вспотевший лоб. — Наверно, индейцы решили, что мы хотим отнять у них корову, которую они разделывали.
— Это шошоны. Они почему-то удалились от своих обычных охотничьих угодий. Возможно, решили запастись пищей до начала зимы. Теперь их стало на три человека меньше, похороны займут какое-то время.
Ник открыл флягу, запрокинул голову, жадно отпил воду и плеснул остатки себе на лицо, обрызгав при этом грудь. Давая волю своим чувствам, Тори выпалила:
— Меня могли убить, а ты относишься к этому как к забавной проделке!
Глаза Ника стали холодными.
— Нас всех могли убить. Я должен извиниться?
Поскольку отчасти Тори боялась и за самого Ника, который из-за своего безрассудства даже не осознавал угрожавшей ему опасности, она бросила на него разъяренный взгляд:
— Нет, но тебя едва не убили! Если бы у тебя был разум, ты хотя бы немного испугался!
— И какой от этого прок? Уже все закончилось. А когда это происходило, я был слишком занят, чтобы пугаться. — Нахальная усмешка искривила губы Ника, он приблизился к Тори, и она увидела на его ресницах капельки пота. — Ты бы скучала по мне?
— Как по чирею на заднице!
Она повернула лошадь, прежде чем Ник дотянулся до нее. Тори знала, что Джил и Колетт смотрят на них, и представляла себе их мысли.
До нее донесся тихий смех Ника. Она поехала, не глядя на Джила и Колетт. Они, вероятно, догадывались о том, что произошло, но Тори не стала укреплять их подозрения. Она стыдилась случившегося — особенно после всего сказанного ею ранее.
В любом случае было ясно, что Колетт сделала правильное заключение. Когда вечером они разбили лагерь, расстелили одеяла под навесом из переплетенных сосновых ветвей и молодой поросли, служанка лукаво поглядела на Тори и удивленно подняла бровь.
Джил Гарсиа перехватил этот взгляд и понял его значение. Позже, когда женщины уснули возле костра, он отвел Ника в сторону и покачал головой:
— Похоже, этих двоих лучше держать порознь, приятель.
Ник посмотрел на завернувшихся в одеяла женщин и слегка пожал плечами:
— Сделать это будет нелегко, поскольку Колетт — служанка Тори.
— Возможно, но у меня есть предчувствие, что в противном случае нас ждут неприятности. — Джил потер рукой заросшую щетиной скулу. Задача была не из легких. Обычно Джил не вмешивался вдела Ника, особенно связанные с женщинами, но нынешняя ситуация отличалась от прежних. Он сделал глубокий вдох. — Колетт имеет зуб на мисс Райей. Она ее не выносит и, несомненно, считает, что между вами что-то произошло.
— Это ее не касается.
— Согласен, но она думает иначе, Ник посмотрел на Гарсиа:
— Вмешиваешься, Джил? Это на тебя не похоже.
— Я лишь хочу благополучно довести эту маленькую игру до того момента, когда мы доедем до Сан-Франциско, заберем деньги и избавимся от обеих женщин. Черт возьми, Ник, мне плевать на то, чем ты занимаешься с мисс Райен, но мы оба знаем, что их непримиримости надо положить конец.
В костре треснула ветка, и к небу взлетел сноп искр. В этом зареве Джил увидел сверкнувшие глаза Ника и удивился. Возможно, девушка значит для Кинкейда больше, чем он думал. В таком случае не стоит вмешиваться.
— Забудь об этом, Ник. Ты сам знаешь, что делаешь. Мне не следовало ничего говорить.
На этом разговор закончился. Над головами мужчин тихо и жалобно заухал филин.
По взаимному безмолвному согласию Ник Кинкейд и Тори в последующие дни держались друг от друга на расстоянии. Но теперь Тори с трудом изображала безразличие, слишком часто поглядывала на Ника, вспоминала, как он обнимал ее, целовал, называл любимой, amor, amante, пробуждал в ее трепещущей плоти потрясающие ощущения. Потом отводила глаза в сторону и уверяла себя, что после прибытия в Сан-Франциско все изменится.
Теперь надежда на успешное прибытие в место назначения была совершенно реальной; Джил сообщил, что дон Себастьян и Диего отправились в Сан-Франциско по прибрежной дороге Камино-Реаль.
— Похоже, они знали, куда вы направились, мисс Райен, — сказал он однажды вечером и посмотрел на девушку своими черными глазами.
Огорченная Тори взглянула на него:
— Очень сожалею. Я должна попасть туда. Дядя Себастьян, я уверена, не имеет там власти, поэтому я смогу купить билет на пароход, отплывающий в Бостон.
Сидящий напротив Тори Ник Кинкейд молчал, хотя она видела при свете костра, что он смотрит на нее. Они почти не разговаривали после встречи с Джилом и Колетт. Тори сожалела об этом. О чем он думает? Хочет ли, чтобы она исчезла? Огорчит ли Ника ее отъезд из Калифорнии? Повернув голову, она перехватила его взгляд, затаила дыхание и спросила себя, выразит ли он сейчас недовольство.
Но Ник встал, лениво потянулся и сказал, что идет охранять лагерь.
— Смени меня в четыре, Джил. Мы отправимся в путь до рассвета.
Он удалился кошачьей походкой в чащу. Тори проводила его взглядом. Повернувшись к костру, увидела сидящую возле Джила Колетт. В глазах служанки играл отблеск костра, она смотрела на Тори насмешливо, словно знала о ее чувствах, о том, как сильно девушка хотела услышать от Ника, что нужна ему не на несколько часов, а навсегда.
И поскольку было ясно, что это лишь мечты Тори, Колетт считала, что вправе претендовать на Ника Кинкейда.
Тори случайно обнаружила их в густой чаще утром следующего дня, когда солнечный свет с трудом пробивался сквозь ветви высоких деревьев и падал на землю отдельными пятнами. Она резко остановилась и нахмурилась, увидев, что Колетт беззастенчиво кокетничает с Ником, улыбается ему, склоняет голову набок, даже касается рукой его груди, проводит кончиками пальцев по обнаженной коже, виднеющейся в вырезе открытой рубашки. Его волосы еще не просохли — очевидно, после утреннего купания или умывания, — и рубашка прилипла к торсу. В одной руке он держал свернутый ремень с оружием; его брюки были расстегнуты, словно он надел их в спешке.
Услышать их беседу было трудно; не выдавая своего присутствия, Тори замерла на месте и напрягла слух. Похоже, они мирно беседовали по-французски. Лукаво улыбаясь, Колетт провела кончиком пальца от края рубашки Ника к его подбородку, потом коснулась рта; он схватил ее руку.
В уголках его глаз образовались морщинки, он улыбался. Когда рука Колетт дерзко скользнула по его груди вниз, он не попытался остановить ее. Служанка принялась ласкать Ника через ткань брюк. Тори сначала бросило в жар, потом она похолодела от гнева и тошноты. Колетт терла ладонью возбудившуюся плоть Ника и тихо смеялась, затем быстро опустилась перед ним на колени, волосы закрыли ее лицо, и Тори услышала, как Ник что-то пробормотал.
Тори охватила ярость, за которой последовало страстное желание вырвать из головы Колетт клок красивых светлых волос. Но ей следовало злиться и на Ника тоже, потому что он улыбался, тянул Колетт вверх, смеялся в ответ на ее разочарованные протесты.
— Ты выбрала неудачное время и место, cherie
type="note" l:href="#FbAutId_38">[38]
. Однако я ценю твои старания.
Он повернул ее в сторону лагеря и слегка подтолкнул вперед, шутливо шлепнув по заду. Она сделала шаг, бросила через плечо лукавый взгляд на Ника, кокетливо поджала губы. Потом игриво произнесла что-то по-французски — похоже, на уличном жаргоне, который Тори не понимала, — и губы Ника еще сильнее растянулись в улыбке, однако он покачал головой. Не смутившись, Колетт пожала красивым плечом:
— Может быть, позже?
— Может быть, — сказал Ник, застегивая брюки. В его глазах играла усмешка, возбуждение еще не прошло. — Возвращайся в лагерь, пока тебя не хватились.
Не желая более слушать их разговор, Тори повернулась и убежала. Она испытывала слабость, растерянность. Тело Ника выдавало его тайные желания, и Тори подумала о других женщинах в его жизни. Случайных женщинах, которых он оставил в прошлом и никогда не вспоминал. Неужели и она будет одной из них? Очередная победа в длинной череде? При мысли о том, что она не единственная и когда-нибудь он позволит другой женщине прикасаться к нему таким образом, интимно и… порочно, Тори стало дурно. Конечно, это извращение, а не норма. Она никогда не согласится так сделать, и ни один воспитанный мужчина не будет требовать этого.
Тогда почему она кажется себе… такой неопытной? Неловкой и боящейся, что Ник сочтет ее новичком в этих делах, не заслуживающим его внимания.
Когда она вернулась в лагерь, Колетт уже сидела скрестив ноги на одеяле. Лицо служанки выражало самодовольство, ее обрамленные светлыми ресницами глаза торжествующе сверкали. Тори решила не обращать внимания на французскую puta, чтобы не доставлять ей дополнительного удовлетворения. Пусть она делает что хочет. Пошел он к черту, этот Кинкейд!
Остаток дня Тори и Колетт поддерживали вооруженное перемирие, они разговаривали только в случае необходимости, остальное время держались настороженно. Между ними сохранялась напряженность. Так продолжалось до того вечера, когда Джил объявил, что на следующий день они прибудут в Сан-Франциско.
Они разбили лагерь на небольшом холме, вдали от главной дороги. Однако Тори все же смогла увидеть голубую дымку океана и длинный горизонт.
— Завтра?
Джил посмотрел на нее и кивнул.
— Теперь город уже близко. И люди, преследовавшие нас, исчезли, так что мы в безопасности.
Прислонившись к дереву и ремонтируя уздечку, Ник, казалось, не слышал их разговора. Он ловко вырезал полоску кожи и изготовил из нее новый ремешок. Тори отвела взгляд в сторону, она была подавленна и растерянна.
Значит, скоро все закончится. Она прибудет в город, воспользуется бухгалтерской книгой, чтобы забрать деньги, и отправится в Бостон. Поедет ли Ник с ней? Господи, вдруг не захочет?
Возможно, это даже к лучшему. Ее чувства к Нику были такими сложными и запутанными, что она перестала понимать себя. Его взгляд мог повергнуть ее сердце в трепет, заставить волноваться. Она устала от своих желаний, неопределенности, а он снова превратился в равнодушного незнакомца, вежливого, но далекого. Он касался в разговоре только общих вопросов, словно только что познакомился с ней.
Да, так будет лучше. Скоро все останется позади, и, если дела сложатся удачно, возможно, уже завтра вечером она сядет на пароход. Снова окажется в цивилизованном мире, где ей не придется мыться в ручьях, удирать от индейцев, где мужчины ходят без револьверов и ножей, уважительно обращаются с женщинами.
Сейчас она выглядела словно бродяга, была усталой, грязной и мечтала о ванне.
— Где мои седельные мешки? — спросила девушка Джила.
— Я положил их возле остальных, когда расседлал лошадей. Думаю, они там, — ответил он и махнул рукой.
Занимаясь приготовлением ужина — снова бекон и фасоль, — Джил взглянул на Тори, ослепительно улыбнулся и продолжил свою работу. Девушка не решилась сказать ему, что уже искала седельные мешки. Новый поиск не увенчался успехом, и через несколько минут раздосадованная Тори подумала, что, вероятно, Колетт по ошибке унесла их в лес, приняв за свои.
Ник сообщил им, что он нашел маленький ручей, бегущий с холма по гладким серым камням к неглубокому озерку — идеальному месту для купания. Подхватив мешки Колетт, Тори отправилась в лес по следу, который Ник для их удобства обозначил сломанными ветками. Она слышала журчание воды и, несмотря на свою усталость, предвкушала радость купания. Воздух уже остыл, вода должна быть прохладной и освежающей.
Колетт в нижней рубашке и в отделанных кружевами панталонах сидела на краю плоской скалы над естественным водоемом. Когда Тори вышла из леса, служанка подняла голову. Выражение ее лица изменилось, глаза и рот недовольно сузились.
— Что случилось, maotresse?
Она произнесла эти слова мрачно, с явной неприязнью, но Тори положила мешки Колетт на землю возле нее.
— Ты перепутала седельные мешки. Где мои?
На лице Колетт появилось лукавство.
— Non, я не ошиблась. Я взяла мои.
— Они выглядят одинаково, но я уверяю тебя, что ты взяла мои. Я ни в чем тебя не виню. Просто хочу забрать мои вещи.
Поднявшись, служанка откинула назад свои распущенные волосы и воинственно посмотрела на Тори. Уперлась руками в изящные бедра.
— Ты всегда что-то хочешь от меня. Мне это надоело, я не желаю больше работать на тебя. Я останусь здесь, в Калифорнии, и не вернусь в холодный Бостон. Я не обманщица и не воровка. Я не желаю рисковать, как ты!
Растерянно моргая, Тори старалась понять быструю французскую речь. Когда до девушки дошел смысл сказанного, ее глаза округлились. Она рассерженно шагнула вперед.
— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, маленькая шлюха. Мне нет дела до того, будешь ты работать на меня, останешься здесь или бросишься в Тихий океан, но ты взяла мои седельные мешки, и это меня касается. Скажи мне, где они.
Колетт сверкнула глазами:
— Я ничего тебе не скажу. Ты считаешь себя умнее всех, прячешь свои вещи, но они все знают, глупышка. Им известно, что ты задумала. Я подслушала их разговор, когда они думали, что я сплю, и знаю все. — Колетт презрительно рассмеялась. — Ты думаешь, что Кинкейд любит тебя? Думаешь, если он занимается с тобой любовью, то это значит, что он хочет остаться с тобой? Ты уверена в этом? Non, ему нужно лишь то, что лежит в твоем седельном мешке, — маленькая книжка, которую я нашла. В ней есть то, что они хотят знать.
В душу Тори закрался ужас, в животе похолодело. Бухгалтерская книга…
— О чем ты говоришь?
— О книжке с цифрами. Я ничего там не поняла, но знаю, что это нечто важное, потому что ты так бережешь ее, хранишь в клеенке, чтобы она не промокла, прячешь в потайном отделении. О, я чувствую, что права. Она важна для тебя. Я спросила себя, что ты готова отдать за нее…
Тори глубоко вздохнула. Растерянность уступила место возмущению. Сделала два шага вперед и оказалась на расстоянии вытянутой руки от Колетт.
— Ты не можешь так поступить, — тихо сказала Тори, удивившись своему самообладанию. На самом деле она дрожала от желания ударить ухмыляющуюся служанку по лицу. — Отдай мне мешки, и мы сделаем вид, что ничего не произошло.
— Non, maotresse, ты сделаешь нечто большее. Гораздо большее. Я знаю, что речь идет о весьма значительной сумме — гораздо большей, чем та, которую я могла бы заработать у тебя или кого-то еще. По-твоему, служанке достаточно крова и пищи, да? Тебе почти удалось украсть у твоих родных состояние. Если ты поделишься со мной, ты не заметишь потери. Я не жадная. Пять тысяч долларов — что ты на это скажешь? Мелочь по сравнению с остатком. Лучше отдать их, чем позволить твоему дяде или этим двоим забрать все. А они могут это сделать, уверяю тебя.
Ощущая поднимающуюся в душе бурю и боясь, что она вырвется наружу, Тори вслушивалась в каждое слово, тщательно переводила смесь французского с английским и испуганно понимала, что Колетт права. Дурочка! Как она могла довериться Нику Кинкейду? Ей следовало прислушаться к внутреннему голосу, отказаться от услуг лейтенанта, больше доверять собственной интуиции. Она знала, каков он, видела, как он убил человека, но была так ослеплена плотским желанием, что не придала значения всему остальному.
Теперь это не было важно. Она должна забрать бухгалтерскую книгу, прежде чем эта глупая девчонка отдаст ее Нику и все погубит. Если он знал о книге, то, вероятно, собирался украсть у нее деньги. Он знал о контрабандном оружии и, возможно, был одним из наемников, покупавших его. Речь шла о большой сумме, завладеть которой пожелал бы любой авантюрист.
Сохраняя внешнее спокойствие, Тори изучающе посмотрела на Колетт:
— Где мои седельные мешки?
Колетт рассмеялась:
— Я не скажу тебе, пока ты не дашь мне расписку на пять тысяч долларов.
— Она ничего не будет стоить, даже если ты сумеешь прочитать ее.
— Non, ты напишешь ее по-французски, и она будет стоить пять тысяч долларов, потому что ты не посмеешь обмануть меня. Если я не получу деньги сразу после нашего прибытия в Сан-Франциско, я скажу Кинкейду о книге, и тогда тебе тоже ничего не достанется.
— Пять тысяч долларов — большая сумма. Мне потребуется время, чтобы получить ее в банке. — Тори сделала шаг в сторону, бросила на Колетт холодный взгляд. Если Ник знает о деньгах — у нее не было оснований сомневаться в этом, — он просто заберет их, как сказала служанка. Если только она, Тори, не вернет себе книгу и не спрячет ее где-нибудь. Господи, чем в случае провала она оплатит свой проезд до Бостона? В ее голове замелькали разные мысли, и через несколько мгновений она невозмутимо произнесла: — Если ты скажешь Кинкейду о книге, то не получишь пяти тысяч долларов.
— Но моя потеря будет гораздо менее значительной, чем твоя, верно? Я останусь при своих, а ты — что ты будешь делать? Вернешься в Монтерей и выйдешь замуж за дона Рафаэля? Теперь он не возьмет тебя в жены, даже если твой дядя не убьет тебя.
Тори стиснула кулаки; ее ногти вонзились в ладони, но голос остался твердым.
— Не будь идиоткой. Мне достаточно написать дяде Симесу в Бостон, и он оплатит мой проезд.
— Сколько времени это займет? Три месяца? Четыре? — Колетт засмеялась. — Что ты будешь есть до поступления денег, maotresse? Где будешь жить?
— Хорошо, Колетт. Я дам тебе расписку на пять тысяч долларов. Но лишь в обмен на книгу.
— Non. Я верну ее тебе только в Сан-Франциско. — Губы Колетт скривились в торжествующей улыбке. — Не печалься, maotresse. Тебе все равно достанется большая часть. Если только твой дядя не найдет тебя.
— Надейся, что не найдет, — сказала Тори, не сумев скрыть своей горечи. — Или мы обе останемся ни с чем.
Эта мысль была неприятной. Что хуже, спросила себя Тори: ярость Себастьяна или двуличие Ника? Она смогла бы простить ему связь с другой женщиной, но не предательство.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Опасный мужчина - Роджерс Розмари



слабовато для этого автора
Опасный мужчина - Роджерс РозмариПоли
8.10.2011, 18.12





Читала с удовольствием.
Опасный мужчина - Роджерс РозмариАня
24.02.2012, 21.04





Довольно хорошая книга!очень увлекательная
Опасный мужчина - Роджерс РозмариИра
7.08.2014, 22.50





Как же затянуто! И героиня такая на себе зацикленная, даже когда ей прямо говорят об опасности - игнорирует все, потому что ей хочется быть правой. Дура, большую часть проблем она сама себе обеспечила.
Опасный мужчина - Роджерс РозмариKotyana
19.07.2015, 9.26





Как не странно, этот роман мне понравился. Почитать можно
Опасный мужчина - Роджерс Розмаринюта
29.03.2016, 17.06





Не увидела я любви или романтики, страсть - да, похоть - да, но хотелось чего-то большого светлого и настоящего. Героиня спец находить приключения на свою Ж. А герой со своим чувством долга и супер ответственностью просто достал. Мне роман не понравился 4 балла.
Опасный мужчина - Роджерс РозмариНюша
17.04.2016, 0.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100